С.ДОРЕНКО: 8 часов 35 минут. Понедельник, 1 декабря. Здравствуй, великий город! Здравствуйте, все! Это радио «Говорит Москва»! Говорит Москва! Дарья Кнорре — ведущая этой программы. Здравствуйте, Даша. Зима началась.

Д.КНОРРЕ: Доброе утро. Сергей Доренко.

С.ДОРЕНКО: «Доброе утро. Доллар превысил 50. Зима началась», — пишет Инга. Степан про доллар… Ссылку кидает мне Владимир, сейчас, когда мне некогда… я попробую посмотреть, Владимир, спасибо. «Пробка на Красногорке аж от поворота на Лайково, от платной дороги. Непродуманные въезды», — Сергей из Одинцова. Когда построили, там было 10 машин на всю трассу, вот это Одинцово Северное, и все радовались. Мухаммед стал самым распространённым именем мужским в Великобритании. Это среди новорожденных. Потому что есть еще старые дядечки, которые нескоро умрут, и поэтому нельзя говорить, что Мухаммедов больше всего в Великобритании. Именно новорожденных больше всего Мухаммедов. Это значит, что выстрелить когда-то через 20 лет. Это сейчас не выстрелит. Это детишки.

Д.КНОРРЕ: Наверное. Но в Лондоне очень много пакистанцев уже сейчас.

С.ДОРЕНКО: Самым новорожденным именем среди новорожденных мальчиков в Великобритании стал Мухаммед, сообщает Daily Mail со ссылкой на крупнейший в мире портал для беременных женщин Baby Centro. Я думаю, что это ненастоящая статистика. Я думаю, что это может  быть и не так. Потому что такое портал? На портале проводится опрос какой-то. В любом случае, за текущий год оно сумело подняться, подводят уже итоги года, хотя всего 11 месяцев прошло. Тем не менее, на 27 пунктов и выйти на лидирующие позиции, оттеснив Оливер, Ной, Джек, Гарри, Чарли и Джеймс. Мухаммедом традиционно называют первенца. Это хорошо или плохо?  

Д.КНОРРЕ: Не знаю. Если бы у нас здесь была такая статистика, хорошо это было или плохо? Я думаю, что вряд ли кто-то это одобрил.

С.ДОРЕНКО: Давай сначала про них. Хорошо, что это у них так или плохо?

Д.КНОРРЕ: Показательно.

С.ДОРЕНКО: Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Александр меня зовут, я из Москвы. В Лондоне я с 2007 года. В 2010 году уже наметилась эта тенденция.

С.ДОРЕНКО: Да, было за месяц. А теперь за год.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: В 2010 году точно по итогам года это было самое популярное имя. 

С.ДОРЕНКО: Это хорошо или плохо?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Культура Британии такова, что этому не придается такого значения, во всяком случае, на официальном уровне. Да, действительно, подчеркивается мультикультурность, многообразие и так далее.

С.ДОРЕНКО: Но сейчас есть новшество, совсем недавно было отмечено, что порядка — притом тысячи — девочек были изнасилованы пакистанцами, вы помните, в одном из городочков маленьких, где полиция боялась заводить дела. Это новшество, которое теперь, быть может, вызывает опасения.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Может быть, да. Но это так есть. И, по сути, это не только последний год происходит.

С.ДОРЕНКО: А для нас это хорошо или плохо, что у них так так? Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Это Михаил. В этой новости, кроме статистически красивой фразы ничего нет. Действительно, есть традиция у мусульман называть первенца Мухаммедом. Если бы была традиция у англичан называть первенца Оливером, Оливер бы побил Мухаммеда сильно.

С.ДОРЕНКО: Тем не менее, этнический состав населения, вероятно, претерпевает какие-то изменения в Великобритании.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: По этой статистике это не даст ничего. Не знаю, родилось 20 младенцев, из них два Мухаммеда и по три Оливера, Ноя, Джеймса…

С.ДОРЕНКО: Тогда должно быть пять Мухаммедов и по три Оливеров… А для нас это хорошо? Изменение национального состава Великобритании и вообще Западной Европы, для России это хорошо или плохо?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: На мой взгляд, хорошо. Пример того, что можно жить нормально…

С.ДОРЕНКО: Существование толерантное, спокойное. С другой стороны, поймите, они ходят по земле, где история не их. Это же интересно, согласитесь.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я соглашусь. Но эта история меняется, к сожалению. Здесь нельзя говорить о том, хорошо это для нас или плохо, потому что… Хорошо для нас, что солнце встает утром, а заходит вечером? Это процессы, которые мы не контролируем, мы как человечество.

С.ДОРЕНКО: У меня есть один аргумент, с моей точки зрения, важный, я попробую вам его предложить. Есть такое ощущение, что, например, выходец из Европы, американский генерал, если бы ему пришлось бы нажать кнопку и взорвать Нотр-Дам де Пари, он бы задумался. Я сейчас говорю некую спекуляцию, может, даже провокацию. А если бы это был инокультурный генерал, например, выходец с Гаити, он бы взорвал бы к чертовой матери Нотр-Дам де Пари. Точно так же в военном столкновении, одним словом… вы же знаете, что, например, европейцы во Второй мировой войне никогда не расстреливали из пулеметов самолетных катапультирующегося летчика. Вы слышали об этом?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, слышал.

С.ДОРЕНКО: Впервые стали расстреливать американцы, когда пришли. Немец когда катапультировался, американец снижался, делал вираж и расстреливал его из пулемета. Ни русские, не немцы друг друга не расстреливали никогда. Понимаете? Если они станут там инокультурными, например, арабы, мне трудно себе представить войну будущего… мне бы симпатичнее воевать, например, с французами, чем с арабами. Потому что они вставляют друг другу что-то в задний проход, вот Каддафи вставили неприятные какие-то вещи, понимаете.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я понимаю. Но есть обратный эффект, что выросший в такой среде гаитянин, если он дорос до генерала, который решает, кому что вставить в задний проход, и бросать ли на Нотр-Дам бомбу, он будет внутреннее не гаитянином. Если он сразу с пальмы стал генералом, но с пальмы он не станет генералом. 

С.ДОРЕНКО: Согласитесь, что скорость ассимиляции зависит от ингредиентов в обществе. И в какой-то момент может начаться иная кристаллизация. В сладком варенье начнет кристаллизоваться соль, если ее очень много туда добавлять, рано или поздно кристаллизация соли начнется. С вашей точки зрения, это все еще варенье?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Конечно, это еще варенье. Это в любом варенье произойдет, это не зависит… я не вижу никаких рычагов у человечества влиять на это. Либо мы продолжаем жить в каменном веке, ездить на телегах и поездка с Гаити в Париж будет занимать несколько поколений, либо, раз она уже занимает четыре часа, то это некая другая реальность, к которой надо привыкать и жить с ней.

С.ДОРЕНКО: Да это-то понятно. Спасибо. Будем привыкать. На самом деле, для меня это вопрос: хорошо ли это для них, хорошо ли это для нас, что у них так. А потом спросить, а у нас как. Пока продолжаем говорить о Европе. У меня важное соображение. Мы живем в мире, где были войны. Я надеюсь, их не будет, но они были и они есть. Мы знаем, что самые братские войны были самыми жестокими, как ни странно. Например, Сербия, Хорватия и Босния явили нам примеры невероятной жестокости. Мясники, хорваты… не так перекрестился — и на тот свет. Очень тяжелый пример. Сейчас в Донбассе мы наблюдаем примеры жестокости, причем немотивированной вообще ничем. Просто стреляют по школам, просто закапывают девушек после того, как, вероятно, насилуют. И тотчас расстреливают, душат и закапывают. То есть жестокость сверхъестественная.

Д.КНОРРЕ: Я не думаю, что братские войны более жестокие, чем небратские. Но это всегда больше ужасает.

С.ДОРЕНКО: Совсем страшно. Братские войны оказываются сверхъестественно жестокими на территории бывшей Югославии и на территории сейчас Новороссии, страшные войны. А небратские… с другой стороны, инокультурность… я все время думал о том, что, например, белый генерал, который знает, что он выходец из Ирландии или выходец из Великобритании, у него есть воспоминание о каком-то родном городе его предков, и он сам туда ездил, он будет стрелять по Парижу или нет? Ведь надо сказать, что вероятность невысока.

Д.КНОРРЕ: Вы рассчитываете на какой-то кодекс чести, который работает и у нас.

С.ДОРЕНКО: Нет, не чести. Это было бы расистским утверждением. Я ни в коем случае никакой чести здесь не вижу. Я вижу здесь культурную нежность, я бы сказал. 

Д.КНОРРЕ: Которая схожа с нашей культурой.

С.ДОРЕНКО: Да. Предположим, я бы командовал каким-то подразделением, вдруг с какой-то стати, например, в Донбассе, и я бы своему подразделению, безусловно, сказал, что вот здесь есть редкая церковь…

Д.КНОРРЕ: Давайте вспомним Берлин и разрушенный Дрезден, Москву…

С.ДОРЕНКО: Дрезден разрушали англосаксы, кстати.

Д.КНОРРЕ: Какая разница? Европейцы.

С.ДОРЕНКО: Я бы сказал своему подразделению, если бы я воевал в Донбассе или руководил каким-то подразделением, я бы сказал: берем аккуратно, режем, бьем, убиваем, естественно, но вот там церковь редчайшая, во-первых, интересная архитектурно, она всюду в альбомах, ребят, одна пуля в нее попадет — объявлю взыскание по законам военного времени. Будет нехорошая история. Беречь и охранять. А если бы я был при этом пуштуном, например, и воевал бы в Донбассе, то я бы не обратил внимания своего подразделения на эту редкую красивую церковь. Я бы сказал: ребят, брать город и все. Какая мне разница, церковь там или нет, потом разберемся. То есть я имею в виду культурную нежность к собственной истории. Если там заселяют Великобританию Мухаммеды, это не плохо и не хорошо — это так. Но у них нет культурной нежности, сердце их не трепещет, когда они видят чужие развалины, чужую историю, чужие храмы, чужие замки, чужие места сражений. Они для них чужие. Саксам плевать на дубы кельтов какие-то, которым кельты поклонялись. Но саксы пришли, они уже там есть. Точка. Сейчас приходят Мухаммеды. Этим Мухаммедам же плевать на сражения саксов с римлянами, правда же? Им плевать на какие-то сражения саксов с кельтами шотландскими, какая разница, зачем им это? Это все в сердце не отзывается, нет резонанса культурного, не пробуждается нежность. В этом же проблема. А у нас? «Вспомните, как расстреливали пирамиды и сфинксов в Египте цивилизованные французы», — напоминает мне Димон. Безусловно. Димон, то я и говорю, дело не в цивилизованности. Вы подтвердили мой упрек Дарье. Потому что цивилизованные китайцы, индусы, пуштуны, все цивилизованны. Другое дело, что нет нежности к другой цивилизации.

Д.КНОРРЕ: У нас нет нежности, назовем условно, к европейской культуре?

С.ДОРЕНКО: Конечно, есть. Мы выросли на ней. Нас учили в пятом классе или четвертом, что какая-то киевская княжна, то ли дочка Ярослава Мудрого, то ли сестрица, уехала во Францию править и так далее. Нас пестовали, нас учили тому, что мы родные, мы одна цивилизация с Европой.

Д.КНОРРЕ: Соответственно, у европейцев есть какая-то нежность к нашей культуре?

С.ДОРЕНКО: Есть нежность и страх постоянный, потому что мы очень большие.

Д.КНОРРЕ: Привела вам в пример Великую Отечественную войну. Все мы знаем, как разрушены и наши города, и не наши тоже. Я не очень понимаю…

С.ДОРЕНКО: «Англосакская орда не гуманнее вообще никак», — Алекс говорит и приводит пример… А, это Топ пишет. Простите, перепутались сообщения. «Все войны одинаковы и ужасны. Не надо зомбировать, что англосакская орда гуманнее, чем мухаммедская орда».

Д.КНОРРЕ: Я согласна здесь.

С.ДОРЕНКО: «А у нас расстреляли царскую семью и сломали тысячи церквей», — говорит Илья. Ну, да, это правда. Ломал простой народ, который был воспитан людьми, директорами этих церквей. Условно говоря, народ русский, воспитанный директорами этих церквей, какие-то сидели люди, заведовали вверенными им учреждениями, вот они воспитывали народ, который их громил. Это несколько иная история. Надо был так воспитать народ, чтобы он тебя ненавидел. И все-таки это удалось сделать до революции церкви и режиму Романовых. Удалось воспитать народ таким образом, что народ их ненавидел. Это тоже своеобразный феномен, не так-то просто это сделать. «У Мухаммедов есть Аллах и его посланник», — говорит Юсуф. Я не говорю о том, что у них есть, Юсуф. Я говорю об отсутствии нежности к чужой истории. Я считаю, что это проблема. В период замещения населения на инокультурное нежность к истории пропадает. Это важно или нет? 134-21-35 — это важно. Важно, что прерывается культурно-историческая традиция. В период замещения населения прерывается культурно-историческая традиция и это важно — 134-21-35. Это неважно — 134-21-36. Я считаю, что это очень важно. Приходят очень образованные, блистательные, прекрасные люди, замечательные Мухаммеды, Юсуфы, они замечательные люди, высококультурные, интересные, интеллектуальные. При этом все равно у них нет нежности к чужой истории. Понятно, о чем я говорю? Этот феномен существует — замещение населения прерывает некую, если угодно, вертикаль нежности. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Абдул.

С.ДОРЕНКО: От вас я бы очень хотел это услышать. Существует эта проблема или нет?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Если в воспитание ребенка дома слишком заложена фанатичная религиозность — да. С другой стороны, обратите внимание, в древнее время… даже арабы тоже все снесут, как трактор, не смотрят, своя цивилизация, не своя, убивают все. Это как стадо баранов. Кто управляет баранами, бараны туда и идут.

С.ДОРЕНКО: Спасибо. «А стал бы кабардинец бомбить Грозный» — спрашивает Ирейзер. Это вопрос. «Нашу культуру постараются уничтожить на корню, если кто-нибудь надумает начать войну с Россией. Так всегда было», — Бульбаш. «Прерывает связь времен», — говорит Бах. Предлагает мне другой термин. Это проблема — так считают 92 процента наших слушателей. Я останавливаю голосование. Это не проблема, что они некультурные, они культурные. Просто они инокультурные. И это прерывает связь времен. Происходит замещение истории, как сказано в кратком курсе ВКПб, когда приходят варвары. Они приносят свою собственную историю. Между прочим, примеров перенятия довольно в истории, когда захватчики перенимали историю и культуру захваченных. Например, мы, куртигуры… ты знаешь, что я куртугур?

Д.КНОРРЕ: Нет. У вас много ипостасей.

С.ДОРЕНКО: Я гунн-куртигур. Мы завоевали земли, которые ныне называются Болгарией. Завоевали там славян и полностью отреклись от собственного тюркского языка, полностью забыли свою собственную гордую историю. А она заключается в том, что мы вырезали братский народ уйтигуров. Мы, куртигуры, перед тем как завоевал Болгарию, вырезали братский народ уйтигуров в районе Кубани. И потом ринулись уже атаковать Византию и туда, за Дунай. Мы вырезали братьев-уйтигуров, потом завоевали славян, полностью отреклись от своей славной истории по вырезанию братьев, переняли историю славян мгновенно и их язык и сделались болгарами. Вот мы каковы. И таких примеров довольно много в истории. Ну, они не главные, но такие примеры еще есть. Когда захватчики перенимают сто процентов историю чужую.

Д.КНОРРЕ: Или привносят, наоборот.

С.ДОРЕНКО: Привносят чаще. Но бывает редко, что полностью перенимают чужую, захваченных людей историю. В истории Китая таких примеров множество. Все захватчики Китая становились китайцами. Поехали дальше. 9 часов 6 минут. Я приветствую Асафа Фараджио, который присоединился к пишущим нам на Twitter govoritmsk. Спасибо, Асаф. Я не помню, но я его где-то видел, думаю, на своем сайте лет 10 назад, этого прекрасного Асафа, я помню дискуссии наши горячие. Классно, что вы здесь. Насчет рычания, меня прикололо страшно. Я был недавно в обувном магазине, и там была мамуся с девочкой. Нет, это была бабушка с девочкой, я думаю, бабушка. Ну, такая бабушка, еще ого-го. И она сказала в какой-то момент девочке за моей спиной: «Это тот самый, который рычит. Ты его узнаешь?» Я повернулся и говорю: «Неужели ребенок слушает?» Ребенок, не знаю, девочка лет 5-6, крупная, по-моему дошкольница, она говорит: конечно, слушает. «Ну, порычи». Девочка: р-р-р-р-р. «Нет, мне гораздо больше нравится “здравствуй, великий город!”» — я начал распинаться посередь обувного. А девочка «р-р-р-р-р» на меня. Путин подписал закон о торговых сборах в Москве. Бизнес будет компенсировать посадки 60 деревьев в кадках и 8 штук в грунт на Тверской за полмиллиарда. Типа этих госзакупок. Интересно, это те, кто на Тверской? Вот Zara съехала с Тверского, кстати, переехала сюда, к нам на Полежаевку. Знаешь, будет у них головной магазин здесь, на Полежаевке какой-то невероятный? Мегашоп-центр, молл строят какой-то запредельный, на манер деревенского американского. Самый большой в Европе, я думаю, примерно равен моллу деревенскому в Америке. У нас открывается молл запредельный какой-то, самый большой в Европе, 28 этажей — все вообще запредельное — 28 кинотеатров, 28 zar, чего хочешь. Я думаю, вспоминаю глазами, думаю, он примерно равен… По дороге в Лейквуд, в деревне, если ехать по «девятке» в Нью-Джерси, там слева молл такой есть. Не в Лейквуде, а Freehold деревня, по-моему, называется, вот примерно, мне кажется. Если его поставить рядом с этим нашим самым большим в Европе, то тот будет примерно в 2 раза больше, американский. Просто в Европе вообще нет торговли. Европа не знает, что такое торговля, вообще никогда не знала.

Д.КНОРРЕ: По сравнению с Америкой, наверное, да.

С.ДОРЕНКО: По сравнению с Америкой. Любой деревенский молл, настоящий только, большой, во Freehold (Нью-Джерси) больше, чем самые большие 10 рядом поставленных моллов в Европе, ну, чтобы было понятно. Мы не будем соревноваться с Америкой в торговле, потому что ясно, что мы проиграли изначально. А во взятках можем соревноваться? Прекрасная идея. Вот что меня интересует. Путин подписал новое смягчение наказаний за взятки для того, чтобы оно стало неотвратимым. Очень интересная история. В Госдуму поступил законопроект, позволяющий… Причем от президента, насколько я понимаю, да. Владимир Путин добивается неотвратимости наказания в противодействии коррупции. Потому что, оказывается, взяточники, которым Медведев тогда назначил платить в 50 раз…

Д.КНОРРЕ: Не могут выплатить.

С.ДОРЕНКО: Они не платят вообще ничего. Взяточники оказываются бедными людьми, в сущности, они не могут выплатить вообще ничего. И Сергей Иванов где-то недавно в прессе говорил, что вообще один процент платит, вот исполнение наказания достигается в одном проценте случаев.

Д.КНОРРЕ: Я так понимаю, что остальных приходится сажать.

С.ДОРЕНКО: Да нет же. Довольно редко. Просто арестовать нечего, взять нечего. Действительно судебные приставы обращаются в суды с просьбой посадить взяточников, потому что они ничего не платят. Послушайте, что предлагает сейчас президент. Сначала я скажу, что было. Чтобы решить эту проблему (никто не платит штрафы за взятки), президент предложил для судей еще один вариант наказания: штраф до одного миллиона рублей. Ты дала взятку, культурная женщина, тебе дают один миллион штрафа. И даже есть для того, кто дал. Ты дала? До 500 тысяч штраф. А тот, кто взял у тебя — до одного миллиона. Это для мелких взяточников. Считается прилично, нормально и как-то структурно, круглая цифра и приятно. Дальше. Минимальный штраф, который допустим по указу — 25 тысяч рублей. Это позволит судьям выносить наказание с учетом конкретных обстоятельств преступления, данных о личности осужденного. Например, ты подарила врачу шариковую ручку. Взятка? Взятка.

Д.КНОРРЕ: Непонятно.

С.ДОРЕНКО: Не знаю.

Д.КНОРРЕ: Если я хочу отблагодарить врача, почему я не могу сделать ему подарок?

С.ДОРЕНКО: Не можешь. Внимание! Потому что ты вступила с врачом в отношения, описываемые его должностной инструкцией. Раз ты в этих отношениях находишься, благодарность — сразу взятка. Не может быть взятки, понимаешь?

Д.КНОРРЕ: Да, я понимаю.

С.ДОРЕНКО: Не должно быть. Какая благодарность? Что за благодарность? Это ему предписано.

Д.КНОРРЕ: К сожалению, без этой благодарности они работать не хотят, вот в чем беда.

С.ДОРЕНКО: Почему не хотят?

Д.КНОРРЕ: Ну, не хотят.

С.ДОРЕНКО: Захотят.

Д.КНОРРЕ: Но после благодарности почему-то работают лучше.

С.ДОРЕНКО: Посади пару человек в одной поликлинике, будешь заходить, тебе директор поликлиники кланяться в ноги будет, падать. Вот посади для примера. У тебя есть поликлиника районная?

Д.КНОРРЕ: Да.

С.ДОРЕНКО: Посади там пару человек.

Д.КНОРРЕ: И?

С.ДОРЕНКО: С СОБРом, с масками, чтобы нормально все было. Потом будешь заходить в поликлинику, они поставят мальчишку там, таджика, который будет свистеть в свисток, когда ты выходишь с остановки только: «Она идет, Даша идет, убийца, кримхильда, чудовище». Все будут выходить, все будут в передничках с кокошниками тебя встречать. Посади двух человек, больше не надо. Наказание кратное штрафом сохраняется, но президент предлагает отменить расширенные варианты. От десятикратной до пятидесятикратной теперь будет для взяткополучателя и от пятикратной до тридцатикратной. Понятно? Кого судили за взятки? Кто судил за взятки? Вы сталкивались с этим, следователи, а может быть взяткодатели, а может быть взяткополучатели. 73-73-948. Все, кто во взяткообороте участвует каким-то образом, в качестве может быть следователей, позвоните. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня Георгий зовут. Быстро такую зарисовку. У меня приятельница попросила в долг денег, буквально 20 тысяч. Зачем? В детский садик ребенка, заведующая, все дела. «Ну, давай, хорошо». Берем пятерки, ксерим в домашних условиях. Тому, кому занимала, она еще как бы не сказала об этом обо всем. Позвали оперов. В общем, прямо вошли в этот детский садик, прямо с приятелем зашли. Заведующая: «Как? Если вы такие правильные…! Все воруют, все чиновники воруют!»

С.ДОРЕНКО: Не надо про всех рассказывать, правильно. Что значит про всех?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: На что ей было сказано: «Слушай, ты себя мнишь русской женщиной, ты берешь эти деньги. Ты 40 тысяч за что попросила себе лично в карман? Она, может быть бы, третьего родила. 40 тысяч — это хорошие подъемные деньги. А она вынуждена тебе эти деньги отдать, чтобы второго своего ребенка пристроить». И она меня стала совестить, корить. И вот покуда у нас менталитет такой будет…

С.ДОРЕНКО: Мне кажется, каждый должен отвечать.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да. И покуда мы все будем так участвовать… Она говорит: вот, теперь твоего ребенка никто не возьмет в детский садик. Да следующая придет, она будет, вот как вы говорите, в ноги кланяться.

С.ДОРЕНКО: Шелковая будет, абсолютно вы правы. Сажать эту и все. Но не насмерть. А то, правда, все население изведем, ребят, ей богу. Бить, но не насмерть, мне кажется, надо. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день.

С.ДОРЕНКО: Вы участвовали в этом процессе каким-то образом?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, я бывший дознаватель, и в отношении меня приговор был вынесен.

С.ДОРЕНКО: Вы дознаватель, и против вас был процесс или вы вели процесс?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Против меня был процесс.

С.ДОРЕНКО: Опишите нам, пожалуйста. Что даст вам новшество, которое предложил президент? Вместо 20-50 кратно теперь 10-50, до миллиона и так далее, что это дает?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Все дело в том, что в отношении меня приговор был вынесен несколько лет назад, еще до того, когда вообще штрафы вводились, наказание — только лишение свободы. Я не буду говорить, что было в моем случае, чтобы не навлечь на себя какие-то беды, я скажу, что в целом. В целом в большинстве случаев взяткополучателей и взяткодателей судят такие же взяточники, которые от них берут мзду за более лояльное, скажем так, наказание.

С.ДОРЕНКО: А сколько сейчас предлагают?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сейчас сколько, слава богу, я не знаю.

С.ДОРЕНКО: А вот тогда сколько было?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я не знаю. У меня…

С.ДОРЕНКО: Ну, вам предлагали. Мне в 2001 году за медэкспертизу, благую мне (а эти люди притом не знали даже, что я уже прошел, все уже бесплатно и давно, и как бы объективно) предлагали Audi A8. Тогда Audi A8 стоил 96 что ли, ну, 100 тысяч долларов. Вот такая фигня была. Больше с меня никогда не требовали.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Свобода стоит дорого.

С.ДОРЕНКО: Ну, как что? Как Audi A8?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, сейчас это уже измеряется стоимостью минимум хорошей квартиры.

С.ДОРЕНКО: Хорошая квартира. А хорошая квартира — это три Audi A8, да?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Возможно.

С.ДОРЕНКО: 300, 400 наверное? От трех до пяти Audi A8, вот так вот. Хотя Audi A8, наверное, сейчас подешевле. Спасибо. Интересно. С меня в 2001 году требовали Audi A8. Говорили: Audi A8. Нет вопросов.

Д.КНОРРЕ: Удивительно, что попросили не деньгами.

С.ДОРЕНКО: Нет. Чтобы не называть сумму. Ку-ку. Я все понимал. А если бы я был бы таким дурачком, что я пригнал бы Audi A8 с ключами, они бы сказали: Сереж, у тебя с головой все хорошо? Ты лучше в чемодане принес бы и все. Зачем нам? Нет, нет, никаких машин не надо. Audi A8 — это условная сумма.

Д.КНОРРЕ: Я поняла.

С.ДОРЕНКО: Здравствуйте. Вы участвовали в этом процессе, каким-то образом вас затронуло?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Каким-то образом затронуло.

С.ДОРЕНКО: Скажите, каким?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я брал.

С.ДОРЕНКО: Вот! Расскажите нам, пожалуйста, как с этим бороться теперь? Вы переходите теперь на сторону Даши, Даша, типа, борется, давайте? А я наблюдаю.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Прежде чем бороться, можно два слова сказать? В Первом медицинском институте, сейчас это университет, по-моему, есть клиника. Там медицинские центры везде. Ни один врач не работает на одну ставку, в лучшем случае полставки, в худшем случае — четверть ставки. Чтобы сохранить свой сертификат, они согласны и на это. И как им жить?

С.ДОРЕНКО: Расскажите нам, а как они живут?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Как живут? Берут деньги с больных.

С.ДОРЕНКО: Берут деньги с больных там же, то есть в этой же самой клинике?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А где же? После работы в этой клинике они разбежались по платным поликлиникам и клиникам, кто-то подрабатывает, не по своей специальности и так далее, это многие, но все равно это как бы временно. Я за то, чтобы взятки не брать. Каленым железом выжигать надо.

С.ДОРЕНКО: Это правда.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Но нашу страну разрушат не эти мелкие взяточники врачи… Потому что опять на первом месте врачи, учителя.

С.ДОРЕНКО: Да, да, да. Вот это у меня тоже вызывает подозрение.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А те, кто из бюджета ворует.

С.ДОРЕНКО: А я хочу на дыбе… Мы с вами на дыбе хотим увидеть министров. Министров нам давай! Правильно?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну, конечно! Та же самая Васильева, да? Она продавала недвижимость. Говорили 100 стоит миллионов. «Я вам продам за 50, а 20 миллионов дайте мне». Вот что страшно.

С.ДОРЕНКО: Спасибо. Я тоже убежден, что опять будут блох ловить, опять будут ловить за коробку конфет.

Д.КНОРРЕ: Да, конечно.

С.ДОРЕНКО: «Я взяток не беру, потому что ни одна сволочь мне не дает», — говорит 54-й. Мне кажется, вы удручены, 54-й? Есть один моральный аспект здесь. У меня моральный вопрос на самом деле здесь. «Не хотел, не давал бы. На фиг подставлять? Негодяй», — говорит 27-й в адрес оперативника, который дал 20 тысяч меченных директрисе. А я считаю, что надо провоцировать. Вот я здесь с оперативником, ребят.

Д.КНОРРЕ: Смотря, какая ситуация. Здесь наглая воспитательница, которая берет ни за что.

С.ДОРЕНКО: Директор.

Д.КНОРРЕ: Да, которая берет ни за что себе в карман. А есть врачи, которые получают 7 тысяч рублей. Понимаете, они не будут работать добросовестно, если ты им не дашь на лапу. А что мне делать? Я хочу быть бескорыстной, честной и принципиальной, но когда у меня беда в семье, мне надо вылечить родителей, да я все что угодно сделаю. Мне совершенно плевать на эти суды и взятки, я буду платить.

С.ДОРЕНКО: На самом деле моральный вопрос и очень важный: мы должны провоцировать или нет? Провоцировать для того, чтобы искоренить. С одной стороны — существует чистое поведение. Чистое поведение заключается в том, что ты делаешь… Ну, как? Можно же пройти через чумной барак и не заразиться? Можно. Можно пройти через публичный дом и остаться чистой? А можно жить в публичном доме и быть чистой? А можно ходить голой по публичному дому и быть чистой? Можно? Можно. Но это уровень святости. Можно совсем отморозиться и ходить голой через публичный дом, и быть при этом чистой можно? Можно. И эта концепция заключается в том, что всюду берут, а ты как бы не замечаешь этого, то есть ты инопланетянка. Ты всем щедро улыбаешься, приветливая, хорошая и не паришься, что где-то берут. Берут и берут, ну и хорошо. Это одна модель поведения. Если так будут делать все 143 миллиона, то понятно, что взяточничество будет искоренено, это хорошая фигня. Вторая модель поведения заключается в следующем: провоцировать — «да, да, я дам». Пошел, быстренько сделал копию купюр, отксерил, с оперативниками потом в кабинет врываешься «так, ну-ка покажи, где ты деньги спрятала» через пять минут после дачи взятки. «Ну-ка давай». «Ну-ка заявление на выход». «Ну-ка в тюрьму». Вы за что, Даша?

Д.КНОРРЕ: Нет одного правила, я вам уже говорила.

С.ДОРЕНКО: Вы за провокации или нет? 134-21-35, да. 134-21-36, нет.

Д.КНОРРЕ: Директора надо провоцировать.

С.ДОРЕНКО: Можно вести себя как блаженный, и это тоже хорошо. Если так 140 миллионов человек будут вести себя, это хорошо, взяток не будет. Или провоцировать? Вы за провокации в искоренении взяточничества, 134-21-35, да. 134-21-36, нет. А надо провокации, все время смущать, тогда это будет как в Америке. В Америке постоянно с тобой работают, постоянно. Ты постоянно не знаешь, это провокация…

Д.КНОРРЕ: Вот будете вы провоцировать несчастного врача, который работает на 7 тысяч рублей, который еще плюс к этому вас лечит?

С.ДОРЕНКО: Я не знаю. У меня вызвало чувство омерзения один хирург в Склифе, который прооперировал моего отца по скорой, по-быстрому, а потом ходил за мной и, глядя в глаза, говорил: «Вы знаете, сколько стоит такая операция в Штатах? А вы знаете, что в Штатах такая операция 15 тысяч долларов стоит? А вы знаете, сколько стоит этот в Штатах? А в Штатах 15 тысяч долларов вы бы заплатили. Я хорошо сделал операцию, а в Штатах знаете сколько она стоит?» И он ходил и канючил. И мне было бы стыдно даже ему плюнуть в лицо, потому что, плюнув, я бы вошел с ним в контакт, а входить в контакт с ним мне было неприятно. Неприятный человек, понимаешь? И, вероятно, очень сильный хирург. Может быть даже великий хирург, я не знаю. Но он ходил и клянчил, это было стыдно. Мне было стыдно. Вот его мне не жалко, попрошайку, негодяя и подонка, при этом, вероятно, великого хирурга из Склифа. 81 процент пока говорит, что надо провоцировать. Мы явно не договорили. Я останавливаю это голосование. 81 процент — надо провоцировать», 19 процентов — нет. «Обзор печати», после «Обзора печати» «Новости», и после вернемся к теме сразу. Договорились? Поехали. Я придумал для твоих врачей горячо любимых, насколько я понял, и вдобавок ты защищаешь, если я правильно понимаю, право давать им взятки, а их право получать взятки. Ты защищаешь это право.

Д.КНОРРЕ: Я считаю, что должны быть созданы условия для начала для этих врачей, чтобы они могли быть принципиальными.

С.ДОРЕНКО: А Земля должна вращаться в другую сторону и так далее. Никто не бывает принципиальным, пойми ты. Если врачу платить 2 миллиона в год как в Америке…

Д.КНОРРЕ: Тогда я буду принципиальной и буду провоцировать, и подавать в суд.

С.ДОРЕНКО: Я предлагаю другую идею. У меня идея, которая мирит всех. Товарищи дорогие, учителя и врачи, у меня идея есть, при которой взятки не нужны — вы должны найти спонсора. Я пока сейчас слушал рекламу, мне казалось, что это очень правильный способ. Смотри, ты ложишься на операцию, но мозг тебе не отключают. Операция дорогостоящая, вероятно. Мозг тебе не отключают, повязку надевают на глаза, чтобы ты зря зыркалами не буркала, а в уши вставляют наушники. А, нет, неправда. Перед глазами должен быть мониторчик типа iPhone 6 Plus, и пока тебя режут, у тебя трындит какая-то реклама. Например, «Ингосстрах», «Росгосстрах», «РЕСО-Гарантия». Операция идет два часа, ты всё это дело слушаешь, и эти прекрасные организации дают взятку врачу, то есть оплачивают труд врача. Понимаешь, в чем дело?

Д.КНОРРЕ: Да.

С.ДОРЕНКО: Это у меня нашелся способ. Ведь вы все простые колхозники, с кем я имею дело, давайте коммерциализируем этот процесс. Например, ты приходишь на уроки… Нет, на уроки, наверное, не годится. На уроке же надо про Александра Македонского, а здесь есть противоречие. А, внеклассные занятия. Весь класс сидит и смотрит…

Д.КНОРРЕ: Вместо перемены.

С.ДОРЕНКО: Вот, вместо перемены! Цикл сделать такой: урок 30 минут — Александр Македонский и друг его Гефестион; эротическая проза про Гефестиона и их отношения, и еще конь Цеденбал был (тоже у них отношения) — это всё 30 минут. Потом 30 минут про «Ингосстрах», «Росгосстрах», «РЕСО-Гарантия». Пожалуйста, нет проблем. Потом 30 минут про коня. Не Цеденбал, а Буцефал, я ошибся. Цеденбал это из другой оперы. И все будут довольны. Денег будет как грязи, просто совсем как грязи. Через рекламу, товарищи!

Д.КНОРРЕ: Уже существует такая система, что фармацевтические компании платят врачам за то, чтобы они выписывали именно те лекарства, за которые уплачено.

С.ДОРЕНКО: А еще можно вмонтировать в зуб пломбу (это уже Пелевин пошел, Burning Bush) с передатчиком, который в мозг крутит рекламу постоянно. SMS: «Зачем монголиков обидели?» Простите меня, пожалуйста, монголики. SMS: «А если вы не выйдете из наркоза, деньги на ветер?» Нет, надо под местным наркозом делать, мозг должен внимать постоянно. Кстати говоря, товарищи дорогие, мы ведь с вами не можем понять в точности, насколько мозг внимает под наркозом. Я не был под общим наркозом ни разу в жизни. Ты была?

Д.КНОРРЕ: Да. Но мне было лет шесть, я не помню.

С.ДОРЕНКО: Ты была под общим?

Д.КНОРРЕ: Да.

С.ДОРЕНКО: Ты помнишь, что у тебя мерцали какие-то воспоминания.

Д.КНОРРЕ: Нет, чернота просто.

С.ДОРЕНКО: И из черноты выплывает «Росгосстрах», «Согаз», банк «Северный морской путь» на хорошей графике. 

Д.КНОРРЕ: У вас «Согаз» будет всегда ассоциироваться с операцией.

С.ДОРЕНКО: Нет, наоборот. Там должны какие-то красивые мулатки идти, пальмы, рыба. В операцию можно подавать отдельно запах жареной рыбы, жареной картошки с котлетками, чтобы слюна отделялась, и прочее. «Вы потом не орите по поводу врачебных ошибок. Как заплатите, так вас и вылечат», — говорят Предэйтер. Нет, неправда. Я верю в то, что есть люди призвания. Не надо мне говорить, что дело в деньгах. Здравствуйте. Ваше предложение по борьбе с коррупцией?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я хочу сказать как лежащий на том самом столе. Я хочу данью врачам промотивировать их сделать мне всё замечательно. Я с этого угла хотела посмотреть. Мне кажется в условиях утопических ублажения врачей, то есть у них замечательная зарплата, всё замечательно, пациенты сами потянутся — коробку, бутылку, деньги. Это у нас в менталитете.

С.ДОРЕНКО: Скажите, как часто вы бываете у одного и того же хирурга? Предположим, прижало к хирургу пойти. Потом вы же много месяцев не будете у этого хирурга или даже лет.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Во-первых, я молодая. У меня было уже две операции.

С.ДОРЕНКО: А вы были под общим наркозом?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, была.

С.ДОРЕНКО: А что при этом мозг чувствует? Там мерцают быстро какие-то впечатления?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, у меня тоже была темнота, мрак, хотя я очень впечатлительная, мне снятся хорошие сны.

С.ДОРЕНКО: Как вас зовут?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Дарья.

С.ДОРЕНКО: Даш, насколько это бесхозяйственно впадать в наркоз под темнотой. Мне казалось, там должно быть вырезано — «Северный морской путь», нет?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, не получается. На самом деле, такая печальная была операция, поэтому, слава богу, что впала в такое состояние. Всё хорошо, все живы, все здоровы. Родилось!

С.ДОРЕНКО: Какая вы умница! Поздравляю. «Если у врача кривые руки, никакие деньги не помогут. И наоборот», — 88-й. Совершенно верно, 88-й, не надо ничего давать. Почему вы всё время говорите про врачей? Такое у меня впечатление, что они главные взяточники. Подождите, ребята, ну это неправда.  

Д.КНОРРЕ: Потому что здесь загвоздка моральная. Если мы говорим о взяточниках в бизнесе, конечно никто их не поддержит, конечно все будут против, из-за провокаций. А здесь непонятно, спорный вопрос.

С.ДОРЕНКО: Я очищу телефон. 79-36, звоните, я чищу вам линию. Сейчас мне позвонит человек, у которого телефон заканчивается на 36. Он кардиохирург, между прочим. Здравствуйте, слушаю вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Денис, кардиохирург. На самом деле, наркоз когда производится, сколько я людей не спрашивал — абсолютная чернота, ничего не видит.

С.ДОРЕНКО: Жалко, это просто неправильно.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Деньги берем. Сами приносят.

С.ДОРЕНКО: Но потом, не перед?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Конечно, после. Раньше был коньяк.

С.ДОРЕНКО: А некоторые, допустим, не знают. Как сориентироваться, что дать?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да ничего! Никто не требует. Кстати, про увольнения врачей вам скажу. Вы знаете, никого из специалистов не увольняют. Сидит дедушка в поликлинике — хирург называется. Он не хирург, он вообще никто — может быть, его и стоит уволить. Ну, жалко конечно.

С.ДОРЕНКО: А мне бы было стыдно давать, я бы лучше поехал в Израиль оперироваться. Честное слово, я вам серьезно говорю. Я настолько тупая скотина в смысле этого. Если через кассу — и всё.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Извините, перебью. У меня сложилось так, что моей жене требовалась пересадка сердца. В НИИ трансплантологии Шумакова мы обследовались. Вы знаете, деньги только за обследование — я дал 100 доллар, ну ерунда. Никто никогда не требует. Если люди требуют, это уже не врач. Врачам дают, приносят и дают.   

С.ДОРЕНКО: У меня друг-врач, он говорит: сходи к этому, реально сильный человек по этой теме, в конце говорит «просто дай ему 500». Это давно было, лет 14 назад.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Но он же не требовал.

С.ДОРЕНКО: Абсолютно. Мой приятель посоветовал. А я говорю: а если через кассу? Он говорит: через кассу 600 было. Это была ведомственная крупная поликлиника.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Так и есть.

С.ДОРЕНКО: Я ему говорю: старик, я тебя умоляю, пожалуйста, я не знаю как мне быть? Хочешь я 1200 в кассу, все-таки мне в кассу приятнее. Он говорит: дурак, ты не понимаешь, они этих денег не видят, это как в черную дыру, это всё равно что в печку кинуть.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да. Но требовать, ходить и клянчить, как вы рассказывали, это не врач. Врачу дают, его уговаривают взять.

С.ДОРЕНКО: А мне приятнее было бы в кассу все-таки. Поэтому если бы мне приспичило, я поехал бы в Израиль.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: У нас страна такая.

Д.КНОРРЕ: Сергей, вы сравнили конечно. В Израиле операция стоит 2 миллиона, а здесь по квоте почти бесплатно и заплатите врачу 50 тысяч рублей.

С.ДОРЕНКО: Внимание! Всё равно сколько стоит, я хочу в кассу. Я хочу в кассу, точка. Еще раз повторить? Я не хочу никаких 2 миллиона, 50 тысяч, я не хочу слышать ничего подобного. Я не хочу видеть скользких глаз, я не хочу ничего подобного видеть, слышать, не желаю! Поеду в Израиль, всё сделает абсолютно равнодушный врач, которому на меня плевать. Я болтал с одним, видно было, то ему на меня плевать. Вот это мне нравится. В кассу карточкой заплатил — вперед, товарищ! Я не хочу впадать в отношения скользкие, мне это страшно, неприятно. Я не даю, понимаешь, не даю. Это не по-хохлятски давать. Хохлы же жадноватые, лучше через кассу карточкой. Ты же не понимаешь, сколько стоит, карточка сама считает, какая тебе разница.

Д.КНОРРЕ: Не знаю. Наверное.

С.ДОРЕНКО: Товарищи дорогие, мы должны чуть-чуть сменить тему. Всех переклинило на врачах. Я хочу спросить людей, где больше коррупции: в бизнесе или в чиновном государственном аппарате? Мы говорили об этом с нашим слушателем, который позвонил несколько недель назад. Этот слушатель — чиновник, и он сказал нам очень простую вещь и, на самом деле, страшную. Он говорит: мы, чиновники, ничтожную долю, а что творится в бизнесе, вы можете посмотреть? Что такое войти в крупную торговую сеть? Сколько ты платишь официально за вход и сколько ты платишь еще лично человеку, который принимает решение и ставит подпись.

Д.КНОРРЕ: Решение принимает, я так понимаю, чиновник.

С.ДОРЕНКО: Нет. В частной торговой сети есть человек, который заведует поставщиками. Например, ты открыла какую-нибудь курячью ферму. Ты хочешь снабдить какую-то сеть своими курицами. Ты приезжаешь и говоришь: это с кем? — С Иваном Ивановичем, но он занят. — А когда? — Может быть, в пятницу. — А во сколько? — Я не знаю, мы вам перезвоним... Потом — заходи. Он говорит: зачем мне ваши куры, когда куры со всего мира ко мне? Ты говоришь: меня послал такой-то, Сережа Доренко, сказал, что вы хороший человек. Он говорит: Правда? Ну, хорошо. Давайте тогда втроем встретимся, но не работе. То есть ты закатываешь туда еще огромные деньги на взятку. Если это сеть ресторанов, то ты со своими курицами приезжаешь в сеть ресторанов. Есть Иван Иванович, громкий мужчина с кадыком. Мы к этому громкому мужчине с кадыком заходишь, говоришь: можно я курочку… у меня курочка. Он говорит: да у нас есть курочка, вы пока гуляйте. Ты говоришь: да я хотела бы продавать. А он говорит: а почему я у вас должен купить-то, у меня налажена поставка. Ты говоришь: у меня курочка лучше, подешевле я буду. Он говорит: да не надо нам подешевле, у нас всё нормально, верные поставщики. Опять взятка! Гигантские взятки!

Д.КНОРРЕ: А если я владелец «Дикси» и хочу, чтобы именно «Дикси» стояла здесь, а не «Пятерочку», кому я плачу в этом случае?

С.ДОРЕНКО: Чиновнику. Но я тебе говорю о взятках в бизнесе. Что такое получить кредит в банке? Ты бизнесмен, ты заходишь и говоришь: мне нужен кредит. Тебе говорят: пишите обоснование, будем рассматривать месяца 2-3. Ты говоришь: да я от Сережи, вы с ним на барбекю были в минувшие выходные.

Д.КНОРРЕ: Это правда работает?

С.ДОРЕНКО: Это работает как приглашение к взятке. Что значит «работает»? Это работает — типа своя чувиха. Ты говоришь: я от Сережи. — Очень интересно, а давайте мы повторим барбекю. Ты говоришь: ну конечно, я накрываю, это будет барбекю из курочки. А, нет, тебе кредит надо, значит из баранчика будет барбекю. Мы приезжаем, ты говоришь: мне нужен кредит 30 миллионов долларов. Ну, ты как-нибудь 2 миллиона оставишь этому человеку. Ты знаешь, как богаты начальники кредитных отделов банков?

Д.КНОРРЕ: Я думаю, что баснословно.

С.ДОРЕНКО: Я буду не прав, если начну давать советы, однако молодым женщинам я советую матримониальное жало направить на руководителей кредитных отделов, потому что это в высшей степени богатые люди. Чиновникам не снилось вообще ни разу. Чиновники просто у них шнурки завязывают, где-то так. Скажите, по вашему опыту, где больше коррупции в России: в чиновничьем мире, в государственном аппарате — 134-21-35 или в частном бизнесе — 134-21-36. Где больше коррупционных подонков, если угодно? Вы уж меня простите, я убежден, что помойка примерно одинаковая. Но я вижу по вашему голосованию, что вы не так убеждены. Но я-то убежден, что частный бизнес погрязнее будет, чем чиновничий. Вы думаете, что грязнее у нас чиновный мир — 134-21-35; грязнее мир частного бизнеса — 134-21-36. Позвоните, пожалуйста. Сейчас у меня 75% на 25%. Примеры после 10:00. Внутри обзора «Движения», я вам расскажу: 70% на 30%; 71% на 29%; 68% на 32% — что чиновный мир грязнее, чем частный бизнес в смысле коррупции. Частный бизнес, вообще говоря, очень грязная вещь в России. 10 часов 7 минут. Доллар улетает вверх, рубль падает, рушится, улетает вниз. Только что я видел 51,80. Но напомню, у меня сервис бесплатный, а значит опаздывающий. 51,56 сейчас доллар/рубль. У меня что-то крутится тщательно. Мне кажется, сейчас все, как бешенные, ломанулись. Естественно, очень тяжело всем сайтам, потому что люди прильнули.

Д.КНОРРЕ: Новость в 10:02: евро взлетел выше 64 рублей.

С.ДОРЕНКО: Я евро видел на 64,32-64,34 в 10:06. А сейчас уже 10:08. За эти две минуты он мог еще исполнить кульбит. Доллар/евро 1,2440 — доллар растет к евро. Доллар к рублю — 51,73, евро — 64,32. Вот так мы зажили, как-то нехило. Ребята, голова кружится, а потом ты начинаешь думать, что это надоело. Пал очередной рубеж: Brent упала ниже 69. У меня есть Brent, который с Bloomberg. Сейчас я его перезагружу только, потому что мне всё надо перезагружать. Brent — 68,53 в 1:34 по нью-йоркскому времени. Мне это не нравится, раньше какой-то холодок был приятный. Кто разбирается, позвоните. Когда это закончится, наконец? Хотелось бы, чтобы закончилось уже. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Пышный беспокоит. Я на две секунды затрону предыдущую тему, до новостей. Подтверждаю ваше мнение по поводу менеджеров кредитных отделов банков.

С.ДОРЕНКО: Пышный, умоляю, драма идет — рубль рушится, а мы такие модные. Я напомню вам результаты голосования очень быстро про коррупцию — 69% на 31%. И все-таки возвращаемся к доллару. Здравствуйте, слушаю вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро, если оно доброе. Сергей, а где ваш Делягин?

С.ДОРЕНКО: Ну что, ваш Делягин прогадал, продав доллары?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, прогадал.

С.ДОРЕНКО: Нет, он собрал. Он же сказал: я скидываюсь по 47, в конце недели тогда и соберу. Значит, он собрал их по 45. Я его вчера видел на Первом канале, он мне дал визитную карточку свою. Хотите, наберем и всё, нагло, без предупреждения. Где эти Делягины? Они спят в это время или что они вытворяют? Я вчера с ним виделся на Первом канале, он мне дал свой телефон. Это случайно, я же не знал, что он там будет. Он сидел чуть выше меня, я думаю, это более почетное место. Михаил, здравствуйте. Это Доренко. Помните, мы вчера виделись?

М.ДЕЛЯГИН: Да, я слушаю.

С.ДОРЕНКО: Вы видите, 51,80 уже исполнил рубль. Что же нам делать? Я звоню вам с радио. Честно говоря, нас утомило такое падение. У нас уже в глазах кружится, мы как будто калейдоскоп смотрим.

М.ДЕЛЯГИН: Терпите идиотов, терпите и последствия их деятельности.

С.ДОРЕНКО: Я перезагружаю: доллар дороже 52. Но все равно есть какой-то предел. Куда мы падаем?

М.ДЕЛЯГИН: Я сейчас у врача нахожусь. Мне очень неловко говорить.

С.ДОРЕНКО: Извините, извините. Михаил Делягин находится у врача. Я вижу 51,89, но у нас пришло сообщение, что 52 пробито. «Бакс успокоится на 80 к концу декабря», — прогнозирует 95-й. «Еще несколько месяцев назад Россия собиралась обрушить доллар», — говорит нам Кремль. SMS: «Он сам в шоке?» Кто в шоке? Делягин? Нет, он находится у врача, и ему неловко говорить. Вы слышали, что он сказал: мы его застали у врача. Я убираю назад телефон Делягина. Мне кажется, это очень чрезвычайно полезно позвонить Делягину. Хотите, еще кому-нибудь позвоним? Давайте позвоним Хазину. Хазин возвещал все время гибель ростовщического еврейского капитализма. Долгие годы Хазин возвещает гибель ростовщического еврейского капитализма. И почему-то падает не еврейский капитализм ростовщический и подлый, а почему-то падают хорошие люди. Мы хорошие — славяне и все на свете, и при этом мы падаем. А где же Хазин. Сейчас придется ему ответить за свои слова. Если только он не спит и не у врача. Михаил, здравствуйте. Это Доренко.

М.ХАЗИН: Привет, Сереж.

С.ДОРЕНКО: Михаил, 52 пробил рублевич.

М.ХАЗИН: Что ты говоришь? Охренеть!

С.ДОРЕНКО: А что делать?

М.ХАЗИН: Не знаю.

С.ДОРЕНКО: Только не ругайся, потому что мы в эфире.

М.ХАЗИН: Это на самом деле для меня некоторая неожиданность, потому что я считал, что на уровне 45-48 остановится. Причем, еще давно считал, летом. Не знаю, нужно разбираться.

С.ДОРЕНКО: У нас есть ЦБ… Такое ощущение, что все заколотили двери, повесили замки на двери, и все разъехались, а мы одни остались здесь как дураки.

М.ХАЗИН: Я не знаю, чем руководствуется Центробанк. Мне это просто недоступно, просто натурально недоступно. То, что Элечка неадекват, это всегда было известно, ее уровень понятен. Но зачем она это делает?

С.ДОРЕНКО: Они же должны вмешаться?

М.ХАЗИН: Экономические соображения тут не работают, но у нее какие-то еще должны быть соображения, я не знаю.

С.ДОРЕНКО: Михаил, они могут технически вмешаться?

М.ХАЗИН: Могут, конечно.

С.ДОРЕНКО: А какая у них цель: 60-80?

М.ХАЗИН: Не знаю!

С.ДОРЕНКО: Они же должны глазами видеть.

М.ХАЗИН: Я не понимаю, чем они руководствуются и для чего они это делают.

С.ДОРЕНКО: Простым людям, которые не купили золото, сидят себе спокойно в рублях, что делать?

М.ХАЗИН: А чего теперь-то делать? Если сейчас переходить в доллары, а доллар обратно в 45 загонят, соответственно, люди проиграют. В нынешней ситуации, когда такие скачки, люди всегда проигрывают.

С.ДОРЕНКО: Спасибо. Не надо меня жалеть. Все меня жалеют, что я вышел из доллара по 47,30, по 46,60. Я вышел, потому что мне нужно было срочно покупку делать. Вот я ее сделал. Ну, я дурак, ну и хорошо. Я же не доллары копил, я копил на покупку. Я счастлив. «Страну сливают», — говорит 109-й. SMS: «А что делают клятвопреступники?» Какие клятвопреступники? SMS: «Мы звоним с радио, и это не звучит солидно». А что плохого? Товарищи, давайте послушаем специалистов. Куда катится рублевич? Мне нужны специалисты, потому что я хочу понять, какой горизонт, что мы видим перед глазами. Не надо мне рассказывать про нефть. Можно я про нефть не буду слушать? Знаете, почему? Потому что нефть была в 2008 году — 63, и ничего страшного. Мне нужен специалист по валютам, который мне скажет, где горизонт, куда мы идем. Здравствуйте, прошу вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. У меня в долларах деньги, и я сейчас еду менять.  

С.ДОРЕНКО: А почему сейчас менять? А, вы на жизнь меняете.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Потому что положил в свое время 20 тысяч долларов — было 700 тысяч. Теперь 20 тысяч долларов — миллион. Я 700 оставлю, а 300 сниму.

С.ДОРЕНКО: Вы их истратите или просто будете на них смотреть? Просто так не меняйте. Спасибо. 7373-94-8. Здравствуйте. Полковник, вы разбираетесь, Полковник специалист по экономике. Прошу вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, я больше разбираюсь во всяких мошеннических схемах и преступлениях. Именно это я сейчас и вижу.

С.ДОРЕНКО: Полковник, я хочу спросить вас. 63 была нефть в 2008 году, и рубль стоял, как каменный, и прекрасно себя чувствовал.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Как раз я об этом и говорю: здесь вопрос не в цене на нефть, здесь вопрос в человеческом факторе. Точно так же как наш кризис никакого отношения не имеет к мировому, точно так же и цена на нефть совершенно никакого отношения не имеет к скачкам валюты, которые у нас есть. Я смотрю на действия Центробанка и Минфина по отказу интервенций и так далее, и я вижу, что в уголовном праве это называется «пособничество в совершении преступления».

С.ДОРЕНКО: Не успеем посадить, они нам 60 сделают.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Они сделают 60, они сделают больше. Дальше идет чистое мошенничество, с моей точки зрения.

С.ДОРЕНКО: С моей тоже.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Когда я слышу, что наш президент горячо любимый, всенародно избранный…

С.ДОРЕНКО: В четверг выступать будет перед обеими палатами парламента.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Он недавно выступал и говорит: здорово, цены на доллар растут, у нас бюджет пополняется, всё здорово.  

С.ДОРЕНКО: Но не так, Полковник. Здорово, но не настолько. То есть мы как бы готовы радоваться, но не настолько. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. С первым днем зимы вас и всех слушателей.

С.ДОРЕНКО: В 2008 году нефть была 63 — рубль стоял. В чем дело, я не понимаю?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Есть привязка к нефти в любом случае. Америка сейчас идет ва-банк по большому счету. Я вам хочу сказать одно очень интересное замечание. За последние полтора-два месяца вы себе не представляете, что делают европейцы, приезжая в Россию — они приезжают сюда на шопинг. 

С.ДОРЕНКО: Вот как интересно.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я вам это заявляю, потому что это знаю.

С.ДОРЕНКО: Например?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Мои знакомые приехали из Германии и за свои евро, которые стоят теперь очень дорого в пересчете на рубли, покупают здесь вещи.

С.ДОРЕНКО: Ужас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Мы ездим в Финляндию за продуктами. Но сейчас уже мои знакомы из Питера не ездят в Финляндию. А ребята из Европы приезжают к нам в Россию. Понятно, что это единичный случай, но как они говорят: их знакомые друзья-немцы тоже собираются приехать сюда перед Новым годом и сделать здесь покупки.

С.ДОРЕНКО: Я читаю, Tiger например заявил, что до 1 января не повысит цены. То есть сейчас у них игрушечные цены. Я думаю, что скоро будут швейцарские часы ручной работы идти как Swatch.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А почему бы и нет. Из-за этих санкций, естественно, наши производители страдают. Они страдают с точки зрения импорта, то есть мы не можем туда отправлять товар. А кто нам запрещает продавать здесь товар или иностранцам покупать у нас товар.

С.ДОРЕНКО: Страдаю конкретно я, Сережа-пастушок. Я вчера был в «Глобусе» и купил папайю за последние. Я по всем себе отказал, купил папайю. Сказать, сколько папайя стоит окаянная.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сколько.

С.ДОРЕНКО: 830 рублей я отдал за папайю. Ну что это?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: С ума сойти.

С.ДОРЕНКО: Ну, куда это годится? Я не согласен с этим. Я купил картошки. Была по 23 грязная, и такая же грязная, но уже отмытая и в сеточке — была по 25 русская картошка. Я купил три сетки: три по пять — 15 килограммов. Я купил лука. Меня заставили, потому что говорят многие люди: лук кладут в суп. Я не понимаю, для чего, но я купил лук. И я купил для себя, для души, папайю. Я теперь перешел на здоровый образ жизни, и вместо того чтобы кушать водочку и кушать всевозможные изысканные напиточки, я ем папайю. Это возраст, мать! А что ты думала?

Д.КНОРРЕ: Дорого вам обойдется здоровый образ жизни.

С.ДОРЕНКО: Это обходится мне как неплохая бутылка красного. Раньше я мог позволить себе красное, но это вопрос был уже не к Путину, а к печени… SMS: «На Пхукете такая папайя стоит примерно 90 рублей — 50 бат. Вот почему надо переезжать на Пхукет». Совершенно верно. Рубль пробил 52. Сейчас я вижу 51,71. Кто-то там написал: «Пошлите ОМОН в ЦБ». Это очень правильная реакция. Евро мы видим по 64,37, а доллар мы видим по 51,72 сейчас. Но у меня идет с небольшим опозданием. Где горизонт? Я хочу знать, куда я падаю. Когда я падаю, я не собираюсь падать как Алиса в Стране чудес. Понимаете, о чем я говорю? Я не хочу падать, как Алиса, в кроличью нору. Я хочу падать, чтобы я видел, куда я падаю: чтобы мне заранее знать, сломаю я себе копчик или весь позвоночник. Это очень важно. Здравствуйте, слушаю.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Михаил.

С.ДОРЕНКО: Михаил-антисоветчик, прошу вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да ну, почему?

С.ДОРЕНКО: Ну, не важно.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Если мы сейчас ведем разговор на уровне обывателя, у которого 20 тысяч в кармане, то мы не говорим об экономике вообще. Центробанк здесь не причем.

С.ДОРЕНКО: Михаил, всё, врассыпную, каждый за себя! Хватит говорить об экономике, давайте про меня говорить.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Есть понятия «стагнация» и «рецессия». Я считаю, что Советский Союз находился в условиях перманентной рецессии. Мы не знали, что такое деньги, Пхукет. Сегодня мы соизмеряем свое внутреннее личное материальное положение с возможностями на Западе, в том числе и при покупке папайи. Или что вы там купили.

С.ДОРЕНКО: Я купил вчера папайю.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это вопрос психологии.

С.ДОРЕНКО: Скоро я ее буду есть с семенами и кожей за такие деньги!

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Теперь самое главное, Центробанк здесь не причем.

С.ДОРЕНКО: А кто же?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Дело в том, что эволюция экономическая, о которой говорили большевики, она требует внутренних средств, внутренних накоплений. У нас патологически в стране не хватает денег. Не слушайте Хазиных и Делягиных. У нас нет денег, с точки зрения, частного капитала. 

С.ДОРЕНКО: М-1 или М-2?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: (Смеется)

С.ДОРЕНКО: Существует денежная масса М-1, а существует денежная масса М-2.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Помните, мы изучали, сфера производства и сфера обращения в учебнике социалистической экономики. Конечно, выводы были фальшивые. Но суть такова. Дело в том, что производительность труда лежит в основе экономических реформ, экономических эволюций, то есть интерес человека, который в 7 утра бежит на работу. Вот этого фактора у нас нет. И я скажу сейчас самое главное: нефть изменяется, доллар растет; неизменным остается в сегодняшней нашей экономике и это показывает ее абсолютное бесстыдство — это банковский процент кредита. Если он выше четырех, никакое развитие предпринимателя, внутреннего производства невозможно.

С.ДОРЕНКО: Вы говорите, как человек с масштабным зрением, с широкими большими горизонтами. А я вас прошу позаботиться обо мне, маленькой блошке. Я уже не хочу думать про экономику. Мне кажется, экономика это выше моего горизонта.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Тогда она подумает о вас, помните, как говорили о политике. Еще одно важное соображение: если завтра доллар опять станет 30, это уже будет другой рубль, цены не упадут. Это будет рецессионная инфляция. Ваш папайя будет стоить 1,5 тысячи. Поэтому не обольщайтесь этим законом…

С.ДОРЕНКО: Мне неожиданная мысль пришла и, мне кажется, она очень здоровая. Я заменил выпивку папайей, может быть, мне назад прогуляться. Самая трезвая мысль, которая пришла мне в голову, что надо прекратить покупать папайи, а надо покупать снова выпивку. Это меня каким-то образом соотнесет с моментом и так далее. Доллар и евро обновили максимумы к рублю, затем немного сократили рост — от «Интерфакса» анализ. Рубль обновил исторические максимумы. В первые минуты торгов взлетел до 52,05, а евро достиг 64,93, то есть почти 65. В следующие минуты рост валюты немного сократился: доллар составил 51,62; евро стоил 64,33. Рост валюты продолжатся пятые торги подряд. Доллар прибавил за это время 6,7 рубля. Парень мне пишет очень хорошую новость, он говорит: «Скоро будет доллар с рублем один к одному». А как? Достигнет ста, и два нуля отбросим, надо до ста рубль завалить — вот такая идея у Вадима. SMS: «Сказал начальнику, какой сейчас курс, и начальник побледнел». Когда будет еще «сюрприз», он начнет краснеть, вот это будет еще хуже. SMS: «За ночь на улицах вокруг метро “Проспект Мира” установили парконы». Вот это мне нравится — Москва живет совершенно отдельной жизнью. Есть такое ощущение, что это всё не относится к Москве никак.

Д.КНОРРЕ: Пока да. Москва, я думаю, последняя почувствует. 

С.ДОРЕНКО: Москва как раз первая почувствует, потому что Москва живет на импорте. Можно уехать в дивное местечко на Волге, где есть собственные продукты, собственные колхозы. Москва, наоборот, первая почувствовала. При этом Москва продолжает какие-то поборы, парконы, всё время угрозы сделать МКАД платным и так далее, как будто их вообще ничего не касается. Это удивительные люди с очень хорошими нервами и с невероятно умеренным характером. Здравствуйте, прошу вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Мага.

С.ДОРЕНКО: Скажите, вы переводите что-нибудь на родину или вы уже полностью русской жизнью здесь живете?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я живу полностью уже 13 лет русской жизнью, но всё равно перевожу близким, родным, кому тяжело — помогаю. 

С.ДОРЕНКО: А как в Средней Азии курс соотносится и у нас?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Самое интересное, последние два-три месяца, когда я звоню, каждый раз спрашиваю, именно рыночный курс, а не государственный курс. Там есть два курса — государственный и рыночный. Ни государственный, ни рыночный курс не меняют вообще. Как он был три месяца назад 3 тысячи один доллар, он сейчас стоит 3050.

С.ДОРЕНКО: В Узбекистане?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это Узбекистан. Вообще не меняется. Я не пойму, почему.

С.ДОРЕНКО: Это странно. Вы знаете, что за последние месяцы сам доллар к евро прибавил и заметно.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И евро не меняется. А государственный увеличивается на какие-то мелочи, и всё.

С.ДОРЕНКО: «Даешь парконы в долларах!» — пишет мне Сергей Саяпин.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Буквально минутку я у вас еще займу. Есть в мире очень много развитых стран, ту же Японию взять. Ребята, давайте работать. У этих стран нет ни нефти, ни газа, а они выживают и живут гораздо лучше экономически, чем Россия. Давайте работать! Такая огромная территория! Елки зеленые, хватит уже равняться на нефть и газ, давайте работать!

С.ДОРЕНКО: Мага, не можем. Я сейчас объясню почему, потому что японцы готовы работать с горечью. Когда они потерпели поражение во Второй мировой, они стали работать с горечью, а русский человек с горечью не может работать. Русский человек должен работать с торжеством, с ликованием и желательно до обеда.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это, значит, наша беда.

С.ДОРЕНКО: Нет, это не беда. Это такое качество, мы таковы. Я не согласен работать. Ну как я могу работать, если я расстроился? Для меня работа — это акт вдохновения, это акт творчества. Я не могу просто работать, я же не ишак на водокачке. Как я могу работать, если я расстроился? Ты можешь работать, когда ты расстроилась?

Д.КНОРРЕ: Приходится.

С.ДОРЕНКО: Потому что ты немка. Была бы ты славянка — не могла бы. Кстати говоря, про женщин. «За всё нужно платить», — говорит 33-й. «Психуешь?» — говорит 87-й или 87-я, судя по нежности, с которой она обращается ко мне. SMS: «По-моему, ОМОН пора посылать к Медведеву. Они все делают для социального взрыва». Нет. Почему? Правительство то же самое. Это правительство с нами испокон веку. Товарищи, когда вы думаете, что правительство сделалось хуже или лучше, чем было, я вам предлагаю смотреть не кто сидит в правительстве. 

Д.КНОРРЕ: Я так понимаю, что речь идет о том, что были очень выгодные, хорошие и комфортные условия созданы для правительства с помощью цен на нефть. А сейчас, когда цены на нефть упали…

С.ДОРЕНКО: Давай ты будешь умная (ты и есть умная).

Д.КНОРРЕ: Попробую.

С.ДОРЕНКО: Есть западня. Ты вышла из дома, и все тебе: «Здравствуйте, Дарья Кирилловна; Дарья Кирилловна, хотите денег? А хотите мы покажем вам котенка, а хотите ежика? Хотите шоколадку, Дарья Кирилловна?» Ты понимаешь, что это западня, ты же не дура. Ты же понимаешь, что тебя ведут к какой-то трагической истории. Почему правительство это не понимает? Если высокие цены на нефть, это всё равно, что девочке предлагают шоколадку, а также погладить котенка, а также показать ежика. Я сейчас открыл, Игорь Иванович Шувалов… Я пытаюсь вам объяснить, что правительство то же самое уже многие годы. Для меня важно, что пока Игорь Иванович Шувалов в лавке, мне всё равно кто премьер. Внимание, это очень важно! Смотрите, он был помощником президента Владимира Путина с 2003 по 2008 год, потом перешел в правительство, и был первым заместителем председателя правительства Российской Федерации с 12 мая 2008 года. Он занимается Дальним Востоком, Забайкальем, саммитом АТЭС занимался, малым, средним предпринимательством. Мировым кризисом он занимался: он возглавлял комиссию по координации действий правительства для противодействия последствиям мирового финансового кризиса. Это большой человек. Я думаю про Игоря Ивановича Шувалова, что он ключевая фигура. Он как бы человек, который в лавке. Потому что у первого лица всегда есть представительские функции. Медведев ли, Путин ли, у него есть представительские функции — он обязан посещать города, веси; там и сям грозно смотреть, поощрять — молодцы, а некоторым говорить «а-я-яй» и так далее. А кто сидит в лавке? Называю: с 12 мая 2008 года по настоящее время в лавке сидит Игорь Иванович Шувалов (никто иной), и он держит вожжи, он молодец. Тогда слово «правительство Медведева» не имеет никакого значения ключевого для меня. Правительство Шувалова.

Д.КНОРРЕ: Так это не суть важно, какое правительство, Медведева или Шувалова.

С.ДОРЕНКО: Вы говорите: надо сменить Медведева. Я отвечаю: нет, не надо сменять Медведева, там всё хорошо. Шувалов уже один кризис мировой прошел. Прикинь, за битого двух небитых дают. Пусть он еще сидит 30 лет подряд. Он молодой парень, 1967 года, два сына, две дочери — это я в «Вики» смотрю. Семья Шувалова освоила госдачу члена Политбюро Михаил Суслова в Одинцовском районе площадью 7,5 гектара, как думает американский Foreign Policy и «Википедия» вдобавок. Проектирование построек вёл итальянский архитектор Джулиано Моретти, соседей его — Роман Абрамович с одной стороны, а с другой стороны —  Сулейман Керимов — миллиардеры. У него в руках правительство. Это хорошо. Это говорит нам, что и второй кризис преодолеем. Не надо мне заявлять «пусть уходит Медведев». Мне кажется, у Медведева алиби, а?

Д.КНОРРЕ: Бесспорно.

С.ДОРЕНКО: Причем тут Медведев? У меня много тем, но меня заботит по-настоящему судьба русской валюты. Квоты на женщин вводятся в Германии. В Германии обяжут все крупнейшие компании, в том числе частные, 30 процентов мест в советах директоров отдать женщинам. Ты довольна этим?

Д.КНОРРЕ: Я не в Германии живу.

С.ДОРЕНКО: Всё, что есть в Германии сегодня, будет в России через 30 лет.

Д.КНОРРЕ: А, может, неплохо.

С.ДОРЕНКО: А что в этом хорошего?

Д.КНОРРЕ: Сильные женщины есть.

С.ДОРЕНКО: С чего они сильные сделаются, объясни мне? Если они в естественной среде не могут прогрессировать, им делают искусственную квоту. Для чего это, ты можешь объяснить? Чтобы шуршали юбками и чтобы возникла очередь в женский туалет, и больше ничего.

Д.КНОРРЕ: Туда пройдут изначально сильные женщины. 

С.ДОРЕНКО: Ничего подобного. 30 процентов мест должно быть во всех открытых обществах в Германии, с 2016 года 30 процентов должны быть женщины. Я считаю, что это искусственно. Если они своим талантом и грудью дорогу проложить не могут, то что это значит?

Д.КНОРРЕ: Вы сами прекрасно понимаете, что дорогу талантливым людям перекрывают…

С.ДОРЕНКО: Значит, будут худших выбирать: нянечку, уборщицу, лифтёршу возьмут.

Д.КНОРРЕ: Я думаю, что конкурс будет в любом случае, будут брать исключительно талантливых женщин.

С.ДОРЕНКО: Товарищи дорогие, давайте отвлечемся от русской экономики, про женщин поговорим. Всё что происходит в Америке, у нас происходит через 50 лет, как вы знаете, а все, что происходит в Германии, у нас произойдет через 30 лет, ввиду нашей… не знаю как назвать. Надо существительное придумать, у меня его нет. Ну, отсталости так скажем, социальной в том числе. Это хорошо или плохо? Пусть мне женщины позвонят. 7373-94-8. Женщины, 30 процентов мест в советах директоров собираются вам отдать. Я считаю, что это искусственно. Это значит, это опять будет притянуто за уши. Эта квота: в сущности, будут просто с улицы брать — эй, женщина, идите сюда, вы у нас в совете директоров. Здравствуйте. 

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Анастасия. Я как раз руководитель. Это, действительно, притянуто за уши. Потому что если человек обладает лидерскими качествами, не принципиально какого он пола. Женщин-руководителей довольно-таки много, и какие-то квоты им не нужны.

С.ДОРЕНКО: Я читаю дальше в статье, что до 55 процентов женщин в нашем русском мире работает в финансах, маркетологии, подборе персонала. Там огромное представительство женщин в русских компаниях. Но есть должности или разновидности работы, которые женщины труднее осваивают.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я думаю, да, потому что в любом случае психологически женщины и мужчины реагируют на многие события по-разному, и в кризисных ситуациях реагируют по-разному. И говорить о том, что есть женщина-руководитель — мужчина в юбке, мне кажется, в наше время уже абсурдно. Да, разница действительно есть. Я себя, как руководитель, трудно представляю в металлургии. А, например, экономика, консультации, подбор персонала — это та сфера, в которой женщина-руководитель даже более…

С.ДОРЕНКО: Как вас зовут?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Анастасия.

С.ДОРЕНКО: Анастасия, позвольте мне задать вопрос бестактный, я поэтому пытаюсь сначала подлизаться. Женщина-руководитель мужиковатая?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я бы не сказала. Но характер жесткий.

С.ДОРЕНКО: Почему? Она же должна гнуть всех, она должна через коленку ломать, в том числе мужчин.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Она должна уметь, в том числе и через коленку сломать, если будет такая ситуация. Но при этом нагрузка больше, потому что она должна, в том числе прийти домой и остаться женщиной.

С.ДОРЕНКО: А вы ругаетесь матом на работе?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: На работе нет, дома могу.

С.ДОРЕНКО: Ну, дома это совершенно другое... Спасибо вам большое. Почему я так сказал? А ты ругаешься дома матом?

Д.КНОРРЕ: Нет.

С.ДОРЕНКО: А я думал, с порога заходишь… Бывают люди, которые снаружи квартиры держатся и очень хорошо держатся, а дома не держатся. Там у них домашние по стенке летают, всё время слышно ба-бах, ба-бах — муж полетел в стенку, сбил сковородки. 7373-94-8. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Мне кажется, на женщин не нужно ничего возлагать, потому что они всегда неадекватно реагируют на что-либо.

С.ДОРЕНКО: Здесь вопрос, на самом деле. Женщина, для того чтобы стать руководителем, должна ли стать мужиковатой? Для того чтобы женщина была руководителем, она должна в себе воспитать мужские качества или она может, опираясь на женские, сделаться руководителем?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Она должна сидеть дома с детьми и воспитывать.

С.ДОРЕНКО: Да. Но для того чтобы стать руководителем, она должна в себе пестовать мужские качества или она может, опираясь целиком на женские, руководить?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: На женские.

С.ДОРЕНКО: Может?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Конечно.

С.ДОРЕНКО: Не знаю, не уверен. У меня были женщины-руководители. Одна из них курила, притом много курила. Она посадила голос не потому что курила, а потому что и курила, и болела, и всё время горло болело. У нее сиплый голосок сделался. Она ругалась матом. Насколько неловко делается, когда женщина ругается матом. Знаешь, почему? Потому что вы, в сущности, не умеете ругаться. Вы не умеете ругаться хорошо. И потом, огромная часть матерных ругательств созданы в мужском сообществе, и они опираются на мужские смыслы. И поэтому когда женщина говорит «я забила», а забить-то ей нечего. Там же слово — забила что-то, а у ней нет этого. Поэтому часть мата звучит совсем глупо. Как она может забить, если ей него забить. Там целый ряд ругательств, которые чисто мужские, а женских-то и нет. Поэтому так глупо, ходульно и неловко. Я всё время эту начальницу просил: можно ты не будешь, пожалуйста, при мне ругаться. Потому что я могу начать тоже, но тогда у меня пройдет двадцатиэтажный мат, безостановочный, то есть я могу, почти не применяя нормальных слов, ругаться. Я говорю: мать, тогда у тебя топор можно будет вешать; пожалуйста, миленькая, не ругайся, я тебя очень прошу. Нет, нельзя забить: мне предлагают «забить клитор». Нет, не получится, Пятигорский. 7373-94-8. Здравствуйте, прошу вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. У меня жена работает в немецкой компании руководителем.

С.ДОРЕНКО: Расскажите, в какой степени она может сохранять женственность в этой ситуации?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ломать об колено, действительно, приходится, увольнять приходится. Но дома все-таки матом не ругается, а на работе бывает. Я, на самом деле, о другом хотел сказать. Такая современная тенденция европейская называется the virgin. Я хотел сказать, что это означает для женщин. У них действительно есть тенденция или тренд, когда 30 процентов решений должны принимать женщины в том числе.

С.ДОРЕНКО: В этом есть искусственность или нет?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да. Что это означает по факту: то есть кроме своих непосредственных обязанностей, теперь она вынуждена ходить на совещания или на комиссии по принятию решения просто потому что она женщина.

С.ДОРЕНКО: Конечно. Потому что это создает некий правильный социальный антураж. Самое забытое меньшинство на планете Земля, знаете кто — дальтоники. Вот пусть в совете директоров будет 2 процента дальтоников обязательно. В депутатах Госдумы должно быть 8-9 дальтоников. Пусть принимают законы дальтоники. Это будет справедливо, мне кажется. А почему нет?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Конечно. И присоединим всех остальных.

С.ДОРЕНКО: Кареглазые, голубоглазые должны тоже иметь квоту. Все должны иметь квоту. Дальтоники самое забыто меньшинство на планете Земля. Женщины всюду, всюду, всюду оттопыриваются, всюду лезут во власть. Что бы вам не сиделось дома? Но дальтоники самые тихие, забытые богом, несчастные, все на них плевали. Паровоз водить нельзя, самолет водить нельзя, всюду гонения. А при этом это довольно неплохие люди на поверку, если с ними выпить. Женщина-руководитель, мне кажется, сама пробьется. Я тебе больше скажу, есть целый ряд вещей, где нужна систематичность, усердие, методичность...

Д.КНОРРЕ: Внимательность.

С.ДОРЕНКО: И женщина, конечно, «бьет» мужчину легко. Если только этот мужчина не китаец, потому что китаец, конечно, пунктуальнее любой русской женщины. Но если считать в среднем по популяции, то женщина сильнее мужчины в пунктуальности, методичности, во внимательности, в способности к рутинной глупой малооплачиваемой работе. То есть женщина, конечно, должна представлять низы общества. Мне кажется, так органично для нее и так правильно. Я все-таки вырулил на правильную стезю.

Д.КНОРРЕ: А я всё ждала.

С.ДОРЕНКО: Доллар 51,85; под 52 опять покатился. Внимание! Секунду, я снова перезагружусь — 51,82; под 52. Вы знаете, что сегодня доллар пробил 52, был 52,05. Потом откатился и сейчас снова штурмует — 51,82. Евро — 64,45. Ну что тут сказать? Пойти и повеситься. А вы знаете, что мы вчера с Володарским поспорили, что я не выругаюсь ни разу в течение грядущих 10 лет. И он тоже. Он говорит: а если враги пытать будут? Я говорю: тоже не выругаюсь. Мы только говорим «Василий Иванович, зря вы уронили кувалду мне на левую ногу. Я досадую». Мы пойдем и проживем его, этот понедельник, 1 декабря.