• Слово прокурора с Александром Куренным за 9 марта 2017 года

    Обеспечение законных прав инвалидов

    12:05 Март 9, 2017

    Обеспечение законных прав инвалидов

    В гостях

    Александр Куренной

    официальный представитель Генеральной прокуратуры Российской Федерации

    М. ЧЕЛНОКОВ: 12 часов 6 минут в Москве. Всем доброго дня, друзья. Это программа "Слово прокурору". И сегодня, как и второй четверг каждого месяца, мы будем встречаться в этой студии с официальным представителем Генпрокуратуры Российской Федерации Александром Куренным. Александр, здравствуйте.

    А. КУРЕННОЙ: Рад приветствовать.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Я тоже рад приветствовать. Премьера сегодня. Посмотрим, как у нас вообще пойдут дела, как мы будем обсуждать все эти темы. Друзья, вы тоже можете принимать участие. Все средства связи есть. СМС-портал +79258888948. Наш Telegram govoritmskbot. И телефон прямого эфира 7373948. Александр, итак, начнем с того, что в 2011 году была запущена программа в России, которая называется "Доступная среда". Что это такое, что это за программа?

    А. КУРЕННОЙ: Совершенно верно. Это программа, которая была рассчитана на 9 лет, соответственно, с 2011 до 2020 года. Она была принята постановлением правительства Российской Федерации. И основная ее цель – это, конечно же, обеспечить доступную безбарьерную среду для тех, кто является человеком с ограниченными возможностями по передвижению. Это и инвалиды, колясочники, это люди, которые плохо видят, плохо слышат.

    М. ЧЕЛНОКОВ: С огромными возможностями.

    А. КУРЕННОЙ: И надо сказать, что это только часть того, что мы решили проверить в этом году. А мы прямо с начала января запустили в четверти регионов нашей страны. Это стандартная практика органов прокуратуры. Когда мы делаем выборку по регионам, четверть регионов страны была проверена. И, конечно, у нас есть ряд серьезных вопросов к тому, как эта программа реализуется. Далеко не везде и не в полном объеме она идет так, как должна. У нее есть свой график, в соответствии с которым местные органы власти и не только, и коммерческие структуры должны включаться в эту программу и делать для инвалидов мир безбарьерным. К сожалению, это не так.

    М. ЧЕЛНОКОВ: А почему до 2020 года? Вы думаете, что за 9 лет будут решены все проблемы, связанные с барьерами для инвалидов?

    А. КУРЕННОЙ: По крайней мере, это так должно быть в соответствии с утвержденной программой.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Все ясно. На данном этапе прошло уже 6 лет, как стартовала программа. Вы как можете оценить?

    А. КУРЕННОЙ: Где-то лучше, где-то хуже. Здесь нельзя говорить в целом о том, что программа крайне успешно реализуется или она провалена. Безусловно, нет. Если говорить о каких-то цифрах, это, наверное, совсем средняя температура по больнице будет, но есть регионы, где с этим лучше. Есть регионы, где не очень хорошо. И вот эти итоги мы подвели. Они, конечно, промежуточные. Но на самом деле по результату нашей проверки, и на прошлой неделе 3 числа у нас состоялась коллегия с участием представителей правительства и других органов. Там присутствовала и вице-премьер Ольга Голодец, и министр здравоохранения Вероника Скворцова. А вместе с генеральным прокурором Юрием Чайкой, ведущим этой коллегии был министр труда и социальной защиты Топилин. Но основные проблемы, которые мы выявили и по результатам которых будет составлена новая дорожная карта по исправлению тех самых огрехов, которые были выявлены – это, конечно, субъективная оценка инвалидностей медэкспертами. Есть бюро социальной медицинской экспертизы, которая должна определять, инвалид человек или нет. И если да, то к какой группе инвалидности он относится, и, соответственно, на какую помощь от государства человек может претендовать. Очень часто, к сожалению, эта оценка бывает субъективной, недостаточно полной. И такие нарушения мы в большом количестве регионов выявляем и, конечно же, отменяем эти решения.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Не дают нормальный диагноз и нормальную инвалидность людям, которые должны ее получить.

    А. КУРЕННОЙ: Да. Причем, это связано как с субъективностью оценки, так и с ненадлежащим состоянием этих самых бюро. У них часто нету медицинской диагностической техники, которая положена. И в связи с этим человек не признается инвалидом, теряет право на пособие, на другую помощь, допустим, средствами реабилитации.

    Кроме того, это и несвоевременное обеспечение лекарствами и медицинской помощью. Это проблема системная. Она характерна практически для всех регионов страны. Это и сложности с обеспечением инвалидов, проживающих в отдаленных местах. У нас таких мест в стране много. Страна большая. Не везде и транспортная инфраструктура, и любая другая развита. Поэтому туда помощь доходит не вовремя. Это и ограниченная возможность обеспечения инвалидов санаторно-курортным лечением, которое им полагается на бесплатной основе.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Александр, вы так быстро сейчас перечислите все проблемы. Давайте секундочку остановимся. Вот по поводу лекарственных препаратов. Вот у меня мама сахарным диабетом страдает. Ей положен инсулин. Конечно, я сейчас не спрашиваю. Вы, может быть, и не знаете, сколько положено больному сахарным диабетом инсулина. Но у нее был момент в прошлом или позапрошлом году, когда ей сказали в клинике, где она получала… Сама она врач. И ей сказали, что пока ограниченное количество инсулина вы будете получать. Остальное покупайте за свои деньги. Мы долго проверяли, законно это или незаконно. Предположим, что это было бы незаконно. Куда должен обращаться человек? Сразу в прокуратуру писать письма, или все-таки нарушены права? Как быть ему?

    А. КУРЕННОЙ: Конечно, можно и к нам сразу писать? И результат будет. Но можно обратиться сначала в местные учреждения здравоохранения – в местное министерство здравоохранения или департамент, в зависимости от того, где человек проживает.

    Но один характерный пример, как раз ровно то, что вы говорите – это Краснодарский край. Когда нашей региональной краснодарской прокуратурой был выявлен факт, что в интернате для престарелых и инвалидов просто взяли и самовольно снизили норму выдачи этого инсулина. Люди без него жить не могут. Как так? Конечно, вмешались, проблему решили.

    Где-то это связано с недостаточным финансированием. А где-то это попытка не очень чистых на руку чиновников или по крайней мере чиновников, которые в недостаточной степени хорошо исполняют свои обязанности, они берут – и часть высвободившихся средств перечисляют на какие-то свои другие нужды. Может, ремонт сделали. Дело тоже по идее благое. Но нельзя же за счет уменьшения количества лекарств.

    М. ЧЕЛНОКОВ: По поводу курортного лечения. Каждый человек с ограниченными возможностями имеет право отдыхать бесплатно. Я верно понимаю?

    А. КУРЕННОЙ: Да.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Какие-нибудь подробности можете сообщить нам?

    А. КУРЕННОЙ: Есть регионы, где это в массовом порядке происходит. И, к сожалению…

    М. ЧЕЛНОКОВ: Не дают отдыхать?

    А. КУРЕННОЙ: Да. Это Алтайский край, Рязанская, Свердловская области. Это три региона-лидера со знаком минус. Там совершенно массово не обеспечиваются инвалиды путевками на это самое санаторно-курортное лечение. И, кроме того, там же проблемы с выделением технических средств реабилитации, которые после медицинского периода, после периода лечения должны людям выделяться. Это тоже достаточно проблемная история. Ну, конечно, с Алтая не так просто добраться куда-нибудь в здравницу. Но и на территории Крыма их достаточно.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Туда половина Москву едут подлечить свое здоровье.

    А. КУРЕННОЙ: Да, на красоты полюбоваться, воздухом подышать.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Еще какие проблемы возникают, и что было выявлено как раз в программе "доступная среда"? Какие нарушения?

    А. КУРЕННОЙ: Это огромная возможность для передвижения. Это совершенно массовая история, опять же, повторюсь. Проблем мы выявили много достаточно. Если у нас общее количество инвалидов снижается, то количество детей-инвалидов повышается. Тут корреляция такая неочевидная, но она есть.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Умирают.

    А. КУРЕННОЙ: Может быть. А новые рождаются. И рост достаточно большой – сотни тысяч. И с "доступной средой" в больших городах, наверное, проще. Хотя, опять же, что брать. Если мы берем учреждения здравоохранения или образовательные учреждения, учреждения культуры, здесь ситуация получше. Если мы берем частный сектор, такой как магазины, а тем более какие-то маленькие магазинчики, там тоже должен быть доступ для инвалидов. Но не везде есть пандусы, какие-то такие рельсы. И тут мы уже на более широкую проблему выходим. Потому что инвалиды – да, а есть мамы с колясками. Их тоже можно на какой-то период отнести к маломобильной группе, ребенка на руках не всегда потаскаешь.

    М. ЧЕЛНОКОВ: У нас вы видели, при входе стоят два пандуса?

    А. КУРЕННОЙ: Да.

    М. ЧЕЛНОКОВ: К нам на эфир приезжала дама. Она колясочница. Она руководитель фонда как раз для людей на колясках. И мы сказали – приедет женщина. Чтобы ее не поднимать, ступенек достаточно много, включите нам пандус. Поднялись все. И главный инженер здания. В течение двух дней они все отремонтировали, они все подключили, отрепетировали на этом пандусе, как подниматься. Все прекрасно, приехала, забралась. Только где проход, вертушка, не пролезла коляска. А так все прекрасно. Как полезно иногда говорить, что приезжает человек с ограниченными возможностями – и тут же все проверяют, смазывают, и все начинает работать.

    А. КУРЕННОЙ: Когда это проверяли, мы попросили помощи коллег-журналистов. И с рядом федеральных и региональных телеканалов провели специальную акцию в течение нескольких месяцев. Вместе с прокурорами выходили журналисты – мы проводили рейды по доступности. Соответствует ли пандус техническим условиям, можно ли спуститься в подземный переход под дорогой на коляске? И, конечно же, далеко не везде это так, к сожалению. Некоторые сооружения в таком состоянии находятся, что они просто опасны для жизни. Уж лучше по ступенькам прыгать, чем вот так вот.

    На прошлой неделе все помнят ситуацию в чебоксарском аэропорту со спортсменом-колясочником. Тоже пришлось вмешаться прокуратуре. Действительно установили, что там нет лифта. И вообще аэропорт мало приспособлен для того, чтобы там находились люди с огромными возможностями. Внесли представление. Руководство аэропорта полностью с ними согласилось. И сейчас исправляют. А там они должны установить и эти лифты, и сделать специальные направляющие для слабовидящих людей, чтобы можно было спокойно передвигаться…

    М. ЧЕЛНОКОВ: Если бы этот молодой человек не был спортсменом и не состоял бы в сборной, то эта история не была бы так широко информирована, вышла бы в массы. Огромное количество людей встречаются с этим. Какие-то бабушки не могут выходить месяцами, годами на улицу погулять, подышать воздухом. Что им делать? Опять же, писать в прокуратуру, жаловаться, или так и сидеть, или звонками свои жилищные конторы…

    А. КУРЕННОЙ: Конечно же, надо в местные органы соцзащиты обращаться в первую очередь. И им тоже надо… Они стараются следить на самом деле за этим.

    М. ЧЕЛНОКОВ: У меня, например, нет пандуса, потому что у меня живет женщина-колясочница. Ее, правда, спускают на лифте. Но потом там еще 6 ступенек ей приходится прыгать.

    А. КУРЕННОЙ: Конечно, надо в местную соцзащиту, в местную управляющую компанию написать. Если потом придет прокуратура и увидит, что там чего-то не хватает, то уже по шапке все получат, извините за выражение. Они тоже стараются до этого не доводить. Им нужно дальше успешно работать. Если это управляющая компания, это еще и деньги зарабатывать. Если это соцзащита, то это их прямая обязанность. Поэтому в первую очередь туда. Можно сразу параллельно к нам. Или, если вы уже бились с ними и ничего не добились, тогда пишите в прокуратуру.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Как раз нашим слушателям я и говорю, что, друзья, если у вас какая-то проблема, и из ваших соседей или в вашей семье кто-то не может спуститься нормально на улицу из подъезда, не может зайти в магазин по соседству, обращайтесь, пишите, все в ваших руках. Закон на вашей стороне.

    А. КУРЕННОЙ: Обязательно. Причем, если сложно прийти самому ногами в прокуратуру, у нас прекрасно работает онлайн-приемная.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Скажем сейчас название сайта.

    А. КУРЕННОЙ: Это наш основной сайт genproc.gov.ru. И оттуда можно перейти уже в онлайн-приемную, там заметный баннер есть. Можно написать заявление, приложить любое количество документов без ограничений. Ну, вот, вы ведь сказали – у вас пандуса нет. Знаю тоже историю в Москве в доме в Северо-Восточном округе не могут добиться правды, потому что часть местных жильцов восстала против этого, пишут в суды…

    М. ЧЕЛНОКОВ: Чтобы не было пандуса?

    А. КУРЕННОЙ: Да. Их не устраивает. Это достаточно старый дом.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Какие плохие люди.

    А. КУРЕННОЙ: Панельная девятиэтажка. Часть местной активной общественности выступила против. Уже почти год пандус не могут установить.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Черствые люди. Им наплевать на чужую беду.

    А. КУРЕННОЙ: Но тут надо понимать, что мы все не молодеем. И может так статься, что эти самые люди потом будут передвигаться точно так же с проблемами. То есть они сами себе создают проблемы в будущем.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Заканчивая с проблемами, когда доступность различной инфраструктуры… На ваш взгляд, Москва приспособлена сегодня для инвалидов? Жить можно колясочникам, людям со слабым зрением, которые ходят с собаками-поводырями, с тросточками?

    А. КУРЕННОЙ: Я бы так сказал, что стало гораздо лучше, конечно. И мы все это видим, когда ходим по улицам и передвигаемся в транспорте. И транспорт стал более удобен. И в метрополитене уже люди специальные есть, которые сопровождают, если надо. Можно вызвать. Это уже хороший уровень. К этому надо стремиться. К сожалению, такое у нас не везде.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Ок, будем стремиться. Я, например, замечаю, что в больших торговых центрах есть возможность… Например, вчера зашел в торговый центр и увидел двух колясочников – молодого человека и женщину, которые прекрасно самостоятельно передвигались, крутили колеса, в лифт заехали – на 1, на 5 этаж. И были мобильными, скажем так.

    Еще какие нарушения были выявлены? На что вы обратили внимание?

    А. КУРЕННОЙ: Есть достаточно серьезная проблема в реализации прав инвалидов на труд. У нас есть определенная квота. В разных регионах она разная. Где-то от 2 до 4% в среднем рабочих мест должно выделяться под инвалидов. Не везде это реализуется. И нарушают и их права. Вместо четырехдневной положенной рабочей недели бывает больше. И не 35 часов, как по закону, а гораздо больше. И в ночное время заставляют работать. А чаще всего на самом деле отказывают просто в труде, несмотря на то, что рабочие места есть.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Это незаконно.

    А. КУРЕННОЙ: Это незаконно. Это характерно. Вот, у нас, опять же, отрицательные лидеры в Карелии, Краснодарский край, Калининградская, Челябинская область – здесь с этим не все так здорово.

    Много нарушают права детей-инвалидов на соцзащиту. И у них есть право, которое положено им по закону, быть активными участниками в жизни нашего с вами общества. Это все регламентировано рядом законов, которые помогают добиваться своих прав инвалидам. Вот с этим у нас проблемы тоже есть.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Что говорить, если нарушаются их права, когда сами граждане… Вот, вы говорите – пандус не захотели поставить соседи. А у меня у знакомой ребенок, пардон, даун. Страдает синдромом дауна. Родители не хотят, чтобы этот ребенок учился с их детьми в одном классе. Как это объяснить? Это не заразно. Это никак не влияет на них. Это просто в головах сидит что-то непонятное у этих людей.

    А. КУРЕННОЙ: И это тоже часто бывает.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Может, проводит какие-то… те же самые люди, просто по-другому выглядят.

    А. КУРЕННОЙ: Это бы очень полезно. Но тут должны также включиться в эту работу… Скажем, есть управляющие советы при центрах образования. У нас все школы, детские сады укрупнены в центры образования. В них входит и преподавательский состав, и местные представители, чиновники от образования, и родители тоже. Было бы действительно хорошо, если бы, может быть, минздравсоцразвития или любая другая структура как-то разъяснения определенные, методические рекомендации дала, чтобы этим занялись и управляющие советы. Это общественный орган. Это их прямая работа.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Мне кажется, обязательно, хотя бы час в месяц, посещение таких лекций о том, что другие люди такие же, как и мы и все остальные.

    А. КУРЕННОЙ: У нас инклюзивное образование с трудом продвигается, к сожалению.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Что еще у нас? Какие нарушения выявлены были? Я напомню, что у нас в гостях официальный представитель Генпрокуратуры Российской Федерации Александр Куренной. Мы говорим о программе "Доступная среда". По всей стране в 2011 году стартовал такой проект, где людям с огромными возможностями предоставляются все сферы, доступные и обычным людям.

    А. КУРЕННОЙ: Немного цифр я еще скажу. Смотрите, в 2014 году у нас было выявлено 109444 нарушения законов в тех сферах, которые касаются жизни инвалидов. В 2015-ом их стало гораздо больше – 126 с небольшим. А в 2016 мы упали даже ниже уровня 2014-го. Это 109356. Но изменился характер.

    И мы в 2 раза больше в результате по сравнению с 2015 году в прошлом году мы внесли протестов на незаконные правовые акты и регламентирующие права инвалидов, то есть привели региональное законодательство в соответствие с федеральным. Потому что далеко не во всех регионах это было одно и то же. И получается коллизия. Когда на местном уровне где-то инвалид, прочитав федеральный закон, пытается добиться каких-то прав, ему местные чиновники говорят: "Ну, извини, дорогой. Это там у них. А у нас здесь свои законы". В 100% случаев мы добивались изменения этого законодательства.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Чтобы везде все было одинаково.

    А. КУРЕННОЙ: Да. И, к сожалению, выросло количество уголовных дел, которые в этой сфере в принципе были возбуждены. Если их в 2015 году было 116, то в 2016, в прошлом, уже 184. И тут все, как правило, касается денежных историй: либо пособия, либо выделения квартир и, соответственно, исчезновение этих квартир. Бывает чистая уголовщина, когда выявили одну чудесную женщину в Псковской области. Она была директором как раз учреждения для престарелых и инвалидов. Она сделала нотариальные доверенности на свое имя и просто снимала с карточек деньги у людей и тратила их на себя.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Какая милая. А она не понимала, что это может раскрыться рано или поздно?

    А. КУРЕННОЙ: Наверное, на что-то надеялась. Но надежды не оправдались.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Наивная тетя.

    А. КУРЕННОЙ: И, как правило, эти дела в массе своей возбуждаются как раз по 159 статье уголовного кодекса. Это мошенничество. Естественно, конечно, это реальный срок, как правило. Таких случаев немало.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Я читаю тоже информацию, что были выявлены нарушения в сфере расходования средств на поддержку инвалидов. И тут такая сумма, что причиненный ущерб 86.8 млн рублей. Это верно?

    А. КУРЕННОЙ: Да, это верно.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Это за год?

    А. КУРЕННОЙ: Это за год.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Это украли или что сделали?

    А. КУРЕННОЙ: Конечно, да.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Живыми деньгами прямо взяли…

    А. КУРЕННОЙ: Либо с карточек. Они не совсем живые. Взяли и перечислили. И вернуть, к сожалению, удалось только немногим менее 500 тысяч из этих 86 млн.

    М. ЧЕЛНОКОВ: А куда же остальные? Найдут?

    А. КУРЕННОЙ: Тут уже да. Это все равно будут и прокуратура, и суды добиваться того, чтобы эти деньги возвращались, конечно.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Александр, наш слушатель 789 спрашивает: "А в Московской области куда обращаться, когда нарушаются права инвалидов?". Есть наверняка…

    А. КУРЕННОЙ: Правительство Московской области, конечно. Там у них есть профильное министерство. Прокуратура Московской области, которая у нас сильна и эффективно действует. Обязательно пишите. С каждым случаем разберемся. Еще раз повторюсь, интернет-приемная, можно простым письмом отправить. Мы доступны в любых вариантах коммуникации совершенно.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Отлично. По итогам этой коллегии… вы уже сказали, что были нарушения в том, в том, в том. А какие-то конкретные уже есть цифры, данные, где уже исправили, например? Помните эту историю – в каком-то из регионов дедушка-колясочник лишил себе сделать специальный такой подъем. Он выбил бордюр и начал выкладывать асфальт. А ему запретили местные дорожные службы или местные руководители, что здесь не должно этого быть и вы не можете этот пандус, этот скат делать. И все это взяли и опять заложили. А деду, видно, приходится очень далеко объезжать, за тридевять земель. Тут сам инвалид решил это сделать. Ему не дали. Что-то полезное было сделано по итогам коллегии? Можете сказать?

    А. КУРЕННОЙ: Вот эту конкретную историю я не помню. Но, кстати, должны были сделать. Потому что есть же вариант, когда не обязательно делать пандусы и городить. Просто снижается уровень самого бордюра в каком-то определенном месте, допустим, напротив подъезда. Это надо разбираться. Попробую поискать на самом деле и посмотреть, что там было сделано, куда он обращался. А по результатам нашей коллегии в первую очередь, конечно же, все то, что было проанализировано, и выступали не только представители прокуратуры, но и представители других ведомств, это все будет обобщено и передано председателю правительства и президенту. Это важная история. Как мы с вами сказали, 6 лет прошло и еще осталось у нас 5 лет… 3 года осталось. То есть уже 2/3 программы прошло. Сейчас самое время обобщить результаты. Проблем очень много.

    И создана межведомственная рабочая группа как раз по решению конкретных проблем, которые нами были выявлены. И те цифры, которые я называл, за каждой из них стоит реальная конкретная история, с которой надо разбираться – и на федеральном уровне, и на региональном.

    А что касается именно нас, работников органов прокуратуры, то здесь мы сейчас возьмемся наиболее плотно за исполнение госконтрактов, которые были заключены как раз в рамках финансирования этой программы "Доступная среда", а средства выделяются значительные. Это сотни миллионов рублей.

    Кроме того, продолжим работу по тому, чтобы приводить региональное законодательство в соответствие с федеральным. И, разумеется, такая тоже полезная вещь. Мы говорили, что не могут помощь получать инвалиды из отдаленных регионов. Вот, мы, не дожидаясь того, чтобы они приходили к нам, во всех этих отдаленных регионах прокуроры будут выезжать на места и прям на местах, в интернатах, домах престарелых проводить опрос, прием и слушать, что люди скажут, какие проблемы есть, для того чтобы помочь. Это достаточно эффективная практика.

    У нас уже так работает прокуратура Еврейской автономной области, в Ханты-Мансийском округе. Сейчас распространим эту прекрасную практику на остальные регионы, где у нас есть такие отдаленные места, где проживают инвалиды.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Я читаю этот отчет. Кстати, где-то нашел информацию, что один из каких-то регионов у нас самый какой-то неудачливый. Я не могу найти. Конечно, это плохо. Но чтоб Москва порадовалась, что в Москве не все так плохо.

    А. КУРЕННОЙ: Это факт. У нас очень много встречается проблем с этим в Свердловской области. Сразу по нескольким показателям они не дотягивают. Это, безусловно, так. Среди проблемных у нас и Дагестан, и Коми, и Красноярский край, и Приморский. И проблемы есть везде. У каждого из них свой характер. Но, тем не менее, не все так здорово.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Александр, давайте еще раз нашим слушателям скажем. Друзья, если вы человек с ограниченными возможностями и ваши права или права ваших родственников нарушаются, пишите письма – в местные органы самоуправления, в Генпрокуратуру, заходите на сайты, везде вся информация есть, онлайн-обращения, в онлайн-приемной, пишите почтой России. Дойдет – не дойдет – это уже как бог на душу положит. Но онлайн все-таки лучше всего. Александр, большое спасибо за вашу информацию. Встретимся уже в апреле. Если ничего экстренного не произойдет. Надеюсь, будет у нас другая интересная тема. Обсудим ее. Друзья, официальный представитель Генпрокуратуры Российской Федерации Александр Куренной был у нас в гостях. Спасибо большое.

    А. КУРЕННОЙ: Спасибо вам.

    М. ЧЕЛНОКОВ: Макс Челноков был с вами. И оставайтесь с радио "Говорит Москва".

    Версия для печати

Видеоблог Сергея Доренко

Сообщение отправлено
Система Orphus