Александр Капков

12:18 Фев. 12, 2016

Репортаж о ходе строительства космодрома «Восточный»

В пункте управления на «Восточном» стоит оборудование, стоит та самая «красная кнопка». Люди отлаживают программное обеспечение.

С. ДОРЕНКО: Здравствуйте, Александр. Скажите сразу, как «Восточный», опишите.

А. КАПКОВ: Доброе утро для вас, а у меня добрый день.

С. ДОРЕНКО: Добрый день. То есть вы уже пообедали, выковыриваете и так далее. Хорошо. Скажите, пожалуйста, что там, расскажите.

А. КАПКОВ: Самое интересное то, что, в принципе, от стройплощадки осталось совсем-совсем немного: вывезти мусор, немножко где-то подравнять, какие-то штрихи довести, с отделочными материалами закончить на некоторых объектах, это естественно. Я имею в виду самые главные объекты. Стартовый комплекс, технический комплекс — это те места, где уже вовсю хозяйничает «Роскосмос», где вовсю хозяйничает Центр эксплуатации объектов наземной космической инфраструктуры. Это всё уже их объекты, где они налаживают свои процессы. И именно поэтому, кстати говоря, мы очень долго согласовывали все допуски для меня. И при этом я вам скажу по секрету (вы только никому не рассказывайте), они до сих пор не согласованы. Поэтому не спрашивайте меня, как я туда проходил, на эти объекты.

С. ДОРЕНКО: А, то есть вы ходите просто и всё? Надо сделать лицо кирпичом, типа вы работаете.

А. КАПКОВ: Некоторые навыки, конечно, нужны, но не могу сказать, что «вы ходите и всё», потому что все эти объекты уже под охраной, на каждый из них нужен пропуск, и поэтому просто ходить здесь не получится. Сами понимаете, пока здесь не очень много абсолютно левых людей, которые не причастны каким-либо образом к космодрому.

С. ДОРЕНКО: А дорога до космодрома? Эту дорогу построили?

А. КАПКОВ: Смотрите, если ехать по федеральной трассе, допустим, от Хабаровска, то, конечно, дорогая хорошая. Но если я еду от Благовещенска (а я ехал от Благовещенска), то можно поехать двумя маршрутами, и в любом случае они ведут до федеральной трассы. Первый — совсем не очень. Помните, в тот раз я рассказывал, что местами дорога отсутствует. Вчера было получше, потому что подмёрзло всё, но по-прежнему там дорога похуже. Но всё, что касается федеральной трассы и, естественно, дорог здесь, на этом большом объекте (вы помните, он исчисляется десятками и сотнями квадратных километров), то здесь, конечно же, уже всё построено: и автомобильные дороги, и железные дороги, которые уже используются вовсю для того, чтобы привезти сюда все необходимые объекты. А в ангарах уже находится «Союз», он уже здесь. Там уже находятся спутники. Там, естественно, находится уже всё оборудование, которое буквально месяца четыре назад сюда «Роскосмос» привёз и уже работает с ним на месте.

С. ДОРЕНКО: Настя.

А. ОНОШКО: А что там с зарплатами? Строителей уже убрали, а им деньги-то заплатили? Есть возможность выяснить?

А. КАПКОВ: Ну, как вам сказать? Есть ли возможность выяснить? Те немногочисленные рабочие… Потому что численность рабочих, например, самого «Дальспецстроя» сократилась в сравнении с предыдущим годом в три раза. Это всё говорит о том, что этап строительства уже подходит к концу. Все рабочие, конечно же, с зарплатой. Те, кто остались не у дел меньше года назад, десять месяцев назад, когда мы приезжали сюда, они пошли работать в другие смежные организации, в другие субподрядные организации. Новых подрядчиков с того времени не нанимали. Мне было интересно, может быть, усилился как-то отбор, тщательная работа проводилась при подборе новых организаций. Но Юрий Волкодав (мы сегодня с ним всё утро ходили по объектамсказал мне: «Мы новых никого не привлекали. С теми, кто неответственно относился к рабочим в прошлом, сейчас идут суды. Подвисло порядка 3,5 миллиарда рублей. Вот судебные разбирательства».

С. ДОРЕНКО: Скажите, пожалуйста, если бы я предложил вам оценить то, что вы увидели, по сравнению с тем, что вы ожидали, по шкале от 1 до 5, вы бы какой балл присвоили своим собственным впечатлениям?

А. КАПКОВ: Я поставлю 4. Объясню почему. Потому что, во-первых, у меня было достаточно информации, когда я ехал, поэтому какого-то вау-эффекта не получилось. Во-первых, потому что я был до. Во-вторых, потому что я примерно знал, в каком состоянии объекты находятся, следил за этой темой. И, естественно, третье: потому что ставить 5 — это значит говорить, что всё отлично.

С. ДОРЕНКО: Но не всё отлично.

А. КАПКОВ: Да, не хочется говорить, что всё отлично. Всё-таки нужно ещё многое что сделать. Я напомню, все ожидают здесь старта весной, примерно в апреле. В октябре на совещании Владимир Путин, я вам напомню, хотел, чтобы был всё-таки такой подарок к 12 апреля.

С. ДОРЕНКО: Да, к 12 апреля. Мы же все ждём 12 апреля, именно.

А. ОНОШКО: А можно бытовой вопрос? Где вы там едите и сколько стоят обеды в столовках?

А. КАПКОВ: Давайте. Смотрите, я в разных местах ел. Один ресторанчик, который здесь местный, городской, углегорский — там, в принципе, я пообедал за 300 рублей. Вкусно пообедал, скажу. Если брать рабочую столовую, где я тоже перекусывал, то позавтракал я там примерно на 80 рублей. Цены в магазинах примерно такие же, но должен сказать, что, может быть, набор продуктов несколько отличается — всё-таки Дальний Восток, не всегда ты увидишь такой же ассортимент, который ты привык видеть в обычном московском магазине.

С. ДОРЕНКО: А народ всё больше откуда? Вот откуда эти люди? Это москвичи? Это угрюмые дальневосточники? Это кто?

А. КАПКОВ: Среди рабочего контингента много дальневосточников и очень много, конечно же, из других регионов, из центрального региона России. Конечно же, много уральских парней, сибирских парней. Это всё, в принципе, осталось, как и раньше, потому что работают вахтовым методом, приезжают в огромных количествах. Сейчас в «Дальспецстрое» где-то 3200–3500 рабочих. Сами понимаете, что касается уже инженерного состава, состава «Роскосмоса» и всех остальных организаций, то это инженеры в том числе и московские. Каких-то местных, дальневосточных, я не видел. Но, честно скажу, не очень много с ними общался. Они люди занятые. И учитывая то, что мои пропуски не согласованы, я решил здесь…

С. ДОРЕНКО: Скажите, пожалуйста, добрым людям, в том числе и господину Волкодаву, который любезно вас провёл по космодрому, что сама стройка нас, взрослых мальчиков, не очень впечатляет. Нам нужны пуски. Потому что стройка… Я вот сейчас смотрю мультик из Lego. Знаете, есть «Коля-космонавт»? Вот такой.

А. КАПКОВ: Я пропустил про Колю. Я видел некоторые…

С. ДОРЕНКО: «Коля-космонавт» в Lego есть, мультик такой.

А. КАПКОВ: Я приеду, разберусь. Здесь на Дальнем Востоке ещё про Колю не знают ничего.

С. ДОРЕНКО: Не знают. На самом деле мы в Lego смотрим, как строится космодром, и это нас впечатляет, но в меньшей степени.

А. ОНОШКО: А что с интернетом там? 3G?

А. КАПКОВ: Я могу вам сказать сразу ответ Волкодава Юрия Петровича. Он сдал свои объекты на 99%. И всё, что касается строительства здесь, по сути закончено — то, что нужно для того, чтобы полетела ракета. Это уже вопросы к «Роскосмосу».

С. ДОРЕНКО: Пуляйте её куда угодно! Хоть в Японию запулите ракету, но пусть она взлетит, покинет плотные слои…

А. КАПКОВ: Мне очень многие уже говорили, что пора заводить, запускать. Я был сегодня в пункте управления, в который тоже вход на самом деле запрещён. Стоит оборудование, стоит та самая «красная кнопка» (в кавычках говорю), потому что «красной кнопки», конечно, нет ни одной. Есть две жёлтых, но они относятся совершенно не к этому. Всё уже стоит, люди отлаживают программное обеспечение. Поэтому я думаю, что в целом время подготовки именно для «Роскосмоса», как мы помним, где-то на уровне пять с половиной месяцев — полгода. Учитывая то, что «Роскосмос» здесь уже был до Нового года, можно говорить о двух-трёх месяцах. Но опять же, говорю, это неофициальная информация. Это если прикидывать и стараться понять, когда мы же увидим запуск ракеты.

С. ДОРЕНКО: «Спросите, — мне пишет Тунгус, — в „Свободном“ всё ещё выхлопные трубы на автобусах выведены выше крыши?»

А. КАПКОВ: Спасибо за этот вопрос. Интересный вопрос, я посмотрю. Но те автомобили, которые здесь, — нет. Я думаю, это связано с тем, что всё-таки здесь было в 2013 году наводнение. Может быть, поэтому так. С тех пор таких больших наводнений здесь не было.

С. ДОРЕНКО: «Сметная стоимость „Восточного“ в 2011 году была 178 миллиардов рублей. Истратили из 178 миллиардов 300 миллиардов. Летом прокуроры уже искали, 40 миллиардов куда-то запропастились. Запросили ещё 560 миллиардов. Переплюнут Олимпиаду или нет?» — спрашивают. Это страшные деньги, абсолютно страшные деньги, причём абсолютно безразмерные. Мы все должны корячиться и есть творожок вместо бифштекса на обед для того, чтобы они там что-то построили.

А. КАПКОВ: Интересный вопрос, конечно же, денежный. Вот мы заходим с Волкодавом в обычную насосную станцию, которая занимается подачей в том числе и топлива, в том числе горячей и холодной воды для охлаждения, для отопления. Стоят насосы. Я говорю: «Что за насосы?» — «Это иностранные насосы — единственные, которые в принципе могут справляться с этой задачей». То же самое касается такого элементарного, казалось бы, момента, но необходимого, как системы вентиляции. Они стоят, соответственно, немецкие (и тоже, естественно, хорошие). При этом не стоит забывать, что закупка всего этого оборудования пришлась как раз на эти два года, когда, как мы знаем, существенно изменился курс рубля. И этот вопрос остался несколько без ответа, неловким, из серии: импортозамещение не произошло, оборудование ставилось вот это, но государство помогало, «Дальспецстрою» выделялись субсидии. Но при этом вы сами понимаете, всё равно стоимость этих насосов можем посмотреть, сколько они стоят, и перевести на наши деньги. Это то, что потратили, увеличивая вот этот самый бюджет.

С. ДОРЕНКО: Александр, спасибо вам огромное. Александр, вы любовно поглаживаете время от времени в кармане билет на обратный путь, я так понимаю. Нет?

А. КАПКОВ: Ну, почему любовно?

С. ДОРЕНКО: Когда заберёшься в такую задницу, хочется всё время посмотреть на билет на обратную дорогу.

А. ОНОШКО: Александр, а вы бы смогли там жить, как вы думаете? Семью перевезти, ребёнка в сад устроить?

С. ДОРЕНКО: Да, уже по-настоящему.

А. КАПКОВ: Какой каверзный и интересный вопрос!

С. ДОРЕНКО: Чёрт!

А. ОНОШКО: А вы себе его не задавали?

А. КАПКОВ: Я себе его не задавал.

С. ДОРЕНКО: Нет, он разглаживает билет, пальцами трогает билет. Как я нефриты, он трогает билет домой.

А. КАПКОВ: Нет, я не трогаю билет домой. Здесь интересно. Пока я всё не узнаю, я не улечу. Но я вам должен сказать, что за два дня, что я здесь, уже очень многое посмотрел, достаточно, осталось совсем немного.

А. ОНОШКО: Хочется домой?

А. КАПКОВ: Я завтра уже вылетаю. С охотой? Да, с охотой.

А. ОНОШКО: А интернет в телефоне есть всё время или плохо ловит?

С. ДОРЕНКО: Нет, плохо ловит.

А. КАПКОВ: Лучше, чем десять месяцев назад. Раньше его не было вообще. Сейчас, во-первых, есть связь, и мы с вами можем спокойно разговаривать из любой точки. А что касается самого интернета. Там, где моё общежитие находится, то там есть. На стартовой площадке интернета у меня не было. Ну, это «Билайн», допустим, потому что «МегаФоне» со стартовой площадки я интернет ловил.

С. ДОРЕНКО: Вот! Да здравствует — и так далее. Спасибо большое, Александр! Счастливо!



Глава "Дальспецстроя" Юрий Волкодав

Глава "Дальспецстроя" Юрий Волкодав

Версия для печати
Другие статьи

comments powered by Disqus

Видеоблог Сергея Доренко

Связь с эфиром


Сообщение отправлено
Система Orphus