• 10:05 Сен. 5, 2014

    В гостях

    Сергей Капков

    руководитель «Центра городского развития» МГУ им. М. В. Ломоносова

    С. ДОРЕНКО: Анастасия Оношко ведущая этой программы. Здравствуйте, Анастасия.

    А. ОНОШКО: И Сергей Доренко. Доброе утро.

    С. ДОРЕНКО: С нами Сергей Капков. Сергей Александрович, здравствуйте.

    С. КАПКОВ: Доброе утро.

    С. ДОРЕНКО: Я вчера думал, что вы придёте вечером, и расплылся весь в сладостном анонсе. Вкратце вот что. Есть нации, живущие на улице. Мы знаем эти нации, например, мои любимые испанцы. Они живут на улице. Вы редко попадёте в дом испанца. Он вас туда не позовёт. Если позовёт, вы увидите, что там скудно, там одна лавочка, там одна кроватка. В испанской квартире почти ничего нет. Она не предназначена для жизни, потому что он живёт на улице. Вот эта спонтанная уличная жизнь – это есть свойство средиземноморья. Русский человек перебегает из точки А в точку Б, потому что по пути неуютно, там плохо. Там чужие люди. И перебежав в точку Б на кухню друга, он чувствует, что он в правильном месте. Когда меня спрашивали мои друзья-испанцы почему в Испании нет спонтанной уличной жизни, я им говорил: «Потому что мы русские. Мы перебегаем в новое тёплое место, на баньку друга, на кухню друга, где-то, где тепло и пахнет самогоном. Но так, чтобы я жил на улице. Если бы мне предложили на вашем месте оказаться, я бы сказал: «Забудьте. Может быть, в Ялте, но не в Москве». Почему вы вообще взялись за это? Как русский может жить на улице? Да ладно, сейчас холодный ветер, и закончился праздник. А вы тратите деньги на чёртовы фонтаны, а они работают три недели в году.

    С. КАПКОВ:  Три месяца.

    С. ДОРЕНКО: Да, но девки в купальниках всего три недели.

    С. КАПКОВ:   Это правда. Как правило, в самом конце лета. Нас это тоже очень расстраивает, что у нас нет возможности больше видеть девушек в купальниках.

    С. ДОРЕНКО: Почему Москва место жизни на улице?

    С. КАПКОВ:  Всегда так будет. Мне кажется, что от обратного. Очень длинная зима, очень мало хорошей погоды, люди тоскуют. И три месяца, когда есть стабильная погода, люди выскакивают на улицу, и готовы проводить там круглые сутки. Особенно молодёжь, и особенно студенты. И дальше ритм города передаётся тебе, даже если ты не готов быть на улице круглые сутки.

    С. ДОРЕНКО: Хорошо, а в другие месяцы, зимой, мы что, будем кататься на санках, играть в царя горы, заползать на ледяные горы? Что будет в другие месяцы? Мы не подражаем средиземноморью?

    С. КАПКОВ: Мы не можем им подражать. Вообще, считаю, что зима – это наше конкурентное преимущество. Если брать статистику больших парков, таких как парк Горького или парк Сокольники в зимний период 55% посетителей ходят. То есть, зимой в парки ходят людей больше, чем летом.

    С. ДОРЕНКО: Что они там делают? Ведь роют пещеры в снегу?

    С. КАПКОВ: Нет. Во-первых, есть катки. Во-вторых, есть чистая русская зима. Всё-таки, белый снег, ёлки под пуховым снегом, можно гулять, фотографироваться, всё, что угодно. Если ты решил зимой пойти гулять, как правило, первое место – это большой парк города, потому что там не убирают снег, он там лежит, там сугробы, катки, глинтвейн. Это твоя движуха.

    С. ДОРЕНКО: Я немножко долго живу в Москве, чёрте сколько. Я должен сказать, что если бы мне пришла в голову мысль где-то порыться в снегу, я бы, наверное, отправился в леса между Новой Ригой и Николиной горой, потому что там чертовски большой лес.

    С. КАПКОВ: Это заняло бы больше вашего времени. Взял, доехал на метро, вышел практически в парке, погулял с детьми, сел в метро, уехал.

    С. ДОРЕНКО: Люди говорили мне вчера запредельные, невероятные, космические бюджеты. Вот что вам помогает.

    С. КАПКОВ:  В Москве всегда большие бюджеты.

    А. ОНОШКО:  С точки зрения эстетической мы привыкли до вас, что всё муниципальное – это что-то такое ужасненькое, бедненькое. Перед домом стоит кривой гном из папье-маше. Эта вся стилистика плохая. Сейчас в какой-то момент обнаружилось, начиная с парка Горького, сейчас эта зона расширяется, и это очень здорово – то, что происходит. Но видно, действительно, все обращают внимание, что это просто залито деньгами. Вы говорите, что вам это удаётся сделать в пределах того же бюджета, что раньше было, или вам удаётся выбить больший бюджет?

    С. КАПКОВ:  Именно так, нам удаётся. Во-первых, был выделен бюджет намного больше три года назад.

    А. ОНОШКО:   Насколько лет? Или вы каждый год с этим боретесь?

    С. КАПКОВ: До 2018 года есть бюджет на парки и общественные пространства. Во-вторых, парки города стали зарабатывать. Парк Горького зарабатывает 370% к тем деньгам, что выделяет бюджет. Это принцип Олимпиады, как мы называем. Это задача заработать с аудитории. Вы попали в парк, вы купите мороженое, выпьете воды, оставите какое-то количество денег. Это прямая понятная технология, что в Олимпийской деревне, что в Диснейленде. Если вы меньше двух часов, то только попьёте воду, если больше двух часов, вы останетесь, поедите.

    С. ДОРЕНКО: Это как кинотеатры, зарабатывающие на попкорне.

    А. ОНОШКО:  Когда-то вход в парк Горького был платным, и там ничего не было внутри.

    С. КАПКОВ:  Парк Горького зарабатывал 70 млн. рублей.

    С. ДОРЕНКО: Гончаровский парк, плохие фото, какие-то ржавые.

    С. КАПКОВ:  Это не ржавые, картеновые стали, из которой делают ледоколы. Это сталь, которая должна через три года приятно ржаветь, зеленеть. Это будет выглядеть по-другому. И этот Гончаровский парк, я думаю, что он будет победителем ряда архитектурных конкурсов. Его делал большой архитектор Юрий Григорян, который известный автор «Сколково», Barvikha Luxury Village, и автор достройки ЦУМа. То есть, это большой коммерческий, крупный архитектор, который сделал этот парк. Со временем он начнёт жить. Наша задача – построить такой парк, где меньше всего надо вкладывать потом сил и денег. То есть, он сам начнёт жить по принципу английских парков, французских и любых других.

    С. ДОРЕНКО: Николай Скирда пишет: «Ваше заигрывание с креаклами, в принципе, конечно, неплохо. Но нужно знать меру. Например, «Центр Гоголь» потаскушечье место». Вы давали им деньги?

    С. КАПКОВ:  Это городской театр. И я считаю, что это не заигрывание с креаклами, а если в Москве 317 театров, то город может себе позволить иметь такой театр, как «Гоголь-центр». Это совершенно неплохой театр.

    С. ДОРЕНКО: Браток пишет: «Ходят слухи, что вы уйдёте из мэрии после выборов». Это верно.

    С. КАПКОВ: Нет. Я не планировал.

    А. ОНОШКО: А вы себя относите к креаклам?

    С. КАПКОВ:  Я отношу себя и креаклом большинство, для кого мы работаем – новые московские городские профессионалы. Это те люди, которые работают, получают белую зарплату, получают с неё налоги, у которых есть некая специальность, ремесло, профессия, и те, кто платит налоги.

    С. ДОРЕНКО: Вопрос о парках в центре Москвы и о трассах. На самом деле, центр Москвы – это место транзита. Большой каменный мост, например, это место, по котором люди перебираются из юга, с Ленинского проспекта во все другие места и т.д. Получается, парк, а рядом ревёт магистраль. Может быть, как-то перенаправлять потоки, или это не ваша сфера?

    С. КАПКОВ: Это не наша сфера. Больше того, это невозможно, потому что в Центральном округе живёт 800 тыс. человек, ежедневно приезжают на работу 2 млн. человек. По сталинскому генплану 70% учреждений культуры находится в пределах третьего транспортного кольца. За третьим транспортным кольцом нет ни театров, нет ни домов культуры, их намного меньше, нет качественных музыкальных школ. Поэтому все, будь то активные родители, будь то активно живущие люди в городе на автотранспорте, все едут в центр. Наша задача децентрализации. Сделать парки не в центре. Тот  же парк Гончаровский, он не в центре. Тот же парк Сиреневый сад, ВДНХ – это парки не в центре. Задача децентрализовать.

    С. ДОРЕНКО: Вы сами ездите на велосипеде?

    С. КАПКОВ: Нет.

    С. ДОРЕНКО: То, что город, велодорожки?

    С. КАПКОВ:  Я неплохо знаю эту систему. Это хорошая система.

    С. ДОРЕНКО: Вам нужна культура не только для людей высокого культурного уровня, но нужно и для златозубой улыбки из электрички, нужно для златозубой ухмылки, для отрыжки кислой капустой явить что-то правильное? Например, День города. Вы должны развлечь толпу какими-то малопристойными зрелищами. Нет?

    С. КАПКОВ: Не совсем так. Задача, чтобы это не пересекалось. Если где-то мы на Поклонной горе жарим быка-матрёшку 600 кг.

    А. ОНОШКО: Он начинён зайцами, а зайцы утками. Это правда или шутка была?

    С. КАПКОВ:  Правда. Для этого пойдут одни люди развлекаться. А если в саду Эрмитаж у нас джазовое шоу, а в саду Баумана выступает Слава Полунин со своим специальным шоу, то это другая публика. Моя задача сделать тысячу мероприятий, и грамотно направить потоки, чтобы люди с золотыми зубами шли в одно место, и получали там удовольствие, для них было это их ощущение Дня города, их ощущение города, а другие люди пойдут на что-то другое.

    А. ОНОШКО: Как оцениваете потом, удался День города, не удался?

    С. КАПКОВ:  Есть количество хэштегов, интернет.

    А. ОНОШКО: А для златозубой публики?

    С. КАПКОВ: Златозубая публика тоже пользуется интернетом, поверьте мне. И есть милицейские сводки по количеству людей, вышедших на улицы, транспорт, сколько людей проехало в метро, какая нагрузка была. Так же есть такая возможность посчитать нам сколько куплено, продано. То есть, мы понимаем сколько людей участвуют в празднике.

    С. ДОРЕНКО: Вопросы с сайта: «Почему не дали развивать ВДНХ? Этим занимается заммэра Сергунин».

    С. КАПКОВ:  ВДНХ – это акционерное общество. Акционером является город. Акционерное общество управляется Москомимуществом.

    С. ДОРЕНКО: Слушатель спрашивает: «В Москве негде толком покурить. Нет ли каких идей с площадками для этого дела?»

    С. КАПКОВ:  Можно покурить на улице, можно покурить в парках, можно покурить, сейчас дали разъяснения, на каких верандах.

    С. ДОРЕНКО: А вы курите?

    С. КАПКОВ:  Я уже бросил.

    С. ДОРЕНКО: Конечно, надо бросать.

    А. ОНОШКО: А вы читаете сообщения с папки others на «фейсбуке»?

    С. КАПКОВ: Да.

    С. ДОРЕНКО: Убрали колесо обозрения из парка Горького.

    С. КАПКОВ: Его убрали  до меня, в 1985 году. Я не имею отношения к этому. Мы вернём колесо обозрения.

    С. ДОРЕНКО: И «Буран».

    С. КАПКОВ: «Буран» мы отдали на ВДНХ.

    С. ДОРЕНКО: Нижние Мневники. Примерно 100 лет собирались сделать русский Диснейленд. Теперь говорят, что там будут обе палаты парламента. Сдали идею парка?

    С. КАПКОВ: Нет. На самом деле, в Нижних Мневниках Зураб Константинович Церетели планировал сделать русский Диснейленд. Не сделал. Все сроки прошли. Большой парк развлечения, мы планируем, что будет в Нагатинской пойме.

    С. ДОРЕНКО: Это далековато.

    С. КАПКОВ:  Но это не создаёт и пробку. Это отдельный выход из метро, отдельная возможность приезжать людям из Московской области, из Москвы.

    С. ДОРЕНКО: Много поощрительных и приветливых речей, которые я все зачитывать не буду. Иван пишет: «Сергей, расцелуйте его от меня за чудесные парки».

    С. КАПКОВ:  Мы очень стараемся.

    С. ДОРЕНКО: Иван, кроме вас ещё человек пять подобные вещи написали. Спасибо огромное.

    А. ОНОШКО: Про граффити на стенах. У вас был чудесный проект «Лучший город Земли».

    С. КАПКОВ:  Он и сейчас остаётся.

    А. ОНОШКО: Там очень хорошие художники. Я думаю, что кто заметил на третьем транспортном около Беговой одну стену расписали.

    С. КАПКОВ: На Дмитровке огромное количество.

    А. ОНОШКО: На Калужской площади. Очень классно. С кем из других министров легче всего договариваться? С кем вы дружите? Сейчас идёт реновация панельных домов. На них нацепляют бежевую плитку. У вас  не было идеи, что можно объединить с дизайном?

    С. КАПКОВ:  Это следующий шаг. Это можно сделать, но это шаг за шагом. С кем я дружу в правительстве? Со всеми.

    А. ОНОШКО: Кто с вами на одной волне?

    С. КАПКОВ: Я совершенно без иронии говорю. Мне легче работать через первое лицо – Сергея Семёновича Собянина. Это быстрее, эффективнее. Он бывший глава администрации, эффективнейший менеджер. Ты если его убедил, пошла команда. Будьте уверены, что через месяц она будет сделана. Объясню как появилось граффити. Был молодёжный совет при мэрии, где молодые ребята и художники стали говорить: «Давайте стены разрисуем». Мы договорились, что выделим 200 стен, создадим комиссию из департамента культуры, главного художника города и главного архитектора, и возьмём проекты, утвердим это, и разрешим рисовать, и это профинансируем.

    С. ДОРЕНКО: Я могу ровно одно слово сказать про мэрию. Я был на Тверской, 13 у Горбенко. Я выхожу, просто иду по коридору, и я видел не меньше как 20 человек, которые сидели, уткнувшись носом в компьютеры. То есть, там не пахнет тленом в мэрии.

    С. КАПКОВ:  У нас в мэрии есть бесплатный wi-fi.

    С. ДОРЕНКО: Я думал раньше, что там люди с лоснящимися брючками, лоснящимися рукавами. Там совершенно молодые ребята сидят в компах и чего-то спорят прямо в коридоре. Я думал, что это типа крематория. Нет, там реально жизнь в коридорах. Я удивился.

    С. КАПКОВ: Жизнь везде в государственной службе. Жизнь там, где есть цель, с которой идут, есть деньги, которые тратят.

    С. ДОРЕНКО: На Чукотку заглядываете в отпуске?

    С. КАПКОВ: Нет, не был давно. Мне там очень нравилось. Хочется съездить, посмотреть.

    С. ДОРЕНКО: Расскажите нам про север. Он какой? Вы нижегородец?

    С. КАПКОВ:   Я нижегородец.

    С. ДОРЕНКО: Саваслейку знаете? И что с Чукоткой?

    С. КАПКОВ:  После окончания Волго-Вятской академии госслужбы я попал на Чукотку. Проработал там более шести лет, ни о чём не жалею, мне очень нравится.

    С. ДОРЕНКО: Что это – север? Зажмурившись, как вы его видите?

    С. КАПКОВ:  Это снежная пустыня. Там нет ни деревьев, ни птиц, ничего, это тундра отсюда до горизонта. Даже не чайки, а океанические бакланы, и вороны. Ветер только зимой, летом погода меняется по 4 раза на дню. Но тоже есть солнце, и так же умудряются люди в +17+20, что для Чукотки как у нас +50, выходить девушки в купальниках, и все требуют лето, лето. Опыт Чукотки мне дал очень много. Чукотка учит планированию. Ты в этом году запланировал, в следующем году завёз материалы, в третьем году построил. Цикл, как правило, двухгодичный, в лучшем случае. Поэтому, если ты плохо спланировал в этом году, то самолётом ты уже не завезёшь какие-то оконные рамы. Когда мы строили музеи, дома культуры, школы – я курировал там социальный блок – то ты понимаешь, что ошибся даже не в поставщике и не в подрядчике, который это будет делать, а в той транспортной компании, которая для подрядчика везёт из Владивостока или США, то это можно.

    С. ДОРЕНКО: Говорят, Собянин выпросил вас у Абрамовича. Это верно?

    С. КАПКОВ: Я не буду это комментировать.

    С. ДОРЕНКО: Правда. Подождите. История делается не только горизонтами, которые возникают перед всеми людьми. Есть такие первопроходцы, которые разверзают горизонты. Мы их примерно представляем в каждом бизнесе. И, конечно, есть такое представление, что вас увидели как человека, разверзающего горизонты, как человека, иначе видящим жизнь как бы, и за вами стали охотиться. И вот вас отпросили.

    С. КАПКОВ: Я писал большую концепцию про парк Горького. Сергей Семёнович её утвердил. Я же был тогда депутатом Госдумы. Я не планировал уходить из парламента. В итоге Сергей Семёнович меня уговорил, возглавляй парк. Ещё, как я понимаю, мы были на дне рождения Константина Львовича Эрнста, и Эрнст сделал такое представление своих друзей, и он сделал про меня небольшой фильм, который тоже повлиял, мне кажется.

    С. ДОРЕНКО: Вы не против того, чтобы слушать этих назойливых, омерзительных москвичей?

    С. КАПКОВ: В эфире с удовольствием. Я и по улице хожу тоже.

    С. ДОРЕНКО: «Парк Горького испортили. Раньше было лучше», - говорит Николай. Николай, это совсем чушь, не надо.

    С. КАПКОВ: Парк Горького не то, что испортили. Человек сравнивает не с 10-летней давностью, а сравнивает с 3-летней давностью. Трафик на парк Горького уникально тяжёлый. Но поверьте, он кончится, когда мы сделаем пешеходный мост на «Красный Октябрь», и построится парк на месте снесённой гостиницы «Россия». Тогда мы растянем этот трафик. Так, конечно, напряжение огромное. Поэтому мы сделали Крымскую набережную, и оттягиваем людей, заканчиваем строить парк Музеон, присоединили Воробьёвы горы, чтобы растянуть потоки. Огромное количество людей ходит в парк.

    С. ДОРЕНКО: Если сравнить его с 10-15-летней давностью, я был там в качестве журналиста в момент какого-то ВДВ или чего-то другого, я вам хочу сказать, это было страшное место.

    С. КАПКОВ:  Это было криминальное место.

    А. ОНОШКО: Обсуждается вопрос о парковках при парках Воробьёвы горы? Была маленькая парковка, её сейчас перекрыли. Встать можно только вдоль улицы, пока запрещающие знаки не повешены.

    С. КАПКОВ: Вдоль улицы Косыгина можно встать. Вы имеете в виду парковку, которая была у МГУ?

    А. ОНОШКО: Нет, которая была на входе у метро «Воробьёвы горы», выход на улицу Косыгина.

    С. КАПКОВ: Мы хотим, чтобы в парк люди ехали на общественном транспорте, либо на такси.

    С. ДОРЕНКО: «Верните прыжки в воду», - пишет пьяный админ. Что это значит?

    С. КАПКОВ:  Мы всегда за, пусть прыгают, только не в фонтан.

    С. ДОРЕНКО: «Когда уберут Зелёный театр Стаса Намина? Обещали год назад», - слушатель Сергей.

    С. КАПКОВ: Обещали навести там порядок. Зелёный театр Стаса Намина – это тоже учреждение государственной, городской культуры.

    С. ДОРЕНКО: SMS: «Что творится со спортивными площадками на Измайловском острове, с пешеходными дорогами в Измайловском не парке, а лесопарке? Всё заброшено».

    С. КАПКОВ: По поводу лесопарков должна быть особая программа, если говорить про будущее. У лесопарков это всегда особые требования, особо охраняемая природная зона. Это всегда намного сложнее, дороже и затратнее сделать по времени.

    С. ДОРЕНКО: Каково ваше отношение к 30-минутному закольцованному исполнению гимна Москвы в День города на всех площадках, подведомственных Депкультуры? Это неправильно.

    С. КАПКОВ:  Да, это неправильно, и это неправда. Просто все открытые площадки начнут работу в 13:00, и прозвучит гимн Москвы. Гимн Москвы длится 4 минуты.

    А. ОНОШКО: Изгнание мотоциклистов с Воробьёвых гор можете прокомментировать?

    С. КАПКОВ: Мы с ними договорились, что мы начинаем реконструкцию  Воробьёвых гор, перекладывать плитку, потом они туда вернутся и останутся. Главное, чтобы они не убивались.

    С. ДОРЕНКО: Всё равно убьются. Приятно, когда мальчики показывают друг другу железки. Это такой фолк, мне кажется, это дико красочно. Чего их гонять, бедных!

    С. КАПКОВ: Мы уже настроили друг с другом отношения.

    С. ДОРЕНКО: SMS: «Зачем из театра Станиславского берут в Большой заурядных специалистов? Из-за этого в главном театре страны происходят распри».

    С. КАПКОВ:  Я так понимаю, что имеется в виду, что нынешний директор Большого театра – это Владимир Георгиевич Урин, который раньше возглавлял музыкальный театр Станиславского. Он ушёл, и, наверное, кого-то забирает с собой из театра Станиславского. У него есть такое право.

    С. ДОРЕНКО: «В Нескучном саду развалились кирпичные сливы вдоль дорожек. Сколько зарыто денег на эту глупую затею? Изначально было понятно, что  они разрушатся при перепаде температур», - считает Лолита.

    С. КАПКОВ: Лолита грамотный специалист, судя по вопросу? Нескучный суд – это памятник архитектуры. Мы восстанавливали по тем, так как есть. Там было написано – каменные, глиняные водостоки. Да, они разрушаются. Значит, наша задача их восстановить. Это памятник.

    С. ДОРЕНКО: Ил пишет: «Спасибо Капкову. Я потерял работу в парке. Раньше я делал карусельки, и всем нравилось».

    С. КАПКОВ:  У нас есть карусельки в Северном Тушино, в других парках.

    С. ДОРЕНКО: Говорят про какие-то немецкие качельки, которые стоят 3 миллиона рублей. Это притча, или, действительно, такое может быть?

    С. КАПКОВ: Детская площадка размера, которую мы покупаем в парк «Красная Пресня», в парк Таганский, может стоить даже 10 миллионов рублей. Но, внимание, коллеги, эта площадка занимает площадь до 2 гектаров. Немецкие, канадские, американские. Как в Гайд-парке огромные.

    А. ОНОШКО: У нас нет таких производств?

    С. КАПКОВ: Есть, но такого масштаба. Это же не детская площадка в нашем понимании, это детский игровой городок, в нём 25 элементов для детей от 3 до 14 лет, и для детей с инвалидностью.

    С. ДОРЕНКО: Сядут алкаши.

    С. КАПКОВ: Алкаши не сядут, потому что мы ставим забор, у нас есть охрана.

    С. ДОРЕНКО: SMS: «Зачем московское правительство наградило премией русофобку Ахеджакову?»

    С. КАПКОВ:  Это не московское правительство. Сегодня мы будем награждать как раз. Это премия ко Дню города правительства Москвы. Независимые люди голосуют, там нет ни одного чиновника. За спектакль вместе с Гафтом «Игра в джин» в театре Современник.

    А. ОНОШКО: Похоже, назревает скандал, связанный с Дианой Арбениной. Она говорит, что ей каким-то распоряжением сверху организаторы фестиваля сказали, что стихи читать не нужно, чтобы она сама отказалась, что ей приписывают какую-то политическую позицию.

    С. КАПКОВ:  В каком месте?

    А. ОНОШКО: Фестиваль живой литературы «Букмаркет», Красная Пресня. 7 сентября. Её просят там не читать стихи, хотя это планировалось.

    С. КАПКОВ: Сегодня концерт Дианы Арбениной в Зелёном театре на ВДНХ. Отрекламировал, извините. 6 сентября День города. 7 сентября в парке Красная Пресня Роспечать проводит фестиваль книг «Букмаркет», поэтому я не готов нести, не наша ответственность.

    С. ДОРЕНКО: «Почему давят малый бизнес в парках? За место продажи шариков требуют 1 миллион рублей?» - обиженный предприниматель.

    С. КАПКОВ: У нас, как правило, всегда есть независимая оценка сколько стоит. Поверьте мне, мы всегда берём по независимой оценке, но в силу того, что нам нужно поднимать экономику парка. Мы никогда не берём вне рынка.

    СЛУШАТЕЛЬ: Александр, Москва. Нет ли идеи создания спортивных парков для занятий спортом?

    С. КАПКОВ: Есть идея создать в следующем году большой спортивный парк с большим количеством футбольных полей, баскетбольных, волейбольных.

    С. ДОРЕНКО: Идёшь по Пекину. И всюду эти старушки наворачивают на тренажерах.

    С. КАПКОВ:  У нас есть везде тренажёры, пинг-понг во всех парках города. Вопрос Сергея о том, что сделать отдельный спортивный парк по принципу Манхеттена, где вдоль набережной сделан спортивный парк, где вся спортивная активность собрана.

    С. ДОРЕНКО: И во дворах бы надо уличные тренажёры. Они железные, дешевые. Какие-то брусья нужны. Деды, бабки, подростки, им надо. В Тель-Авиве выходишь на набережную, на тебе тренажёров целую кучу.

    С. КАПКОВ: У нас тоже в парках есть, мы это везде делаем.

    СЛУШАТЕЛЬ: Григорий. Считаю, что парки в центре нужны, но в Зарядье выбран парк двумя нашими руководителями неудачно. Зимой там околеешь, а летом зажаришься.

    С. КАПКОВ: Наши два верховных руководителя выбрали парк Зарядье, мне кажется, совершенно правильно в силу ряда причин. Кремль, памятник ЮНЕСКО, архитектуры. Что-то построить рядом очень сложно, будет диссонанс. На Красную площадь по нашей статистике ежегодно приходит около 30 миллионов человек. Сфотографироваться, посетить ГУМ, посмотреть Мавзолей, всё, что угодно. Нужно продолжение этого туристического маршрута. Потому что люди приезжают на Красную площадь, дальше деваться некуда. Будет парк, будут люди и зимой ходить, и летом. Наша задача именно создать там программу, и такой парк, чтобы было комфортно и зимой и летом.

    СЛУШАТЕЛЬ: В Говорово будет организован парк?

    С. КАПКОВ:  У нас будет там организован парк. Но у нас программа рассчитана до 2018 года. Мы где-то в среднем, наш департамент, ещё комплекс жилищно-коммунального хозяйства, делаем около 14 парков в год. Поэтому шаг за шагом всю территорию мы приведём в порядок.

    СЛУШАТЕЛЬ: Почему на День города в Братиславском парке перед прудом перестал играть духовой оркестр?

    С. КАПКОВ: Давайте будем считать это как наказ избирателя. Мы постараемся вернуть прямо к этой субботе.

    СЛУШАТЕЛЬ: Валерий. По поводу Нижних Мневников и Нагатинской поймы. Вы не считаете, что надо строить Диснейленд где-то за городом, пускать отдельную электричку? По улице Кубинке стадион «Крылья Советов». Там сейчас прекрасные футбольные поля построили. А пытаются строить дальше футбольные поля, не волейбольные, теннисный корт хотя бы построить.

    С. КАПКОВ: Отвечаю на оба вопроса. Наверное, могли бы построить в Московской области парк развлечений. Но это же не Диснейленд, это крытый, большой парк развлечений, в котором есть потребность. Потому что Москва самый молодой город в плане детей. У нас миллион школьников. Нам этот парк нужен, потому что у людей есть проблема куда пойти в выходной, куда отвезти своего ребёнка, где подарить ему праздник.

    С. ДОРЕНКО: В Париже за городом.

    С. КАПКОВ:  В Париже федеральная программа. Там отдельная ветка не только метро, но и лёгкого железнодорожного транспорта. И до сих пор проект не окупился.

    С. ДОРЕНКО: В Гонконге тоже отдельно, в Орландо тоже отдельно.

    С. КАПКОВ: В Орландо и Гонконге тоже окупилось. В Париже ещё не окупилось. Ещё объясню про аттракционы. 52 солнечных дня в Москве. Этот аттракционный комплекс может быть только крытым, чтобы было качество обслуживания этих аттракционов. Почему так много строится футбольных полей? Москва в 2018 году принимает Чемпионат мира по футболу. Там есть определённые требования как тренировочные поля, как другие поля. Придет большое количество болельщиков. Мы все сосредоточены на создании этой футбольной инфраструктуры.

    С. ДОРЕНКО: «Что вы сделали с Останкинской башней? Она стала светиться разными цветами, будто её обернули светящейся тканью», - спрашивает Ольга.

    С. КАПКОВ: Ещё два года назад было принято решение мэром. К нам обратились федералы, я уже не помню кто. И было решение подсветить. Это вопрос программирования. Задача какая? Восстановить символы Москвы. Про парки много говорят,  но никто не говорит, что полностью благоустроено, реконструировано, отреставрировано всё Бульварное кольцо города Москвы, 11 бульваров. Они все сделаны.

    С. ДОРЕНКО: «Будет ли облагорожена Карамышевская набережная?»,- слушатель спрашивает.

    С. КАПКОВ:  У нас есть программа облагородить все набережные, сделать их в некой логике, в некой транспортной логике.

    С. ДОРЕНКО: Это же будут совершенно запредельно дорогие, клёвые  места. Фили. Сейчас к набережной не спустишься. Где-то через помойку можно пробраться. Там живёт один мой знакомый, который говорит, что будет меняться. Я ему говорю: «Ты живёшь у реки в Лондоне, например. Это самые топовые места. Держись за это место. Рано или поздно будет набережная». Правильно?

    С. КАПКОВ: Набережная уже есть парке Фили, в прошлом году мы её закончили. Но ещё будет развитие Мневников с другой стороны, может, мост появится, жизнь изменится.

    С. ДОРЕНКО: Слушатель пишет: «Сколько же мужик информации в голове держит. Диву даёшься».

    С. КАПКОВ:  Я по своей теме. А если спрашивать по другой, я поплыву.

    СЛУШАТЕЛЬ: Александр Алексеевич, дипломированный географ по рекреации. Я слышал ваши разговоры, и меня удивляет то дилетантство, с которым вы рассуждаете.

    С. ДОРЕНКО: Позвольте принести нам научный контекст.

    СЛУШАТЕЛЬ: Контекст очень прост. Тратятся огромные деньги, в том числе, на рекреацию в парках. Получается, что из лесопарков делают парки, а из парков скверы. Тем самым уничтожают зелёные лёгкие.

    С. ДОРЕНКО: Умирает экосистема. Он говорит простую вещь, что когда Москва этим дышит, а вы делаете из парков скверы, а из лесопарков парки, и Москва перестаёт дышать. И чем ей дышать, интересно?

    С. КАПКОВ: Москва, как бы это не казалось обывательски, один из самых зелёных городов Европы. У нас зелень клиньями – Битцевский парк, Лосиный остров. Зелени много, но не в центре. По поводу того, что мы нарушаем экосистему. Мы к особо охраняемым природным зонам, наш департамент, почти не подходим. У нас есть департамент природопользования, который занимается этими территориями. У нас есть несколько особо охраняемых природных зон – это Сокольники, Воробьёвы горы, Измайлово. Всё остальное это и были парки. Парк Горького был построен на месте бывшей свалки. До этого там была сельскохозяйственная выставка, предшественница ВДНХ. Это был не лес. Наш департамент отвечает только за учреждения культуры. Это парки труда и отдыха раньше назывались.

    СЛУШАТЕЛЬ: Есть парк Фестивальный в районе метро "Марьина роща". Входит ли он в сферу вашей деятельности? Если да, то планируется ли его развитие? Сейчас это напоминает такой дворик. 

    С. КАПКОВ: Он не входит в сферу нашей деятельности, но думаю, что через несколько лет будет входить. Изначально мы начинали с 14 парками культуры – Сокольники, Горького, мы их все знаем, сад Эрмитаж, сад Баумана, Таганский, Перовский парк. Постепенно, так как мы их стали качественно изменять, ремонтировать, то, как я понимаю, доверие мэра к нам увеличилось, он передал нам ещё 103 территории, которые мы присоединили к нашим паркам. Это  получились некие объединения, и мы их начали развивать. У нас программа до 2018 года. Часть парков уже была отремонтирована комплексом жилищно-коммунального хозяйства, часть мы будем ремонтировать. Почему я говорю, что, наверное, Фестивальный войдёт, потому что мы начнём делать в конечном итоге программу по префектурам, чтобы взяв велосипед или на своём велосипеде, выехав из одного парка, вы можете проехать по всем паркам близлежащего района. Мало кто знает, но из парка Горького, из парка Музеон можно доехать по Воробьёвым горам через улицу Косыгина на Мосфильмовскую, а с Мосфильмовской оказаться на Поклонке. Нам понадобятся связи между оазисами, которые мы в городе построили.

    С. ДОРЕНКО: «Фантастически красиво сделали набережную в Нагатинском затоне. Нагатинско-Садовники отстой и недостой, около скайфорта. Спасайте», – пишет Игорь.

    С. КАПКОВ:  Если парк Нагатино-Садовники мы его только ещё делаем, он ещё не закончен, мы закончим его делать, у нас хороший, интересный проект, который делали российские и английские архитекторы, те английские архитекторы, которые проектировали Олимпийский парк в Лондоне, поэтому интересно может получиться.

    А. ОНОШКО: Когда и кто прекратит покраску поребриков и бордюров в  жёлто-зелёный цвет?

    С. КАПКОВ: Это не к нам, это к главному художнику города, к Мосархитектуре. Есть какие-то колористические решения, которые надо запретить и больше не использовать. Сейчас мы отменили жёлтый и синий цвет в Москве, его сложно найти.

    С. ДОРЕНКО: Настя, надеюсь, настанет день, когда за слово поребрики будут чем-нибудь бить по башке тяжёлым металлическим. Пока я сдерживаюсь. «Во всех парках безумно раздражает постоянное кошение травы. Зачем её постоянно косят?», - спрашивает Сергей.

    С. КАПКОВ:  Мы думаем, что надо перестать косить газон, а сделать многолетники. Это и дешевле будет, и лучше.

    С. ДОРЕНКО: «Станут ли районные музыкальные школы местом для детей не педагогов? Отсев идёт 70%, дети не выдерживают».

    С. КАПКОВ:  Станут. У нас есть пять пилотных проектов, постепенно будем развивать, и заставим школы использовать свои залы как концертные площадки для жителей близлежащих домов.

    А. ОНОШКО: Если у человека есть идея красиво раскрасить огромные трубы. Может, объявить конкурс?

    С. КАПКОВ:  Согласен. У нас есть такие проекты. Это будет стоить несколько миллионов долларов. Это же кажется, что разрисовать просто, а надо загрунтовать, осветить.

    А. ОНОШКО: Они же всё равно их красят. На севере стоят 8 труб.

    С. КАПКОВ: Не три копейки стоит, поверьте мне.

    С. ДОРЕНКО: «Если Перовский парк ваша работа, то я преклоняюсь перед вами»,- пишет слушатель.

    С. КАПКОВ:  Это наша работа, работа департамента культуры.

    С. ДОРЕНКО: «Почему в парке в Южном Бутово красят лавки краской, которая сохнет месяцами? Кучу штанов испортил», - Рус пишет.

    С. КАПКОВ: Это вообще не вопрос краски. Надо покупать лавки, которые не надо красить, из других технологий.

    С. ДОРЕНКО: «На Тверской гранитные кадушки для кустиков ужасны». Ещё один вопрос: «Вы тратите на мраморные кадушки для однолетников гигантские деньги. Разве это не расточительство?»

    С. КАПКОВ:  Это не расточительство, потому что было огромное количество людей, которые требовали, хотели, чтобы какая-то зелень на Тверской появилась.

    С. ДОРЕНКО: «Хочу работать у Капкова. Дайте варианты по вакансиям», - спрашивает 37-й.

    С. КАПКОВ: Мы работаем не по вакансиям, мы работаем через учреждения. У нас около  тысячи учреждений. Культура отличается тем, что люди на местах работают. Дайте ваше резюме, мы поищем вам работу.

    С. ДОРЕНКО: Кирилл Калистратов: «Пятницкая улица построена с многочисленными нарушениями требования для без барьерной среды для инвалидов».

    С. КАПКОВ: Не совсем, наверное, объективно, хотя какие-то замечания могут быть, но давайте честно говорить, у других улиц вообще нет никаких требований, вообще инвалиду невозможно пройти. Там хотя бы есть спуски, подъёмы, есть возможность это сделать.

    С. ДОРЕНКО: «Нам нужны велосипедные дорожки, чтобы можно было преодолеть третье транспортное, МКАД без мата и угроз для здоровья велосипедистов. А то дорожки только в парках в основном, из одного района в другой не доехать никак», - пишет 42.

    С. КАПКОВ: Я уже сказал, что наша задача потом дорожки в парках, вдоль набережных, и других безопасных мест объединить в одну общегородскую систему.

    С. ДОРЕНКО: «В Перовском парке с ребёнком старше 8 лет делать нечего. Там все аттракционы для детей младше 7 лет», - слушатель пишет.

    С. КАПКОВ: Парки – это не только аттракционы. У нас ещё задача не развлекать москвичей и жителей, а увлекать, во что-то втягивать интересное. Во-многих парках мира, в большинстве парков мира нет аттракционов. Не обязательно аттракционы, это не вечная ярмарка.

    А. ОНОШКО: А что кроме парков у вас?

    С. КАПКОВ: Школы, библиотеки, музыкальные школы, школы искусств, музеи, театры, молодёжные центры, всё, что хотите. Мы за атмосферу города.

    С. ДОРЕНКО: «С 2012 года широко анонсировали яблоневый сад с фонтанами и памятником яблоку на пустыре между Савёловской ж/д и улицей Яблочкова. Ничего не сделано», - спрашивает Ахтунг свао.

    С. КАПКОВ: Мы не анонсировали. Я, к сожалению, не знаю этот адрес, но выясню.

    СЛУШАТЕЛЬ: Ореховый бульвар только называется бульваром, а там сплошные заправки, автосервисы, стоянки. Будет ли это бульваром?

    С. КАПКОВ: Это останется бульваром. Но я как я понимаю, то, что вы называете, собственники, которые получили эту собственность давно, выкупили, благоустройство будет, но парком и бульваром в том классическом варианте, я думаю, это уже не станет.

    СЛУШАТЕЛЬ: Для чего привлекать иностранных архитекторов? У нас своих не хватает, или деньги лишние?

    С. КАПКОВ: Мы, как правило, привлекаем российских архитекторов. Но последний парк, построенный в Москве, это парк Фестиваль дружбы народов – 1985 год. У нас нет ландшафтных архитекторов. Появились многие после Олимпиады в Сочи, когда они проектировали. Как правило, всегда выигрывает российская компания, но они всегда берут западных консультантов, потому что специалиста по дендрологии, который определит, что на месте пустыря в нашем климате, в сложной экологической ситуации надо посадить вот такие деревья,  и они приживутся, и будут жить, это тонкая работа. Как правило, всегда это международные специалисты привлекаются. Это не западные архитекторы. Архитекторы, как правило, наши.

    СЛУШАТЕЛЬ: Вадим, Москва. Прежде всего, спасибо молодому Капкову, который работает. Это видно. Таганская улица, справа и слева один маленький парк, и один детский парк. Там что-нибудь ещё планируется чуть-чуть сделать ещё?

    С. КАПКОВ: К сожалению, нет. Потому что мы и так ограничены. Тот Таганский парк – взрослая территория, это вообще бывшая часть монастыря. В следующем году мы планируем сосредоточиться на детской территории, но больше нам просто некуда руки приложить. Там плотная жилищная застройка.

    СЛУШАТЕЛЬ: Были в зоопарке в этом году. Всё хорошо. Одна фирма – 150 рублей хот-дог. Она одна. Видно, что монополисты просто сидят.

    С. КАПКОВ:  Я понимаю ваш вопрос. Зоопарк, там все площадки по торговле были изначально в проекте. Зоопарк торговал правом продажи хот-догов, еды на 10 лет вперёд. Сейчас мы эту систему меняем, будет полегче. Я также видел вопрос почему в зоопарк вход платный? Коллеги, это как часть безопасности того же зоопарка. Если сделать бесплатно, это не парк, пойдёт большое количество людей, у нас там животные. Животные будут некомфортно себя чувствовать. Мы дозируем количество посетителей. Вдобавок, зоопарк – это дорогое удовольствие. У нас зоопарк проедает в прямом смысле больше полумиллиарда рублей.

    А. ОНОШКО: А планетарий? Тоже дорого ходить. Если идёшь с тремя детьми взрослыми. У вас парки самоокупаются, а планетарии не самоокупаются.

    С. КАПКОВ:  Он не может самоокупаться, потому что там есть научная программа, научная составляющая. Есть люди, которые этим занимаются. И вопрос в том, давайте честно, бесплатно ничего не будет.

    А. ОНОШКО: Считаете, что музеи могут быть бесплатными?

    С. КАПКОВ: Считаю. И они есть бесплатные. У нас есть в дни школьных каникул бесплатные.

    А. ОНОШКО: А чтобы всегда можно было ходить?

    С. КАПКОВ:  Да, можно.

    С. ДОРЕНКО: «Спросите о судьбе ДК Красный Октябрь в Тушине», - пишет слушатель.

    С. КАПКОВ:  ДК сейчас на балансе Ростехнологий, потому что это ведомственное ДК. Мы ведём переговоры с Ростехом, что они передадут это на баланс города. Но это точно останется домом культуры, вне зависимости ни от чего.

    С. ДОРЕНКО: Что будет на Болотном острове?

    С. КАПКОВ: Планируется, что ТЭЦ выедет, будет культурный центр внутри ТЭЦ.

    С. ДОРЕНКО: Это будут лофты и там будут жить знаменитости?

    С. КАПКОВ: Нет, это не лофты, будет музей. Сейчас некорректно говорить кто ведёт переговоры о выкупе ТЭЦ у «Газпрома».

    С. ДОРЕНКО: Напротив Кремля отдали землю рядом с резиденцией английского посла. Эта земля, которая пустовала между Болотной площадью и рекой, её кому-то отдали для застройки.

    С. КАПКОВ:  Нет, её никому не отдали. Наоборот, город её выкупил у банка. И город предложил её к продаже. Пока никто не купил.

    С. ДОРЕНКО: Но к продаже с тем, чтобы сделать там жилой дом либо гостиницу?

    С. КАПКОВ: Да.

    С. ДОРЕНКО: Которая будет 16 этажей, будет выситься над Кремлём?

    С. КАПКОВ:  Там же напротив «Роснефть», такое же высокое здание. Там и планировалось ранее построить гостиницу, но инвестор оказался ненадёжным, он сбежал из Москвы, город выкупил.

    С. ДОРЕНКО: «Спросите о судьбе парка дружбы на Речном», - пишет слушатель.

    С. КАПКОВ: Мы сделали дорожки, немножко благоустроили лавочки, детскую площадку. Планируем в следующем году его территорию активно развивать вместе с парком вокруг Речного вокзала.

    С. ДОРЕНКО: Спасибо, что пришли. Вам понравились эти москвичи в вопросах?

    С. КАПКОВ: Да.  Мне интересно, потому что ваша аудитория – это те люди, для которых мы работаем.

    С. ДОРЕНКО: Приходите тогда ещё. С нами был Сергей Капков – министр правительства Москвы, руководитель департамента культуры.

    Версия для печати

Связь с эфиром


Сообщение отправлено
Система Orphus