• «Подъём» с Сергеем Доренко от 27 сентября 2017 года

    08:30 Сен. 28, 2017

    В гостях

    С.ДОРЕНКО: 8 часов 38 минут. Четверг, 28 сентября. Здравствуй, великий город! Здравствуйте, все! Это радио «Говорит Москва»! Говорит Москва! Дарья Кнорре — ведущая этой программы.

    Д.КНОРРЕ: И Сергей Доренко. Доброе утро.

    С.ДОРЕНКО: Сегодня вся общественность полна скорби по поводу смерти этого чувака. Хью Хефнер. Мне даже пишут люди: «Хью Хефнер умер» — так, как будто бы речь идёт о родном дядюшке или человеке, который был с нами и так далее. Я должен сказать, что я не интересовался его фигурой, честное слово. Может быть, это плохо. Я человек глубоко нравственный.  

    Д.КНОРРЕ: (Смеется)

    С.ДОРЕНКО: Что?! Она легла под стол. Я человек глубоко нравственный. Ты не понимаешь, во мне живёт великий инквизитор, я бы за нескромный взгляд отправлял на костер. Я очень нравственный.

    Д.КНОРРЕ: Мне всегда казалось, что самые лютые инквизиторы, маньяки, они самые, на самом деле, извращенцы.  

    С.ДОРЕНКО: Они не извращенцы, они фантазеры. Ну хорошо. А кто был Хью Хефнер? Во-первых, сейчас это не имеет ни малейшего смысла. Давай скажем, что его деятельность имела смысл в эпоху журнала.

    Д.КНОРРЕ: Да, но это было очень много десятилетий, согласитесь, вплоть до 2000-х.

    С.ДОРЕНКО: Согласен. Была эпоха театров, была эпоха журналов, была эпоха романов, была эпоха салонов. Сейчас это всё уже не катит, всё это уже не интересно. Сейчас есть интернет.

    Д.КНОРРЕ: Но Playboy — это раритетный журнал, он теперь ценится, в принципе, как культовая вещь. Да, если сейчас кто-то создаст современный эротический журнал, он, конечно, не будет популярен. Но Playboy себе заработал на всю жизнь репутацию.

    С.ДОРЕНКО: Может быть. Должен сказать, что я в силу возраста застал эту эпоху, и должен сказать, что я совершенно никак не задержался на Playboy, сочтя его неинтересным. Он неинтересен по целому ряду параметров. Как публицистика он неинтересен, потому что он неглубок. Он, конечно, очень глянцевый, очень гламурный. 

    Д.КНОРРЕ: А там даже есть тексты какие-то?

    С.ДОРЕНКО: Да, в Playboy приглашали каких-то серьёзных собеседников. Как публицистика, как жанр интервью, он был поверхностным, неинтересным, с моей точки зрения. Я сейчас говорю о своей точке зрения, неинтересным абсолютно. С точки зрения «клубнички» он был странноватым, вот я серьёзно говорю. Я думаю, что идеал тела, который он представлял, был всё-таки скорее американский: болезненно развитые железы молочные. Посмотри обложки.

    Д.КНОРРЕ: Да, вижу.

    С.ДОРЕНКО: Ты видишь, как много желез, здесь упорно железы. Это болезненно американский подход. Они не воздают должное бедрам, они скорее упирают на железы, им нравятся железы молочные. Не знаю, с чем это связано, но американская культура действительно этим занята в полной мере. Для меня это обидно, во-первых. Во-вторых, для меня это антисексуально.

    Д.КНОРРЕ: Это редкий случай, Сергей, надо сказать. Потому что в основном мужчинам, конечно…

    С.ДОРЕНКО: Нет, конечно, это иллюзия. Ты просто не в курсе и большинство женщин не в курсе.

    Д.КНОРРЕ: От нас скрывают.

    С.ДОРЕНКО: Большие железы пугают мужчину так же, как женщину пугают большие мошонки. Железы и мошонки это примерно одно и то же, абсолютно одно и то же. Буквально одно и то же, потому что и там, и там железы. Ты можешь себе представить большую мошонку, например, она вызывает в тебе чувство восхищения?

    Д.КНОРРЕ: Нет.

    С.ДОРЕНКО: Вот так же большие железы не вызывают никакого чувства восхищения. Они вызывают оторопь, желание, может быть, помочь деньгами, отправить к врачу или что-то такое. Они пугающи, вызывают чувство неприязни и в то же время жалости. Поэтому я никогда не интересовался этим журналом, честное слово, я его откладывал в сторону. Вдобавок одновременно с ним и параллельно существовал Penthouse. Запроси обложки Penthouse лучше, и ты сразу поймешь, что Penthouse идёт к сути.    

    Д.КНОРРЕ: Не знаю, как пишется на английском.

    С.ДОРЕНКО: Ну, напиши на каком-нибудь. Penthouse идёт к сути, он продается таким образом, что обложку нельзя зачастую увидеть, она закрывается чёрным пластиком и так далее. Поэтому даже в моем раннем детстве я скорее тяготел к этому изданию.

    Может быть, он сам был замечательный человек, Хью Хефнер.

    Д.КНОРРЕ: Я видела его в окружении постоянно молодых особ. Он старел, а женщины нет.

    С.ДОРЕНКО: Вы знали Хью Хефнера? Позвоните нам, пожалуйста, если вы знали этого замечательного человека. 73-73-948. Говорят, он был сам экстраординарным. Журнал был так себе, я должен сказать. Я говорю как потребитель, журналишко был так себе, а вот человек Хью Хефнер вроде бы был очень интересный, какой-то знаковый, какой-то человек-эпоха и так далее. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, Дарья, доброе утро. У меня проблемы, сейчас перезвоню.

    С.ДОРЕНКО: Вам кажется, что проблемы.

    Д.КНОРРЕ: Мы вас слышим!

    С.ДОРЕНКО: Мы вас слышим и чудесно слышим. Мы вас чудесно слышим! Нет, он все равно смутился.

    Он родился в 1926 году. Таким образом, ему было в 1940-м четырнадцать. Я просто говорю об эпохах. Великая война — ему четырнадцать, пятнадцать, шестнадцать, семнадцать, то есть он подросток. Но Америка не так участвует, в общем, хотя Америка отправляет позже своих воинов и так далее. Когда в каком-нибудь 1950-м массово возвращаются из Европы американцы, ему 24.

    Д.КНОРРЕ: И в 1953-м вышел первый журнал Playboy.

    С.ДОРЕНКО: Здравствуйте. У меня проблемы с телефоном. Он живёт с этой эпохой и с этими воинами, которые возвращаются… Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Я с вами полностью согласен, Playboy был как «Мурзилка» примерно.

    С.ДОРЕНКО: Да, абсолютно неинтересный. Но, тем не менее, говорят, что сам он был интересный как личность.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: По «Бизнесу» я случайно застал передачу про него. Он дважды рушился, из тяжелейшей ямы выбрался и построил гостиничный бизнес.

    С.ДОРЕНКО: Давайте проследим его судьбу, как судьбу поколения. Он с 1926 года, а, следовательно, в 1950-м ему двадцать четыре. Он ранний, хороший, бодрый, очень энергичной молодости человек в 1950-м. Что мы наблюдаем в 1950-м в Америке, я пытаюсь себе представить по фильмам, по книгам. Мне кажется, там борьба с коммунизмом идет, возвращается армия из Европы, оккупационная армия. Часть оккупационной армии остаётся в Германии и надолго, но заметная её часть возвращается. Появляется в 50-е явление outlaw — байкеры, которые торгуют наркотиками, банды байкеров появляются. Это всё в момент, когда он начинает жить и творить. Давай найдем Route sixty six. И в этот момент возникает некое разочарование, которое позже приведёт к появлению хиппи. Я настаиваю на связи 50-х и 60-х. В 50-е годы в Америке возникает явление разочарования в буржуазности, и оно связано как раз с возвращением огромного числа молодых мужчин из Европы, которые не понимаю, что здесь делать.        

    Д.КНОРРЕ: А с другой стороны, если брать культурную сторону, то это Мэрилин Монро.

    С.ДОРЕНКО: Конечно, конечно.

    Д.КНОРРЕ: Это расцвет общества потребления.

    С.ДОРЕНКО: И в то же время разочарование. Расцвет и разочарование в нём одновременно.

    (Песня  Route sixty six)

    С.ДОРЕНКО: Сама вещь, насколько я понимаю, написана позже, но явление «шестьдесят шестая дорога» это 50-е годы, когда ветераны войны, вернувшиеся из Европы, начинают перевозить наркотики между Лос-Анджелесом и Чикаго. И вот поэтика перевозки наркотиков отражена в этой песне, если я правильно ее понимаю.

    (Песня  Route sixty six)

    С.ДОРЕНКО: Chicago to L.A. — наркотики следуют из Чикаго в Лос-Анджелес или наоборот.

    (Песня  Route sixty six)

    С.ДОРЕНКО: В это время наш прекрасный Хью Хефнер начинает творить и создает в 1953 году первый журнал Playboy с актрисой Мэрилин Монро. Вот это время, когда возвращается армия из Европы. Возвращающиеся армии часто меняют страну, как ты знаешь. Условно говоря, те же декабристы в России — это вернувшиеся из похода 1815 года люди. Часть из них была в походе, часть нет, я не об этом.  Я о том, что само возвращение армии приносит новые паттерны. Они видели новые страны, они видели другие страны, способы жизни, они видели войну и так далее. Возвращающиеся армии сильно меняют общество, это правда. Я вижу связь между вернувшейся армией, например, бравшей Париж в 1815 году и восстанием декабристов. Я вижу эту связь в России. Не буду вам доказывать, но я ее вижу. И также я вижу связь между всем, что произошло с Америкой после 50-х и вернувшейся армией из Европы. Это борьба с коммунизмом, с одной стороны; с другой стороны, борьба с буржуазностью, которая напрямую ведет затем к походу на Пентагон индейцев шошонов во главе с хиппи. Помнишь, хиппи и шошоны вместе идут на Пентагон. Вот это всё начинается здесь. И здесь этот Хью Хефнер прекрасный со своими голыми тёлками, с болезненно развитыми молочными железами, которые мы не можем не сравнивать с мошонкой. Ну, правда. Она всё время смущается.

    Д.КНОРРЕ: А что еще остается.

    С.ДОРЕНКО: Кто знает еще что-нибудь про Хью Хефнера, скажите нам, пожалуйста. Старик помер. Здравствуйте, слушаю вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Андрей, Москва. На самом деле, помним, ценим и скорбим о нём не только как об основателе Playboy, но как о видном бизнесмене, который построил свою империю, где Playboy был пусть и основным, но лишь одним из кирпичиков.

    С.ДОРЕНКО: А что еще, напомните нам, пожалуйста.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: У него был проект с Тёрнером, у него были проекты с нынешним президентом. На самом деле, как бизнесмен, я считаю, он состоялся. Playboy, в принципе, это некая дань эпохе, это начала эпохи расцвета и демонстрации красивого тела непосредственно в Америке. Я родился в середине 70-х, в 1974 году, и честно признаюсь, что Playboy и Penthouse в моей жизни появились раньше, чем Hessler и интернет.

    С.ДОРЕНКО: Я понимаю. Спасибо. Но Penthouse все-таки забил Playboy, через первые десять минут уже Playboy меня больше не интересовал.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Больше внимания Penthouse, безусловно. Мы понимаем друг друга.

    С.ДОРЕНКО: Спасибо вам огромное. Старик помер и слава тебе господи.

    Д.КНОРРЕ: Ему 91 год, уже пора и честь знать.

    С.ДОРЕНКО: Пора на саночки. Здравствуйте, слушаю вас. Вы тоже что-то знаете о Хью Хефнере?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. На Хефнера мне глубоко наплевать!

    С.ДОРЕНКО: Спасибо. Если «глубоко наплевать», то зачем вы трудились и набирали номер телефона?

    Я, прямо переползая от Хефнера к Tinder, должен сказать, что есть потрясающая история. Ребята, я хотел вам рассказать о вас. Дело в том, что в современном мире серверы, которые хранят информацию, начинают ничего не стоить. Мы уже говорили об этом. Нам звонили люди, которые занимаются серверами, которые говорили, что основной расход на серверы — это борьба с тем, что они выделяют тепло.

    Д.КНОРРЕ: Охлаждение.

    С.ДОРЕНКО: Больше ничего. Поэтому их можно неограниченное количество ставить. Единственное, что надо бороться с теплом. Журналистка французская Юдит Дюпорталь запросила у сервиса знакомств Tinder все данные, которые компания хранит о ней. Оказалось, что это 800 страниц. Они прислали ей 800 страниц. А почему это постранично разбито? Почему это не один огромный? Может быть PDF, может быть Word, но это было 800 страниц. Французская журналистка получила 800 страниц о себе только с Tinder. По закону ей должны предоставлять. Сморите, что было: информация обо всех мужчинах, которые когда-либо понравились Дюпорталь. То есть «лайки» имеется в виду?

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Любой мужчина, которого она когда-либо «лайкнула» в своей жизни именно в Tinder. Все 1700 сообщений, которые она отправила с 2013 года. Она с 2013 года зарегистрировалась в Tinder. Даты захода в аккаунт и всех вообще переписок. Все ее «лайки» в Facebook, потому что она наверно заходила в Tinder через Facebook.

    Д.КНОРРЕ: А Tinder привязан к Facebook, насколько я понимаю. Там нужно заходить через Facebook.

    С.ДОРЕНКО: Нужно заходить через Facebook, да?

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Интересно. Фотографии из Instagram (Instagram привязан к Facebook тоже, это его собственность), которые тоже все до единой хранились. Информация об ее образовании; информация о возрасте мужчин, которые ее интересуют (как она определила свой интерес), и информация о возрасте мужчин, которые ее интересовали де-факто и так далее. Я была поражена, пишет Дюпорталь, как много данных я добровольно раскрывала — местоположение, интересы, от работы до изображения, музыкальных вкусов, предпочтений в еде. Так делают все пользователи Tinder, регистрируясь в сервисе и принимая его условия. Читая все свои сообщения с 2013 года, она пишет, я прошла через свои надежды, страхи, сексуальные предпочтения, самые страшные секреты. Tinder знает меня так хорошо, он знает настоящую, позорную версию меня, которая отправила одну и ту же шутку собеседнику 576, 568, 569. То есть она отправила три раза одну и ту же шутку трём разным мужчинам. Которая навязчиво общалась одновременно с шестнадцатью разными мужчинами 1 января, а потом просто исчезла и больше никогда им не отвечала. То есть она 1 января была одна и общалась сразу с шестнадцатью мужчинами, которых обнадеживала невероятно, а потом вдруг исчезла.

    Вас удручает, что про вас всё знают?

    Д.КНОРРЕ: Конечно.

    С.ДОРЕНКО: А ты прячешься?

    Д.КНОРРЕ: Я не прячусь в Facebook, естественно, я там есть. Я просто неактивна.

    С.ДОРЕНКО: Но ты не ведешь?

    Д.КНОРРЕ: Я не веду Facebook, ничего не выкладываю.

    С.ДОРЕНКО: Это связано с нежеланием разоблачаться?

    Д.КНОРРЕ: Да, мне это не очень приятно. Хотя в любом случае я понимаю, что это происходит и против моей воли, потому что всё равно люди добавляют фотографии со мной, меня отмечают, что-то пишут в моем аккаунте. Всё равно приходится «лайкать», потому что стыдно не «лайкать» — думаю, обидятся наверно.

    С.ДОРЕНКО: А среди наших слушателей есть люди, которые принципиально подпольны, принципиально не общаются с матрицей?

    Д.КНОРРЕ: Меня нет ни в «ВК», ни в Instagram. Ну, в Instagram я есть, но не как… Ну, вы меня сдали.

    С.ДОРЕНКО: Я тебя сдал, я ее сдал. Ерронк?

    Д.КНОРРЕ: Да. Но я не добавляю никого.

    С.ДОРЕНКО: То есть у тебя закрытый аккаунт?

    Д.КНОРРЕ: Да, что бессмысленно.

    С.ДОРЕНКО: Ты закрыла свой аккаунт от добрых людей, но открыла правительству, силовым органам, любой офицер может смотреть.

    Д.КНОРРЕ: Там в основном облака, закаты, рассветы.

    С.ДОРЕНКО: Мало того, что ты скрылась, она еще и тупит нарочно, чтобы ввести в заблуждение. Ты понимаешь, что ты внутреннее постоянно испытываешь чувство несвободы?

    Д.КНОРРЕ: Это правда.

    С.ДОРЕНКО: Ты общаешься постоянно с каким-то товарищем-майором, которому ты вместо того чтобы показать всю правду о себе, отправляешь облака. Значит, товарищ-майор начинает про тебя думать ЭТО — что ты облаками занимаешься. На самом деле он думает, что ты что-то прячешь.

    Д.КНОРРЕ: Может быть.

    С.ДОРЕНКО: Может быть, лучше вывернуть всё наизнанку? Давайте после девяти об этом поговорим.

    В ДВИЖЕНИИ

    НОВОСТИ

    С.ДОРЕНКО: 9 часов 5 минут. У моей бабули был один мальчик, он никак не мог произнести половины гласных и половины согласных. Соседи говорили: может показать его врачу. Мальчику было уже 16 лет.

    Д.КНОРРЕ: Не мальчик, но муж, уже взрослый парень.

    С.ДОРЕНКО: Но он не мог никак произнесли половины согласных. И хозяйка — его мать…

    Д.КНОРРЕ: Спохватилась в 16 лет.

    С.ДОРЕНКО: Нет. Она в 16 лет говорила: еще выхавкается, еще мала детина. Ну, вот и я так — у меня голос еще не встал с утра, «еще выхавкается, еще мала детина».

    Очень интересно про эту француженку. Мы приглашали позвонить людей, которые принципиально прячутся от матрицы.

    Д.КНОРРЕ: И очень много таких сообщений было, пока шли новости: «Принципиально ушел из соцсетей два года назад».

    С.ДОРЕНКО: Я думаю, зачем я там?

    Д.КНОРРЕ: Вы публичный человек.

    С.ДОРЕНКО: А зачем я там? Зачем я публичный человек?

    Д.КНОРРЕ: Понимаете, если вы не будете сами раскрывать свою информацию, ее будут искать, придумывать, спекулировать и так далее.

    С.ДОРЕНКО: Точно! Ее будут придумывать! А зафига мне надо? Лучше я выверну всё исподнее. В сущности, информация обо мне, которую распространяю я — это дымовая завеса.

    Д.КНОРРЕ: И на самом деле, как это не парадоксально, чтобы защитить свою приватность сегодня, нужно просто заспамить информационное пространство собой.

    С.ДОРЕНКО: Да! Да! Да! Кнорре, мы спонтанно гениальна! Ты правильно сказала. То есть то, что я выкладываю по три-четыре поста в Twitter — это, в сущности, дымовая завеса, это попытка скрыться за дымовой завесой. Я порю там ахинею, очерняю себя, придумываю про себя слухи.

    Д.КНОРРЕ: Это самое правильное.

    С.ДОРЕНКО: Приписываю себе алчность, еще что-то — это всё и есть дымовая завеса. Здравствуйте, слушаю вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Такой был анекдот или история, что у человека потерялся компьютер, и он пять дней ходит рассказывает о себе. Через три дня у него уже пять фолловеров, галлюционер, психиатр, еще кто-то. Это эксгибиционизм натуральный, когда люди рассказывают, что они поели, съездили, с кем съездили. Поэтому сложно понять.

    С.ДОРЕНКО: Когда это массовое явление, мы с вами вынуждены признать, что это потребность человека.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Массово ходят в магазин и покупают себе одежду — это же массово.

    С.ДОРЕНКО: Да. Значит, это потребность человеческая.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Как обезьяны наряжаются…

    С.ДОРЕНКО: Мы уже с вами говорили о том, что сообщество людей, кроманьонцев, которые, выйдя из Африки, атаковали мир или сапиенсы — сообщество состояло из 100-200 особей. Вот и есть абсолютная потребность двумстам особям рассказать, что ты купил, что ты поел.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Павиан распускает хвост, птица огромная. Зачем? Им же жизненной нет необходимости.

    С.ДОРЕНКО: Но когда вы смотрите на это свысока, вы признаете, что это так. Правильно? А то, что журналистка испугалась, что ей выдали 800 страниц про нее, за четыре года 800 страниц про нее накопили информации. Это страшно?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Если сжать это всё — это в полстраницы уместится. Просто очень размазанная каша.

    С.ДОРЕНКО: Но страшно, что про вас тоже всё держится?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Про всех, я думаю, сейчас в интернете можно найти.

    С.ДОРЕНКО: А вот вас вызовет товарищ-майор, а может товарищ-полковник, и вы рассмеетесь ему в лицо. Но вас вызовет товарищ-майор, и он сверстает ваши события. Например, на вас есть 50 тысяч страниц, а он сверстает так, что выйдет нехорошо.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я буквально два дня назад читал, что Сбербанк не будет выдавать кредиты тем, кто «лайкает» «Владимирский централ». Это уже очень широко распространено. Все эйчары смотрят, что люди пишут в соцсетях, прежде чем брать на работу. Никому не нужны психи, которые будут что-то фотографировать, куда-то выкладывать, про кого-то что-то писать.

    С.ДОРЕНКО: Это правда. Но если человек это сделал по ошибке. Я все-таки за то, что мы иногда что-то пробуем, но нам это не нравится, но всё равно эта отметка уже прошла. Как бы есть негативное поведение, и с нашей точки зрения тоже, но мы один разочек попробовали.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Попробовать украсть, попробовать убить.

    С.ДОРЕНКО: Нет. Я, например, не крал никогда. Но у меня были моменты агрессивности, не убить, но по крайней мере угрожать. Какие-то моменты были, которые я считаю ошибочными, но если их разверстать все через запятую, то выйдет совершенно чудовищная картина.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Просто сейчас получилось, что всё это записывается, и не года.

    С.ДОРЕНКО: Но это плохо ведь, а?

    Д.КНОРРЕ: И раньше это было. Просто сейчас интернет и это автоматически записывается, а раньше доносчики были. 

    С.ДОРЕНКО: Но все равно информация была рыхлая, терялись бумажки. Я читал прекрасные воспоминания человека, которого при Сталине приговорили, и куда-то бумажка потерялась, он уехал — избежал. Была тотальность, но она не была механически обеспеченная тотальность. Она как бы была все равно людски обеспечена, бумажно обеспечена, а значит, бумажка могла быть уронена куда-то, случайно абсолютно, и какой-то человек избежал. А сейчас нет. Сейчас уже роботы за нами следят. Ты же делал ошибки? Я не знаю, ты делала или нет.

    Д.КНОРРЕ: Конечно, естественно.

    С.ДОРЕНКО: Я делал ошибки. Вернее, я делал поступки, которые я не хотел бы повторить. Я делал поступки, которые стыдные и которые я хотел повторить, а сейчас не хочу. Вот я хотел повторить однажды, почуяв запах, но сейчас не хочу. И я думаю, что сама интенция, когда я почувствовал запах и захотел, она предосудительная или нет. Другое дело, что проблема в том, что всё сам про себя рассказываю.

    Д.КНОРРЕ: Вот!

    С.ДОРЕНКО: Давай поговорим с людьми. Это плохо, что всё про нас все знают. Плохо. Потому что тогда робот должен получить какой-то алгоритм забывания.

    Д.КНОРРЕ: Или какой-то shift+delete должен быть, которым можно всё стереть. 

    С.ДОРЕНКО: Не всё. Просто робот должен понимать, если ты сделал это менее 20 раз, то это, вероятно, не тенденция, а просто.

    Д.КНОРРЕ: Какая-то статистика, анализ должен быть.

    С.ДОРЕНКО: Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Я бы хотел еще один открыть аспект этой, с моей точки зрения, проблемы — как соцсети. Скажу сразу, я нигде не зарегистрирован, потому что мое изначальное образование и первая работа запрещали это делать. В данный момент работаю в своей компании, и достаточно давно уже это сложилось — системные администраторы у нас заблокировали доступы к соцсетям. Если ты хочешь с мобильного телефона выйти на соцсети, тоже у человека не получается это сделать. Мы это сделали для того, чтобы люди работали.

    С.ДОРЕНКО: А если он уйдет в свою LTE сеть, то сможет.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Пожалуйста. Но тогда будут вопросы, а чем ты занимаешься в рабочее время? Я к тому, что эти соцсети у нас отнимают наши ценные минуты, часы, а может быть даже и годы, если пересчитывать на то время, когда появились соцсети. Отнимают просто время. И дело не в том, что ты на работе этим занимаешься, ты, в принципе, постоянно этим занимаешься.

    Заходя в какой-то ресторан, особенно вечером, очень странно наблюдать за молодой парой. По идее, они пришли даже не чтобы поесть, а чтобы пообщаться. Первый вопрос: есть ли у вас Wi-Fi? И вместо того, чтобы сидеть общаться и коннектиться друг с другом, они сидят в своих телефонах и гаджетах. Это смешно и не понятно.

    С.ДОРЕНКО: Я думал об этом.

    Д.КНОРРЕ: Я тоже думала.

    С.ДОРЕНКО: Даша, давай твои рассуждения. Побудьте с нами, мы подумаем вместе.

    Д.КНОРРЕ: Это лучше, чем просто сидеть и молчать, и находить какие-то неловкие темы для разговора, например, если эта пара только познакомилась. Или если это пара, которая живет много лет, у них в любом случае нет тем для разговора. Это нормально, это естественно.

    С.ДОРЕНКО: Я напомню вам Винни-Пуха. Он персонаж, безусловно, написанный человеком. Винни-Пух однажды говорит, что настоящий друг — это тот, с кем ты можешь to do anything (делать ничего). То есть настоящий друг — это тот, с кем хорошо делать ничего.

    Д.КНОРРЕ: С кем хорошо помолчать, и вы на одной волне при этом.

    С.ДОРЕНКО: У вас есть подруга, с которой просто побыть. Может быть, она полежит у вас на плече, вообще молча. Это может вдруг затянуться на полчаса. На самом деле, для современного человека молодого смотреть в телефон — это тоже некая разновидность такого столбняка.

    Д.КНОРРЕ: Это отключиться немножко на время, отдохнуть.

    С.ДОРЕНКО: Ведь они смотрят в телефон, не интенсивничают в телефоне, они как бы просто пялятся и просто отключаются, как если бы это был прибой моря. Понимает. И вот они рядом, они точно знают, что они рядом, им спокойно от этого, и они оба в столбняке смартфона. Это неплохо, я думаю.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Но мы перестали визави, тет-а-тет. Мы общаемся друг с другом через какие-то… Общение со своими друзьями, которые находятся достаточно далеко, я приветствую — спасибо этим соцсетям за это. Но есть SMS-сообщения, WhatsApp, Viber, ты можешь реально пообщаться, видеть человека, а не то, что ты ему написал «привет», а он тебе через три дня ответил «привет». А тема ушла, у тебя уже другое настроение, другое желание, и ты уже забыл, зачем ты ему писал.

    С.ДОРЕНКО: Сколько вам лет?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Тридцать пять. 

    С.ДОРЕНКО: Вы очень молодой человек, энергичный, и вы воспитаны как раз в эпоху интернета, но вам это не совсем нравится.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Абсолютно не нравится. Это наверно мое первое образование.

    С.ДОРЕНКО: Первое образование, как я понял, связано с секретными службами. Я хотел ответить нашему слушателю, но как бы без него. Два аспекта. Первое, молодые люди приходят как будто на свидание, и они, собственно, не общаются. Я должен сказать, они, как пингвины, вместе, они чувствуют тело друг друга, как если бы они валялись на кровати. Так бывает.

    Д.КНОРРЕ: И смотрели телевизор.

    С.ДОРЕНКО: Так бывает: ты сначала общаешься, общаешься, общаешься, потом всё ближе и ближе общаешься, а потом хочется просто поваляться рядом. То есть ты ее чувствуешь, эту женщину, просто ты знаешь, что она рядом, но трындеть не хочется, и ей не хочется трындеть, и ей хочется валяться. Просто валяться, просто расслабиться. И смотрение в телефон — это не интенсивное занятие, это не занятие, на которое ты тратишь силы.

    Д.КНОРРЕ: Это как почитать книжку.

    С.ДОРЕНКО: Даже еще меньше, чем почитать книжку. Это как полистать журнал.

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Глаза почти в расфокусе.

    Д.КНОРРЕ: Как переключать пультом каналы телевизора в 90-е.

    С.ДОРЕНКО: В 90-е бродили по каналам, сейчас бродят по смартфону, а в 80-е листали журнал. Это способ расслабиться просто. Не надо думать, что люди дураки. Люди просто ищут способ расслабиться.

    Теперь дальше, можно ли это допускать на работе? Я охотно это допускаю на работе.

    Д.КНОРРЕ: У нас связана работа с этим, извините.

    С.ДОРЕНКО: Нет, нет. Если люди даже хотят во время работы заняться чем-то еще в компьютере, я это охотно допускаю. Я не пропагандирую это в коллективе — что, ребята, давайте все займемся личным.

    Д.КНОРРЕ: Но мы намотали на ус сейчас.

    С.ДОРЕНКО: Но я это охотно допускаю. Знаешь, почему? Потому что я читал и слушал Савельева блистательного, который к нам ходит на радио, Савельев — антрополог известный, он много говорит о мозге. И я сам так живу — я знаю, что я способен на самосожжение на работе, но потом я начинаю заговариваться, я просто знаю себя. Поэтому я не хочу, чтобы люди начали заговариваться, чтобы люди сошли с ума. Я хочу, чтобы люди расслаблялись даже во время работы. Были эпизоды в моей жизни, все они связаны с молодостью, дальше я уже себя берег. Все они связаны с молодостью, например, с постоянным синхронным переводом. Ты уже до автоматизма это доводишь. Ты превращаешь последовательный перевод в синхронный постепенно уже на автоматизме, когда твой профессионализм крепчает. Ты, в общем, должен последовательно переводить переговоры: фраза сказана — перевел, фраза сказана — перевел. И ты в какой-то момент чувствуешь, что ты начинаешь переводить синхронно: человек говорит — и ты переводишь, переводишь, переводишь. Входишь в некое состояние, это некое состояние.

    Д.КНОРРЕ: Это вне моего понимания.

    С.ДОРЕНКО: Я входил в эти состояния. Ты понимаешь в какой-то момент, что это продолжается, продолжается, продолжается, а потом, когда все отдыхают за столом, ты продолжаешь переводить синхронно всем всех, и ты продолжаешь, продолжаешь. Ты делаешь это три дня, например, и спишь по 4,5 часа, и много куришь (я тогда курил). И ты потом встаешь и не можешь говорить. То есть мозг говорит тебе «Серёжа, а я тебя выключу, всё», и ты просто понимаешь, что ты не можешь говорить. Тебе говорят «переведи, пожалуйста», а ты переводить перестаешь, мозг больше не хочет работать. Поэтому на работе я за то, чтобы люди…

    Д.КНОРРЕ: Переключались.

    С.ДОРЕНКО: Да.

    Д.КНОРРЕ: Не завидуйте нам!

    С.ДОРЕНКО: Спринтерский забег, чтобы не сойти с ума — расслабуха; спринтерский забег — расслабуха. Нужно пойти на кухню, обменяться ничего не значащими репликами, нужно отключить мозг, нужно посмотреть Facebook свой личный, нужно выключиться на пять минут, нужно посмотреть Facebook подружки и Instagram подружки — чтобы потом снова побежать.

    Всё это время я беседую с предыдущим слушателем. Он говорит «у нас на работе мы запрещаем — чтобы они работали». Я вам скажу, как они будут себя беречь, уважаемый слушатель. Они все равно до ступора, до отключки мозга работать не станут. Они станут работать в полнакала, в треть накала, в четверть накала. Они все равно будут некоторое время тупить, чтобы отдохнуть. Понимаете, тупить, чтобы отдохнуть. Когда спать не дают, люди начинают спать на ходу.

    Д.КНОРРЕ: С открытыми глазами, это ужасно.

    С.ДОРЕНКО: С открытыми, с полуоткрытыми, с полузакрытыми глазами. Я видел людей, которые спали на ходу. Когда меня прибрали в ГРУ (Главное разведывательное управление), я видел, как люди спали два раза по два часа в сутки. В ГРУ сидели в наушниках, и спать давали два по два часа. Я видел людей, которые шли в строю: рота заворачивала, а этот продолжал идти и уходил в кювет. Почему? Потому что он два по два спал, а потом начинал превращаться в сломанного робота.

    Д.КНОРРЕ: В зомби.

    С.ДОРЕНКО: Он сломанный робот, он шел в кювет и падал, потому что он спал. Поэтому не заставляйте людей всё время работать с полной самоотдачей.

    Д.КНОРРЕ: А если учитывать то, что мы сейчас живем в век дикого информационного потока, с которым мы не справляемся, то отключаться нужно гораздо чаще.

    С.ДОРЕНКО: Не заставляйте людей работать с полной самоотдачей, если только вы не хотите застрелить их через три дня. Если вы хотите через три дня ровно поставить их к стенке и застрелить, и поставить новых, то да, тогда дожимайте. Ровно на три дня их и хватит. Сон два часа в сутки и так далее. Ну, люди истощаются.

    Максим очень хорошо знает. Максим, здравствуйте. Нам звонит Максим Сураев, космонавт и депутат, которым мы очень гордимся.

    Д.КНОРРЕ: Здравствуйте.

    М.СУРАЕВ: Доброе утро.

    С.ДОРЕНКО: Там же важен режим, вы же прожили много-много месяцев на космической станции.

    М.СУРАЕВ: Абсолютно я с вами согласен и вы абсолютно правильно всё говорите. Просто в подтверждение ваших слов хотел бы сказать про тот эксперимент, который проводится у нас, в центре подготовки, над всеми космонавтами. Есть так называемая сурдокамера — это полностью ограниченное помещение, без всякой связи с внешним миром. Ты там находишься три или четыре дня. Одна из задачек — двое с половиной суток ты не спишь. У тебя есть всё, даже пищу подают через шлюзовой отсек, чтобы полностью устранить контакт с внешним миром. И на фоне этого ты проходишь все компьютерные тесты, как у тебя соображает мозг.

    Я первый раз в своей жизни попал в такую ситуацию, когда ты ходишь от стенки к стенке, и пока ты идешь, у тебя мозг вырубается, выключается. Это нормально, это защитная реакция организма. Человек с этим ничего поделать не может.

    Поэтому если ты хочешь, чтобы человек работал эффективно, как вы правильно говорите,  надо периодически давать немножко отдохнуть.

    С.ДОРЕНКО: Как бы чуть-чуть потупить. Потому что он хочет сохранить мозг.

    М.СУРАЕВ: Я знаю многих людей, которые действительно очень много добились и которые «моторчики», которые постоянно бегут, но многие из них в обеденный перерыв на 10-15 минут просто ложатся и выключаются.

    Д.КНОРРЕ: Это моя мечта — научиться так.

    С.ДОРЕНКО: Я делаю так, когда иду пешком — я понимаю точно, что у меня в голове нет вообще ни одной мысли, просто какое-то ууууу. Это некий способ отдохнуть, и это нормально. Спасибо большое вам Максим.

    М.СУРАЕВ: Удачи вам.

    Д.КНОРРЕ: Спасибо. Двое с половиной суток не спать — это жесть!

    С.ДОРЕНКО: Тем не менее неотвеченным остался вопрос, что делать с информацией, которую на нас собирают?

    Д.КНОРРЕ: Изменить свое отношение к этому, ничего тут не поделать. Как вы на летучке мне говорили: просто улыбнуться и сказать «а что такого, да, я такая».

    С.ДОРЕНКО: Дело в том, Даша, что при предвзятой верстке твоих событий… У тебя есть события, например сто тысяч событий, которые хранит о тебе интернет. Из них есть три, о которых тебе неудобно вспоминать. А, может быть, удобно, но ты для себя улыбаешься. Но когда ты увидишь их через запятую, ты скажешь «опаньки».

    Д.КНОРРЕ: Так эта информация не только в интернете хранится. Вот, пожалуйста, записи на радио, можно сверстать какие-то вырезки из наших эфиров, где я буду…

    С.ДОРЕНКО: Но существуют люди, у которых мозг оперативника. А если ты общалась с оперативниками… Худший из них, я сейчас абсолютно не шучу, был Саша Литвиненко, погибший, впоследствии отравленный полонием.

    Д.КНОРРЕ: А вы с ним общались?

    С.ДОРЕНКО: Я очень много общался с Сашей. И я хочу сказать, что Саша был худшим примером оперативника когда-либо мною виденным.  

    Д.КНОРРЕ: «Худшим» в каком смысле?

    С.ДОРЕНКО: Потому что он был полностью.., мне не хочется говорить языком диагнозов, но если бы я мог, я бы сказал, что он был больной на всю голову. Я уже знал, что если я встречаю Сашу, надо вытаращить глаза и закричать Саше навстречу «я полчаса назад должен был быть в “Останкино”» и бежать, потому что он хватал за рукав, он хватал за руку. И дальше он говорил «про этого знаешь, что он преступник» и дальше начинал излагать, почему. Например, он бы сказал: «Серёжа, ты знаешь, что Даша преступница? Она то-то и то-то. А это намекает на это, а это сопрягается с таким-то уголовным делом, где в схожей ситуации было вот это. Безусловно, она убийца, наркоманка, торговка оружием».

    Д.КНОРРЕ: Детьми.

    С.ДОРЕНКО: Оружием, детьми, пожиратель, каннибал и всё на свете. Если бы я послушал Сашу Литвиненко (я сейчас не шучу) про Дашу Кнорре, я бы точно знал, что нет ни одного на земле греха, который не совершила Даша Кнорре. Правду говорю!

    Д.КНОРРЕ: И ему не нужен был для этого интернет. Если человеку надо сделать на меня какой-то компромат…

    С.ДОРЕНКО: Нет, ничего не надо было.

    Д.КНОРРЕ: В том-то и дело. А интернет сейчас просто делает это дело проще.

    С.ДОРЕНКО: Он ловил меня за пуговицу в коридоре, у него всегда была попытка обратить на себя внимание тем, что он говорил: а ты знаешь, что такой-то генерал (очень известный генерал) жопник. А говорю: а почему? И дальше он начинал быстро, за 2,5 часа, рассказывать свою версию. Это со мной случилось всего один раз. Следующий раз я уже сказал: Саша, извини, я побежал. Он был больной на голову! И все оперативники больны на голову! Все оперативные работники больные на голову, представь себе, что они о нас думают!

    НОВОСТИ

    С.ДОРЕНКО: Джон Сноу женится на одичалой, вы знаете, да, Игритт.

    Д.КНОРРЕ: Мы уже почти поверили в то, что он с ней расстался и начал встречаться с Эмилией Кларк.

    С.ДОРЕНКО: А Кларк, говорят, в жизни хохотушка, на всех высмеивает. А Джон Сноу такой плакса с виду.

    Д.КНОРРЕ: И по Instagram видно, что он плакса, по жизни он плакса.

    С.ДОРЕНКО: Он такой весь трагический плакса, и он такой весь принц плакса. А Дейнерис по жизни хохотушка, она всё время хохочет. В ней 150 сантиметров росту, она совсем крошечная, и всё время хохочет заливисто. Это ужас какой-то. А ему конечно хочется, чтобы вокруг была какая-то траурная музыка, чтобы всё было по-другому.

    Наконец, все-таки одичалая Игритт соответствует его взглядам. Появилось в газете The Times, где было написано: «Мистер К.К.Харингтон и мисс Р.Е.Лесли. Объявлена помолвка между Китом, младшим сыном Дэвида и Деборы Харинтон из Вустершира, и Роуз, средней дочерью Себастиана и Кэнди Лесли из Абердиншира».

    Совпали имена. Соответственно, люди провентилировали в окружении Джона Сноу и, оказалось, что это правда — он женится на одичалой Игритт.

    Д.КНОРРЕ: «Ничего ты не знаешь, Джон Сноу» которая.

    С.ДОРЕНКО: Да. Это хорошо же все-таки?

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Она симпотная девка-то. Она такая рыжая отчаянная.

    Д.КНОРРЕ: Немножко агрессивная, но это, может быть, только по сериалу. Но она хороша вжилась в роль.

    С.ДОРЕНКО: Она оттеняет его мрачную волшебность.

    Д.КНОРРЕ: Он тупит, а она не тупит.

    С.ДОРЕНКО: Хорошая пара. Она будет, как хохлушка, которая нашла себе еврея-скрипача. Он будет ходить тихий, весь печальный, а она будет ему мучить, терзать.

    Д.КНОРРЕ: Подзатыльники.

    С.ДОРЕНКО: Конечно, подзатыльниками развивать и так далее. Я хотел еще забавный случай, где дама выходит замуж сама за себя. Жительница Италии вышла замуж сама за себя. Она устроила праздничную церемонию с гостями, с подружками невесты, с родственниками. Когда она поняла, что не хочет больше соединять себя ни с каким мужчиной, ни с какой женщиной, она женилась сама на себе. Ей 40 лет. Ну, в сорок уже можно.

    Д.КНОРРЕ: Я думала, у нее раздвоение личности.

    С.ДОРЕНКО: Нет. Ей сорок лет, она декларировала, что женится сама на себе. Был стол, были гости, были торты, ее фигурка на торте.

    Д.КНОРРЕ: Последняя стадия отчаяния.

    С.ДОРЕНКО: (Смеется) Это декларация какая-то, мне кажется. Это, конечно, обращено к нему.

    Д.КНОРРЕ: Конечно!

    С.ДОРЕНКО: Всё это было сделано для него, чтобы он знал! И пусть он узнает!

    Д.КНОРРЕ: Что теперь я не одна.

    С.ДОРЕНКО: Я теперь не одна, я женилась сама на себе.

    И меня есть всякие диковинные сообщения: в Хельсинки у здания парламента пороли друг друга ножами, резали друг друга ножами двое мужчин. Им 19 и 22 года, они приехали из России. Они говорят, что их Финляндия отказалась приютить из-за гомосексуализма, и их пытаются выслать в Россию. И они пытались в Хельсинки зарезать друг друга, ножами резали друг другу животы, а потом показывали шрамы, потом показывали швы, все эти раны были зашиты.

    Д.КНОРРЕ: Они же сами себя и залатали.

    С.ДОРЕНКО: Нет, залатали, насколько я понимаю, медицинские работники.

    Д.КНОРРЕ: В Финляндии именно из-за того, что они геи, не принимают или по другим причинам?

    С.ДОРЕНКО: Именно потому что они геи их не принимают. Им 19 и 22 года.

    Д.КНОРРЕ: Как же так?! Европа же!

    С.ДОРЕНКО: Прекрасные, перспективные молодые геи. Почему их не принимают, не знаю.

    Д.КНОРРЕ: Это странно.

    С.ДОРЕНКО: Может быть, неправильная страна, не вовремя. Им надо было быть геями-чеченцами, а она оказались…

    Д.КНОРРЕ: Просто русскими.

    С.ДОРЕНКО: Русскими геями, и сразу все такие «упс», это уже вторая категория.

    Раз я заговорил о Чечне, очень духоподъемно то, что Кадыров потребовал увеличить размер дотации Чечне. Вы знаете, что Чечня получает дотации. Из-за того, что у него очень высокая деторождаемость. Это должно вызвать у нас у всех восхищение и желание скинуться. 

    Д.КНОРРЕ: На мальчика или на девочку.

    С.ДОРЕНКО: Глава Чечни Рамзан Кадыров заявил о необходимости увеличения федеральных дотаций региона в связи с высокими темпами рождаемости. Идет высокий рост населения Чечни и высокая рождаемость, поэтому это нужно учитывать при формировании бюджета. То есть бюджет считает, что чеченцев икс, а их существенно больше становится, потому что всё новые и новые чеченцы рождаются. Поэтому нужно и на социальную сферу, и на здравоохранение, и на образование этих новых молодых чеченцев, и на материнский капитал нужно существенно больше денег. Значит, Козак наш… 

    Д.КНОРРЕ: Дмитрий Козак.

    С.ДОРЕНКО: Да, да. Он пришел в восторг, также как подобает любому хорошему гражданину. Козак пришел в восторг и заверил, что будет оказана всесторонняя поддержка и помощь. Он испытал чувство ликования или понимания?

    Д.КНОРРЕ: Или страха?

    С.ДОРЕНКО: О что страха? Наоборот — ликования. Козак мог отнестись к этой новости с пониманием или с ликованием, и здесь кроется существенная разница. А как он отнесся? Сейчас я прочитаю: он с мнением согласился. Не понятно, все-таки с ликованием или с пониманием. Ты сама ликуешь, когда ты думаешь, что чеченцев становится всё больше и больше и нужно скинуться? 

    Д.КНОРРЕ: Да, только денег нет.

    С.ДОРЕНКО: Ну, как нет? На что-то же находится. Крымский мост — Керченский мост.

    Д.КНОРРЕ: На это находится. Значит, приоритеты есть какие-то.

    С.ДОРЕНКО: Конечно. Значит, мост — бог с ним, надо в Чечню.

    Д.КНОРРЕ: Может быть и так.

    С.ДОРЕНКО: Тут все-таки живые люди, а тут железки. Надо же соображать. Мы проводим ядерные испытания. Сегодня День атомной промышленности. Тоже можно это заморозить, а деньги в Чечню.

    Д.КНОРРЕ: У других субъектов, которые на дотации живут.

    С.ДОРЕНКО: Всё равно не родят, а деньги берут! Это бесполезные люди абсолютно. Поехали дальше. Это была опасная тема, но мы же с тобой восхитились?

    Д.КНОРРЕ: Конечно!

    С.ДОРЕНКО: Рыбный дождь в Гондурасе; женщина с бородой; младенец о двух головах. Подожди, ты мне сказала, в Мексике был дождь.

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Ребята, вы знаете, как интернет дарит нам действительно глупые, по-настоящему глупые заголовки. Мы по младости на эти идиотские заголовки клевали, а сейчас мы уже не клюем. Правильно? В каком-нибудь 1998 году мы думали, что эти заголовки что-нибудь значат, и половина из них правда значили, а сейчас мы просто игнорим. Если дурацкий, громкий заголовок, то мы не читаем эту ахинею. В Мексике прошел рыбный дождь — прочитали и прочитали. А Даша вчера в пьяном угаре праздновала тридцатилетие. Да?

    Д.КНОРРЕ: Нет, я отложила пока.

    С.ДОРЕНКО: До пятницы?

    Д.КНОРРЕ: До пятницы.

    С.ДОРЕНКО: Нас всё равно не позвала. А, нет, вчера кормила какими-то…

    Д.КНОРРЕ: Пирогами.

    С.ДОРЕНКО: Но мне не досталось.

    Д.КНОРРЕ: Почему вам не досталось? Вы ушли просто.

    С.ДОРЕНКО: Я ушел, потому что у меня было дело, но можно было оставить кусочек пирога.

    Д.КНОРРЕ: Вообще-то.

    С.ДОРЕНКО: Вообще-то никто не оставил, я сегодня шастал по холодильнику.

    Даша прочитала, короче, эту ахинею. Вот что происходит, послушайте меня, как это сопрягается с вами пониманием физики. Тучи над большим массивом воды с низким уровнем окисления (это не ураган, просто тучи) впитывают в себя влагу вместе с небольшими рыбами, водорослями и организмами. Затем выпадают на землю вместе с рыбами. Что-нибудь поняли?

    Д.КНОРРЕ: Мне это напомнило первый сезон «Фарго», когда рыба падает с небес на автомобиль, когда они едут по трассе.

    С.ДОРЕНКО: А когда у Кустурицы палтус летает — тоже неплохо было. Оказывается, это распространенное в Латинской Америке явление, чтобы вы понимали. Рыбный дождь регулярен для населения одного из департаментов Гондураса. Каждый год между маем и июлем в небе возникает темное облако, затем сверкает молния, гремит гром, дует сильный ветер, два-три часа льет сильнейший дождь. После его завершения на земле остаются сотни живых рыб. Сотни! Которые люди собирают и идут домой готовить: жарить…

    Д.КНОРРЕ: Мариновать.

    С.ДОРЕНКО: Объяснение данного явления заключается в том, что смерчи и сильные ветры поднимают в воздух рыбу. Что за ерунда? Атлантический океан — источник рыбы. В двухстах километрах от берега выпадает рыба.

    Д.КНОРРЕ: 200 километров!

    С.ДОРЕНКО: Москва от воды — 700 километров. Балтийская лужа не считается.

    Д.КНОРРЕ: Корюшку мог бы какой-нибудь ураган принести сюда.

    С.ДОРЕНКО: Это объяснение неправдоподобно, поскольку требует маловероятного совпадения водных смерчей. Альтернативное объяснение гласит, что рыба речная и что сильный дождь переполняет и вымывает рыбу… Это не важно.

    Д.КНОРРЕ: Какая-то чепуха.

    С.ДОРЕНКО: Короче, чепуха. Но сейчас действительно множество рыбы выпало из-за того, что ее всасывают тучи. Мы этого не понимаем. Ребята, давайте попробуем об этом не думать, потому что становится страшно.

    А вот еще ВЦИОМ. ВЦИОМ выяснил — главное, что все врут. А нет, наоборот! У меня две статьи сегодня есть. ВЦИОМ выяснил главные страхи россиян. И тотчас я тебе даю статью. Оказывается, россияне опасаются международных конфликтов и есть страх роста цен. Всё остальное их устраивает.

    Д.КНОРРЕ: А всё остальное приложится.

    С.ДОРЕНКО: Они уже привыкли ко всему остальному. Но у меня еще есть другая статья. Сегодняшняя публикация Александра Латкина, литератора, в «Газете.RU». Он говорит, что люди научились давать социально-приемлемые ответы на опросы. Скажи, ты врёшь? Доводилось ли тебе, Даша, лгать интервьюеру?

    Д.КНОРРЕ: Я, как дурочка, постоянно честно говорю, что я журналист, и они говорят «ой, извините, пожалуйста, журналистов мы не опрашиваем». Особенно по телефону когда звонят «вы сейчас сморите телевизор?» А я готова отвечать, думаю, пополню статистику.

    С.ДОРЕНКО: Со мной один раз такое случилось, причем позвонили на мобильный, спросили: вы слушаете радио? Я сказал: да. — Кем вы работаете? — Я журналист. Они говорят: спасибо. Нет! Еще один раз я обломался! Они сказали: нам нужно референтная группа 35-45, сколько вам лет? Я вместо того, чтобы честно сказать «сорок три», я сказал другой возраст. Они говорят: до свидания. Я так два раза обломался. — Какое вы слушаете радио? Нам нужна референтная группа: мужчины до 45. Надо было честно сказать: сорок три. Мне не хватило честности, и я сказал другой возраст. 

    Д.КНОРРЕ: Какой вы сказали?

    С.ДОРЕНКО: Не помню, сорок шесть.

    Д.КНОРРЕ: Чтобы не отвечать?

    С.ДОРЕНКО: Я хотел отвечать, но хотел быть исключением. Мне так нравится быть исключением. Они говорят: нет, до свидания.

    Д.КНОРРЕ: Поэтому я не участвую в опросах. Но, вообще, для меня было очевидным, что люди врут, особенно если опрос касается каких-то пикантных тем. Был недавно опрос ВЦИОМа: когда подростки начинают половую жизнь? Какие подростки будут честно отвечать на этот вопрос?!

    С.ДОРЕНКО: Скажи, они преуменьшают свою половую жизнь?

    Д.КНОРРЕ: Кто-то преуменьшает, а кто-то преувеличивает. Тот, кто боится, что его вскроют, доложат родителям, донесут в школу, в медкарту — они преуменьшают.

    С.ДОРЕНКО: Но мальчики преувеличиваются.

    Д.КНОРРЕ: Мальчики преувеличивают, особенно если подруга рядом.

    С.ДОРЕНКО: В 18 лет я говорил, что у меня было десять партнерш. Я имел в виду даже тех, с кем я когда-то танцевал в школе. Она же половая партнерша, правильно, мы же танцевали именно в этом смысле.

    Д.КНОРРЕ: Сальсу, реггетон?

    С.ДОРЕНКО: Нет, что-то медленное. Мальчики преувеличивают, конечно; девочки преуменьшают. А на самом деле потом выясняется, что…

    Д.КНОРРЕ: Всё наоборот.

    С.ДОРЕНКО: Вот именно. Кнорре подытожила. Мы врём, а нами управляют через соцопросы. Проблема, товарищи, в том, что сегодняшняя Россия управляется через наукократию. Я об этом говорил многократно и повторяю. Постоянно проводятся опросы по любому вопросу. Мэрия проводит непрерывные опросы, правительство проводит непрерывные опросы и, наконец, Кремль, как мне представляется, проводит непрерывные опросы. Часть из них публикуется.

    Вы слышите здесь ВЦИОМ, ФОМ и «Леваду» — из самых маститых, уважаемых. Хотя еще есть, SuperJob, еще службой опросов занимается ФСО, еще кто, еще кто. Это всё многослойно. У каждого уважающего себя князя есть служба соцопросов, с которой только он работает, которая точно не врет. Но врут граждане, вот в чем дело! Вы врёте в соцопросах! Поэтому вами управляют на основе тайных соцопросов, в которых вы врёте.

    Как вы хотите, чтобы вами управляли?! Объясните, пожалуйста. 73-73-948. Вы лжёте в соцопросах? Вы участвуете в соцопросах? Как часто вам доводится лгать? Вы понимаете, что всеми нами, каждым из нас управляют князья, которые основывают свое правление сегодня на наукократии. Нами правит наука, а вы лжёте! Таким образом, вся эта наука идет к чёрту.

    Здесь автор Александр Латкин приводит целый ряд примеров. Он говорит, ненависть к Москве: по одним опросам — 19%; по другим опросам — 77%.

    Д.КНОРРЕ: Так у каждого человека это зависит от настроения. Сегодня ты постоял в пробке — ненавижу Москву!

    С.ДОРЕНКО: Люди говорят, что хотят. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро, Сергей Леонидович. Вы знаете, на самом деле в 1996 году, когда намечались выборы в президенты, тогда была фальсификация Ельцина, уже тогда было обнаружено, что в социологических опросах люди, которые хотели голосовать за Жириновского, в обществе был дух стыдности, если ты за него будешь голосовать и озвучишь свое мнение…

    С.ДОРЕНКО: Скажешь, заявишь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это было отмечено, на самом деле.

    С.ДОРЕНКО: Вот еще: существует «гаражная экономика». По оценке Росстата, в темной экономике, нелегальной трудятся 15,4 млн человек. Однако есть данные РАНХиГС, что 30 млн человек трудятся в темной экономике. Люди говорят «от балды», просто врут!

    Д.КНОРРЕ: Надо на детекторе лжи проводить опросы.

    С.ДОРЕНКО: Данные 15 и 30! Как вами можно управлять, если вы врете все время?! Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Соцопросом являются радийные FM-диапазоны. «ГБ» слушает несколько десятков радиостанций, которые точно отображают мнение всего населения, и делают выводы.

    С.ДОРЕНКО: Несколько десяткой не надо слушать. Если мы с вами, Юрий Николаевич, хотели бы помочь «ГБ», сколько станций надо слушать?

    Д.КНОРРЕ: Юрий Николаевич слушатель только радиостанцию «Говорит Москва».

    С.ДОРЕНКО: Нет, они такие…

    Д.КНОРРЕ: Переключаются?

    С.ДОРЕНКО: Конечно. Юрий Николаевич наш человек.

    Д.КНОРРЕ: Мне кажется, у Юрия Николаевича приемник с колесиком, один раз настроил и всё.

    С.ДОРЕНКО: Он вбил гвоздик туда, шурупчик. 

    Д.КНОРРЕ: Потому что потом не вернешь волну.

    С.ДОРЕНКО: Теневой рынок: 30 млн или 15 млн. Это же две разные страны! Ненавидят Москву 19% по одним опросам, 77% — по другим. Сколько уехало из страны — с этим тоже огромные проблемы. По консульскому учету говорят, что из страны уехало иск миллионов, 4 млн. А еще на консульский учет не встает никто, и в результате ухало 30 млн. Просто я тебе говорю «от балды». Как верить этим людям, если они постоянно во всем врут?! Как можно управлять ими?! 73-73-948. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Нужно слушать радиостанций шесть-семь.

    С.ДОРЕНКО: Я так не думаю.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Две финансовые, вы, «Эхо» обязательно, потому что нужно понимать альтернативное мнение.

    С.ДОРЕНКО: А что вам дают финансовые? Вы можете посмотреть спокойно в интернете на нескольких сайтах, вот вам будут все финансы моментально.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А откуда вы уверены, что они объективную информацию выкладывают?

    С.ДОРЕНКО: Как вас зовут?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Валерий.

    С.ДОРЕНКО: Валерий, когда вы слушаете, вы слушаете линейно. Условно говоря, вы не знаете, что будет через минуту. А когда вы читаете — вы читаете по диагонали.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: В течение дня слушаю несколько радиостанций, и я приблизительно понимаю, где правда.

    С.ДОРЕНКО: Вам доводилось лгать соцопросам?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, участвовал, на улице несколько раз ко мне подходили. Я стараюсь искренне отвечать.

    С.ДОРЕНКО: Искреннее или социально приемлемо?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, искренне. «Социально приемлемо» это всё относительно.

    С.ДОРЕНКО: Спасибо. Люди отвечают эпатажно, социально приемлемо, искренне. На самом деле больше параметров. Эпатажно — я только что ел младенцев; социально приемлемо — ах, как это плохо. Они угадывают в глазах и в интонации собеседника. Интервьюер спрашивает: едите ли вы младенцев? — Боже, как это ужасно, это неприемлемо (социально приемлемый ответ). А какой еще ответ?

    Д.КНОРРЕ: Искренний.

    С.ДОРЕНКО: Задумывают об этом, но решаюсь, но однажды мне бы хотелось… Как-то так. Эти люди врут. 73-73-948. Здравствуйте. Вам тоже доводилось участвовать в соцопросах?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Да, приходилось участвовать в соцопросах. Мне на мобильный регулярно звонит наша московская социологическая служба при мэрии. Они в основном интересуются по большей части хозяйственными вопросами: насчет благоустройства или чего-нибудь в этом роде. Тут, как правило, отвечаешь искренне.

    С.ДОРЕНКО: Вы отвечаете искренне, но вы создаете некий негативный фон, да?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Как сказать, конечно, приходится создавать негативный фон, потому что ты всегда всем недоволен.

    С.ДОРЕНКО: Я скажу, почему. Потому что когда вами интересуется начальство и притом анонимно, если вы похвалите — вам за это ничего не будет, а если вы поругаете — какой-то будет гвоздь в стуле начальства — это приятно само по себе.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И в любом случае ничего не будет.

    С.ДОРЕНКО: Ну, да. Спасибо большое. Так что в городских соцопросах лучше ругать. Во всяком случае, потому что тебя никто не похвалит, если ты похвалишь. А какой-то гвоздь в стуле начальства, кнопочка какая-то на стуле начальства — все-таки приятно.

    В ДВИЖЕНИИ

    НОВОСТИ

    С.ДОРЕНКО: 10 часов 6 минут. Суд раскрыл детали судимости лидера «Христианского государства» — он убил соседку. Сейчас к доллару перейдем.

    Д.КНОРРЕ: Незамедлительно.

    С.ДОРЕНКО: А потом назад к «Христианскому государству». Товарищи, сначала как нехристи. У нас четверг сегодня, у нас 57,51 было в понедельник, а сейчас 58,51 — на фигуру рубль потерял. 68,68 по евро, 57,51 нефтица, тоже потеряла. Глянь-ка, она билась аки птица об стекло, она билась об 59, старалась-старалась, а сейчас 57,51. Хороший уровень, нормальный. И 1,1741 — доллар подорожал по сравнению с началом недели.

    Мы возвращаемся к лидеру «Христианского государства». Если бы в проклятые 90-е кто-нибудь мне сказал что-нибудь про «Христианское государство» — я бы отмахнулся. Потому что фрики разные…

    Д.КНОРРЕ: А много было фриков в 90-е?

    С.ДОРЕНКО: Да. Но поскольку в 90-е еще была интеллигенция, она существовала, теперь мы воспоминаем об этом как об историческом эпизоде, правда. Интеллигенция массово изошла в 1989-м. Если уж говорить честно, то интеллигенция была в 80-е — это последние были годы, когда интеллигенция всё еще была. В 1989-м она изошла массово, в огромном количестве. А затем интеллигенция в 90-е всё еще была, такая рудиментарная. А интеллигенция в России, как ты знаешь, носит аристократический контекст, подтекст, какой-то намек.

    Д.КНОРРЕ: Желательно, чтобы были аристократические элементы.

    С.ДОРЕНКО: Если интеллигенция в XIX веке в истинно аристократическом обществе была разночинной, то есть образованная интеллигенция старалась походить на образованных дворян, то интеллигенция XX века (с дворянами было покончено наконец-то) имитировала, замещая дворян.

    И, конечно, всякие фрики, какие-нибудь странные преподаватели латыни… Вот у нас был преподаватель латыни — очень странный человек, в таких коротких брючках ходил: «Молодой человек, прошу представить вашу работу». Такой был семидесяти. 

    Д.КНОРРЕ: У нас абсолютно такой же был преподаватель по латыни.

    С.ДОРЕНКО: Может быть это один и то же, может быть ему всё время семьдесят. Такие фрики котировались.

    Д.КНОРРЕ: Конечно.

    С.ДОРЕНКО: Я сейчас рассказываю про 90-е годы. В 90-е годы были фрики, занимавшиеся здоровьем, старец Иванов какой-нибудь.

    Д.КНОРРЕ: «Гербалайф».

    С.ДОРЕНКО: Я помню свой разговор с нынешним президентом Казахстана Назарбаевым. По-моему, он мне рассказывал, что его жена увлекалась и была дружна со старцем Ивановым, они ходили босиком по снегу.

    Д.КНОРРЕ: Очень полезно, кстати говоря.

    С.ДОРЕНКО: Или это кто-то мне рассказывал про Назарбаева. Но старец Иванов подвязался не только у нас в Сибири, но и в Казахстане, в семье президента, он учил их ходить босиком. Это были фрики, которые занимались здоровьем. А фрики, которые занимались христианством, в 90-е не котировались абсолютно никак. Потому что общество всё еще было интеллигентным, и подобное говнище общество не способно было переварить. Общество фыркало, когда слышало о подобных фриках. А современное общество уже спокойно ест говно полной ложкой. Видишь отличие. Все-таки общество меняется.

    Д.КНОРРЕ: Ну, не общество меняется, а в тот момент, когда государство стало официально поддерживать Церковь, Церковь стала набирать силу и параллельно стали возникать фрики, которые чувствуют возможность.

    С.ДОРЕНКО: Пещерцы.

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Эти пещерцы, которые в тамбовских и пензенских пещерах ждут конца света. Ну и один из пещерцев — это Александр Калинин, глава «Христианского государства». По материалам дела: оказывается, в 2002 году господин Калинин, лидер «Христианского государства», узнал, что у его соседки (хорошей приятельницы его матери) есть деньги, и сообщил об этом двум своим знакомым наркоманам. 

    Д.КНОРРЕ: И все сразу представляют себе, что наверно там тысяч пятьсот рублей, миллион.

    С.ДОРЕНКО: У нее есть деньги.

    Д.КНОРРЕ: Водятся деньжата.

    С.ДОРЕНКО: У него были знакомые наркоманы. Сам он наверняка ни в коем случае, но его друзья были наркоманы. Сначала знакомые без него, они решили пренебречь лидером «Христианского государства»…

    Д.КНОРРЕ: Будущим лидером «Христианского государства».

    С.ДОРЕНКО: Они решили сами, по-буддистски. Однажды Гаутама Будда накормил тигрицу. Ты знаешь эту притчу?

    Д.КНОРРЕ: Напомните.

    С.ДОРЕНКО: Он накормил тигрицу, вырезав кусок собственного мяса. Чтобы она не убила что-нибудь живое и не ухудшила карму, поэтому он накормил ее. На нее грех не пал, в сущности. Есть такая притча, она, как вы видите, странная, она смешивает кармическое сознание индуистское с буддистским, что не всегда одно и то же, но именно в этой притче эти вещи смешены. Ну, не важно. Вы знаете, что причудливо смешиваются религиозные всякие взгляды.

    Эти два наркомана, я думаю, чтобы он не портил карму как лидер «Христианского государства», решили взять соседку без него. Они ломились в дверь. Женщина очень испугалась и перестала открывать. Они ломились, пытались выбить дверь. Они отключили ей свет на щитке, чтобы ей было потемнее. Они думали, что когда станет потемнее, ей будет приятнее открыть дверь.

    Д.КНОРРЕ: Чтобы она открыла и включила на щитке.

    С.ДОРЕНКО: Да! Она всё равно никак не открывала, проявляла…

    Д.КНОРРЕ: Выдержку.

    С.ДОРЕНКО: Выдержку, и в то же время она проявляла недоброжелательность к людям. Тогда пришел Калинин, лидер «Христианского государства», и своим голосом сказал: баба Настя, это я, открой мне. Он сын соседки, она открыла, Калинин ворвался туда и двое наркоманов, все втроем ворвались. В то же время включили ей свет — видите, какие плюсы. Ей стало лучше сразу, потому что включили свет. Они забрали у нее 75 тысяч рублей, который всё равно ей были не нужны. Зачем ей 75 тысяч рублей? Ведь она не наркоманка. Зачем ей столько денег? Они ее потом задушили.

    Д.КНОРРЕ: Чтобы не оставлять следов.

    С.ДОРЕНКО: Потому что она потом опознает Калинина, он же все-таки сын соседки. Пришлось задушить. А вот если бы Калинин не пришел, а ребята сами взяли 75 тысяч, можно было бы и оставить ее в живых, правильно.

    Д.КНОРРЕ: В общем, да.

    С.ДОРЕНКО: Они ее задушили и ушли. И тогда Калинина задержали. На сколько лет его задержали — на 8,5 лет. Может, он душил не всеми десятью пальцами, а например только душил безымянными пальцами. Может такое быть? Ему говорят: тогда 8,5. Если бы всеми десятью — ему бы двадцатку влепили. И наверняка она кусалась, то есть причиняла ему физическую и нравственную боль. Она кусалась, пока он ее душил.

    Д.КНОРРЕ: Деликатно.

    С.ДОРЕНКО: Он деликатно душил, говорил: баба Насть, мы тебя сейчас аккуратненько усыпим. 

    Д.КНОРРЕ: Мы тебя не больно зарежем.

    С.ДОРЕНКО: Она его покусывала своей вставной челюстью — хвать, хвать, хвать. Он говорит: это как-то уже не деликатно получается. За это ему скостили срок — 8,5 лет. Я считаю, это прекрасная новость, характеризующая этих новых фриков.

    Новая эпоха — новые фрики. Вы заслужили таких фриков, товарищи. В 90-е такого говна не было. То есть как бы было, но оно не было в поле зрения. А сейчас вы додеградировали уже до таких фриков. Я вас поздравляю, ура.

    И Собчак тоже. Вы додеградировали до Собчак. Сегодня читаю Лилию Шевцову. Ты знаешь, она такая умная тётка. Помнишь ее? Она умная тётка. Есть несколько умных тёток, и Лилия Шевцова одна из умных тёток. Она еще умная была в 90-е, Лилия Шевцова. Но нет, не пропила свой талант, ни мозг, ничего, продолжает творить, прекрасно писать на Newsru.com. Или где она там пишет, я не знаю. А, у себя в Facebook. Я ее не читаю в Facebook, я ее читаю, когда ее кто-нибудь репостнет. Так вот, она рассказывает про Собчак. Скажи, пожалуйста, ты серьезно относишься к этому проекту? И вчера об этом написал, если я не ошибаюсь, Незыгарь, про Собчак.  

    Д.КНОРРЕ: Об этом уже давно пишут.

    С.ДОРЕНКО: Незыгарь сказал, что ее толкают братья Ротенберги, строители Керченского моста и Северного морского пути одновременно.

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Что ее толкают Ротенберги, а в Кремле блок внутренней политики не очень понимает, зачем. Предположим два варианта: Собчак идет, Собчак не идет. Собчак не идет — это сразу она идет в жопу и сразу не интересует. А если едет, тогда что? Дай мне сценарий.

    Д.КНОРРЕ: Там интересно еще, будет ли допущен Навальный, который все-таки собирается.

    С.ДОРЕНКО: Навальный может быть допущен.

    Д.КНОРРЕ: Да. Не понятно, при каких вводных, но, видимо, тоже будут какие-то опросы. Соответственно, если они пойдут вдвоем, это интересно, конечно. Возможно, таким образом пытаются разделить, расколоть…

    С.ДОРЕНКО: Мне кажется, может быть я ошибаюсь, Собчак не отбирает у Навального.

    Д.КНОРРЕ: А я думаю, что отбирает.

    С.ДОРЕНКО: А я думаю, нет. Я думаю, что Собчак — это Жириновский в юбке, это молодой Жириновский в юбке. Собчак может забирать только у Жирика. Собчачка — это Жирик.

    Д.КНОРРЕ: Интересно.

    С.ДОРЕНКО: Это Жирик, что непонятного.

    Д.КНОРРЕ: Непонятно, потому что Собчак все-таки представляет оппозиционное крыло.

    С.ДОРЕНКО: А кто такой Навальный, кстати говоря? Если Собчак — Жирик, я вдруг неожиданно подумал, что Навальный кто? Навального мы видели очень разного. Навальный говорил о расовом превосходстве давно, в начале 2000-х, он участвовал в дискуссиях, где говорил «уберите от меня этих чурок». Он говорил о своем расовом превосходстве.

    Д.КНОРРЕ: Националистические были у него…

    С.ДОРЕНКО: Да. Он из Можайска и поэтому думает, что он настоящий арий, можайский арий. И позже, когда его поддерживали демократы, он гнал 5 декабря 2011 года националистов на ОМОН с криками «что стоите, как бараны», чтобы они через Мясницкую с Чистых прудов шли захватить ФСБ. Он кричал: прорывайтесь через штакетник, что стоите, как бараны! 4 декабря 2011 года были выборы (в воскресенье), а в ночь на 5-е (понедельник) он устроил «что стоите, как бараны». И тогда его бойцы, боевики были именно националисты, там не было демократов. А уже 10-го в субботу на Болотной он… Видишь, Навальный звонит! Я знаю, это Навальный! А уже 10-го он собирает демократов. Только что «что стоите, как бараны» — он говорит националистам, а потом 10-го он собирает демократов. А потом 24-го «Кто здесь власть?» на Сахарова он собирает и демократов, и националистов. Там были и те, и те, да, да, и тоже стояли крыльями. После чего он убывает в Акапулько, потому что у него была путевка в Акапулько. Он убывает в Мексику, в Акапулько, и Южную Калифорнию. Знаешь Южную Калифорнию?

    Д.КНОРРЕ: В смысле, знаю «Южную Калифорнию»?

    С.ДОРЕНКО: Там очень холодная вода и очень жаркая земля. Пустыня подходит напрямую к морю, к воде, и там прекрасные места.

    Д.КНОРРЕ: Великолепный контраст.

    С.ДОРЕНКО: Там великолепный контраст. Не так удобно купаться, как удобно наблюдать трахающихся китов. Туда приходят трахаться киты, в Южной Калифорнии их можно наблюдать. Навальный едет туда, как раз наблюдать трахающихся китов. Ну, правда. Это очень интересно, не очень возбуждает. Я ездил за этим в Доминиканскую Республику. Надо знать жизнь китов. Ты не знаешь, я смотрю.

    Д.КНОРРЕ: Не знаю.

    С.ДОРЕНКО: По глазам вижу, что ты не знаешь.

    Д.КНОРРЕ: В затруднении, не могу поддержать дискуссию. 

    С.ДОРЕНКО: Я просто пытаюсь закруглить эту тему. Я пытаюсь сказать, вы получаете тех фриков по жизни, которых вы заслуживаете. В 90-е годы фрики были — старец Иванов, ходящий босиком, а сейчас убийца, который задушил старуху, глава «Христианского государства». Понятно! До чего вы обыдлили! Вы стали быдлом настоящим, политическим быдлом! Я обращаюсь к политическому быдлу, безусловно! Я знаю, что у нас есть просветленная часть аудитории. Но в основном, простите, я думаю, что вы политическое быдло как бы в массе, в некой обезличенной массе. Я ни к кому конкретно не обращаюсь. Вас, политическое быдло, ведут за ноздри, как поганых быков, на веревочке; продели вам в ноздрю кольцо и ведут вас идиоты-убийцы из «Христианского государства». Понятно, о чем я говорю?! Молодцы! В смысле, что вы дожили до этого. Раньше вам не могли продеть кольцо в нос. Знаете почему? Потому что у вас была интеллигенция. А ее сейчас нет, потому что вы ее обороли. Вы обороли в себе внутреннего интеллигента, вы обороли внешнего интеллигента, вы их всех исторгли, они все в Канаде, в Соединенных Штатах. Вот это людское замещение: у вас сейчас главный интеллигент Ксения Собчак. Я правильно рассуждаю? Это молодой Жириновский в юбке!

    Д.КНОРРЕ: Я так не думаю.

    С.ДОРЕНКО: И у вас сейчас главный борец с коррупцией — Алексей Навальный — человек с теорией расового превосходства, можайских над черными, черножопыми. Понятно?! Можайские выше черножопых — это у вас главный политический лидер. Я правильно рассуждаю?! Может быть я заблуждаюсь?! Понимаешь, до чего обыдлила ситуация, быдлоситуация.  

    Д.КНОРРЕ: Националистические идеи высказывает не только Навальный. Националистические идеи были и у партии «Родина».

    С.ДОРЕНКО: Партия «Родина» брала свои 3%, партия «Родина» была смешной партией, которую возглавлял Рогозин, который очень смешным образом голодал в Думе. Вы что, не помните, как Рогозин голодал в Думе в трениках от Adidas. Он всё время бегал по Думе в трениках и кричал, что он голодает. Надо честно признаться, что первые два года голодания по его телу не видны были. Он может быть и голодает, он об этом рассказывает и дышит ацетоном. Знаешь, когда голодают люди, у них запах ацетона изо рта. Он дышит ацетоном, но корпус остается таким же огромным. На самом деле, он не голодает нифига.    

    Д.КНОРРЕ: Сбросить просто очень сложно, Сергей.

    С.ДОРЕНКО: Сегодня или завтра Навальный устроит очередные аресты собственных сторонников в Нижнем Новгороде. Фенька в том, что ему дали Санкт-Петербург. Я просто рассказываю, Навальный попросил Санкт-Петербург, ему дали Санкт-Петербург. 

    Д.КНОРРЕ: Это очень интересно. Это любопытно не с точки зрения, что он попросил Санкт-Петербург, а что ему дали Санкт-Петербург.

    С.ДОРЕНКО: Ему дали Санкт-Петербург, вот и всё. Он на 29-е число (на завтра) попросил три города — Челябинск, Курск и Санкт-Петербург. Власть дала ему какие из этих трех городов, угадайте? Отвечаю: власть дала ему Челябинск, Курск и Санкт-Петербург — все три. Он попросил три города, на всякий случай. Говорит: я хочу три города, в один из этих трех я поеду. Вот мне впендюрится в Санкт-Петербург, а там меня ждут. Власть ему говорит: три города на, Санкт-Петербург — на, Курск — на, на — Челябинск. Ты же наш мальчик, на тебе три города.

    Петербург — хороший город, сейчас серьезно я говорю. Я там был, я видел, что нормальный, можно и пожрать, нормальный город. Пожалуйста — на! Он говорит: нет. Теперь, когда ему дали Санкт-Петербург, Курс и Челябинск, он говорит: не-а, я поеду в Нижний Новгород. — Подожди, ты же просил три города, мы тебе дали три города. Он говорит: не-а, я поеду в Нижний. «Как, брат? Брат, ты сошел с ума! Ты с кем шутишь? Это мы, твои братья», — ему говорят. Он говорит: да, я сошел с ума, поеду в Нижний Новгород, потому что я хочу устроить жопу, я хочу устроить аресты, я хочу устроить кровавый режим, а раз вы мне тут разрешили, то кровавый режим не получится. Ну, что это такое? Что за детский сад?

    Короче, я считаю, что мы деградировали до позорных уровней. Как это с нами случилось, я не знаю, я не уследил. 73-73-948. Михаил, либерал. Здравствуйте, Михаил, либерал, западник, светоч знаний, эрудит и всё на свете.

    Д.КНОРРЕ: Энциклопедист.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Слушаю я вас, Сергей, и понятно, что делаю я не очень хорошо, потому что противоречить вам я не имею права, потому что вы хозяин.

    С.ДОРЕНКО: Нет, надо противоречить.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А я всего лишь мелкий слушатель.

    С.ДОРЕНКО: Нет, вы большой слушатель.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Мы дожили до расщепления личности частично уже в каждом из нас. Сандерс ездил по Америке в предвыборную кампанию.   

    С.ДОРЕНКО: Это один из кандидатов от республиканцев.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Не спрашивая ни у какой власти, куда ему поехать. Он собирал миллионы людей, говорил совершенно чуждые для Америки идеи. Стоял один полицейский негр и зевал. Почему вы бросаете это семя в неокрепшие умы наших пассионариев. 

    С.ДОРЕНКО: Почему вы считаете умы неокрепшими?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ваша теория, и она правильная, о детях-россиянах, которые даже ночью, всхлипывая, требуют патера. Почему вообще стоит вопрос. Я назову вам два имени. Вы наверно знаете.

    С.ДОРЕНКО: Нет.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это американцы, оба специальные прокуроры. Одного зовут Кокс, а другого Яворски. Вам не о чем это не говорит? Когда Никсон совершил «Уотергейт», участвовал в нём, так вот генеральный прокурор, когда пресса закричала, поручил специальному следователю-прокурору Коксу расследовать это дело. Тот изучил материалы, увидел вину Никсона и стал тянул. Он тянул две недели, а ему был срок неделя. Тогда генеральный прокурор вызвал Яворски, его приятеля, и передал ему дела. Яворски сутки изучал дело, потом поехал в Белый дом, нажал кнопку звонка, ему сказали «Никсона нет, он в поездке». Он говорит «а он мне не нужен, я приехал сюда сообщить вам, чтобы вы передали Никсону — пусть он подберет себе хорошего адвоката». И Никсон ушел. А мы рассуждаем о том, можно ли в Челябинск ехать Навальному. Ну это же позор!

    С.ДОРЕНКО: Так можно.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Почему вы ставите вопрос так?

    С.ДОРЕНКО: Потому что мы живем в разных странах. А в Исландии был первый парламент на планете Земля. Михаил, можно я вас ознакомлю, сегодня пришло сообщение, что в Уганде убиты девять детей. А знаете для чего их убивают? Чтобы кровь спустить в болото. То есть им открывают артерию, вену, и кровь стекает в болото. А знаете для чего? Чтобы пошел дождь. Семь детей сейчас в Уганде убили. Ну, разные страны.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, почему вы культивируете в людях, в нас, отсталые представления?

    С.ДОРЕНКО: Я ничего не культивирую.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Дело в том, что Собчак и Навальный — это просто два человека, которые решили не развивать традиционными методами…

    С.ДОРЕНКО: Можно вы позвоните в тридцать пять минут, я действительно хочу вас дослушать, и мне интересно, как вы оцениваете Собчак. В тридцать пять минут вы сможете набрать меня, пожалуйста. Договорились? Как только начнем, вернемся к разговору с Михаилом, это дико интересно, с моей точки зрения.

    НОВОСТИ

    С.ДОРЕНКО: Я очень рассчитываю на звонок Михаила. Давай заладим голосование.

    Д.КНОРРЕ: Давайте. Я хотела очень коротко, тезисно уточнить, правильно ли я понимаю Михаила и вас. Если мы говорим о гражданском обществе, о чувстве свободы, воле, то Навальный может и не спрашивать, где ему проводить митинги, а люди не должны спрашивать, можно ли им выйти на улицы. Но если мы смотрим на современные реалии, на существующие законы, кстати говоря, о митинге, то, казалось бы, мы должны радоваться тому, что есть и радоваться этим уступкам. Но Навальный здесь рискует репутационнно, соглашаясь…

    С.ДОРЕНКО: Навальный, как гопота на районе, ищет конфликта, просто тупо ищет конфликта. Потому что единственно, что его питает, — это конфликт. Если нет конфликта, тогда он слишком похож на продукт Кремля. 

    Д.КНОРРЕ: Да. Он заложник этой ситуации.

    С.ДОРЕНКО: Вот Михаил вернулся. Михаил, прошу вас. Извините, тут «Новости» были.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Что вы, что вы, вы еще передо мной извиняетесь. Вся история человечества — это один сплошной конфликт, конфликт личности с самим собой.

    С.ДОРЕНКО: Согласен.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Дело в том, что пассионарии в истории, начиная с Тертуллиана и Сократа, и директора различных Орденов, они были оболганы существующими властями, причем властями духа. Когда вы говорили о главенствовании Instagram, в первой части передачи, или социальных сетей, я вас уверяю, ничего не изменилось. Аруэ (Вольтер) не искал в ресторане эсэмэсок от друзей, он жил другими представлениями. Просто истинная культура, ее глубина, она доступна лишь немногим, вот Собчак одна из них. Понимаете, в чем дело, вместо того чтобы задуматься о сущности этих людей, почему они так себя ведут, вам не приходит такая очень простая штука понимания, что человек как бунтарь, из темной сублимации, которая рождает из простого зародыша потом свободолюбивого человека, сильнее всяких цепей. Насколько я знаю Ксению Собчак, просто она родилась такой, она умнейшая личность.

    С.ДОРЕНКО: Вот уже два человека считают ее умной — вы и Оношко.

    Д.КНОРРЕ: И я тоже.

    С.ДОРЕНКО: Да? И ты.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Эпатаж, который ей свойственен был, это всего лишь довесок к ее очень глубокому внутреннему переживанию. Ей просто дано быть человеком культуры. Почему вы видите везде проектирование, да еще и Кремля? А вам не кажется, что эти проекты вынужденные, если они вообще есть, — приспосабливаться к особенностям личностей! Будь их воля, они давно бы к стенке поставили и Собчак, и… И оставили бы одного Калинина. Кстати говоря, вы ошибаетесь относительно…

    С.ДОРЕНКО: Да и нас бы с вами, кстати!

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Естественно. Вы заблуждаетесь относительно Калинина, относительно его звания как фрика. Калинин, Поклонская и ваш друг, с которым вы выпивали какое-то вино, Всеволод Чаплин — это и есть истинные представители культуры христианства. Если мы копнем немножко историю зарождения расщепления личности, вы увидите, что расщепление личности, деление личности на пустую фикцию и всемогущего бога, с которым они с катехизисом наперевес громили всё столетиями, они и есть истинные представители веры. Что такое вера? Это упражнение человека и предание всех его человеческих высот некой абстрактной фигуре, безальтернативной фигуре. Это оружие мощнейшее.

    С.ДОРЕНКО: Я вами заслушиваюсь. Михаил, спасибо огромное, можно мы вернемся к теме. Извините. Мы дали вам высказаться или нет? Дали. Просто Михаил настолько много знает и это настолько блистательно…

    Д.КНОРРЕ: От Адама до Потсдама нам всё рассказывает.

    С.ДОРЕНКО: Если бы моя воля, я бы готов был слушать Михаила часами. Он интересно говорит, он интересно мыслит. Скажи, пожалуйста, выгодно ли власти участие в выборах Навального и Собчак?

    Д.КНОРРЕ: Судя по всему, да.

    С.ДОРЕНКО: Давай проголосуем. Начать голосование. Власти выгодно участие в президентских выборах Навального и Собчак: да — 134-21-35; нет — 134-21-36.

    Д.КНОРРЕ: Выгодно для чего, как я это понимаю, чтобы показать, что на самом деле ничего они не стоят. Но они точно так же ошиблись с выборами мэра Москвы, потому что никто не ожидал, что будет…

    С.ДОРЕНКО: Мне сейчас пишут: «Навальный будет в Санкт-Петербурге, а завтра он будет в Нижнем Новгороде». Ребята, я вам говорю не о том, где он будет. Я вам говорю о том, что он просит, а потом — что делает. Послушайте меня, просто говорю, что он просит и что он делает. У него есть представитель, который имеет власть, основание для того, чтобы запрашивать митинги. Это существует. Правильно говорит Михаил: ужасно, что вообще существует некое информирование властей о митингах; надо не информировать власть о митинге, а просто делать митинги. Мы живем в условиях, где информируют о митингах.

    Д.КНОРРЕ: Это законом запрещено, к сожалению.

    С.ДОРЕНКО: Мы можем сожалеть о существовании такого закона. Мы можем бороться против такого закона политическими методами, то есть приходить к власти и отменять законы. Это правильно, это очень хорошо. Хорошо бороться с законами, если их надо выполнять. И по правильным правилам игры с законами бороться. Это очень правильно. Боритесь с законами, это же хорошо, но выполняйте. То есть вы должны пока они существуют — выполнять и бороться с ними одновременно политическими методами. Это очень правильно, я это приветствую. Но закон таков, что надо информировать о чертовых митингах.

    Представители Навального запросили на 29-е (на завтра) три города, на всякий случай, какой выберет шеф. Они запросили Санкт-Петербург, Курск и Челябинск. Им ответили на все положительно: да — Санкт-Петербург, да — Курск, да — Челябинск. Какой вас шеф выберет город — в тот и слава тебе господи, молодцы, берите! Он говорит: хорошо, я поеду в Нижний Новгород; раз разрешили, я поеду в Нижний Новгород. — Подождите, вы же просили Петербург, Курск и Челябинск на всякий случай. — Да, мы просили. — Так мы вам дали? — Дали. А теперь мы поедем наоборот.

    Почему он это делает? Потому что ему нужен конфликт, ему нужно месилово, ему нужны «космонавты» с дубинками. Ему это нужно! Что непонятного?! А на 8-е, когда он собирается в Петербург поехать, он запросил Киров, Орел, Курган и Якутск. На 8 октября он запросил четыре города у властей. Он сказал: на всякий случай хочу поехать в Киров, Орел, Курган и Якутск — четыре города. Ему говорят: хорошо, бери все четыре города. Он говорит: ага, но я поеду в Петербург. — Подожди, ты же просил Петербург на 29-е. Он говорит: просил, а я передумал. — А зачем же ты просил тогда? — Я думал, как бы мне поднасрать вам. Ну, это как бы обидно, понимаешь, в чём дело.

    Значит, он ищет конфликта, он хочет повторить 26 марта. Ему хочется повторить 26 марта, когда власть испугалась всей этой молодежи, детей этих, которые побежали за Навальным. Пусть повторит. Для того чтобы повторить, ему нужна кровь, также как колдунам в Уганде. Колдуны в Уганде сейчас убили семь девочек и сколько-то женщин. Что делают с женщинами и девочками — спускают кровь в болото. Потом (ну, нельзя это говорить по радио) вырезают губы и гениталии и тоже кидают в болото, постепенно умерщвляют, уже наверно мертвых и ослабленных. Для чего? Чтобы был дождь. Они верят, что если кровь пустить в болото, то будет дождь. Навальный верит, что если он поедет супротив того, что он просил, то пойдет кровь и она его поднимет. Но это не обязательно произойдет.

    Я останавливаю это голосование. Участие в выборах Навального и Собчак, безусловно, выгодно власти — 69%; нет, не выгодно — 31%. Голосование шло долго, 4,5 минуты. Я просто забыл, не повторял, но люди наголосовали. Участие в выборах Навального и Собчак, безусловно, выгодно власти — 69%; не выгодно — 31%.

    Интересно, зачем меняют губернаторов? Я якобы знал, а потом начинаю не знать. Даш, ты понимаешь, зачем меняют?

    Д.КНОРРЕ: Я не очень понимаю. Я так поняла, что сейчас сменилась схема смены губернаторов.

    С.ДОРЕНКО: Во-первых, там какие-то отвратительные есть старые персонажи, которые уже просто обрыдли.

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: В Кузбассе дядька Аман-гильды, есть какой-то Савченко, который сидит на юге постоянно, с молитовкой, правит и правит. Но у него хороший рейтинг, у него вроде всё хорошо. Во всяком случае, Белгородчину вроде как хвалят. 

    Д.КНОРРЕ: Кстати говоря, Тулеева в Кемеровской области очень любят. 

    С.ДОРЕНКО: До Кемерова мы не доезжаем, а в Белгородчину у нас ездит один из сотрудников, как мы знаем очень хорошо.

    Д.КНОРРЕ: Я была в Кемеровской области только что.

    С.ДОРЕНКО: Правда?! Расскажи. Про Белгородчину быстро скажу, что оттуда привозят превосходное сало.

    Д.КНОРРЕ: Да, подтверждаю.

    С.ДОРЕНКО: Насколько я понимаю, это свидетельствует о том, что это благополучная область.

    Д.КНОРРЕ: Зажиточная. 

    С.ДОРЕНКО: Сало там превосходное.

    Д.КНОРРЕ: В Кемеровской области восхищаются: Тулеев лично, за свои деньги посадил кедр, несколько гектаров высадил. Молятся на него.

    С.ДОРЕНКО: О чём это говорит? О том, что он хороший или о том, что они слишком особенные?

    Д.КНОРРЕ: Не знаю. Честно, у меня не было времени, к сожалению, разобраться в теме: опросить молодежь или еще кого-то. Первые несколько человек, с которыми мы говорили, любят Тулеева. Среднего возраста люди.

    С.ДОРЕНКО: Тем не менее, это всё создает ощущение затхлости.

    Д.КНОРРЕ: Вообще бессменность любая власти вызывает затхлость.

    С.ДОРЕНКО: Если я, например, всё время один муж у своей жены, то это конечно вызывает ощущение затхлости. Я понимаю. Если бы каждый день был новый муж — было бы посмешнее. Правда?

    Д.КНОРРЕ: Нет. Ну, Сергей.

    С.ДОРЕНКО: Если в каком-то одном слое всё время постоянство… Например, у тебя всё время один и тот же муж — это постоянство?

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Но что-то должно создать сменную картинку. Это что-то может быть — что вы с мужем путешествуете, это раз. Это что-то может быть — что ты сидишь на одном и том же месте, но каждый день новый муж.

    Д.КНОРРЕ: Может быть и такое.

    С.ДОРЕНКО: Я веду тебя в западню. (Смеется)

    Д.КНОРРЕ: Я пытаюсь внутренне сопротивляться, но ваша сила убеждения…

    С.ДОРЕНКО: Ну, правда. Что-то должно быть новенькое, но не всё — вот о чём я тебе говорю. Если сейчас меняются губернаторы, то ты намекаешь, что у нас еще что-то очень долго, давно.

    Д.КНОРРЕ: Нееет! Ни в коем случае!

    С.ДОРЕНКО: Она не посмеет даже думать об этом! Поэтому я тебе привожу этот пример, что можно с одним и тем же мужем ездить по разным странам, а можно сидеть в одном и том же городе, но каждый день новый муж. И не понятно, что лучше. Может лучше все-таки с одним мужем в разные страны, разные впечатления, то на море…

    Что с этими губернаторами? «Медуза» сегодня сделала некое исчерпывающее… Это «Медуза»?

    Д.КНОРРЕ: Да!

    С.ДОРЕНКО: Спасибо, ты мне прислала «Медузу». Почему отставки начались именно сейчас? Не понятно, я серьезно говорю. Если для выборов президента, то это неправильно, потому что на старых легче провести выборы президента.

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Действительно легче.

    Д.КНОРРЕ: Источники «Коммерсанта», пишет «Медуза», отмечают, что обновление решили начать как можно раньше, чтобы новые губернаторы…

    С.ДОРЕНКО: Успели подготовиться к началу президентской кампании. Тогда надо было год назад делать! Но сейчас поздно менять на новых, неправильно. То есть это непонятно.

    Только плохие губернаторы уходят? Нет. Официально уволены губернаторы Самарской и Нижегородской областей, где вообще не проводилось никаких выборов губернаторов в 2017 году. Рамазан Абдулатипов — блистательные результаты, прекрасные результаты, по сравнению с… и, тем не менее, он увольняется.

    Может быть, меняют на молодых? «Медуза» отвечают: нет. Только в половине из объявленных областей — старые губернаторы, но, например, в отставку, вероятно, уйдет господин Кошин из Ненецкого автономного округа, а ему 43 года, он считается молодым. То есть нет такого, что молодых. Мы не понимаем, зачем их меняют, но вам факт смены наверно приятен.

    Д.КНОРРЕ: «Медуза» пишет, что это создает эффект бурной деятельности Кремля, что повышает интерес к деятельности Кремля.

    С.ДОРЕНКО: Здравствуйте. Перезвоните, пожалуйста, у меня липнет звук. 68-й, перезвоните, если можете, мне очень хочется с вами поговорить. 73-73-948. Вы знаете секрет отставки губернаторов. Здравствуйте, слушаю вас.  

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, я с вами не согласен по поводу Навального.

    С.ДОРЕНКО: Мы сейчас говорим об отставках губернаторов, Николай.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Тогда я прошу прощения.

    С.ДОРЕНКО: Я рад, что вы позвонили, спасибо огромное. Это Николай, сотрудник скорой помощи. У нас помечен телефон, поэтому я попросил его перезвонить, но оказывается он по другой теме. Чёрт с ними с губернаторами! Я думаю, это какое-то ощущение движухи нам дает. Смена губернаторов — как женщину иногда застаешь в апреле, жену застаешь в апреле, как она плечом толкает какой-то шкаф на кухне, хочет передвинуть мебель. Вот ощущение, что надо передвинуть мебель. Мебель будет та же, но мы ее передвинем: этот столик надо передвинуть сюда, а этот шкафчик надо передвинуть сюда.

    Д.КНОРРЕ: Протереть под диваном — и уже хорошо.

    С.ДОРЕНКО: Это ощущение какой-то движухи, правильно?

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Может быть с этим связано. Поехали дальше.

    В Башкирии студентов обязали посмотреть фильм о присоединении Крыма. Фильм художественный, но он близок. Фильм Алексея Пиманова, это «Человек в законе». Ты знаешь Алексея Пиманова? Ты не знаешь «Человека в законе»?

    Д.КНОРРЕ: Нет.

    С.ДОРЕНКО: Была передача «Человек в законе».

    Д.КНОРРЕ: Я знаю «Человек и закон» была передача.

    С.ДОРЕНКО: А, значит, мне неправильно сообщили.

    Д.КНОРРЕ: Если я ничего не путаю, ее вел Павел Астахов.

    С.ДОРЕНКО: Нет. Была передача «Человек в законе» и вел ее Пиманов, тощий такой.

    Д.КНОРРЕ: Да, да, «Человек и закон», Пиманов.

    С.ДОРЕНКО: А меня информировали, что был «Человек в законе». Я мог ошибиться.

    Д.КНОРРЕ: «Блондинка в законе» — это был фильм американский. А «Человек и закон» это точно.

    С.ДОРЕНКО: Видите, как я плохо знаю телевидение.

    Д.КНОРРЕ: Я тоже плохо знаю.

    С.ДОРЕНКО: Представь себе, что Земля умрет вся, все умрут и ты тоже. А я останусь один живой.

    Д.КНОРРЕ: «Все умрут, а я останусь» тоже такой фильм был.

    С.ДОРЕНКО: Меня возьмут инопланетяне. Инопланетяне всех уничтожат, меня оставят. Я должен буду инопланетянам рассказать, что здесь было, всю историю.

    Д.КНОРРЕ: Признайтесь, вы рассчитываете на это.

    С.ДОРЕНКО: Ну, мои дети должны остаться тоже и жена конечно. Я к чему клоню, к тому, что я один должен буду воспроизвести всю историю человечества для инопланетян, потому что никаких других источников. 

    Д.КНОРРЕ: Краткое содержание.

    С.ДОРЕНКО: Всё покроется ядерной пылью. Как он говорил «ядерным прахом», «ядерной пылью»? Всё покроется ядерной пылью, понятно. И я один-единственный человек на свете, я должен буду рассказывать. Я расскажу такого этим инопланетянам! Я расскажу про «Человека в законе», я им расскажу про Собчак, про Навального, товарищи, расскажу. А он превратится в радиоактивный пепел. Я один буду живой. Я всё расскажу про вас! Я такого про вас наплету, товарищи! Вам страшно должно быть уже сейчас, понятно.

    «Стена, Крым, учителка дурак, детсад, воспитательница». У меня есть всякие кровавые зверства. 10:55, давайте кровавых зверств подкинем немножко. «Мракобесие в Африке» рассказывал? Я рассказывал вам чуть-чуть, немножко, могу побольше. Хочешь побольше, чтобы люди проблевались? В Уганде народные целители, которых там 3 миллиона… Ты знаешь, что в Уганде живет не так много людей, может быть 10 миллионов, из них 3 миллиона — народные целители. 30% населения Уганды — народные целители, можешь себе представить!

    Д.КНОРРЕ: Наследие диамина.

    С.ДОРЕНКО: В принципе, это наследие многих веков, работорговля и прочее. 30% населения — народные целители. Что они сделали, сейчас расскажу: они убивают всё время детей. Для чего? Чтобы прекратить засуху. У нас тоже попы летают на вертолетах, клянусь, я сам видел!

    Д.КНОРРЕ: Это во-первых. А, во-вторых, на Алтае местное население считают, что ураганы и природные катаклизмы на Алтае произошли, потому что откопали археологи мумию и держат ее в музее, вместо того чтобы захоронить, предать ее земле, успокоить ее душу.

    С.ДОРЕНКО: Да! Восьмилетний Джеклин Микуса был найден в болоте без зубов, губ, ушей и половых органов. Его медленно убивали для того, чтобы прекратить засуху, рассказала 28-летняя Мукиса, ссылаясь на полицейский отчет. Я не шучу ни разу. 28-летняя Мукиса рассказала. Для чего же все-таки — чтобы успокоить духов и чтобы духи охладились, и тогда пойдет дождь.

    Уганда переживает тяжелые времена, поразила засуха. 11 миллионов жителей, 3 миллиона — народные целители, из них 600 тысяч официально зарегистрированы в правительстве. Вот бы нам их перевезти сюда, никакой бабки Ванги не надо было бы. Арестованы подозреваемые в массовом убийстве детей в Катаби (40 км от столицы). 40 километров от столицы, ты понимаешь, что это такой — это Коньково! Я серьезно сейчас говорю. Мы должны по валам: Коровий Вал, Серпуховской Вал…

    Д.КНОРРЕ: Земляной Вал.

    С.ДОРЕНКО: Это и есть границы Москвы. То есть Садовое кольцо, в сущности, это граница Москвы. За Садовым кольцом начинаются враждебные нам пригороды, откуда приезжают негодяи мочиться в наших лифтах. Правильно?

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Как было сказано тогда на Патриках? «Они приезжают мочиться в наших лифтах».

    Д.КНОРРЕ: Примерно так.

    С.ДОРЕНКО: Садовое кольцо — есть граница Москвы, за ней живут негодяи, правильно, которые мочатся в наших лифтах.

    Д.КНОРРЕ: Кроме меня, конечно.

    С.ДОРЕНКО: А ты в Конькове.

    Д.КНОРРЕ: Да. Это Версаль.

    С.ДОРЕНКО: В 40 километрах от столицы вы живете, ну хорошо, в двадцати. Если столицей считать до Садового кольца, то Внуково — это 40 километров. Что там происходит у них? Они убили 21 женщину, все убийства были ритуальными: пальцы ног, пальцы рук были отрезаны. Я упал в обморок, признался мужчина. Для того чтобы духи помогли разбогатеть, людям из Внукова. Представляешь, кто у нас живет во Внукове. Это всё было сделано, чтобы духи помогли им разбогатеть. Выкачали семилетнюю девочку, кровь выкачали…  

    В Мозамбике продолжается охота на лысых мужчин. Чтобы вы понимали, политическая культура разных стран. Мы Россию уже описали, мы должны Россию возвысить. Россию возвысить можно только одним способом, я вам расскажу, обосрать Африку. Единственный способ возвысить Россию — это обосрать Африку. Мы продолжаем. В Мозамбике ведется охота на лысых мужчина, которых убивают ради похищения их внутренних органов, которые используют в колдовских обрядах. У местных жителей существует поверье, согласно которому раннее облысение свидетельствует о сверхъестественных способностях, приносящих богатство.

    Д.КНОРРЕ: Еще в какой-то стране есть альбиносы.

    С.ДОРЕНКО: Конечно. Продолжается охота на альбиносов в Малави, Кении, Танзании, Конго, Бурунди, Зимбабве, Свазиленде, Замбии и Камеруне, где считают, что части тела людей-альбиносов обладают магической силой. В Конго происходит сейчас война между двумя колдовскими организациями, которые метелят друг друга, в которых погибли уже тысячи людей. На фоне Африки Россия просто процветает. Мы пойдем и проживем его, этот четверг, 28 сентября. 

    С.ДОРЕНКО: 8 часов 38 минут. Четверг, 28 сентября. Здравствуй, великий город! Здравствуйте, все! Это радио «Говорит Москва»! Говорит Москва! Дарья Кнорре — ведущая этой программы.

    Д.КНОРРЕ: И Сергей Доренко. Доброе утро.

    С.ДОРЕНКО: Сегодня вся общественность полна скорби по поводу смерти этого чувака. Хью Хефнер. Мне даже пишут люди: «Хью Хефнер умер» — так, как будто бы речь идёт о родном дядюшке или человеке, который был с нами и так далее. Я должен сказать, что я не интересовался его фигурой, честное слово. Может быть, это плохо. Я человек глубоко нравственный.  

    Д.КНОРРЕ: (Смеется)

    С.ДОРЕНКО: Что?! Она легла под стол. Я человек глубоко нравственный. Ты не понимаешь, во мне живёт великий инквизитор, я бы за нескромный взгляд отправлял на костер. Я очень нравственный.

    Д.КНОРРЕ: Мне всегда казалось, что самые лютые инквизиторы, маньяки, они самые, на самом деле, извращенцы.  

    С.ДОРЕНКО: Они не извращенцы, они фантазеры. Ну хорошо. А кто был Хью Хефнер? Во-первых, сейчас это не имеет ни малейшего смысла. Давай скажем, что его деятельность имела смысл в эпоху журнала.

    Д.КНОРРЕ: Да, но это было очень много десятилетий, согласитесь, вплоть до 2000-х.

    С.ДОРЕНКО: Согласен. Была эпоха театров, была эпоха журналов, была эпоха романов, была эпоха салонов. Сейчас это всё уже не катит, всё это уже не интересно. Сейчас есть интернет.

    Д.КНОРРЕ: Но Playboy — это раритетный журнал, он теперь ценится, в принципе, как культовая вещь. Да, если сейчас кто-то создаст современный эротический журнал, он, конечно, не будет популярен. Но Playboy себе заработал на всю жизнь репутацию.

    С.ДОРЕНКО: Может быть. Должен сказать, что я в силу возраста застал эту эпоху, и должен сказать, что я совершенно никак не задержался на Playboy, сочтя его неинтересным. Он неинтересен по целому ряду параметров. Как публицистика он неинтересен, потому что он неглубок. Он, конечно, очень глянцевый, очень гламурный. 

    Д.КНОРРЕ: А там даже есть тексты какие-то?

    С.ДОРЕНКО: Да, в Playboy приглашали каких-то серьёзных собеседников. Как публицистика, как жанр интервью, он был поверхностным, неинтересным, с моей точки зрения. Я сейчас говорю о своей точке зрения, неинтересным абсолютно. С точки зрения «клубнички» он был странноватым, вот я серьёзно говорю. Я думаю, что идеал тела, который он представлял, был всё-таки скорее американский: болезненно развитые железы молочные. Посмотри обложки.

    Д.КНОРРЕ: Да, вижу.

    С.ДОРЕНКО: Ты видишь, как много желез, здесь упорно железы. Это болезненно американский подход. Они не воздают должное бедрам, они скорее упирают на железы, им нравятся железы молочные. Не знаю, с чем это связано, но американская культура действительно этим занята в полной мере. Для меня это обидно, во-первых. Во-вторых, для меня это антисексуально.

    Д.КНОРРЕ: Это редкий случай, Сергей, надо сказать. Потому что в основном мужчинам, конечно…

    С.ДОРЕНКО: Нет, конечно, это иллюзия. Ты просто не в курсе и большинство женщин не в курсе.

    Д.КНОРРЕ: От нас скрывают.

    С.ДОРЕНКО: Большие железы пугают мужчину так же, как женщину пугают большие мошонки. Железы и мошонки это примерно одно и то же, абсолютно одно и то же. Буквально одно и то же, потому что и там, и там железы. Ты можешь себе представить большую мошонку, например, она вызывает в тебе чувство восхищения?

    Д.КНОРРЕ: Нет.

    С.ДОРЕНКО: Вот так же большие железы не вызывают никакого чувства восхищения. Они вызывают оторопь, желание, может быть, помочь деньгами, отправить к врачу или что-то такое. Они пугающи, вызывают чувство неприязни и в то же время жалости. Поэтому я никогда не интересовался этим журналом, честное слово, я его откладывал в сторону. Вдобавок одновременно с ним и параллельно существовал Penthouse. Запроси обложки Penthouse лучше, и ты сразу поймешь, что Penthouse идёт к сути.    

    Д.КНОРРЕ: Не знаю, как пишется на английском.

    С.ДОРЕНКО: Ну, напиши на каком-нибудь. Penthouse идёт к сути, он продается таким образом, что обложку нельзя зачастую увидеть, она закрывается чёрным пластиком и так далее. Поэтому даже в моем раннем детстве я скорее тяготел к этому изданию.

    Может быть, он сам был замечательный человек, Хью Хефнер.

    Д.КНОРРЕ: Я видела его в окружении постоянно молодых особ. Он старел, а женщины нет.

    С.ДОРЕНКО: Вы знали Хью Хефнера? Позвоните нам, пожалуйста, если вы знали этого замечательного человека. 73-73-948. Говорят, он был сам экстраординарным. Журнал был так себе, я должен сказать. Я говорю как потребитель, журналишко был так себе, а вот человек Хью Хефнер вроде бы был очень интересный, какой-то знаковый, какой-то человек-эпоха и так далее. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, Дарья, доброе утро. У меня проблемы, сейчас перезвоню.

    С.ДОРЕНКО: Вам кажется, что проблемы.

    Д.КНОРРЕ: Мы вас слышим!

    С.ДОРЕНКО: Мы вас слышим и чудесно слышим. Мы вас чудесно слышим! Нет, он все равно смутился.

    Он родился в 1926 году. Таким образом, ему было в 1940-м четырнадцать. Я просто говорю об эпохах. Великая война — ему четырнадцать, пятнадцать, шестнадцать, семнадцать, то есть он подросток. Но Америка не так участвует, в общем, хотя Америка отправляет позже своих воинов и так далее. Когда в каком-нибудь 1950-м массово возвращаются из Европы американцы, ему 24.

    Д.КНОРРЕ: И в 1953-м вышел первый журнал Playboy.

    С.ДОРЕНКО: Здравствуйте. У меня проблемы с телефоном. Он живёт с этой эпохой и с этими воинами, которые возвращаются… Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Я с вами полностью согласен, Playboy был как «Мурзилка» примерно.

    С.ДОРЕНКО: Да, абсолютно неинтересный. Но, тем не менее, говорят, что сам он был интересный как личность.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: По «Бизнесу» я случайно застал передачу про него. Он дважды рушился, из тяжелейшей ямы выбрался и построил гостиничный бизнес.

    С.ДОРЕНКО: Давайте проследим его судьбу, как судьбу поколения. Он с 1926 года, а, следовательно, в 1950-м ему двадцать четыре. Он ранний, хороший, бодрый, очень энергичной молодости человек в 1950-м. Что мы наблюдаем в 1950-м в Америке, я пытаюсь себе представить по фильмам, по книгам. Мне кажется, там борьба с коммунизмом идет, возвращается армия из Европы, оккупационная армия. Часть оккупационной армии остаётся в Германии и надолго, но заметная её часть возвращается. Появляется в 50-е явление outlaw — байкеры, которые торгуют наркотиками, банды байкеров появляются. Это всё в момент, когда он начинает жить и творить. Давай найдем Route sixty six. И в этот момент возникает некое разочарование, которое позже приведёт к появлению хиппи. Я настаиваю на связи 50-х и 60-х. В 50-е годы в Америке возникает явление разочарования в буржуазности, и оно связано как раз с возвращением огромного числа молодых мужчин из Европы, которые не понимаю, что здесь делать.        

    Д.КНОРРЕ: А с другой стороны, если брать культурную сторону, то это Мэрилин Монро.

    С.ДОРЕНКО: Конечно, конечно.

    Д.КНОРРЕ: Это расцвет общества потребления.

    С.ДОРЕНКО: И в то же время разочарование. Расцвет и разочарование в нём одновременно.

    (Песня  Route sixty six)

    С.ДОРЕНКО: Сама вещь, насколько я понимаю, написана позже, но явление «шестьдесят шестая дорога» это 50-е годы, когда ветераны войны, вернувшиеся из Европы, начинают перевозить наркотики между Лос-Анджелесом и Чикаго. И вот поэтика перевозки наркотиков отражена в этой песне, если я правильно ее понимаю.

    (Песня  Route sixty six)

    С.ДОРЕНКО: Chicago to L.A. — наркотики следуют из Чикаго в Лос-Анджелес или наоборот.

    (Песня  Route sixty six)

    С.ДОРЕНКО: В это время наш прекрасный Хью Хефнер начинает творить и создает в 1953 году первый журнал Playboy с актрисой Мэрилин Монро. Вот это время, когда возвращается армия из Европы. Возвращающиеся армии часто меняют страну, как ты знаешь. Условно говоря, те же декабристы в России — это вернувшиеся из похода 1815 года люди. Часть из них была в походе, часть нет, я не об этом.  Я о том, что само возвращение армии приносит новые паттерны. Они видели новые страны, они видели другие страны, способы жизни, они видели войну и так далее. Возвращающиеся армии сильно меняют общество, это правда. Я вижу связь между вернувшейся армией, например, бравшей Париж в 1815 году и восстанием декабристов. Я вижу эту связь в России. Не буду вам доказывать, но я ее вижу. И также я вижу связь между всем, что произошло с Америкой после 50-х и вернувшейся армией из Европы. Это борьба с коммунизмом, с одной стороны; с другой стороны, борьба с буржуазностью, которая напрямую ведет затем к походу на Пентагон индейцев шошонов во главе с хиппи. Помнишь, хиппи и шошоны вместе идут на Пентагон. Вот это всё начинается здесь. И здесь этот Хью Хефнер прекрасный со своими голыми тёлками, с болезненно развитыми молочными железами, которые мы не можем не сравнивать с мошонкой. Ну, правда. Она всё время смущается.

    Д.КНОРРЕ: А что еще остается.

    С.ДОРЕНКО: Кто знает еще что-нибудь про Хью Хефнера, скажите нам, пожалуйста. Старик помер. Здравствуйте, слушаю вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Андрей, Москва. На самом деле, помним, ценим и скорбим о нём не только как об основателе Playboy, но как о видном бизнесмене, который построил свою империю, где Playboy был пусть и основным, но лишь одним из кирпичиков.

    С.ДОРЕНКО: А что еще, напомните нам, пожалуйста.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: У него был проект с Тёрнером, у него были проекты с нынешним президентом. На самом деле, как бизнесмен, я считаю, он состоялся. Playboy, в принципе, это некая дань эпохе, это начала эпохи расцвета и демонстрации красивого тела непосредственно в Америке. Я родился в середине 70-х, в 1974 году, и честно признаюсь, что Playboy и Penthouse в моей жизни появились раньше, чем Hessler и интернет.

    С.ДОРЕНКО: Я понимаю. Спасибо. Но Penthouse все-таки забил Playboy, через первые десять минут уже Playboy меня больше не интересовал.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Больше внимания Penthouse, безусловно. Мы понимаем друг друга.

    С.ДОРЕНКО: Спасибо вам огромное. Старик помер и слава тебе господи.

    Д.КНОРРЕ: Ему 91 год, уже пора и честь знать.

    С.ДОРЕНКО: Пора на саночки. Здравствуйте, слушаю вас. Вы тоже что-то знаете о Хью Хефнере?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. На Хефнера мне глубоко наплевать!

    С.ДОРЕНКО: Спасибо. Если «глубоко наплевать», то зачем вы трудились и набирали номер телефона?

    Я, прямо переползая от Хефнера к Tinder, должен сказать, что есть потрясающая история. Ребята, я хотел вам рассказать о вас. Дело в том, что в современном мире серверы, которые хранят информацию, начинают ничего не стоить. Мы уже говорили об этом. Нам звонили люди, которые занимаются серверами, которые говорили, что основной расход на серверы — это борьба с тем, что они выделяют тепло.

    Д.КНОРРЕ: Охлаждение.

    С.ДОРЕНКО: Больше ничего. Поэтому их можно неограниченное количество ставить. Единственное, что надо бороться с теплом. Журналистка французская Юдит Дюпорталь запросила у сервиса знакомств Tinder все данные, которые компания хранит о ней. Оказалось, что это 800 страниц. Они прислали ей 800 страниц. А почему это постранично разбито? Почему это не один огромный? Может быть PDF, может быть Word, но это было 800 страниц. Французская журналистка получила 800 страниц о себе только с Tinder. По закону ей должны предоставлять. Сморите, что было: информация обо всех мужчинах, которые когда-либо понравились Дюпорталь. То есть «лайки» имеется в виду?

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Любой мужчина, которого она когда-либо «лайкнула» в своей жизни именно в Tinder. Все 1700 сообщений, которые она отправила с 2013 года. Она с 2013 года зарегистрировалась в Tinder. Даты захода в аккаунт и всех вообще переписок. Все ее «лайки» в Facebook, потому что она наверно заходила в Tinder через Facebook.

    Д.КНОРРЕ: А Tinder привязан к Facebook, насколько я понимаю. Там нужно заходить через Facebook.

    С.ДОРЕНКО: Нужно заходить через Facebook, да?

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Интересно. Фотографии из Instagram (Instagram привязан к Facebook тоже, это его собственность), которые тоже все до единой хранились. Информация об ее образовании; информация о возрасте мужчин, которые ее интересуют (как она определила свой интерес), и информация о возрасте мужчин, которые ее интересовали де-факто и так далее. Я была поражена, пишет Дюпорталь, как много данных я добровольно раскрывала — местоположение, интересы, от работы до изображения, музыкальных вкусов, предпочтений в еде. Так делают все пользователи Tinder, регистрируясь в сервисе и принимая его условия. Читая все свои сообщения с 2013 года, она пишет, я прошла через свои надежды, страхи, сексуальные предпочтения, самые страшные секреты. Tinder знает меня так хорошо, он знает настоящую, позорную версию меня, которая отправила одну и ту же шутку собеседнику 576, 568, 569. То есть она отправила три раза одну и ту же шутку трём разным мужчинам. Которая навязчиво общалась одновременно с шестнадцатью разными мужчинами 1 января, а потом просто исчезла и больше никогда им не отвечала. То есть она 1 января была одна и общалась сразу с шестнадцатью мужчинами, которых обнадеживала невероятно, а потом вдруг исчезла.

    Вас удручает, что про вас всё знают?

    Д.КНОРРЕ: Конечно.

    С.ДОРЕНКО: А ты прячешься?

    Д.КНОРРЕ: Я не прячусь в Facebook, естественно, я там есть. Я просто неактивна.

    С.ДОРЕНКО: Но ты не ведешь?

    Д.КНОРРЕ: Я не веду Facebook, ничего не выкладываю.

    С.ДОРЕНКО: Это связано с нежеланием разоблачаться?

    Д.КНОРРЕ: Да, мне это не очень приятно. Хотя в любом случае я понимаю, что это происходит и против моей воли, потому что всё равно люди добавляют фотографии со мной, меня отмечают, что-то пишут в моем аккаунте. Всё равно приходится «лайкать», потому что стыдно не «лайкать» — думаю, обидятся наверно.

    С.ДОРЕНКО: А среди наших слушателей есть люди, которые принципиально подпольны, принципиально не общаются с матрицей?

    Д.КНОРРЕ: Меня нет ни в «ВК», ни в Instagram. Ну, в Instagram я есть, но не как… Ну, вы меня сдали.

    С.ДОРЕНКО: Я тебя сдал, я ее сдал. Ерронк?

    Д.КНОРРЕ: Да. Но я не добавляю никого.

    С.ДОРЕНКО: То есть у тебя закрытый аккаунт?

    Д.КНОРРЕ: Да, что бессмысленно.

    С.ДОРЕНКО: Ты закрыла свой аккаунт от добрых людей, но открыла правительству, силовым органам, любой офицер может смотреть.

    Д.КНОРРЕ: Там в основном облака, закаты, рассветы.

    С.ДОРЕНКО: Мало того, что ты скрылась, она еще и тупит нарочно, чтобы ввести в заблуждение. Ты понимаешь, что ты внутреннее постоянно испытываешь чувство несвободы?

    Д.КНОРРЕ: Это правда.

    С.ДОРЕНКО: Ты общаешься постоянно с каким-то товарищем-майором, которому ты вместо того чтобы показать всю правду о себе, отправляешь облака. Значит, товарищ-майор начинает про тебя думать ЭТО — что ты облаками занимаешься. На самом деле он думает, что ты что-то прячешь.

    Д.КНОРРЕ: Может быть.

    С.ДОРЕНКО: Может быть, лучше вывернуть всё наизнанку? Давайте после девяти об этом поговорим.

    В ДВИЖЕНИИ

    НОВОСТИ

    С.ДОРЕНКО: 9 часов 5 минут. У моей бабули был один мальчик, он никак не мог произнести половины гласных и половины согласных. Соседи говорили: может показать его врачу. Мальчику было уже 16 лет.

    Д.КНОРРЕ: Не мальчик, но муж, уже взрослый парень.

    С.ДОРЕНКО: Но он не мог никак произнесли половины согласных. И хозяйка — его мать…

    Д.КНОРРЕ: Спохватилась в 16 лет.

    С.ДОРЕНКО: Нет. Она в 16 лет говорила: еще выхавкается, еще мала детина. Ну, вот и я так — у меня голос еще не встал с утра, «еще выхавкается, еще мала детина».

    Очень интересно про эту француженку. Мы приглашали позвонить людей, которые принципиально прячутся от матрицы.

    Д.КНОРРЕ: И очень много таких сообщений было, пока шли новости: «Принципиально ушел из соцсетей два года назад».

    С.ДОРЕНКО: Я думаю, зачем я там?

    Д.КНОРРЕ: Вы публичный человек.

    С.ДОРЕНКО: А зачем я там? Зачем я публичный человек?

    Д.КНОРРЕ: Понимаете, если вы не будете сами раскрывать свою информацию, ее будут искать, придумывать, спекулировать и так далее.

    С.ДОРЕНКО: Точно! Ее будут придумывать! А зафига мне надо? Лучше я выверну всё исподнее. В сущности, информация обо мне, которую распространяю я — это дымовая завеса.

    Д.КНОРРЕ: И на самом деле, как это не парадоксально, чтобы защитить свою приватность сегодня, нужно просто заспамить информационное пространство собой.

    С.ДОРЕНКО: Да! Да! Да! Кнорре, мы спонтанно гениальна! Ты правильно сказала. То есть то, что я выкладываю по три-четыре поста в Twitter — это, в сущности, дымовая завеса, это попытка скрыться за дымовой завесой. Я порю там ахинею, очерняю себя, придумываю про себя слухи.

    Д.КНОРРЕ: Это самое правильное.

    С.ДОРЕНКО: Приписываю себе алчность, еще что-то — это всё и есть дымовая завеса. Здравствуйте, слушаю вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Такой был анекдот или история, что у человека потерялся компьютер, и он пять дней ходит рассказывает о себе. Через три дня у него уже пять фолловеров, галлюционер, психиатр, еще кто-то. Это эксгибиционизм натуральный, когда люди рассказывают, что они поели, съездили, с кем съездили. Поэтому сложно понять.

    С.ДОРЕНКО: Когда это массовое явление, мы с вами вынуждены признать, что это потребность человека.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Массово ходят в магазин и покупают себе одежду — это же массово.

    С.ДОРЕНКО: Да. Значит, это потребность человеческая.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Как обезьяны наряжаются…

    С.ДОРЕНКО: Мы уже с вами говорили о том, что сообщество людей, кроманьонцев, которые, выйдя из Африки, атаковали мир или сапиенсы — сообщество состояло из 100-200 особей. Вот и есть абсолютная потребность двумстам особям рассказать, что ты купил, что ты поел.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Павиан распускает хвост, птица огромная. Зачем? Им же жизненной нет необходимости.

    С.ДОРЕНКО: Но когда вы смотрите на это свысока, вы признаете, что это так. Правильно? А то, что журналистка испугалась, что ей выдали 800 страниц про нее, за четыре года 800 страниц про нее накопили информации. Это страшно?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Если сжать это всё — это в полстраницы уместится. Просто очень размазанная каша.

    С.ДОРЕНКО: Но страшно, что про вас тоже всё держится?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Про всех, я думаю, сейчас в интернете можно найти.

    С.ДОРЕНКО: А вот вас вызовет товарищ-майор, а может товарищ-полковник, и вы рассмеетесь ему в лицо. Но вас вызовет товарищ-майор, и он сверстает ваши события. Например, на вас есть 50 тысяч страниц, а он сверстает так, что выйдет нехорошо.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я буквально два дня назад читал, что Сбербанк не будет выдавать кредиты тем, кто «лайкает» «Владимирский централ». Это уже очень широко распространено. Все эйчары смотрят, что люди пишут в соцсетях, прежде чем брать на работу. Никому не нужны психи, которые будут что-то фотографировать, куда-то выкладывать, про кого-то что-то писать.

    С.ДОРЕНКО: Это правда. Но если человек это сделал по ошибке. Я все-таки за то, что мы иногда что-то пробуем, но нам это не нравится, но всё равно эта отметка уже прошла. Как бы есть негативное поведение, и с нашей точки зрения тоже, но мы один разочек попробовали.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Попробовать украсть, попробовать убить.

    С.ДОРЕНКО: Нет. Я, например, не крал никогда. Но у меня были моменты агрессивности, не убить, но по крайней мере угрожать. Какие-то моменты были, которые я считаю ошибочными, но если их разверстать все через запятую, то выйдет совершенно чудовищная картина.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Просто сейчас получилось, что всё это записывается, и не года.

    С.ДОРЕНКО: Но это плохо ведь, а?

    Д.КНОРРЕ: И раньше это было. Просто сейчас интернет и это автоматически записывается, а раньше доносчики были. 

    С.ДОРЕНКО: Но все равно информация была рыхлая, терялись бумажки. Я читал прекрасные воспоминания человека, которого при Сталине приговорили, и куда-то бумажка потерялась, он уехал — избежал. Была тотальность, но она не была механически обеспеченная тотальность. Она как бы была все равно людски обеспечена, бумажно обеспечена, а значит, бумажка могла быть уронена куда-то, случайно абсолютно, и какой-то человек избежал. А сейчас нет. Сейчас уже роботы за нами следят. Ты же делал ошибки? Я не знаю, ты делала или нет.

    Д.КНОРРЕ: Конечно, естественно.

    С.ДОРЕНКО: Я делал ошибки. Вернее, я делал поступки, которые я не хотел бы повторить. Я делал поступки, которые стыдные и которые я хотел повторить, а сейчас не хочу. Вот я хотел повторить однажды, почуяв запах, но сейчас не хочу. И я думаю, что сама интенция, когда я почувствовал запах и захотел, она предосудительная или нет. Другое дело, что проблема в том, что всё сам про себя рассказываю.

    Д.КНОРРЕ: Вот!

    С.ДОРЕНКО: Давай поговорим с людьми. Это плохо, что всё про нас все знают. Плохо. Потому что тогда робот должен получить какой-то алгоритм забывания.

    Д.КНОРРЕ: Или какой-то shift+delete должен быть, которым можно всё стереть. 

    С.ДОРЕНКО: Не всё. Просто робот должен понимать, если ты сделал это менее 20 раз, то это, вероятно, не тенденция, а просто.

    Д.КНОРРЕ: Какая-то статистика, анализ должен быть.

    С.ДОРЕНКО: Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Я бы хотел еще один открыть аспект этой, с моей точки зрения, проблемы — как соцсети. Скажу сразу, я нигде не зарегистрирован, потому что мое изначальное образование и первая работа запрещали это делать. В данный момент работаю в своей компании, и достаточно давно уже это сложилось — системные администраторы у нас заблокировали доступы к соцсетям. Если ты хочешь с мобильного телефона выйти на соцсети, тоже у человека не получается это сделать. Мы это сделали для того, чтобы люди работали.

    С.ДОРЕНКО: А если он уйдет в свою LTE сеть, то сможет.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Пожалуйста. Но тогда будут вопросы, а чем ты занимаешься в рабочее время? Я к тому, что эти соцсети у нас отнимают наши ценные минуты, часы, а может быть даже и годы, если пересчитывать на то время, когда появились соцсети. Отнимают просто время. И дело не в том, что ты на работе этим занимаешься, ты, в принципе, постоянно этим занимаешься.

    Заходя в какой-то ресторан, особенно вечером, очень странно наблюдать за молодой парой. По идее, они пришли даже не чтобы поесть, а чтобы пообщаться. Первый вопрос: есть ли у вас Wi-Fi? И вместо того, чтобы сидеть общаться и коннектиться друг с другом, они сидят в своих телефонах и гаджетах. Это смешно и не понятно.

    С.ДОРЕНКО: Я думал об этом.

    Д.КНОРРЕ: Я тоже думала.

    С.ДОРЕНКО: Даша, давай твои рассуждения. Побудьте с нами, мы подумаем вместе.

    Д.КНОРРЕ: Это лучше, чем просто сидеть и молчать, и находить какие-то неловкие темы для разговора, например, если эта пара только познакомилась. Или если это пара, которая живет много лет, у них в любом случае нет тем для разговора. Это нормально, это естественно.

    С.ДОРЕНКО: Я напомню вам Винни-Пуха. Он персонаж, безусловно, написанный человеком. Винни-Пух однажды говорит, что настоящий друг — это тот, с кем ты можешь to do anything (делать ничего). То есть настоящий друг — это тот, с кем хорошо делать ничего.

    Д.КНОРРЕ: С кем хорошо помолчать, и вы на одной волне при этом.

    С.ДОРЕНКО: У вас есть подруга, с которой просто побыть. Может быть, она полежит у вас на плече, вообще молча. Это может вдруг затянуться на полчаса. На самом деле, для современного человека молодого смотреть в телефон — это тоже некая разновидность такого столбняка.

    Д.КНОРРЕ: Это отключиться немножко на время, отдохнуть.

    С.ДОРЕНКО: Ведь они смотрят в телефон, не интенсивничают в телефоне, они как бы просто пялятся и просто отключаются, как если бы это был прибой моря. Понимает. И вот они рядом, они точно знают, что они рядом, им спокойно от этого, и они оба в столбняке смартфона. Это неплохо, я думаю.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Но мы перестали визави, тет-а-тет. Мы общаемся друг с другом через какие-то… Общение со своими друзьями, которые находятся достаточно далеко, я приветствую — спасибо этим соцсетям за это. Но есть SMS-сообщения, WhatsApp, Viber, ты можешь реально пообщаться, видеть человека, а не то, что ты ему написал «привет», а он тебе через три дня ответил «привет». А тема ушла, у тебя уже другое настроение, другое желание, и ты уже забыл, зачем ты ему писал.

    С.ДОРЕНКО: Сколько вам лет?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Тридцать пять. 

    С.ДОРЕНКО: Вы очень молодой человек, энергичный, и вы воспитаны как раз в эпоху интернета, но вам это не совсем нравится.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Абсолютно не нравится. Это наверно мое первое образование.

    С.ДОРЕНКО: Первое образование, как я понял, связано с секретными службами. Я хотел ответить нашему слушателю, но как бы без него. Два аспекта. Первое, молодые люди приходят как будто на свидание, и они, собственно, не общаются. Я должен сказать, они, как пингвины, вместе, они чувствуют тело друг друга, как если бы они валялись на кровати. Так бывает.

    Д.КНОРРЕ: И смотрели телевизор.

    С.ДОРЕНКО: Так бывает: ты сначала общаешься, общаешься, общаешься, потом всё ближе и ближе общаешься, а потом хочется просто поваляться рядом. То есть ты ее чувствуешь, эту женщину, просто ты знаешь, что она рядом, но трындеть не хочется, и ей не хочется трындеть, и ей хочется валяться. Просто валяться, просто расслабиться. И смотрение в телефон — это не интенсивное занятие, это не занятие, на которое ты тратишь силы.

    Д.КНОРРЕ: Это как почитать книжку.

    С.ДОРЕНКО: Даже еще меньше, чем почитать книжку. Это как полистать журнал.

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Глаза почти в расфокусе.

    Д.КНОРРЕ: Как переключать пультом каналы телевизора в 90-е.

    С.ДОРЕНКО: В 90-е бродили по каналам, сейчас бродят по смартфону, а в 80-е листали журнал. Это способ расслабиться просто. Не надо думать, что люди дураки. Люди просто ищут способ расслабиться.

    Теперь дальше, можно ли это допускать на работе? Я охотно это допускаю на работе.

    Д.КНОРРЕ: У нас связана работа с этим, извините.

    С.ДОРЕНКО: Нет, нет. Если люди даже хотят во время работы заняться чем-то еще в компьютере, я это охотно допускаю. Я не пропагандирую это в коллективе — что, ребята, давайте все займемся личным.

    Д.КНОРРЕ: Но мы намотали на ус сейчас.

    С.ДОРЕНКО: Но я это охотно допускаю. Знаешь, почему? Потому что я читал и слушал Савельева блистательного, который к нам ходит на радио, Савельев — антрополог известный, он много говорит о мозге. И я сам так живу — я знаю, что я способен на самосожжение на работе, но потом я начинаю заговариваться, я просто знаю себя. Поэтому я не хочу, чтобы люди начали заговариваться, чтобы люди сошли с ума. Я хочу, чтобы люди расслаблялись даже во время работы. Были эпизоды в моей жизни, все они связаны с молодостью, дальше я уже себя берег. Все они связаны с молодостью, например, с постоянным синхронным переводом. Ты уже до автоматизма это доводишь. Ты превращаешь последовательный перевод в синхронный постепенно уже на автоматизме, когда твой профессионализм крепчает. Ты, в общем, должен последовательно переводить переговоры: фраза сказана — перевел, фраза сказана — перевел. И ты в какой-то момент чувствуешь, что ты начинаешь переводить синхронно: человек говорит — и ты переводишь, переводишь, переводишь. Входишь в некое состояние, это некое состояние.

    Д.КНОРРЕ: Это вне моего понимания.

    С.ДОРЕНКО: Я входил в эти состояния. Ты понимаешь в какой-то момент, что это продолжается, продолжается, продолжается, а потом, когда все отдыхают за столом, ты продолжаешь переводить синхронно всем всех, и ты продолжаешь, продолжаешь. Ты делаешь это три дня, например, и спишь по 4,5 часа, и много куришь (я тогда курил). И ты потом встаешь и не можешь говорить. То есть мозг говорит тебе «Серёжа, а я тебя выключу, всё», и ты просто понимаешь, что ты не можешь говорить. Тебе говорят «переведи, пожалуйста», а ты переводить перестаешь, мозг больше не хочет работать. Поэтому на работе я за то, чтобы люди…

    Д.КНОРРЕ: Переключались.

    С.ДОРЕНКО: Да.

    Д.КНОРРЕ: Не завидуйте нам!

    С.ДОРЕНКО: Спринтерский забег, чтобы не сойти с ума — расслабуха; спринтерский забег — расслабуха. Нужно пойти на кухню, обменяться ничего не значащими репликами, нужно отключить мозг, нужно посмотреть Facebook свой личный, нужно выключиться на пять минут, нужно посмотреть Facebook подружки и Instagram подружки — чтобы потом снова побежать.

    Всё это время я беседую с предыдущим слушателем. Он говорит «у нас на работе мы запрещаем — чтобы они работали». Я вам скажу, как они будут себя беречь, уважаемый слушатель. Они все равно до ступора, до отключки мозга работать не станут. Они станут работать в полнакала, в треть накала, в четверть накала. Они все равно будут некоторое время тупить, чтобы отдохнуть. Понимаете, тупить, чтобы отдохнуть. Когда спать не дают, люди начинают спать на ходу.

    Д.КНОРРЕ: С открытыми глазами, это ужасно.

    С.ДОРЕНКО: С открытыми, с полуоткрытыми, с полузакрытыми глазами. Я видел людей, которые спали на ходу. Когда меня прибрали в ГРУ (Главное разведывательное управление), я видел, как люди спали два раза по два часа в сутки. В ГРУ сидели в наушниках, и спать давали два по два часа. Я видел людей, которые шли в строю: рота заворачивала, а этот продолжал идти и уходил в кювет. Почему? Потому что он два по два спал, а потом начинал превращаться в сломанного робота.

    Д.КНОРРЕ: В зомби.

    С.ДОРЕНКО: Он сломанный робот, он шел в кювет и падал, потому что он спал. Поэтому не заставляйте людей всё время работать с полной самоотдачей.

    Д.КНОРРЕ: А если учитывать то, что мы сейчас живем в век дикого информационного потока, с которым мы не справляемся, то отключаться нужно гораздо чаще.

    С.ДОРЕНКО: Не заставляйте людей работать с полной самоотдачей, если только вы не хотите застрелить их через три дня. Если вы хотите через три дня ровно поставить их к стенке и застрелить, и поставить новых, то да, тогда дожимайте. Ровно на три дня их и хватит. Сон два часа в сутки и так далее. Ну, люди истощаются.

    Максим очень хорошо знает. Максим, здравствуйте. Нам звонит Максим Сураев, космонавт и депутат, которым мы очень гордимся.

    Д.КНОРРЕ: Здравствуйте.

    М.СУРАЕВ: Доброе утро.

    С.ДОРЕНКО: Там же важен режим, вы же прожили много-много месяцев на космической станции.

    М.СУРАЕВ: Абсолютно я с вами согласен и вы абсолютно правильно всё говорите. Просто в подтверждение ваших слов хотел бы сказать про тот эксперимент, который проводится у нас, в центре подготовки, над всеми космонавтами. Есть так называемая сурдокамера — это полностью ограниченное помещение, без всякой связи с внешним миром. Ты там находишься три или четыре дня. Одна из задачек — двое с половиной суток ты не спишь. У тебя есть всё, даже пищу подают через шлюзовой отсек, чтобы полностью устранить контакт с внешним миром. И на фоне этого ты проходишь все компьютерные тесты, как у тебя соображает мозг.

    Я первый раз в своей жизни попал в такую ситуацию, когда ты ходишь от стенки к стенке, и пока ты идешь, у тебя мозг вырубается, выключается. Это нормально, это защитная реакция организма. Человек с этим ничего поделать не может.

    Поэтому если ты хочешь, чтобы человек работал эффективно, как вы правильно говорите,  надо периодически давать немножко отдохнуть.

    С.ДОРЕНКО: Как бы чуть-чуть потупить. Потому что он хочет сохранить мозг.

    М.СУРАЕВ: Я знаю многих людей, которые действительно очень много добились и которые «моторчики», которые постоянно бегут, но многие из них в обеденный перерыв на 10-15 минут просто ложатся и выключаются.

    Д.КНОРРЕ: Это моя мечта — научиться так.

    С.ДОРЕНКО: Я делаю так, когда иду пешком — я понимаю точно, что у меня в голове нет вообще ни одной мысли, просто какое-то ууууу. Это некий способ отдохнуть, и это нормально. Спасибо большое вам Максим.

    М.СУРАЕВ: Удачи вам.

    Д.КНОРРЕ: Спасибо. Двое с половиной суток не спать — это жесть!

    С.ДОРЕНКО: Тем не менее неотвеченным остался вопрос, что делать с информацией, которую на нас собирают?

    Д.КНОРРЕ: Изменить свое отношение к этому, ничего тут не поделать. Как вы на летучке мне говорили: просто улыбнуться и сказать «а что такого, да, я такая».

    С.ДОРЕНКО: Дело в том, Даша, что при предвзятой верстке твоих событий… У тебя есть события, например сто тысяч событий, которые хранит о тебе интернет. Из них есть три, о которых тебе неудобно вспоминать. А, может быть, удобно, но ты для себя улыбаешься. Но когда ты увидишь их через запятую, ты скажешь «опаньки».

    Д.КНОРРЕ: Так эта информация не только в интернете хранится. Вот, пожалуйста, записи на радио, можно сверстать какие-то вырезки из наших эфиров, где я буду…

    С.ДОРЕНКО: Но существуют люди, у которых мозг оперативника. А если ты общалась с оперативниками… Худший из них, я сейчас абсолютно не шучу, был Саша Литвиненко, погибший, впоследствии отравленный полонием.

    Д.КНОРРЕ: А вы с ним общались?

    С.ДОРЕНКО: Я очень много общался с Сашей. И я хочу сказать, что Саша был худшим примером оперативника когда-либо мною виденным.  

    Д.КНОРРЕ: «Худшим» в каком смысле?

    С.ДОРЕНКО: Потому что он был полностью.., мне не хочется говорить языком диагнозов, но если бы я мог, я бы сказал, что он был больной на всю голову. Я уже знал, что если я встречаю Сашу, надо вытаращить глаза и закричать Саше навстречу «я полчаса назад должен был быть в “Останкино”» и бежать, потому что он хватал за рукав, он хватал за руку. И дальше он говорил «про этого знаешь, что он преступник» и дальше начинал излагать, почему. Например, он бы сказал: «Серёжа, ты знаешь, что Даша преступница? Она то-то и то-то. А это намекает на это, а это сопрягается с таким-то уголовным делом, где в схожей ситуации было вот это. Безусловно, она убийца, наркоманка, торговка оружием».

    Д.КНОРРЕ: Детьми.

    С.ДОРЕНКО: Оружием, детьми, пожиратель, каннибал и всё на свете. Если бы я послушал Сашу Литвиненко (я сейчас не шучу) про Дашу Кнорре, я бы точно знал, что нет ни одного на земле греха, который не совершила Даша Кнорре. Правду говорю!

    Д.КНОРРЕ: И ему не нужен был для этого интернет. Если человеку надо сделать на меня какой-то компромат…

    С.ДОРЕНКО: Нет, ничего не надо было.

    Д.КНОРРЕ: В том-то и дело. А интернет сейчас просто делает это дело проще.

    С.ДОРЕНКО: Он ловил меня за пуговицу в коридоре, у него всегда была попытка обратить на себя внимание тем, что он говорил: а ты знаешь, что такой-то генерал (очень известный генерал) жопник. А говорю: а почему? И дальше он начинал быстро, за 2,5 часа, рассказывать свою версию. Это со мной случилось всего один раз. Следующий раз я уже сказал: Саша, извини, я побежал. Он был больной на голову! И все оперативники больны на голову! Все оперативные работники больные на голову, представь себе, что они о нас думают!

    НОВОСТИ

    С.ДОРЕНКО: Джон Сноу женится на одичалой, вы знаете, да, Игритт.

    Д.КНОРРЕ: Мы уже почти поверили в то, что он с ней расстался и начал встречаться с Эмилией Кларк.

    С.ДОРЕНКО: А Кларк, говорят, в жизни хохотушка, на всех высмеивает. А Джон Сноу такой плакса с виду.

    Д.КНОРРЕ: И по Instagram видно, что он плакса, по жизни он плакса.

    С.ДОРЕНКО: Он такой весь трагический плакса, и он такой весь принц плакса. А Дейнерис по жизни хохотушка, она всё время хохочет. В ней 150 сантиметров росту, она совсем крошечная, и всё время хохочет заливисто. Это ужас какой-то. А ему конечно хочется, чтобы вокруг была какая-то траурная музыка, чтобы всё было по-другому.

    Наконец, все-таки одичалая Игритт соответствует его взглядам. Появилось в газете The Times, где было написано: «Мистер К.К.Харингтон и мисс Р.Е.Лесли. Объявлена помолвка между Китом, младшим сыном Дэвида и Деборы Харинтон из Вустершира, и Роуз, средней дочерью Себастиана и Кэнди Лесли из Абердиншира».

    Совпали имена. Соответственно, люди провентилировали в окружении Джона Сноу и, оказалось, что это правда — он женится на одичалой Игритт.

    Д.КНОРРЕ: «Ничего ты не знаешь, Джон Сноу» которая.

    С.ДОРЕНКО: Да. Это хорошо же все-таки?

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Она симпотная девка-то. Она такая рыжая отчаянная.

    Д.КНОРРЕ: Немножко агрессивная, но это, может быть, только по сериалу. Но она хороша вжилась в роль.

    С.ДОРЕНКО: Она оттеняет его мрачную волшебность.

    Д.КНОРРЕ: Он тупит, а она не тупит.

    С.ДОРЕНКО: Хорошая пара. Она будет, как хохлушка, которая нашла себе еврея-скрипача. Он будет ходить тихий, весь печальный, а она будет ему мучить, терзать.

    Д.КНОРРЕ: Подзатыльники.

    С.ДОРЕНКО: Конечно, подзатыльниками развивать и так далее. Я хотел еще забавный случай, где дама выходит замуж сама за себя. Жительница Италии вышла замуж сама за себя. Она устроила праздничную церемонию с гостями, с подружками невесты, с родственниками. Когда она поняла, что не хочет больше соединять себя ни с каким мужчиной, ни с какой женщиной, она женилась сама на себе. Ей 40 лет. Ну, в сорок уже можно.

    Д.КНОРРЕ: Я думала, у нее раздвоение личности.

    С.ДОРЕНКО: Нет. Ей сорок лет, она декларировала, что женится сама на себе. Был стол, были гости, были торты, ее фигурка на торте.

    Д.КНОРРЕ: Последняя стадия отчаяния.

    С.ДОРЕНКО: (Смеется) Это декларация какая-то, мне кажется. Это, конечно, обращено к нему.

    Д.КНОРРЕ: Конечно!

    С.ДОРЕНКО: Всё это было сделано для него, чтобы он знал! И пусть он узнает!

    Д.КНОРРЕ: Что теперь я не одна.

    С.ДОРЕНКО: Я теперь не одна, я женилась сама на себе.

    И меня есть всякие диковинные сообщения: в Хельсинки у здания парламента пороли друг друга ножами, резали друг друга ножами двое мужчин. Им 19 и 22 года, они приехали из России. Они говорят, что их Финляндия отказалась приютить из-за гомосексуализма, и их пытаются выслать в Россию. И они пытались в Хельсинки зарезать друг друга, ножами резали друг другу животы, а потом показывали шрамы, потом показывали швы, все эти раны были зашиты.

    Д.КНОРРЕ: Они же сами себя и залатали.

    С.ДОРЕНКО: Нет, залатали, насколько я понимаю, медицинские работники.

    Д.КНОРРЕ: В Финляндии именно из-за того, что они геи, не принимают или по другим причинам?

    С.ДОРЕНКО: Именно потому что они геи их не принимают. Им 19 и 22 года.

    Д.КНОРРЕ: Как же так?! Европа же!

    С.ДОРЕНКО: Прекрасные, перспективные молодые геи. Почему их не принимают, не знаю.

    Д.КНОРРЕ: Это странно.

    С.ДОРЕНКО: Может быть, неправильная страна, не вовремя. Им надо было быть геями-чеченцами, а она оказались…

    Д.КНОРРЕ: Просто русскими.

    С.ДОРЕНКО: Русскими геями, и сразу все такие «упс», это уже вторая категория.

    Раз я заговорил о Чечне, очень духоподъемно то, что Кадыров потребовал увеличить размер дотации Чечне. Вы знаете, что Чечня получает дотации. Из-за того, что у него очень высокая деторождаемость. Это должно вызвать у нас у всех восхищение и желание скинуться. 

    Д.КНОРРЕ: На мальчика или на девочку.

    С.ДОРЕНКО: Глава Чечни Рамзан Кадыров заявил о необходимости увеличения федеральных дотаций региона в связи с высокими темпами рождаемости. Идет высокий рост населения Чечни и высокая рождаемость, поэтому это нужно учитывать при формировании бюджета. То есть бюджет считает, что чеченцев икс, а их существенно больше становится, потому что всё новые и новые чеченцы рождаются. Поэтому нужно и на социальную сферу, и на здравоохранение, и на образование этих новых молодых чеченцев, и на материнский капитал нужно существенно больше денег. Значит, Козак наш… 

    Д.КНОРРЕ: Дмитрий Козак.

    С.ДОРЕНКО: Да, да. Он пришел в восторг, также как подобает любому хорошему гражданину. Козак пришел в восторг и заверил, что будет оказана всесторонняя поддержка и помощь. Он испытал чувство ликования или понимания?

    Д.КНОРРЕ: Или страха?

    С.ДОРЕНКО: О что страха? Наоборот — ликования. Козак мог отнестись к этой новости с пониманием или с ликованием, и здесь кроется существенная разница. А как он отнесся? Сейчас я прочитаю: он с мнением согласился. Не понятно, все-таки с ликованием или с пониманием. Ты сама ликуешь, когда ты думаешь, что чеченцев становится всё больше и больше и нужно скинуться? 

    Д.КНОРРЕ: Да, только денег нет.

    С.ДОРЕНКО: Ну, как нет? На что-то же находится. Крымский мост — Керченский мост.

    Д.КНОРРЕ: На это находится. Значит, приоритеты есть какие-то.

    С.ДОРЕНКО: Конечно. Значит, мост — бог с ним, надо в Чечню.

    Д.КНОРРЕ: Может быть и так.

    С.ДОРЕНКО: Тут все-таки живые люди, а тут железки. Надо же соображать. Мы проводим ядерные испытания. Сегодня День атомной промышленности. Тоже можно это заморозить, а деньги в Чечню.

    Д.КНОРРЕ: У других субъектов, которые на дотации живут.

    С.ДОРЕНКО: Всё равно не родят, а деньги берут! Это бесполезные люди абсолютно. Поехали дальше. Это была опасная тема, но мы же с тобой восхитились?

    Д.КНОРРЕ: Конечно!

    С.ДОРЕНКО: Рыбный дождь в Гондурасе; женщина с бородой; младенец о двух головах. Подожди, ты мне сказала, в Мексике был дождь.

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Ребята, вы знаете, как интернет дарит нам действительно глупые, по-настоящему глупые заголовки. Мы по младости на эти идиотские заголовки клевали, а сейчас мы уже не клюем. Правильно? В каком-нибудь 1998 году мы думали, что эти заголовки что-нибудь значат, и половина из них правда значили, а сейчас мы просто игнорим. Если дурацкий, громкий заголовок, то мы не читаем эту ахинею. В Мексике прошел рыбный дождь — прочитали и прочитали. А Даша вчера в пьяном угаре праздновала тридцатилетие. Да?

    Д.КНОРРЕ: Нет, я отложила пока.

    С.ДОРЕНКО: До пятницы?

    Д.КНОРРЕ: До пятницы.

    С.ДОРЕНКО: Нас всё равно не позвала. А, нет, вчера кормила какими-то…

    Д.КНОРРЕ: Пирогами.

    С.ДОРЕНКО: Но мне не досталось.

    Д.КНОРРЕ: Почему вам не досталось? Вы ушли просто.

    С.ДОРЕНКО: Я ушел, потому что у меня было дело, но можно было оставить кусочек пирога.

    Д.КНОРРЕ: Вообще-то.

    С.ДОРЕНКО: Вообще-то никто не оставил, я сегодня шастал по холодильнику.

    Даша прочитала, короче, эту ахинею. Вот что происходит, послушайте меня, как это сопрягается с вами пониманием физики. Тучи над большим массивом воды с низким уровнем окисления (это не ураган, просто тучи) впитывают в себя влагу вместе с небольшими рыбами, водорослями и организмами. Затем выпадают на землю вместе с рыбами. Что-нибудь поняли?

    Д.КНОРРЕ: Мне это напомнило первый сезон «Фарго», когда рыба падает с небес на автомобиль, когда они едут по трассе.

    С.ДОРЕНКО: А когда у Кустурицы палтус летает — тоже неплохо было. Оказывается, это распространенное в Латинской Америке явление, чтобы вы понимали. Рыбный дождь регулярен для населения одного из департаментов Гондураса. Каждый год между маем и июлем в небе возникает темное облако, затем сверкает молния, гремит гром, дует сильный ветер, два-три часа льет сильнейший дождь. После его завершения на земле остаются сотни живых рыб. Сотни! Которые люди собирают и идут домой готовить: жарить…

    Д.КНОРРЕ: Мариновать.

    С.ДОРЕНКО: Объяснение данного явления заключается в том, что смерчи и сильные ветры поднимают в воздух рыбу. Что за ерунда? Атлантический океан — источник рыбы. В двухстах километрах от берега выпадает рыба.

    Д.КНОРРЕ: 200 километров!

    С.ДОРЕНКО: Москва от воды — 700 километров. Балтийская лужа не считается.

    Д.КНОРРЕ: Корюшку мог бы какой-нибудь ураган принести сюда.

    С.ДОРЕНКО: Это объяснение неправдоподобно, поскольку требует маловероятного совпадения водных смерчей. Альтернативное объяснение гласит, что рыба речная и что сильный дождь переполняет и вымывает рыбу… Это не важно.

    Д.КНОРРЕ: Какая-то чепуха.

    С.ДОРЕНКО: Короче, чепуха. Но сейчас действительно множество рыбы выпало из-за того, что ее всасывают тучи. Мы этого не понимаем. Ребята, давайте попробуем об этом не думать, потому что становится страшно.

    А вот еще ВЦИОМ. ВЦИОМ выяснил — главное, что все врут. А нет, наоборот! У меня две статьи сегодня есть. ВЦИОМ выяснил главные страхи россиян. И тотчас я тебе даю статью. Оказывается, россияне опасаются международных конфликтов и есть страх роста цен. Всё остальное их устраивает.

    Д.КНОРРЕ: А всё остальное приложится.

    С.ДОРЕНКО: Они уже привыкли ко всему остальному. Но у меня еще есть другая статья. Сегодняшняя публикация Александра Латкина, литератора, в «Газете.RU». Он говорит, что люди научились давать социально-приемлемые ответы на опросы. Скажи, ты врёшь? Доводилось ли тебе, Даша, лгать интервьюеру?

    Д.КНОРРЕ: Я, как дурочка, постоянно честно говорю, что я журналист, и они говорят «ой, извините, пожалуйста, журналистов мы не опрашиваем». Особенно по телефону когда звонят «вы сейчас сморите телевизор?» А я готова отвечать, думаю, пополню статистику.

    С.ДОРЕНКО: Со мной один раз такое случилось, причем позвонили на мобильный, спросили: вы слушаете радио? Я сказал: да. — Кем вы работаете? — Я журналист. Они говорят: спасибо. Нет! Еще один раз я обломался! Они сказали: нам нужно референтная группа 35-45, сколько вам лет? Я вместо того, чтобы честно сказать «сорок три», я сказал другой возраст. Они говорят: до свидания. Я так два раза обломался. — Какое вы слушаете радио? Нам нужна референтная группа: мужчины до 45. Надо было честно сказать: сорок три. Мне не хватило честности, и я сказал другой возраст. 

    Д.КНОРРЕ: Какой вы сказали?

    С.ДОРЕНКО: Не помню, сорок шесть.

    Д.КНОРРЕ: Чтобы не отвечать?

    С.ДОРЕНКО: Я хотел отвечать, но хотел быть исключением. Мне так нравится быть исключением. Они говорят: нет, до свидания.

    Д.КНОРРЕ: Поэтому я не участвую в опросах. Но, вообще, для меня было очевидным, что люди врут, особенно если опрос касается каких-то пикантных тем. Был недавно опрос ВЦИОМа: когда подростки начинают половую жизнь? Какие подростки будут честно отвечать на этот вопрос?!

    С.ДОРЕНКО: Скажи, они преуменьшают свою половую жизнь?

    Д.КНОРРЕ: Кто-то преуменьшает, а кто-то преувеличивает. Тот, кто боится, что его вскроют, доложат родителям, донесут в школу, в медкарту — они преуменьшают.

    С.ДОРЕНКО: Но мальчики преувеличиваются.

    Д.КНОРРЕ: Мальчики преувеличивают, особенно если подруга рядом.

    С.ДОРЕНКО: В 18 лет я говорил, что у меня было десять партнерш. Я имел в виду даже тех, с кем я когда-то танцевал в школе. Она же половая партнерша, правильно, мы же танцевали именно в этом смысле.

    Д.КНОРРЕ: Сальсу, реггетон?

    С.ДОРЕНКО: Нет, что-то медленное. Мальчики преувеличивают, конечно; девочки преуменьшают. А на самом деле потом выясняется, что…

    Д.КНОРРЕ: Всё наоборот.

    С.ДОРЕНКО: Вот именно. Кнорре подытожила. Мы врём, а нами управляют через соцопросы. Проблема, товарищи, в том, что сегодняшняя Россия управляется через наукократию. Я об этом говорил многократно и повторяю. Постоянно проводятся опросы по любому вопросу. Мэрия проводит непрерывные опросы, правительство проводит непрерывные опросы и, наконец, Кремль, как мне представляется, проводит непрерывные опросы. Часть из них публикуется.

    Вы слышите здесь ВЦИОМ, ФОМ и «Леваду» — из самых маститых, уважаемых. Хотя еще есть, SuperJob, еще службой опросов занимается ФСО, еще кто, еще кто. Это всё многослойно. У каждого уважающего себя князя есть служба соцопросов, с которой только он работает, которая точно не врет. Но врут граждане, вот в чем дело! Вы врёте в соцопросах! Поэтому вами управляют на основе тайных соцопросов, в которых вы врёте.

    Как вы хотите, чтобы вами управляли?! Объясните, пожалуйста. 73-73-948. Вы лжёте в соцопросах? Вы участвуете в соцопросах? Как часто вам доводится лгать? Вы понимаете, что всеми нами, каждым из нас управляют князья, которые основывают свое правление сегодня на наукократии. Нами правит наука, а вы лжёте! Таким образом, вся эта наука идет к чёрту.

    Здесь автор Александр Латкин приводит целый ряд примеров. Он говорит, ненависть к Москве: по одним опросам — 19%; по другим опросам — 77%.

    Д.КНОРРЕ: Так у каждого человека это зависит от настроения. Сегодня ты постоял в пробке — ненавижу Москву!

    С.ДОРЕНКО: Люди говорят, что хотят. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро, Сергей Леонидович. Вы знаете, на самом деле в 1996 году, когда намечались выборы в президенты, тогда была фальсификация Ельцина, уже тогда было обнаружено, что в социологических опросах люди, которые хотели голосовать за Жириновского, в обществе был дух стыдности, если ты за него будешь голосовать и озвучишь свое мнение…

    С.ДОРЕНКО: Скажешь, заявишь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это было отмечено, на самом деле.

    С.ДОРЕНКО: Вот еще: существует «гаражная экономика». По оценке Росстата, в темной экономике, нелегальной трудятся 15,4 млн человек. Однако есть данные РАНХиГС, что 30 млн человек трудятся в темной экономике. Люди говорят «от балды», просто врут!

    Д.КНОРРЕ: Надо на детекторе лжи проводить опросы.

    С.ДОРЕНКО: Данные 15 и 30! Как вами можно управлять, если вы врете все время?! Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Соцопросом являются радийные FM-диапазоны. «ГБ» слушает несколько десятков радиостанций, которые точно отображают мнение всего населения, и делают выводы.

    С.ДОРЕНКО: Несколько десяткой не надо слушать. Если мы с вами, Юрий Николаевич, хотели бы помочь «ГБ», сколько станций надо слушать?

    Д.КНОРРЕ: Юрий Николаевич слушатель только радиостанцию «Говорит Москва».

    С.ДОРЕНКО: Нет, они такие…

    Д.КНОРРЕ: Переключаются?

    С.ДОРЕНКО: Конечно. Юрий Николаевич наш человек.

    Д.КНОРРЕ: Мне кажется, у Юрия Николаевича приемник с колесиком, один раз настроил и всё.

    С.ДОРЕНКО: Он вбил гвоздик туда, шурупчик. 

    Д.КНОРРЕ: Потому что потом не вернешь волну.

    С.ДОРЕНКО: Теневой рынок: 30 млн или 15 млн. Это же две разные страны! Ненавидят Москву 19% по одним опросам, 77% — по другим. Сколько уехало из страны — с этим тоже огромные проблемы. По консульскому учету говорят, что из страны уехало иск миллионов, 4 млн. А еще на консульский учет не встает никто, и в результате ухало 30 млн. Просто я тебе говорю «от балды». Как верить этим людям, если они постоянно во всем врут?! Как можно управлять ими?! 73-73-948. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Нужно слушать радиостанций шесть-семь.

    С.ДОРЕНКО: Я так не думаю.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Две финансовые, вы, «Эхо» обязательно, потому что нужно понимать альтернативное мнение.

    С.ДОРЕНКО: А что вам дают финансовые? Вы можете посмотреть спокойно в интернете на нескольких сайтах, вот вам будут все финансы моментально.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А откуда вы уверены, что они объективную информацию выкладывают?

    С.ДОРЕНКО: Как вас зовут?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Валерий.

    С.ДОРЕНКО: Валерий, когда вы слушаете, вы слушаете линейно. Условно говоря, вы не знаете, что будет через минуту. А когда вы читаете — вы читаете по диагонали.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: В течение дня слушаю несколько радиостанций, и я приблизительно понимаю, где правда.

    С.ДОРЕНКО: Вам доводилось лгать соцопросам?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, участвовал, на улице несколько раз ко мне подходили. Я стараюсь искренне отвечать.

    С.ДОРЕНКО: Искреннее или социально приемлемо?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, искренне. «Социально приемлемо» это всё относительно.

    С.ДОРЕНКО: Спасибо. Люди отвечают эпатажно, социально приемлемо, искренне. На самом деле больше параметров. Эпатажно — я только что ел младенцев; социально приемлемо — ах, как это плохо. Они угадывают в глазах и в интонации собеседника. Интервьюер спрашивает: едите ли вы младенцев? — Боже, как это ужасно, это неприемлемо (социально приемлемый ответ). А какой еще ответ?

    Д.КНОРРЕ: Искренний.

    С.ДОРЕНКО: Задумывают об этом, но решаюсь, но однажды мне бы хотелось… Как-то так. Эти люди врут. 73-73-948. Здравствуйте. Вам тоже доводилось участвовать в соцопросах?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Да, приходилось участвовать в соцопросах. Мне на мобильный регулярно звонит наша московская социологическая служба при мэрии. Они в основном интересуются по большей части хозяйственными вопросами: насчет благоустройства или чего-нибудь в этом роде. Тут, как правило, отвечаешь искренне.

    С.ДОРЕНКО: Вы отвечаете искренне, но вы создаете некий негативный фон, да?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Как сказать, конечно, приходится создавать негативный фон, потому что ты всегда всем недоволен.

    С.ДОРЕНКО: Я скажу, почему. Потому что когда вами интересуется начальство и притом анонимно, если вы похвалите — вам за это ничего не будет, а если вы поругаете — какой-то будет гвоздь в стуле начальства — это приятно само по себе.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И в любом случае ничего не будет.

    С.ДОРЕНКО: Ну, да. Спасибо большое. Так что в городских соцопросах лучше ругать. Во всяком случае, потому что тебя никто не похвалит, если ты похвалишь. А какой-то гвоздь в стуле начальства, кнопочка какая-то на стуле начальства — все-таки приятно.

    В ДВИЖЕНИИ

    НОВОСТИ

    С.ДОРЕНКО: 10 часов 6 минут. Суд раскрыл детали судимости лидера «Христианского государства» — он убил соседку. Сейчас к доллару перейдем.

    Д.КНОРРЕ: Незамедлительно.

    С.ДОРЕНКО: А потом назад к «Христианскому государству». Товарищи, сначала как нехристи. У нас четверг сегодня, у нас 57,51 было в понедельник, а сейчас 58,51 — на фигуру рубль потерял. 68,68 по евро, 57,51 нефтица, тоже потеряла. Глянь-ка, она билась аки птица об стекло, она билась об 59, старалась-старалась, а сейчас 57,51. Хороший уровень, нормальный. И 1,1741 — доллар подорожал по сравнению с началом недели.

    Мы возвращаемся к лидеру «Христианского государства». Если бы в проклятые 90-е кто-нибудь мне сказал что-нибудь про «Христианское государство» — я бы отмахнулся. Потому что фрики разные…

    Д.КНОРРЕ: А много было фриков в 90-е?

    С.ДОРЕНКО: Да. Но поскольку в 90-е еще была интеллигенция, она существовала, теперь мы воспоминаем об этом как об историческом эпизоде, правда. Интеллигенция массово изошла в 1989-м. Если уж говорить честно, то интеллигенция была в 80-е — это последние были годы, когда интеллигенция всё еще была. В 1989-м она изошла массово, в огромном количестве. А затем интеллигенция в 90-е всё еще была, такая рудиментарная. А интеллигенция в России, как ты знаешь, носит аристократический контекст, подтекст, какой-то намек.

    Д.КНОРРЕ: Желательно, чтобы были аристократические элементы.

    С.ДОРЕНКО: Если интеллигенция в XIX веке в истинно аристократическом обществе была разночинной, то есть образованная интеллигенция старалась походить на образованных дворян, то интеллигенция XX века (с дворянами было покончено наконец-то) имитировала, замещая дворян.

    И, конечно, всякие фрики, какие-нибудь странные преподаватели латыни… Вот у нас был преподаватель латыни — очень странный человек, в таких коротких брючках ходил: «Молодой человек, прошу представить вашу работу». Такой был семидесяти. 

    Д.КНОРРЕ: У нас абсолютно такой же был преподаватель по латыни.

    С.ДОРЕНКО: Может быть это один и то же, может быть ему всё время семьдесят. Такие фрики котировались.

    Д.КНОРРЕ: Конечно.

    С.ДОРЕНКО: Я сейчас рассказываю про 90-е годы. В 90-е годы были фрики, занимавшиеся здоровьем, старец Иванов какой-нибудь.

    Д.КНОРРЕ: «Гербалайф».

    С.ДОРЕНКО: Я помню свой разговор с нынешним президентом Казахстана Назарбаевым. По-моему, он мне рассказывал, что его жена увлекалась и была дружна со старцем Ивановым, они ходили босиком по снегу.

    Д.КНОРРЕ: Очень полезно, кстати говоря.

    С.ДОРЕНКО: Или это кто-то мне рассказывал про Назарбаева. Но старец Иванов подвязался не только у нас в Сибири, но и в Казахстане, в семье президента, он учил их ходить босиком. Это были фрики, которые занимались здоровьем. А фрики, которые занимались христианством, в 90-е не котировались абсолютно никак. Потому что общество всё еще было интеллигентным, и подобное говнище общество не способно было переварить. Общество фыркало, когда слышало о подобных фриках. А современное общество уже спокойно ест говно полной ложкой. Видишь отличие. Все-таки общество меняется.

    Д.КНОРРЕ: Ну, не общество меняется, а в тот момент, когда государство стало официально поддерживать Церковь, Церковь стала набирать силу и параллельно стали возникать фрики, которые чувствуют возможность.

    С.ДОРЕНКО: Пещерцы.

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Эти пещерцы, которые в тамбовских и пензенских пещерах ждут конца света. Ну и один из пещерцев — это Александр Калинин, глава «Христианского государства». По материалам дела: оказывается, в 2002 году господин Калинин, лидер «Христианского государства», узнал, что у его соседки (хорошей приятельницы его матери) есть деньги, и сообщил об этом двум своим знакомым наркоманам. 

    Д.КНОРРЕ: И все сразу представляют себе, что наверно там тысяч пятьсот рублей, миллион.

    С.ДОРЕНКО: У нее есть деньги.

    Д.КНОРРЕ: Водятся деньжата.

    С.ДОРЕНКО: У него были знакомые наркоманы. Сам он наверняка ни в коем случае, но его друзья были наркоманы. Сначала знакомые без него, они решили пренебречь лидером «Христианского государства»…

    Д.КНОРРЕ: Будущим лидером «Христианского государства».

    С.ДОРЕНКО: Они решили сами, по-буддистски. Однажды Гаутама Будда накормил тигрицу. Ты знаешь эту притчу?

    Д.КНОРРЕ: Напомните.

    С.ДОРЕНКО: Он накормил тигрицу, вырезав кусок собственного мяса. Чтобы она не убила что-нибудь живое и не ухудшила карму, поэтому он накормил ее. На нее грех не пал, в сущности. Есть такая притча, она, как вы видите, странная, она смешивает кармическое сознание индуистское с буддистским, что не всегда одно и то же, но именно в этой притче эти вещи смешены. Ну, не важно. Вы знаете, что причудливо смешиваются религиозные всякие взгляды.

    Эти два наркомана, я думаю, чтобы он не портил карму как лидер «Христианского государства», решили взять соседку без него. Они ломились в дверь. Женщина очень испугалась и перестала открывать. Они ломились, пытались выбить дверь. Они отключили ей свет на щитке, чтобы ей было потемнее. Они думали, что когда станет потемнее, ей будет приятнее открыть дверь.

    Д.КНОРРЕ: Чтобы она открыла и включила на щитке.

    С.ДОРЕНКО: Да! Она всё равно никак не открывала, проявляла…

    Д.КНОРРЕ: Выдержку.

    С.ДОРЕНКО: Выдержку, и в то же время она проявляла недоброжелательность к людям. Тогда пришел Калинин, лидер «Христианского государства», и своим голосом сказал: баба Настя, это я, открой мне. Он сын соседки, она открыла, Калинин ворвался туда и двое наркоманов, все втроем ворвались. В то же время включили ей свет — видите, какие плюсы. Ей стало лучше сразу, потому что включили свет. Они забрали у нее 75 тысяч рублей, который всё равно ей были не нужны. Зачем ей 75 тысяч рублей? Ведь она не наркоманка. Зачем ей столько денег? Они ее потом задушили.

    Д.КНОРРЕ: Чтобы не оставлять следов.

    С.ДОРЕНКО: Потому что она потом опознает Калинина, он же все-таки сын соседки. Пришлось задушить. А вот если бы Калинин не пришел, а ребята сами взяли 75 тысяч, можно было бы и оставить ее в живых, правильно.

    Д.КНОРРЕ: В общем, да.

    С.ДОРЕНКО: Они ее задушили и ушли. И тогда Калинина задержали. На сколько лет его задержали — на 8,5 лет. Может, он душил не всеми десятью пальцами, а например только душил безымянными пальцами. Может такое быть? Ему говорят: тогда 8,5. Если бы всеми десятью — ему бы двадцатку влепили. И наверняка она кусалась, то есть причиняла ему физическую и нравственную боль. Она кусалась, пока он ее душил.

    Д.КНОРРЕ: Деликатно.

    С.ДОРЕНКО: Он деликатно душил, говорил: баба Насть, мы тебя сейчас аккуратненько усыпим. 

    Д.КНОРРЕ: Мы тебя не больно зарежем.

    С.ДОРЕНКО: Она его покусывала своей вставной челюстью — хвать, хвать, хвать. Он говорит: это как-то уже не деликатно получается. За это ему скостили срок — 8,5 лет. Я считаю, это прекрасная новость, характеризующая этих новых фриков.

    Новая эпоха — новые фрики. Вы заслужили таких фриков, товарищи. В 90-е такого говна не было. То есть как бы было, но оно не было в поле зрения. А сейчас вы додеградировали уже до таких фриков. Я вас поздравляю, ура.

    И Собчак тоже. Вы додеградировали до Собчак. Сегодня читаю Лилию Шевцову. Ты знаешь, она такая умная тётка. Помнишь ее? Она умная тётка. Есть несколько умных тёток, и Лилия Шевцова одна из умных тёток. Она еще умная была в 90-е, Лилия Шевцова. Но нет, не пропила свой талант, ни мозг, ничего, продолжает творить, прекрасно писать на Newsru.com. Или где она там пишет, я не знаю. А, у себя в Facebook. Я ее не читаю в Facebook, я ее читаю, когда ее кто-нибудь репостнет. Так вот, она рассказывает про Собчак. Скажи, пожалуйста, ты серьезно относишься к этому проекту? И вчера об этом написал, если я не ошибаюсь, Незыгарь, про Собчак.  

    Д.КНОРРЕ: Об этом уже давно пишут.

    С.ДОРЕНКО: Незыгарь сказал, что ее толкают братья Ротенберги, строители Керченского моста и Северного морского пути одновременно.

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Что ее толкают Ротенберги, а в Кремле блок внутренней политики не очень понимает, зачем. Предположим два варианта: Собчак идет, Собчак не идет. Собчак не идет — это сразу она идет в жопу и сразу не интересует. А если едет, тогда что? Дай мне сценарий.

    Д.КНОРРЕ: Там интересно еще, будет ли допущен Навальный, который все-таки собирается.

    С.ДОРЕНКО: Навальный может быть допущен.

    Д.КНОРРЕ: Да. Не понятно, при каких вводных, но, видимо, тоже будут какие-то опросы. Соответственно, если они пойдут вдвоем, это интересно, конечно. Возможно, таким образом пытаются разделить, расколоть…

    С.ДОРЕНКО: Мне кажется, может быть я ошибаюсь, Собчак не отбирает у Навального.

    Д.КНОРРЕ: А я думаю, что отбирает.

    С.ДОРЕНКО: А я думаю, нет. Я думаю, что Собчак — это Жириновский в юбке, это молодой Жириновский в юбке. Собчак может забирать только у Жирика. Собчачка — это Жирик.

    Д.КНОРРЕ: Интересно.

    С.ДОРЕНКО: Это Жирик, что непонятного.

    Д.КНОРРЕ: Непонятно, потому что Собчак все-таки представляет оппозиционное крыло.

    С.ДОРЕНКО: А кто такой Навальный, кстати говоря? Если Собчак — Жирик, я вдруг неожиданно подумал, что Навальный кто? Навального мы видели очень разного. Навальный говорил о расовом превосходстве давно, в начале 2000-х, он участвовал в дискуссиях, где говорил «уберите от меня этих чурок». Он говорил о своем расовом превосходстве.

    Д.КНОРРЕ: Националистические были у него…

    С.ДОРЕНКО: Да. Он из Можайска и поэтому думает, что он настоящий арий, можайский арий. И позже, когда его поддерживали демократы, он гнал 5 декабря 2011 года националистов на ОМОН с криками «что стоите, как бараны», чтобы они через Мясницкую с Чистых прудов шли захватить ФСБ. Он кричал: прорывайтесь через штакетник, что стоите, как бараны! 4 декабря 2011 года были выборы (в воскресенье), а в ночь на 5-е (понедельник) он устроил «что стоите, как бараны». И тогда его бойцы, боевики были именно националисты, там не было демократов. А уже 10-го в субботу на Болотной он… Видишь, Навальный звонит! Я знаю, это Навальный! А уже 10-го он собирает демократов. Только что «что стоите, как бараны» — он говорит националистам, а потом 10-го он собирает демократов. А потом 24-го «Кто здесь власть?» на Сахарова он собирает и демократов, и националистов. Там были и те, и те, да, да, и тоже стояли крыльями. После чего он убывает в Акапулько, потому что у него была путевка в Акапулько. Он убывает в Мексику, в Акапулько, и Южную Калифорнию. Знаешь Южную Калифорнию?

    Д.КНОРРЕ: В смысле, знаю «Южную Калифорнию»?

    С.ДОРЕНКО: Там очень холодная вода и очень жаркая земля. Пустыня подходит напрямую к морю, к воде, и там прекрасные места.

    Д.КНОРРЕ: Великолепный контраст.

    С.ДОРЕНКО: Там великолепный контраст. Не так удобно купаться, как удобно наблюдать трахающихся китов. Туда приходят трахаться киты, в Южной Калифорнии их можно наблюдать. Навальный едет туда, как раз наблюдать трахающихся китов. Ну, правда. Это очень интересно, не очень возбуждает. Я ездил за этим в Доминиканскую Республику. Надо знать жизнь китов. Ты не знаешь, я смотрю.

    Д.КНОРРЕ: Не знаю.

    С.ДОРЕНКО: По глазам вижу, что ты не знаешь.

    Д.КНОРРЕ: В затруднении, не могу поддержать дискуссию. 

    С.ДОРЕНКО: Я просто пытаюсь закруглить эту тему. Я пытаюсь сказать, вы получаете тех фриков по жизни, которых вы заслуживаете. В 90-е годы фрики были — старец Иванов, ходящий босиком, а сейчас убийца, который задушил старуху, глава «Христианского государства». Понятно! До чего вы обыдлили! Вы стали быдлом настоящим, политическим быдлом! Я обращаюсь к политическому быдлу, безусловно! Я знаю, что у нас есть просветленная часть аудитории. Но в основном, простите, я думаю, что вы политическое быдло как бы в массе, в некой обезличенной массе. Я ни к кому конкретно не обращаюсь. Вас, политическое быдло, ведут за ноздри, как поганых быков, на веревочке; продели вам в ноздрю кольцо и ведут вас идиоты-убийцы из «Христианского государства». Понятно, о чем я говорю?! Молодцы! В смысле, что вы дожили до этого. Раньше вам не могли продеть кольцо в нос. Знаете почему? Потому что у вас была интеллигенция. А ее сейчас нет, потому что вы ее обороли. Вы обороли в себе внутреннего интеллигента, вы обороли внешнего интеллигента, вы их всех исторгли, они все в Канаде, в Соединенных Штатах. Вот это людское замещение: у вас сейчас главный интеллигент Ксения Собчак. Я правильно рассуждаю? Это молодой Жириновский в юбке!

    Д.КНОРРЕ: Я так не думаю.

    С.ДОРЕНКО: И у вас сейчас главный борец с коррупцией — Алексей Навальный — человек с теорией расового превосходства, можайских над черными, черножопыми. Понятно?! Можайские выше черножопых — это у вас главный политический лидер. Я правильно рассуждаю?! Может быть я заблуждаюсь?! Понимаешь, до чего обыдлила ситуация, быдлоситуация.  

    Д.КНОРРЕ: Националистические идеи высказывает не только Навальный. Националистические идеи были и у партии «Родина».

    С.ДОРЕНКО: Партия «Родина» брала свои 3%, партия «Родина» была смешной партией, которую возглавлял Рогозин, который очень смешным образом голодал в Думе. Вы что, не помните, как Рогозин голодал в Думе в трениках от Adidas. Он всё время бегал по Думе в трениках и кричал, что он голодает. Надо честно признаться, что первые два года голодания по его телу не видны были. Он может быть и голодает, он об этом рассказывает и дышит ацетоном. Знаешь, когда голодают люди, у них запах ацетона изо рта. Он дышит ацетоном, но корпус остается таким же огромным. На самом деле, он не голодает нифига.    

    Д.КНОРРЕ: Сбросить просто очень сложно, Сергей.

    С.ДОРЕНКО: Сегодня или завтра Навальный устроит очередные аресты собственных сторонников в Нижнем Новгороде. Фенька в том, что ему дали Санкт-Петербург. Я просто рассказываю, Навальный попросил Санкт-Петербург, ему дали Санкт-Петербург. 

    Д.КНОРРЕ: Это очень интересно. Это любопытно не с точки зрения, что он попросил Санкт-Петербург, а что ему дали Санкт-Петербург.

    С.ДОРЕНКО: Ему дали Санкт-Петербург, вот и всё. Он на 29-е число (на завтра) попросил три города — Челябинск, Курск и Санкт-Петербург. Власть дала ему какие из этих трех городов, угадайте? Отвечаю: власть дала ему Челябинск, Курск и Санкт-Петербург — все три. Он попросил три города, на всякий случай. Говорит: я хочу три города, в один из этих трех я поеду. Вот мне впендюрится в Санкт-Петербург, а там меня ждут. Власть ему говорит: три города на, Санкт-Петербург — на, Курск — на, на — Челябинск. Ты же наш мальчик, на тебе три города.

    Петербург — хороший город, сейчас серьезно я говорю. Я там был, я видел, что нормальный, можно и пожрать, нормальный город. Пожалуйста — на! Он говорит: нет. Теперь, когда ему дали Санкт-Петербург, Курс и Челябинск, он говорит: не-а, я поеду в Нижний Новгород. — Подожди, ты же просил три города, мы тебе дали три города. Он говорит: не-а, я поеду в Нижний. «Как, брат? Брат, ты сошел с ума! Ты с кем шутишь? Это мы, твои братья», — ему говорят. Он говорит: да, я сошел с ума, поеду в Нижний Новгород, потому что я хочу устроить жопу, я хочу устроить аресты, я хочу устроить кровавый режим, а раз вы мне тут разрешили, то кровавый режим не получится. Ну, что это такое? Что за детский сад?

    Короче, я считаю, что мы деградировали до позорных уровней. Как это с нами случилось, я не знаю, я не уследил. 73-73-948. Михаил, либерал. Здравствуйте, Михаил, либерал, западник, светоч знаний, эрудит и всё на свете.

    Д.КНОРРЕ: Энциклопедист.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Слушаю я вас, Сергей, и понятно, что делаю я не очень хорошо, потому что противоречить вам я не имею права, потому что вы хозяин.

    С.ДОРЕНКО: Нет, надо противоречить.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А я всего лишь мелкий слушатель.

    С.ДОРЕНКО: Нет, вы большой слушатель.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Мы дожили до расщепления личности частично уже в каждом из нас. Сандерс ездил по Америке в предвыборную кампанию.   

    С.ДОРЕНКО: Это один из кандидатов от республиканцев.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Не спрашивая ни у какой власти, куда ему поехать. Он собирал миллионы людей, говорил совершенно чуждые для Америки идеи. Стоял один полицейский негр и зевал. Почему вы бросаете это семя в неокрепшие умы наших пассионариев. 

    С.ДОРЕНКО: Почему вы считаете умы неокрепшими?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ваша теория, и она правильная, о детях-россиянах, которые даже ночью, всхлипывая, требуют патера. Почему вообще стоит вопрос. Я назову вам два имени. Вы наверно знаете.

    С.ДОРЕНКО: Нет.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это американцы, оба специальные прокуроры. Одного зовут Кокс, а другого Яворски. Вам не о чем это не говорит? Когда Никсон совершил «Уотергейт», участвовал в нём, так вот генеральный прокурор, когда пресса закричала, поручил специальному следователю-прокурору Коксу расследовать это дело. Тот изучил материалы, увидел вину Никсона и стал тянул. Он тянул две недели, а ему был срок неделя. Тогда генеральный прокурор вызвал Яворски, его приятеля, и передал ему дела. Яворски сутки изучал дело, потом поехал в Белый дом, нажал кнопку звонка, ему сказали «Никсона нет, он в поездке». Он говорит «а он мне не нужен, я приехал сюда сообщить вам, чтобы вы передали Никсону — пусть он подберет себе хорошего адвоката». И Никсон ушел. А мы рассуждаем о том, можно ли в Челябинск ехать Навальному. Ну это же позор!

    С.ДОРЕНКО: Так можно.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Почему вы ставите вопрос так?

    С.ДОРЕНКО: Потому что мы живем в разных странах. А в Исландии был первый парламент на планете Земля. Михаил, можно я вас ознакомлю, сегодня пришло сообщение, что в Уганде убиты девять детей. А знаете для чего их убивают? Чтобы кровь спустить в болото. То есть им открывают артерию, вену, и кровь стекает в болото. А знаете для чего? Чтобы пошел дождь. Семь детей сейчас в Уганде убили. Ну, разные страны.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, почему вы культивируете в людях, в нас, отсталые представления?

    С.ДОРЕНКО: Я ничего не культивирую.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Дело в том, что Собчак и Навальный — это просто два человека, которые решили не развивать традиционными методами…

    С.ДОРЕНКО: Можно вы позвоните в тридцать пять минут, я действительно хочу вас дослушать, и мне интересно, как вы оцениваете Собчак. В тридцать пять минут вы сможете набрать меня, пожалуйста. Договорились? Как только начнем, вернемся к разговору с Михаилом, это дико интересно, с моей точки зрения.

    НОВОСТИ

    С.ДОРЕНКО: Я очень рассчитываю на звонок Михаила. Давай заладим голосование.

    Д.КНОРРЕ: Давайте. Я хотела очень коротко, тезисно уточнить, правильно ли я понимаю Михаила и вас. Если мы говорим о гражданском обществе, о чувстве свободы, воле, то Навальный может и не спрашивать, где ему проводить митинги, а люди не должны спрашивать, можно ли им выйти на улицы. Но если мы смотрим на современные реалии, на существующие законы, кстати говоря, о митинге, то, казалось бы, мы должны радоваться тому, что есть и радоваться этим уступкам. Но Навальный здесь рискует репутационнно, соглашаясь…

    С.ДОРЕНКО: Навальный, как гопота на районе, ищет конфликта, просто тупо ищет конфликта. Потому что единственно, что его питает, — это конфликт. Если нет конфликта, тогда он слишком похож на продукт Кремля. 

    Д.КНОРРЕ: Да. Он заложник этой ситуации.

    С.ДОРЕНКО: Вот Михаил вернулся. Михаил, прошу вас. Извините, тут «Новости» были.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Что вы, что вы, вы еще передо мной извиняетесь. Вся история человечества — это один сплошной конфликт, конфликт личности с самим собой.

    С.ДОРЕНКО: Согласен.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Дело в том, что пассионарии в истории, начиная с Тертуллиана и Сократа, и директора различных Орденов, они были оболганы существующими властями, причем властями духа. Когда вы говорили о главенствовании Instagram, в первой части передачи, или социальных сетей, я вас уверяю, ничего не изменилось. Аруэ (Вольтер) не искал в ресторане эсэмэсок от друзей, он жил другими представлениями. Просто истинная культура, ее глубина, она доступна лишь немногим, вот Собчак одна из них. Понимаете, в чем дело, вместо того чтобы задуматься о сущности этих людей, почему они так себя ведут, вам не приходит такая очень простая штука понимания, что человек как бунтарь, из темной сублимации, которая рождает из простого зародыша потом свободолюбивого человека, сильнее всяких цепей. Насколько я знаю Ксению Собчак, просто она родилась такой, она умнейшая личность.

    С.ДОРЕНКО: Вот уже два человека считают ее умной — вы и Оношко.

    Д.КНОРРЕ: И я тоже.

    С.ДОРЕНКО: Да? И ты.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Эпатаж, который ей свойственен был, это всего лишь довесок к ее очень глубокому внутреннему переживанию. Ей просто дано быть человеком культуры. Почему вы видите везде проектирование, да еще и Кремля? А вам не кажется, что эти проекты вынужденные, если они вообще есть, — приспосабливаться к особенностям личностей! Будь их воля, они давно бы к стенке поставили и Собчак, и… И оставили бы одного Калинина. Кстати говоря, вы ошибаетесь относительно…

    С.ДОРЕНКО: Да и нас бы с вами, кстати!

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Естественно. Вы заблуждаетесь относительно Калинина, относительно его звания как фрика. Калинин, Поклонская и ваш друг, с которым вы выпивали какое-то вино, Всеволод Чаплин — это и есть истинные представители культуры христианства. Если мы копнем немножко историю зарождения расщепления личности, вы увидите, что расщепление личности, деление личности на пустую фикцию и всемогущего бога, с которым они с катехизисом наперевес громили всё столетиями, они и есть истинные представители веры. Что такое вера? Это упражнение человека и предание всех его человеческих высот некой абстрактной фигуре, безальтернативной фигуре. Это оружие мощнейшее.

    С.ДОРЕНКО: Я вами заслушиваюсь. Михаил, спасибо огромное, можно мы вернемся к теме. Извините. Мы дали вам высказаться или нет? Дали. Просто Михаил настолько много знает и это настолько блистательно…

    Д.КНОРРЕ: От Адама до Потсдама нам всё рассказывает.

    С.ДОРЕНКО: Если бы моя воля, я бы готов был слушать Михаила часами. Он интересно говорит, он интересно мыслит. Скажи, пожалуйста, выгодно ли власти участие в выборах Навального и Собчак?

    Д.КНОРРЕ: Судя по всему, да.

    С.ДОРЕНКО: Давай проголосуем. Начать голосование. Власти выгодно участие в президентских выборах Навального и Собчак: да — 134-21-35; нет — 134-21-36.

    Д.КНОРРЕ: Выгодно для чего, как я это понимаю, чтобы показать, что на самом деле ничего они не стоят. Но они точно так же ошиблись с выборами мэра Москвы, потому что никто не ожидал, что будет…

    С.ДОРЕНКО: Мне сейчас пишут: «Навальный будет в Санкт-Петербурге, а завтра он будет в Нижнем Новгороде». Ребята, я вам говорю не о том, где он будет. Я вам говорю о том, что он просит, а потом — что делает. Послушайте меня, просто говорю, что он просит и что он делает. У него есть представитель, который имеет власть, основание для того, чтобы запрашивать митинги. Это существует. Правильно говорит Михаил: ужасно, что вообще существует некое информирование властей о митингах; надо не информировать власть о митинге, а просто делать митинги. Мы живем в условиях, где информируют о митингах.

    Д.КНОРРЕ: Это законом запрещено, к сожалению.

    С.ДОРЕНКО: Мы можем сожалеть о существовании такого закона. Мы можем бороться против такого закона политическими методами, то есть приходить к власти и отменять законы. Это правильно, это очень хорошо. Хорошо бороться с законами, если их надо выполнять. И по правильным правилам игры с законами бороться. Это очень правильно. Боритесь с законами, это же хорошо, но выполняйте. То есть вы должны пока они существуют — выполнять и бороться с ними одновременно политическими методами. Это очень правильно, я это приветствую. Но закон таков, что надо информировать о чертовых митингах.

    Представители Навального запросили на 29-е (на завтра) три города, на всякий случай, какой выберет шеф. Они запросили Санкт-Петербург, Курск и Челябинск. Им ответили на все положительно: да — Санкт-Петербург, да — Курск, да — Челябинск. Какой вас шеф выберет город — в тот и слава тебе господи, молодцы, берите! Он говорит: хорошо, я поеду в Нижний Новгород; раз разрешили, я поеду в Нижний Новгород. — Подождите, вы же просили Петербург, Курск и Челябинск на всякий случай. — Да, мы просили. — Так мы вам дали? — Дали. А теперь мы поедем наоборот.

    Почему он это делает? Потому что ему нужен конфликт, ему нужно месилово, ему нужны «космонавты» с дубинками. Ему это нужно! Что непонятного?! А на 8-е, когда он собирается в Петербург поехать, он запросил Киров, Орел, Курган и Якутск. На 8 октября он запросил четыре города у властей. Он сказал: на всякий случай хочу поехать в Киров, Орел, Курган и Якутск — четыре города. Ему говорят: хорошо, бери все четыре города. Он говорит: ага, но я поеду в Петербург. — Подожди, ты же просил Петербург на 29-е. Он говорит: просил, а я передумал. — А зачем же ты просил тогда? — Я думал, как бы мне поднасрать вам. Ну, это как бы обидно, понимаешь, в чём дело.

    Значит, он ищет конфликта, он хочет повторить 26 марта. Ему хочется повторить 26 марта, когда власть испугалась всей этой молодежи, детей этих, которые побежали за Навальным. Пусть повторит. Для того чтобы повторить, ему нужна кровь, также как колдунам в Уганде. Колдуны в Уганде сейчас убили семь девочек и сколько-то женщин. Что делают с женщинами и девочками — спускают кровь в болото. Потом (ну, нельзя это говорить по радио) вырезают губы и гениталии и тоже кидают в болото, постепенно умерщвляют, уже наверно мертвых и ослабленных. Для чего? Чтобы был дождь. Они верят, что если кровь пустить в болото, то будет дождь. Навальный верит, что если он поедет супротив того, что он просил, то пойдет кровь и она его поднимет. Но это не обязательно произойдет.

    Я останавливаю это голосование. Участие в выборах Навального и Собчак, безусловно, выгодно власти — 69%; нет, не выгодно — 31%. Голосование шло долго, 4,5 минуты. Я просто забыл, не повторял, но люди наголосовали. Участие в выборах Навального и Собчак, безусловно, выгодно власти — 69%; не выгодно — 31%.

    Интересно, зачем меняют губернаторов? Я якобы знал, а потом начинаю не знать. Даш, ты понимаешь, зачем меняют?

    Д.КНОРРЕ: Я не очень понимаю. Я так поняла, что сейчас сменилась схема смены губернаторов.

    С.ДОРЕНКО: Во-первых, там какие-то отвратительные есть старые персонажи, которые уже просто обрыдли.

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: В Кузбассе дядька Аман-гильды, есть какой-то Савченко, который сидит на юге постоянно, с молитовкой, правит и правит. Но у него хороший рейтинг, у него вроде всё хорошо. Во всяком случае, Белгородчину вроде как хвалят. 

    Д.КНОРРЕ: Кстати говоря, Тулеева в Кемеровской области очень любят. 

    С.ДОРЕНКО: До Кемерова мы не доезжаем, а в Белгородчину у нас ездит один из сотрудников, как мы знаем очень хорошо.

    Д.КНОРРЕ: Я была в Кемеровской области только что.

    С.ДОРЕНКО: Правда?! Расскажи. Про Белгородчину быстро скажу, что оттуда привозят превосходное сало.

    Д.КНОРРЕ: Да, подтверждаю.

    С.ДОРЕНКО: Насколько я понимаю, это свидетельствует о том, что это благополучная область.

    Д.КНОРРЕ: Зажиточная. 

    С.ДОРЕНКО: Сало там превосходное.

    Д.КНОРРЕ: В Кемеровской области восхищаются: Тулеев лично, за свои деньги посадил кедр, несколько гектаров высадил. Молятся на него.

    С.ДОРЕНКО: О чём это говорит? О том, что он хороший или о том, что они слишком особенные?

    Д.КНОРРЕ: Не знаю. Честно, у меня не было времени, к сожалению, разобраться в теме: опросить молодежь или еще кого-то. Первые несколько человек, с которыми мы говорили, любят Тулеева. Среднего возраста люди.

    С.ДОРЕНКО: Тем не менее, это всё создает ощущение затхлости.

    Д.КНОРРЕ: Вообще бессменность любая власти вызывает затхлость.

    С.ДОРЕНКО: Если я, например, всё время один муж у своей жены, то это конечно вызывает ощущение затхлости. Я понимаю. Если бы каждый день был новый муж — было бы посмешнее. Правда?

    Д.КНОРРЕ: Нет. Ну, Сергей.

    С.ДОРЕНКО: Если в каком-то одном слое всё время постоянство… Например, у тебя всё время один и тот же муж — это постоянство?

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Но что-то должно создать сменную картинку. Это что-то может быть — что вы с мужем путешествуете, это раз. Это что-то может быть — что ты сидишь на одном и том же месте, но каждый день новый муж.

    Д.КНОРРЕ: Может быть и такое.

    С.ДОРЕНКО: Я веду тебя в западню. (Смеется)

    Д.КНОРРЕ: Я пытаюсь внутренне сопротивляться, но ваша сила убеждения…

    С.ДОРЕНКО: Ну, правда. Что-то должно быть новенькое, но не всё — вот о чём я тебе говорю. Если сейчас меняются губернаторы, то ты намекаешь, что у нас еще что-то очень долго, давно.

    Д.КНОРРЕ: Нееет! Ни в коем случае!

    С.ДОРЕНКО: Она не посмеет даже думать об этом! Поэтому я тебе привожу этот пример, что можно с одним и тем же мужем ездить по разным странам, а можно сидеть в одном и том же городе, но каждый день новый муж. И не понятно, что лучше. Может лучше все-таки с одним мужем в разные страны, разные впечатления, то на море…

    Что с этими губернаторами? «Медуза» сегодня сделала некое исчерпывающее… Это «Медуза»?

    Д.КНОРРЕ: Да!

    С.ДОРЕНКО: Спасибо, ты мне прислала «Медузу». Почему отставки начались именно сейчас? Не понятно, я серьезно говорю. Если для выборов президента, то это неправильно, потому что на старых легче провести выборы президента.

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Действительно легче.

    Д.КНОРРЕ: Источники «Коммерсанта», пишет «Медуза», отмечают, что обновление решили начать как можно раньше, чтобы новые губернаторы…

    С.ДОРЕНКО: Успели подготовиться к началу президентской кампании. Тогда надо было год назад делать! Но сейчас поздно менять на новых, неправильно. То есть это непонятно.

    Только плохие губернаторы уходят? Нет. Официально уволены губернаторы Самарской и Нижегородской областей, где вообще не проводилось никаких выборов губернаторов в 2017 году. Рамазан Абдулатипов — блистательные результаты, прекрасные результаты, по сравнению с… и, тем не менее, он увольняется.

    Может быть, меняют на молодых? «Медуза» отвечают: нет. Только в половине из объявленных областей — старые губернаторы, но, например, в отставку, вероятно, уйдет господин Кошин из Ненецкого автономного округа, а ему 43 года, он считается молодым. То есть нет такого, что молодых. Мы не понимаем, зачем их меняют, но вам факт смены наверно приятен.

    Д.КНОРРЕ: «Медуза» пишет, что это создает эффект бурной деятельности Кремля, что повышает интерес к деятельности Кремля.

    С.ДОРЕНКО: Здравствуйте. Перезвоните, пожалуйста, у меня липнет звук. 68-й, перезвоните, если можете, мне очень хочется с вами поговорить. 73-73-948. Вы знаете секрет отставки губернаторов. Здравствуйте, слушаю вас.  

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, я с вами не согласен по поводу Навального.

    С.ДОРЕНКО: Мы сейчас говорим об отставках губернаторов, Николай.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Тогда я прошу прощения.

    С.ДОРЕНКО: Я рад, что вы позвонили, спасибо огромное. Это Николай, сотрудник скорой помощи. У нас помечен телефон, поэтому я попросил его перезвонить, но оказывается он по другой теме. Чёрт с ними с губернаторами! Я думаю, это какое-то ощущение движухи нам дает. Смена губернаторов — как женщину иногда застаешь в апреле, жену застаешь в апреле, как она плечом толкает какой-то шкаф на кухне, хочет передвинуть мебель. Вот ощущение, что надо передвинуть мебель. Мебель будет та же, но мы ее передвинем: этот столик надо передвинуть сюда, а этот шкафчик надо передвинуть сюда.

    Д.КНОРРЕ: Протереть под диваном — и уже хорошо.

    С.ДОРЕНКО: Это ощущение какой-то движухи, правильно?

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Может быть с этим связано. Поехали дальше.

    В Башкирии студентов обязали посмотреть фильм о присоединении Крыма. Фильм художественный, но он близок. Фильм Алексея Пиманова, это «Человек в законе». Ты знаешь Алексея Пиманова? Ты не знаешь «Человека в законе»?

    Д.КНОРРЕ: Нет.

    С.ДОРЕНКО: Была передача «Человек в законе».

    Д.КНОРРЕ: Я знаю «Человек и закон» была передача.

    С.ДОРЕНКО: А, значит, мне неправильно сообщили.

    Д.КНОРРЕ: Если я ничего не путаю, ее вел Павел Астахов.

    С.ДОРЕНКО: Нет. Была передача «Человек в законе» и вел ее Пиманов, тощий такой.

    Д.КНОРРЕ: Да, да, «Человек и закон», Пиманов.

    С.ДОРЕНКО: А меня информировали, что был «Человек в законе». Я мог ошибиться.

    Д.КНОРРЕ: «Блондинка в законе» — это был фильм американский. А «Человек и закон» это точно.

    С.ДОРЕНКО: Видите, как я плохо знаю телевидение.

    Д.КНОРРЕ: Я тоже плохо знаю.

    С.ДОРЕНКО: Представь себе, что Земля умрет вся, все умрут и ты тоже. А я останусь один живой.

    Д.КНОРРЕ: «Все умрут, а я останусь» тоже такой фильм был.

    С.ДОРЕНКО: Меня возьмут инопланетяне. Инопланетяне всех уничтожат, меня оставят. Я должен буду инопланетянам рассказать, что здесь было, всю историю.

    Д.КНОРРЕ: Признайтесь, вы рассчитываете на это.

    С.ДОРЕНКО: Ну, мои дети должны остаться тоже и жена конечно. Я к чему клоню, к тому, что я один должен буду воспроизвести всю историю человечества для инопланетян, потому что никаких других источников. 

    Д.КНОРРЕ: Краткое содержание.

    С.ДОРЕНКО: Всё покроется ядерной пылью. Как он говорил «ядерным прахом», «ядерной пылью»? Всё покроется ядерной пылью, понятно. И я один-единственный человек на свете, я должен буду рассказывать. Я расскажу такого этим инопланетянам! Я расскажу про «Человека в законе», я им расскажу про Собчак, про Навального, товарищи, расскажу. А он превратится в радиоактивный пепел. Я один буду живой. Я всё расскажу про вас! Я такого про вас наплету, товарищи! Вам страшно должно быть уже сейчас, понятно.

    «Стена, Крым, учителка дурак, детсад, воспитательница». У меня есть всякие кровавые зверства. 10:55, давайте кровавых зверств подкинем немножко. «Мракобесие в Африке» рассказывал? Я рассказывал вам чуть-чуть, немножко, могу побольше. Хочешь побольше, чтобы люди проблевались? В Уганде народные целители, которых там 3 миллиона… Ты знаешь, что в Уганде живет не так много людей, может быть 10 миллионов, из них 3 миллиона — народные целители. 30% населения Уганды — народные целители, можешь себе представить!

    Д.КНОРРЕ: Наследие диамина.

    С.ДОРЕНКО: В принципе, это наследие многих веков, работорговля и прочее. 30% населения — народные целители. Что они сделали, сейчас расскажу: они убивают всё время детей. Для чего? Чтобы прекратить засуху. У нас тоже попы летают на вертолетах, клянусь, я сам видел!

    Д.КНОРРЕ: Это во-первых. А, во-вторых, на Алтае местное население считают, что ураганы и природные катаклизмы на Алтае произошли, потому что откопали археологи мумию и держат ее в музее, вместо того чтобы захоронить, предать ее земле, успокоить ее душу.

    С.ДОРЕНКО: Да! Восьмилетний Джеклин Микуса был найден в болоте без зубов, губ, ушей и половых органов. Его медленно убивали для того, чтобы прекратить засуху, рассказала 28-летняя Мукиса, ссылаясь на полицейский отчет. Я не шучу ни разу. 28-летняя Мукиса рассказала. Для чего же все-таки — чтобы успокоить духов и чтобы духи охладились, и тогда пойдет дождь.

    Уганда переживает тяжелые времена, поразила засуха. 11 миллионов жителей, 3 миллиона — народные целители, из них 600 тысяч официально зарегистрированы в правительстве. Вот бы нам их перевезти сюда, никакой бабки Ванги не надо было бы. Арестованы подозреваемые в массовом убийстве детей в Катаби (40 км от столицы). 40 километров от столицы, ты понимаешь, что это такой — это Коньково! Я серьезно сейчас говорю. Мы должны по валам: Коровий Вал, Серпуховской Вал…

    Д.КНОРРЕ: Земляной Вал.

    С.ДОРЕНКО: Это и есть границы Москвы. То есть Садовое кольцо, в сущности, это граница Москвы. За Садовым кольцом начинаются враждебные нам пригороды, откуда приезжают негодяи мочиться в наших лифтах. Правильно?

    Д.КНОРРЕ: Да.

    С.ДОРЕНКО: Как было сказано тогда на Патриках? «Они приезжают мочиться в наших лифтах».

    Д.КНОРРЕ: Примерно так.

    С.ДОРЕНКО: Садовое кольцо — есть граница Москвы, за ней живут негодяи, правильно, которые мочатся в наших лифтах.

    Д.КНОРРЕ: Кроме меня, конечно.

    С.ДОРЕНКО: А ты в Конькове.

    Д.КНОРРЕ: Да. Это Версаль.

    С.ДОРЕНКО: В 40 километрах от столицы вы живете, ну хорошо, в двадцати. Если столицей считать до Садового кольца, то Внуково — это 40 километров. Что там происходит у них? Они убили 21 женщину, все убийства были ритуальными: пальцы ног, пальцы рук были отрезаны. Я упал в обморок, признался мужчина. Для того чтобы духи помогли разбогатеть, людям из Внукова. Представляешь, кто у нас живет во Внукове. Это всё было сделано, чтобы духи помогли им разбогатеть. Выкачали семилетнюю девочку, кровь выкачали…  

    В Мозамбике продолжается охота на лысых мужчин. Чтобы вы понимали, политическая культура разных стран. Мы Россию уже описали, мы должны Россию возвысить. Россию возвысить можно только одним способом, я вам расскажу, обосрать Африку. Единственный способ возвысить Россию — это обосрать Африку. Мы продолжаем. В Мозамбике ведется охота на лысых мужчина, которых убивают ради похищения их внутренних органов, которые используют в колдовских обрядах. У местных жителей существует поверье, согласно которому раннее облысение свидетельствует о сверхъестественных способностях, приносящих богатство.

    Д.КНОРРЕ: Еще в какой-то стране есть альбиносы.

    С.ДОРЕНКО: Конечно. Продолжается охота на альбиносов в Малави, Кении, Танзании, Конго, Бурунди, Зимбабве, Свазиленде, Замбии и Камеруне, где считают, что части тела людей-альбиносов обладают магической силой. В Конго происходит сейчас война между двумя колдовскими организациями, которые метелят друг друга, в которых погибли уже тысячи людей. На фоне Африки Россия просто процветает. Мы пойдем и проживем его, этот четверг, 28 сентября. 

    Версия для печати
Видеоблог Сергея Доренко

Связь с эфиром


Сообщение отправлено
Система Orphus