А. ГЕРЕЙХАНОВА: В студии советник-посланник посольства Белоруссии в России Павел Лёгкий. Очень у нас слушатели любят Белоруссию, очень любят вашего президента Александра Лукашенко. Каждый раз, когда мы проводим голосование, как правило, он всегда побеждает в плане симпатий, его решений. Нам всегда приводят в пример Белоруссию в качестве страны, которая долго живёт под санкциями, и, тем не менее, развивает там сельское хозяйство, свою экономику. И единственное, что во время кризиса, сформировавшегося сегодня на территории Украины, от Белоруссии наши слушатели ждали поддержки либо одной стороны, либо другой стороны. А политологи указывают, и мы наблюдаем, что Белоруссия заняла нейтральную примирительную позицию. Мы анонсировали ваш приход, и очень много сообщений приходило на sms-портал, спрашивали, как в СМИ Минска, как официальная власть в Минске называет людей, которые сегодня действуют на территории юго-востока Украины? Например, Москва называет их ополченцами, Запад повстанцами, Киев вообще их называет террористами. Минск как-то официально называет этих людей? Есть какая-то формулировка?

П. ЛЁГКИЙ:  Вопрос напоминает известную сцену из фильма «Чапаев»: Василий Иванович, ты за какой интернационал, за второй или за третий? На самом деле, вопрос не в формулировках. И вопрос не в том, какую сторону тут должна поддерживать Белоруссия или не должна поддерживать Белоруссия. Вопрос состоит в том, что все мы восточные славяне, все мы пальцы одной руки. И когда начинается конфликт между братьями, это всегда не просто печально, это катастрофично, это ведёт к цивилизационным разломам, если уж так глобально подходить к вопросу. И это цивилизационный разлом он сегодня чётко обозначился по линии украинского конфликта. Мы за то, чтобы как можно быстрее там установился мир. Мы за то, чтобы как можно быстрее там прекратили стрелять и убивать мирных людей. Мы категорически против того, чтобы спорные вопросы решались силой оружия. Вчера прозвучало очень хорошее и важное на мой взгляд, заявление президента России Владимира Владимировича Путина в Крыму. Он сказал: «Будем делать всё, что от нас зависит, для того, чтобы этот конфликт был прекращён как можно скорее, чтобы на Украине перестала литься кровь». Это абсолютно и наша тоже позиция, позиция Минска. Вы знаете, что Минск стал переговорной площадкой. И в данной ситуации особенно важно соблюсти определённый баланс для того, чтобы выдержать статус переговорной площадки. Вы, наверное, знаете о том, что президент Белоруссии анонсировал буквально вчера возможность встречи лидеров Таможенного союза, президентов России, Казахстана, Белоруссии с участием президента Украины. Мы предлагаем сделать это в Минске. Если это произойдёт, то это будет уже в августе. Об этом тоже было сказано. И если подобная встреча произойдёт, если удастся за переговорным столом обсудить те проблемы, которые на сегодняшний день действительно актуальны и действительно волнуют людей – это здорово. Возможно, это будет шаг к тому, о чём говорил Владимир Путин, чтобы как можно быстрее перестала литься кровь на юго-востоке.

А. ГЕРЕЙХАНОВА: И это очень важно. Минск, по сути, неоднократно о себе заявляет и выступает, говорит о возможности площадки для примирения, заявляет о себе, по сути, как о посреднике между Россией и Украиной, и даёт возможность встречаться. В этой связи можно ли говорить о том, что и образ Александра Лукашенко как президента Белоруссии и в глазах международного сообщества, я, прежде всего, имею в виду страны Запада, Европы, тоже будет меняться. Возможна ли в перспективе евроинтеграция Белоруссии?

П. ЛЁГКИЙ:  Вы так далеко вперёд забросили.

А. ГЕРЕЙХАНОВА: По сути, сейчас, когда Минск выступает в тяжёлой ситуации, когда Россия находится под санкциями, Украина уже подписала соглашение об ассоциации с Евросоюзом, Минск в это время даёт площадку для примирительных переговоров, выступает в положительной, благородной роли. Если не говорить о евроинтеграции, отношения с Европой в эти дни меняются в Белоруссии?

П. ЛЁГКИЙ: Во-первых, мы не напрашивались на роль посредника, о чём Александр Лукашенко неоднократно говорил, что нет более сложной и неблагодарной роли, чем роль посредника. Всегда должны договариваться две стороны между собой, в первую очередь. И тогда будет некий консенсус, который действительно станет исполняемым решением. Тут роль посредника довольно сомнительна. Но, тем не менее, я так понимаю, что к нашему президенту было обращение с просьбой предоставить Минск в качестве переговорной площадки. Теперь что касается непосредственно отношений с Западом. Вы знаете, мы, принимая подобные решения, никогда не оглядывались на Запад. Похвалят нас там или не похвалят. Вы знаете ту ситуацию, которая у нас в отношениях со странами Запада, США, ЕС складываются на протяжении последних лет, последнего десятилетия в особенности. Поэтому тут уж заподозрить нас в том, что мы пытаемся как-то тут прогнуться под Запад или получить некие бонусные очки с их стороны, не стоит об этом даже говорить. Потому что для нас важно то, что мы делаем. Для нас важно наше мнение, наших людей в первую очередь. А уж во вторую очередь мнение Запада.

А. ГЕРЕЙХАНОВА: То есть, в данном случае как это будет воспринято это западным сообществом, вас это не волнует?

П. ЛЁГКИЙ: Безусловно. Мы ведём свою политику. Эта политика одобрена у нас большинством нашего народа. Здесь шаги влево, вправо не в стиле белорусской политики.

А. ГЕРЕЙХАНОВА: 82-й пишет: «Гость так и не ответил как в Белоруссии называют ополченцев».

П. ЛЁГКИЙ:  По разному называют. Кто-то называет ополченцами. Есть люди, которые говорят о них, как о людях, которые взяли в руки оружие, воюющая сторона. Кто-то, вероятно, называет их сепаратистами. По разному называют.

А. ГЕРЕЙХАНОВА: Ещё одна острая тема, которая обсуждается нашими политологами, депутатами, что Лукашенко пообещал Украине поставлять нефтепродукты. И наши депутаты говорили, что вообще надо перестать поставлять Белоруссии нефть, потому что эти материалы могут пойти на заправку украинских танков, БТР. Это как крайняя мера. А вообще, что Минск готов продавать Украине нефтепродукты и то, что у нас воспринимается так очень болезненно нашими депутатами, у вас там как это обосновывается?

П. ЛЁГКИЙ: Депутаты не думают о том, что сегодня идёт уборочная кампания в Украине? А депутаты не думают о том, что будут кушать простые украинцы завтра? Сегодня надо убрать хлеб, убрать урожай. И в лучшие годы тоже были проблемы с топливом. Они есть в любой стране. Уборочная кампания – это сезонность, предусматривает, в том числе, необходимость создания определённого резерва топлива для того, чтобы провести сельскохозяйственные уборочные работы. Понятно, что огромный комбайн съедает топлива побольше, чем дизельный «Фольксваген гольф». Поэтому Украина к этому периоду подошла с пустыми баками. Надо убирать  хлеб, убирать урожай. Я не говорю о том, что Украине совсем нечего, неоткуда взять. Ездит какая-то техника, что-то поставляет и т.д. То есть, топливо, безусловно, есть. Белорусы не поставляют туда топливо в полном объёме. В лучшие времена до половины поставок было белорусского топлива. Туда поставляют топливо и другие компании. Я думаю, что тот, кто задаёт этот вопрос, он мог бы поинтересоваться, кто ещё туда поставляет топливо. Но на сегодняшний день из того разговора, который у нас был между двумя президентами: президентом Украины и президентом Белоруссии, следует, что Беларусь, в первую очередь, помогает, поставляя топливо для того, чтобы люди нормально завершили эту уборочную кампанию. Топлива не хватает. Говорить о том, что там будут белорусским топливом заправлять танки, их и сегодня чем-то заправляют. Между тем, комбайны стоят.

А. ГЕРЕЙХАНОВА: Официальной реакции Москвы на эту меру ещё не было. Не боитесь, что развернётся какая-нибудь очередная торговая война на этом фоне, что могут быть повышены цены на нефть в связи с этим?

П. ЛЁГКИЙ: Во-первых, мы уже с Украиной пережили в этом году торговую войну. В продолжение сказанного. У нас есть контракты с украинской стороной на поставки топлива. И мы тоже должны выполнять эти контракты, эти условия. В этом году топлива на Украину было поставлено гораздо меньше, чем поставлялось в прежние годы. И украинская сторона просит исполнять свои контракты, коль мы подписали эти контракты. Состояния войны между двумя государствами нет. Что ещё препятствует выполнению нормальных контрактных обязательств? Этот момент надо тоже учитывать. Что касается торговых войн, то с 1 мая Беларусь ввела лицензирование украинского пива, с 1 июля макарон, кондитерских изделий и т.д. Счёт убытков для украинской стороны пошёл на сотни миллионов долларов. Соответственно, Украина ответила. В июле ввели заградительные пошлины на белорусские холодильники, удобрения, молочную продукцию, шины, электрические лампочки. Там ещё несколько позиций. В итоге счёт ущерба для  белорусской стороны тоже мог пойти на сотни миллионов долларов. Для такой относительно небольшой страны, какой является Беларусь, это довольно много, довольно ощутимо. Куда направить эту продукцию, куда её продать, как, за счёт чего возместить выпадающие доходы, этот вопрос, к сожалению, остался без ответа. И нам пришлось буквально на днях принимать решение о том, чтобы отказаться от лицензирования украинской продукции. Соответственно, украинцы сняли эти заградительные пошлины, которые фактически отрезали от нас украинский рынок. И пришли к нулевому варианту, к изначальному. Вот что такое открытая мировая экономика. Здесь невозможно выигрывать в подобных торговых войнах с абсолютно сухим, чистым счётом.

А. ГЕРЕЙХАНОВА: Если говорить о международной арене, мы наблюдаем как сначала США, Евросоюз вводят санкции в отношении России неоднократно, потом Россия отвечает жёстким продуктовым эмбарго на европейские товары. Белоруссия выступает с позиции, что готова оказать, то есть, предлагает  свою помощь в ответ на продуктовое эмбарго, и готова замещать эту продукцию. У нас первая реакция среднего класса была, что не будет сыра с плесенью, камамбера, пармезана. Белоруссия готова именно в этом продуктовом сегменте оказать замещение или о чём идёт речь?

П. ЛЁГКИЙ:  Итальянский пармезан мы вам не поставим. Вы в начале передачи сказали о том, какая у нас замечательная страна Белоруссия, но вот пармезан итальянского качества, к сожалению, мы пока не производим. Подбираемся, есть попытки сделать продукт близко похожий, но, к сожалению, вряд ли мы заменим камамбер или хамон. Белорусский хамон тоже хорош. Наверное, это не совсем тот хамон, к которому привыкли москвичи или питерцы. Здесь речь идёт, прежде всего, не о сегменте премиум, дорогих продуктов. Прежде всего, это та продукция, которую вы уже привыкли видеть на полках российских магазинов. Мы действительно готовы в этой ситуации нарастить свои поставки. Если говорить по молочной продукции, по сырам, то на 40-50%, почти в 1,5 раза поднять экспорт в Россию, по картофелю вдвое, по мясной продукции сейчас пока подсчитывают, не совсем точно понятно, насколько мы сможем увеличить. Но там называются цифры и 15, и 20, и даже 50% рост экспорта. То есть, мы подставим плечо, поддержим. При этом речь не идёт о том, чтобы нажиться на проблемах России. Речь идёт о том, чтобы поставки этой продукции просто были не в убыток, прежде всего, белорусскому производителю. Там, безусловно, какая-то добавленная стоимость будет присутствовать, какая-то прибыль будет закладываться. Но ещё важно и то, чтобы всё это происходило так спокойно, без скачков цен, потому что мы не хотим быть участниками каких-то торговых спекуляций.

А. ГЕРЕЙХАНОВА: Тут важен вопрос реэкспорта. Мы знаем, что наши члены правительства озабочены этим вопросом, выезжали в Минск для обсуждения вопроса, потому что несколько компаний, которые зарегистрированы даже уже в Белоруссии, в том числе, занимаются той самой норвежской сёмгой, то есть, товарами, которые у нас запрещены. это возможно контролировать?

П. ЛЁГКИЙ:  Насколько я знаю, да, возможно. Глава Россельхознадзора, находясь недавно в Минске, сказал  о том, что договорились относительно недопустимости реэкспорта и контроля за возможным реэкспортом. Я думаю, что здесь у контролёров достаточно возможностей чётко отслеживать прохождение продукции из Белоруссии в Российскую Федерацию. Поймите правильно, мы тоже не заинтересованы в том, чтобы заниматься какой-то контрабандой. Нам это абсолютно ни к чему. Если где-то какая-то реэкспортная продукция и может попасть в Россию, гипотетически если рассуждать, то это никогда не пойдёт в крупные торговые сети, никогда не пойдёт в какие-то магазины. Это где-то кто-то в багажник что-то загрузил, пользуясь тем, что граница открыта, вывез из Белоруссии в частном порядке один индивидуальный предприниматель, второму на территории России передал тихонечко за наличку. Вот и всё, только такой вариант реэкспорта наверное, где-то возможен.

А. ГЕРЕЙХАНОВА: Но в целом, в масштабных.

П. ЛЁГКИЙ: Нет, никто в эти игры играть не будет.

А. ГЕРЕЙХАНОВА: У нас очень любят Александра Лукашенко, любят приводить в пример некоторые слушатели, что, наконец, мы приняли эти санкции и тоже начнём у себя что-то развивать. Даже сейчас нам пишет слушатель, что «лучше батьки никого нет». Как вы считаете, в условиях взаимной интеграции, Таможенный союз, Евразийский экономический союз, если вдруг встанет вопрос о том, что кто-то должен возглавить это объединение, возможно, на каких-то основаниях, то это кто должен быть? Это будет господин Лукашенко, господин Путин, господин Назарбаев?

П. ЛЁГКИЙ: Это вопрос, который не задают дипломату. Этот вопрос следует задать политологу и человеку, не находящемуся на государственной службе. Но в данном случае я бы пока не спешил прикидывать кто встанет у руля. Сначала надо корабль выстроить, хороший, крепкий, добротный корабль, а уж потом мы посмотрим, кто встанет на капитанский мостик и как будет им кораблём управлять. Может, там не один капитан будет, может, там три капитана будет. Это уже  дело будущего. А что касается любви слушателей к Белоруссии, огромное вам спасибо за это. Действительно, это приятно слышать, осознавать. И будьте уверены, уважаемые слушатели, что белорусы всегда будут готовы с открытым сердцем встретить вас, принять вас,  и отвечать на любую взаимность. Белорусы очень осторожные, спокойные, толерантные люди. Говоря об украинском конфликте, в отношении к нему проявляется определённая белорусская померковность. Не спешите кто-то нас осуждать в том, что мы не отреагировали так жёстко, эмоционально, быстро и т.д.  Мы спокойные, толерантные люди, мирные люди. Наша страна испытала такие потрясения, такие жуткие ужасы, что сегодня мы говорим о войне, и мы понимаем о чём мы говорим, особенно старшее наше поколение. Это страшная вещь. И мы всей душой за то, чтобы этого гражданского столкновения, гражданской войны между братьями не было. В этом мы – белорусы. Мы спокойные, мирные люди, которые хотят в мире жить со всеми.

А. ГЕРЕЙХАНОВА: Если говорить о том, изменилось или не изменилось отношение обычных, рядовых белорусов к россиянам, потому что нам иногда сюда приходят разные сообщения, в том числе, и о том, что якобы жители Минска стали недружелюбно относиться к россиянам с Георгиевскими ленточками. Есть инциденты, когда прокалывают шины в автосалонах обладателям машин с Георгиевскими ленточками и т.д. Это чувствуется, или это какие-то разовые случаи, которые не формируют общее отношение к россиянам?

П. ЛЁГКИЙ: Если подобное имело место быть в Минске, то я, наверное, не могу сказать о том, что это носит какой-то систематический характер. Если где-то с кем-то что-то подобное произошло, может быть, прокололи шину не потому, что у него была Георгиевская ленточка, а потому, что он по привычке припарковался на газоне, что у нас не принято? Может быть, иная причина. Но о том, чтобы изменилось отношение к россиянам, я бы подобных заявлений не делал. Я абсолютно уверен, что отношение к россиянам остаётся таким же доброжелательным, таким же братским, каким оно было и раньше. Когда шёл к вам на передачу, задумался над тем, есть некое несоответствие, что я посланник посольства Белоруссии иду на передачу, которая называется «Иностранцы». Есть определённый дискомфорт. Какой же я здесь иностранец?! Я не чувствую себя здесь иностранцем. Я надеюсь, что россияне, которые приезжают в Белоруссию, не чувствуют себя там иностранцами. И если с кем-то случилась неприятная история, то, уверяю вас, это какой-то частный момент, частный случай. Может быть, если посмотреть внимательно, разобраться, может, сам человек где-то немножко спровоцировал. Всякое может быть. Что касается Георгиевских ленточек, у нас давным-давно на все государственные праздники, ещё до того, как появилась первая Георгиевская ленточка, мы на все праздники ходили с ленточками подобного формата, но она красно-зелёная, белорусская ленточка, всегда носили. И никто в Минске, в Несвиже, в Гродно, в Полоцке не остановит россиянина, который будет идти с Георгиевской ленточкой на груди, и не будет предъявлять никакие претензии, это совершенно глупо

А. ГЕРЕЙХАНОВА: У нас некоторые воспринимают Белоруссию как кусочек советского рая. Насколько соответствует реальности?

П. ЛЁГКИЙ:  Каждый видит то, что он хочет видеть. Кто-то видит там советский рай, кто-то видит маленькую Европу и т.д. Во-первых, тем, кто едет в Белоруссию, настоятельно рекомендую побывать не только в Минске, выехать, посмотреть нашу глубинку. Вот то, чем мы действительно гордимся – это наша глубинка. Это маленькие, уютные города, где люди живут не хуже, чем в Минске. Понятно, Минск большой город с прелестями большого города. У нас очень ухоженные города, которые даже глубинкой не назовёшь ни в коем случае. Постарайтесь побывать за пределами Минской кольцевой дороги, увидите немножко другую Беларусь, но ничуть не хуже, а может быть, и лучше – это первое. Второе, что касается восприятия Белоруссии. Я за 1,5 года пребывания в Москве имел массу встреч с разными людьми. Это политологи, эксперты, журналисты, люди, которые не редко бывали в Белоруссии, знают белорусскую проблематику, тематику. И я проводил маленький экспресс-опрос. Спрашивал людей, если бы вам пришлось буквально десятком слов охарактеризовать Беларусь, то какая она, какие слова вы бы употребили? Начиналось – партизаны, драники, «Белаз», зубр, пуща,  и т.д., то есть какие-то бренды, условно говоря. Я поразился тому, насколько шаблонно, стереотипно нас воспринимают. Беларусь  гораздо богаче, интереснее, разнообразнее. И я просто настоятельно рекомендую,  если у вас будет возможность, Беларусь же рядышком, съездите, посмотрите, и постарайтесь увидеть Беларусь более разнообразной. Говорят, драники – это национальное блюдо. Это не только национальное блюдо, пусть несколько непатриотично выражусь, драники делают и немцы и литовцы. И вообще, картошка стала основой национальной кухни не от хорошей жизни. Мой дедушка по три мешка только сушёных грибов заготавливал. И сколько блюд моя бабушка делала из грибов, это просто не перечесть. Масса различных мясных блюд, кухня очень богатая.

А. ГЕРЕЙХАНОВА: Вы предлагаете шире взглянуть на Белоруссию, и не становиться заложником стереотипов.

П. ЛЁГКИЙ:  Точно сформулировали.

А. ГЕРЕЙХАНОВА: Спасибо.