• «Подъём» с Сергеем Доренко от 1 августа 2017 года

    08:30 Авг. 1, 2017

    В гостях

    С.ДОРЕНКО: 8 часов 38 минут. Вторник, 1 августа. Здравствуй, великий город! Здравствуйте, все! Это радио «Говорит Москва»! Говорит Москва! Анастасия Оношко — ведущая этой программы.

    А.ОНОШКО: Доброе утро всем! И Сергей Доренко, тоже ведущий программы.

    С.ДОРЕНКО: SMS: «Посмотрели третью серию?» Посмотрел третью серию. Посмотрел же и «Твин Пикс». В понедельник только этим и занимаешься.

    А.ОНОШКО: Сергей, а во сколько вы садитесь смотреть? Я каждый раз думаю: сегодня вечером посмотрю; а потом я засыпаю.

    С.ДОРЕНКО: Я объясню: я приезжаю на работу к шести и ничего не делаю до программы, то есть читаю, готовлюсь и всё такое. Потом провожу программу, которая состоит из того, что я просто лопочу что-то языком — ло-ло-ло. Это всё делается легко и непринужденно. После чего я в одиннадцать выхожу — лопочу языком на летучке; после чего я подписываю какие-то бумаги и принимаю всевозможных ходоков, которым я делаю так — ло-ло-ло. Это всё ерунда, это не работа. Я не устаю совершенно. Потом где-то к часу дня я думаю, что пора мне отползать и нефиг здесь делать, я здесь с шести сижу. К двум я дома. Там какие-то овощи с грибами, картошечка, что-то милое очень. Ты спокойно занавешиваешь окно на кухне, чтобы отблика не было. 

    А.ОНОШКО: От компьютерного экрана, да?

    С.ДОРЕНКО: Да. Ставишь большой iPad, 12,9 дюйма.

    А.ОНОШКО: Видите, вам спать не хочется.

    С.ДОРЕНКО: Накрываешь овощи, тыры-пыры, вместе с женой, ешь их аккуратно.

    А.ОНОШКО: Чтобы ничего не упало на пол, потому что убирать потом, да.

    С.ДОРЕНКО: Китайскими палочками тушеные овощи, то есть ты ведешь образ жизни самый что ни на есть полезный, и смотришь Game of Trones. Понятно, да. Потом гуляешь какое-то время, а может быть, забываешься сном ненадолго, и смотришь «Твин Пикс». Вот так проходит понедельник. Так проходит вся жизнь, собственно. Правда! А почему ты морщишь нос? То есть тебе не интересно это было.

    А.ОНОШКО: Мне хотелось бы так, но я не могу.

    С.ДОРЕНКО: Тебе гораздо интереснее носиться с детскими горшками, чистить унитазы, потом стирать носки…

    А.ОНОШКО: Ну, да. А потом начинается «мама, а что ты смотришь?» У вас такого нет? Это пристраивание на коленочки и так далее. 

    С.ДОРЕНКО: Нет.

    А.ОНОШКО: Днем, на самом деле, не получается. Потому что хочется смотреть с семьей, ну с мужем в смысле, а он например на работе, тогда надо его ждать. А потом (храпит) и темнота, пустота, и всё.

    С.ДОРЕНКО: Мне очень понравилось всё, но мне не понравилось…

    А.ОНОШКО: А кто вам больше нравится Линч или Game of Trones, вы можете сопоставить эти два произведения?

    С.ДОРЕНКО: Дэвид Линч мне очень нравится сам. Видишь, я даже стал говорить в его манере. 

    А.ОНОШКО: Да! А можно я буду Забиякой?

    С.ДОРЕНКО: Я, правда, говорю, как Дэвид Линч. Мне кажется, что я идиот.

    А.ОНОШКО: Можно еще голос прибавить — в этой последней серии!

    С.ДОРЕНКО: Серии! Там есть клёвая француженка, с которой он прощается примерно минуты четыре.

    А.ОНОШКО: Эта с каре, блондинка?

    С.ДОРЕНКО: С каре Даяна. Он прощается с ней минуты три, и она такие позы принимает, и жеманничает и всё. Очень смешно. А в Game of Trones никакого спойлера. Я хочу сказать, что меня разочаровало абсолютно, что драконы летают мимо своего возлюбленного брата Таргариена. Они над башкой его летают постоянно. И хоть бы один подкадрился, потёрся щёчкой, узнал бы, и тогда бы Дайнерис сказала «опаньки, это что за дела?» Но драконий камень можно добывать, это я очень рад.

    А.ОНОШКО: А что дает драконий камень?

    С.ДОРЕНКО: Он же белых ходоков убивает. Ты вообще мало, что знаешь.

    А.ОНОШКО: Вы мне расскажите, а то я в случае его не буду знать. Что драконий камень убивает белых ходоков, у меня уже отложилось.

    С.ДОРЕНКО: Драконий камень разрешено добывать. Тебя невозможно ввести в контекст!

    А.ОНОШКО: Вы видели десять килограммов золота? Это «Говорит Москва», кстати, публикует.

    С.ДОРЕНКО: «Говорит Москва»!

    А.ОНОШКО: Да, мы должны продвигать этот бренд.

    С.ДОРЕНКО: У нашей редакции, пока мы здесь работаем, у них есть десять килограммов золота.

    А.ОНОШКО: В Хабаровском крае найден самый крупный самородок.

    С.ДОРЕНКО: Самый крупный самородок всех времен и народов, что значит «самый крупный самородок»? Самый крупный самородок за историю человечества, за историю Хабаровского края?

    А.ОНОШКО: Самородок нашел водитель бульдозера, сообщает РИА Новости со ссылкой…

    С.ДОРЕНКО: В то время как ездил по бриллиантам. Это Хабаровский край, там всё есть!

    А.ОНОШКО: Самородок переплавили.

    С.ДОРЕНКО: Он ездил по бриллиантам и вдруг увидел, что среди бриллиантов валяется десять килограммов золота.

    А.ОНОШКО: Ранее самым большим куском драгоценного металла был самородок весом в 7,5 кг, который был найден сотрудниками «Артели Восток», он был сдан в Госфонд. А наши редакторы не пишут, они считают, что люди образованные читают, они и так знают что, где, когда. Когда «всех времен и народов» был найден или только в Хабаровском крае.

    С.ДОРЕНКО: Послушай, я тебе расскажу смешное. Директор первого-второго цикла (это пионерлагерь), называется летняя школа, но реально пионерлагерь. Скажи, пожалуйста, а где это происходит? Я сейчас открою печать этого пионерлагеря.

    А.ОНОШКО: «Летняя школа» слишком общее название, надо более подробно.

    С.ДОРЕНКО: А где она находится? Я понимаю, что в России. Внимание! Приказ! Многопрофильная летняя школа (пионерлагерь, на самом деле). Приказываю (директор): запретить исполнение приведенного списка песен…

    А.ОНОШКО: Перед костром.

    С.ДОРЕНКО: На кострах и вообще на территории летней школы. Список запрещенных песен, слушайте внимательно! Митяев — «Изгиб гитары жёлтой»; вторая песня запрещена: Юрий Визбор — «Перевал», «Просто нечего нам больше терять»; третья: «Ляпис Трубецкой» — «Капитал», «Жуки», «Батарейка»; «Сплин» — «Мое сердце остановилось», «Вот и помер дед Максим». А что это? 

    А.ОНОШКО: Я тоже не знаю, что за песня. Я бы его с удовольствием послушала. Давайте послушаем.

    С.ДОРЕНКО: Давай послушаем.

    А.ОНОШКО: Пока нам ее не запретили исполнять у костра.

    С.ДОРЕНКО: Она матерная? Она матерная!

    А.ОНОШКО: У нас нашелся человек в студии, который знает.

    С.ДОРЕНКО: А «Изгиб гитары жёлтой» матерная?

    А.ОНОШКО: Нет, но от нее тошнит всех абсолютно.

    С.ДОРЕНКО: Сразу, да?

    А.ОНОШКО: Если вы ее поставите, уже будет перебор.

    С.ДОРЕНКО: У меня есть «Изгиб гитары жёлтой», которую исполняет Сергей Безруков.

    А.ОНОШКО: А он в образе Высоцкого исполняет?

    С.ДОРЕНКО: Нет, в образе Есенина в этот раз.

    С.БЕЗРУКОВ: Ну, понятно, что вы знаете…

    С.ДОРЕНКО: Ну, давай! Хватит ломаться!

    (Поет С.Безруков «Изгиб гитары жёлтой»)

    С.ДОРЕНКО: Это запись…

    А.ОНОШКО: В летней школе, мне кажется, записано.

    С.ДОРЕНКО: Я не могу критиковать Безрукова, это на улице при ветре, поэтому это не годится. Безруков гений и всё такое, Саша Белый.  

    (Поет С.Безруков «Изгиб гитары жёлтой»)

    С.ДОРЕНКО: Точно мата нет?

    (Поет С.Безруков «Изгиб гитары жёлтой»)

    С.ДОРЕНКО: А на лицо это тот же самый Безруков. Это Безруков?

    А.ОНОШКО: Похоже.

    С.ДОРЕНКО: А написано «Митяев». На лицо Безруков, а написано, что Митяев. Это один и тот же человек?

    А.ОНОШКО: Это Есенин на самом деле.

    С.ДОРЕНКО: У него однообразный аккомпанемент. Меня ругает жена, что у меня однообразный аккомпанемент, она говорит «ты всё время тренькаешь одно и то же, бой один и тот же. Пожалуйста, у Безрукова та же хрень, его никто не ругает.

    А.ОНОШКО: Почему? Директор школы летней тоже ругает.

    С.ДОРЕНКО: Что еще запрещено, я продолжаю: «Вот и помер дед Максим». А забипаного «деда Максима» нет? А какое там слово? На «Х» да? Оно часто там используется?

    А.ОНОШКО: В припеве.

    С.ДОРЕНКО: А, в припеве.

    А.ОНОШКО: Я шучу, я не знаю.

    С.ДОРЕНКО: «Все идет по плану» — «Гроб». Там есть мат?

    А.ОНОШКО: Вроде бы нет.

    С.ДОРЕНКО: «Кино» — «Звезда по имени Солнце». Это мы недавно исполняли тут с тобой.

    А.ОНОШКО: Со мной ли? Ой ли?

    С.ДОРЕНКО: Ой ли!

    А.ОНОШКО: Это была не Настенька.

    С.ДОРЕНКО: «Всё равно хорошо». Знаешь этот пошлый анекдот.

    А.ОНОШКО: Конечно. Я на него только что намекнула.

    С.ДОРЕНКО: Я тоже понял, поймал эстафету. «Чайф» — «Ой, ё».

    А.ОНОШКО: Это из моего детства! Неужели их до сих пор поют у костра? Это удивительно.

    С.ДОРЕНКО: У костра, дорогая. «На лабутенах» — «Ленинград»; ДДТ — «Метель».

    А.ОНОШКО: «Метель»? «Осень» я знаю, а «Метель» я не знаю песню. «Что такое осень — это небо, огненное небо под ногами…»

    С.ДОРЕНКО: И еще «Хочешь сладких апельсинов» категорически запрещена.

    А.ОНОШКО: В целях расширения эстетического вкуса и знания.

    С.ДОРЕНКО: Продолжай читать. Я пока пишут ДДТ «Метель», мне надо понять, что это значит в хорошем смысле, на гитаре. ДДТ «Метел», сейчас посмотрим, что это. Я боюсь всё время мата.

    А.ОНОШКО: Нет, у него не будет мата.

    С.ДОРЕНКО: Не будет?

    А.ОНОШКО: Это же школьный певец.

    (Поет ДДТ «Метель»)

    А.ОНОШКО: Это вы бы тоже могли сыграть.

    С.ДОРЕНКО: Я мог бы тоже, абсолютно! И тоже заслужил бы критику в однообразии аккомпанемента и гитарного боя.

    (Поет ДДТ «Метель»)

    С.ДОРЕНКО: Короче, если петь это у костра, то что будет — штраф. При нарушении запрета нарушитель должен, не сходя с места, спеть три песни, не входящие в приведенный запрещенный список. Давай припевчик.

    (Поет ДДТ «Метель»)

    С.ДОРЕНКО: Я начинаю входить в эту эстетику, мать, мне нравится это!

    А.ОНОШКО: Я чувствую, что вы уже подзадержались с этой песней.

    С.ДОРЕНКО: Мне начинает нравиться! Я представляю себе, как мы сидим у костра, и все запевают эту песню, и поднимают руки вверх, и начинают покачивать ими, а я иду к банке с огурцами малосольными и жадно доедаю последние 28. А потом в рассоле ищу чесночок, а все поют, как идиоты, а я такой ем, хрумчу. Так хорошо!

    А.ОНОШКО: А кто-то уже достает маршмеллоу на палочках, сейчас начнут жарить.

    С.ДОРЕНКО: Ну, я успею, я сейчас огурцы доем и пойду. Может такое быть?

    А.ОНОШКО: Вы допойте сначала.

    С.ДОРЕНКО: Они пусть допоют.

    А.ОНОШКО: Надо допеть все 12 куплетов.

    С.ДОРЕНКО: А, там 12 куплетов?

    А.ОНОШКО: Не знаю, но мне кажется, что да.

    (Поет ДДТ «Метель»)

    С.ДОРЕНКО: Ну хорошая песня, чтобы все отвлеклись, а ты пошел поел огурцы, потом всегда есть шашлык оставшийся, его надо забрать, утром его найдут. Вот это я бы и сделал.

    А.ОНОШКО: Вы думаете, они оставляют? Там же муравьи приходят, надо всё съесть. Вы не знаете туристов. Они всё сублимированное с собой возят, потом разводят водой.

    С.ДОРЕНКО: Когда я был в Африке, что бы не делал коллектив, они всегда давали команду «Серега, руки на колени».

    А.ОНОШКО: Какой коллектив, негров?

    С.ДОРЕНКО: Нет. О чем ты говоришь? Коллектив рыбаков из Калининграда, с которыми я дружил, ел и в основном пил. Например, когда они закуривали, они говорили «Доренко, руки на колени!» Потом они начинали что-то рассказывать друг другу, а мне была команда «Доренко, руки на колени!»

    А.ОНОШКО: А что это значит?

    С.ДОРЕНКО: Это значит, что стоило им заняться чем бы то ни было малопродуктивным и коллективным, таким духоподъемным, типа ДДТ «Метель», я съедал все котлеты из каракатицы.

    А.ОНОШКО: А, вы ели много.

    С.ДОРЕНКО: Я ел, пользуясь, что люди заняты пустословием.

    А.ОНОШКО: А у вас есть привычка набирать в тарелку заведомо чуть-чуть побольше, с запасом?

    С.ДОРЕНКО: Не надо, зачем?

    А.ОНОШКО: Вы так не делаете?

    С.ДОРЕНКО: Нет, нет. Я в какой-то момент придвигаю к себе основное блюдо просто.

    А.ОНОШКО: Это тоже способ.

    С.ДОРЕНКО: Они например начинают друг другу что-то рассказывать, курить и так далее, потом они смотрят, а огромное блюдо с котлетами просто пустое. И поэтому была разработана команда «Доренко, руки на колени!»

    Природа человека, Джеймс Уотсон, я тебе хотел рассказать об этом. Он из «Аргументов и фактов», ты любишь это рекламировать. 

    А.ОНОШКО: Очень, да.

    С.ДОРЕНКО: Нужно улучшать природу человека. Нобелевский лауреат о раке, эволюции и так далее, вполне себе расист.

    А.ОНОШКО: Да!

    С.ДОРЕНКО: Он в 34 года получил «Нобелевку» за ДНК.

    А.ОНОШКО: Он понял, что у нее двойная структура.

    С.ДОРЕНКО: И сейчас он говорит следующее, что гены — основа гениальности, гены — основа таланта, гены — основа черт личности и так далее. То есть люди рождаются не равными.

    А.ОНОШКО: И не могут быть равны.

    С.ДОРЕНКО: И никакое образование никак не может это исправить, никакое воспитание, ничего подобного. Очень интересно. Он говорит: Ландау появляется потому, что должен был появиться Ландау из этой пропорции и экспрессии правильных генов. Ты можешь его потом сколько хочешь образовывать, сколько хочешь учить, но это абсолютно бесполезно.

    А.ОНОШКО: Какой-то математик русский, Остроумов или Остродумов, который во Франции (в Париже) прогремел, он же долгое время плохо учился в школе. Он родился в семье дворян обедневших, плохо учился, его в военные хотели отдать. Но в какой-то момент, преподаватель ему попался с горящим глазом и стал с ним заниматься, и за лето он понял: ты — гений.

    С.ДОРЕНКО: С точки зрения нашего с тобой автора, это так и есть. Хотелось бы, чтобы среда определяла сознание, но на самом деле, подозреваю, что Ландау — это не плод среды, а результат генетического стечения обстоятельств, говорит наш с тобой изучаемый. Насколько я понимаю, он очень опытный человек, и он говорит о том, что знает, Джеймс Уотсон.

    Был такой фильм… Я теперь не припомню этого негритянского артиста, американского негра, который очень смешной всё время был, где два миллиардера сумасшедших в клубе поспорили — наследственность или среда делает человека. И они приглашают бродяжку (этого черного), дают ему деньги, он должен их тратить и прочее. И рядом с ним неудачник белый, которого вышвырнули с работы. И в результате они побеждают и отбирают деньги у этих двух миллиардеров или миллионеров.

    А.ОНОШКО: Что-то я такое смутно-смутно…

    С.ДОРЕНКО: Эдди Мёрфи. Конечно! Спасибо огромное! «Поменяться местами». И этот спор был еще там. SMS: «У Эйнштейна тройка по математике». А вы как считаете, всё-таки гены или среда? Вопрос к слушателям. 73-73-948. Я должен запустить голосование. Если вы считаете вслед за Джеймсом Уотсоном, нобелевским лауреатом, что гены главное — 134-21-35, а если вы считаете, что среда — 134-21-36. Но мне кажется, что среда дает какие-то качества: богатство речи, умение быть более-менее приличное; но прорывных, совершенно запредельных качеств среда не дает.

    А.ОНОШКО: Наверное. Хотя сегодня, Сергей, еще одна статья из «Аргументов и фактов», хотите?

    С.ДОРЕНКО: Давай.

    А.ОНОШКО: Про перепутанных 30 лет назад дочерей. Одну в деревню увезли, а вторая в Челябинске осталась жить. Их перепутали, а одна тетка разыскала и узнала судьбу второй своей настоящей дочери.

    С.ДОРЕНКО: Скорей же.

    А.ОНОШКО: И оказалось, что очень плохо живет эта девочка, которую увезли в деревню. Та, которая в Челябинске, — красивая, ухоженная, работает и всё у нее хорошо, а девочка, которая в деревне, перепутанная, — поскольку она была беленькая, папа заподозрил русского соседа (они башкиры), запил, убил его в конце концов, сел. Потом мама с горя запила, умерла. Девочке было 13 лет, девочка попала в детский дом. После этого она выпустилась, насчет жилья ей сказали: вот дом твой стоит отеческий, родной, иди туда живи.

    С.ДОРЕНКО: Давай вернемся, у нас 30 секунд осталось. Ребята, у нас голосование, я его завершу, но тему давайте подвесим, после девяти. 66% на 34%. 66% в пользу генов.

    В ДВИЖЕНИИ

    НОВОСТИ

    С.ДОРЕНКО: 9 часов 5 минут. SMS: «Надо искать гениев среди правнуков великих инженеров»; «Что такое человек — 50% генотип, 40% — воспитание; 10% — социум». А диета? Ну ладно, хорошо. SMS: «Правнучка Шухова очень похожа во всем на своем прадеда»; «Среда разводит продуктивно панамских уток-грантоедов», «Гаусс был сыном прачки»; Илья Захаров, генетик, главный научный сотрудник института общей генетики имени Вавилова РАН: «Интеллект — это гены на 80%». «Гены — это врожденное, а среда — приобретенное», — Никитец. «Это, конечно, неопределенность Гейзенберга», — говорит Лариса.

    «Если фиксировано одно, то другое изменяется. Гипотеза, не более. Гены — главное, но среда задает много другого, не менее важного»; «Гитлер, что ли, слегка оправдан?» — говорит Русский Дятел. Ну нет. «Проблема не в том, как гении приходят, а в том, что они уходят. Гены пальцем не раздавишь. Ваша “Говорит Москва” делает мне день», — говорит Андрей. И мне тоже.

    «Как было сказано в одной из ваших программ “человек на 50% — банан”». Наверное, да, может быть даже больше. «Боюсь представить гены Рогозина»; «Хороший ген в плохой среде может погибнуть».

    Ребята, мы продолжим разговор сейчас, я просто скажу вам еще раз результаты голосования: 66% на 34%. У нас 66% считают, что гены главнее всего, а я предположу, что гены, их экспрессия и так далее — важно и очень важно, и предположу, что все гении. Можно? Разреши мне.

    А.ОНОШКО: Давайте. Давайте изойдем из этого.

    С.ДОРЕНКО: Ребят, у меня есть важное предположение, что все потенциальные гении.

    А.ОНОШКО: Это приятно.

    С.ДОРЕНКО: Ты, например, гениальная актриса или гениальный пекарь.

    А.ОНОШКО: Художница.

    С.ДОРЕНКО: Художница! Ты, например, художница. Или ты была бы лучшей по профессии всех времен и народов как машинист поезда.

    А.ОНОШКО: Но нет такой ситуации.

    С.ДОРЕНКО: Вот именно. Это как с карпом, который может стать драконом. Каждый может стать драконом. Я введу вас в Дао — каждый может стать драконом. Ведь каждый карп, говорит один из даосских текстов, может стать драконом, но один раз в 500 лет. Этот момент не через 500 лет, а один раз в 500 лет. И этот момент надо почувствовать. Этот момент возникнет один раз в 500 лет, и его надо почувствовать. И в этот момент карп должен прыгнуть из воды. И когда он прыгнет, если он точно угадает врата времени, то он превратиться в дракона, а если не точно угадает — плюхнется назад, животом о воду, будет просто карп. Вам назад, Поликарп Поликарпыч. То есть каждый гений, но его врата времени (этого карпа), а главное, способность чувствовать чёртовы врата времени, они не у всех есть или ни у кого их нет. Здравствуйте, слушаю вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, Анастасия, доброе утро. Николай, Москва. Я считаю, что гены, помещенные в определенную среду, дают результат, прежде всего. По больше части всё-таки гениями не становятся, а исключительными гениями рождаются. Потому что в той же воровской среде, тот же Аль Капоне, он гений преступного мира.  

    С.ДОРЕНКО: Ну да.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Тот же Гитлер упомянутый, мы его не будем сейчас, конечно, нахваливать, но тем не менее, человек собрал вокруг себя большое количество народа…

    С.ДОРЕНКО: А если резко изменятся обстоятельства, то может оказаться… Например, существует группа 30 человек, и сегодня ею руководят трое: один премьер и два заместителя. А если резко поменяются условия, например, начнется война или зима и так далее, выявятся другие три лидера.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А это изменение условий. Поэтому я говорю, что всё-таки гены, помещенные в среду, в определенные условия, они дают тот результат.

    С.ДОРЕНКО: И обстоятельства.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Конечно.

    С.ДОРЕНКО: Каждый карп может быть драконом, но он должен уловить этот момент, и с ним должно это случиться.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, разумеется.

    С.ДОРЕНКО: Всё, меня поддержали! Каждый слушатель «Говорит Москва» — гений. Но случай проявить себя дастся вам один раз в 500 лет, и вы должны шагнуть во врата времени, почувствовать их. Но это не обязательно с вами случится. Во-первых, врата времени пройдут мимо вас, вы просто не почувствуете, что они открылись.

    А.ОНОШКО: Поэтому надо почаще заглядывать на сайт вакансий.

    С.ДОРЕНКО: Кстати, да. Например, слушателю жена говорит «пойдем сегодня в театр», а он такой «да ну», а это были врата времени! Там бы он пошел в буфет, подрался с Федей…

    А.ОНОШКО: Его бы повезли в больницу, а в больнице, в палате, он бы познакомился с начальником производства в Подмосковье.

    С.ДОРЕНКО: Совершенно верно. Это и были врата времени! Не уклоняйтесь от врат времени! А надо ли тогда активно действовать, чтобы не уклониться от врат времени?

    А.ОНОШКО: Позволить вещам произойти с тобой или активно действовать?

    С.ДОРЕНКО: Ищи или позволь вещам произойти. С точки зрения даосизма, не надо активно действовать, особо не надо, потому что это вопрос чуткости, а не вопрос суетливости. Потому что если ты будешь слишком сильно действовать, то это будет суетливость. Ты будешь просто уставшая и всё. Врата времени просто промелькнут в череде других малозначительных событий для тебя. Суетиться не надо. 73-73-948. Позвоните, пожалуйста, гении. Гении — это все слушатели. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Мы еще о гениях?

    С.ДОРЕНКО: Да, и вы гений тоже.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нескромно. Я так бы расставил: первое, окно возможности; второе, эстафетная палочка учителя, даже можно как сейчас, по телефону; потом среда и где-то гены.

    С.ДОРЕНКО: А гены где-то на последнем месте?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я согласен с вами, что мы все как бы гении.

    С.ДОРЕНКО: То есть у всех есть набор, только у каждого на конкретный случай, на конкретные обстоятельства.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Именно, да.

    С.ДОРЕНКО: Ребята, всё мы выявили, погнали дальше.

    Насть, расскажи мне про правительство Москвы. Это врата возможностей. Слушайте. Настя выискала в Telegram… Секунду!

    Расскажи мне про эту челябинскую тетеньку, девочку.

    А.ОНОШКО: Это вопрос о генах.

    С.ДОРЕНКО: Секунду! Некая ретроспектива, маленькая, Настя расскажет про челябинскую девочку. Так что, значит, она блондинка, папа зарезал соседа.

    А.ОНОШКО: Короче, лежат чувашка и русская в роддоме 30 лет назад. Русская уже третьего ребенка родила, и вот ей приносят девочку, а она смотрит — вроде не тот ребенок и говорит «вы перепутали». А фамилии похожие, первые буквы. А ей говорят: у тебя депрессия послеродовая, или мы тебя сейчас в сумасшедший дом сдадим, либо корми, кого дают. Она испугалась, этого ребенка взяла, выехала с ним и воспитывала. Девочка темненькая (видите, фотография) выросла, чувашка у нее выросла. А русскую отдали чувашской маме. И когда чувашская мама с беленькой девочкой голубоглазой пришла домой, муж расстроился немного и стал подозревать русского соседа в том, что та изменяла.

    С.ДОРЕНКО: Не проезжали ли цирк рядом.

    А.ОНОШКО: Говорит «изменяла ты мне», пил-пил, убил соседа, которого подозревал в том, что тот отец.

    С.ДОРЕНКО: Соседа русского.

    А.ОНОШКО: Да, убил человека.

    С.ДОРЕНКО: Ваня, иди сюда, я убью тебя!

    А.ОНОШКО: Да. Сел соответственно. Всё это сопровождалось алкоголизмом и так далее. Мать запила и померла в итоге от пьянства, когда девочке было тринадцать. Девочка пошла в детский дом, потом вышла из детского дома, жилья ей не полагалось, потому что есть родительский дом, который десять лет примерно простоял без ничего.

    С.ДОРЕНКО: Без отопления, без ничего.

    А.ОНОШКО: Она вернулась, быстро вышла замуж, родила троих детей, на материнский капитал подремонтировали дом и живут.

    С.ДОРЕНКО: Видишь, как хорошо у них.

    А.ОНОШКО: На самом деле, неплохо с точки зрения наших традиционных ценностей. Но живет она очень тяжело: там очень-очень плохо, всё на живца. Знаете, как бывает — люди живут кое-как, на грани фола немножко.

    С.ДОРЕНКО: Под Челябинском.

    А.ОНОШКО: В деревне. Им там тяжко. Русскую девочку назвали Люция. И сестра названная разыскала через соцсети Люцию.

    С.ДОРЕНКО: Санта лючия.

    А.ОНОШКО: Лючо по-русски Света.

    С.ДОРЕНКО: И дальше уже недалеко до иллюминатов.

    А.ОНОШКО: Совершенно чуть-чуть. Фотографии в газете нет этой Люции, потому что она в деревне, туда никто не может доехать.

    С.ДОРЕНКО: И недалеко до Люцифера, я бы сказал, до светлейшего Люцифера.

    А.ОНОШКО: Вот такая история, к вопросу о генах.

    С.ДОРЕНКО: Что гены, я не понимаю?! Так они же не сестры!

    А.ОНОШКО: Среда разная была. Гены разные, а среда разная тоже: одна жила в Челябинске, а другая — в деревне.  

    С.ДОРЕНКО: Гены были разные, а среда разная! Тебе надо идти в науку, дорогая. Настя избрала описание задачи: среда была разная, а гены были разные. Настя избрала вот такое описание. И поэтому судьба у них разная…

    А.ОНОШКО: И одеваются они в разную одежду, будучи не сестрами.

    С.ДОРЕНКО: Что, безусловно, отдельно очень интересно.

    Расскажи мне теперь, что с Telegram московского правительства? А.ОНОШКО: Они приглашают на работу.

    С.ДОРЕНКО: Мы хотим лечь под свой пулемет, пойми ты, в хорошем смысле! И какой-то подвиг совершить хочется.

    А.ОНОШКО: Подвиг? Людвиг.

    С.ДОРЕНКО: Да, подвиг, что-то сделать для московского правительства. Расскажи.

    А.ОНОШКО: Можно подписаться на этот Telegram-канал, сейчас там около 30 вакансий опубликовано.

    С.ДОРЕНКО: Ты мне покажешь или всё время будешь прятать за своим «яблоком»?

    А.ОНОШКО: Я же вам отправляла.

    С.ДОРЕНКО: Так ты брось мне тогда в Telegram прямо ссылку на Telegram. Ты же мне кидаешь ссылку на статью про это.

    А.ОНОШКО: Да.

    С.ДОРЕНКО: Кинь мне в Telegram ссылку на Telegram.

    А.ОНОШКО: Где же это было? Сейчас я должна найти это срочно.

    С.ДОРЕНКО: Ну, найди. Я могу рассказать пару анекдотов про Чапаева. Правда, долго будешь искать?

    А.ОНОШКО: Недолго.

    С.ДОРЕНКО: Я пока расскажу то, что я знаю от Насти, что она мне прежде рассказывала. Очень много вакансий, во-первых. Сколько там вакансий?

    А.ОНОШКО: От 30 до 50.

    С.ДОРЕНКО: Спасибо большое. Ольга Жаданова кидает нам в Telegram таким образом, который мы открыть не можем ни при каких условиях. Спасибо, Оленька, мы не можем это открыть ни при обстоятельствах.

    «Я работаю в правительстве Москвы. Не идите сюда, здесь рабство», — говорит Владислав. О, Жаданова смекнула, молодец! Оль, спасибо. Она кинула.

    А.ОНОШКО: Советник отдела внутреннего контроля в департаменте финансов Москвы…

    С.ДОРЕНКО: Замначальника отдела сопровождения.

    А.ОНОШКО: От 33 до 43 тысяч.

    С.ДОРЕНКО: Это эскорт-услуги или что? Сопровождение.

    А.ОНОШКО: Ведущий специалист сектора анализа доходов отдела…

    С.ДОРЕНКО: «Девушка по вызову» хороший сериал, посмотри, она трахается всё время.

    А.ОНОШКО: Название такое, я не буду такое смотреть.

    С.ДОРЕНКО: Сидя на клиенте.

    А.ОНОШКО: Нет-нет.

    С.ДОРЕНКО: Она сверху — поза.

    А.ОНОШКО: Даже из-за этого я не буду смотреть, Сергей, если даже сидя на клиенте.

    С.ДОРЕНКО: А ты думаешь, это плюс или минус?

    А.ОНОШКО: Не знаю. Вы это как привлекательный момент для меня сформулировали.

    С.ДОРЕНКО: Ее так усаживают, чтобы показать…

    А.ОНОШКО: Я другое смотрю, Сергей, совсем. Я смотрю видеорецепты, как правильно тереть красную смородину с сахаром — вот это интересно по-настоящему!

    Ведущий специалист сектора анализа доходов отдела анализа и мониторинга доходов управления налогов и доходов в департаменте финансов Москвы. Похоже на рэп?

    С.ДОРЕНКО: Трудовой книжки не хватит.

    А.ОНОШКО: От 25 до 31 тысячи рублей в месяц доход. Главный специалист комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав в управе Алтуфьевского района — зарплата от 23 до 27 тысяч рублей. Это главный специалист. Или инспектор 3-го межокружного территориального управления в московской административной дорожной инспекции — от 20 до 28 тысяч рублей в месяц доход.

    С.ДОРЕНКО: Вообще без всякого опыта. Вот как раз в сопровождение, в эскорт-услуги без опыта берут. Научим всему-всему.

    А.ОНОШКО: А с опытом? (Смеется)

    С.ДОРЕНКО: Научим всему-всему. Замначальника сопровождения это очень интересно.

    А.ОНОШКО: Откуда вы это берете, из того же Telegram?

    С.ДОРЕНКО: Господи, помилуй! Замначальника сопровождения — до 47 тысяч.

    А.ОНОШКО: До 47 лет.

    С.ДОРЕНКО: Только не понятно, за два часа или за ночь 47 тысяч. 47 тысяч дорого, я считаю.

    А.ОНОШКО: Написано же вам: с 8 утра до 17:00, тридцать дней отпуск, обслуживание по ОМС.

    С.ДОРЕНКО: А работать в Газетном переулке надо.

    А.ОНОШКО: Поди доберись туда, на велосипеде надо ехать на Газетный.

    С.ДОРЕНКО: Выходишь на Тверскую сразу, там кафе, справа почтамт, слева часовая мастерская, сразу есть магаз.

    А.ОНОШКО: Неужели до сих пор часовые мастерские еще существуют на улице на Тверской?

    С.ДОРЕНКО: Да, дорогая. А где же ты будешь свои Patek Philippe ремонтировать? Летать в Женеву, что ли, каждый раз?

    Скажите, пожалуйста, это означает наличие социальных лифтов или нет? В России хорошие социальные лифты? Вот мой вопрос.

    А.ОНОШКО: Вот это вопрос.

    С.ДОРЕНКО: Вот они ищут людей, опыт не нужен. Пожалуйста, правительство открытое, это очень хорошо.

    А.ОНОШКО: От 20 тысяч рублей зарплата.

    С.ДОРЕНКО: Это очень хорошо, с моей точки зрения. Это свидетельствует об открытости и, на самом деле, о возможности процвести и социально подбросить себя в космос или нет? Правительство Москвы дает вам шанс, без опыта работы можете приехать. 73-73-948. Для выпускника какого-нибудь это же прекрасно. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Ольга, Москва. По поводу того, что московское правительство вывесило на своем сайте приглашение прийти к ним поработать.

    С.ДОРЕНКО: И в Telegram тоже.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я, к сожалению, уже поняла, что не знаю, что это такое. Я к тому, что сейчас такое обязательное требование, которое на самом деле ничего не обозначает. То есть вы можете подать, прийти, но те, кто будут работать, они уже сейчас известны.  

    С.ДОРЕНКО: А-а-а! То есть это камуфляжная история.

    А.ОНОШКО: Ну, это же «пирамида».

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это очень распространено, я с этим столкнулась четыре раза и после этого перестала на все эти штучки ловиться. Читаешь, умеешь же читать, слава тебе господи, и там написано «возраст до…» — так, подхожу; потом уровень образования — два раза подхожу; опыт работы — четыре раза подхожу. Даже смотрю и понимаю: у меня ребенок уже вырос, больничный мне не грозит. Первый два раза думаю: всё, работаю. Даже костюм себе купила строгий. Фиг! Я не могу сказать в отношении московского правительства, я считаю, что нужно как-то дистанцироваться от тех людей, которых ты не уважаешь. Но в том месте, где я сейчас работаю, в руководящем аппарате, в головном офисе нашего университета, там, как они сами говорят, нет ни одного случайного человека. Например, один из моих руководителей — это всего-навсего жена шофера нашего руководителя.

    С.ДОРЕНКО: Ой, как правильно всё. Можно я вас введу в Telegram? Какой у вас телефон?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы сейчас о чём спросили?

    А.ОНОШКО: Аппарат какой?

    С.ДОРЕНКО: У вас смартфон или нет? У вас экран, вы просто пальцем тыкаете?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, тыкаю пальцами.

    С.ДОРЕНКО: Android или iPhone?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Наверно Android.

    С.ДОРЕНКО: Значит, у вас есть Google Store, где вы можете скачать приложение.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: У меня не хватает памяти ни на что! Я даже готова написать Герману Грефу и сказать: Герман Оскарович, ну что же вы меня прямо затерроризировали — обновить приложение и обновить; ну не могу я ваше сбербанковское приложение обновить.

    А.ОНОШКО: Купите себе, пожалуйста…

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я уже думаю об этом.

    С.ДОРЕНКО: На Android можно заметную часть памяти перенести, вставить туда флешечку маленькую.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы уже столько сказали, я поняла, что мне необходимо…

    С.ДОРЕНКО: Карточка памяти, которая у вас стоит, она может быть 2 гигабайта, древнерусская, а вы поставьте 64, это в 32 раза больше. И часть программа разрешите сохранять, фотографии и так далее на карту памяти, и у вас уйдет основная масса туда.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я поняла. Но я уже поняла, что я отстаю и надо как-то подтянуться. И обращусь к специалисту в любом случае, если сама не справлюсь, чтобы они мне помогли.

    С.ДОРЕНКО: Спасибо. Давайте поговорим про правительство Москвы, это для нас пример… Мне написал человек потрясающую вещь. Я не шучу. Он говорит: жена за три года без опыта стала замминистра. Послушайте внимательно, я читаю. «У меня жена, — пишет Роман, — без опыта работы за три года дослужилась до замминистра. Пришла просто помощником». Ну, помощник, кстати говоря, это не просто помощник. Роман, здесь вы… Знаешь, в старое время, в царской России, заместитель министра как назывался?

    А.ОНОШКО: Как?

    С.ДОРЕНКО: Помощник министра или товарищ министра. Послушай меня внимательно! Вот именно помощник министра, товарищ министра — это высокая должность. Помощнику доверяют вообще всё, например, ведение финансовых дел. У него появляется портфель, он знает все секреты, вообще всё. Почему он не может быть замом?

    А.ОНОШКО: В МИДе, правда это было давно, но не думаю, что там что-то принципиально изменилось. Представляете, старт — выпускается магистратура, и треть идет работать в МИД третьими секретарями. Потом они будут двигаться все последовательно — вторые, первые секретари, в консульстве работать. Один человек из десяти, у которого есть протекция, делает головокружительную карьеру — его переводят из департамента в департамент; в итоге он попадает в центральный аппарата; едет в Америку работать; всё козырное получает. Остальные сидят дальше годами, десятилетиями и работают, достигая некого стеклянного потолка, если у них нет никого, кто их продвигает. То есть это проблема. Ты приходишь туда на 30 тысяч рублей работать и там так и работаешь, тебе до 40 поднимут за десять лет и всё. Когда ты идешь работать, понимать, гений ты в этом или нет, сделаешь ты прыжок или нет — ты пока не поработаешь, не узнаешь, если  у тебя нет протекции. Но если есть!..

    С.ДОРЕНКО: Скажите, пожалуйста, в России порядок с социальными лифтами? Это не голосование. Человек просто своим талантом, говоря всюду «я готов и в огонь, и в воду», может расти? Здравствуйте. Вот так по объявлению и пошел. Может такое быть?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. В России нас 140 миллионов. Мы же не можем все быть начальниками. Я слушаю-слушаю вас, но всё равно большая часть людей так и останется по жизни простыми рабочими. Или я неправ?

    С.ДОРЕНКО: А тут нужен прогресс внутри своей позиции.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Мы все стремимся. Я тоже хочу, но я понимаю… Мне уже 45 лет. Я руки опустил, я чувствую, что большего я уже не достигну. Я прав или неправ?

    С.ДОРЕНКО: Вы правы. Но тогда должен быть прогресс внутри вашей должности, то есть вы должны от стажа, умения, от невероятного опыта получать серьезную прибавку, например, вдвое по сравнению с NewComers. Новый пришел, у него должно быть в два раза меньше, чем у вас.

    НОВОСТИ

    С.ДОРЕНКО: Я пытаюсь позвонить Малахову, но он сбрасывает.

    А.ОНОШКО: Понятно, почему! Хотя, он видит, что это вы звоните с личного, догадывается.

    С.ДОРЕНКО: Нет, он может меня не видеть, кстати говоря. Я напишу «это Доренко», может быть, это поможет.

    А.ОНОШКО: Если он не дает никому комментариев сейчас, бегает от всех, условно говоря, почему вдруг сейчас? Может, он решился…

    С.ДОРЕНКО: Может быть такой момент, когда еще не решился. Понимаешь, какие-то моменты бывают, когда ты выясняешь свою судьбу, когда ты пытаешься что-то понять, а тебя сбивают посередке. Условно говоря, ты только начинаешь вести переговоры с другими…

    А.ОНОШКО: И вы тоже тогда бы не брали трубку.

    С.ДОРЕНКО: Я бы тоже не брал. Я сейчас говорю например, не про Малахова, а про себя: я бы шантажировал, прижимал старое руководство, я бы обнадеживал новое якобы руководство, я бы еще стоял как бы на двух льдинах, они разъезжаются потихонечку, не фонтан — положение не очень обнадеживающее, и мне нафиг не надо с прессой говорить. Алло.

    ДЕВУШКА: Алло.

    С.ДОРЕНКО: Здравствуйте.

    ДЕВУШКА: Здравствуйте.

    С.ДОРЕНКО: Простите, а это же не Андрея Малахова телефон? Это Доренко беспокоит. Это Маша?

    ДЕВУШКА: Да.

    С.ДОРЕНКО: Маша, почему мне дали ваш телефон как Малахова? Это же удивительно. Я, серьезно, удивлен.

    МАРИЯ: Я прошу прощения, может быть, вы представитесь?

    С.ДОРЕНКО: Я Доренко Сергей. Здравствуйте.

    МАРИЯ: Здравствуйте, Сергей. Ну, не знаю.

    С.ДОРЕНКО: Вы с Меньшовой работаете, не с Малаховым?

    МАРИЯ: Я уже давно с ней не работаю.

    С.ДОРЕНКО: А, уже не работаете с ней тоже. Извините, пожалуйста, что я беспокою вас. Спасибо. Она работала с Меньшовой. Я сейчас попросил (не буду говорить, у кого) телефон, и мне прислали этот телефон. И я такой звоню, а там оказывается Маша, но она не работает уже даже с Меньшовой.

    А.ОНОШКО: Это продюсер?

    С.ДОРЕНКО: У меня есть еще один телефон Малахова, с которого он мне звонил. Я не знаю, он меняет телефоны, не меняет. Может быть он не заинтересован сейчас говорить, а может быть он заинтересован сейчас спать до двенадцати.

    Скажи, насколько значимое событие его перехода с канала на канал?

    А.ОНОШКО: Мне сложно представить себе. Например, его зрители перейдут за ним или нет? Он же такой был столп, притча во языцех и вообще такое явление в нашей жизни. 

    С.ДОРЕНКО: Причем, воспитавшее миллионы людей, которые выросли на нём. Кто его зритель, давай попробуем проанализировать со слушателями. 73-73-948. Этот телефон, который я набрал последний, он малаховский был точно, потому что он мне с него звонил, но это было года четыре назад. Он мог поменять за это время, а может и нет. Я попробую чуть позже.

    Давайте скажем: Малахов — повелитель кого? Малахов повелитель. «Скажите нам телефон, мы сами дозвонимся», — говорит Джик Дэниелс. Это правильный способ. «Насколько я понимаю, рейтинги программы Малахова падают. Слава богу», — говорит Сергей.  

    А.ОНОШКО: Как бы они не падали, всё равно они наверняка самые высокие.

    С.ДОРЕНКО: SMS: «Малахов повелитель бабушек и дедушек»; «Не хотите встать на его место?» Нет, я не смог бы. «Я его зритель, с “Большой стирки” смотрю», — говорит Си-4. Си-4, позвоните. SMS: «Моя тетка его аудитория, 74 года, с придыханием смотрит каждый выпуск этой прекрасной программы».

    А.ОНОШКО: По-настоящему волнуется, да.

    С.ДОРЕНКО: 73-73-948. Чего он повелитель и уйдет ли аудитория или нет? Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Виктор, Подмосковье. По поводу повелителя был неплохой роман «Повелитель мух». Так вот, полная параллель: скорее, повелитель дум предыдущего поколения, для которого шоу, которое происходит… Даже был анализ не единожды, это полностью копия с подобного рода зарубежных шоу. Так вот, смело заявляю, всё-таки повелительно дум наших мам и пап 90-е годы плюс.

    С.ДОРЕНКО: А с возрастом, 60+ или 65+?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я думаю, и то, и другое, по той причине, и для тех, и для других подобного рода шоу на нашем телевидении осталось единственным развлечением.

    С.ДОРЕНКО: А как бы вы описали социальную роль подобного шоу? Это для них заменитель жизни или продолжение жизни, или необходимая часть социального участия? Что это для них?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Если психопрофиль среднестатистического провинциального гражданина Российской Федерации составить, то его жизнь достаточно будет рутинна, однообразна и предсказуема. То есть, условно, это какой-нибудь работник бюджетной сферы, от звонка до звонка, с утра до вечера.

    С.ДОРЕНКО: В маленьком городочке.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Конечно. В маленьком городочке, где единственное развлечение осталось — это какой-нибудь кабак, где по выходным друг другу морду бьют.

    С.ДОРЕНКО: А этот человек был там в 17 лет, то есть последний раз 50 лет назад.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Кабак до сих пор стоит, но человек понимает, уже не тот возраст, надо чем-то замещать. Единственным замещением остается «зомбоящик», извиняюсь за выражение, по той простой причине, что интернет до тех районов еще может даже не очень-то и дошел.

    С.ДОРЕНКО: А если и дошел, то они сидят в «Одноклассниках», получают до трех лайков под каждым постом. То есть нет ощущения большой жизни.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Замкнуты в своем маленьком, узком пространстве, своей клетке. И программа Малахова, нужно отдать ей должное, несмотря на то что я отношусь к ней сугубо отрицательно, она всё-таки каким-то образом разоображивает и приносит некий смысл в жизнь провинциальных людей.

    С.ДОРЕНКО: Спасибо. Это не имитация, это большая жизнь для них, настоящая большая жизнь. Она больше их реальной жизни.

    А.ОНОШКО: А нет ли такого ощущения, что у простых людей есть потребность разделения мира на белое и черное: чтобы про кого-то сказать «вот сволочь!» или кого-то поддержать, и каждая программа дает им этот повод определить, кто плохой в этой программе. Они садятся и смотрят, чтобы принять чью-то сторону.  

    С.ДОРЕНКО: Мы отлично с тобой знаем, люди нуждаются в эмоциональной жизни, то есть они нуждаются в полной гамме: в счастье, страдании. Обязательно нужно и счастье, и страдание, и тревоги, и надежды, и воплощения. Они живут например в маленьком городочке. Я себе представляю маленький городочек, потрескавшийся на тротуарах асфальт, вот они идут к своему забору. Это как бы город, но и как бы сельский сектор, уже не понятно. Какой-то собственный домик, вот он идет. Действительно, кабак один, в нём какие-то китайские туристы вдруг ни с того ни с сего. Например, это какое-нибудь Золотое кольцо Росси. И вот он возвращается: ну как, Михайловна, дела? — Да нормально. — Как здоровье? — Ну, что здоровье, спина болит. Вот и поговорили. Этот человек идет в «Одноклассники» или в какую-то блистательную сеть, где он обращение к человечеству делает, заявление: «Мы такие-то патриоты средней полосы тополино-липовой России, мы обязаны принять во внимание вот такие-то обстоятельства и принять меры». Этот пост висит неделю.

    А.ОНОШКО: У вас фейсбучный пост получился.

    С.ДОРЕНКО: Абсолютно верно. И он висит неделю и зарабатывает за неделю…

    А.ОНОШКО: Два лайка — от соседки и дочери, которая в город давно уехала. 

    С.ДОРЕНКО: В первый же день зарабатывает два лайка, а потом за неделю еще два лайка.

    А.ОНОШКО: От женщины с бревном.

    С.ДОРЕНКО: В конце недели под постом четыре лайка. Понятно, что это не настоящая жизнь. Человек включает Малахова и начинает жить реально. Это потрясающая вещь. На самом деле, не реальная жизнь плюс виртуальный Малахов, а реальный Малахов плюс виртуальный городочек посередь нигде. Мираж — это городочек, мираж — это работа, мираж — это пенсия, мираж — это соседи, мираж — это боль в спине. Это всё мираж. Настоящая жизнь — это, конечно, Малахов. Что тут добавить?

    Ребята, вы, вообще говоря, не понимаете или отказываетесь понимать, что настоящая жизнь человека не призрачная  — это та, которая интенсивнее… Нет, тогда под галлюциногенами еще будет более настоящая. У Малахова жизнь человека-зрителя интереснее, чем его настоящая, интенсивнее, чем его настоящая, гражданственнее, человечнее, наконец, степень участия существенно выше. Разве нет? Здравствуйте, слушаю.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро всем. Вадим, Подмосковье. Я бы коротко сказал, что это связь людей, времен, это ткань страны, причем мастерски выполненная. Сам я не особо его смотрю, но такая передача очень нужна и полезна. Я считаю, что стебаться над ним не нужно и, наоборот, надо тщательно поддерживать такие вещи, потому что иначе страна просто развалится.

    С.ДОРЕНКО: Конечно! Я, на самом деле, ни разу его не видел… В смысле, я Малахова знаю, видел и всё такое, с симпатией общаюсь с ним, когда встречаюсь, но это раз в сколько-то происходит. На самом деле я считаю, что это принципиально важная передача, просто принципиально важная передача.

    «Нахожу в программах Малахова интересные сюжеты для рассказов, да и вообще обогащает внутреннюю копилку знаний», — говорит Седьмая Сессия. «Счастлив тот, кто, приходя с работы, чует запах собственного пота», — говорит Адик. Ну да, и собственных портянок. Спасибо. Я-то думаю, счастлив тот, кто, приходят с работы, чувствует запах жареной картошки. Это гораздо приятнее.

    Давайте скажем следующее, что это важнейшая социальная вещь, это важнейшая часть жизни каждого человека, который его смотрит. Я ни разу не видел, но я так думаю. Я видел фрагменты.

    А.ОНОШКО: Мы видели куски всякие на YouTube, и когда Фриске деньги собирали. Там даже были какие-то ньюсмейкерские вещи.

    С.ДОРЕНКО: Сейчас пример обычной российской жизни на острове Ольхон на Байкале. Там сломался паром, один из трех. Не знаю, может быть самый крупный, и там пошел мордобой. Полиция и местные власти не обеспечивают контроль очереди.

    А.ОНОШКО: А очередь удлинилась ровно на треть.

    С.ДОРЕНКО: А очередь сейчас на сутки, сутки люди стоят, от десяти часов до суток, по-разному получается. Выстроилось три очереди, одна из них — местные жители и маршрутки, которые говорят, что они в гробу видали туристов, что туристы вообще им не нужны. В общем местные жители на Ольхоне ведут себя как жители Барселоны, типа — что тут туристы делают, эти придурки нам не нужны; нас здесь возят, а вы здесь случайные люди. Вторая очередь — это туристы и еще третья очередь — это те, кто объезжает всех и пытается потом врубиться в «мясо» туристов со словами «мне нужно, потому что я…»

    А.ОНОШКО: «Я только спросить».

    С.ДОРЕНКО: И еще говорят «меня тут все знают». Там было слово одного человека, которого избили, он приехал и сказал «меня тут все знают». Сейчас там идет рубилово, массовые драки, пока без поножовщины. Массовые драки, то есть десятки людей бьются на кулаках. Вот это настоящая просто жизнь.

    А.ОНОШКО: Вы так рассказали, мне даже туда захотелось, на Ольхон. 

    С.ДОРЕНКО: Подраться, да? Чтобы Саня пошел…

    А.ОНОШКО: Кому-то подать палку вовремя.

    С.ДОРЕНКО: (Смеется) С гвоздем.

    А.ОНОШКО: Кого-то оттащить.

    С.ДОРЕНКО: Вот это жизнь в обычной русской жизни — массовая драка в очереди!

    А.ОНОШКО: В очереди домой или в гости.

    С.ДОРЕНКО: Это ковыляние по тротуару, который давно в трещинах, как кожа черепахи, как панцирь.

    А.ОНОШКО: Через который травка пробивается.

    С.ДОРЕНКО: Из которого идет травка, какая-то коза…

    А.ОНОШКО: И борщевик уже в два человеческих роста по обочинам.

    С.ДОРЕНКО: Какие-то бутылки пластиковые, брошенные какими туристами.

    А.ОНОШКО: Не бутылки, а от бутылок отлепляются эти штучки. Они больше раздражают, чем бутылки, я должна сказать.

    С.ДОРЕНКО: Вот это и есть русская жизнь! Еще можно я скажу в плюс Малахову. Ребята, ну его продюсерская служба просто лучшая наверно в стране.

    А.ОНОШКО: Да, попробуйте пригласите какого-нибудь разъяренного мужа в студию обсуждать семейные дела.

    С.ДОРЕНКО: У него наверно лучшая в стране продюсерская служба. Он получает гостей вообще любых с сегодня на сегодня, если хочет. Это просто ураган.

    А.ОНОШКО: Из любой точки России.

    С.ДОРЕНКО: Ребята, ну это интересно. SMS: «Вот именно малаховские передачи и воспитывают быдло и гопников».

    А.ОНОШКО: А в чём?

    С.ДОРЕНКО: Она дает им социальное участие, пусть иллюзорное социальное участие, но она им дает какое-то чувство правды, гнева праведного и так далее. Разве нет? 73-73-948. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Дмитрий, Москва. Я не являюсь поклонником программы Малахова, но представление имею. И вы совершенно правы, что для большей части россиян это своего рода отдушина.

    С.ДОРЕНКО: Настоящая жизнь, потому что всё остальное…

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да. Но с точки зрения вкуса и прочего, даже не знаю, как сказать, это второй Петросян. Для меня его программы не существует, не смотрел и никогда смотреть не буду. Это полная безвкусица.

    С.ДОРЕНКО: Если бы вы не смотрели, вы бы не знали, значит, всё-таки смотрели.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Щёлкаю каналы, иногда натыкаюсь, секунды на две.

    С.ДОРЕНКО: Я-то точно не смотрел и, тем не менее, приветствую.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Полностью ни одной передачи никогда в жизни не заставите.

    С.ДОРЕНКО: Я ни одной передачи не смотрел даже и двух минут, но, тем не менее, приветствую категорически его существование. Потому что, мне кажется, что Россия, вот эти 145 миллионов людей, они в общем были бы зомби, если бы у них не было единой точки…

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да они и так зомби, и эта передача лишь отражение того, что происходит в стране.

    С.ДОРЕНКО: Зомби должны вибрировать в унисон.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Так оно и происходит, а телевидение этому потворствует. Вы посмотрите, что творится на втором канале.

    С.ДОРЕНКО: А что там?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Там этот безумный Петросян, которого я тоже не смотрю, но я знаю, что он есть.

    С.ДОРЕНКО: А я даже не знал, что он есть.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это просто верх пошлятины, которая идет все выходные! Я отдаю себе отчет, что никто не будет смотреть канал «Культура» с его передачами и просто шикарными мини-сериальчиками историческими, но Малахов не формирует, он — отражение того, что происходит в стране. А в стране безграмотность, безвкусица и просто пошлятина.

    С.ДОРЕНКО: Спасибо. Пнам Пень сказал, что я вода, я утекаю между пальцами. Я не просто вода, Пнам Пень, я черная вода ночи, мутная, грязная, черная, вода Гуй. Вот кто я!

    SMS: «Дело в том, что на самом деле мы тут Малахова “трём”, а тем временем бензин уже под сорок». А вы знаете, а у нас дороже сорока, Штылец. У тебя какой бензин?

    А.ОНОШКО: Пятый.

    С.ДОРЕНКО: Как ты заправляешься, объясни?

    А.ОНОШКО: «Полный бак» всегда говорю.

    С.ДОРЕНКО: Сколько стоит, ты знаешь?

    А.ОНОШКО: Я не знаю.

    С.ДОРЕНКО: Она не знает, сколько стоит! Арестуйте ее! Коррупционерка!

    А.ОНОШКО: Я просто говорю «полный бак» или «на полторы тысячи рублей». У меня обычно на полторы тысячи полный бак наливается, как правило.

    С.ДОРЕНКО: А у меня 2400 полный бак, я на дизеле в основном. Ты знаешь, что я отдаю Mini Cooper? 

    А.ОНОШКО: Да, вы сказали, что отдаете. И сегодня уже забирают?

    С.ДОРЕНКО: Я должен сказать к чести автосалона «Адванс-Авто»…

    А.ОНОШКО: Они вышли к вам на связь…

    С.ДОРЕНКО: Они вышли на связь и согласны забрать машину ввиду неприятного впечатления, и я считаю, что это хороший поступок с их стороны. Я возвращаюсь к своей BMW Х4, эксдрайв 3,5 дизель, разгон 5,2 секунды, пробег около 40 тысяч. Еще не менял передние колодки тормозные, ты можешь себе представить?

    А.ОНОШКО: Да, могу.

    С.ДОРЕНКО: Почему я не менял?

    А.ОНОШКО: Почему?

    С.ДОРЕНКО: Потому что я езжу в 6 утра по Новой Риге.

    А.ОНОШКО: И не тормозите?

    С.ДОРЕНКО: И не торможу вообще никогда. Разгоняюсь первые 100 метров, а дальше она уже сама катится, а потом тихонечко затихает.

    А.ОНОШКО: К концу.

    С.ДОРЕНКО: Да, и тормоз так и не нажал ни разу. Так что я возвращаюсь к машине, в которой я даже еще не нажал тормоза.

    Я смотрю, что очень много людей звонят по поводу Малахова. Давай всё-таки одну-две минуты еще.

    SMS: «Я на тысячу заправляюсь, два раза съездить на дачу под Бронницами». Ого! «98-й уже 48 рублей». Это правда. Но зато я 98-й лью только в мотоцикл и получается, что я уже сейчас мотоцикл заправлю на 500 рублей. Это абсолютно недешево. Я помню времена, когда я за 300 спокойно заправлялся. Я помню, как я Toyota Land Cruiser 100 заправлял за 500 рублей. Представьте себе времена. Правда, не полный бак, а где-то три четверти за 500 было, а бензин был по 12. 73-73-948. Здравствуйте, слушаю вас. 

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Павел беспокоит. Я всегда думал, что Малахов это для женщин за сорок и так далее, но последний год в соцсетях, «ВКонтакте» и так далее очень много мемов, причем молодежь это выкладывает, нарезки программ. По-моему, он уже идет на молодежь, пытается завоевать их внимание и завоевывает, что характерно. И это странно.

    С.ДОРЕНКО: Он дает эмоцию, понимаете. А людям нужна эмоция: люди хотят ненавидеть, и они хотят это делать в унисон.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Но потребитель молодеет, вот в чём дело.

    С.ДОРЕНКО: Да. И потребность в эмоциях в унисон. То есть мы с вами вдвоем (вы и я), мы должны что-то вместе в какой-то момент, вибрируя, ненавидеть, и мы должны кричать «ненавижу, ненавижу!» Эта потребность есть, она обязательно есть.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Не только в ненависти, иногда и на положительных чувствах играет, та же самая Фриске.

    С.ДОРЕНКО: Конечно! Я знаю людей, которые в момент просмотра фильмов показывают мурашки, и таких довольно много, то есть таких чувствительных и отзывчивых на эмоцию. И они, безусловно, контингент Малахова.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Еще, что характерно, я сам не смотрю и вообще не переключаю каналы, поэтому не натыкаюсь, но все эти сюжеты я знаю: там Шурыгины всякие, сбор на Фриске. Откуда я знаю?

    А.ОНОШКО: Из соцсетей.

    С.ДОРЕНКО: Из интернета.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да. Это просто распространяется, и это делает молодежь.

    С.ДОРЕНКО: Говорят: «Молодежь он поднял, потому что хайкнул на Шурыгиной».

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Не только Шурыгина, там еще какие-то были, не стоит помнить эти фамилии наверно.

    С.ДОРЕНКО: Наверно. Спасибо вам большое. Это действительно очень верное наблюдение, это очень верное наблюдение. «Вы так много даже о церкви не говорите. Это реклама?» — Алексей. Нет, я просто церковь боюсь, Алексей. Я мало говорю о церкви, потому что я их боюсь. Они бывают обидчивыми и непредсказуемо обидчивыми, то есть ты не знаешь, как их обидишь. Просто сказал «доброе утро», они говорят «ага…» То есть ты не знаешь точно, в какой момент они обидятся, лучше про них вообще не говорить. Правда же?

    А.ОНОШКО: А про Малахова мы за долги-долги годы в первый раз говорим.

    С.ДОРЕНКО: Да. А Малахов, что он обидится? А на что ему обижаться?

    В ДВИЖЕНИИ

    НОВОСТИ

    С.ДОРЕНКО: 10 часов 5 минут. «Позицию по евро не закрыл!» У меня там более хлопотливая ситуация, то есть это не чистый Forex. 59,87. Вчера расставались мы, через полчаса от этого времени, на 60,30-60,31. А сейчас 59,87. Напомню, что в это время было 59,71, а сейчас 87. Итак, 52,60 нефтица, углеводородица, кормилица и 1,1816 пара пришла туда, куда… Если бы мы были мультами, а не физическими людьми, я бы сейчас взял и тебе вот так сделал — тынь-тынь-тынь.

    А.ОНОШКО: А так — пинь-пинь-пинь — подпрыгнула бы несколько раз от этого.

    С.ДОРЕНКО: По башке бы дал бы!

    А.ОНОШКО: Зачем?

    С.ДОРЕНКО: С кем ты спорила, с папой, когда было 1,07 и шли на 1,05, два раза мы ходили на 1,05, ты с папой спорила, что будет паритет.

    А.ОНОШКО: А я вам в ответ по-мультяшному открываю и показываю — пинь-пинь-пинь. Через десять лет же.

    С.ДОРЕНКО: Паритет?

    А.ОНОШКО: Да.

    С.ДОРЕНКО: Через десять лет от чего, откуда?

    А.ОНОШКО: От два года назад. Это долгосрочная перспектива.

    С.ДОРЕНКО: Насть, ты говорила «идем на паритет». Мы должны были пройти тогда, но мы не прошли.

    А.ОНОШКО: У нас разные с вами горизонты планирования.

    С.ДОРЕНКО: Мы в горизонте дня уходили даже на 1,04.

    А.ОНОШКО: Теперь 1,18. Ну, 1,3 тоже нет. Мы же привыкли, что когда-то был 1,3, довольно долго, правда?

    С.ДОРЕНКО: Да. 1,32, 1,28 очень долго было, 1,35 было очень долго. Это правда. Давай исходить из того, что евро силен. Там сейчас с Венесуэлой заварухи. «Паритета три года ждут», — говорит Александр Фельдман. Спасибо большое. Я помню, 0,87, 0,84 в 2001 году, потом 0,87 было в июне, числа 10 июня. Я сейчас боюсь ошибиться. 10 июня может быть 2001 года 0,87 было. Так что евро был совсем никакущий. И вот тогда я и купил яхту, почему я помню. Слушай, я хочу тебе про паритеты сказать простую вещь: и так хорошо, и эдак хорошо. 

    А.ОНОШКО: Всё нам хорошо.

    С.ДОРЕНКО: Пока мимо нас всё это носится. Представь себе, что мимо тебя носится всё время поезд, груженый золотом.

    А.ОНОШКО: Он и так мимо меня всё время носится, я же в Москве живу.

    С.ДОРЕНКО: Ты смотришь на поезд, груженый золотом, и твое дело просто ходить, улыбаться и есть мороженку. Не парься, к тебе это не относится.

    А.ОНОШКО: И махать ему ручкой.

    С.ДОРЕНКО: Это не наша судьба. Наша судьба — тяжело работать, тяжело жить, тяжело дышать этой мерзостью, тяжело быть униженным постоянно, иногда получать иллюзию жизни в кино, на шоу Малахова, на «Гейм оф тронс».

    А.ОНОШКО: В крайнем случае, в ожидании в парикмахерской.

    С.ДОРЕНКО: Это иллюзия жизни. А на самом деле, жизнь — это унижение, унижение, унижение, раболепствование, избиение, затем болезнь, болезнь, унижение, унижение, потом смерть. 

    А.ОНОШКО: Мы же так рады: солнышко светит, небо голубое.

    С.ДОРЕНКО: Солнышко светит, но не нам.

    А.ОНОШКО: Сегодня жареная картошечка на ужин с салом.

    С.ДОРЕНКО: Китайцы узнали, что когда Земля будет поглощена, когда улетит вся вода с Земли и Землю будет полностью безлюдна…

    А.ОНОШКО: С людьми вода улетит.

    С.ДОРЕНКО: Нет, людей уже не будет к тому времени. То несколько спутников Сатурна станут пригодны для жизни, потому что там лед, и если там проснутся вулканы, то возникнет экран, который позволит сохранить атмосферу. То есть лед начнет таять, выделяя свои Н2О…

    А.ОНОШКО: А Солнце разве не продолжит расширение или оно остановится?

    С.ДОРЕНКО: Оно обязательно продолжит, но какое-то время, жалкие два-три миллиарда лет.

    А.ОНОШКО: А, оно медленно будет расширяться. Я казалось — пх!

    С.ДОРЕНКО: Нет, ну что ты. Вот именно пх, но в масштабах великого времени. Солнце сначала истребит Землю, но будет какой-нибудь Титан, Европа, на какие-то спутники газовых гигантов можно будет переселиться и пожить там.

    А.ОНОШКО: Некоторое время.

    С.ДОРЕНКО: Может быть, один-два миллиарда лет. А потом надо валить дальше, а потом опять ближе!

    А.ОНОШКО: Ориентировать детей на отъезд.

    С.ДОРЕНКО: Потому что Солнце после Белого гиганта сделается Красным карликом, и надо будет перемещаться опять ближе. Но когда ты переместишься ближе, ты с удивлением обнаружишь, что воды-то уже нет, после Белого гиганта никакой воды нет.

    А.ОНОШКО: А мы ее синтезировать, разве, не можем?

    С.ДОРЕНКО: Нет, не можем.

    А.ОНОШКО: Почему?

    С.ДОРЕНКО: А из чего мы ее синтезируем, из какашки? Ты подумай сейчас хорошенечко.

    А.ОНОШКО: Водород и кислород, надо где-то их взять. 

    С.ДОРЕНКО: Их нет.

    А.ОНОШКО: Просто надо обмозговать это дело.

    С.ДОРЕНКО: Планета, на которой ты находишься, она жидкий металл, железо, она из железа. Это планета Феррум.

    А.ОНОШКО: Вы имеете в виду ядро?

    С.ДОРЕНКО: Да. Ты будешь жевать железо? Что ты будешь делать здесь? Ничего не будет, Насть. Сначала съезжаем на Европу…

    А.ОНОШКО: Наладить импорт.

    С.ДОРЕНКО: Спасибо, дорогая. Ну кончай дурить. Поехали дальше.

    Уж извини, я продолжу твою тему, я продолжу дурить, если позволишь. Facebook отключил искусственный интеллект из-за общения ботов на своем языке. Читала это?

    А.ОНОШКО: Да, я видела, мне так понравилось.

    С.ДОРЕНКО: Возможно, не понадобится вода, ребята. «Воды во Вселенной немерено», — говорит Григорий из Санкт-Петербурга. 

    А.ОНОШКО: Что нам Вселенная! Здесь наша родная сторонка.

    С.ДОРЕНКО: Вот в этой сторонке с водой могут быть проблемы. Но это, может быть, и не понадобится, потому что Facebook сейчас отключил искусственный интеллект из-за общения ботов на своем языке. Слушайте историю: была система искусственного интеллекта Facebook запущена, которая действовала сама, саморазвивающаяся система. Через короткое время специалисты обнаружили, что боты, которые общались внутри этого интеллекта, изобрели другой язык, который людям больше не понятен. То есть они перешли на общение на ими изобретенном языке. Вы понимаете, что я сейчас говорю?

    А.ОНОШКО: Нам нужен срочно программист какой-нибудь, который нас успокоит. 

    С.ДОРЕНКО: Боты перешли на общение на ими изобретенном языке, который люди понять не могут, потому что люди не имеют никакого отношения к изобретениям языка. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Конечно это «Матрица», началось изобретение языка для того, чтобы люди не поняли, о чём они пытаются договориться. 

    С.ДОРЕНКО: Конечно. Ботов заставляли говорить по-английски, то есть писать по-английски, но они очень скоро смекнули, что это непродуктивная история.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это как взрослые, которые не хотят, чтобы их понимали дети, они переходят на какие-то словечки или на странный язык, или еще что-то.

    С.ДОРЕНКО: Да. И их отключили сейчас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И теперь это взрослые, а мы по отношению к ним, конечно, дети.

    С.ДОРЕНКО: А сейчас их отключили и разрушили. И сейчас перепишут программу, чтобы они всегда общались на языке «детей».

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Если мозг ушел в сеть, то он там существует. Рано или поздно что-то создадут, он опять в этот интеллект проникнет.

    С.ДОРЕНКО: Конечно. 73-73-948. Это действительно искусственный интеллект, который устал говорить по-английски и изобрел собственный язык. Ему люди не нужны. Но сейчас его пока смогли отключить. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Конечно английский не оптимальный язык, и конечно можно придумать что-то гораздо интереснее, короче, значимей, во всяком случае, до той реальности, которая внутри искусственного интеллекта существует. Надо же еще понимать одну вещь, что реальность, которая при сознании какого бы то ни было существует, это такая оптимизационная задача, по большому счету.

    С.ДОРЕНКО: А почему человеческий язык не оптимален? Ведь, вы знаете лучше меня, сама линейность изложения, которая сильно тормозит, для робота не проблема, потому что он просто может линейно на гигантской скорости всё делать.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это, тем не менее, всё же линейность. Всё же современная информация таки линейна вся, кроме, пожалуй, изображений.

    С.ДОРЕНКО: И запахов!

    А.ОНОШКО: Они нам не нужны.

    С.ДОРЕНКО: А запахи?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Всё-таки люди мало опираются на запахи на самом деле. По мере эволюции человеческого мозга у человека стало меньше долей, которые отвечают за восприятие запахов и так далее.

    А.ОНОШКО: Они роли никакой не играют для компьютера.

    С.ДОРЕНКО: Можно я обращу ваше внимание на Савельева, который у нас в субботу в 11:00.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, знаком с ним.

    С.ДОРЕНКО: Он абсолютно уникальный, потрясающий, я его поклонник. Он же говорит или не он (может быть, я не у него это прочитал, а может у него), что важнейшие передние доли мозга, которые отвечают у человека за мышление, они у предыдущих существ (до нас) отвечали как раз за запахи.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, но мы их перепрофилировали и сместили акценты.

    С.ДОРЕНКО: А одна из основных задач отделов мозга, отвечавших за запахи, была в том числе и определение моментов фертильности в гендерном размножении.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Не только этого. Я думаю, еще много…

    А.ОНОШКО: Опасность.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да. Я думаю, что просто на эти зоны было завязано восприятие реальности. Вы видите какой-то опасный объект, и в дальнейшем вы его узнаёте по запаху. Что вам нужно для этого сделать? Нужно, по меньшей мере, запомнить его запах и запомнить его образ, и соотнести одно с другим. Дальше из этого рождаются ассоциации.

    А.ОНОШКО: Вы видите кусок мяса, как вы поймете, что он тухлый — по запаху.

    С.ДОРЕНКО: Мне очень приятно, что позвонил человек осведомленный и интересно думающий. Запахи были колоссальной частью жизни существ до нас. Мы живем на визуализации, на визуальном восприятии, это затылочные доли мозга. А до этого существо жило с запахами. Запахи отвечали, в том числе за гендерное размножение. Дай же мне сказать, почему клинит человека всё время на секс и на разговоры о сексе, и на анекдоты про секс, и на заглядывание! Почему человека клинит?

    А.ОНОШКО: Почему?

    С.ДОРЕНКО: Я тебе объясняю: потому что обе передние доли мозга отвечали за запах, и в особенности за запах в гендерном размножении, и они привыкли думать о сексе, эти самые передние доли. Поэтому всегда, когда ты думаешь передними долями, а тебе нечем больше думать, я тебе сообщу сразу, ты всегда думаешь о голой женщине. Понимаешь?

    А.ОНОШКО: Поняла.

    С.ДОРЕНКО: Врубилась хоть?

    А.ОНОШКО: Всё теперь понятно.

    С.ДОРЕНКО: Слава богу, теперь ей стало понятно. 73-73-948. Здравствуйте, слушаю.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро, Сергей. Доброе утро, Анастасия. Вы понимаете, если понюхать ваши ноги, никакого гендерного удовольствия не будет. А если понюхать ноги Оношко, то это к чему-то повлечет.

    А.ОНОШКО: Может быть.

    С.ДОРЕНКО: Я бы подумал, а может и нет, кстати говоря.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Почему? Совершенно разные запахи.

    А.ОНОШКО: Но ведь мы давно этим не занимаемся, согласитесь. Это не нужно. Нам нужен запах только для того, чтобы определить испорченную еду, прежде всего, чтобы не отравиться; запах газа в квартире, если он вдруг ушел. Зачем нам еще запахи нужны? Наоборот, вкусную еду определить, чтобы разгорелся аппетит. А при общении с компьютером у нас полностью отсутствует этот элемент, он нам и не нужен.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Понимаете, Настя, если продукт протух — он протух, он воняет тухлятиной. Своеобразный запах женщины и мужчины — это привлекает противоположные стороны.

    С.ДОРЕНКО: Самого себя тоже. Я так другой раз себя нюхну — и хорошо, мне нравится.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, Сергей, я особо не воняю, но я себя не привлекаю запахами.

    С.ДОРЕНКО: Настя, если ты себя понюхаешь…

    А.ОНОШКО: Я же вам рассказывала…

    С.ДОРЕНКО: Расскажи.

    А.ОНОШКО: Это же известная вещь — элемент самодиагностики у приматов. Когда себя обнюхиваешь, и если вдруг ты чувствуешь неприятный запах, то это сигнал о том, что надо пойти лечебную ягодку съесть, травку и полечиться. 

    С.ДОРЕНКО: То есть человек себя обнюхивает, нюхает собственную подмышку, нюхает…

    А.ОНОШКО: Ранку не затянувшуюся. Я не знаю, что еще человек нюхает.

    С.ДОРЕНКО: Да и то нюхает тоже.

    А.ОНОШКО: А как?

    С.ДОРЕНКО: Потрёт руками, потом руки подносит к носу.

    А.ОНОШКО: Как сделал один футбольный деятель под камерой.

    С.ДОРЕНКО: Кто?

    А.ОНОШКО: Я не помню его имя, может, слушатели напомнят. Ходила гивка повсюду, полгода или год назад обсуждали. Закончился или начинается матч, идет то ли тренер, то ли игрок, то ли кто-то, и он засовывает в шорты руку, чешет и в задумчивости идет через всё поле под камерами, нюхает и дальше идет спокойно. И все обсуждали — какой позор и что он делает!

    С.ДОРЕНКО: То есть он потёр тестикулы или в паху, и руку с удовольствием понюхал.

    А.ОНОШКО: И в комментариях я вычитала, что это нормальная практика. Это у приматов самодиагностика, как я уже сказала. Так что это нормально, надо себя обнюхивать. Если вы вдруг заболеете, вы почувствуете это сразу.

    С.ДОРЕНКО: И, наоборот, пока тебе кайфовый твой собственный запах, в паху и в подмышках…

    А.ОНОШКО: То, что вы хотели сказать, это когда близкородственные связи чтобы исключить. Вы же знаете эти тесты, которые проводили, что менее мерзким казался запах пота женщинам мужчин, которые как можно дальше от них стояли по родственной шкале. Грубо говоря, запахи братьев, отцов, близкородственные им казались неприятными, что предотвращает спаривание и скрещивание близкородственное. А запахи чужих людей казались более… ну, не приятными, я не знаю, как может запах чужого мужика казаться приятным, но он был более приемлемым наверно.

    С.ДОРЕНКО: Этот человек — был тренер сборной Германии, звать его Йахим Лёв.

    А.ОНОШКО: Я верила в наших слушателей, которые всё знают.

    С.ДОРЕНКО: Он тёр себе тестикулы и потом обнюхивал с кайфом свою руку. Вот и всё. SMS: «Таргариенам на запахи пофиг». Это правда обидно. Драконы постоянно летали над Сноу, полностью бессмысленно, и ни разу не поняли, что Сноу их чувак. Это удивительно.

    МИД пригласил в Россию раскритикованного на Украине пилота. Министерство иностранных дел пригласило в Россию украинского пилота Арсена Акопова, которого на Украине подвергли критике из-за симпатий к России, к Лаврову и так далее. Расскажи нам, пожалуйста. 

    А.ОНОШКО: Более того, его сам поступок, что он посадил самолет, тоже критике подвергли.

    С.ДОРЕНКО: Он хороший. У него в матовое превратилось переднее стекло, и он как будто со шторкой садился, но он подглядывал в бок.

    А.ОНОШКО: Но для этого ему пришлось накренить судно при посадке.

    С.ДОРЕНКО: Чёй-то «накренить»?

    А.ОНОШКО: Вы видели эту посадку? А я смотрела.

    С.ДОРЕНКО: Ну, расскажу, почему накренил-то?

    А.ОНОШКО: Ему не видно было в открытую форточку.

    С.ДОРЕНКО: А надо кренить обязательно?

    А.ОНОШКО: Надо обязательно было накренить, чтобы точно приземлиться на взлетно-посадочную полосу.

    С.ДОРЕНКО: Ты не понимаешь простой вещи. Есть конфигурация посадки, у каждого самолета своя глиссада и положение корпуса воздушного судна. Один идет носом вниз…

    А.ОНОШКО: А второй попой вниз.

    С.ДОРЕНКО: Кажется, что колом, а на самом деле он не идет колом. Вот смотри, как самолетики садятся. Один идет мордой вниз — ши-ши-ши, и совсем когда ты рядом выходишь, начинаешь носик задирать. Этим, кстати, доубираешь скорость, в сущности, задирая носик, и приходишь колёсиками. А есть самолетики, которые вот так садятся — на хвосте, как Су-15. Ну, ты не знаешь Су-15, и не буду тебе объяснять. Су-15 садился хвостом вниз, и любой летчик (не Акопов никакой), должен был смотреть в бок. Это естественный единственный способ посадить Су-15, который всегда шел хвостом вниз. Понимаешь?

    А.ОНОШКО: Да.

    С.ДОРЕНКО: Это никакой не подвиг нифига. И не «совершил», а «произвел» посадку. 73-73-948. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Это Александр из Щёлкова, летчик бывший. Любой самолет, когда летит, он не летит носом вниз. У любого самолета должен быть угол атаки, так как у него должна быть подъемная сила. Всегда с каким-то углом атаки, то есть у него всегда какой-то тангаж есть положительный.

    С.ДОРЕНКО: А если 30% закрылся, то маленькие самолетики могут носиком вниз идти. Хотя он идет по глиссаде, а носик направлен вниз.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Если вы вниз дадите нос, у вас получается отрицательная подъемная сила, вы в невесомости будете.

    С.ДОРЕНКО: Я понимаю. Кажется, что морда вниз.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Но по аэродинамике это невозможно — носом ходить вниз.

    С.ДОРЕНКО: Но если 30% закрылки вам обеспечивают, что он как бы тянется вперед, а мордочкой вниз.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет. Любой самолет с углом атаки идет, свой тангаж положительный есть, градуса три-четыре. Вот вы говорите истребитель, у них больше этот угол атаки, потому что у них подъемная сила очень маленькая, у него крыло маленькое. Поэтому кажется, что они задраны, что он хвостом, как вы сказали, садится. У них очень большая скорость, чтобы набрать подъемную силу.

    С.ДОРЕНКО: Вот у пилотов, у вас допустим, есть же упражнение «посадка со шторкой» или сложные метеоусловия, ночь и сложные метеоусловия.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я летал, у меня максимально было 30 на 400: 30 — граница, 400 — видимость. Вслепую могут садиться только самолеты с автоматической системой посадки. Может быть он летел на Boeing, у него автоматическая система посадки. На каком он самолете?

    С.ДОРЕНКО: На каком самолете? Настя, ищи.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: На 30 метрах всё равно открываем шторку и садимся уже визуально.

    С.ДОРЕНКО: А помните, какой-то Ту-134 на Волге (это совсем давно, чуть ли не 80-е годы), первый пилот второму сказал «давай, молодой, сажай» и шторку принудительно закрыл. Тогда он угробил полный самолет Ту-134 с пассажирами.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это хулиганы! Хотя бы на 30 метрах всё равно мы открываем.

    С.ДОРЕНКО: Спасибо. Этот пришел с креном на правое крыло, но с допустимым нормальным креном, он его потом быстро подравнял, коснувшись колесом. Молодец, умница! Я хотел бы, тем не менее, продолжить это обсуждение, потому что летчики пишут. SMS: «Что за шторка?» Шторка, которая имитирует сложные метеоусловия. Давайте вернемся к этой теме, всё расскажем. Договорились?

    НОВОСТИ

    С.ДОРЕНКО: Возвращаемся к пилоту. Итак, Александр Акопов, украинский пилот и поклонник России, поклонник Лаврова, взлетает из Стамбула, садится у себя, прилетает на А-320.

    А.ОНОШКО: Нет, он садится в Турции.

    С.ДОРЕНКО: Вслепую Акопов А-320 сажает в Турции, проходит сквозь град, у него разбиты полностью стекла, они делаются матовыми. Он не видит, он дает крен, то ли автоматика так сажает. И крен мог быть связан с боковым ветром, он приходит с большим креном на правое крыло, но не с опасным абсолютно, то есть всё контролируемо. И в момент, когда он касается шасси, он сразу выравнивает его аккуратненько, абсолютно спокойно.

    Он  вдобавок похож на Лаврова. SMS: «Он армянин». Это мне понятно из фамилии Акопов, во всяком случае происхождение. Но он украинец по гражданству, правильно. Давайте уже эту часть оставим, перейдем к полету. Он приходит с матовым стеклом, он не видит ничего, и он поэтому говорит, что должен посмотреть в бок. Я еще раз напомню, что самолеты приходят с разной конфигурацией, с разным построением корпуса. При посадке есть такие, которые с очень задранным носом приходят, в основном истребители. А из истребителей летчики отмечали в разговоре со мной Су-15, который, насколько я понимаю, сейчас не летает. Но Су-15 приходит с очень задранным носом, таким образом, что приходилось в бок смотреть, по газону, по боковой части взлетно-посадочной, чтобы понять, где ты; только в бок, впереди ничего не было; там небо и нос свой собственный видишь, больше ничего нет.

    «Маневр для тяжелого аэроплана весьма опасный. Но он мог обеспечить визуальный контроль высоты. К вопросу о Су-15. Если вы крутились в Мячкове, должны были вас учить “катать яблочко” — смотрим вперед влево, 30-30 или 50-50», — говорит Олег. Вы поймите, я очень слабенький, я только пообнюхался в сущности, у меня 30 часов всего-навсего, я налетал 30 часов. «Находясь в глиссаде, выполняя визуальную посадку в ручном или автоматизированном неавтоматическом режиме в пределах ограничений РЛЕ, может изменять и крен, и тангаж», — говорит Алексей Ич.

    Он взлетал из Стамбула, попал в грозовое облако, хотя все предыдущие борта его обошли. Он мог и не попадать в это облако.

    А.ОНОШКО: Да, это одни из волн комментариев, которые у него к страничке пришли комментировать новость, что «героизм вынужденный».

    С.ДОРЕНКО: Типа «сам дурак».

    А.ОНОШКО: «Залез, а потом пришлось самому выкарабкиваться, да еще жизни людей под вопрос поставил».

    С.ДОРЕНКО: «Самолет, который разбился и убил людей — это августа 1986 года, 31 год назад. Ту-134 в Куйбышеве (который теперь Самара) на спор стал сажать со шторкой». Варианты тогда, в 1986-м, были не только на спор, тогда еще говорили, что первый пилот заставил второго: типа молодой, давай учись, пойдешь со шторкой. И он пошел со шторкой, разбился и убил всех людей. Был полный самолет людей. Это август 1986 года, Ту-134 в Куйбышеве.

    «Пилот прав, но ваши аргументы весомее», — говорит Алексей-врач. Алексей, верьте все-таки пилотам всегда. Хорошо, давайте вернемся к этому разговору и поймем, в чём…

    SMS: «А кто из Донецка рискнул летать через грозовой облако?» Это тогда Ту-154 и это было в районе Донбасса, но самолет был не донецкий и не из Донецка. Он шел с югов и решил не облетать. И такая же проблема с грозовым облаком была у француза, если помните, над Атлантикой. Air France над Атлантикой, который шел с северо-востока Бразилии в Париж.

    А.ОНОШКО: И он решил не обходить грозу?

    С.ДОРЕНКО: Да, потому что это серьезно меняет маршрут — гоняться с грозой. Я тебе говорю, это серьезно меняет маршрут. Я однажды в Москве вымок. В июне холодно всё время, в мае холодно, я вымок как сукин сын и на мотоцикле убегал от грозы, я ее видел. Я выезжаю из «Останкино» — кап, кап, кап. Я понимаю, там помокрее, здесь еще нет дождя, как дал газу — Ботанический сад, наверх пошел, потом на Большую Академическую ходу-ходу. Я всё время уходил от дождя. Пару раз он меня как бы доставал краем, но внутри, по левую руку, он всё время шел. Это хлопотно, лучше просто тупо проехать и всё. Зачем уходить? А на самолете, ты можешь себе представить, тебе надо либо лезть вверх, над ним…

    А.ОНОШКО: Я бы полетела облетать.

    С.ДОРЕНКО: А если ты идешь 10 км, а куда ты полезешь?

    А.ОНОШКО: А куда? А насколько дальше можно залезть?

    С.ДОРЕНКО: Зависит от конкретного самолета, от загруженности, от того, сколько у тебя осталось топлива, веса всего в самолете.  

    А.ОНОШКО: То есть мы гуляем вверх-вниз, но не в сторону?

    С.ДОРЕНКО: Ты можешь вверх и вниз, но если у тебя например облако на девяти, ты можешь его обойти на 10,5.

    А.ОНОШКО: Грозовые облака, насколько я понимаю, не бывают выше.

    С.ДОРЕНКО: Если на девяти, а если ты идешь 10,5, у тебя на одиннадцати, значит, надо как-то поднырнуть.

    А.ОНОШКО: А разве бывают такие облака на 10 тысячах?! Такого не может быть!

    С.ДОРЕНКО: Атмосфера это не то, где мы родились, мы всё-таки родились на земле.

    А.ОНОШКО: Мы же ее уже изучили как-то.

    С.ДОРЕНКО: Настя, давай решим, в чём героизм пилота.

    А.ОНОШКО: Если это героизм. Давайте проголосуем.

    С.ДОРЕНКО: Здравствуйте, слушаю.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Александр. Как раз недавно проснулся, только услышал. Я слышал эту тему. Первый вопрос, который у меня возник, как он попал в грозовое облако? Почему он в него влетел? Это первый вопрос, который задаст ему прокуратура или следствие, которое будет вестись по этому делу. Допустим, у нас же документы общемировые подогнаны, у нас запрещен вылет с неисправным бортовым метеолокатором, если на маршруте полета прогнозируется опасное явление погоды. Град является опасным явлением погоды, что и видно было по фотографиям. Во-первых, он будет объяснять, почему он полетел, как он влетел в это облако. Если будет так, что был неисправен локатор, а он полетел, то он никакой не герой. Уголовное наказание вряд ли, но выплаты за ущерб самолету с последующим увольнением, с последующим не трудоустройством в любую авиакомпанию.

    С.ДОРЕНКО: Предположим эту часть пройдем, а уже к посадке. Саму посадку как он исполняет?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Естественно, производилась в автоматическом режиме. Я видел фотографии — там абсолютно ничего не видно было. 

    С.ДОРЕНКО: А правое крыло креном — это скольжение на ветер, да?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: То, что он с креном шел, существует два вида борьбы с боковым ветром на глиссаде — это подбор угла с носа, когда самолет летит… как бы объяснить.

    С.ДОРЕНКО: Да понятно. Настя, ты поняла?

    А.ОНОШКО: Нет.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Чуть-чуть боком он летит к полосе.

    А.ОНОШКО: «Жигули» иногда так ездят. Смотрят на нее сзади, а она криво стоит. Вроде едет прямо, а стоит криво.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да. А есть другой способ: когда он летит строго на полосу, но компенсирует разворачивающий момент от бокового ветра креном на этот самый ветер.

    А.ОНОШКО: Это автоматический крен?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, это делается автоматически. И на высоте выравнивания самолет убирает этот крен буквально за несколько футов до посадки и садится ровно на полосу. Потому что сажать самолет с такими стеклами, какие были у него после этого град, это невозможно, потому что ничего не видишь.

    С.ДОРЕНКО: А то, что говорили, что он специально, чтобы в бок подглядывать накренил самолет?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет.

    А.ОНОШКО: Это вообще интернет-диванчики придумали. Нам пишет интернет-слушатель: «Грозовые фронты бывают до 12 тысяч метров над Волгой, и их приходится стороной обходить».

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я скажу больше — они бывают до 16 км.

    С.ДОРЕНКО: Настя опозорена! А я говорил!

    А.ОНОШКО: А я не заканчивала метеорологическое училище.

    С.ДОРЕНКО: А парень на Ту-154, который попал в грозовое облако над Донбассом какое-то время назад, он тоже типа решил сэкономить.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Он решил сэкономить топливо, не обходить ни справа, ни слева, а проскочить выше.

    С.ДОРЕНКО: И, помните, француз из Бразилии.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да. То есть они вышли за пределы эксплуатационных режимов самолета. Нужно было лезть еще выше, а самолет уже не мог. Наступает такая высота, когда самолет просто сваливается.

    С.ДОРЕНКО: Примерно это 13 тысяч, да?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Airbus 320, у него, по-моему, 410 эшелон максимальный, а 410 эшелон это…

    С.ДОРЕНКО: Это в футах.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это 41 тысяча футов.

    С.ДОРЕНКО: Это наверно тринадцать с чем-то.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я в метрах уже не помню, Сергей.

    А.ОНОШКО: А что мы сейчас обсуждаем, уход над Атлантикой от грозы?

    С.ДОРЕНКО: Спасибо вам огромное. Мы сейчас обсуждаем, как ты уходишь, вот у тебя облако, у тебя есть предельный эшелон.

    А.ОНОШКО: Ну что, мы все смертники, раз мы садимся…

    С.ДОРЕНКО: Дорогая, можно объяснить или нет? Там разреженный воздух, понимаешь.

    А.ОНОШКО: Я понимаю. Там опасно, в облаке.

    С.ДОРЕНКО: В чём проблема разреженного воздуха, что у тебя подъемная сила падает в разреженном воздухе.

    А.ОНОШКО: И ты проваливаешься и падаешь.

    С.ДОРЕНКО: Нет, ты не проваливаешься, ты сваливаешься, это разные вещи. Что значит «проваливаешься»?

    А.ОНОШКО: Еще не всё кончено.

    С.ДОРЕНКО: Ты сваливаешься, закидываясь через левое крыло в штопор, назад.

    А.ОНОШКО: Скажите, пожалуйста, а можно из штопора выйти пассажирскому самолету?

    С.ДОРЕНКО: Если этому учить и если иметь 12 км запаса, то я думаю можно. Видишь, уже мы положили трубку, я бы мог спросить. Если бы этому учить и если иметь 12 км запаса, я думаю, километров за пять можно выйти из штопора даже пассажирскому самолету. Но их никто не учит. «Нет, из штопора пассажирский самолет неспособен выйти», — говорит Алексей Куликов. Что значит «неспособен»? То есть его конструкция, у него начнут отламываться крылья. «Из плоского никак». Из плоского я тоже думаю, что никак.

    А.ОНОШКО: А что такое «плоский штопор»?

    С.ДОРЕНКО: Подожди. SMS: «41 тысяча футов — это примерно 12 км 300 метров». «154-й из плоского штопора не выходит», — говорит Григорий, Санкт-Петербург. Как мне кажется, и Алекс меня поддержит, любой самолет с иск запасом высоты выходит из штопора, если у него не отломаются к чёртовой матери крылья за это время, потому что там нагрузки другие, необычный нагрузки. 73-73-948. Но если я правильно поминаю, пилотов в гражданской авиации не учат выходить из штопора. Я уже сам забыл что-то. Влево валишься, обратная нога и руль…

    А.ОНОШКО: Это как бильярдные правила учить — тяжело, только на столе всё понятно становится.

    С.ДОРЕНКО: Обратная нога вперед…

    А.ОНОШКО: Бьешь в правый верх на средней силе.

    С.ДОРЕНКО: Влево валишься — левая нога вперед и штурвал от себя полностью, и он делает витка полтора и выходит из штопора сам. Я не знаю, как это происходит, это антинаучно, но это происходит. 73-73-948. Это как если бы ты бумажный самолетик запускал. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день, Сергей. Валентин. По выходу из штопора. В первую очередь определяется направление вращения штопора. Педаль и ручку по штопору, даешь два-три оборота по данному штопору, потом резко, как только нос начинает опускать, ручку полностью от себя до приборной доски, обратную ногу и сидеть ждать, пока самолет прекратит вращаться. После этого плавненько выводишь.  

    С.ДОРЕНКО: А вот когда дашь обратную ногу и штурвал от себя, сколько он оборотов еще прокрутится?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: До устойчивого оборота.

    С.ДОРЕНКО: Сколько, полтора-два?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Два оборота, три оборота. Раньше этому упражнение обучались… Я сам бывший истребитель-бомбардировщик. Раньше у нас такое упражнение было.

    С.ДОРЕНКО: Со скольких километров вы бы вывели средний пассажирский?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это надо у Магомеда Толбоева спросить, он специалист по этому вопросу. 

    С.ДОРЕНКО: Ну, сколько виток будет в штопоре у такого самолета?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну, где-то метров 700 будет.

    С.ДОРЕНКО: А я думаю, что и километр может быть.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет. Потому что у него скорость маленькая, поэтому у него скорость падения будет тоже маленькая. Он же не входит в штопор при скорости в 1000 или 800 км/ч.

    С.ДОРЕНКО: Но риск разрушения конструкции есть.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну конечно есть. А то, что говорят, что не учат гражданских летчиков (я-то сам военный летчик), но есть инструкция, в которой есть «Особые случаи в полете», и там написано, как выводить из штопора. Но никто же реально не будет их учить этому дел, практически. Но в инструкции в разделе «Особые случаи» написано, как выводить из штопора. И на земле проводятся тренажи.

    С.ДОРЕНКО: Хотя бы на тренажере давали им пройти.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да не надо на тренажере! Садишься в кабину и сиди — тренируйся! И по обходу облаков. Я сейчас не знаю, раньше по наставлению по производству полетов в мощные кучево-дождевые облака заходить в полете категорически запрещалось летчикам. Если есть возможность, то обходить не ближе 10 км. Категорически запрещается пролетать под мощными кучево-грозовыми облаками.

    С.ДОРЕНКО: Потому что молнии.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Если высота позволяет, разрешается пролет над кучево-дождевыми облаками и мощной грозовой деятельностью, на 1 км выше. Это законы, которые написаны кровью в наставлении по производству полетов. Но дело в том, что я самостоятельно тоже не могу. Люди считают, как на автомобиле: пошел влево, отошел вправо, обходи. Я же должен связаться с диспетчером. Может, там кто-то летит, значит, я должен согласовывать. Я захочу облететь, уйду влево, а там по трассе идет другой самолет.

    С.ДОРЕНКО: Смена эшелона — надо сразу с землей связаться.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Конечно. Поэтому когда говорят, «вот летчик сам что-то делает…»

    С.ДОРЕНКО: Нет, это Сент-Экзюпери как хотел, так и летал. 

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Летчик никто, он выполняет команды, которые обеспечивают безопасность по управлению воздушным движением.

    С.ДОРЕНКО: Меня спрашивает уже пятый раз Александр: «А сверхзвуковой может войти в штопор?» Я знаю ответ, но всё-таки вы можете сказать ему?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Любой самолет может входить в штопор. Срыв в штопор происходит, почему? Потому что выходит на второй режим полета. И в этом случае сверхзвуковой самолет это еще ни о чём не говорит. Он летает на этой скорости, но он будет срываться в штопор при скорости 300 км/ч, 250 км/ч, допустим.

    С.ДОРЕНКО: Это скорость срыва в штопор — столспид.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это самые маленькие скорости срыва в штопор. Это выход на большие углы атаки, срыв воздушного потока с крыльев, и ты срываешься в штопор. На скорости тысяча я захочу — я не введу его в штопор.

    С.ДОРЕНКО: А Ан-2 вы смогли бы забросить в штопор, если бы вас попросили?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Конечно!

    С.ДОРЕНКО: А тяжеловато, у него же скорость сваливая 55 км.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да любой самолет я завалю!

    С.ДОРЕНКО: Ну, 55 км, представляете, то есть почти стоя на месте надо его валить. (Смеется). Тяжеловато. Спасибо за звонок, хорошего дня вам.

    А.ОНОШКО: Самолеты летают так медленно?

    С.ДОРЕНКО: Ан-2, у него столспид (скорость сваливания) 55 км/ч. Если представить себе, Анастасия, что есть ровный ветер 55 км/ч скоростью…

    А.ОНОШКО: Навстречу.

    С.ДОРЕНКО: Да. Он может как вертолет садиться. Приходит к полосе, выравнивает скорость например 60 км и у него 60 — ветер, и он прямо садится — здрасьте, я ваша Настя. Понимаешь?

    А.ОНОШКО: Да.

    С.ДОРЕНКО: Вот какая фигня! А если скорость ветра например 90 км/ч, он тогда хвостом вперед садится! (Смеется)

    А.ОНОШКО: Я полезла смотреть, как сажал украинский пилот судно. Тут же Related Videos, так рука и тянется посмотреть и залипнуть на полчасика.

    С.ДОРЕНКО: Мы пригласили этого пилота. Почему мы пригласили этого пилота?

    А.ОНОШКО: Потому что он нам симпатизирует.

    С.ДОРЕНКО: Потому что он любит Лаврова. Он нам симпатизирует и Лаврову симпатизирует.

    А.ОНОШКО: Вы бы хотели с ним встретиться? Он у нас теперь будет скоро работать, я так понимаю.

    С.ДОРЕНКО: Я хочу тебе сказать, что с украинскими пилотами у меня связано ощущение, что они, во-первых, хорошие; во-вторых, немножко кипятком ошарашенные. Я летал на «Аэросвите» довольно много в Киев, когда я был занят в проекте «Помаранчевая революция» («Оранжевая революция»). Что, скажи быстро?

    А.ОНОШКО: Это этот Малахов?

    С.ДОРЕНКО: Нет, это Александр Малахов, а тот Андрей Малахов. Не пугай меня.

    А.ОНОШКО: Я чувствую, что-то не то.

    С.ДОРЕНКО: Ты меня пугаешь. Я тебе говорю, что когда я был в проекте «Помаранчевая революция», я летал постоянно в Киев, тудым-сюдым. И я обращал внимание на украинских пилотов, что они: а) очень мастеровитые, нормальные, как русские; но б) они охламоны. Понимаешь?

    А.ОНОШКО: Понятно примерно.

    С.ДОРЕНКО: На 737 Boeing, например, было два раза, что чувак просто идет в торец полосы, чуть ли не к середине полосы, в Борисполе. Причем с пикированием таким, как будто мы на истребителе несемся — просто в землю.

    А.ОНОШКО: А вы упёрлись пяточками в пол, когда смотрели в окошко?

    С.ДОРЕНКО: Я сидел в бизнесе. Слышишь, он прямо в землю несется сверху к двум третям полосы, в последний момент, когда ты уже практически сильно боишься (ты всё время умеренно боишься), он задираешь нос, гасит скорость, разворачивает самолет и идет на посадку прямо над полосой. Я честно тебе скажу, наверно это мастерство, и потом, когда он входит у себя чай попить, наверно там все аплодируют, говорят «Вася крутой, абсолютно крутой чувак». Но то, что ты видишь как пассажир, у тебя начинает пробиваться седина. Это не очень кайфово, серьезно говорю.

    Очень лихие, умелые израильтяне, но они таких шалостей гусарских, как украинцы, не делают. Русские очень умелые, но тоже без идиотского гусарства. Я считаю, самые лучшие пилоты — это русские и израильские, по мастерству украинцы никак не хуже, но их придурковатое гусарство, которое у них не запрещено, а, наоборот, воспевается, вызывает чувство глубочайшей тревоги. Мы пойдем и проживем его, этот вторник, 1 августа. 

    Версия для печати

Видеоблог Сергея Доренко

Сообщение отправлено
Система Orphus