• «ПОДЪЁМ» С СЕРГЕЕМ ДОРЕНКО ОТ 02.05.2017

    08:30 Май 2, 2017

    В гостях

    С.ДОРЕНКО: 8 часов 38 минут. Вторник, 2 мая. Здравствуй, великий город! Здравствуйте, все! Это радио «Говорит Москва»! Говорит Москва! Анастасия Оношко, ведущая этой программы. Здравствуйте, Анастасия.

    А.ОНОШКО: И Сергей Доренко. Доброе утро всем.

    С.ДОРЕНКО: «Всех с днем рождения…» Почему вас тогда?! Всех с днем рождения! А что такое день рождения?

    А.ОНОШКО: Да ничего, на самом деле, это такая условность. Первый год пережил и молодец, когда без антибиотиков.

    С.ДОРЕНКО: Смысл дня рождения в том, что ты отмечаешь какую-то календарную веху, связанную с вращением Земли вокруг Солнца.

    А.ОНОШКО: Я думаю, что это связано, прежде всего, самый главный праздник, когда дети умирали, и ты не умер.

    С.ДОРЕНКО: И дальше ты отмечаешь просто календарную веху вращения вокруг Солнца. Но почему нельзя вокруг своей оси тоже отмечать?

    А.ОНОШКО: Можно по лунному календарю.

    С.ДОРЕНКО: Вокруг своей оси Земля повернулась?

    А.ОНОШКО: Да.

    С.ДОРЕНКО: Повернулась. Давай отметим — с днем рождения тебя, Настенька!

    Насчет климата. Климат у нас неудачный. Мы много раз его разоблачали, этот климат. Климат так себе.

    А.ОНОШКО: А вас вчера эта жара не коснулась? Вы не подумали на секундочку, что хотелось бы холодка.

    С.ДОРЕНКО: На секундочку я не подумал. Я на секундочку подумал, что хотелось бы погорячей еще.

    А.ОНОШКО: Мало гуляли наверно на солнце.

    С.ДОРЕНКО: Я делал следующее: я же купил мотоцикл.

    А.ОНОШКО: Еще один?

    С.ДОРЕНКО: Нет, поменял один на другой. У меня было два и стало два. Я вставал в 6 утра, заводил его, тихонечко выкатывался, чтобы никого не разбудить, и ехал в Волоколамск попить кофе. Приезжал в Волоколамск, там на заправке Инна работает, хорошая женщина, она мне наливала эспрессо из машины, я пил эспрессо, потом садился и назад пилил. Заезжал куда-то еще: в Кострово, Мансурово. И так получалось у меня 190-200 километров в день. Назавтра опять поедешь. Так хорошо и душевно тепло, я пользовался теплом.

    Послушай, я быстренько расскажу, что у нас с погодой, по часам, если позволите, 48 часов. Сегодня 20 с 11 часов; 20, 20, 20 всё время, потом в 16 — 19; в 18 — 17-15; к 20 часам 13 и, наконец, в 23 часа — 9 градусов. Завтра уже другая погода. В среду мы просыпаемся в 6 утра — 6 градусов (сегодня было 11); днем — 10, 12; завтра разогреется до 13, но будет очень солнечно, красиво. 4 мая мы в 6 утра проснемся, уже будет 5 градусов. То есть все время поменьше, поменьше, поменьше. А по дням так: в пятницу — 12, солнышко; в субботу — 13; в воскресенье — 7 градусов, ночью 0. Значит, картошку рано садить, как ты считаешь, Настенька? Анастасия Эдуардовна Оношко — известный агроном.

    А.ОНОШКО: Я считаю, если она уже лежит у вас в темной комнате, отростки дала…

    С.ДОРЕНКО: Так ноль же! Ей холодновато будет, зябко.

    А.ОНОШКО: Главное, не пускать туда детей, чтобы они не оборвали отросточки.

    С.ДОРЕНКО: Зябко ей сделается, 0 градусов, а где-то по области и минус, область же огромная. 

    А.ОНОШКО: Она же под землей лежит.

    С.ДОРЕНКО: «Отвоевали предки-то наши…» В понедельник — 7 (ночью 0); во вторник — 8 (1); наконец в среду — 10 (2); в четверг через десять дней — 11 и пойдут дожди. В общем, погода хорошая закончилась. Солнце еще будет аж до следующей недели. И не это вытерпели, превозмогли не такое мы в истории России.

    А.ОНОШКО: Но потом как жахнет!

    С.ДОРЕНКО: Потом ничего не жахнет, потом зима начнется.

    А.ОНОШКО: Лето какое-то время побудет с нами.

    С.ДОРЕНКО: Совсем короткое.

    А.ОНОШКО: Снега до декабря нет у нас. Вы забыли уже, как мы мучились в ожидании снегов?

    С.ДОРЕНКО: А можно я тебе расскажу про 2016 год, когда снег выпал 1 ноября, и с 1 ноября до 1 мая была плохая погода, и мы немножечко устали. У нас четыре дня хороших, а теперь опять «до свидания». А ты знаешь, что при ноле (когда в 6 утра — 0 градусов) на мотоцикл не сядешь.

    А.ОНОШКО: И языком нельзя железочку потрогать, примерзнуть можно.

    С.ДОРЕНКО: Да, много таких нюансов. Спасибо тебе большое. Больше всего интересует самолет, который сандалило. Тебя когда последний раз сандалило в самолете?

    А.ОНОШКО: Меня вот так никогда.

    С.ДОРЕНКО: У тебя было?

    А.ОНОШКО: Вообще, чуть-чуть было, но мне никогда не было тревожно: так — ух, как на аттракционе, немножечко подхватывает.

    С.ДОРЕНКО: Если потряхивает часа три-четыре?

    А.ОНОШКО: Такого я не испытывала никогда.

    С.ДОРЕНКО: Вот мы летели на Мальдивы полтора года назад, и нас трясло все время над Ираном. Потом мы решили, что над океаном не будет, и потом над Индийским океаном все равно до самых Мальдив трясло. Трясло наверно часа четыре подряд — дудудуду-дудудуду. Единственное, что я боялся, я думал, крылья не оторвутся, если оторвутся — будет хуже.

    А.ОНОШКО: Планировать будет существенно тяжелее.

    С.ДОРЕНКО: Там же трещинки образуются, пойми, это же усталость материала, он не может бесконечно трястись.

    А.ОНОШКО: Я, кстати, думала о спасении…

    С.ДОРЕНКО: Его нет.

    А.ОНОШКО: Мне кажется, единственный способ — это одевать костюм как у белки-летяги. 

    С.ДОРЕНКО: Надевать. А куда лететь-то?

    А.ОНОШКО: В место назначения.

    С.ДОРЕНКО: Там океан всё время.

    А.ОНОШКО: Мне казалось, что это не страшно, что это лучше, чем земля.

    С.ДОРЕНКО: Что тебе лучше, Оношко, приземлиться среди пакистанцев или приземлиться посреди океанцев?

    А.ОНОШКО: В стог сена надо. В воду лучше, когда ты спланировал, перегруппироваться и войти в воду без фонтана.

    С.ДОРЕНКО: Солдатиком.

    А.ОНОШКО: А потом вынырнуть и ждать помощи, свистеть в свисток. Что там полагается?

    С.ДОРЕНКО: А я тебе скажу, что полагается — разложить костер, а у тебя нет такой возможности. То есть тебя не трясло?

    А.ОНОШКО: Нет.

    С.ДОРЕНКО: Меня трясло два раза, по-настоящему совсем. Так, что с отчаянием думал «вот бы и хватит», меня трясло два раза.

    А.ОНОШКО: Привели ли вы свои дела в порядок перед вылетом, вы думали об этом?

    С.ДОРЕНКО: Ночью в Андах… Анды — это горы такие.

    А.ОНОШКО: Знаем.

    С.ДОРЕНКО: Я думаю, что я летел из Каракаса в Гуаякиль или из Каракаса в Кито, или из Боготы в Кито, где-то там над Андами. 

    А.ОНОШКО: Там же известные зоны очень тяжелые.

    С.ДОРЕНКО: И там так сандалило, мать, что я отрывался от кресла, честное слово, то есть подбрасывало на ремне чуть-чуть, не сильно. Самое удивительное, когда я по прилете начал рассказывать всем этим уродам, которые вместе со мной летели, этим отвратительным людям, как отрясло, а они делали такое уважительное «о-о-о!» — они спали просто. То есть они проспали собственную смерть. Была бы смерть, они бы не проснулись. 

    А.ОНОШКО: Может быть, это и неплохо.

    С.ДОРЕНКО: Это отвратительно. Я им говорю: вы знаете, что с нами было? Они: о-о-о! Я говорю: нас трясло, я отрывался от кресла. Они говорят: о-о-о! — Эй, алле, вы понимаете, что мы чуть не умерли? Они говорят: о-о-о!

    А.ОНОШКО: Да они из уважения к вам говорили «о-о-о», они не знали, что по-другому бывает наверно. Там же известная история, когда самолет разбился из-за того, что он слишком был жесткий. В Андах самолет летел с какой-то спортивной командой. Поскольку он не гнулся, а удары об эти воздушные слои (может быть, я неграмотно выражусь), они его развалили, по сути, в воздухе. И там люди выживали. Вы же знаете эту историю: они ели друг друга, пока спасение не придет.

    С.ДОРЕНКО: Мне очень неприятно.

    А.ОНОШКО: Вы не знаете? Известная история, в «Википедии». И папа римский благословил даже потом постфактум, поскольку были католические люди, что они так делали, потому что там было холодно, был мороз.

    С.ДОРЕНКО: Они ели наверно трупы.

    А.ОНОШКО: Трупы, разумеется.

    С.ДОРЕНКО: То есть друг друга на спичке на жребии не закалывали.

    А.ОНОШКО: Нет. Это было страшно. У кого-то родственник погиб, например, вот он лежит в этом самолете, его заметает метелью и так далее, они выбирали с кого начинать.

    С.ДОРЕНКО: Интересно, если убивать… Вот мы разбились бы с тобой и выжили, и редакция наша. Вот кого надо убивать? Пришлось бы меня, потому что я сейчас жирный, я толстый. Отнимаешь всего одну жизнь, а получаешь 100 кг мяса. А если кого-то худенького убить, то же самое: убиваешь одну жизнь — 48 килограммов.

    А.ОНОШКО: Можно стать веганом и сыроедом.

    С.ДОРЕНКО: Съесть сырого человека. Но я бы сделал по-другому: я бы перешел на жизнь масаев, не надо убивать. Знаешь, как масаи питаются?

    А.ОНОШКО: Нет.

    С.ДОРЕНКО: Поскольку корову забивать им жалко, они надрезают ей вены на шее, пьют кровь…

    А.ОНОШКО: А тут она и умирает.

    С.ДОРЕНКО: Нет. А потом замазывают глиной. Сколько-то крови спустил — пообедал. Если бы мы с редакцией катапультировались в Андах и жили бы, я бы предложил, чтобы с меня вырезали кровь чуть-чуть. Вот здесь над шеей надрежут, я бы в тазик накапал сколько-то, набрызгал, потом глиной замазал и всё чин-чинарём.

    А.ОНОШКО: Мне кажется, что некоторым придется себя преодолеть.

    С.ДОРЕНКО: Но масаи не так делают, они же смешивают с молоком кровь, ты же знаешь. «Кровь с молоком», само словосочетание, откуда берется — от масаев. Они сначала доят эту же самую корову, а потом в ее же собственное молоко льют ее же собственную кровь.

    А.ОНОШКО: Их самолет давно разбился, приходится выживать и ждать помощи. 

    С.ДОРЕНКО: (Смеется) Настён, а второй раз меня трясло над Москвой. Температура воздуха была сорок.

    А.ОНОШКО: Минус или плюс?

    С.ДОРЕНКО: Плюс. Какая-то адская жара была и вдруг посередь того всего рухнул дождь на эту раскаленную землю. Было давно жарко, недели две, и на эту раскаленную землю, +40, рухнул дождь. Сразу всё стало парить адски, и мы идем 320 аэробусом Lufthansa. Нас так трясло, я видел, как он размахивает крыльями. Мне так не хотелось, честное слово! За что я хвалю Lufthansa, можно похвалить: тётеньки вышли, их бедрами било об кресла.

    А.ОНОШКО: Стимпанковский был самолет, всё на механизмах, рычаги вылезли.

    С.ДОРЕНКО: Немчура, девки немецкие, вышли в проходы, их било страшно об кресла, болтало стюардесс. Вот тебе подвиг простых немецких девушек.

    А.ОНОШКО: Они делали вид, что ничего не происходит.

    С.ДОРЕНКО: Они раздавали спиртное.

    А.ОНОШКО: Это давно наверно было, сейчас уже такого нет.

    С.ДОРЕНКО: Это был 2001-2002 год. И люди брали по два-три «мерзавчика».

    А.ОНОШКО: И детям давали.

    С.ДОРЕНКО: Детям не давали.

    А.ОНОШКО: Чтобы быстрее вырубились, первыми.

    С.ДОРЕНКО: Там написано в инструкции: сначала назюськайся сам, а потом дай ребенку. Написано же в инструкции: водку сначала выпей сам, потом ребенку. Я читал где-то об этом. Имеется в виду, начни с себя. Мы брали по два-три, по три-четыре «мерзавчика», кто как, я взял два, и мы забрасывали их прямо в горло себе, быстро высасывали. Просто подвиг простых немецких девушек, я тебе серьезно говорю, они прошли все ряды. Видно, команду дал командир корабля: раздать спиртное — раздали спиртное. Трясло очень сильно. 73-73-948. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро.

    С.ДОРЕНКО: Я видел, что вы звоните. Извините, некоторое время мы вас своей пустой трепатнёй продержали. Что это за турбулентность ясного неба?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Очень часто бывает, что струйные воздушные потоки достигают феноменальных скоростей. Буквально недавно я летел в воздушном потоке, мне показывало скорость ветра около 240 км/ч. Благо он был попутный и спокойный. Но бывает также в этих струйных потоках колбасит так, что люди головой до потолка достают.

    С.ДОРЕНКО: А можно сказать, что последнее время в связи с изменением климата, это стало чаще?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет. Есть определенная периодичность. Эти струйные потоки в основном текут с запада на восток. По временам года я не припомню, от полушария зависит, когда-то чаще, когда-то реже. Лично я летаю пассажиром, пристегнут всегда. 

    С.ДОРЕНКО: Это правильно. У меня отец, знаете, что говорил: я об одном жалею, что четырехточечного ремня нет. И в машине, и в самолете, он говорит, где тут четырехточечный ремень, чтобы за плечи тоже прихватить.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Как на маневренных самолетах. Если мне нужно в туалетик, я очень быстро вскакиваю, и назад, пристегнулся. И всем советую так летать. Перед тем, как выполнять рейс, мы берем прогноз, и есть такой же прогноз по турбулентности, по струйным течениям. Но вы же понимаете, это метеопрогноз, у него вероятность есть.

    С.ДОРЕНКО: Конечно.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Гораздо ниже, чем 0,5. Поэтому это всё относительно. Бывает, берешь план на полет: ясное небо, нигде не трясет, не болтает — раз, начинает болтать неожиданно. Потому прогноз прогнозом, а пристегнутым нужно быть всегда.

    С.ДОРЕНКО: А я один раз шел из Ниццы в Москву, и нас над Италией так трясло (где-то Милан). У меня в то время был навигатор Garmin, я выставлял его к окошку, чтобы он поймал спутник, и наблюдал 1100 км/ч на Garmin.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Он вам показывает скорость относительно земли.

    С.ДОРЕНКО: 1100 — ужас!

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Самолет со своей тягой двигателя развивает 900 км/ч в воздушном потоке и плюс еще этот воздушный поток, в котором летит самолет 900 км/ч, движется 200 км/ч относительно земли. Эти скорости складываются, и вы получаете скорость относительно земли. Но она ни в коем случае не будет сверхзвуковой, потому что в этом воздушном потоке скорость вашего самолета меньше скорости звука. На Flightradar можно отследить струйное течение и посмотреть, как и 1200 км/ч пассажирские самолеты летают. Но, опять же, автоматика убирает обороты, потому что в компьютер занесены данные, когда нужно прилететь самолету. Исходя из этого, он выставляет число М. То есть он примерно знает, какой будет ветер на эшелоне и подсчитывает так, чтобы прибыть вовремя.

    С.ДОРЕНКО: Это верно. Потому что приходишь в Москву, и тебя к Сергиево Посаду гонят либо в Тверскую область, чёрти куда.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, хотел вас поздравить с отличным началом мотосезона.

    С.ДОРЕНКО: Спасибо.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я вчера катался…

    С.ДОРЕНКО: На чем вы катались?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я Z650 купил новый, салонный, обновленная линейка. 

    С.ДОРЕНКО: Какой вы молодец! Просто потрясающе! К сожалению, сейчас просядет сезон немножко, все-таки будет прохладно.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну, три денька-то у нас есть. 

    С.ДОРЕНКО: Есть. Спасибо. Всех с мотосезоном! Ребята, самолет в Бангкок, вы знаете все об этом случае. За 40 минут начинается, а по некоторым данным — за 20 минут начинается. Что такое 20 минут, он уже на глиссаде.

    А.ОНОШКО: Садится?

    С.ДОРЕНКО: Он уже на подходе. Вдруг подбрасывает, по некоторым данным — 800 метров, по некоторым данным — 200 м, в общем, люди бились об потолок, бились головой, руками, 24 человека пострадавших. Притом обратите внимание, Анастасия, что это широкофюзеляжный самолет. Это тебе не «фифочка», это 777 Boeing — он огромный, широкий, красивый. Как кажется нам, такие огромные лайнеры должны быть менее подвержены, как и волна меньше действует на гигантский океанический лайнер в воде. Маленькую лодочку сандалит, она не может выйти, а лайнер огромный идет и идет, так и с самолетом. 777-й широкофюзеляжный, красавчик — его кидает так, 200 метров, кто-то пишет 800 (но 800 не подтверждается), что люди лупятся головами об потолок самолета, потолок в крови, хвост в крови, всё в крови, открытые переломы.

    А.ОНОШКО: Значит, надо сидеть, пристегнувшись, весь полет.

    С.ДОРЕНКО: А как же размять свои ягодичные мышцы?

    А.ОНОШКО: Никак.

    С.ДОРЕНКО: Ягодичные хочется подразмять.

    А.ОНОШКО: Как мы перед компьютером сидим спокойненко. Нужно себе иллюзию интернета создать, и можно сидеть хоть десять часов.

    С.ДОРЕНКО: А ноги отекают. Хочется потоптаться, помешать стюардессам, все время говорить им милые глупости, что ты сейчас пропустишь тележку. Хочется какую-то деятельность развивать, что-то неуемное хохляцкое: суетиться, всем путать карты.

    А.ОНОШКО: Вам тогда поездом, Сергей, надо ехать.

    С.ДОРЕНКО: С проводницей гутарить. И потом, опаньки, а тебя спас пилот «Аэрофлота» — ура!

    В ДВИЖЕНИИ

    С.ДОРЕНКО: 4 балла. Город чудесный, все свалили. Интересно, все на даче или в каких-нибудь Турциях. Говорят, треть уехавших на праздники уехала именно в Турцию.

    А.ОНОШКО: Конечно, и я собираюсь туда ехать.

    С.ДОРЕНКО: Вода холодная, всё отвратительно.

    А.ОНОШКО: Ну, сейчас холодная, но там есть кроме воды горы прекрасные.

    НОВОСТИ

    С.ДОРЕНКО: 9 часов 5 минут. Ребят, его подбросило на 200 метров. Всего 15 секунд колбасило. Мне говорят, если подбросило, их должно было вдавить в кресла. Конечно, их вдавило, потом он рухнул в яму и так далее, то есть его бросало… вся эта амплитуда до 800 метров, по некоторым данным 200 метров.

    А.ОНОШКО: Люди подумали, что всё. Сейчас мы знаем, что всё кончилось хорошо.

    С.ДОРЕНКО: Пилот говорит следующее: 15 секунд продолжалось вот это, и в течение 30 всего, то есть вся ситуация заняла 30 секунд, 15 секунд вот эти подбрасывания были.

    А.ОНОШКО: Пилот наш.

    С.ДОРЕНКО: Пилот наш, прекрасный, аэрофлотовский, 20 с лишним тысяч налет, великолепный мастер.

    А.ОНОШКО: То есть он не испугался, он не подумал, что уже все.

    С.ДОРЕНКО: А летчики не пугаются.

    А.ОНОШКО: Расскажите мне про то, что думают летчики.

    С.ДОРЕНКО: Летчики что думают? Летчики мобилизуются в этот момент. Мобилизация происходит, ты собираешься. Ну, хорошо, тебя начинает тащить на машине, я просто тебе рассказываю не про летчиков как отдельную расу людей, а я тебе расскажу про тебя. Вот ты конкретно, Настя Оношко.

    А.ОНОШКО: Я всегда о себе думала, что я отскочу, если что, приторможу, увернулись, если внештатная ситуация.

    С.ДОРЕНКО: Тебя потащило, что ты делаешь? Ты мобилизуешься.

    А.ОНОШКО: Не так. Я просто стою у обочины, а передо мной стоит автобус огромный туристический. И вдруг автобус начинает сдавать назад, он меня не видит и не может видеть. Знаете, что я делаю? Я как каракатица сижу и смотрю на это, вместо того чтобы быстро взять, задний ход, туда-сюда, отъехать. Тяжело, иногда ступор бывает.

    С.ДОРЕНКО: Давай опишем поведение при опасности, их всего три типа. Мобилизация и четкие действия, истерика и столбняк такой.

    А.ОНОШКО: Еще может быть мобилизация и неправильные четкие действия. Такое же тоже бывает.

    С.ДОРЕНКО: Обязательно. У мужчин в особенности. Я сейчас расскажу, почему. Это биохимия. Причем мужчина никогда потом не признает свою ошибку. На самом деле, три реакции. Первая: мобилизация и четкие действия. Четкие, они могут быть правильными и неправильными. Дальше. Истерика. И на третьем месте, но не по частоте, это столбняк такой, как заинька… зайчик что делает, когда его находит собака, лисичка? Он замирает и расслабляется полностью. Столбняк такой. У тебя сделался столбняк, это твоя реакция. Значит, ты как зайчик. Это хорошо, это лучше, чем если бы ты была истеричкой. Может быть, у кого-то бы истерика началась. Но самый правильный способ — это спокойные верные действия. Командир вел себя изумительно, и «Аэрофлот» вел себя изумительно. Давай похвалим «Аэрофлот», в конце концов. Командир все это вытащил, они живые, по больницам, неважно, живые, 24 человека.

    Почему мужчины не признают поражение? Если вдруг он начинает четко действовать. Четко, но на фиг неправильно. Я тебе сейчас найду, есть биохимия, есть общительные люди, есть про мужчин. Общительные люди, кстати, чаще соглашаются на зарплату в конверте.

    А.ОНОШКО: Да, я так себе и представляю: бла-бла-бла, а, ну да, конечно, и дальше…

    С.ДОРЕНКО: Мужчины в связи с тестостероновой гормональной жизнью, у вас не так, у вас постоянно истерика и слезливость. Истерика позитивная, слезливость негативная и так далее. А у мужчин же по-другому.

    А.ОНОШКО: Еще претензии.

    С.ДОРЕНКО: Да, у вас еще претензии и так далее. Американские ученые выяснили, что мужчины с высоким уровнем тестостерона склонны решительно принимать спонтанные действия, умеют принимать спонтанные, быстрые решения. То есть чем больше тестостерона…

    А.ОНОШКО: Это которые лысые?

    С.ДОРЕНКО: Может быть, они тратят и не лысые. Лысые — которые не тратят.

    А.ОНОШКО: А, да? Я не знала.

    С.ДОРЕНКО: Это присказка волосатых. Когда ты говоришь: я лысый, у меня тестостерон, и такой начинаешь почесывать тестикулы, они тебе отвечают: ты его не тратишь, а я трачу. Это такой ответ. Смысл не в этом. Мужчины с высоким уровнем тестостерона могут быстро, решительно, внезапно принимать решения на основе интуиции, никогда не признают свою неправоту. В эксперименте приняли участие 243 мужчин, которым методом случайного выбора предложили принять дозу гормона, тестостерона, засандалить, либо плацебо. Затем испытуемых попросили пройти тест с различными математическими заданиями, требующими тщательного осмысления и проверки. Оказалось, что те, кто принял дозу тестостерона, чаще остальных давали неправильный ответ. Не ждали математического анализа, а принимали волевое решение, как Александр Македонский — разрубить гордиев узел. Принимали интуитивные волевые решения, при этом не пытались их проверить, при этом никогда не признавали ошибку, пока действовать тестостерон. Это типично мужское поведение. Понятно? А если тестостерон пониже, то он сидит где-то, грызет карандаш, решает. Поняла разницу?

    А.ОНОШКО: А вы когда-нибудь летали на самолете, где командиром была женщина?

    С.ДОРЕНКО: Да. Один раз, Париж – Москва, женщина. По счастью, ей за 40 было. Я потом ее видел, когда выходил. Париж – Москва, аэробус.

    А.ОНОШКО: Вы вздрогнули, когда женский голос вас поприветствовал? Она русская?

    С.ДОРЕНКО: Я не вздрогнул. Да, русская. Я не так вздрогнул, как вздрогнули женщины, сидящие в самолете, я тебе хочу сказать. Потому что женщина доверится женщине с гораздо меньшей вероятностью, чем мужчина. Мужчина может довериться женщине-врачу. Мужчина может довериться женщине-пилоту. Потому что для мужчины женщина, в особенности если она не молодая, это как бы мать, в кавычках. Матери довериться можно. Ее умелые, сильные руки тебя понесли, как младенца. А женщина женщине не может довериться, потому что она уже прошла этот свой подростковый этап борьбы с матерью, когда она мать отвергла и опротестовала, и мать как бы скинула с пьедестала после подросткового возраста. Она мать уже, в общем, по большей части презирает. Она не может довериться женщине ни как подружке, ни как матери, ни как никому. А мужчина может. В этом отличие. Поэтому когда она сказала:… ля-ля-ля, наш самолет будет проходить, мы думали, что это стюардесса шарашит. Потом она сказала: я вас пилот, тра-та-та. И я посмотрел на женщин, как их перекосило. Гораздо больше женщины боятся женщин, чем мужчины.

    С.ДОРЕНКО: Давай поговорим про всякие манифестации.  

    А.ОНОШКО: Я согласна говорить про монстрацию в Новосибирске, самое лучшее.

    С.ДОРЕНКО: Расскажи нам про монстрацию. У тебя есть набор лозунгов? Собери нам лозунги, пожалуйста.

    А.ОНОШКО: Сейчас. У меня тут было отложено.  

    С.ДОРЕНКО: Пожалуйста, ты поищи, а я вам дам музычку. Музычку, от которой я, будучи молодым, системно… интересный эффект происходит, но это с возрастом, серьезно говорю. Когда я был помоложе, я ненавидел и блевал под эту музыку. Я блевал просто ритмично, четыре четверти как раз. А сейчас я ее с ухмылкой слушаю. Какая-то совсем древняя музыка, но мне кажется, она не лишена какого-то обаяния теперь, карикатурного, впрочем. Ну, пусть будет.

    ЗВУЧИТ МУЗЫКА

    С.ДОРЕНКО: Я считаю, что это надо закольцевать. И вот так просто подряд.

    С.ДОРЕНКО: У Настёны лицо делается всё зеленее и зеленее, начинают идти пятна и так далее. Это не мои песни, не мое поколение. Это какие-то 30-е годы, это марш артиллеристов практически. «Сталин дал приказ».

    А.ОНОШКО: Это всё уже. Опало, как осенний лист, и лежит пожухлое.

    С.ДОРЕНКО: Это не все. Это какой-то большой Версаль, какая-то эпоха. Ты не понимаешь этого. Какая-то эпоха, которую я не любил. Я развалил Советский Союз, я лично. Ты знаешь, кто развалил Советский Союз? Я. Мы развалили… нет, я, зачем я говорю «мы»? Я развалил Советский Союз, разрушил. И все это сделал. Но сегодня я говорю: это милая музыка при этом.

    ЗВУЧИТ МУЗЫКА (АВИАМАРШ)

    С.ДОРЕНКО: Это про турбулентность песня. Помолчи. Говорит, выше всё время и выше.

    С.ДОРЕНКО: Это Лавров говорит. Нам всякий ультиматум, говорит, наш нерв одет… забыл… У них нерв одет. Ты попробуй визуализировать эту чертову песню, попробуй представить глазами, что они поют. Это же шизофрения, в хорошем смысле.

    А.ОНОШКО: Представляю.

    С.ДОРЕНКО: В хорошем смысле этого слова, это полная шизофрения. Они взглядом разрезают атом, каждый нерв чем-то одет у них.

    С.ДОРЕНКО: И по Красной площади идут сотни женщин, у каждой из них лишний вес. У всех лишний вес. Сотни женщин с лишним весом. Занимаются аэробикой, подбрасывают ноги.

    С.ДОРЕНКО: Я могу быть брандмейстером в этом коллективе. Они все такие толстенькие, и я тоже сейчас страдаю избыточным весом. Я мог бы быть у них руководителем хора, вернее, коллектива аэробического. Все. Что способно исправить твое настроение? Ты антисоветчица.

    А.ОНОШКО: Что вы? Как можно! Не надо.

    С.ДОРЕНКО: Тебя не прикалывает такая музыка? Она же прикалывает.

    А.ОНОШКО: Я задыхаюсь от счастья практически под эту музыку. Я могу развеселиться, только читая лозунги монстарции, больше ничего.

    С.ДОРЕНКО: Надо было тихонечко… давай я дам тебе какую-то музычку, подложку. Сейчас пойдет музыка, я махну рукой, и ты начинай. Договорились?

    А.ОНОШКО: Да.

    С.ДОРЕНКО: Я тихонечко выведу, сначала музыка, потом махну рукой, и ты начинай. А я уменьшу звук.

    А.ОНОШКО: «Большой брат следит за тобой, и ему скучно». «Он вам не лимон». «Люблю кота, других не надо». «Страсть и апатия, пряности и излишества». «В любой непонятной ситуации говори «курлык».

    С.ДОРЕНКО: Насть, не годится. У тебя нет подачи, понимаешь.

    А.ОНОШКО: Ну, вот… «В каком ухе у меня цистит?»

    С.ДОРЕНКО: Ты читаешь скучно. Скучно, как живешь.

    А.ОНОШКО: Я не могу…

    С.ДОРЕНКО: «Здесь гонят правду». Да. «А потом мы все пойдем к тебе». «Нас бы всех на заводы!» — вот хорошо, правда же? «Чтобы что?» «Вся власть совятам». Ну, ладно. Насть, у тебя не получилось. Мы пытались разыграть сценку.

    А.ОНОШКО: Мне и самой невесело.

    С.ДОРЕНКО: Давай тогда музычку. 

    А.ОНОШКО: А вот, Сергей, прочитайте.

    С.ДОРЕНКО: «Свобода. Веганство. Аболиционизм». Настя сказала мне, что единственная музыка, которая приведет ее в должное положение, это музыка ее пубертатности. Ей нужна музыка, когда она была милое, отвратительное дитя.

    А.ОНОШКО: Милая толстушка.

    С.ДОРЕНКО: Давай дадим.

    ЗВУЧИТ МУЗЫКА

    С.ДОРЕНКО: Хорошая. Шикарная музыка. Это начало 90-х?

    А.ОНОШКО: 1991 год.

    С.ДОРЕНКО: Волшебные 90-е. Это шведская группа.

    А.ОНОШКО: Нашлись почитатели, уже пишут нам в Telegram.

    С.ДОРЕНКО: Midi, Maxi. Конечно.

    С.ДОРЕНКО: Шикарная музыка. Настя, спасибо за угощение.

    А.ОНОШКО: В следующем часе поставим Ragga Steаdy?

    С.ДОРЕНКО: Мы прямо сейчас поставим Ragga Steady, о чем ты говоришь. Первомай все-таки шагает по стране, соответствующая музыка.

    ЗВУЧИТ МУЗЫКА

    С.ДОРЕНКО: Люди спрашивают, это прекрасная музыка, Насте под 40? Как вы угадали?

    А.ОНОШКО: Теперь уже почти 40.

    С.ДОРЕНКО: Нет, под 40, в том смысле, что 38.

    А.ОНОШКО: Вы не успеет моргнуть глазом, как мне будет уже под 50.

    С.ДОРЕНКО: Ей будет 60, конечно. На самом деле, под 40 — это и есть эта Midi, Maxi. Люди угадывают. А те, кому 30, что слушают? Gorillaz.  

    А.ОНОШКО: Offspring. Знаете такую группу?

    С.ДОРЕНКО: Это те, кому под 30?

    А.ОНОШКО: Наверное. Потому что это десятилетие спустя было. А еще была какая-то финская группа, но я совершенно забыла, у них бы бомбический какой-т хит… может быть, слушатели подскажут, я не могу ее даже напеть.

    С.ДОРЕНКО: Это Pretty Fly (For a White Guy)? Тут мата нет?

    А.ОНОШКО: Нет.

    С.ДОРЕНКО: Главное, чтобы мата не было. Я готов слушать любую помойку, лишь бы мата не было.

    ЗВУЧИТ МУЗЫКА Pretty Fly (For a White Guy) 

    А.ОНОШКО: Если вы хотите совсем слезу выжечь из людей 30+, то надо Bomfunk MC’s, мне напомнили, ставить.

    С.ДОРЕНКО: Freestyler? Ладно. Слезу выжечь? Выжжем же слезу из этих гадов!

    А.ОНОШКО: Сейчас у всех холодок по спине побежит. Где мои 17 лет…

    ЗВУЧИТ МУЗЫКА Freestyler

    НОВОСТИ

    С.ДОРЕНКО: Я хочу сказать, что всем понравилось, на самом деле. 

    А.ОНОШКО: Я, покопавшись в памяти, вспоминала еще один хит того времени.

    С.ДОРЕНКО: Metallica – Fade To Black, признана лучшей рок-балладой 1983 года. Это люди, которые родились в 1970-м. Это не то. Поставь ей «дипов» от шестидесятилетних, говорит Солдат. Все слышали «диппов» от шестидесятилетних. На самом деле, мы вспоминаем музыку для 30-летних и 40-летних примерно. Вот Настя где-то так ориентируется очень хорошо. Crazy Frog, может быть.

    А.ОНОШКО: Все это не любили.

    ЗВУЧИТ Crazy Frog

    С.ДОРЕНКО: Настя, пока мы устраивали чеченские войны, пока мы обрушивали чертов рубль, пока мы всех ставили, как нам казалось, в позу, ваше поколение обжималось на кухне под эту музыку.

    А.ОНОШКО: Да, это такой возраст, когда вы ходите в гости постоянно. Родителей нет, они на работе, школа закончена, и ты думаешь: к кому сегодня пойти? Берешь телефонную книжку и начинаешь обзванивать. Потом начинаются гуляния какие-то долгие бессмысленные, по подъездам, потом на кухню к кому-нибудь придешь, что мама оставит… надо в ларьке LM. Покурили, поели. А потом учиться, готовиться к поступлению. Все, выключайте. Dr.Alban. Там любую можно слушать.

    С.ДОРЕНКО: Чтобы всех стошнило.

    А.ОНОШКО: Crazy Frog это ужасно.

    С.ДОРЕНКО: Crazy Frog это самое ужасное, что когда-либо знала человеческая цивилизация.

    ЗВУЧИТ Crazy Frog

    А.ОНОШКО: И на первом месте нашего сегодняшнего хит-парада выходит Dr.Alban с произведением…

    С.ДОРЕНКО: Нет. Сначала «Почем эта рыба» — How Much Is The Fish? (Scooter).

    ЗВУЧИТ How Much Is The Fish? (Scooter)

    С.ДОРЕНКО: Тут правильная музыка, потому что мотоциклы.

    С.ДОРЕНКО: Хорошая, хорошая. Ну, все. Тебя проперло, скажи?

    А.ОНОШКО: Вот хорошая по-настоящему музыка это «Что, почем, хоккей с мячом…» была песня. Мы ее тогда недооценивали. А если сейчас послушать, окажется, что она не такая уж плохая.

    С.ДОРЕНКО: Я должен выключить сначала Scooter. А вот эта?

    ЗВУЧИТ Its My Life (Bon Jovi)

    С.ДОРЕНКО: Да! Еще Бритни Спирс… Еще знаешь, Рики Мартин царил. У меня кот назван Рики Мартин. А что это? Это правильная музыка, Apollo 440.

    ЗВУЧИТ Ain't Talkin' 'Bout Dub

    А.ОНОШКО: Хотите разбавить эксклюзивом?

    С.ДОРЕНКО: А это что? «Ну где же форель?» А там есть, я думаю, мат.

    А.ОНОШКО: Не-не, не должно быть.

    С.ДОРЕНКО: Ты проверяла?

    А.ОНОШКО: Я давно слушала. Это рядом с этими всеми произведениями, может, музыкально будет проигрывать. А может, и нет. Это очень смешная песня.

    С.ДОРЕНКО: Я боюсь, что там будет мат. Когда мы даем в эфире музыку, мы должны были подготовиться. Мы не имеем права сандалить просто так. Ты считаешь, все-таки рискнуть?

    А.ОНОШКО: Да. Я слушала, меня ничего не смущало.  

    С.ДОРЕНКО: А ты же ругаешься, как этот самый…

    ЗВУЧИТ «Где же форель…»

    С.ДОРЕНКО: Нет, я боюсь. Тут каждое слово рифмуется с матом.

    А.ОНОШКО: Ну, включите. Нет.

    С.ДОРЕНКО: Если бы пел я, у меня бы каждое слово… Я прямо знаю, где форель… Нет, боюсь. Ладно. Бон Джови. Уже был. «Отпетые мошенники» — были. Apollo 440 были. Prodigy давай. Это из массы, ребят. Мы массовую хотели слезу выдавить.   

    А.ОНОШКО: А помните, была такая, когда старушки какие-то «Здорово, Кострома!»… была такая очень классная, этно, смешанное с электроникой. «Кострома», так и называлась, по-моему.

    С.ДОРЕНКО: Чтобы тошнило, еще была «Юбочка из плюша», помнишь?

    А.ОНОШКО: Я такого не знаю.

    С.ДОРЕНКО: Ты не знаешь «юбочку из плюша»?

    А.ОНОШКО: Не знаю. Я знаю «Все не кончится старость». Вы когда-нибудь слушали?

    С.ДОРЕНКО: Она не знает «Юбочки из плюша». Я где-то это слышал, не помню, где. Мать, сейчас все должны блевануть.

    А.ОНОШКО: А, «Иван Купала», да-да. «Кострома», очень хорошее.

    С.ДОРЕНКО: Это чересчур. Я быстро дам «юбочку из плюша», ты готовься к капельнице.

    А.ОНОШКО: А, это «синенька юбочка, ленточка в косе…» Давайте «Машу и Медведи» тогда.

    ЗВУЧИТ «Ксюша, юбочка из плюша» (Алена Апина)

    А.ОНОШКО: После этого мы должны поставить «Маня, Маня, зачем ты полюбила басиста? Аста ла виста, Маня, аста ла виста».

    С.ДОРЕНКО: Достаточно?

    А.ОНОШКО: Все, хватит. Спасибо.

    С.ДОРЕНКО: А насчет гитариста, что там было?

    А.ОНОШКО: «Аста ла виста, Маня» «Пеп-си». Включайте.

    С.ДОРЕНКО: Там будет мат?

    А.ОНОШКО: Нет.

    С.ДОРЕНКО: Это очень важно. Секундочку.

    ЗВУЧИТ «Зачем ты, Маня, полюбила басиста»

    С.ДОРЕНКО: Я такую музыку никогда не слушал в принципе. «Леха, Леха, Леха, мне без тебя так плохо» еще.

    А.ОНОШКО: «Дискотеку Аварию» еще.

    С.ДОРЕНКО: Я могу сказать, что я слушал в это же время, когда ты могла тоже слушать, присоединиться к нам. Я говорил уже. Kingdom Come, например.

    А.ОНОШКО: Ой!

    С.ДОРЕНКО: Почему? Чем плохо?

    А.ОНОШКО: Все хорошо.

    ЗВУЧИТ Kingdom Come

    С.ДОРЕНКО: Я эту музыка знаю только благодаря вашей заставке, Сергей.

    С.ДОРЕНКО: Была заставка. Чем плохая музыка.

    А.ОНОШКО: В качестве заставки очень хорошо.

    С.ДОРЕНКО: Я думаю, что это 1989 год, точно не знаю. Это совсем конец 80-х.

    А.ОНОШКО: «Эй, диджей, поставь мой компакт-диск» Помните?

    С.ДОРЕНКО: Когда он начнет петь, будет очень мило. Здесь проигрыш.

    ЗВУЧИТ Kingdom Come

    С.ДОРЕНКО: Мы должны рано или поздно поставить что-нибудь для 60-летних.

    А.ОНОШКО: «Я чугунный скороход, я бегаю быстро. Голова наоборот мои думает мысли».

    С.ДОРЕНКО: Мамочка, потерпи чуть-чуть. Ты должна потерпеть. 60-летние тоже люди.

    А.ОНОШКО: «Битлз» будем слушать с вами?

    С.ДОРЕНКО: Нет, это 70-летние, ты перепутала все. Что-то такое.

    ЗВУЧИТ I can't get no satisfaction (The Rolling Stone)

    С.ДОРЕНКО: Ну, хорошо. Не нравится и не нравится, я не навязываю. Но людям приятно, что мы их учли как-то, что-то такое вспомнили. Это мне нравится. Тогда уж не говори ничего, если тебе не нравится. Просто, не знаю, убью. Это хорошая вещь.

    ЗВУЧИТ Immigrant Song (Led Zeppelin)

    С.ДОРЕНКО: Что, плохо, скажи?

    А.ОНОШКО: Хорошо. А давайте дадим Кашпировского немножко? Атмосферу времени создать.

    С.ДОРЕНКО: Кашпировского? Я его не помню. Я знаю, что он был, но вот что именно он говорил, я не слышал.

    А.ОНОШКО: А это интересно посмотреть, мне кажется, нынешние некоторые демагоги не отличаются.

    ЗВУЧИТ You Аre In The Army Now (Status Quo)

    С.ДОРЕНКО: Нам обвинили, что мы людей 70-го года рождения обидели. Надо им что-то дать. Все, даем.

    ЗВУЧИТ You Аre In The Army Now (Status Quo)

    С.ДОРЕНКО: Все нормально. Сан-Ремо мы не слушаем. Ну, давайте не будем. Докатились. Аль Бано и Ромина Пауэр. Из меня выскакивают слова, которые…

    А.ОНОШКО: «Славянский базар», было такое?

    С.ДОРЕНКО: Да-да. Сделать микс со словами Горбачева какие-нибудь.

    А.ОНОШКО: Вытачки из журнала «Бурда моден» и так далее.

    С.ДОРЕНКО: Это которые родились в 70-е, товарищи. Я не знаю, мы вас еще угостим, наверное, все-таки. Или это которые в 60-е угодили, может быть.

    ЗВУЧИТ МУЗЫКА

    С.ДОРЕНКО: В 60-е до фига родилось людей. Это Эрик Клэптон, что-то о пользе образования и воспитания. Что-то о патриотизме, сейчас не помню. Хорошо, ребят, все. Ты хочешь еще? Она жадно, губы ее шепчут какие-то новые названия. «Дженис Джоплин, плиз». Ну, что, Женя Жопина…

    А.ОНОШКО: Мы копнем, то есть, сегодня, да, глубоко?

    С.ДОРЕНКО: А что из Дженис Джоплин? Summer Time, как она перепевает. Хорошо, Move Over. Вот это хорошая вещь. «Ты сказал, что все кончено. Тогда катись отсюда к чертовой матери». Вот это правильная песня. 

    ЗВУЧИТ Move Over (Дженис Джоплин)

    В ДВИЖЕНИИ

    НОВОСТИ

    С.ДОРЕНКО: 10 часов 5 минут. Всем интересен доллар. И всем интересны путешествия. Нам люди пишут: «Привет вам из Таиланда». «Привет, как приятно слушать вас из Марбельи». И так далее. Еще были сообщения, откуда слушают нас люди, разъехавшиеся наши слушатели.

    Если позволите, посмотрю быстренько доллар. Мне бы хотелось уточнить. 57,01. 62,24 по евро. Я считаю, что в любом случае рубль не хочет падать. 56,96 я вчера видел, 56,90.

    А.ОНОШКО: Прогноз я вас сегодня присылала? Рубль ставят на черное. То есть опять связывают с ценой на нефть. Если какие-то решения будут приняты, и нефть опять просядет в цене, то мы опять просядем с рублем.

    С.ДОРЕНКО: Эта публикация, мы сейчас обратим на нее внимание, я просто дорасскажу текущее. Нефть — 51,56. И 1,0918 евро – доллар. Евро опять вынырнул вперед. 1,0885 я вчера видел. Опять евро пытается развить наступление.

    Что по доллару. Ты мне дала ссылку, я внимательно прочитал. Это опять гадание людей, которые фундаментально не верят в Россию. Причем надо сказать, что все русские эксперты опрошенные, верят в Россию меньше, чем западные. Я прочитал с удивлением огромным. То есть именно русские эксперты…

    А.ОНОШКО: Они лучше понимают ситуацию, мне кажется, чем иностранцы.

    С.ДОРЕНКО: Они понимают искусственность силы рубля, русские эксперты. Но иностранцы верят в силу рубля, вот на основании чего. Во-первых, высокая процентная ставка Центробанка, во-вторых, серьезные выплаты дивидендные наших корпораций. И в-третьих, то, что он последовательно растет, на 20 с лишним процентов в год. И математически…

    А.ОНОШКО: Не в год, а за последние два, получается? Или уже третий год пошел?

    С.ДОРЕНКО: Я хорошо помню ситуацию, это уже давно было, когда я еще не работал в прессе. В смысле, я не работал на радио. Это было в начале 2000-х. Был кризис в Бразилии. И мне человек один говорит: скажи, там есть обязательства бразильские, 11 процентов выплаты, это бонды государственные, в Бразилии, вероятно, рухнет. Скажи, что ты мне скажешь по Бразилии, брать – не брать? Я сказал: брать. Я прочитал буквально две статьи какие-то по Бразилии, сказал: брать, никуда она не рухнет. И 11 процентов свои они выплатят. Все выплатили, Бразилия, шикарные были бонды, вообще шикарные, сейчас бы такие. Я к чему клоню, если бы меня тогда он же спросил про Россию, которая была на подъеме: а русские брать? А тогда «Газпромбанк», в то время, был 7,7 процента, 7,5 процента выплаты были. Бразилия — 11, а «Газпромбанк» был 7,5, не знаю, 7 с копейками, я сейчас помню. Я сказал: «Газпромбанк» не брать. Почему? Я говорю: здесь же жопа полная, это все искусственно. Понимаешь, в чем дело? Смысл в чем: вдали от дома трава зеленее, говорят китайцы. Когда я смотрю на Бразилию, я понимаю, что Бразилия как-то вынырнет. Когда я смотрю на Россию, я с ужасом думаю, вообще непонятно, доживет ли до завтра. Как это может дожить, непонятно?

    А.ОНОШКО: Мне так хорошо запомнился этот последний случай, в 2014 году рубль провалился же у нас, да? Мне все время кажется, что это было как вчера, я жду продолжения. И я думаю, что большинство наших слушателей, 99 процентов…

    С.ДОРЕНКО: 32-36-38-70-80. Он поцеловал 80, рубль, чтоб ты знала.

    А.ОНОШКО: Свято верят в то, что рубль обязательно просядет и будет и 80, и 100, и сколько угодно.

    С.ДОРЕНКО: Да. Потому что мы понимаем, что это не может существовать. Это глубоко ложная конструкция. Но иностранцы издалека, им кажется, что здесь трава зеленее. Объективно. Насколько вырос рубль за год? Им говорят: на 25-26 процентов, неважно. Они говорят: опаньки! А какой у них курс ЦБ. — Вот такой. — А запасы у ЦБ есть? — Боже, у них огромные запасы. То есть у них все есть, чего, у них нормальная экономика, говорят иностранцы. Давайте у них что-то купим, есть государственные обязательства и так далее. И все, понеслась. Мы верим в то, что мы ужасные, а они верят в то, что мы клевые. А их вера сильнее, иностранцев. Иностранцы сильнее верят, что мы клевые. В этом смысл.

     Поэтому когда мы смотрим прогнозы, мы читаем русских экспертов, которые говорят: да-да, снова 80. Ну, с чего 80? Пока иностранцы не поверят, что нам хана, когда иностранцы поверят, тогда и будет хана. Короче говоря, мы зависим от веры иностранцы. Они верят в Россию — мы живем. Они не верят в Россию — мы умираем. В этом специфика русской экономики. Нефть, они сказали в твоих прогнозах, 35. Ну, не будет 35. Нефть хочет 65, но не можем. Хочет, но не может. Есть какие-то… можно, я буду… я как Путин, Путин говорил, что меньше 80 не может быть. Помнишь, в декабре 2014 года. Меньше 80 не может быть. Но было, и 28 было. При этом все нормально и так далее. Но все равно рынок будет стоять здесь. И рубль будет стоять на 58 весь май. 57.

    А.ОНОШКО: Это хорошо. А потом что? А сейчас какой курс?

    С.ДОРЕНКО: 57,01. Я же тебе сказал только что. Отстоит от 58-57, весь май. 56,88, понятно? Рубль растет. Ну, не рассчитывай, что ты увидишь рубль где-то внизу.

    А.ОНОШКО: Однажды увижу точно.

    С.ДОРЕНКО: Я желаю тебе долгой жизни. Однажды увидишь, конечно.

    А.ОНОШКО: Не настолько долгой, я думаю. Я думаю, речь идет о ближайшей перспективе нескольких лет, не десятилетий.

    С.ДОРЕНКО: Наша экономика была ровно такая же. Только цена нефти была чуть-чуть другая. Но экономика была ровно такая же. Ровно в этих же брючках Иван Иванович шел на работу. В этой же дурацкой безрукавочке Семен Семенович шел в офис. Все было ровно так же. И рубль был 30. С какого фига, можешь объяснить? С чего он был 30-то? Не ищи здесь рационального зерна. Он еще тогда должен был быть 100.

    А.ОНОШКО: Я была на вокзале, абсолютно преобразилось все. Уже как в Европе, как в Америке, вокзалы железнодорожные у нас. Ленинградский, Московский. Идешь, там кафе хорошие, приятные. Так лифты стеклянные, нет большого того самого дна, которое там было всегда сосредоточено.

    С.ДОРЕНКО: Беспризорники не бегают?

    А.ОНОШКО: Никто не бегает.

    С.ДОРЕНКО: Жалко.

    А.ОНОШКО: Жалко вам их?

    С.ДОРЕНКО: Я бы им давал какую-нибудь булочку.

    А.ОНОШКО: Там опухших бомжей больше нет, запахов нет.

    С.ДОРЕНКО: Что же, их истребили? В газовую камеру отправили?

    А.ОНОШКО: Наверное. Куда-то в цемент, в основание нового…

    С.ДОРЕНКО: Куда дели этих людей?

    А.ОНОШКО: МФЦ появились. Теперь через телефон можно к врачу записаться. Как бы ни ругали реформу образования и так далее, что-то происходит, я объективно вижу, что что-то на самом деле происходит, шевеление. Не то чтобы мы совсем стоим, сидим в селе своем, и ничего не происходит. Прогресс.

    С.ДОРЕНКО: Можно вопрос? Что из этого изобрели мы? Ответ: ничего.

    А.ОНОШКО: Да какая разница, чего изобрели мы. Ничего, да. 

    С.ДОРЕНКО: В Африке тоже что-то происходит. И чего?

    А.ОНОШКО: Лучше всем становится жить.

    С.ДОРЕНКО: Ты сейчас говоришь о развитии экономики, я понимаю. Давай так. Материальная культура мира развивается в виду того, что центры развития в мире заняты экспансией, в том числе товарной экспансией.

    А.ОНОШКО: Товар как услуга. Мы можем просто, ничего не производя, предоставлять услуги и на этом жить, правда?

    С.ДОРЕНКО: Какие услуги? Друг другу?

    А.ОНОШКО: И миру в том числе.

    С.ДОРЕНКО: Какие услуги? Трусы штопать? Носки штопать?

    А.ОНОШКО: Носки на лампочку надеваешь и штопаешь.

    С.ДОРЕНКО: Настенька, существуют центры развития. Давай определимся с экономикой, просто поймем, что существуют центры развития. Эти центры всегда существовали. Когда появляются первые города, Вавилоны, Иерехон и так далее. Эти города когда возникают впервые в истории человечества, 10 тысяч лет назад, не знаю, 30 тысяч, какие-то поселения, окруженные валом возникают 30 тысяч лет назад. Эти центры так или иначе влияют на существующий вокруг мир. Если ты просто сидишь в пещере, в окрестностях того древнего Иерихона, то все равно эти веяния цивилизации… через короткое время ты обнаруживаешь, что у тебя в руках транзистор. Почему у тебя транзистор? Ты просто сидишь в пещере. Да потому что из Иерихона как-то перепало тебе, еще что-то. Перепадает. Это не значит, что ты участвуешь в этом прогрессе. Ты в нем участвует, но в качестве рецепиента.

    А.ОНОШКО: Как ребеночек. Он же не участвует в семье, только потребляет и все, и радует родителей.

    С.ДОРЕНКО: Центры развития человечества. Вот какие сегодня центры развития человечества толкают человечество вперед? Назови.

    А.ОНОШКО: Странами? США, Германия. Англия, наверное, в какой-то степени. Хотя, если подумать, что там Англия производит, то неизвестно что.

    С.ДОРЕНКО: Англия как раз производит финансовые услуги. И английский язык, кстати, Англия производит. Знаешь, что это гигантский бизнес? Дальше. Япония, Китай. Япония придумывает новые материалы и так далее.  

    А.ОНОШКО: В какой-то степени Индия как вторичная, эти дженерики бесконечные, программирование.

    С.ДОРЕНКО: Индия уже нет. Там уже не то. Кто производит будущее и настоящее?

    А.ОНОШКО: Еще всякие скандинавы тоже хорошо…

    С.ДОРЕНКО: Давай их просто назовем еще раз. Америка, Германия, Китай, Япония. Вот четыре страны. Дальше если надо кого-то еще добавить, добавим Англию. Страны, производящие будущее.

    А.ОНОШКО: Да. Но ведь есть же страны, допустим, второго эшелона, микроскопические, в том числе, которые живут хорошо.

    С.ДОРЕНКО: Есть Африка. Сидит, например, в Африке, ты идешь, покупаешь пиво в банках и так далее. Но не Африка придумала пиво, не Африка придумала банки, не Африка придумала вообще ничего. Все приехало на сухогрузах.

    А.ОНОШКО: Знаете, Сергей, может быть, больше стоит сконцентрироваться не на том, кто что производит, потому что есть малюсенькие государства, у которых очень стабильно все, и валюта, и их положение. А просто в ветре перемен, которые где-то все время происходят, и это мешает развитию людей. И где-то ничего не происходит, и это как раз не мешает, где люди просто живут.

    С.ДОРЕНКО: Бессмысленная Австралия.

    А.ОНОШКО: Вы говорите, Россия — страна миссии. Русские люди миссии, они для чего-то живут, несут какую-то идею. А есть люди, которые живут просто, например, в Германии, у них был момент, конечно, с миссией, но он провалился.

    С.ДОРЕНКО: У них разные миссии. В том числе в философии они большие люди, в искусстве, музыке.

    А.ОНОШКО: Последнее время, после 40-х годов, они живут просто, живут и живут. Просто работают. Так же, как американцы… ну, не знаю, американцы просто живут, нет?

    С.ДОРЕНКО: Можно, я на твой вопрос просто отвечу — что мы ездим на машинах Ауди венгерских, что мы покупаем машины Фольксваген польские. Вот так просто Германия легко и непринужденно всю Восточную Европу прибрала к рукам. Просто забрала. Ты говоришь, они живут просто. А я говорю — не просто.

    А.ОНОШКО: Они лучше живут. Все к ним бегут с удовольствием.

    С.ДОРЕНКО: Дело не в «живут». Они сделали так, что Польша, Венгрия, это страны германского влияния.

    А.ОНОШКО: Я вас сейчас отошлю к блогу Варламова, который побывал в Выборге, видели это? И через 50 км, через границу, финский город маленький. И разница. Дело не в том, кто чего прибрал. Вот мы прибрали, мы владеем. И мы не можем управлять, у нас очень плохо с этим. И поэтому к нам никто не хочет. Если бы у нас было лучше, возможно, они шли бы к нам.

    С.ДОРЕНКО: Вернемся к теме. Есть действительно большие какие-то движения духовные, политические движения. Мы понимаем, что Древний Рим производил, а гунны ничего такого не производили, а взяли их и захватили, и точка. Это мы понимаем с тобой. Но надо сказать, что в современном мире часто, если только не считать арабский мир, часто обеспеченность материальная и военная теперь уже совпадает. Например, Америка производит будущее для всех планеты, и Америка защищает это будущее своими вооруженными силами, по мере сил. Да, ей противостоит менее развитая КНДР и менее развитое террористическое государство «Исламское государство», запрещенное на территории России, но мы понимаем, что эти проекты, вероятно, все-таки не имеют большого будущего. Они имеют какое-то будущее, чуть-чуть, но небольшое будущее. Вот эти страны производят будущее. Это будущее, как вода с гор, стекает во всякие африки, включая Россию.

    А.ОНОШКО: Я поняла. Смотрите, есть страны, где есть 300-летние бары или магазины.

    С.ДОРЕНКО: Всегда. Баночное пиво, кока-кола и так далее, это все стекает в разные страны. Например, микрофон радио, на мне Beyerdynamic сейчас, и так далее.

    А.ОНОШКО: У меня вопрос. Есть ли бедные страны, в которых стабильность присутствует при этом? Например, чтобы магазин существовал сто лет хотя бы.

    С.ДОРЕНКО: Есть.

    А.ОНОШКО: Какие это бедные страны?

    С.ДОРЕНКО: Зачем тебе это мещанство?

    А.ОНОШКО: Я пытаюсь определить для себя формулу. Мне так же, как и вам, интересно, почему так получается, что где-то получается жить жизнью, там люди делают бизнес, там средний класс у них вырастает…

    С.ДОРЕНКО: Есть другие ответы. Ты меня уводишь от основной темы. Другие ответы есть — это умение взаимодействовать. Финны умеют взаимодействовать таким образом, финские женщины, главным образом, умеют взаимодействовать таким образом, вообще, в северных странах все держится на взаимодействии женщин, что устраивается благополучное взаимодействие, не обидное ни для кого. Мы умеем взаимодействовать таким образом, что если нам дать свободу, мы начинаем по головам друг у друга ходить. Если нам дать свободу, то получаются 90-е. Потому что свобода для нас — это право обижать других. Поэтому мы, устав от свободы, говорим: пожалуйста, возьмите нас назад в детдом. Мы хотим назад в детдом, понимаешь? Вот и все, в этом смысл.

    Давай теперь вернемся к чертову рублю, с которого начали. Мы с тобой говорим, что наше благополучие зависит не от нас, еще раз подтверждается. Наше устройство вот этих вокзалов зависит не от нас. Петербург построен как копия итальянских городов итальянскими архитекторами. Некоторые там у вас и французские были архитекторы, но в основном итальянские. То есть это итальянцы пришли в чертово болото и за огромный баблос…

    А.ОНОШКО: Сергей, но за наши деньги.

    С.ДОРЕНКО: И за огромный баблос, да, потому что у нас всегда было достаточно населения, которое можно было угнетать. У нас были десятки миллионов человек, которых можно было держать на уровне персистенции, голодной смерти, и строить дворцы. Всегда. Наша политическая система всегда разрешала строить дворца, держа собственное население на уровне персистенции. Это известно. Итальянские ребята пришли сюда и за огромные деньги построили нам Петербург. Итальянские и французские. Сейчас какие-то тоже нерусские пришли, построить там что-то, вокзалы. Научили нас этому, научили нас тому. Мы заплатили им огромный баблос, они уехали назад домой. Потому что здесь же жить они не будут, естественно.

    А.ОНОШКО: Растрелли, кстати, неизвестно где похоронен в большой бедности у нас здесь умер. Вообще, я согласна, что уезжают, современные успевают уехать.

    С.ДОРЕНКО: Массово они успевают уехать. Поэтому когда ты говоришь, что мы развиваемся, я тебе говорю — это остаточное развитие, это как вода с гор стекает.

    А.ОНОШКО: Понятно. Хорошо, что хоть что-то стекает.

    С.ДОРЕНКО: Рейтинг стран, в которых с туристами из России чаще всего происходят неприятности во время майских праздников составили аналитики одной из страховых компаний, которая занимается страхованием выезжающих за рубеж. Очень интересно. Самые опасные страны. Страховщики отмечают, что более половины всех страховых случаев приходится на пять стран. Лидер Болгария. К несчастью, именно Болгария — бедовая страна. 16 процентов от общего числа обращений по страховым случаям — Болгария. Почему?

    А.ОНОШКО: Я думаю, потому что туда просто ездят больше.

    С.ДОРЕНКО: Сердечная недостаточность. На что люди жалуются, приехав в Болгарию. Страховщики говорят, что приехав в Болгарию, россияне чаще всего жалуются на сердечную недостаточность, астму и гипертонию. Второе место Испания — 13 процентов. Здесь простудные заболевания, связанные с работой кондиционеров. Также проблемы с ЖКТ, желудочно-кишечным трактом, связанные с острой едой. Гастриты, обострение все эти. Потому что жрут хамон серано непрерывно. Потом у них открывается язва. На третьем месте Таиланд — 11 процентов страховых случаев. В этой стране туристы часто обращаются к страховщикам с ушибами, вывихами и растяжениями. Почему? Почему они в Таиланде не могут отравиться чем-нибудь острым? Они отравляются острым именно в Испании, где несравнимо менее остро всё. Дальше замыкают рейтинг Эмираты — 7,5 процента обращений, и Турция. Но не сказано, по какой причине. Они едут туда увечиться, эти люди. Почему, что это? Лихость.

    А.ОНОШКО: Да. Как еще уберечься на отдыхе, особенно когда меняешь климат, все такое. Это же тяжело все. Чем старше, тем тяжелее.

    С.ДОРЕНКО: Я тебе объясню, все по-другому. Человек, попав в особенные обстоятельства, а отпуск нельзя не причислить к особенным обстоятельствам, человек ведет себя экстраморально.

    А.ОНОШКО: А, в излишества пускается, да?

    С.ДОРЕНКО: Он экстраморален. Потому что человек экстраординарен… вот у него ординарная жизнь, вот у него тапочки, вот он кот, вот сосиски, все понятно. А попав в экстранормальные условия, человек делается экстраординарным и экстраморальным. Он становится антиморальным, может быть, даже. «Они там бухают. «Туристы от спорта болеют. Ходят все время под шофе. Под шофе страховка не действует», — говорит Григорий из Санкт-Петербурга. «За Турцией в этом смысле никакого будущего. Странно, что она еще существует», — говорит Алекс Викинг. «Пьяными прыгают с двухметровой высоты в воду, не группируясь, в Таиланде, например», — Степан из Вайтрана рассказывает. Ребят, скажите… «Они вступают во все тяжкие», — Адик рассказывает про туристов. Туристы, которые попадают за рубеж, начинают вести себя антинормально. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Это Григорий из Петербурга. Из Антальи недавно приехал. Там от спорта болеют. У нас сосед был из Москвы, в волейбол пошел пьяный играть, вылетел сустав из локтя у него. В больничку повезли, а там сказали: пьяных мы не лечим. Ему бинтом замотали. Жена говорит: хорошо, что нам домой лететь завтра.

    С.ДОРЕНКО: А, пьяный — это не страховой случай.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А там же все ходят бухают. В Турции еще что делать?

    С.ДОРЕНКО: Спасибо, Григорий. Григорий остался чудом цел, чудом. Не играл в волейбол. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Я первый раз, единственный, съездил в клубный отель, когда еще только это дело начиналось в начале 90-х. Это считался такой элитный отдых. А потом, у меня друзья этим занимаются, они говорят, такое впечатление, что это какой-то срез быдла, который специально отсортировывается, отбирается, везется туда и показывается. Знаете, как кишки наружу? Ведь таких людей мы здесь видим очень мало. Наверное, им здесь просто стыдно перед нами так себя вести, перед знакомыми, близкими.

    С.ДОРЕНКО: Я так скажу: не стыдно. Им просто некогда. Они все время заняты.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А, может быть. Они так заняты работой, зарабатыванием бабла и отбивкой кредитов…

    С.ДОРЕНКО: Они бы оскотинились и здесь. Просто некогда, они не успевают. В сутках 24 часа, они не успевают.

    НОВОСТИ

    С.ДОРЕНКО: Может быть, в продолжение темы несколько слов. На самом деле, много людей написали про наших туристов за границей, об их удивительном поведении. «Причем тут быдло? Все туристы, — пишет 12-й, — вне зависимости от национальности ведут себя более или менее одинаково. Мы, кстати, отнюдь не худший вариант. Британцы в Португалии пьянствуют и буянят абсолютно бескомпромиссно. Скандинавы тоже. Про испанцев говорить нечего». Про испанцев говорить нечего в каком смысле? Они тоже буянят? Я не слышал такого. 

    А.ОНОШКО: Я гидом проработала почти восемь лет с итальянцами, и я ни разу не видела и не слышала о том, что… я вот утром приходила, у нас обычно программа начиналась, в 8 уже на выход, после завтрака, в автобус и экскурсии. Я никогда не видела помятых каких-то итальянцев, от которых бы перегаров несло, чтобы они дебоширили. Такого не было. Они аккуратненькие, веселые, напомаженные выходили ко мне. Иногда мужчины интересовались, где дискотека, надо было знать, давать им наводки. И то это было очень редко. Куда сходить вечером посидеть.

    С.ДОРЕНКО: Тогда все-таки надо по-честному сказать, по твоему опыту, самые скотские туристы кто?

    А.ОНОШКО: В Петербурге ходили какие-то истории про финнов, которые приезжали к нам выпить, потому что у них после какого-то времени было нельзя, а у нас можно. Я ни разу не встречала выпивших финнов. Может быть, потому что я не жила в центре, не знаю.

    С.ДОРЕНКО: Я встречал. В гостинице, когда они ходят в зюзечку. Я жил в гостинице в Петербурге, и не один раз, и я встречал финнов таких зюзечек. Но они не буянили, они имели вид людей скромных, пытающихся сориентироваться, в какую часть коридора им лучше пойти, чтобы рано или поздно найти номер. Как-то так у них было.

    Я хочу все-таки поставить точку в этом разговоре и сказать, что самые ужасные туристы — безусловно, англичане. То есть рядом с англичанами наши…

    А.ОНОШКО: Это я видела прямо в Англии. Они еще, не будучи туристами, находясь у себя на территории… удивительно, что люди в возрасте, не то чтобы это были молодые люди. Они наряжаются в пятницу вечером, причем женщина элегантно одеты, красят губы, надевают шпильки и так далее, то, чего нет в течение недели. И в такой хлам напиваются, особенно в Ливерпуле. Мы там просто прошлись, раскрыв очи. Играют британские группы по подвалам, везде кто-то еще играет, а в основном люди уже очень сильно пьяные в 9-10 вечера. Они лежат, они блюют. Не знаю, как им здоровье позволяет это делать. Потому что после определенного возраста, я знаю, люди начинают отказываться от чрезмерного, студенческого такого употребления, потому что это уже бессмысленно, не надо.

    С.ДОРЕНКО: А англичане продолжают.

    А.ОНОШКО: Да. Поэтому это не только туристы, это они у себя то же самое делают.

    С.ДОРЕНКО: Мы выходили с женой как-то на Пласа дель Соль, в Мадриде, и увидели вдруг в синих трениках и майках-«алкоголичках» таких сутулых чуваков. Огромная толпа стояла. Мне супруга говорит: это не наши же? Хотя они реально просто наши. Но наши же не доедут в таких трениках? Человек 30-40, на Пласа дель Соль. Наши не могут, у них денег, во-первых, нет, наши победнее. И я пошел к ним вертеться там, рискуя схлопотать по лицу. Я внутрь этой толпы, этих гопников — а они гопники в чистом виде — я затесался, я понял, что они говорят по-английски. Я вышел к ней и говорю: слушай, это англичане. Это что-то карикатурно ужасное. Поэтому, когда мы говорим о наших туристах, сколь бы ужасные они ни были, достичь карикатурности англичан мы не можем. Никогда.

    А.ОНОШКО: А, во, корейцы очень сильно напиваются. Ну, у них там фермента не хватает, это известная история.

    С.ДОРЕНКО: Так что, пожалуйста, не стыдитесь наших туристов. Наши туристы, они разные. Но с рядом англичанами, это конечно, детский сад. Алло, слушаю вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Имею опыт более десяти лет поездок за границу на международных линиях. Я бы посоветовал на «Серенаду» или «Симфония», это Хельсинки – Стокгольм, и мы увидите во всей красе финнов. Русские даже рядом не стояли, как напиваются.  

    С.ДОРЕНКО: Можно уточнить, «Серенада» это что, это корабль?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это паром. Особенно пятница. В дьюти фри там дешевле, и они… грубо говоря, это «пьяный паром» называют.

    С.ДОРЕНКО: Спасибо. «У меня жена кореянки, и все у нее хорошо с ферментами, и пьет, и переваривает, и все, чего хочешь. Так что не надо про корейцев». «Корейцы пьют по-черному», — вот Михаил пишет. — Я ужасался, как можно пить так много. Даже по сравнению с русскими. Ходили слухи в корейской компании, что они какие-то таблетки специальные жрут, чтобы небыстро пьянеет». «Десять англичан помяли одного нашего в Испании. Через десять минут все русские из отеля метелили англичан». В смысле, в драке наши лучше. Это правда, это все уже отмечают. В особенности, после того, как мы в Марселе били болельщиков. Это все отмечают, в Испании тоже все знают, что русские лучше всех по дракам. Но в смысле скотства англичане нас бьют просто легко. По скотству они выше, конечно. «Корейцы пьют 20-градусные напитки, так что не надо путать». Хорошо. Я еще приму. Эта тема вызвала… Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Николай. Разрешите, расскажу одну историю про англичан. Это было лет 12 назад. Мы еще в школе поехали на Крит. И когда приехали, это было часов 10 вечера, англичане проиграли кому-то по футболу. У меня прям сейчас перед глазами жирные англичанин, весь в слезах, стоит на коленях и рыдает. И весь город такой. Наши учителя очень за нас боялись. Они просто сумасшедшие. Даже мы, придурки, на их фоне вообще просто ангелы.

    С.ДОРЕНКО: В Анталье сейчас запретили выпивать и появляться пьяным на улице. То есть можно накушаться и сидеть надо дома. Введен запрет на употребление алкоголя вне пределов отеля и питейных заведений. Запрещается публичное распитие спиртных напитков в виде, способном вызывать недовольство окружающих. Будет штраф 100 турецких лир (примерно 1600 рублей). В связи с нововведениями генеральное консульство России рекомендовало российским гражданам, в том числе туристам, не появляться в общественных местах в нетрезвом виде и уж тем более не распивать публично.

    А.ОНОШКО: Это как у нас. У нас же тоже нельзя публично.

    С.ДОРЕНКО: Ну, а как в нетрезвом виде? В смысле, чтобы не качаться, аккуратненько идти. Я знаю, надо все время думать, что входишь в метро. Здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Я слышал, англичане где нажираются хорошо. Есть такой польский город Краков. И на выходные они туда прилетали. Ломали мебель в номерах, совокуплялись прямо в барах, таксисты их не сажали.

    С.ДОРЕНКО: А вы помните, что еще было довольно много мальчишников в Латвии, в Риге. Были самолеты такие, как  чартеры, которые возили мальчишники из Лондона в Ригу, и у них было соревнование обязательно на Обелиск Независимости пописать. Это тоже именно англичане. Там целые сценки были: компания отвлекала полицию, например, какая-то часть компании, а другая быстренько писала на обелиск в честь латышской независимости. Они очень любили это делать, это считалось обязательным, это был must, пункт программы в Латвии. Ну, ладно. Теперь, когда мы себя обелили, все хорошо у нас, правда же?

    «Мне не нравится свинство наших людей, — говорит Харьковчанин. — Вчера ездил в Гжель на озера, там такие помойки и мусорки прямо на берегу, в лесу. Свинота и все». Это правда, Харьковчанин, я с вами абсолютно согласен.

    «Недавно прилетел из Доминиканы. Там хуже всего вели себя американские тинейджеры до 21 года. Из Майами лететь в Доминиканскую Республику им 1 час 45. Им там надевают взрослые браслеты…» А, понятно, о чем речь?

    А.ОНОШКО: Нет.

    С.ДОРЕНКО: Доминиканская Республика, Пунта-Кана. Ты была на Пунта-Кане? Хорошее место, я там был, я там нырял. Пунта-Кана, там очень много All inclusive, это такая Турция как бы. Туда прилетают американцы, там прекрасные отели, хорошие павлины. Я прилетел туда из Америки. Там огромные пляжи, гигантские, глубиной метро сто, такая глубина пляжа, шикарные пляжи. Хорошее море, очень нежное. Именно в Пунта-Кана, потому что там Карибы и Атлантика как бы сходятся вместе, очень хорошее. Отели, по территории там гуляют павлины, жрачки просто как грязи. Понятно, что у американцев глаза вылезли, это нелегко. И винища очень много. А американские дети, которым 18 уже есть, получают браслет взрослого. Это принадлежность к отелю. И дальше они ходят, лакают всюду, как с цепи сорвавшиеся. Поезжай на Пунта-Кана. 13 часов ехать. 

    А.ОНОШКО: Летать без пересадок?

    С.ДОРЕНКО: Да. Раньше туда летали все наши силовики. Доминиканская Республика была местом сосредоточия русских милиционеров, следственных комитетов, этого всего. Ты знаешь, наверное, что некоторое время назад и в течение долгого периода, силовикам оплачивался билет в отпуск в любую точку, вообще в любую точку. Хоть бы даже в Новую Зеландию, не имеет значения. Поэтому невыездные, а тогда тоже были невыездные, эсвэровцы какие-то, фээсбешники, они брали билет на Камчатку. Ну, чтобы подальше, главное, все рано бесплатно, работа оплачивает. А те, которые были выездные, например, ментовские и так далее, они летали в Доминиканскую Республику. За рубеж тоже оплачивалось. Доминиканская Республика, где они покидали эти дивные зоны, All inclusive. А когда ты покидаешь, там уже прекрасные пещеры, которые можно на квадроциклах объезжать, там остров Сонома, я сейчас не помню, где-то я там нырял, там звезды прекрасные. И там очень отзывчивое население в смысле наркотиков. 

    А.ОНОШКО: В смысле, они продают или покупают?

    С.ДОРЕНКО: Не знаю. Но почему-то наши силовики очень любили Доминиканскую Республику, как мне говорили, именно в связи с этим. Что можно было обдолбаться. Вот в таком ключе.

    А.ОНОШКО: Как нигде.

    С.ДОРЕНКО: Ну, почему, на Ямайке тоже можно. Но здесь Доминиканская Республика почему-то была более… патриоты стремились туда в основном. Трудно сказать, почему. Погнали дальше.

    С.ДОРЕНКО: Настя, мне нужна твоя экспертная точка зрения и позиция по поводу женской души. Теперь американской. Сотрудница ФБР США Дэниэла Грин, которая выполняла обязанности переводчика, отправилась в 2014 году в Сирию и вышла там замуж за боевика международной террористической группировки «Исламское государство», запрещенной в Российской Федерации, Дэниса Кусперта, передает CNN. Грин предупредила Кусперта о том, что власти США начали расследование в отношении него. Затем она вернулась. Затем отказалась сотрудничать со следствием. Признала себя виновной в даче ложных показаний. Приговорена к двум годам тюрьмы. Вышла на свободу летом 2016-го. А он там, он рэпер из Германии, этот чувак. Он занимался пропагандой «Исламского государства» (террористической организации, запрещенной в  России), участвовал в съемках видеороликов (где рубят головы), держал в руках отрезанные головы людей, в частности, в появлялся в роликах с отрезанной головой человека, и так далее. Она снова к нему поехала и воссоединилась. Объясни мне, пожалуйста, загадочную женскую душу. Она американка, у нее все хорошо. Она работает переводчицей при каких-то силовых структурах американских. Поэтому она видит боевиков. В какой-то момент она подхватывается, подхватывает юбки и бежит за одним из головорезов. Почему? Что это?

    А.ОНОШКО: Все же хотят свою личную жизнь устроить как-то. Вероятно, у нее просто не было возможности на этой стороне договориться. И получилось, что раз оказали знаки внимания со стороны.

    С.ДОРЕНКО: Я не верю.

    А.ОНОШКО: Вы думаете, она шпионка?

    С.ДОРЕНКО: Нет. Я думаю, что она необязательно дурнушка.

    А.ОНОШКО: Нет, я не говорю, что дурнушка. Это же необязательное условие.  

    С.ДОРЕНКО: Она необязательно дурнушка, на которую никто не смотрел.

    А.ОНОШКО: А он, может, такой, он же рэпер из Германии, который в мусульманство ударился. Он, наверное, такой властный, за ним, как за каменной стеной, сказал, как отрезал — наверное, вот это все, может быть, прельщает женщину. Может быть, этого не хватает в ФБР, где она работает.

    С.ДОРЕНКО: Варвара Караулова по-американски. Только по-американски, поймите, она уже взрослая тетенька, она работает в силовых структурах. Раз она работала переводчицей с террористом, значит, она силовик, она такой вот… Она влюбляется в преступника, она уезжает к нему туда. Он там держит отрезанные головы в руках, за волосы держит отрезанные головы, ку-ку. Можешь себе представить степень садизма, степень извращенности, степень жестокости? Она в это влюбляется. Кто мне объяснит загадочную женскую душу?

    А.ОНОШКО: Мужчины реже совершают такие ошибки, я так понимаю? Статистика есть по психиатрическим клиникам. Знаете, что врачи практически никогда…

    С.ДОРЕНКО: А Кэрри Мэтисон разве влюблялась в убийц?

    А.ОНОШКО: Психиатрические врачи-мужчины никогда практически не женятся на пациентках.

    С.ДОРЕНКО: Страшных каких-нибудь.

    А.ОНОШКО: Им не надо. Даже на симпатичных. Зачем это? А женщины-врачи за своих пациентов выходят замуж.

    С.ДОРЕНКО: Алло, здравствуйте. Слушаю вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это же описывалось. Женщина любит хулиганов. Хороший ухаживает, а какой-то прям подонок, сплевывающий через зуб, он оказывается ее избранником.

    С.ДОРЕНКО: Я где-то видел статистику, на самом деле, примерно, я сейчас боюсь, придумаю цифры, с ходу придумаю, хулиганов любят процентов 15, остальные любят метросексуалов, чтобы не опасные были.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Может быть, они и любят. Но в душе они хотят хотя бы попробовать. У меня такое впечатление. Может, ей просто надоело быть хорошей. Она все время на стороне добра, и вдруг тут остренького захотелось. А тут прям не просто остренькое, а такое обоюдоострое.

    С.ДОРЕНКО: То, что вы говорите, верно. Заканчивая разговор, тем не менее, хочу напомнить, что большинство женщин на планете Земля, это было много опросов разных, не только английские ученые, выбирают скорее не опасных мужчин. То есть как бы не мужлана, который ручищей своей схватит, а понятного, не опасного чувачка, метросексуала, спокойного метросексуала. Большинство женщин.

    А.ОНОШКО: А есть еще меньшинство. И вот она, видимо, в этом меньшинстве.

    С.ДОРЕНКО: Адвокат тогда влюбилась в Карлоса Рамиреса Ильича Санчеса, Шакала? Ведь он же женился на адвокатше своей. Причем она знала, что он пожизненный.

    А.ОНОШКО: У женщин есть такое. Она же очень жертвенная, женщина, в отличие от мужчин.

    С.ДОРЕНКО: Звонит нам Лариса, психолог. Сейчас мы уточним, почему так бывает. Лариса, здравствуйте. Позвольте, я снова в качестве преамбулы скажу, что подавляющее большинство женщин, точно больше 50 процентов, ищут спокойных метросексуалов, не очень верильных, не очень агрессивных, таких понятных мужичков. Тем не менее, не все.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Понимаете, вот средняя температура по больнице. Люди очень разные. И в сущности, каждый из нас играет роль, некую, выбранную, которая навязана родом, условиями жизни, погодой во многом, климатическими условиями развития страны и так далее. Поэтому кто во что верит, тот в то и играет. Он же взял не ее голову, подчеркиваю, он взял чужую. А может быть, он котиков любит. Это же тоже сложный вопрос. Но правда в том, что действительно одно качество характера исключает другое. Например, трагическая история женщины заключается в том, что они хотят одновременно нежного и сильного, управляющего. Так не бывает. Одно исключает другое. Если он жесток, то он может быть нежен с котиками, правда. Надо смотреть на отца. Может быть, отец был военный. Военный жестокий, удаленный. Она будет искать… в ее стереотипе, понимании того, как существуют отношения между мужчиной и женщиной, между матерью и отцом, существует вот такая история — он жесток, он убивает, например, это нормально, и так далее. Она подсознательно ищет эту роль. И она ее проигрывает.

    С.ДОРЕНКО: Спасибо. Мы с Настей сейчас посмотрели фотографии их. Спасибо слушателям, которые прислали нам фотографии. Что ты видишь на фотографиях, Настя? Опиши его.

    А.ОНОШКО: Он беженец, видимо.

    С.ДОРЕНКО: Он черный.

    А.ОНОШКО: Да. И очень… ну, в платочке, который призвал пот останавливать, когда жарко.

    С.ДОРЕНКО: Черный, он в платке арабском.

    А.ОНОШКО: Указательный палец вверх и камуфляжная куртка, видимо, это еще в Германии, потому что холодно.

    С.ДОРЕНКО: Что ты видишь в лице? Характер опиши его.

    А.ОНОШКО: По-моему… это очень сложно. Мне кажется, пэтэушник какой-то.

    С.ДОРЕНКО: Он что-то кричит, воздвигая палец вверх. Она? Лицо ее замазано. Но она аккуратная…

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Может быть, он пылкий. Если он кричит, может быть, он пылкий. Если она устала от этой зашоренности как бы, все улыбаются и машут. А хочется какой-то искренней жизни. Такое не исключено. Но это опять же к отцу можно вернуться, к деду с отцом. И наверняка там что-то такое есть. Мы ищем своих ролей. Мы ищем свою Анну Каренину, проживаем ее. 

    С.ДОРЕНКО: Лариса, что нужно сделать, чтобы девочки, которых конкретный мужчина выращивает, не шизанулись? В качестве отца? Вот нас слушают отцы маленьких девочек. Что нужно делать?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нужно помнить, первое, что рядом с вами живой человек, всегда. У отцов есть такая фаза, когда они начинают отстраняться в момент взросления от девочек. И девочки этот момент очень ловят. И начинают понимать, что они какие-то не такие. Надо оставлять физический контакт, по голове погладить, шлепнуть. То есть она растет, а ты все равно с ней в контакте. Какая-то ты класненькая, какая ты хорошая, чтобы у нее не было этого… Эта отстраненность потом транслируется в жизнь с мужчинами. Этот страх — ой, я какая-то не такая, наверное… Понимаете?  А вот это спокойное, вежливое, очень открытое, любая своя эмоция должна быть. 

    С.ДОРЕНКО: Понимаете, Лариса, мужчина начинает отгонять как бы молодых самок ввиду неловкости.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вот, вся проблема в том, что мы все делаем из своей неловкости. Нужно осознавать левым полушарием свои страхи и говорить себе: стоп, это всего лишь моя дочь. Мы пойдем и проживем его, этот вторник, 2 мая.

     

    Версия для печати

Видеоблог Сергея Доренко

Связь с эфиром


Сообщение отправлено
Система Orphus