С.ДОРЕНКО: 8 часов 39 минут. Пятница. 17 апреля. Здравствуй, великий город! Здравствуйте, все! Это радио «Говорит Москва»! «Говорит Москва»! Анастасия Оношко – ведущая этой программы. Здравствуйте.

А.ОНОШКО: И Сергей Доренко. Доброе утро.

С.ДОРЕНКО: Насть, слушала вчера Путина?

А.ОНОШКО: Да, конечно, частично слушала.

С.ДОРЕНКО: В машине?

А.ОНОШКО: Да, и в машине, и читала.

С.ДОРЕНКО: Я вчера сподобился, можно сказать, такая разновидность адюльтера, я установил на четвертую кнопку «Вести.FM» себе.

А.ОНОШКО: Не Первый канал в этом смысле.

С.ДОРЕНКО: Нет, на машине, я говорю, на четвертую кнопку.

А.ОНОШКО: А… в этом смысле.

С.ДОРЕНКО: Какой бывает еще смысл? Я имел в виду, что я в машине установил, это разновидность, адюльтера, на четвертой кнопке. Потому что они транслировали, и я слушал очень внимательно и смотрел тоже по телевизору и все такое, и слушал, и читал потом. Все знают, это общение произвело большой эффект и прочее. На меня заметное впечатление оказала жёсткость SMS, которые никто не редактировал.

А.ОНОШКО: Да, да, это было здорово.

С.ДОРЕНКО: Там шло все вплоть до отставки немедленной и так далее. Я так понял, что SMS специально никто не редактировал.

А.ОНОШКО: В следующий раз будут после этого редактировать или оставят так?

С.ДОРЕНКО: Нет. Не знаю. Это как бы… Такое ощущение, что в этот раз пустили поток, как есть. А, может быть, наоборот, ужесточили поток.

А.ОНОШКО: Люди скриншоты ловили.

С.ДОРЕНКО: Я вижу, что Адагамов счастливый, Садальский дал скриншот, еще кто-то дал скриншот в ЖЖ SMS. SMS были очень жесткие и, казалось, что нарочито жесткие. Честно говоря, они диссонировали с лицами. Потому что когда я видел лица, я видел лица влюбленных женщин, например. Мы знаем, что Сергей Безруков смотрел самым внимательным образом. И насчет Сергея Безрукова все уже пошутили.

А.ОНОШКО: Он был на работе.

С.ДОРЕНКО: Да, что Сергей Безруков изучал героя, вживался, становился персонажем, то есть он изучал персонаж и он как будто готовился сыграть Путина, вот что-то такое. Внимательность его запредельная, но такая изучающая внимательность. А женщины там сидели, их показывали… В момент, когда «Борис, купи собаку», про собаку…

А.ОНОШКО: Расскажите, кто-то не знает, может быть. Это позвонила…

С.ДОРЕНКО: Нет, это был анализ SMS, который очень строгая молодая женщина… Там ведущая была Ситтель с невероятными глазами своими, чуть выпученными, и была еще строгая женщина, которая в другом зале работала, строгая блондинка. И вот строгая блондинка в какой-то момент говорит, что к нам поступают 28 миллиардов сообщений, то, се, MMS, все очень любят MMS, сказала она, как будто это кого-то парит, и в какой-то момент она подводит к тому, что есть тетка, ей 40 лет, тетке… Чего ты смотришь на меня? 40 лет тетке. И тетка хочет на 40 лет кобелька, то ли сучку, не знаю. Вот. Хочет она. А муж ее, ейный мужик, бывший полковник, не хочет, говорит: это все время будет эта шерсть, эта аллергия, зачем это надо, оно же где-то гадить начнёт в ботинок, лаять, зачем оно надо, полезет в постель, да ну ее на фиг. Вот. И строгая блондинка все это зачитывает, насколько я припоминаю. А Путин начинает отвечать, что не надо в это лезть. И дальше очень интересно. Он раскрывает (действительно здесь Колесников прав) модель собственного принятия решений и модель собственного взаимодействия. Это коммуникативная модель, которую раскрывает Путин. Абсолютно, принципиально важная. Надо сделать так, чтобы мужу все советовали купить… Смотри, Путин выстраивает коммуникативную модель.

А.ОНОШКО: А он в этом смысле как муж.

С.ДОРЕНКО: Путин как наблюдатель. Путин, как наблюдатель, говорит: надо сделать следующее. Чтобы мужу все советовали купить жене собаку… Его Борис зовут, мужа. «Борис, ну, купи собаку, Борис, купи собаку», чтобы все так сказали. А в тот момент, когда муж придет и скажет, «мне все говорят купить тебе собаку», жена, чтобы она сказала «не надо мне собаку». Жена сказала: не надо мне собаку, я смирюсь, я сделаю, как ты хочешь. Она должна сказать. Путин говорит: он тогда ей слона купит и шубу пообещает. Вот смотри, это модель взаимодействия, это интереснейшая вещь.

А.ОНОШКО: Вы имеете в виду собаку?

С.ДОРЕНКО: Нет. Это модель взаимодействия. Смотри, есть два партнера во взаимодействии Икс и Игрек. Игреку что-то надо от Икс, а Икс блокирует это решение. Вот что Путин представляет модель взаимодействия. Надо, говорит, как сделать? Чтобы на Икса надавили все силы, которых он уважает, родственники, друзья, другие партнеры, чтобы на Икса было оказано благое давление, что давай, Икс, не блокируй решение Игрек.

А.ОНОШКО: А Игрек отказывается от своего решения, передает принятие решения Иксу.

С.ДОРЕНКО: А в момент, когда Икс полностью убежден, он приходит к Игрек и говорит, «я дам тебе уступку», Икс говорит Игрек, «я дам тебе уступку». Игрек в этот момент опрокидывается в дзюдо такое в чистом виде, падает навзничь и говорит: а мне ничего ну нужно, я покорюсь, я покорный. Я покорный, я на все пойду, ничего мне не нужно. После того, как Икс сломали. Сначала сломали, потом Игрек отказывается от своего пожелания, и после этого Икс дарит в 10 раз больше. Понятно, о чем я говорю?

А.ОНОШКО: Да.

С.ДОРЕНКО: Слона, говорит, подарит. Вот Путин рассказал. Очень интересная модель.

А.ОНОШКО: Странно, что женщина сама не догадалась до этого. Мне кажется, это известный прием.

С.ДОРЕНКО: Да?

А.ОНОШКО: Абсолютно. И давно-давно используется. Обратитесь к женщинам…

С.ДОРЕНКО: Ха-ха! Интересно. И очень много жестких вопросов по экономике, обиженных, жестких и так далее. Это что? Это попытка решить проблему или выпускание пара?

А.ОНОШКО: Это точно не решение проблемы.

С.ДОРЕНКО: Почему? Он же записывает.

А.ОНОШКО: Так он записывает отдельные какие-то имена, а решения-то комплексно надо. То есть систему паллиативной помощи внедрять в принципе. Про это не было ни слова. Там есть Азамат, которой искали морфин и все. Или какая-то тетечка, которой не хватает, она на коляске инвалидной, ей нужен аппарат какой-то. «Сейчас запишем, мы с вами свяжемся». А речь-то идет о том, что таких очень много и нужно бы системно, комитеты какие-то… Ох… Какие-то системы создавать. А об этом речи нет ведь.

С.ДОРЕНКО: Да. Светлана пишет: «Настя, ведь это же самый обычный способ поведения». Светлана присоединяется к этому. Слушайте маленькое смешное сообщение от Алексея: «Добрый день. Во многих странах люди умирают от нехватки воды, а у нас твари моют дороги в сильный ливень. Жесть. Просто маразм». Алексей, только в сильный ливень можно отмыть дороги, потому что когда размягчится грязь, ее легко смыть. Поэтому только в сильный ливень она и смывается, а иначе она просто размазывается. Это первое. А второе, таким образом, вы не поверите, Алексей, мы помогаем засушливым странам. А именно, разливая воду максимально тонким слоем по поверхности, мы способствуем испарению, а, следовательно, насыщению атмосферы влагой, а, следовательно, мы помогаем засушливым странам. Это единственный способ. А как вы хотите, чтобы мы им в бутылках ее возили что ли? Мы ее разливаем по своим дорогам, она испаряется и отправляется в те страны, которые вы так жалеете, о, Алексей. Поэтому, пожалуйста, не раздавайте приговоры, кто вокруг вас идиоты, а кто кретины. Все довольно умные люди вокруг вас, представьте себе. Тогда вам легче станет жить.

Давайте попробуем проголосовать. Я хочу проголосовать. Жесткость вопросов в экономической сфере во вчерашней прямой линии. Попытка найти решение – 134-21-35, выпускание пара – 134-21-36. Но жесткий, не ура, не ура, то есть каждый выходил – кредиты, каждый, кто задавал вопросы, задавал вопросы окончательного кошмара. Понимаешь?

А.ОНОШКО: У вас такое впечатление сложилось?

С.ДОРЕНКО: Да. И фермеры, и Кудрин, и все.

А.ОНОШКО: Британский фермер всем понравился.

С.ДОРЕНКО: Да. Ну и фермер, и Кудрин, и все задавали вопросы, свидетельствующие об их, если не отчаянии… Вот у Джона этого доходило до отчаяния. Если не об отчаянии свидетельствовавшие вопросы были, то, по крайней мере, о том, что край близко, край близко непродуктивных решений каких-то по экономике. 19 процентов у меня сейчас в голосовании говорят (20), что это попытка найти решение, 80 – просто выпускание. 73-73-948. Здравствуйте. Слушаю вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, доброе утро. Абдул. Да, выпускался пар, можно сказать, но вроде он говорил, говорил «все будет хорошо», при этом это был ответ ни о чем.

С.ДОРЕНКО: Почему? Он твердо сказал несколько вещей по экономике. Твердо абсолютно он сказал, что были приняты оптимальные решения…

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, обратите внимание, он говорит так: правительство будет чего-то решать. Такое ощущение, что Путин отдельно, правительство отдельно, они там не едины. Вот правительство должно принимать… это так и было. Меня очень сильно волновал вопрос по поводу студентов, которые получают тысячу рублей стипендии. Это наше будущее, это наша наука. Почему этот вопрос не озвучивался вообще нигде, даже никто этого не трогал. У нас студенты, которые получают тысячу рублей стипендию. Какие из них будут Менделеевы и Сахаровы? Ничего не будет. А это наше будущее, это наша наука. Согласитесь.

С.ДОРЕНКО: Но, с другой стороны, Абдул, существует перенасыщенность студентами. Мы с вами отлично знаем, что количество молодых людей, получающих сейчас высшее образование, выше, чем когда бы то ни было в истории России.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, можно же ограничения сделать: хорошисты, отличники… Лучше учащийся более нормальную стипендию. Тысяча - это не стипендия, согласитесь.

С.ДОРЕНКО: Да, я согласен, но также я скажу, что нужно тогда и вузы ограничить.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Абсолютно, согласен.

С.ДОРЕНКО: Есть такие вузы, там, в колхозе имени 22-го партсъезда, которые вообще не нужны, их надо просто закрывать. Оставить приличные вузы и там премировать хорошо и отлично учащихся студентов, может быть, хорошие стипендии. А все остальные пусть, как волки, по дорогам щелкают. Пятерки таскает, значит, он не должен разгружать вагоны, а если пятерки не таскает, значит, должен разгружать вагоны. С разницей в три раза стипендии была бы, у одного 60 тысяч, а у другого 20.

А.ОНОШКО: Чего так много-то?

С.ДОРЕНКО: А у кого 20 – разгружает вагоны, у кого 60 – это ездит по олимпиадам.

А.ОНОШКО: Немыслимая просто щедрость. Я вас не узнаю.

С.ДОРЕНКО: А… давай тогда я щедрость убавлю.

А.ОНОШКО: Нет, пускай будет тысяча рублей отстоям всяким на проезд…

С.ДОРЕНКО: Пусть будет 30 – тысяча в день, чтобы он мог заказать себе хавку какую-то, суши заказать.

А.ОНОШКО: Не отрываясь от занятий.

С.ДОРЕНКО: Не отрываясь от учебника, раз, курьер такой подскакивает, раз, он расписывается и все.

А.ОНОШКО: Да, правильно говорите.

С.ДОРЕНКО: А государство платит.

А.ОНОШКО: Со временем перестает спрашивать адрес.

С.ДОРЕНКО: Да. «Здесь живет у нас отличник», говорят люди в квартале.

А.ОНОШКО: Он любит, как обычно.

С.ДОРЕНКО: Да, он любит, как обычно, конечно. 73-73-948. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло.

С.ДОРЕНКО: Влад, привет.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Привет, дорогой.

С.ДОРЕНКО: Скажи, пожалуйста, это выпускание пара или действительно принятие решений по экономике и жесткие вопросы?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я думаю, что это вещи совместимые, скорее даже это демонстрация его силы. Потому что на фоне этого, очень тяжелого года, санкций, всего, нужно было продемонстрировать такую характерную вальяжность и умение контролировать ситуацию. А на легких вопросах не вылезешь. Здесь как раз и нужно было продемонстрировать.

С.ДОРЕНКО: На что-то опираться. Потому что жесткий вопрос дает опереться, это правда.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Совершенно точно. И это выстраивание опять же имиджа после прожитого года.

С.ДОРЕНКО: Влад, у меня такой вопрос. Во всех выступлениях Путина есть некое желание выслушать, с одной стороны, ну, это уже много лет, а потом в несколько слов он все-таки сказал… Абдул говорит, не сказал. Он сказал несколько слов. Были приняты оптимальные решения. То есть вы критикуете, да, а это были оптимальные решения. Вот он в несколько слов дает понять, что Набиуллина клевая, решения все оптимальные и давайте бузу свою тут высказывайте, а конкретно вам, вот вы бузите, вот вам помогут, а решения и политика останутся прежними, потому что они оптимальные и точка.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Опять же его умение настаивать на своем… Опять же можно полемизировать, но она продемонстрирована. На самом деле у него совершенно другие критерии и оценки правительства. Мы можем очень много говорить об экономике, но для него действительно те макроэкономические вещи, которые он озвучил, выплата долгов, выход из финансового коллапса, он это видит, и цену в этом случае этих вещей он, конечно, понимает, что не все возможно популизмом.

С.ДОРЕНКО: Да, спасибо. Зулуянки пишет: «Если даже Кудрин рискнул прилюдно вступить в устную (вот тут у вас «уструю» написано, наверное, острая и устная) полемику с Путиным, то, значит, тренды в экономике не радужные». Вообще говоря, ничего не значит, кроме того, что Кудрин хочет вернуться. Как вы знаете, Кудрина снял Медведев. Вы, наверное, помните, Кудрина снял Медведев. Медведев снял двух человек, когда он был президентом, президент Медведев снял Кудрина с должности министра финансов и снял Лужкова по утрате доверия с мэра Москвы. Эти два решения медведевские Путин никогда не оспаривал, очень корректно относясь, что вот это президент, значит, он решил и все. «Врет слушатель, мы, студенты, получаем 2100. Жируем! Жируем», - говорит Чиврум. Ха-ха. Классно. Ну, по тридцатке вам надо платить, хотя бы по штуке в день, согласитесь. У меня, по-моему, Германия какая-то. Здрасте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте.

С.ДОРЕНКО: Вы откуда звоните?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Из Германии.

С.ДОРЕНКО: Я прямо чувствую, что 49 должна быть Германия. Прошу вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это Константин из Германии, мы с вами разговаривали. По Путину хочу насчет Кудрина. Он Кудрину сказал: во-первых, мы вдвоем виновны в том, что было. Вы заметили

С.ДОРЕНКО: Ну, не «вдвоем», он сказал: есть доля вашей вины.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну, вместе они эти планы делали, когда он в правительстве тоже был.

С.ДОРЕНКО: Это первое.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А самый главный вопрос… Вот я вчера просмотрел программы все, все опускают, как он фермерам помог, которые, если соберутся, с его помощью смогут обуть наши магазинчики на миллиарды рублей с этим молоком, если они будочки поставят.

С.ДОРЕНКО: Почему? Ну, это же хорошо, будочки.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Правильно. Тогда же попадают наши… и все на белом свете.

С.ДОРЕНКО: Ну и пусть попадут, ничего страшного. Вот ничего страшного. Мне кажется, если молоко было бы подешевле и настоящее, то мы бы чаще покупали его. Вообще просто чаще покупали бы. А откуда вы приехали в Германию?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Из Одессы.

С.ДОРЕНКО: Из Одессы. Вот я слышу что-то есть родное. Ха-ха-ха. Ты слышишь?

А.ОНОШКО: Слышу, конечно.

С.ДОРЕНКО: …Ничего не лажанул наш Капков. Мне пишут: «Ваш Капков с Восточным лажанул». Вчера Капков, было большое прямое включение у нас, он пришел к нам в студию, рассказывал Александр Капков про Восточный. И он сказал, что это у одного были субподрядчика проблемы, а будут проблемы… Нет, наоборот, я как раз потрясен был тому, что Капков был так информирован.

А.ОНОШКО: Неожиданной новостью про текущие вопросы.

С.ДОРЕНКО: Вчера в программе у нас в 10.30 Капков говорит: это была одна забастовка, а вторая забастовка или еще одна, и не последняя, начнется сегодня. Он говорит: сегодня начнется. И бам-с… у Путина включается забастовка. Я думаю, черт, Капков прямо там организовал, видать, эту забастовку. Прямо вот такое было ощущение, ей богу.

В ДВИЖЕНИИ

НОВОСТИ

С.ДОРЕНКО: 9 часов 6 минут. Я подумал над фразой, что «если что-то идет не так», то в этом есть и доля вашей вины. Я подвел голосование, итоги. Острые вопросы, острая проблематика экономических вопросов Путину - это попытка найти решение – 18 процентов. Черт, 18. Я только что в Twitter написал 20. Да было же 20. Хорошо. Послушайте меня, ну, не ругайте, давайте будет 20 на 80. Я в Twitter просто бабахнул 20 на 80. 20 – что это попытка найти решения, а 80 (сейчас уже 82) – что это выпускание пара. Ну, пар тоже надо выпускать.

А.ОНОШКО: Надо…

С.ДОРЕНКО: Насчет вот этой фразы. Вот эта фраза хорошая была, к Кудрину она обращена, если что-то там не так, значит, есть доля и вашей вины.

А.ОНОШКО: А вам стало легче после этого выпускания пара?

С.ДОРЕНКО: Да.

А.ОНОШКО: Смысл выпускания пара в том, что полегчало. Правильно же? Чтобы было не так душно.

С.ДОРЕНКО: Да.

А.ОНОШКО: А легче не стало.

С.ДОРЕНКО: Нет, стало. Стало. Если об этом разрешено говорить. Потому что главная проблема, ты помнишь, как ее описывает Грегори Бейтсон, три проблемы: что-то нельзя сделать, нельзя не сделать, запрещено обсуждать. Нельзя не сделать, нельзя сделать, запрещено обсуждать. Вот в экономике нашей, например, целый ряд вопросов, например, когда ты занимаешься предпринимательством, нельзя сделать, запрещено делать или нельзя не сделать, ты обязана это сделать. Понятно?

А.ОНОШКО: Да.

С.ДОРЕНКО: Пойти на нарушения обязана. И это запрещено обсуждать. Вот эта шизофреническая ситуация. А когда это разрешено обсуждать, это уже не шизофреническая ситуация. Понятно?

А.ОНОШКО: Да.

С.ДОРЕНКО: Это абсолютно принципиальная позиция бейтсоновская. Значит, Путин разрывает шизофреническую ситуацию, он разрешает это обсуждать.

А.ОНОШКО: Разве в прошлую линию не задавали или в позапрошлую аналогичных вопросов?

С.ДОРЕНКО: Ну и что? Ну, так обсуждайте дальше. Чего же вы не обсуждаете, голуби? Почему вы не обсуждаете? Вы бросаете их, очень хорошо. У Сельвини Палацолли, тоже самое я уже говорил, в шизофренической семье мы больше так жить не можем, шизофреническая семья традиционная, мы никогда не изменим существующего положения вещей и мы не позволим никому обсуждать это. Все. Вот это три закона шизофрении…

А.ОНОШКО: Так этого же нет, получается.

С.ДОРЕНКО: Разрешено обсуждать. На, обсуждай. Чего ты не обсуждаешь? В том, что произошло (я пытаюсь начать голосование), есть доля и вашей вины.

А.ОНОШКО: То, что произошло с экономикой.

С.ДОРЕНКО: Чтобы ни было произошло, неважно. То, что произошло в стране, есть доля и вашей вины, вот эта фраза Путина. Я стал примерять ее на себе и подумал, что, да, есть доля моей вины. О’кей.

А.ОНОШКО: Правда?

С.ДОРЕНКО: Да, конечно. 134-21-35 – есть доля и вашей вины, да. 134-21-36 – вы отвергаете это, нет доли вашей вины.

А.ОНОШКО: Я бы за второе позвонила.

С.ДОРЕНКО: Мне очень интересно. В том, что произошло в стране, вообще неважно, есть доля и вашей вины: 134-21-35 – да, 134-21-36 – нет. Проголосуйте, пожалуйста, это телефонное голосование. Есть вина, пожалуйста, 67 процентов, 75 процентов. У меня пока первые десятки тут лупят просто во все стороны эти столбики, 63 процента – есть доля вашей вины. Понеслась, понеслась, понеслась… Здравствуйте. Мне интересно узнать вашу точку зрения, почему нет доли-то. Здравствуйте. Давайте вы будете тоже виноваты. Как вас звать?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Алий. Я считаю, что да, есть доля нашей вины, и вот почему. Потому что эту власть, которая допускает такие ошибки, выбираем мы.

С.ДОРЕНКО: Мы. И которая проходит без ошибок многие вещи, мы, да.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Собственно, получается, эта власть допускает ошибки, и мы ей даем право допускать эти ошибки.

С.ДОРЕНКО: Но в мире существуют болезни и смерти, они в принципе существуют.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Существуют, да.

С.ДОРЕНКО: Это не обязательно ошибки.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Понятно. Но в данном случае… Вообще, кто сказал, что это ошибка?

С.ДОРЕНКО: Это не обязательно ошибки. Иногда ходишь безошибочно, все делаешь правильно, ба-бах – гриппом заболел, ну, бывает.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я имею в виду, с практической точки зрения, да, я принимаю на себя долю ответственности, потому что я гражданин этой страны и я выбираю эту власть, я голосовал за Путина, а ошибку допустила команда Путина.

С.ДОРЕНКО: Да. Или нет, или это случилось. Ну, просто не все, что случается, есть ошибка. Например, бывает, что простудишься… В моем конкретном примере. Я поменял куртку с рыбьего меха на вообще без меха, на ветровку. И сейчас выхожу при минус одном градусе утром на рыбьем меху, расстегнутый, потому что за ключами лезть приходиться, что уж каждый раз расстегивать. То есть я выхожу расстегнутый, в ветровке, на минус один. Эта ошибка чья?

А.ОНОШКО: Ваша, конечно.

С.ДОРЕНКО: Моя. Но она связана с оптимизмом, с животным оптимизмом и с желанием весны. Правильно?

А.ОНОШКО: Да.

С.ДОРЕНКО: А бывает, что я, наоборот, кутаюсь, пожалуйста, грипп. То есть не обязательно же ошибка.

А.ОНОШКО: Или как бывало, зимнюю куртку оденешь, потом потеешь, потеешь…

С.ДОРЕНКО: Потеешь, потеешь. От этого что появляется? Пот. Ну, ладно. Есть доля вашей вины. Я останавливаю это голосование: 49 процентов – да, есть доля нашей вины, вы признаете, что есть доля вашей вины, 51 процент говорит, нет, никакой доли вашей вины нет. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Я считаю, что у каждого жителя нашей страны есть доля вины. Потому что мы не хотим отвечать за свои поступки, перекладывая их на плечи всего нашего правительства. Не хотим посмотреть, что творится в нашем подъезде, у наших соседей. А потом смотрим… То, что творится во всем мире… Давайте начнем с себя. Начнем управлять собой, помогать себе, и наше правительство тоже начнет отвечать за нас и за действия.

С.ДОРЕНКО: Это самое трудное. Человек, осуждая правительство, открывает окно своей машины и кидает пустую пачку сигарет на дорогу, например, попадая в едущего сзади водителя. Вот это же самое трудное.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: В этом я с вами более чем согласна. Для того, чтобы работать над собой, нужно прилагать силы. А для того, чтобы упасть в грязь и показывать на других, и говорить, что виноваты правительство и все окружающие, проще всего.

С.ДОРЕНКО: Признайтесь, что вы депутат Государственной Думы.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да нет, я мама двоих детей, пока сижу в декрете.

С.ДОРЕНКО: Вы так хорошо говорите, что я подумал, что вы депутат Государственной Думы прямо.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да нет. Дело не в этом. Вот в нашей семье мы начали с себя. Начали с того, что сами стали жить более, скажем так, здоровой жизнью, без алкоголя и сигарет, и приучаем к этому детей, приучаем уважать других. Не мусорить, не кидать окурки. И очень жаль видеть, что вокруг большинство людей не хотят жить по общим правилам.

С.ДОРЕНКО: Мне очень интересно с вами говорить. Как вас зовут?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Наталья.

С.ДОРЕНКО: Вы рано или поздно столкнетесь с системой.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Уже сталкивались и не раз. И очень неприятно, что иногда приходиться в этой системе и давать какие-то взятки.

С.ДОРЕНКО: Смотрите, с системой столкнетесь в любой стране. В любой абсолютно. В Штатах, неважно, в Новой Зеландии, в России, на Украине только нет системы вообще никакой, а в других странах есть система. Вы столкнетесь. Столкнетесь с несовершенством системы. Вот как вы с вашим позитивизмом с этим бороться? Вы отправите ребенка в универ, как Абдул, у него девочка, мы знаем Абдула, он в прошлом году рассказывал, она какие-то сумасшедший сдала экзамен, ЕГЭ, совсем потрясающий ребёнок. Она могла на выбор поступить в несколько универов, пошла в универ. Платят тысячу с небольшим стипендию. Вот вы с этим столкнетесь. Это же плохо.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы знаете, я сама приехала в Москву, извините, без родителей, которые могли мне дать хоть копейку. И закончила учебное заведение с красным дипломом. Да, мне приходилось в 90-е работать ночью в палатках, да, приходилось участвовать во всех этих телевизионных рекламных кампаниях, ездить еще куда-то, везде искать работу ночами, но при этом мы умудрялись и ходить в ночные клубы, и собирать какие-то копейки, из ничего учились готовить. И это очень хорошая практика, потому что мы научились ценить все, что мы делаем. Мы даже сейчас, кто остались в Москве, мы не приходим с пустыми руками друг к другу в гости, потому что помним то студенчество, когда мы жили на одной крупе и картошке.

С.ДОРЕНКО: Над вами иронизирует человек, на сайте пишет: «Вот я перестану мусорить, и тогда банк понизит процентные ставки. Ха-ха».

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Знаете ли, банковская система тоже в какой-то степени зависит и от мусора в том числе. Потому что банк работает на людей, мы несем туда свои деньги. И когда вы начнете выбирать банк, который будет работать по вашей внутренней схеме жизни, когда вы будете понимать, что этот банк ответственен за все, что он делает, он будет иметь те ставки процентные, мне кажется, которые человек достоин.

С.ДОРЕНКО: Давайте подумаем… Я пытаюсь вас свернуть чуть-чуть на такой реализм, добавив негатива. Мне кажется, что все равно испытаний довольно много.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Много.

С.ДОРЕНКО: Вы хорошая, я хороший, Настя хорошая…

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я не скажу, что я идеально хорошая. Я в своей жизни тоже делала ошибки.

С.ДОРЕНКО: Знали бы вы, какие подонки слушатели нас окружают. О чем вы говорите? Вот вы хорошая, я и Настя, три человека. Но все равно жизнь все время приносит трудности. Надо сказать, что жизнь неудобная, вот она неудобная. Нет такого, чтобы было удобно. И нет такого, чтобы последовательно за хорошие поступки тебя жизнь награждала каким-то процветанием в социальной и материальной сфере. Этого нет.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Извините за бестактность, это ваша программа. А вы ждете, что вам жизнь что-то подарит, Сергей Леонидович?

С.ДОРЕНКО: Сергей просто. Сергей.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы ждете подарка от жизни, когда вы живете в своей определенной схеме, в определенной форме, в отношении к себе, с обществом?

С.ДОРЕНКО: Я думаю, жизнь уже подарок по существу.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вот. И мы живем именно по этому, что жизнь уже подарок. У меня двое детей – это такой подарок.

С.ДОРЕНКО: Тем не менее социум строится на том, что правильные поступки вознаграждаются. А в России это не очевидно.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Немножечко в личное. Я получила своих двоих детей после 40 лет. Мне очень не везло с мужчинами. Я единственного встретила, который хотел сам детей. Я рожаю детей после 40. От кого я должна ждать подарка жизни? Я сказала, что все, я буду жить столько, сколько нужно моим детям для того, чтобы им дать все.

С.ДОРЕНКО: Вы дали очень интересный пас. Если позволите, я сейчас привлеку других еще слушателей. Спасибо вам огромное. Успеха во всем. Позитивистка такая, Насть. Позитивистка. После 40 родила двух детей. «Голос и речь поставлены сильно, прямо диктор», - говорит 99-й. Разные женщины бывают. «Я люблю тебя, жизнь, ну, а ты меня снова и снова…» - пишет Немезис. Немезис, вы играете в «Немезис». Там игра такая есть, я чуть не скачал. «А у меня в 93-м убили брата и мать. Что я, виноват?» - говорит Михаил. Нет, смотрите, я хочу обратить внимание на фразу, которую я сказал в разговоре с этой дамой. Фраза вот какая, что: жизнь социума в пределе, в идеале, должна быть построена таким образом, чтобы общественно полезные действия вознаграждались успехом. Условно говоря, Настя хорошая, она трудолюбивая, платит налоги, предположим, что ты платишь все налоги, а уж косвенные точно, ты же НДС отдаешь, все отдаешь, нигде не жухаешь. Вот это должно вознаграждаться в твоем социальном возвышении и в материальном. Мы сейчас не говорим о том, что царствие сие принадлежит князю тьмы, мы в эту религию не идем, потому что религия утверждает, что жизнь здесь, непоследовательно хорошая, она просто испытание. Мы говорим о правильном устройстве общества. Если ты хороший – тебе хорошо. Если ты плохой – тебе плохо. Вот в России это не очевидно. Ты хороший – значит, ты дурак часто, чаще всего. Хороший, но дурак. Ну, дурак.

А.ОНОШКО: Часто это бывает. Потому что хороший ассоциируется с волонтерами, с какими-то светлыми людьми, у которых огонь в глазах, но которые совершенно без денег, без ничего.

С.ДОРЕНКО: Быть хорошим должно социумом вознаграждаться. Социумом. Понятно? Социум должен быть построен так, что удобно жить хорошим и неудобно жить плохим. Ни хрена это не делается в России, я утверждаю. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Сергей. Я работаю, налоги плачу, бычки не бросаю никуда. Такой хороший. По этому поводу у Сердюкова конфискуют имущество? Посадят этого…

С.ДОРЕНКО: Не говорите слов. Это один из примеров. Спасибо.

А.ОНОШКО: А почему все так уверены в том, что Сердюков плохой?

С.ДОРЕНКО: Уверены, потому что он стал олицетворением довольного человека такого. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день, Сергей, Настя. Вы описали абсолютно четко социалистическое общество.

С.ДОРЕНКО: Нет, я описал любое общество.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Убрав оттуда религиозную составляющую, царствие божье построить здесь, на этом свете. Это социализм настоящий.

С.ДОРЕНКО: Подождите, любое общество. Любое. О чем вы говорите? Любое общество поощряет хорошее, правильное поведение, дав тебе конфетку или котлетку. Любое.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Почему? Оно также поощряет и неправильное поведение по результату. Например, если ты имеешь хищнические устремления, они, как правило, вознаграждаются в определенной структуре общества, в определенном обществе. Правильно? И становишься богаче от этого.

С.ДОРЕНКО: Существует общество, где при посягательстве, например, на свободу других тебя наказывают, например, в Соединенных Штатах, но если ты при этом откроешь Уотергейт, тебя наградят.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, да.

С.ДОРЕНКО: Условно говоря, так делать нельзя, но если ты это сделаешь, и результат будет в интересах общества, тебя наградят.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И наоборот, если ты принадлежишь элите и совершаешь что-то против общества, тебя никто не накажет. Также и у нас происходит, просто в более примитивном изводе.

С.ДОРЕНКО: Нет.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Почему нет?

С.ДОРЕНКО: Нет. Что значит, против общества? Если общество смекнуло, что это против него, то тебя накажут. Если общество согласилось, что это не против него, тогда не накажут. И так далее.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Если взять, например, современную экономическую модель тех же Соединенных Штатов, то там элита, работающая против общества абсолютно. Элита обогащается, а общество беднеет.

С.ДОРЕНКО: Элита дает огромные деньги на благотворительность тотчас же, мгновенно, что отражается в публичном поле, телевидение, радио рассказывают об этом. Вы говорите о том, что в конечном итоге. Есть два общества… Раз уж вы перешли в западное полушарие. Есть два общества, одно из них, например, в приграничных штатах США Мексики, где, в сущности, правит наркомафия, полиция обслуживает наркомафию, есть Соединенные Штаты. Очевидно, что в обоих обществах действия элиты считаются благими – и в США, и в Мексике. И наркомафия считается благой, и она тоже может объяснить, почему она служит обществу. Может объяснить. Понимаете? Поэтому давайте все-таки этот разговор закруглим.

Слушайте, мне говорят про Киев. Давайте про Киев обсудим в 9.40, после новостей и обзора печати. А сейчас еще продолжим. Еще есть вещи из Путина. Путин дал понять, что можно будет обсуждать потом и не резко пенсионный возраст. Давай этого тоже коснемся позже.

А.ОНОШКО: Я его читала, он против. Он искренне против, это видно.

С.ДОРЕНКО: Он против. Но он, в сущности, говорит о том, что это можно было бы начать изучать постепенно, медленно, в любом случае ворота открыты.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну, да, для таких, как я, можно обсуждать пенсионный возраст.

С.ДОРЕНКО: Потом еще вот эта Тихоокеанская мостостроительная компания, которая, оказывается, все деньги спилила на дорогие яхты. Это интересно. Кстати говоря, ничего людям не будет. Это еще один вопрос, про Сердюкова когда ты говоришь. Можно, я его сейчас приведу в пример, если позволите, у меня четыре минуты. Долги по зарплатам на Восточном (это все вслед за прямой линией президента), в долгах перед рабочими Тихоокеанской мостостроительной компании виновато прежнее руководство, как всегда, то есть ответственных нет. То есть те люди, с которых мы можем спросить сегодня, они хорошие люди. Хорошие люди. А прежние плохие, какие-то есть плохие, они покупали, вот эта мостостроительная, они строили АТЭС во Владивостоке и вот этот мост в никуда, на остров Русский, средства шли на дорогие яхты и строительство особняка, рассказывается подробненько. Сейчас я тебе расскажу. Дорогие яхты, возведение базы отдыха на острове Ханка, дарение квартир, дарение квартир хорошим людям и так далее, строительство собственного трехэтажного особняка для господина Гребнева. Понятно? Дальше. Вывод какой? Что все хорошо, потому что плохих нет больше, плохие бывшие, а нынешние хорошие, а, следовательно, потом все будет хорошо, но прежние будут купаться в роскоши до конца своих дней, а также их дети и так далее, и так далее. Награблено достаточно и у всех все хорошо. Но кого-то, может быть, посадят, но одного из двадцати, а у всех остальных никто ничего не заберет. Вот это прекрасно.

А.ОНОШКО: Нет. Я думаю, это должно какой-то гнев народный вызвать.

С.ДОРЕНКО: Гнев именно?

А.ОНОШКО: А что еще?

С.ДОРЕНКО: Мне кажется, умение жить. Это не вызывает гнева, это вызывает… Это урок. Вот я, например, дерзающий юноша. Я думаю, кем мне стать. Я в 15 лет, например, уже хотел стать финансистом. А в 10 я хотел стать биологом.

А.ОНОШКО: Ничего себе. Это еще в Советском Союзе вы хотели стать финансистом?

С.ДОРЕНКО: Больше того, я изучал и почти подал документы на международные финансы и кредит в финансовый институт в Москве. Там совсем мало, 40 человек целый факультет был, поэтому там принималось очень мало. И постепенно меня уговорили все-таки пойти в Университет дружбы народов. Но я собирался на международные финансы и кредит. Я собирался быть международным финансистом на манер Геращенко, вот таким. А что, я начитался Драйзера, что ты хочешь. Я возвращаю тебя к тому, что сейчас мне 15 лет, например, было бы. Я бы изучал, как мне жить, как мне жизнь строить. И я бы пошел строить космодром Восточный, мне кажется.

А.ОНОШКО: Очень сомневаюсь, Сергей.

С.ДОРЕНКО: Можно яхту купить. Прежнее руководство купило яхты, купило дома, раздарило сколько хотело квартир, все круто у людей. Я думаю, что если бы я пошел на это поприще, к 30 годам я занял бы более-менее среднюю руководящую позицию, к 40 годам я занял бы руководящую позицию…

А.ОНОШКО: Уже бы все кончилось к 40 вашим годам.

С.ДОРЕНКО: К 50 годам я бы купил все яхты, какие возможны, к 45-50 и всех бы в гробу видал.

А.ОНОШКО: Это искусство быстрого обогащения, а не десятилетнего последовательного труда.

С.ДОРЕНКО: Мать, когда я читаю, где можно сделать баблос… Вот когда мне 15 лет, я думаю, где можно сделать успех в жизни…

А.ОНОШКО: В мобильных приложениях, я вам отвечу.

С.ДОРЕНКО: Сегодня тоже, ты считаешь? Ты прямо с Никитой Кричевским сговорилась, он мне тоже рассказывал.

А.ОНОШКО: Он правильно говорит.

С.ДОРЕНКО: Он такое гонит, ты сейчас сказала.

А.ОНОШКО: Нет, «он такое говорит» я сказала. Я такие слова, как «гонит», не употребляю.

С.ДОРЕНКО: Сейчас для того, чтобы сделать успех в жизни, мы должны пойти на государственную службу, близкую к распределению денег.

А.ОНОШКО: Если у вас нет там протектората, вы никогда там никаких денег не сделаете.

С.ДОРЕНКО: Протекции, а не протектората. Протекторат я устанавливаю, когда я становлюсь начальником.

А.ОНОШКО: Протекции если у вас нет, вам ничего, ни одной копейки, ни одной яхты, даже половины яхты не светит.

С.ДОРЕНКО: Светит, мама. Всюду нужны рабочие люди, работные люди.

А.ОНОШКО: Которым зарплату не платят.

С.ДОРЕНКО: Можно пролезть. Можно. Можно, да. Главное – знать, где. Новости.

НОВОСТИ

ОБЗОР ПРЕССЫ

С.ДОРЕНКО: Просто прочитаю и все, ничего не говорю, ничего не комментирую. Послушайте меня. Вагон-церковь провезет Благодатный огонь на запад Забайкалья. Вагон-церковь святителя Николая Чудотворца совершит миссионерскую поездку… Вот глагол «совершить», позвольте мне остановиться здесь и сказать, что глагол «совершить» используется в последнее время неправильно. Говорю об этом, как лингвист. Потому что совершают преступление или подвиг. В поездке нет подвига и нет преступления. Понятно, да? Ну, ладно. Вагон-церковь святителя Николая Чудотворца совершит (так написано в тексте) миссионерскую поездку с иконой князя Владимира и Благодатным огнем из Иерусалима по станциям в Петровск в Забайкальском районе Забайкальского края, сообщили информационному агентству «Чита.ру» в читинской епархии.

А.ОНОШКО: Посмотрим, чей огонь победит.

С.ДОРЕНКО: Далее цитата: «В вагоне находятся: икона князя Владимира, икона с частицей мощей Матроны Московской, а также Благодатный огонь из Иерусалима. Посетить вагон можно с 9 до 21 часа», уточнили в епархии. Вагон-церковь будет находиться 16-17 апреля в Петровске-Забайкальском, 18-19 апреля в Беляге. А сегодня в Петровске-Забайкальске. 20-22 в Тарбагатае, 23-25 в Хахатуе, 26-28 в Баде. Это населенные пункты.

А.ОНОШКО: В которых пожары.

С.ДОРЕНКО: Там страшные пожары. Там бушуют страшные пожары, общая площадь которых охватывает более 100 тысяч гектаров. В регионе наблюдается сильнейшее задымление, пожары, как опасаются, могут перекинуться на соседний Китай. Надо сказать, что так же, как когда-то горела центральная Россия в 2010 году, не горела Белоруссия, нет, Белоруссия не горела. Точно так же горит Забайкалье, но Китай не горит. То есть в Китае порядок, а в Забайкалье горит. Поэтому мы горим всегда, объясняя это климатом, но это неправда, это не вопрос климата. Потому что климат, ровно в одном километре от русской границы была Белоруссия и в Белоруссии был порядок, не горели ни витебские леса, ни гомельские, вообще никакие леса не горели. Гомельские леса, я имею в виду которые граничат с брянскими. А у нас горело. Точно так же Китай не горит, а мы горим. Мы объясняем это климатом, но это неправда, дело не в климате. Дело в том, что мы там управились с землей, которая нам доверена историей. Нам историей, предками нашими доверена земля, с которой мы управляемся как нельзя хуже. Не умеем с ней управляться. Вот такая история.

Хорошо. Давайте говорить о Олесе Бузине. Олесь Бузина, я смотрю на его портрет и почти наверняка понимаю, что я с ним виделся где-то, но надо сказать, что я не был знаком. Вот многие люди, Николай Злобин, например, политолог, американец, который русский, русский политолог, американский, я знаю, что он в Штатах работает, много здесь работает. Он очень тепло о нем отзывается и говорит, что это был интересный, красивый и яркий человек. Видимо, Николай Злобин его знал хорошо. А я, видимо, встречался где-то. Может быть, я и встречался, но не запомнил. Я вчера, как только получил новость о том, что убили Олеся Бузину, позвонил в Киев. Потому что мне хотелось услышать голос на той стороне трубки, на той стороне линии. Я просто позвонил человеку, с которым я работал в 2004 году в штабе Ющенко, с Ющенко. Его Толя зовут, отличный парень. Позвонил ему, говорю: Толь, слушай, так убили Калашникова вчера вечером, а Бузину сегодня, за 12 часов два политических убийства. Я ему говорю. Внимание, ребят, сейчас я не вру вообще, просто цитирую разговор. Это просто цитата. Ответ оттуда, из Киева: так он же был за русский мир. Я говорю: подожди, и чего? Я говорю: убили человека, ты слышишь, чего я говорю. Он мне говорит: не… так он же был за русский мир, за Россию все выступал. Я говорю: и? Он говорит: ну, вот убили. Я говорю: подожди, ты же нормальный человек, это же разные вещи. Он выступал за что-то и его убили, это же разные вещи. Он мне говорит: не, ну, в стране идет война. Я говорю: подожди, в известном смысле война идей, война споров идет в любой стране, в живой стране. Он говорит: да не, ну, в стране полно оружия, идет война, вот и убили. Подожди, я говорю, но ведь человеческая жизнь и война идей – это разные вещи. Короче, я понял, что бесполезно. Я говорю: послушай, но вы же понимаете там у себя, в Киеве, что это ненормально. Это ненормально.

А.ОНОШКО: Там много чего ненормального.

С.ДОРЕНКО: Да. Он мне говорит: о… а вы закройте границу, и мы наведем порядок. Я говорю: подожди, но в Киеве конкретно.

А.ОНОШКО: Там следствие сейчас идет.

С.ДОРЕНКО: И больше того, я говорю, у вас же с Восточной Украиной граница закрыта, там 40 тысяч гривен брали… Знаешь, когда проехать грузовику, везут товары, все равно везут товары в Донбасс украинские предприниматели, они на блокпосте, это известная такса, сейчас не знаю, поменялась или нет, но там, условно говоря, три недели назад была 40 тысяч гривен, чтобы проехал грузовик. Берут националы, Национальная гвардия. Я говорю: так там есть граница, оружие, если просачивается, то это ваше. «Ну, короче, у нас идет война. А он был за русский мир, поэтому и убили. Ничего особенного». Ничего особенного. Я прошу позвонить, если вы обменивались тоже мнениями с киевлянами, кто разговаривал в последнее время. Хочу поговорить с теми, кто беседовал в последнее время с киевлянами. Потому что я вчера испытал… Понимаете, в чем дело? Я с человеком не виделся давно, с 2004 года. Мы два раза с ним еще говорили по телефону, за последние 11 лет мы с ним пару раз говорили по телефону, ну, хорошо, три раза поговорили по телефону за 11 лет. В среднем раз в четыре года я ему звоню. Раз в четыре года. Я с парнем разговаривал. Я вчера его набрал, прямо с мобильного, думаю, черт, дорого, ну, неважно. Набрал прямо с мобильного. «Ребят, чего у вас там творится?» И вот мне ответ такой: так он был за русский мир. В смысле, я говорю, убили человека. «Так он был за русский мир». То есть ничего удивительного. Понимаешь?

А.ОНОШКО: Да, конечно.

С.ДОРЕНКО: Они друг другу объясняют, они друг другу звонят, говорят: слышишь, Олеся Бузину убили. А другой: а он все же был за кацапов, ну, он же был за кацапов, ну и нормально, а чё. Кто говорил с киевлянами, поговорите со мной, пожалуйста. 73-73-948. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Сергей. Это Алексей, судебно-медицинский эксперт. Я пытался поговорить со своими родственниками на Украине. Дело в том, что они боятся говорить по телефону об этих вещах.

С.ДОРЕНКО: Вот как.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Просто не говорят и все.

С.ДОРЕНКО: Ну, как? Все-таки приходиться же, какие-то житейские вещи…

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Понимаете, они до того запуганы, что… Мы разговаривали по скайпу, и когда я спросил у них вообще про это дело, они мне в экран показали бумажный листок, на котором написано «у нас все плохо, у нас 37-год и вообще все очень плохо». А вслух это говорить боятся.

С.ДОРЕНКО: Ага.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: То есть такие дела.

С.ДОРЕНКО: Я понял. Спасибо. Вот так. 73-73-948. Вы тоже разговаривали с киевлянами. Я пересказал свой разговор с киевлянином, с которым я был знаком в 2004 году, потом не контачил, но вот вчера позвонил. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, здравствуйте. Денис, Москва. Разговаривал недавно с человеком, который был на Украине относительно недавно, пару недель назад. Рассказывает, все украинцы, в принципе, за Россию, то есть обычные люди, как я, например, и они как бы говорят «вот было бы неплохо, если бы Путин и его команда заплатили бы нам за революцию, как это сделали американцы до этого на Украине на майдане». Вот такие вещи там говорят.

С.ДОРЕНКО: Можно, я отвечу 45-му, который лжет. 45-й, все-таки мне кажется, что… 45-й солгал и, простите меня за резкое слово, я вас обвиняю во лжи. 45-й, это неправда, то, что вы говорите. «А у нас Немцова убили и чё? Он же пятая колонна. Патриоты везде одинаковые». Это неправда, 45-й. Немцова убили в 23 часа 31 минуту, а на завтра Первый канал в программе дневной «Время покажет» занимался этим. Собрались как раз все кремлевские обозреватели и политики, и думцы, и я там был, и главный лейтмотив передачи был – в стране недопустимо грязное политическое убийство.

А.ОНОШКО: Может быть, на украинских телеканалах тоже есть такие программы.

С.ДОРЕНКО: Неправда. Нет, не может быть, а его нет просто. Ответ – нет. Дальше. В то же время высказался Путин, тогда же с соболезнованиями обратился Путин. Не лгите, 45-й. Не надо лгать. Я пошел на Первый канал и сказал об этом, что я не буду жить… Я сделаю так, чтобы в стране этой не будет это возможно, не должно быть в моей стране подобного, как убийство Немцова. И Первый канал это транслировал, и мне никто рот не закрывал. И точно также говорили все рядом со мной. Не лгите, пожалуйста. Послушайте меня. Я говорил с киевлянином вчера. На мои слова «убили у вас двух человек подряд за 12 часов…». А на самом деле убили еще одну журналистку этой ночью местную, она была против вырубки лесов, ее убили этой ночью, и еще убили одного (на «с» фамилия парня) в ночь на 14-е, который тоже сомневался в правильности вот этой революции. На самом деле убиты четыре человека за пять дней, но за 12 часов двое – Калашников и Бузина. Здравствуйте. Я позвонил в Киев и мне сказали, «ну так он же был за русский мир». Все, это как бы все объясняет.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я киевлянка, бывшая киевлянка, долгое время живу в Москве. И хочу сказать, позвонил мужчина и говорил о том, что в Киеве очень многие за Путина и так далее, и тому подобное. Это все полная неправда, вообще неправда.

С.ДОРЕНКО: Он не говорил, в Киеве. Он сказал, что украинские родственники.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет-нет, я сама лично видела в Киеве, висела огромная вывеска, где было написано (не могу сказать напрямую), Путин, буква «п» и троеточие. В Киеве висела такая вывеска. Это жутко неприятно. Я видела своими глазами. А то, что касается убийства вчерашнего журналиста, один к одному, вот прямо под копирку вы рассказали разговор, который я имела вчера с киевлянами, под копирку. «А что? Он же за русских был. Ты же понимаешь, мы придерживаемся совершенно другой точки зрения».

С.ДОРЕНКО: Это же разные вещи.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, вот так они сказали. А как?

С.ДОРЕНКО: Вы бы были противоположной мне точке зрения, но ведь убийство и спор – это разные вещи.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я согласна с вами.

С.ДОРЕНКО: Это разные вещи. Но мы звоним в Киев, я вчера позвонил в Киев, и мы сталкиваемся с простой фразой «так он же был за русский мир, он же за кацапов». Это спокойным голосом говорится. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Петр. Еду в машине, слушаю то, о чем мы говорим. К сожалению или к счастью, мы говорим то, что сегодня происходит. Я еду в аэропорт в настоящее время, сегодня улетаю на родительский день на Украину, в частности, в Жуляны.

С.ДОРЕНКО: Интересно, что за рейс в Жуляны, там же маленькая полоса.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Самолет прилетает туда. Сам я из Житомира, родился и вырос там, родители похоронены там. К сожалению, на сегодняшний день приходиться пробираться как-то. В ноябре ездил…

С.ДОРЕНКО: Сейчас, когда вы едете в Житомир, учтите, что вы говорите с человеком, мать которого родилась в Житомире. Моя мама родилась в Житомире. Правда, у нас там нет родни, потому что она была в семье военнослужащего, и он там служил в этот момент.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я сам бывший военнослужащий, полковник запаса. Тем не менее просто хочу сказать. В ноябре пытался проехать, меня не пустили.

С.ДОРЕНКО: Скажите, вот эта реакция, убили Олеся Бузину.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А вот реакция, к сожалению, даже те знакомые мои и дальние родственники, потому что близких не осталось, они все именно реагируют так, что во всем виновата Россия. И, как вы говорите, если убили, то да, был за москалей. Это очень прискорбно всегда слышать. Потому что ко мне приезжал, например, племянник сюда, родная тетя приезжала, и они все отсюда уезжают с другой точкой зрения, но их там зомбируют так, что у меня у самого складывается такое впечатление, что они… Это действительно информационная война настолько сильная, что они другого ничего не слышат и не видят, и не хотят, по всей видимости.

С.ДОРЕНКО: Да. «Сегодня у украинского посольства в Москве…» Насколько я понимаю, Т. Т., напишите снова, 27-й, 27-я. Т., это вы? Сегодня у украинского посольства в 13 часов сбор людей в память убитых Калашникова и Бузины. Бузину, оказывается, многие знают. Оказывается, он очень много ездил сюда на телеканалы, Бузина, он был постоянным гостем.

А.ОНОШКО: Конечно его приглашали, естественно.

С.ДОРЕНКО: Это неправда, это неестественно. Посмотри мне в глаза. Чего ты смотришь в пол и говоришь «естественно». Почему «естественно»?

А.ОНОШКО: Он же, соответственно, критиковал то, что происходит на Украине.

С.ДОРЕНКО: Можно следующий вопрос. Ты думаешь, что приглашают тех, кто критикует?

А.ОНОШКО: Я не видела. То есть, я не знаю, может быть, на телевидении есть программы и там предстают обе точки зрения, дебаты какие-то.

С.ДОРЕНКО: На Первом канале. Я не знаю других каналов.

А.ОНОШКО: Там есть?

С.ДОРЕНКО: Не «есть», а только есть, только это и есть.

А.ОНОШКО: Украинские националисты там выступают.

С.ДОРЕНКО: Да, да, да, именно. Именно. Госпожа Яхно сидит постоянно, не вылезая с Первого канала, проклиная здесь нас, Россию, критикуя и поливая грязью. Когда ее нет, бывает, что ее нет, она занята (она жена, кстати, Стаса Белковского), то сидит на Первом канале господин Ковтун, который проклинает Россию постоянно, украинский политолог. Если же у Ковтуна нет времени, Насть, то сидит кто-то из иностранцев, Иржи, вот этот чех, на прошлой программе, когда речь шла об Украине, который говорит, что Россия спекулирует, Россия спекулянт, Россия использует смерти мальчиков для того, чтобы имперские позиции и прочее. Это Первый канал.

А.ОНОШКО: Я не знала об этом.

С.ДОРЕНКО: Настя, если не знала, просто спрашивай меня. Если ты не знаешь, спрашивай у меня. Первый канал… Ты сказала «ну, естественно, его приглашали». Это абсолютно не естественно. Потому что на Первом канале с Украины приезжает каждый день кто-нибудь, еще оплачивается авиабилет Первым каналом, кто-нибудь, кто поливает Россию. Каждый день. Насть, когда мы говорим «естественно», мы делаем вывод на основе слабой своей информированности.

А.ОНОШКО: Это следующий шаг.

С.ДОРЕНКО: Пожалуйста, будь информированной. Это не естественно, это редкость, что с Украины приезжает такой человек. Редкость. Это была редкость. Вот это понятно. Бузина часто был на «Россия 1», мне говорят.

«Был на неделе на Первом. Может, тут связь», - говорит 82-й. Он и на Первый канал ходил. «Маша Захарова уделала ее». Маша Захарова из МИДа уделала эту жену Белковского, Яхно. Ну, хорошо, уделала и уделала, не знаю. Потому что там, у Петра Толстого, должен вам пожаловаться, возвысить голос против украинской националистки невозможно, потому что Толстой сразу кричит, «как вы можете кричать на женщину, она женщина», как будто я в женский туалет вторгся. То есть я вообще не могу возражать женщине, я не могу возражать женщине на Первом канале. Так вот хорошо, что пошла Маша Захарова и уделала эту киевлянку. Это очень хорошо. Это прекрасно. Потому что, по крайней мере, Толстой не мог затыкать рот криками «она женщина», что мне, например, запрещено критиковать украинскую националистку, потому что она женщина. Ну, что теперь делать? А когда она будет на гашетку нажимать, расстреливать, она будет женщина? А когда он будет наводчицей, как Савченко, она женщина опять? Савченко будет женщина опять, когда она наводчица? А можно в какой-то момент она будет просто врагом? Или она будет все время женщиной? А? Я не знаю.

А.ОНОШКО: Пока будут рассуждения вот такие, враг и свой, то, соответственно, будут убийства. Разве это не естественно?

С.ДОРЕНКО: Нет. Идейные враги должны спорить и спорили на форумах римских, но не надо убивать. Вот это надо понять украинцам однажды, что спор идейный, сколь бы обидным даже он не был, тем не менее не должен приводить к убийству.

А.ОНОШКО: Но природа человека такова, что, к сожалению, кто-то срывается и бесконтрольно начинается…

С.ДОРЕНКО: Так ты оправдываешь убийства или нет?

А.ОНОШКО: Как я могу оправдывать убийства? Что вы? Конечно, нет.

С.ДОРЕНКО: Спасибо тебе огромное. В движении.

В ДВИЖЕНИИ

НОВОСТИ

С.ДОРЕНКО: 10 часов 9 минут. Мне говорят, что это насилие началось в 2004 году, и я при этом присутствовал и руку приложил. Ребята, давайте быстро, прежде чем перейдем к другой теме, я скажу вам отличия 2004 года и нынешних времен. В 2004 году на Майдане в Киеве не было вообще ни одной драки, даже никого не ударили. Вообще ни разу никого не ударили.

А.ОНОШКО: Прогноз можно было составить по развитию?

С.ДОРЕНКО: Нет. Ни разу никого не ударили. Я там очень много был, очень много времени провел, я занимался этим вопросом, и я товариществовал как-то, встречался с Романом Бессмертным, который был комендантом Майдана. И единственный человек, который однажды угрожал мне, был парень из Тулы, который в подворотне, я шел домой, я там снимал квартиру рядом с Майданом… Я снимал на Красноармейкой, Червоноармейской, какое-то время, а потом снимал здесь, через арку, рядом с Майданом. Он сказал «пей пиво» мне. А надо сказать, что спиртное на Майдане было запрещено в то время, в 2004. «Пей пиво», он мне говорит. Я говорю: знаешь, я не хочу. Я реально не хотел. Я не хотел. Не то, что я не пью или еще что-то. Не хотел. Так прямо он пьет из горла и мне сует бутылку «пей пиво», но уже за пределами Майдана, он вышел уже с Крещатика, здесь, в арке. Я не хочу. Он мне говорит, «я тебе не хохол, я из Тулы, я тебе сейчас рожу начищу, если не будешь пить пиво». Понимаешь? «Я в Чечне служил». Я говорю: где в Чечне, в какой части? А я Чечню же очень хорошо знал. Вот. В какой части? В каком месте? Я говорю, вы, тульские, а мы кунцевские, я из Кунцева, да мы, кунцевские, под солнцевскими ходим, но не под тульскими. Ясно? Еще полслова, я тебе запихну эту бутылку, сам, может, догадаешься, куда. Все.

Он «а, кунцевские, свои, ну, ладно». Я говорю, «не волнуйся, я дойду до дома и выпью и больше выпью, чем ты. Успокойся». Единственная агрессия за все время. Это был чувак какой-то из Тулы, пьяный. Тогда не было даже набитой морды

А.ОНОШКО: Ну, а нам сейчас в эфир пишут угрозы, ведущим.

С.ДОРЕНКО: Разница в том, что тогда была такая как бы идея демократии. А в 2013-2014 году была идея насилия, насилия и смерти. Она продолжается. Идея в том, что в 2004 году основной движущей силой был интеллигентский… мещанский, я бы сказал, не интеллигентский, никогда не было интеллигентского, мещанский Киев. Мещанский Киев. И центр страны, который был за Ющенко-Тимошенко. Центральная Украина. Не западная, а центральная. Важно. А в 2013-м, 2014-м и 2015 году основная движущая сила идейная, вдохновители – бандеровцы, звери. То есть звери в душе, люди, деды которых расстреливали, убивали учителей сельских и так далее. Люди, которые уничтожили 600 польских сел. Вот эти люди, внуки их, воспряли, востребованы были для этой новой революции крови. Революция крови, которая называется революция достоинства. Это разница. Там мещане бузили, ездили «Ю-щен-ко, Ю-щен-ко!» машины, клаксоны, бузили киевские мещане. А сейчас бандеровцы, настоящие звери пришли, убийцы. Разница огромная. Ну и, кроме того, надо сказать, что киевляне это и сделали, конечно. Испортив учебники истории, сделав конфронтационные учебники истории, они воспитали молодежь, уже несколько выпусков школьных, много школьных выпусков, они воспитали молодежь на конфронтации с Россией, на ненависти к России. И, конечно, поэтому мы видим фашистские выходки в Днепропетровске, который раньше был просто индустриальный, красивый город, пророссийский, говоривший по-русски и так далее. Вот это уже следствие ошибок киевлян и учебников, которые были созданы при Кучме, якобы друге России. Там так много ошибок. Кстати говоря, все эти ошибки, конечно, ошибки русских. Я имел разговор с этим Ирже на Первом канале, чех, который ходит к нам тоже, извините, забыл фамилию. Я имел с ним разговор. Он говорит: а ваши ошибки есть? Я их перечислил. Ошибки наши страшные на Украине. Страшные ошибки. Все ошибки, которые можно было сделать, мы сделали, все до одной, на Украине. И мне Ирже говорит: ну и какой вывод? Я говорю: вывод такой, что теперь нам приходиться их исправлять, эти ошибки, и мы их исправим.

А.ОНОШКО: Как?

С.ДОРЕНКО: Мы их исправим. Мы от Львова до Луганска должны получить дружественную, любящую русских Украину.

А.ОНОШКО: Как?

С.ДОРЕНКО: А все равно как.

А.ОНОШКО: Не получится.

С.ДОРЕНКО: Получится.

А.ОНОШКО: Войны нет.

С.ДОРЕНКО: Получится. Давайте проголосуем. Настя говорит, не получится. А я говорю, все равно как, но мы получим дружественную, любящую Россию Украину. Мы ее получим. Мы сделали там слишком много ошибок. Мы, Россия, на Украине сделала все ошибки, которые только существуют. Каждую ошибку, которую можно было не сделать, русские сделали. Русские правили Украиной клептократически. Клептократически. Через воров, жуликов, подонков и так далее, которые были приняты здесь, при дворе. Понятно, да? Которых разыскивают сейчас все, Интерпол разыскивает и так далее. Мы через них газом торговали, через жуликов, воров, патентованных преступников, через патентованных преступников. Мы взятки носили всем, вплоть до президента Украины. Всем, вплоть до президента Украины, давали взятки и так далее. То есть правили там хуже, чем на зоне. Как на бандитской зоне правили на Украине мы. Мы сделали все ошибки. Но теперь из-за этих ошибок нам надо серьёзно начать заниматься Украиной, и результатом станет дружественная, любящая Россию Украина от Львова до Луганска. Да – 134-21-35, нет – 134-21-36. Вот я формулирую вопрос. Мы исправим наши ошибки на Украине, все равно как. Настя говорит: как. Я говорю, все равно как. Мы их исправим и результатом станет любящая, дружественная, прорусская Украина от Львова до Луганска. Да – 134-21-35, нет – 134-21-36. Вот этот чех Ирже, он мне сказал, ну, это частный разговор был, тем не менее я его придаю огласности, потому что я не думаю, что это ему повредит. Он сказал: у вас не получится, уже поздно, все, проехали. И я сказал: ну, это тоже ошибка, что мы слишком поздно начали, но тем не менее, рано или поздно, мы этого добьемся – дружественной, приятной нам, прорусской, уважительной к русским Украины мы добьемся, так или иначе, любыми способами. Любыми. Да – 42 процента считают. Нет, не получится, уже поздно, еще что-то или мы не сумеем, от бесталанности – 58 процентов. Сейчас у меня уже полтысячи голосов, пока не меняется. 42 за то, что Украина снова будет дружественная, братская и, главное, от Львова до Луганска. Дружественная, братская, прорусская Украина будет от Львова до Луганска – 134-21-35. Нет, это не получится, поздно уже и все, цена ошибок слишком высока, мы уже ошиблись и все, ничего не получится - 134-21-36. У меня сейчас 40 на 60. Только что было 41 на 59, сейчас 40 на 60. Голосование продолжается. Пожалуйста, звоните. 39 на 61. Оптимистов относительно Украины становится меньше. Постепенно все больше людей говорят, что ничего не получится. Раз уж пошла такая свистопляска, я приму еще несколько звонков. Здравствуйте. Откуда такой диковинный код у вас?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Это из Питера, «Мегафон».

С.ДОРЕНКО: Понятно. Скажите, получится или нет?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я считаю, что получится. Но, что надо делать в первую очередь? Надо вспомнить произведения Гоголя. Что сделал Тарас Бульба с двумя сыновьями. Он ни от одного, ни от другого не отрекся. К одному он пришел на казнь, сказал: сынку, я с тобой. Другому сказал: ну, что, сынку, помогли тебе твои ляхи? И убил его собственной рукой. То есть, как надо относиться? Не надо расчеловечивать противника. Ну, кто сказал, что нельзя убить родного ребенка, если он предал? Это как раз должен сделать отец, потому что это его позор.

С.ДОРЕНКО: А я бы не смог.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вот это и плохо.

А.ОНОШКО: А мне кажется, только любовью можно на самом деле исправить любой конфликт.

С.ДОРЕНКО: Тарас Бульба, конечно, молодец, но я бы не смог. Тем более он ради прекрасной паненки, полячки, предал. Тут уж я даже, может быть, и, честно говоря, затрудняюсь. Настен?

А.ОНОШКО: Я говорю, что невозможно войной сделать.

С.ДОРЕНКО: 39 на 61. 39 процентов считают, что рано или поздно любыми методами мы приведем состояние дел к тому, исправим ошибки, что Украина будет от Львова до Луганска дружественной, прорусской, мирной, любящей нас страной. 39 процентов. 61 процент – поздно, все, проехали, не годится, не получится   . 73-73-948. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Александр из Московской области. Как раз по поводу того, что все 23 года до этого делало наше дипломатическое представительство.

С.ДОРЕНКО: Не только дипломатическое. Все наше экономическое представительство, все занимались Украиной. Я сказал, чем они занимались. Они правили Украиной, как черной зоной, как зеки, правили как зеки.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Так точно.

С.ДОРЕНКО: Это мы очень хорошо знаем. Взятки возили от и до, от президента Украины начиная и ниже далее все, всем возили взятки, со всеми пилили, делили и так далее. Украина была землей беззакония. Украина была черной зоной, преступной черной зоной, всегда была. Строили ее таковой украинцы, это их природа. То есть предоставленные самое себе…

А.ОНОШКО: Они когда были самое себе предоставлены?

С.ДОРЕНКО: Они были предоставлены самое себе в 1991 году.

А.ОНОШКО: Это же были советские люди. Мы делим людей…

С.ДОРЕНКО: Советские люди очень разные. Обрати внимание, что если белорусы при этом же требовали порядок, то украинцы при этом же требовали условия бандитской зоны. То есть украинцы требуют это, это их потребность. У белорусов потребность красить тополя. У меня есть друзья белорусы.

А.ОНОШКО: Тут возникает вопрос о личности в истории. Помните, мы разговаривали, а что будет, когда не станет Лукашенко, останется то же самое или разброд и шатания?

С.ДОРЕНКО: Никакой личности в истории. Есть потребность народа. Я как-то спрашивал одну белоруску, сколько продержится… Инопланетяне изъяли президента Порошенко, например, и президента Лукашенко. Изъяли и все, фьють, нет их больше. Сколько продержится порядок в стране. На Украине ничего не изменится, то есть как был бардак, так и будет, вообще ничего не изменится. А в Белоруссии порядок продержится до полугода.

А.ОНОШКО: Но, а потом-то все равно.

С.ДОРЕНКО: Потом все падет в хаос, потому что нужна точка кристаллизации обязательно белорусам. Я тебе рассказывал и продолжаю. Я приезжаю в гости к своему другу по Африке, с которым мы в Африке работали, Коля, жена готовит стол, белорусы накрывают стол так, что все ломится, из-под кровати какие-то соленья достают, а Коля, надев курточку, отправляется сгребать листву осеннюю, тогда осеннюю листву. Я его спрашиваю: Коля, куда ты, дорогой, у тебя гость. Он говорит: да я на два-три часа, я отойду, пока тут Терезка (жена Тереза, полячка она) готовит, я отойду. Я говорю: Коля, а что ты будешь делать? «Да ён сказал, что надо убрать листву». Ён – это всегда этот самый, Лукашенко. «Ён сказал (или казал), ён казал, надо убрать листву». Я говорю: Коль, а ты закоси как-то, не ходи. Он говорит: «А что все скажут? Скажут, что я закосил. Пойдем лучше, ты помогай». Я пойду тоже убирать листву. Я говорю: скажи, пожалуйста, а можно не убирать ее, ну ее на фиг? Дальше он на меня смотрит серьёзно, не понимая, он не понимает вопроса, и говорит: так тогда же порядка не будет. Тогда же листва будет лежать, она же будет гнить, и кто-то поскользнется. Он смотрит совсем пристально. Я говорю: Коль, так я не понял, тебя заставили ее убирать или ты сам хочешь? Он говорит: да ён заставал, да, проехал по нашей… Я говорю: подожди, но ты же сам хочешь. Он говорит: конечно хочу, если я приберу, так знаешь, как будет красиво. То есть у белорусов сочетается. Их заставляет Лукашенко, но если он их перестанет заставлять, они будут не понимать, что случилось. То есть он должен заставить, и они должны, и они хотят убрать чертову листву. Понимаешь?

А.ОНОШКО: Да.

С.ДОРЕНКО: Дальше Коля тот же едет по шоссе и говорит: «Я смотрю, витебские пьяницы (дальше идет некорректная фраза), почти как вы». Дальше идет еще более некорректное упоминание национальности. Я говорю: почему? «Кюветы плохо обкошены, неаккуратно». Неаккуратно обкошены кюветы, за дорогой обкошены, но неаккуратно. Он говорит: у нас под Минском мы обкашиваем, кюветы обкошены, все сантиметр в сантиметр аккуратно, а здесь уже они почти русские.

А.ОНОШКО: Я знаю места, где вообще они не обкошены.

С.ДОРЕНКО: Так слушай. Вот это белорус. Его склонность к порядку, белоруса, она природная, ее чуть-чуть направить. Украинец, при прочих равных, устанавливает дела по совокупности таким образом, что это всегда, в принципе, тюрьма, зона, которой руководят бандиты.

А.ОНОШКО: Как-то мы от кюветом к зонам сразу. Так можно представить любое общество, как зону.

С.ДОРЕНКО: Неправда. Белоруссия другая зона, белая зона, а это черная зона. Украина – черная зона, Белоруссия – белая зона. Вот мы и договорились.

А.ОНОШКО: А Россия?

С.ДОРЕНКО: А Россия вообще не зона, это дикое поле, до которого еще руки не дошли. Украина – это черная зона, и русские правили Украиной, русские послы правили Украиной, потому что платили вплоть до президента, правили Украиной, как паханы на черной зоне. И это ошибка. Это большая ошибка, страшная ошибка. Вот запустили дело. Я остановил голосование. 39 на 61. Я по-прежнему принимаю звонки. Уже просто я не успею сменить тему.

А.ОНОШКО: Можно, я подряд две новости в развитие. В Госдепе сообщили о наличии российских войск на востоке Украины. И на Украину прибыли американские десантники.

С.ДОРЕНКО: Произошло два события. Только что на Украину прибыли очередные, думаю, очередные, как мне представляется, американские десантники. И тотчас Госдеп ответил залпом, информационном сопровождением, что российские войска вновь обнаружены на Украине. Прошу вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, я хочу сказать по поводу Путина, когда выступал. Он правильно заметил, что мы виноваты в развале Советского Союза. Он вчера прямо признал, что именно Россия развалила, Кремль. А почему забирают американцы нашу теперь историю, делают, вот это странно, он призывает Запад. Вот это грубейшая ошибка и преступление.

С.ДОРЕНКО: Спасибо. Все понятно. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте.

С.ДОРЕНКО: Можно ли жить с таким красивым номером, невероятно.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Бывает всякое в жизни. Я хотел такой вопрос задать. А в Белоруссии бывают прямые линии? Ездим по их территории, у них все засажено, скошено, посеяно. Как они живут без этого…

А.ОНОШКО: А вы думаете, это имеет значение? Уго Чавеса…

С.ДОРЕНКО: Уго Чавес, кстати говоря, был наипрямейший, каждую неделю он выступал на радио. Но дело в том, что там население меньше московского и там каждый район видит президента, вот район. Там каждый глава района назначен президентом, в Белоруссии. То есть ощущение президента физическое, как бы постоянное. То есть президент там правит меньшим объектом экономики и социальным объектом, президент Белоруссии, чем у нас Сергей Семенович. У нас Москва больше, чем Белоруссия.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну, у Сергея Семеновича колбасу есть невозможно, а белорусскую покупаю с удовольствием.

С.ДОРЕНКО: Ну, знаете, ведь не Сергей Семенович создал колбасу.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И не Лукашенко, наверное, там люди ее создают.

С.ДОРЕНКО: Вы знаете, это культура питания, которая идет, начиная от Литвы, наверное, даже в Латвии уже островки только встречаются, начиная от Литвы и потом до Германии и Западной Украины, Чехия - это все одна культура питания.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы же помните, у нас же тоже была хорошая колбаса.

С.ДОРЕНКО: ммм… не помню. Нет.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Была очень хорошая.

С.ДОРЕНКО: Никогда в жизни не была. Всегда, вы переезжаете границу, в Белоруссию, в Гродно, там уже будет польская кровяночка и совсем другого качества. Совсем другого. Они просто ее умеют делать испокон века. А мы ели же брюкву, русские брюкву ели. Вы брюкву любите?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Брюкву – нет.

С.ДОРЕНКО: Офигенская брюква, между прочим, у нас. Ее нет, правда, но неважно. Ха-ха-ха! Новости.

НОВОСТИ

ОБЗОР ПРЕССЫ

С.ДОРЕНКО: В Малайзии небольшой скандалец. Жену премьер-министра заподозрили в коррупции из-за того, что она носит на пальце кольцо стоимостью 6,5 миллионов долларов.

А.ОНОШКО: А бывают такие кольца. Я каждый раз удивляюсь, ручки какие-то, кольца…

С.ДОРЕНКО: Элементарно. 6,5 миллионов долларов… Ведь возрастает цена, например, по экспоненте. Условно говоря, если ты берешь каратник за 6 тысяч, 8 тысяч долларов, то двухкаратник ты берешь, раундкат, круглой огранки, ты берешь от 20 до 30…

А.ОНОШКО: Я поняла, чем реже камень и огранка, тем дороже он стоит.

С.ДОРЕНКО: Можно и 52-каратник взять, зависит от места тоже. И потом, понятно, что 10-каратник, 15-каратник, уже будет стоить миллионы.

А.ОНОШКО: В «Вестях» новость опубликовали. Гормон любви превращает матерей в мамочек навсегда.

С.ДОРЕНКО: Что это значит?

А.ОНОШКО: Если даже не рожавшая мышка, которой присаживают окситоцин, она вдруг начинает перетаскивать мышат в гнездо, она этого не умела делать, она научилась это делать, даже не зная, как это делается, естественным образом. Даже если ей потом окситоцин перестают впрыскивать, она все равно уже, это научившись, она это делает всегда. Понимаете?

С.ДОРЕНКО: То есть окситоцин один раз отравляет мозг женщине и все.

А.ОНОШКО: Не то, чтобы отравляет. Ты научаешься какому-то поведению, ты как бы разучиться ему не можешь. Ты научился и все. И это, кстати, прорыв в смысле лечения аутизма тоже, потому что это социальное общение.

С.ДОРЕНКО: Давай я все-таки буду про Малайзию. В Малайзии жену премьер-министра заподозрили в коррупции и начали расследование. У нее кольцо 6,5 миллионов долларов. Оказывается, его подарил, это кольцо, как полагает newsru.com, я тут избегаю всевозможной диффамации, подарил Нурсултан Назарбаев, президент Казахстана. Дело в том, что они там породнились. В марте племянник главы Казахстана Данияр Кесигбаев женился на дочери премьер-министра Малайзии Нуриане Наджве, и, таким образом… Чего?

А.ОНОШКО: Мы уже почти забыли про такие браки, которые связывают страны.

С.ДОРЕНКО: Династические.

А.ОНОШКО: Помните, в Европе.

С.ДОРЕНКО: Да в том-то и дело. И тогда, поскольку племянник Нурсултана Назарбаева женился на дочери премьер-министра Малайзии, Нурсултан Абишевич, господин Назарбаев подарил кольцо в 6,5 миллионов долларов жене премьер-министра. Понимаешь, что такое восторг? Что такое восторг, мать?

А.ОНОШКО: Я обнаруживаю в себе тоску по таким… Я бы хотела, чтобы и наши тоже так женили детей, мы бы укрепляли связи.

С.ДОРЕНКО: В том-то и дело. Чтобы с Украины кто-нибудь женился на Яценюке, на Ляшко кто-нибудь женился бы. Валуев женился бы на Ляшко и под этим видом, что Валуев женится на Ляшко, например, условно говоря, можно было бы подарить жене Порошенко какое-нибудь кольцо.

А.ОНОШКО: Ляшко – это женщина?

С.ДОРЕНКО: Ляшко – это… в известной степени. И все такое. Прикольно. Слушай дальше. Треть мигрантов в России ничего не слышали о туберкулезе, но прекрасно себя чувствуют. Это сегодняшний МК. Более 90 процентов мигрантов в России не имеют юридически оформленных отношений… Это плевать. Главное, что они больные и об этом не знают и не могут знать, и не хотят. Они работают нянями, домработницами, охранниками. Они плюют в ваш суп и так далее, и у них туберкулез у половины. Ты знала про это?

А.ОНОШКО: Про то, что у половины, не знала. Но я знаю, что бывает в открытой форме и все.

С.ДОРЕНКО: Как это опознать? Мне кажется, если они заходятся кашлем, если они заходятся кашлем и отхаркивают мокроту…

А.ОНОШКО: Давайте симптомы туберкулеза.

С.ДОРЕНКО: Симптомы. Мы сейчас всех научим, пожалуйста, симптомы.

А.ОНОШКО: Сами проверимся еще на самом деле, кто знает, может быть…

С.ДОРЕНКО: Потому что тут учат нас, что треть вообще не знает даже про такое заболевание, справок нет ни у кого о состоянии здоровья и так далее, и так далее.

А.ОНОШКО: Даже если бы были эти справки…

С.ДОРЕНКО: Да это все, конечно, все мы понимаем. Как нам опознать? Мы должны стать диагностами.

А.ОНОШКО: Симптомы.

С.ДОРЕНКО: И ВИЧ тоже, симптомы ВИЧ.

А.ОНОШКО: Симптомы ВИЧ намного сложнее, там симптомов нет вообще никаких.

С.ДОРЕНКО: Давай, говори.

А.ОНОШКО: Сильный кашель, продолжительностью более двух недель.

С.ДОРЕНКО: Видишь своего работника и говоришь ему, условно говоря, «Саид, у тебя есть боль в грудной клетке».

А.ОНОШКО: Боль в грудной клетке, кашель с кровью или отхождение мокроты. Надо протянуть платочек, а потом попросить его обратно.

С.ДОРЕНКО: У нас, в России, надо сказать, мокроту сплевывать в специальный стаканчик и подарить ему стаканчик и сказать, «Саид, у нас, в России, мокроту в специальный стаканчик». И потом утром берешь, «у тебя осталась мокрота твоя», и раз, на анализ.

А.ОНОШКО: Потеря веса, повышенная температура тела, ночная потливость.

С.ДОРЕНКО: Трогать я не хочу. Как я трогать его буду?

А.ОНОШКО: Подкожные узелки, коричневато-красные, болезненные, преимущественно в области голеней.

С.ДОРЕНКО: Решительно все пусть ходят в плавках.

А.ОНОШКО: Знаете, где голень находится?

С.ДОРЕНКО: Нет, но я думаю, в плавках мы точно обнаружим голень. Слушай, пусть ходят в плавках, и мы увидим подкожные узелки. Прекрасная идея. Кроме этого, у них ВИЧ, одна из причин развития эпидемии в посылающих странах, говорит Михаил Волик, который знает, что говорит. А 53 процента узбеков о нем даже не слышали, о Михаиле Волике, да и я не слышал о Михаиле Волике. Нет, он имеет в виду ВИЧ, простите. Вообще, в целом среди мигрантов ничего не знают о СПИДе 27 процентов опрошенных. 57 процентов опрошенных никогда не сдавали анализ на ВИЧ и так далее, и так далее. У них есть несколько партнеров при этом, имеется в виду партнеры по ВИЧ.

А.ОНОШКО: У ВИЧ есть симптомы. Снижение веса, потеря мышечной массы, дистрофия, хронические простуды и диарея.

С.ДОРЕНКО: Давай что-нибудь про таджиков. Рассказывала про узбеков, вот, пожалуйста, можно я прочитаю. Задержаны 15 мигрантов в Италии, которые выкинули в море 12 христиан. Это в El Pais. (читает по-испански). Там было что? Там было 105 господ черных, среди них обнаружилась недостача в воде или в пище и они их не стали есть, они их стали сбрасывать за борт.

А.ОНОШКО: Насмерть?

С.ДОРЕНКО: 12 погибли, а остальные выжили. Сбросили всех христиан.

А.ОНОШКО: Решили, по какому признаку будем сбрасывать.

С.ДОРЕНКО: Сбросили всех христиан, 12 христиан утонули, а часть как-то цепочку сделали.

А.ОНОШКО: А эти все атеисты были?

С.ДОРЕНКО: Это были мусульмане. Они, мусульмане, выкинули христиан. 12 христиан утонули, а остальные сделали цепочку, я не понимаю, что это значит. Если бы я тонул, например, на фиг бы мне цепочка. То есть они как бы начали друг друга поддерживать, и их обнаружили итальянцы. Сейчас 15 из тех, кто скидыватели, 15 арестованы, их станут судить. В сегодняшней El Pais я читал. Еще тоже они адресуют нас к Corriere della Sera. Понятно?

А.ОНОШКО: Да.

С.ДОРЕНКО: Вот так. Там постоянно это происходит. Очень интересно. Постоянно прибывают дешевые старые какие-то развалюхи, лодки, которые тащат, тащат новых, новых эмигрантов.

А.ОНОШКО: Ну, да, это известно, остров Лампедуза.

С.ДОРЕНКО: В показаниях Заура Дадаева послышалась косвенная речь. Вот еще одно сообщение. Вам что-нибудь понятно? Как вы думаете, Настя, я спрашиваю вас, как обывательницу и мещанку, как вы думаете, Дадаев стрелял в Немцова, он сам рассказывает? Его берут, как человека, который стрелял в Немцова, Дадаева. Раз. Через очень короткое время объявляется, что нет, что у всех алиби. Через очень короткое время нам сообщают, что он рассказывает, как он стрелял, следственный эксперимент, он говорит, «тот пытался пошевелиться, поэтому я выпустил еще несколько пуль» . Теперь снова все это ставится под сомнение, потому что у него несколько слов странных.

А.ОНОШКО: Потому что он говорит, широкий общественный резонанс, такими штампами, клише журналистскими, не свойственными его кругу.

С.ДОРЕНКО: И что?

А.ОНОШКО: Ничего. Значит, это не он говорил. Это представляется, как прямая речь.

С.ДОРЕНКО: Конечно он.

А.ОНОШКО: Мог он так сказать?

С.ДОРЕНКО: Да.

А.ОНОШКО: Почему вы так думаете?

С.ДОРЕНКО: Я так думаю, что человек, неопытный в языке, использует клише, которые он слышал от чиновников. Какие клише, скажи мне, пожалуйста? Найди мне их.

А.ОНОШКО: «Получило широкий общественный резонанс», например.

С.ДОРЕНКО: «Получило широкий общественный резонанс».

А.ОНОШКО: Может это сказать Дадаев? Не знаю.

С.ДОРЕНКО: Да, может. Да, да, да. Чеченец может сказать. Больше того, человек, у которого русский не родной…

А.ОНОШКО: «Вызвало большой резонанс в обществе». Не знаю

С.ДОРЕНКО: «Большой резонанс в обществе», сказал чеченец, который до этого служил и так далее.

А.ОНОШКО: Я не уверена, смог ли Рамзан Кадыров произнести такую фразу. Не знаю.

С.ДОРЕНКО: А я уверен. Потому что не носители… Я говорю по-английски, переводя с испанского, и все отмечают, что в моей речи очень много высокого стиля, поскольку это галлицизмы сплошные. Понятно?

А.ОНОШКО: Да.

С.ДОРЕНКО: То есть я говорю на галлицизмах так, как будто я нормандский завоеватель, который говорит с саксами. Это и есть нормальный язык человека, который пытается говорить на формулировках…

А.ОНОШКО: Он не родной ему, русский.

С.ДОРЕНКО: Да, да, не родной. Когда у тебя язык не родной, ты говоришь на языке чиновников, это нормально. Это и есть язык формуляров, язык, который он выучил, заполняя формуляры на таможне. Вот какой язык. Естественно. А Заур Дадаев не мог сказать «резонанс в обществе»? Он сказал: «Это вызвало широкий резонанс в обществе». Вот как он сказал.

А.ОНОШКО: Не знаю.

С.ДОРЕНКО: Конечно.

А.ОНОШКО: Быстро по-английски скажите «новость вызвала широкий резонанс в обществе».

С.ДОРЕНКО: Я бы сказал здесь «уайт», саксонское слово. Но если бы я переводил с испанского, я бы сказал «амплио», я бы какой-нибудь «амплификейшн» сказал бы, пытаясь из испанского сделать английский. Все нормально, Настя. Заур Дадаев и его адвокаты просто пытаются запутать дело. Пытаются запутать дело и все.

Маленько про фриков, простите, про жизнь парламента. Извините, госдура, Госдума, простите, ах, увы мне. Фриковские законы, фриковские инициативы, которые сочатся просто постоянно из всех щелей Госдумы, это действительно уже притча во языцех. Приятная. Водителям простят штрафы и вернут права, пишет «Газета.ру», вернуть водителям права и отменить административные штрафы за нарушение ПДД в рамках амнистии предложил совет… это не Госдума, совет по правам человека при президенте России.

А.ОНОШКО: СПЧ. Так что, можно не платить?

С.ДОРЕНКО: Подожди. Заголовок читай на «Газете.ру»: Водителям простят штрафы и вернут права. Затем ниже: предложил совет по правам человека. То есть ничего не вернут, ничего не простят. Понятно? Ничего не вернут, ничего не простят и все такое. Амнистия окажет положительное влияние на поведение автомобилистов на дороге. Вы хотите амнистию? Давайте голосовать. Вы хотите амнистию, новое голосованием.

А.ОНОШКО: По штрафам, которые у вас накопились.

С.ДОРЕНКО: Совет по правам человека предлагает всех, кроме пьяных водителей, амнистировать по всем наказаниям, которые на вас числятся. 134-21-35 – вы хотите амнистию, 134-21-36 – это несправедливо. 134-21-35 – это правильно, амнистия к 70-летию великой Победы, простить засранцев внуков и правнуков героев, герои погибали, вы, засранцы, ездите по встречке и так далее, и так далее, как настоящие подонки, под кирпич и прочее. Но из таких, как вы, и вырастают герои. Герои вырастают из людей, которые вне закона, поэтому надо простить – 134-21-35. Ну, конечно.

А.ОНОШКО: Да, которые отважно едут, не включив фары.

С.ДОРЕНКО: Пионер-герой, который засыпал песок своей детской ладошкой в ствол немецкого танка, в случае отсутствия немецкого танка засыпал бы песок в советский танк, потому что он хулиган по природе своей. Понимаешь?

А.ОНОШКО: Да.

С.ДОРЕНКО: Только хулиганы и совершали настоящие подвиги. Потому что они дерзкие духом. Поэтому простить всех – 134-21-35, кроме пьяных водителей. 134-21-36 – не прощать, поделом им, да и небольшие наказания, ничего страшного. Я останавливаю голосование. 42 на 58. Я хочу про аборты еще успеть.

А.ОНОШКО: Про ботокс еще тут новость упала. Что он все-таки проникает в центральную нервную систему, даже когда в косметических целях его используют.

С.ДОРЕНКО: И чего?

А.ОНОШКО: Ну, все плохо.

С.ДОРЕНКО: Это цианид?

А.ОНОШКО: Это ботулизм.

С.ДОРЕНКО: А ты знаешь, что я тебе хотел сказать. Ты жрешь яблоки с семечками?

А.ОНОШКО: Нет.

С.ДОРЕНКО: А я – да. А ты знаешь, что это? В семечках, особенно если ты разжевываешь яблочки, содержится, кроме йода, сенильная кислота из группы цианидов. То есть я практически, как царь Митридат, съедая яблоко, я съедаю цианид, я съедаю сенильную кислоту, мать.

А.ОНОШКО: Но вы пока живы. Я смотрю на вас, даже бодры и веселы.

С.ДОРЕНКО: Меня спрашивают люди, во время эфира пишут «ты что, куришь или какие грибы ты ешь?». Товарищи, позвольте мне сознаться, и здесь я отдаю себе отчет в том, что, возможно, это ведет к профнепригодности и, конечно, комитет по защите наркотиков или как там у нас, по обороту наркотиков, меня осудит. Я ем яблоки с семечками, а там цианиды, и это начинает постепенно попадать в кровь.

А.ОНОШКО: Вам начинает это надоедать.

С.ДОРЕНКО: Я скапливаю это в слюне и потом выплевываю в тебя! Понятно? Давай про аборты. Про аборты, ребята. Сажать на год бабцов, которые сделали аборт, предлагается. Мы же фриков сейчас…

А.ОНОШКО: Тогда на 9 месяцев сажать.

С.ДОРЕНКО: Правительство подготовило, опять не думая… Я все время, когда что-то фриковское, я всегда надеюсь на Думу, но нет. Правительство подготовило официальную… Нет. Все-таки депутаты.

А.ОНОШКО: Похоже больше на них.

С.ДОРЕНКО: Все-таки депутаты. В законопроекте депутата Евгения Федорова из «Единой России» предлагается наказывать за аборты на срок до года лишения свободы, причем не только женщину, но и ее партнера, а также врача, который сделает подобную операцию.

А.ОНОШКО: И всех селить в одну камеру.

С.ДОРЕНКО: Как выяснила «Газета.ру», правительство ознакомилось с выводами экспертов, у него нет возражений против уголовной ответственности за аборт. Это предложение осталось без комментариев. Также в правительстве промолчали насчет предложения не оплачивать аборты за счет ОМС, за исключением прерывания беременности по медицинским показаниям. Понятно?

А.ОНОШКО: Да.

С.ДОРЕНКО: Правительство не возражает. Правительство не возражает считать аборт уголовным преступлением.

А.ОНОШКО: А для тех, кто сделал аборт и теперь одинок в старости, вы знаете, что правительство предлагает? Я сейчас найду эту новость. Робота-собеседника московским пенсионерам предлагают. Серьёзно. Я не подумала, что это смешная слишком много новость…

С.ДОРЕНКО: Насчет абортов-то. Ваша позиция?

А.ОНОШКО: Я вообще против абортов, но я не думаю, что наказаниями и ужесточениями можно избавиться от проблемы.

С.ДОРЕНКО: Давать год за аборт ей, ему и врачу. Может быть, тогда хотя бы по четыре месяца, чтобы в сумме вышло год. Надо по четыре месяца давать.

А.ОНОШКО: Я в целом противник ужесточения, с одной стороны, я не считаю это способом решения, но действует государство только так у нас в последнее время. Но, с другой стороны, я категорически против абортов не по медицинским показаниями, поэтому не знаю.

С.ДОРЕНКО: Год тюрьмы за аборт предложил депутат Федоров, но надо сказать, что правительство оставило без комментария и никоим образом…

А.ОНОШКО: Я не верю, что они это примут.

С.ДОРЕНКО: Да, но правительство могло сделать замечание, что это, например, им не подходит. Правительство считает, что это нормально. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Сергей Леонидович.

С.ДОРЕНКО: Сергей просто.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я считаю, что аборт, и вообще это я не считаю, а это есть медицинская проблема и социальная, раз много аборт, и мы очень много об этом печемся, надо сначала улучшить жизнь людей, чтобы они не делали аборты.

С.ДОРЕНКО: Нет.

А.ОНОШКО: Нет, это не помогает.

С.ДОРЕНКО: Это не связано. В Конго, Браззавиль, или Конго, Киншаса, люди рожают сколько хочешь, а условия жизни там существенно хуже, чем, например, даже в Руанде.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А с чем тогда связано?

С.ДОРЕНКО: Связано с капризностью вздорных бабенок.

А.ОНОШКО: Неправда. Мужчины иногда не хотят тоже детей рожать. Я думаю, это тоже такая проблема, отказываются и не поддерживают женщину, которая забеременела.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Надо сначала выяснить причину увеличения абортов, а потом вот эти тупые, или как их назвать, постановления придавать в жизнь.

С.ДОРЕНКО: Вы исходите из того, что аборты связаны с нищетой. Это не так. Нищие как раз больше плодятся.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну, нищие плодятся по другой причине.

С.ДОРЕНКО: Вы исходите из того, что с нищетой аборты связаны. А я исхожу из того, что это вопрос воспитания.

А.ОНОШКО: Да, внутренних целей, убежденности.

С.ДОРЕНКО: Почему не аборт? Почему может человек сказать «нет аборту»? Почему?

А.ОНОШКО: Я потому что считаю, что…

С.ДОРЕНКО: Ты то замужем, про себя не говори. Говори про женщин вообще. Замужняя, муж работает большим начальником у ней, департамент возглавляет…

А.ОНОШКО: Любая, даже две клетки, которые начали делиться, все, как бы это чудо, это жизнь и надо этому радоваться. Вот и все. Вне зависимости от обстоятельств.

С.ДОРЕНКО: А почему именно половые клетки обладают такими правами, а, например, другие, клетка эпидермиса не обладает.

А.ОНОШКО: Они обладают теми же. Мы любим каждый сантиметр собственной кожи, правда. Вы какой палец сейчас готовы отсечь свой?

С.ДОРЕНКО: Никакой. Остановись. Ты говоришь, что правом на жизнь и защиту уголовным правом подлежат любые две клетки, которые начали делиться.

А.ОНОШКО: Да.

С.ДОРЕНКО: Хорошо. Раковые тоже?

А.ОНОШКО: Раковые убивают организм, поэтому они не спрашивают никого.

С.ДОРЕНКО: Извините, раковые убивают организм, но у них своя логика есть, они тоже жить хотят.

А.ОНОШКО: Нет, это не отдельная жизнь.

С.ДОРЕНКО: Почему? Рак не отдельная жизнь?

А.ОНОШКО: Нет, это не существо, которое в вас селится. Рак, это не такой, с клешнями, глазками.

С.ДОРЕНКО: Культура клеток, которая была взята у мыши в 1906 году, более 100 лет назад, живет сейчас в большинстве лабораторий планеты Земля.

А.ОНОШКО: Хорошо. Давайте перейдем на формулы сознания. Две клетки половые, которые делятся, они обретут сознание…

С.ДОРЕНКО: У них нет сознания.

А.ОНОШКО: А бабушки в деменции тоже уже нет сознания. Что ее, утопить? У нее нет сознания.

С.ДОРЕНКО: Вы поставили меня в затруднительное положение. Моя стройная логика здесь рушится.

А.ОНОШКО: А я готовилась, я думала. Я предполагала, что однажды такой спор может случиться, и готовила аргументы.

С.ДОРЕНКО: 10.58. В движении.

В ДВИЖЕНИИ

С.ДОРЕНКО: Этот спор нельзя считать завершенным. Мы потом еще поспорим. Договорились? Еще будет какой-то информационный повод и мы, конечно, поспорим.

А.ОНОШКО: Конечно.

С.ДОРЕНКО: Мы пойдем и проживем ее, эту пятницу, 17 апреля.