С.ДОРЕНКО: 8 часов 39 минут. Вторник. 29 мая. Здравствуй, великий город! Здравствуйте, все! Это радио «Говорит Москва»! «Говорит Москва»! Эльвира Хасаншина, ведущая этой программы.

Э.ХАСАНШИНА: И Сергей Доренко. Доброе утро.

С.ДОРЕНКО: Джонни Депп. Джонни Депп здесь, в Москве. Джонни Депп выступает завтра в «Олимпийском» в составе группы «Холливуд вампайрс». Меня позвали. Я не пойду.

Э.ХАСАНШИНА: Почему?

С.ДОРЕНКО: Я же ложусь рано спать и вся вот эта шняга.

Э.ХАСАНШИНА: А это разве не в пятницу?

С.ДОРЕНКО: Не в пятницу, как раз завтра или послезавтра, вот сейчас, на неделе. Короче, Джонни Депп объявил, что у русских девушек… Он решил высказаться. О русских девушках высказалось сразу несколько человек. Мария Захарова, сватья баба Бабариха, в хорошем смысле этого слова, высказалась о русских девушках, и Джонни Депп высказался. Джонни Депп, мне кажется, представляет больший интерес для самих русских девушек. Он сказал: славянские черты лица – это красиво. Кроме того, у русских девушек в глазах тысячелетняя культура, это притягивает, заявил Джонни Депп. Джонни Депп, мистер Депп: у русских девушек в глазах написано «женись на мне». Уважаемый господин Депп, вы путаете просто месседж. Месседж такой: у них у всех вот здесь табло электронное, на котором написано marry me, женись на мне, женись на мне. Вот это единственное, что их интересует, мой дорогой господин Депп. Вот так, чтобы просто физкультурно потрахаться, у них нет, слишком хитрые и коварные твари, в хорошем смысле. Я не обижать никого, ничего. И вот это проблема. А Депп думает, вот эта тоска, вот эта marry me, женись на мне.

Э.ХАСАНШИНА: Женись на мне, а там посмотрим.

С.ДОРЕНКО: Женись на мне. Он думает, вот это тысячелетняя хрень какая-то. Он не может разгадать. Он то хочет физкультурно.

Э.ХАСАНШИНА: Подождите. Растет следующее поколение, мне кажется, они по-другому будут относиться к отношениям.

С.ДОРЕНКО: Как?

Э.ХАСАНШИНА: Мне кажется, они как-то рациональнее, можно даже сказать, циничнее. Но «цинично» такое слово, которое несет негативный оттенок. Они просто прагматичнее. Например, в 17 лет, у меня есть сестренка, она говорит своему парню, когда он ее ревнует: дорогой, у меня таких, как ты, будет еще много, мне только 17, я начинаю жить. Она не говорит ему: я хочу выйти за тебя замуж, ты единственный принц в моей жизни, ты пришел на белом коне и так далее. У нее нет каких-то романтических иллюзий.

С.ДОРЕНКО: Это интересно о девушке. А юноша что отвечает?

Э.ХАСАНШИНА: А юноши уже давно такие, они просто чуть более инфантильными стали. Их, в принципе, брак не особенно привлекал.

С.ДОРЕНКО: Когда он ревнует.

Э.ХАСАНШИНА: Он ревнует ее постольку, поскольку это некая часть его собственности все-таки, но не могу сказать, что это какое-то отношение как к тому человеку, на котором он хочет жениться.

С.ДОРЕНКО: На самом деле это распадается. Конечно, здесь надо быть марксистом, распадается из материальных отношений. Женщина может работать, может зарабатывать, следовательно, может быть независимой. Следовательно, она берет эту независимость.

Э.ХАСАНШИНА: А он не хочет, чтобы кто-то ему указывал, что ему забивать какие-то полки надо вместо, чтобы играть в «Доту». Ему это не надо уже.

С.ДОРЕНКО: Да. Я вспоминаю китайскую схему взаимоотношений гендерных, там это описывается: любой мужчина для женщины - это чиновник, а любая женщина для мужчины - это собственность. Не мать, конечно, имеется в виду мужчина и женщина, отношения. Не матери и отцы, а именно мужчина и женщина. Он для нее чиновник, причем это чиновник благой, который наставляет на путь истинный, на путь жизни, дает решения, принимает за нее решения в сущности, либо плохой чиновник, седьмая погибель, который постоянно упрекает.

Э.ХАСАНШИНА: Мне кажется, это женщина сейчас для мужчины чиновник плохой, в России.

С.ДОРЕНКО: Не знаю, может быть, на севере роли переворачиваются, но на самом деле в Китае так: или благой чиновник, принимающий решения за женщину, или седьмая погибель, мужчина-чиновник, который упрекает, который постоянно шпыняет, упрекает и всегда всем недоволен. Женщина - это всегда богатство. Это так же как деньги, твои деньги, твои дома, твои кони, лошади, твои стада. Твои женщины (во множественном числе) – это все богатство. То есть это экспансия. Мужчина осуществляет экспансию, расширяя свой мир, в том числе приобретая дома, женщин, разных женщин и так далее, и так далее. Это богатство. Но эта схема все еще работает, но, наверное, она подвергается некой коррозии, то, что ты рассказываешь.

Э.ХАСАНШИНА: Безусловно.

С.ДОРЕНКО: Она подвергается коррозии. Ладно, поехали дальше.

Оказывается, концерт был вчера. Но все равно я желаю ему успеха. Теперь обращаю свое благопожелание во вчерашний вечер. Меня приглашали, и я очень благодарен за это. Я хотел сказать, что еще коррозии подвергает нас Абрамович. Абрамович прилетел в Израиль для получения гражданства.

Э.ХАСАНШИНА: Он такой молодец, от переобувается на ходу.

С.ДОРЕНКО: Почему переобувается? Нет. А вот нет. Давай поговорим об этом.

Э.ХАСАНШИНА: Мне кажется, это хорошее качество для бизнесмена.

С.ДОРЕНКО: А вот давай поговорим об этом, переобувается ли он или он абсолютно последователен всегда. 73-73-948. Абрамович получил израильское гражданство, прилетел в Израиль. Люди получают гражданство израильское по разным причинам. Я попробую их перечислить, те, которые приходят мне в голову. Это не монография, я просто вдруг вспоминаю. Израильское гражданство получают, потому что Израиль не выдает своих граждан. Это очень точно. Первое. То есть можно укрываться от преследования в других странах, причем в любых странах, Израиль не выдаст. Ну и в России, конечно, тоже. Второе, почему принимают израильское гражданство. Потому что там легко и приятно проводить старость в связи с тем, что там действительно передовая медицина, а для израильских стариков она бесплатна. Это тоже мило. Третье, для чего принимают гражданство, если человек надумал стать евреем. Есть и такие. Я не шучу. Я знаю двух эмигрантов из России, которые здесь были совершеннейшие гусары, а потом они надумали стать евреями, прямо до кипы дело дошло, они такую штучку здесь кладут. Они все выучили, что надлежит, какие-то цитаты и так далее. Такие тоже есть. Вдруг отказались от свинины совершенно, то есть делают странные вещи. Сделались евреями. Так бывает. Причин много разных принять израильское гражданство. Но мне кажется, что для Абрамовича это защита. Разве нет?

Э.ХАСАНШИНА: Да. Еще, вроде, говорят, у них очень сильный паспорт.

С.ДОРЕНКО: Паспорт очень сильный. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро, Сергей.

С.ДОРЕНКО: Гурген, здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Видите ли, израильское гражданство – интересная разновидность алии, то есть восхождения. Может, имеет право принять и претендовать на него любой человек, который является (цитата) «внуком еврея». Внимание. Совершенно не то же самое, что прохождение де-юре, где необходима матушка в этом качестве.

С.ДОРЕНКО: Еврея.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да. Я совсем недавно приехал оттуда. Вы можете себе представить, интересная категория…

С.ДОРЕНКО: Я начал копаться, Гурген, судорожно и не нашел.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Как вам сказать? Бывшие жены евреев-мужей, вернее, вдовы евреев-мужей, совершенно очаровательные славянские девушки, которые выучили иврит и, как не странно, общаются на нем друг с другом как на криптоязыке. Такая, знаете, бригада малярш, например, совершенно пролетарского вида, которые великолепно говорят друг с другом на иврит кала, маленький иврит, что называется, но уже умеют употребить к себе… Например, я высказываю свое мнение, они вдруг могут сказать…

С.ДОРЕНКО: Что это значит?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это значит «я», но в высочайшем слове, которое употреблял по отношению к себе сам Всевышний в Торе, но при этом подчеркнуть... что значит «я малый» тем не менее.

С.ДОРЕНКО: У меня на что надежда? Я как-то говорил со своим приятелем, который был, кстати говоря, прокуратором Иудеи. Я говорил, у меня приятель, Миша, он из Петербурга, он был военным прокурором Иудеи, практически он занимал тоже кресло, которое Понтий Пилат до него занимал. Миша мне говорил: старик, ничего, что у тебя нет евреев в родне. Он говорил: старик, покажешь в консульстве свои брови, и нормально пойдет дело. Ха-ха-ха!

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это замечательно. Кстати, Стасик на пляже. Вот тот самый знаменитый Стасик, который закончил философский факультет здесь, человек уже в возрасте, с пышной копной волос, огромной, безразмерной бородой, действительно с номером 10 на футболке, ночует на пляже и от этого ничуть не хуже…

С.ДОРЕНКО: Из Бобруйска пишет мне 13-й: «У нас тут, в Бобруйске, много евреев». Вы помните этот анекдот, Гурген, про «Суня, скажи нам, где мировые столицы». А Суня отвечает: Ксичев, Бердичев, Бобруйск и Ровна, где мы с мамой живем.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Великолепный образ еврейской мамы, как всегда, нетленный. Мойша, иди домой пить кефир, тебе надо выздоравливать, чтоб ты сдох.

С.ДОРЕНКО: Ха-ха-ха! Это же даббл байнт в чистом виде.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Одесса–мама, я бы сказал.

С.ДОРЕНКО: Тебе надо пить кефир, тебе надо выздоравливать, чтоб ты сдох. Это абсолютный даббл байнт прекрасный, двойное послание. Ну хорошо, Абрамович принимает израильское гражданство. Я на фоне того, что вчера Минц уехал в Лондон… Как бы вчера было сообщение о Борисе Минце, который уехал в Лондон. Это такой покровитель искусств, заметный покровитель искусств. Абрамович сегодня принимает израильское гражданство, это сообщение. Я думаю об этом в связи с инвестициями. Инвестиции показали рекорд на прошлой неделе по оттоку. Обычно у нас за 5-6 недель предыдущие отток денег из России с биржи составлял от 112 до 150 миллионов долларов в неделю, уходили деньги из России. А шли они, тебе сделается смешно, в Бразилию и в Китай, как ни странно. То есть от нас уходили, в основном все-таки в Штаты, то есть деньги уходят со всего развивающегося мира в Америку, но при этом есть приток в Бразилию и в Штаты. В Бразилию не такой заметный, но есть, 88 миллионов всего… прости, а в Китай совсем серьезный приток идет.

Э.ХАСАНШИНА: Китай, я понимаю, а Бразилию как-то не очень.

С.ДОРЕНКО: Почему? Бразилия одна из БРИКСов, так сказать. Бразилия планировала космодром строить. Бразилия такая, в общем, страна, она такая.

Э.ХАСАНШИНА: С потенциалом?

С.ДОРЕНКО: Как тебе сказать? Я не знаю. Я не верю в это. Я не знаю. Но там прилично народу, все в белых штанах. Посмотрим. Но из России за прошлую неделю ушло, кроме того, что уехал Минц, а Абрамович получает израильское гражданство, ушло 258, если не ошибаюсь, миллионов долларов. То есть все предыдущие недели отток был очень большой, от 110 до 150 миллионов долларов уходило из России денег, а на прошлой неделе в связи с деятельностью российского парламента по уголовной ответственности за соблюдение санкций отток составил 258, если я не ошибаюсь, миллионов долларов. То есть это был рекордный отток. И отток продолжается. То есть иностранцы отсюда уходят, а также уходят Минц с Абрамовичем.

Э.ХАСАНШИНА: Вы думаете, это преимущественно связано именно с этим законом?

С.ДОРЕНКО: Я думаю, что это связано с чувством тревожности. Что такое деньги? У меня был когда-то, я говорил уже, банкир, такой венгерский еврей, очень хороший, Клаудио его звали, он звонил мне и говорил: Sergey… тебе надо быть на сохранной стороне, на безопасной стороне. И он давал мне какие-то предложения. Он уже сейчас совсем пожилой. Он как бы тонко это чувствовал, где safe side, где безопасная сторона. И вот я чувствую, что и Минц, и Абрамович, и иностранные инвесторы, они уходят отсюда. Я так всегда думаю, почему-то же они не дураки, они же богаче меня. Они же богаче меня, видать, умнее меня. Здравствуйте,

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Вспоминая всю историю последних 20-30 лет, просто получается, все перемены в нашей стране наверх, в элиты вынесли людей, которые больше, получается, ассоциируют себя… Скажем так, не ассоциируют себя с Россией и не видят в ней безопасную страну или страну, которую они хотели бы изменить, чтобы сделать безопасной.

С.ДОРЕНКО: Да.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Будь я Абрамович, может быть, я тоже с удовольствием стал бы гражданином Израиля.

С.ДОРЕНКО: Как вас зовут?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Дмитрий.

С.ДОРЕНКО: Дмитрий, меня потрясает, вот я вам честно скажу, что с 91-го года, а я имел удовольствие наблюдать все это с 91-го года, ни одного дня у них не было идеи связать свое будущее с Россией или будущее своих детей связать с Россией. Ни одного дня с 91-го года. Казалось бы, вы получили страну. Я вам говорю, вот вы получили страну, Дмитрий, вы. Вот мы, здесь присутствующие, Эля, Дима и Сережа, получили страну. И мы втроем собрались: братцы, чего делать. И вот с 91-го года при каждой такой встрече они каждый раз говорят себе: валить. Или отстраивать там запасной аэродром. Но как это может быть? Это не абсурд? Это абсурд.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Но это как-то странно. Можно и здесь жизнь построить и делать с этого деньги.

С.ДОРЕНКО: Это даже неверие в себя. Это неверие глобальное. Я наблюдаю русские элиты с 91-года и с 91-го года русские элиты были, так или иначе, причем экономические элиты, бизнес-элиты, они были, так или иначе, близки к тому, чтобы называть себя демиургами или архитекторами современной России. Они действительно были близки к власти либо принимали решения. В 90-е годы были моменты, когда они, собственно говоря, делали власть. Но интересно, что ни единого дня, будучи при власти, они ни разу не связывали свое будущее или будущее своих детей с Россией. Получается, что это некое неверие в себя, потому что они имели здесь власть, но были уверены, что эта власть ни к чему не приведет, что все равно надо валить. Разве это не удивительно?

Э.ХАСАНШИНА: Удивительно.

С.ДОРЕНКО: Это удивительно. Мы взяли власть. Вот я взял власть над редакцией, например. И первая была бы моя мысль, как отсюда свалить. Ребят, подождите, а зачем же? Я же, собственно говоря, должен строить. Зачем же мне валить-то? Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вячеслав. Доброе утро. Вы же сами вчера рассказывали очень хорошо про финно-угорскую землю, где…

С.ДОРЕНКО: …марево над болотами, да.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Марево такое. Деньги марево не любят.

С.ДОРЕНКО: Нет. Деньги любят четкость и сухость.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сухость, тишину, покой. А тут марево, какие-то черти вылазят, чего-то делают, ЕГЭ устраивают, какие-то санкции, полусанкции. Деньги все это не любят, поэтому происходит такой отток.

С.ДОРЕНКО: Деньги не любят тревожность. Да. В движении.

 

Новости

 

С.ДОРЕНКО: 9 часов 5 минут. Что-то ты мне выделила. Роскомнадзор направил в компанию Apple письмо. Это когда было?

Э.ХАСАНШИНА: 28-го.

С.ДОРЕНКО: Да. Но это сейчас что ли выложили? Нет.

Э.ХАСАНШИНА: Нет, я не выделяла это.

С.ДОРЕНКО: А, это выделено от предыдущих. Ну хорошо. Так что же? Я хотел спросить про Роскомнадзор. Бывает, хорошие парни, хорошие ребята, хорошие люди, бывает, попадают, как бы это сказать, в ситуацию, в которой им надо помочь. Жаров хороший человек, я так думаю.

Э.ХАСАНШИНА: Допустим. Мы этого не знаем, но допустим.

С.ДОРЕНКО: Я знаю.

Э.ХАСАНШИНА: По умолчанию все люди хорошие.

С.ДОРЕНКО: Во-первых, хорошие. Во-вторых, в каждом человеке есть, как говорил Владимир Яковлев, создатель «Общей газеты», вообще известнейший журналист, Владимир Яковлев, который покойный, он говорил, что у людей сердце близко к жопе, и от этого они сочетают эти оба прекрасных начала. У людей сердце близко к жопе. Короче, все хорошие люди одновременно плохие люди, но, в общем, все хорошие, если обращаться по-хорошему. Ну правда же все хорошие. Я так думаю, Жаров хороший человек. Я его видел на параде 9 мая, он прямо хороший человек, думаю я, и он попал в трудную ситуацию. Я хотел сказать, он попал в трудную ситуацию, когда сердце близко к жопе. Нет. Он попал в трудную ситуацию, когда он как бы запоролся на чем-то и надо ему дать победить. Ты когда-нибудь общалась… У тебя брат младше или старше тебя?

Э.ХАСАНШИНА: Младше.

С.ДОРЕНКО: У тебя было такое, что ты видишь, что брат запарывается в чем-то, он себе что-то пообещал, но надо дать ему победить, чтобы он уже успокоился и все, эта тема будет пройдена и все будет дальше нормально.

Э.ХАСАНШИНА: Нет, не было, но я понимаю, о чем вы говорите.

С.ДОРЕНКО: Ты понимаешь, о чем разговор.

Э.ХАСАНШИНА: Конечно.

С.ДОРЕНКО: Иногда мальчику надо дать победить. Вот он говорит: я залезу на этот забор. И не получается. Но надо как-то ему помочь и все. И Жарову надо помочь, что-нибудь нужно сделать. Потому что мужчина труднее всего переносит диффамацию. Сказать: Жаров, ты, к сожалению, у тебя не получилось. Ага. Сейчас я попробую покруче. Ага. То есть нельзя его дразнить, нельзя дразнить Жарова, потому что у него задор от этого только повышается. А зачем же мы этот задор повышаем? Может быть, закрыть Telegram символически на одну минуту, например, по всему миру, даже на сутки закрыть ради Жарова. А? Специальный жаровский пост будет специальный. И потом каждый год в этот день можно закрывать, в какой-то праздник имени Жарова. Я серьезно говорю. Потому что получается, если ему говорить, «слабо, ты облажался, че, слабо, че, не можешь, а, кто ты на поверку оказался, господи, слово знаешь, кто ты оказался (в эфире нельзя), ты понял, кто ты?» Вот так вы его раззадорите. А над ему дать победить. Надо с Дуровым поговорить. Дуров тоже такой же мальчик. Надо Дурову сказать: Дуров, ты типа победил, но дай теперь Жарову победить, побеждайте уже по очереди, чтобы было приятно обоим, чтобы по кайфу все было.

Э.ХАСАНШИНА: Конечно. Надо приставить к ним маму.

С.ДОРЕНКО: Может быть, Жарова сделать заместителем Дурова?

Э.ХАСАНШИНА: Неплохо.

С.ДОРЕНКО: Жарова сделать заместителем Дурова, а Дурова – заместителем Жарова, я предлагаю, чтобы мирно стало, и все было хорошо. Потому что Жаров сейчас говорит следующее, он говорит, что запретит еще и Apple Story, запретит его и все. Как он его запретит? Запретит. Суть в том, что таким образом Жаров и российские власти, потому что Жаров и есть фронтмен российских властей в этом вопросе, запретят России развитие еще и тут. Нам запрещают развитие. Нам запрещают развитие, в сущности. Ну хорошо. И Жарову придется запретить нам развитие. Почему? Потому что его личный авторитет падает. Это плохо. «А главный айфоновладелец России, что скажет?» - спрашивает Александр. Это имеется в виду, конечно, наш премьер-министр Дмитрий Анатольевич. Дмитрий Анатольевич скажет, что без App Story ему трудно. Дмитрий Анатольевич, в отличие от Бастрыкина, отличает Instagram от Telegram, Telegram от Instagram. Слушай, я бы вообще выгонял с работы чиновников, которые не знают, что такое Instagram, что такое Telegram. Ну хотя бы какой-то краткий курс.

Э.ХАСАНШИНА: Не то, что выгонять с работы, это не его профиль все-таки.

С.ДОРЕНКО: А какая разница?

Э.ХАСАНШИНА: У него есть специалисты для этого.

С.ДОРЕНКО: Причем тут профиль? Это современная жизнь. Если бы человек машину называл телегой… Хорошо, мы не перескакиваем, давай вернемся к Жарову. Жарову нужно победить, я считаю, и Дурову нужно победить. И для того, чтобы мальчиков помирить, нужно либо психолога им дать… А есть кто-нибудь психолог? Позвоните, пожалуйста. Вдруг нас слушает Лариса. Как нам устроить эту тему? Ребята, это же действительно важно. Кто-нибудь психолог. Потому что я понимаю, что они запоролись оба. Оба запоролись. И оба запоролись в том, что им надо победить по-мальчишески, а нам надо решить эту психологическую проблему. Просто, может быть, их к психотерапевту сводить и так далее. А?

Э.ХАСАНШИНА: Да. А то там как-то неловко становится, неприятно, долго все это загружать. Один из самых быстрых мессенджеров становится тормознутым.

С.ДОРЕНКО: Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я психолог в душе, но могу прокомментировать ситуацию.

С.ДОРЕНКО: Надо, чтобы оба победили. Я считаю, надо жалеть людей, следовательно, дать им обоим победить. Вот и все.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, не надо. Надо сделать так, чтобы победил Telegram. Потому что то, что происходит, называется глупость. У нас же пропали сейчас произведения типа «Мертвые души», Хлестаков. Надо писать сейчас свежие произведения по этому поводу. Поэтому я желаю Дурову всего хорошего, желаю.

С.ДОРЕНКО: Я тоже.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: У Жарова сидят на окладе троечники, а у Дурова работают за деньги инженеры, вот в чем разница.

С.ДОРЕНКО: Уже и за идею.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И за идею. А это самое главное. Когда человек за идею, всегда специалист победит балбеса. А те, кто сидят в этом надзоре за 30-60-70 тысяч, они так и будут сидеть зачуханные, занюханные. И это большой плюс для нас, мы понимаем, что эта глупость не может пробить стену из человеческого энтузиазма. Мне отрадно, честно.

С.ДОРЕНКО: Мы вообще считаем, что на площади, ныне носящей имя Гагарина, будет однажды два монумента, рядом рука об руку… Они там вздымают руки. Вы знаете мою идею. Это Оношко подсказала, но я полностью присоединяюсь. На площади Гагарина-Дурова будут стоять монументы Гагарина и Дурова, как двух людей, прославивших страну, как двух людей, разверзнувших миры. Гагарин и Дуров будут равны, через 10-15 лет мы осознаем, что Гагарин и Дуров – это лица одной величины.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Но Дуров мне не понравился тем, что он деньги разбрасывал.

С.ДОРЕНКО: Это плохо. Дуров разбрасывал пятитысячные бумаги, показывая свое презрение то ли к людям, то ли к деньгам, мы не поняли. Может быть, и к тем, и к другим одновременно. Но тем не менее я думаю, что Дуров займет место в пантеоне русской гордости наряду с Гагариным, как равновеликий Гагарину. Гагарин открыл для нас космос, Дуров открыл для нас другой космос, во всяком случае, пытается открыть космос. Сейчас уже я скачал приложение, по которому в Telegram можно пересылать деньги, все еще деньги. Это как приложение Сбера, но другое, Money Talk, по-моему.

Э.ХАСАНШИНА: Да, я видела, вы показывали приложение.

С.ДОРЕНКО: Money Talk. И здесь я могу уже пересылать деньги любым пользователям Telegram. Как в Сбере, но в Сбере между своими, а тут как бы любым пользователям Telegram. В сущности, это проверка, и скоро мы сможем пересылать искусственную валюту, которую создаст Дуров, gram. То есть мы сможем расплачиваться не деньгами, которые имитируют правительства и Центробанка, а деньги, которые будут имитироваться по блокчейну в системе Дурова. То есть Дуров создает некий собственный интернет, в сущности, собственную надгосударственную структуру. Я думаю, ровно за это его и ловят. Дурова ловят не за то, что Telegram использовали какие-то странные люди в Петербурге для теракта, а Дурова ловят за то, что он создает надгосударственный мир. Мир, который не подчиняется государству, мир, который существует вне государства. Либертарианский мир. «Money Talk официальный или от Тинькова?» «Ну так что, Money Talk неофициальный клиент Telegram от Тинькова». Ребят, я вам говорю о другом. Money Talk – хорошо, от Тинькова – хорошо. «Пришлите трожки, мы ведь с вами омичи оба», - говорит Палпатин. Ну конечно. Я же еще хохол. Самый лучший способ со мной поссориться – это попросить взаймы. «Ровно через два года про Дурова никто не вспомнит. Мир программ недолог», - говорит Юрий. Юрий, а позвоните. Позвоните и расскажите нам, пожалуйста. Дайте мне последние 2-3 цифры вашего телефона, Юрий, я выловлю ваш телефонный звонок, и вы нам объясните, почему. «У меня лег Telegram. Провайдер МТС iPhone 6», - рассказывает 71-й. Не знаю. У меня ни разу не лег Telegram, я вам прямо скажу. Правда, я по VPN, я живу на VPN всю жизнь, у меня Master VPN, Nord VPN и еще какой-то третий. У меня три VPN, я иногда полирую один VPN по другому, по верху запускаю, но это когда в вэбе. А когда с iPhone, обычно один VPN коннектится, какой-то из трех. Я блуждаю по трем VPN. Два из них платные, один бесплатный у меня. Два платных, один бесплатный. Я когда-то купил сразу на год и я даже… забыл, сколько стоит. Не помню.

Э.ХАСАНШИНА: Все равно это не очень удобно, потому что периодически ты проверяешь и смотришь, он у тебя не загрузился или все-таки загрузился, но обновился или не обновился.

С.ДОРЕНКО: Да. Простое голосование, которое я вам предлагаю. Павел Дуров, создатель «ВКонтакте», создатель Telegram, - величина, сопоставимая с Гагариным. Да – 134-2135, нет – 134-2136. Очень простое. Дуров и Гагарин. Дуров сопоставим с Гагариным, он разверз для нас горизонты, горизонты времени, горизонты пространства, горизонты будущего. Дуров сопоставим с Гагариным – 134-2135, Дуров несопоставим с Гагариным – 134-2136. Все очень просто. Сказать, какое у меня идет голосование? Я хочу, чтобы вы знали. 39 на 61. Это очень много. 39 – это очень много. Я хочу, чтобы вы поняли, 39 - это очень много. Ха-ха-ха!

Э.ХАСАНШИНА: У Дурова есть очень положительное качество - он не останавливается. Он сделал «ВКонтакте» и не остановился, он сделал Telegram и не остановился. Он сделал каналы и пошел дальше, сейчас блокчейн, валюта. И что еще будет? Предполагаю, что он и на этом не остановится и будет идти дальше.

С.ДОРЕНКО: Да

Э.ХАСАНШИНА: А если он будет идти дальше, то он не канет в лету через два года.

С.ДОРЕНКО: Да. Хорошо. Я останавливаю. 38 на 62. Я останавливаю это голосование. Запиши его, пожалуйста, добрая девочка. По значению для человечества и для России Павел Дуров сопоставим с Юрием Гагариным. Да – 39. У меня 39 сейчас. Я сказал, 38, сейчас 39. Я не обманываю никого. Когда я остановил голосование, он продолжал считать пакеты ваши телефонные. 39 на 61. 39% - да, 61% - нет. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Александр. Уточняющий вопрос. Мы сравниваем Гагарина как символ или как человека? Потому что с точки зрения индивидуальных достижений, Дуров все-таки продвинул что-то вперед, Гагарин мог полететь, мог полететь другой за него.

С.ДОРЕНКО: Абсолютно. Мог полететь Титов. Я с вами согласен. Но ведь человечество героицентрично. На самом деле мы помним героя, который бежал и пробил эту ленточку на финише. Мы помним героя, который встал и сделал. В этом смысле Гагарин, конечно, символ. Вы правы, указывая на это.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Если как символ, то Гагарин будет сильнее.

С.ДОРЕНКО: Сильнее, да? Вы правы, обращая внимание наше на символичность личности героя. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Михаил. Авторство широких обобщений, в хорошем смысле, принадлежит Доренко. Вы можете такое соединять. В этом есть какой-то смысл, потому что культура любая основана на предыдущей культуре. Поэтому без Кеплера, без Лапласа, без Эйнштейна, без Шредингера не было бы Гагарина. И тем не менее Гагарин величественный символ и он будет всегда, потому что первый человек, да, который волею судеб, гениев, прометеев был посажен в эту капсулу и отправлен, но как символ - да. Несомненно, Дуров – это один из столпов современной культуры. Несомненно. Несмотря на то, что он разбрасывал деньги.

С.ДОРЕНКО: Если он создаст некий новый свой интернет, то уж, извините, это вообще уже, без всяких сомнений, фигура колоссальная. Если он создаст свою новую среду, где мы будем просто жить, мы там будем жить. Ты понимаешь?

Э.ХАСАНШИНА: Я понимаю.

С.ДОРЕНКО: Мы там будем жить, мы там будем покупать пиццу, мы там будем просто жить. Это очень важно понимать.

Э.ХАСАНШИНА: Мало того, мне кажется, что если это не сделает Дуров, это сделает кто-то другой.

С.ДОРЕНКО: Это сделает какой-нибудь американец. Это понятно.

Э.ХАСАНШИНА: Мне кажется, что мир развивается в этом направлении, глупо противостоять течению.

С.ДОРЕНКО: Нет, неглупо. Ты противостоишь течению, но глупо думать, что ты его останавливаешь.

Э.ХАСАНШИНА: Ну да.

С.ДОРЕНКО: Я еще раз привожу свое давнишнее указание на то, что если ты хочешь стать камнем в реке, то это хорошо и благородно. Вообще хорошо быть камнем, хорошо быть кремнем, хорошо быть скалой, утесом, глупо думать, что ты останавливаешь реку.

Э.ХАСАНШИНА: Согласна.

С.ДОРЕНКО: Вот это глупо. То есть быть утесом, быть скалой неприступной – это прекрасно, это очень правильно, благородно и так далее. Последним самураем, последним ковбоем быть прекрасно, но глупо думать, что ты останавливаешь реку, река-то даже не ухмыльнется, река в ответ даже не ухмыльнется, она просто течет. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Дмитрий. Великолепное совершенно сравнение с Гагариным. Потому что и тот, и другой великий деятель не смогли бы стать теми, кем они в случае с Гагариным стали и в случае с Дуровым становятся, без воли или допущения государства. Ведь Дуров был, да, гениальным человеком, который аккумулировал некие бизнес-стратегии и направил их в определенное русло. Но, если бы не внимание государства сначала к социальной сети «ВКонтакте», а потом и к Telegram, этого мессианского флера не было бы ни в том, ни в другом продукте.

С.ДОРЕНКО: Я думал, что вы также скажете, что каждый из них обязан своим успехом той огромной толпе людей, которые идут в этом направлении. То есть как бы все взыщут. Одним словом, этот успех взыскан, он ожидаем, все его хотят, вот в чем дело.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну конечно, потому что потребность у нас есть иметь таких людей, которые ведут за собой и которые миссионеры, что называется.

С.ДОРЕНКО: Вот здесь ваша мысль чуть-чуть спорная, если позволите.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А с точки зрения фатализма. Вы понимаете, что если бы не обстоятельства, то сформулировать эту миссию и ее, скажем так, направить именно в то русло, в которое она пошла, было бы, наверное, невозможно.

С.ДОРЕНКО: Я согласен, роль государства огромна до сих пор и в России в особенности. Россия одна из стран, где роль государства абсолютно огромна.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Только про хороший смысл этой роли.

С.ДОРЕНКО: Разный смысл. Тем не менее у меня к вам вопрос: роль государства с горизонтом в 100 лет будет усиливаться или ослабляться?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это зависит оттого, сохранится ли государство в этом виде или нет. Это зависит слишком от многих обстоятельств.

С.ДОРЕНКО: От гибкости, на которую способно государство.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да. Потому что, извините, но Роскомнадзор – это в некотором роде допущение, а не сформулированная политика государства. То есть очень много у нас происходит, скажем так, из-за стечения некоторых обстоятельств и нахождения определенных личностей у руля определенных организаций. Господин Жаров замечательный анестезиолог, насколько мне известно.

С.ДОРЕНКО: Такой волевой мужчина. Я начал с того, что надо дать ему победить. Вот я не могу найти психолога, который бы сказал, как дать ему победить. Ведь ему надо дать победить.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы знаете, он действительно победил один раз. Вспомните эту страшную в 80-е годы… Я человек молодой. Эта авария, когда газ взорвался, поезда столкнулись. Он геройски совершенно работал, как говорят, и выполнял свои врачебные обязанности, как рассказывают участники событий. Действительно он человек, с точки зрения своей профессии врачебной, очень человек мужественный. А вот как он действует на этом поприще, Роскомнадзора, он выполняет некую историческую миссию, и Дуров ему в некотором роде должен быть благодарен. Это, конечно, ерничество, тем не менее это так.

С.ДОРЕНКО: Но в этом ерничестве есть много, о чем подумать. Спасибо большое. Мне интересен был очень предыдущий собеседник и вот почему. Он там несколько парадоксальных вещей, нарочито парадоксальных, таких, генерирующих дискуссию вещей сказал, интересных, с моей точки зрения. Дуров, конечно, опирался на государство. Другое дело, что мы должны понять, государство в горизонте 100 лет будет усиливаться или ослабляться?

Э.ХАСАНШИНА: Государство наше или государство в принципе, как система?

С.ДОРЕНКО: Вообще государства. Это мы обсудим, а сейчас проголосуем, если позволите. Государства в горизонте 100 лет будут усиливаться или ослабляться? Усиливаться – 134-2135, ослабляться – 134-2136. Государственные машины. Я проиллюстрирую свой вопрос. Миллионы людей мигрируют там и сям, Юрьев день такой постоянный. Во-вторых, создаются надгосударственные образования. В-третьих, существуют некие, и я уже об этом говорил, ордена современности. Ордена. Орден «Кока-кола», тамплиеры, францисканцы, «Эпсон Мобайл», «Бритиш петролеум» и так далее, иезуиты, вот эти ордена современности. Эти ордена не государственные, они касаются государств, но они надгосударственные, в сущности. Вот государства будут усиливаться – 134-2135 или ослабляться (с горизонтом в 100 лет) – 134-2136. Я останавливаю это голосование. 31 на 69. Запиши, пожалуйста. Новости.

 

Новости

 

С.ДОРЕНКО: Мы говорили о государстве, мы даже провели голосование, я обещал это коротенько обсудить. Ну как, коротенько? Минут на 40. Серьезно. Государства будут усиливаться или ослабляться? 31 на 69. 31 - что будут усиливаться, 69 – что будут ослабляться. «Сейчас идет передел мира между корпорациями». «Похоже, полиция Татарстана опять отличилась». Это на победительницу конкурса красоты напали, ее завалили и так далее, думали, что она оставляет закладку, когда она гуляла просто по парку.

Про государство, про роль государства выскажитесь, пожалуйста. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Вы про государства?

С.ДОРЕНКО: Да, мы как раз эту тему начали в предыдущей получасовке и перенесли сюда.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я думаю, будет не ослабляться, будут точки контроля меняться. Грубо говоря, государство будет, но типа как… который предоставляет услуги. Если 200 лет назад без государства просто нельзя было прожить, то сейчас, грубо говоря, государство скорее начинает мешать жить, причем это мировая тенденция.

С.ДОРЕНКО: Вы не читали Егора Просвирнина о миллионах людей, которые нужны были под ружье? Не читали его?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет.

С.ДОРЕНКО: Я вам коротенечко перескажу, потому что я думаю, что и многие не читали. Егор Просвирнин, он теперь Егор Погром в Telegram, я читал его статью, в которой сказано, что когда нужны были миллионы мужчин, которых нужно было ставить под ружье, вот тогда надо было детей с 5-6 лет проверять на туберкулез, просвечивать. Почему? Потому что нужны были солдаты. Солдаты и, соответственно, самки, которые рождают солдат. Поэтому всеобщая диспансеризация, поэтому всеобщая прививка. И все это возникает, в сущности, в 19-20 веке, в разных странах по-разному, в связи с именно необходимостью мобилизовывать десятки или миллионы мужчин, десятки миллионов мужчин всего по миру. А сейчас эта необходимость отпала, Егор говорит, и совершенно справедливо. Он говорит о том, что возникают эти как бы неофеодальные отношения, когда нужны как бы команды. Не нужно миллионов мужчин ни для войн, ни для нападений. Команда хакеров 30 человек. Значит, нам нужно 30 гениев. Нам не нужно 30 миллионов, достаточно 30 гениев. Команда, которая управляющая наводящимися точными ракетами, опять она не очень большая. И так далее. Вот эта вся забота о миллионах людей, а для чего и нужно было государство, она отмирает.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Абсолютно, мне кажется, правильная вещь. Мне кажется, тут еще идет обратная вещь. Если государству раньше люди нужны были больше, то сейчас масса людей становится просто по факту обузой для государства.

С.ДОРЕНКО: Абсолютно верно, они ровно не нужны.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: В общем-то, они не нужны.

С.ДОРЕНКО: Это ситуация позднего Рима, когда чертовы римские граждане просто мешают. Они просто мешают.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: В этом смысле, мне кажется, тут не вопрос даже роли абстрактной, а просто как бы функции будут другие.

С.ДОРЕНКО: Да. Спасибо вам огромное. Я хочу обратить ваше внимание на публикацию, почему она мне понравилась, а потому что она созвучна тому, что говорю я. Но Егор немножко оттенил эту часть. Я хочу еще раз сказать следующее. У государства в связи с появлением огнестрельного оружия… Давай пройдем коротенько по этапу. Существует этап рыцарских боев, когда рыцарь, за ним какая-то свита, но эта свита вовремя подает копье.

Э.ХАСАНШИНА: Оруженосец чистит латы и все такое.

С.ДОРЕНКО: Если я рыцарь, то за мной идут два хотя бы мужика, которые меня обслуживают. Они чистят, смотрят, подают копье, в бою тоже обслуживают, кто-то подает лук, еще что-то, или лук мне не нужен, а наоборот саблю, меч, еще что-то. Это рыцарский способ мобилизации армии, где важно, чтобы каждый рыцарь был отборный рыцарь. Рыцари-герои решают, как с кем сразиться, как с кем сразиться внутри боя, как победить. Это рыцари-герои. Потом приходит пехота и приходит современное государство. С пехотой вместе. Вот эта пехота, она в разные времена по-разному, у нас это стрельцы, сословие стрельцов, еще допетровское, стрельцы, пехота. Но позднее возникает необходимость мобилизации всего населения. Мобилизация всего населения вообще возникает в 19 веке. Потому что до этого все равно это служилые сословия. А потом мобилизация вообще всех, всех мужчин. Поэтому государство начинает следить за здоровьем всех мужчин. Вот твой маленький братик бегает, он мужчина, значит, его надо обследовать и тебя надо обследовать, потому что ты будешь рожать солдат.

Э.ХАСАНШИНА: Конечно.

С.ДОРЕНКО: Ты будешь рожать солдат, значит, надо проверить, все у тебя в порядке или нет. А он пойдет умирать. Значит, надо проверить, он может умирать эффективно или он может умирать как-то так, кое-как, хала-бала. Значит, он должен умирать эффективно. Поэтому нужно ему прививки сделать, заставить его мыть руки, отдыхать в пионерском лагере, смотреть привес, прибавка в весе и так далее, подтягиваться, отжиматься. Потому что он должен быть мобилизован обязательно, даже если он комбайнер, а если он офицер, тем более. А если он комбайнер, тем более, все равно, он танкистом будет. И государство начинает следить за медициной и здоровьем людей. Они, эти люди, нужны для войны.

Э.ХАСАНШИНА: Отсюда и образование.

С.ДОРЕНКО: Образование обязательно, потому что любой должен сесть в танк. Он не должен быть идиотом, который будет дергать не за те рычаги. Ему нужно понимать хотя бы на уровне дизелиста… У Платонова несколько дизелистов, один настраивает насос, а другой, Фома Егорович Пухов, он настраивает дизель на судне, которое должно брать Керчь, то ли из Керчи, то ли из Новороссийска Керчь, война с белякам. Да, брать Керчь. Дизелистом должен быть. Он должен понимать, что там почему и как оно идет, вот этот поршень. Поэтому образование, медицина и все это связано с интересами войны государства, государство должно воевать. А сейчас ситуация меняется. Призыв 10 миллионов человек не планируется, он не нужен ни при каких обстоятельствах. Даже представить себе, что все напали на Россию, все равно не существует ситуации, когда нужно 10 миллионов человек призвать. Нет такой ситуации.

Э.ХАСАНШИНА: Это связано с высокотехнологичным, высокоточным оружием.

С.ДОРЕНКО: Конечно. С тех пор, как американцы стали класть ракеты в Белграде в форточки, ракеты залетали в форточки, с этих пор искусство доведения ракеты в форточку важнее, чем 10 миллионов людей в сапогах, которые куда-то бегут. Больше оккупация не нужна, нужно наведение хаоса в плохой стране. Контролируемый хаос. Тоже американцы придумали. Таким образом, эти армии не нужны. А если не нужны армии, то не нужно следить за здоровьем детей. А зачем? Для чего? Например, у нас население, из них 10 миллионов мальчиков, предположим. Давайте им всем делать прививки. Да пошли они нафиг, эти мальчики. Дальше. У кого-то чирей на жопе. Да пошел он в жопу со своим чирьем на жопе. Какая мне разница? Я что, собираюсь его мобилизовывать? Нет. Я собираюсь его слать на войну? Нет. Я собираюсь его сажать в танк? Нет. Нахрен он мне вообще нужен, этот мальчик со своим здоровьем?

Э.ХАСАНШИНА: А как же социальная ответственность государства?

С.ДОРЕНКО: Абсолютно не нужно. Мне этот мальчик не нужен. Девочка. Надо следить, чтобы у нее тыры-пыры, еще что-то, она же вот будет рожать солдат. Да нахрен она мне нужна со своими солдатами, да пусть никого не рожает.

Э.ХАСАНШИНА: Она не может никого не рождать. Просто тогда закончится это государство и все.

С.ДОРЕНКО: Никогда не закончится. Какие-то люди родят. Если война заключается в том, чтобы сажать ракеты в форточку, то мне нужны безумно образованные, сильно образованные пилоты, мне нужны очень образованные офицеры на подводных лодках. А там из экипажа 120 человек 115 офицеров, 112 офицеров. Экипаж 120, на подводной лодке класса «Воронеж», из них 100-110 офицеров и матросов, сколько их там, помыть эту подлодку, то, се, перетащить ведро и так далее, с мазутом, их там меньше 10, матросов, ну 10 матросов. Они нахрен никому не нужны! Нахрен никому не нужны! Это надо понять просто. Поймите вы это. Нужны ультраобразованные офицеры летчики, нужны ультраобразованные офицеры моряки, сверхобразованные офицеры, вот эти нужны. Все остальные нахрен никому не нужны. Точка. В связи с новым ведением войны, а больше вы ни для чего государству не нужны, в связи с этим нужна элита. Нужна элита блистательная.

Э.ХАСАНШИНА: Если этому государству нужно заботиться лишь, условно, о десяти или пяти процентах…

С.ДОРЕНКО: Государство нужно заботиться о войне. Государство нужно заботиться о выживании, то есть о войне.

Э.ХАСАНШИНА: Вот им нужно сколько, 5-10%, наверное, из этих людей.

С.ДОРЕНКО: Давай попробуем посчитать.

Э.ХАСАНШИНА: Я имею в виду, что это небольшое число. Зачем всем остальным, всей этой массе тогда государство? Мы объединяемся для чего? Для того, чтобы государство нас: а – защищало, б – в этом обществе мы получали какие-то блага, чтобы мы не умирали от голода, от болезней и прочего.

С.ДОРЕНКО: Поговорим о государстве будущего. Государство будущего будет вести войны применением элиты, категорической элиты. Кто там будет чистить газоны, красить, это, пожалуйста, могут таджики сделать. Таджики могут покрасить газоны, то, чем раньше занимались миллионы мужчин в армии. Это нахрен никому не нужно. О’кей. Если вам хочется красить эти газоны и красить бордюры, зовите таджиков, они покрасят, не проблема. Войны будут вестись суперэлитой, суперобразованной суперэлитой, теми, кто побеждает в олимпиадах. Вот они будут вести войны. Вот им надо делать прививки, о них надо заботиться в ведомственных поликлиниках. Ведомственных, а не в общих. Общие для чего нужны-то? Ни для чего. Дальше. Они будут выбирать каких-то женщин, которых тоже надо лечить, потому что они будут рожать этой элите детей. Но все равно тут же не кастовая замкнутость, из низов все равно будут выбираться сверхталантливые мальчики и девочки, которые будут пополнять элиту. Ну хорошо. Вот это и есть задача государства будущего.

А что же делать с остальными? У нас есть 5 миллионов человек, которые супер-пупер на всех уровнях. На всех, в том числе на нижнем уровне. 5 миллионов человек. Предположим, у нас есть еще 100. Я же говорю об умозрительном государстве, я не говорю о России. У нас есть еще 100 миллионов. Что с ними делать? Ответ простой: эти 5 миллионов должны быть настолько эффективны, чтобы как-то подкармливать эту обузу. Это обуза, она не нужна.

Э.ХАСАНШИНА: В смысле, сами себя?

С.ДОРЕНКО: Нет. Эти 5 миллионов человек, суперэлита, должны создать некую такую систему, в которой хватит крошек, чтобы смахивать со стола. Должно хватить крошек на смахивание со стола. Сколько им надо смахивать со стола крошек? Сколько-то надо. Хорошо. Вот здесь вариантов несколько, на самом деле два, таких больших. Первый вариант: мы им смахиваем со стола, они что-то клюют. Второй вариант: дать им побольше свободы, пусть они сами друг дружке починяют велосипеды, и от этого у них возникнет какой-то оборот, мелкий бизнес, а эти жулики сами себя прокормят.

Э.ХАСАНШИНА: Понятно.

С.ДОРЕНКО: Я бы пошел путем либерализации ненужного населения, чтобы ненужное население начало починять друг дружке велосипеды и как-то себя, друг дружку прокармливать, бездельники. О’кей. Но есть другая система. Мобилизовать, поставить их в военные гимнастерки и давать им немножко сухпайка. Сухпаек жри, скотина. То есть они не нужны. И в силу ненужности их можно либо отпустить на вольные хлеба, братцы, кормитесь, либо поставить в гимнастерках, сказать, стоятьсмирновольно. Вот это другой разговор. Как пойдут государства? Все по-разному пойдут. Выгоднее вот так, по-хохлятски, выгоднее, чтобы они сами кормились. Еще тебя благодарить будут. Они сами будут кормиться, тебе еще говорить спасибо, тебе еще платить налоги. Так я за это. По-хохлятски. Но по-русски по-всякому получается. По-русски, многие думают, что лучше мобилизовать, все равно пусть они стоят смирно. Толку с них нет, военной необходимости в них нет, никакой необходимости в них нет, вообще никакой. Необходимость в них ноль. Но пусть хоть смирно постоят. Нет? Ну мне кажется.

Э.ХАСАНШИНА: Интересно, по какому пути сейчас Америка начинает идти? Мы же всегда на нее оборачиваемся.

С.ДОРЕНКО: Америка, видишь ли, у нее идеологические основы… Америка, во-первых, большая. Очень важно. Я не могу говорить об Америке, потому что я не американист. Мне кажется, что Америка – это профессия. Говорить об Америке – это профессия. И у меня этой профессии нет. Но у меня есть некие вульгарные представления об Америке. Я должен сказать, что Америка – это огромная страна по населению, это 320 или уже 330 миллионов человек, она более чем в два раза больше, чем мы. Это очень большая страна. И это очень большая система.

Э.ХАСАНШИНА: Говорят, что военные у них очень узкоспециализированные, выпускается их не так много. Причем часть из них, этих специалистов, идет на экспорт.

С.ДОРЕНКО: То есть они обучают иностранцев. Это они, именно они кладут ракеты в форточки, американцы, а иной раз какую-нибудь йеменскую свадьбу убивают так, на всякий случай, или пуштунскую какую-то свадьбу, по ошибке. Ошиблись, ну ничего. Это они. Америка идет по какому пути? Надо смотреть на генезис этой страны. Отцы-пилигримы, которые закладывают основу, которая до сих пор работает в Америке, как основа, отцы пилигримы заявляют о своем мессианстве, о мессианской роли. Они не пришли просто в Америку охренительно пожить, а они пришли на смерть ради бога. Вот это их главное, что они для бога готовы тяжело страдать, тяжело работать, тяжело умирать, геройски тяжело работать ради бога. В этом миссия отцов-пилигримов, которые приходят на «Мэйфлауер» и закладывают Плимутский камень и так далее, вся эта канитель. Отсюда произрастает Америка с ее идеологией, что они обязаны нести всем свободу – первое, они должны наказывать всех, кто не понимает, что такое свобода. Недопонял, они тебя наказывают. Ну ты недопонял, в чем прелесть свободы, значит, будешь наказан. Вот это мессианство оттуда. Америка очень сложная при этом страна, она уже во многом паттерналистско латиноамериканская. Она разная уже.

Э.ХАСАНШИНА: Вот не возникает ощущения, что у них большая часть населения не нужна. Не возникает почему-то.

С.ДОРЕНКО: Америка сохранила одну важную вещь. Она, во-первых, изначально всех распустила, так сказать, она создала горизонтальные тоталитарные системы маленьких городочков, горизонтальные тоталитарные системы, где все должны быть как все, не быть экстравагантными. Но там твоя свобода примкнуть к той или иной горизонтальной тоталитарной системе – это твоя свобода. Ты можешь покинуть это место в любой момент, переехать в другой маленький городочек и там принять их тоталитарную систему. Но она горизонтальная, она не сверху диктуется, не от начальства, нет, это согласие граждан. Согласие граждан, где выбирают шерифа, где выбирают начальника пожарной охраны, где всех выбирают, но внутри как бы согласие. Америка сохранила одну важную вещь. Это по-особенному интересно и важно. В отличие от России, в Америке, если ты имеешь работу, ты сыт. В России есть явление, о котором говорила Голикова, о котором говорили все, в России есть явление, поразительное явление, ты работаешь и ты голоден. То есть у нас есть работающие нищие, люди, которые работают, и у них денег не хватает, чтобы жить. В Америке этого нет. В Америке, если ты работаешь, вообще работаешь, хоть охранником на автостоянке, неважно, уборщицей, не имеет значения, если ты работаешь в Америке… Как говорят американцы? Американец говорит так мне: если я работаю даже неполный рабочий день, у меня на ужин та же курочка, что и у моего президента. То есть мой президент садится в Белом доме, есть курочку. Я сажусь у себя и ем курочку, ту же самую, что он, одинаковую. Я говорю: но ты не сомневайся, что у него будет какая-нибудь выращенная на свежих кормах, а у тебя будет какая-то с пенициллином. Он говорит: может так, а может нет, но у нас курочка на ужин. В Америке сохранили одну важную вещь. Если ты работаешь вообще где бы то ни было, ты точно сыт. В России это не так. В России ты можешь работать и в то же время быть нищим одновременно. Вот это некоторая проблема, как мне представляется. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. То, о чем вы говорите, о том, что у тебя есть курочка и о том, что в Америке… человек, это все, как мне кажется, в том числе о том, что люди сейчас нужны не для того, чтобы поставить их под ружье, а для того, чтобы они покупали, для того, чтобы они брали кредиты, для того, чтобы они покупали курочек. Поэтому, с этой точки зрения, очень важно, чтобы ее было много.

С.ДОРЕНКО: Я, если позволите, похвалю Москву. Несмотря на то, что мэр Собянин идет на выборы, я похвалю Москву. И вот как. Мэр Собянин говорит: я трачу на обустройство, а получаю больше. Вот он как раз об этом думает. Он говорит: я провожу праздник, Москве это стоит столько-то миллионов рублей, значит, люди, которые туда придут, оставят только через налоги в три раза больше.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Мы 100 лет назад воевали за территории и ресурсы. Сейчас воюем за потребителя.

С.ДОРЕНКО: Конечно. Эль, я с ним пару раз встречался. Он говорит такие вещи. Я не могу этого понять. Мне это чудно и странно, и удивительно, и приятно. Приятно, потому что это клево звучит. Я говорю: вы столько-то потратили на праздник, нахрена это нужно? Он говорит: я потратил. Например, я потратил 100 чего бы то ни было, 100 тысяч, 100 миллионов, неважно, чего бы то ни было. Он говорит: так вернулось 150. Я говорю: как? Он говорит: но люди-то пришли, они тратили. Люди пришли и тратили, туристы пришли и тратили. Я истратил 100, получил 150. Ты это понимаешь? Я говорю: не понимаю. Я сын военного, я как бы привык к тому, что если что-то финансируется, то оно финансируется, то есть деньги ушли и до свидания. Собянин говорит: чего? Я говорю: эти… Он говорит: мне китайские туристы городу привозят 60 миллиардов рублей. 60 миллиардов рублей китайцы привозят. Городу. То есть они тратят в разы больше. Это только налогов 60 миллиардов. Только налогов. Ты можешь себе представить? Или я ошибаюсь.

Э.ХАСАНШИНА: В Москве просто есть, кому тратить. Я боюсь, что не во всех российских городах есть у людей такие деньги.

С.ДОРЕНКО: То, что можно считать население не обузой, а генератором прибыли, для этого надо населению дать свободу. Если ты ему не дашь свободу, с хрена ли он тебе будет генерировать прибыль? Если они все будут стоять в гимнастерках, где же прибыль-то? Никакой прибыли. Если ты их распустишь, скажешь, братцы, давайте сами, братцы, ну как-то сами, они тебе дадут прибыль. Но для этого надо ум иметь и не иметь страха перед ними. Если ты имеешь страх перед ними, то ты их не распустишь. Если ты не имеешь страха, ты распустишь. Ладно, посмотрим, чего будет. Нам интересно, нам забавно. В движении.

 

Новости

 

С.ДОРЕНКО: 10 часов 6 минут. 62,51. Нормально.

Э.ХАСАНШИНА: Недалеко.

С.ДОРЕНКО: Недалеко. 62,40, 62,51, все рядом. 72,47 по евро. Видишь, евро подупал в паре, через рубль подупал. Мы его вчера близко к 73 видели, а сейчас 72,46. Нефть – 75,54, там, где вчера. Евро/доллар… Вот он! 1,1592. А вчера был 1,17.

Э.ХАСАНШИНА: Вы довольны?

С.ДОРЕНКО: Я еще говорил вчера, мы видели его на 1,1690, а сейчас 1,1725. А сейчас 1,1594. Ха-ха. Это много. По доллару прогуляться на фигуру – это много. Очень много людей в мире разорены.

Э.ХАСАНШИНА: Сейчас плачут.

С.ДОРЕНКО: Да. А очень многие сделали, наоборот, состояния. На фигуру прогуляться.

Э.ХАСАНШИНА: Вот так, следя за долларом, мы почувствовали судьбы мира.

С.ДОРЕНКО: А вот биткоин вчера был 7222, а сейчас 7105. Биточек еще подопустился. И снова задал нам вопросец, брать, не брать. Может, взять? Не знаю. Я записался на одну биржечку там, они от меня потребовали подтверждения… Причем там русские хорошие люди, мне кажется, ну, я думаю, я чувствую по именам. Но они в Лондоне. Они потребовали от меня такие нормальные подтверждения, нормальные английские подтверждения идентичности, как, например, оплаченный счет за электричество, вот эту всю фигню. Я говорю: паспорт можно? Они говорят: нет, какой паспорт, мы в гробу видали с вашим паспортом, пришлите оплаченный счет за электричество, присланный по адресу такому-то на вашу фамилию.

Э.ХАСАНШИНА: Надо же.

С.ДОРЕНКО: Паспорт они не признают, они вообще не понимают, что это. Они говорят, оплаченный счет за электричество подтверждает адрес. Пока все мне лениво. Я могу послать одну фигню, но мне лениво и я не записался поэтому.

Э.ХАСАНШИНА: Это в электронном виде.

С.ДОРЕНКО: Ага. Нет, хорошие ребята. Я могу и в другом месте купить битки. Больше того, я мог бы во многих местах купить битки, но в этом месте мне прям нравится. Пока мне лень присылать им всякую хрень. Хорошо.

«Бинос». Не «Бинос». Нет, не «Бинос». Я, по-моему, на «Вайроксе», «Вайрот» или «Вайрокс», какой-то такой. Там, по-моему, русские сидят в Лондоне, требуют с меня счет, что я оплачиваю электричество и так далее, и так далее.

«Глава Котельников женщина, передайте новостникам». Новостники, вы слышите? Глава Котельников стала женщиной.

Э.ХАСАНШИНА: А была кем?

С.ДОРЕНКО: Напиши «глава Котельников», мы должны выяснить. Она стала женщиной. Нифига себе. Во люди творят, что хотят, то творят. «СКА обвинил главу подмосковных Котельников». Возглавляет Ирина Польникова. Она и была женщиной. Тогда в чем проблема, я не понимаю. Если не было операции по смене пола, чего вы докопались до наших новостников? Я не понимаю. Она помещена под домашний арест. Была женщиной и стала женщиной. Надо докапываться до людей? Не надо. Все, успокойтесь, пожалуйста, я вас очень прошу. Она что-то делает, как думает Следственный комитет, обманным путем. Она что-то вокруг садового товарищества «Горняк»… «Горняк» в Котельниках. Ты видела Котельники?

Э.ХАСАНШИНА: Нет.

С.ДОРЕНКО: Какие там горы? Котельники, товарищи, там терриконы мусора только могут быть. Терриконы мусора. Какие горы нахрен? Что вы, я не знаю. Земельный участок «Горняк».

Э.ХАСАНШИНА: Может быть, у них бывшие горняки в это товарищество вступали.

С.ДОРЕНКО: Горец. У них там садовое товарищество «Горец».

Э.ХАСАНШИНА: Думали, бессмертный, оказалось – нет.

С.ДОРЕНКО: Хорошо. Я про Следственный комитет, который меняет пол или наоборот, не меняет. Сын Бастрыкина. Это очень интересно. Глава Следственного комитета, как вы знаете, объявил, что нужно закрыть Instagram, потому что в Instagram сидят террористы. На самом деле Instagram хороший. Я хочу Бастрыкину сказать, товарищ Бастрыкин, Instagram хороший, там даже сиськи нельзя. Даже сиськи нельзя, письки тем более. Серьезно говорю. Либо надо там бабочку какую-то прилипить, как-то заклеить.

Э.ХАСАНШИНА: Либо закрасить, чтобы не было видно.

С.ДОРЕНКО: Либо закрасить сиськи-письки. Это хороший наоборот. И террористы там тоже, наверное, какие-то проверенные, я не знаю, в Instagram. Вы, наверное, перепутали с Telegram. Теперь думают, что он перепутал Instagram с Telegram. Но я не думаю.

Э.ХАСАНШИНА: Почему?

С.ДОРЕНКО: Потому что перепутать Instagram с Telegram может только кретин. Бастрыкин умный мужчина.

Э.ХАСАНШИНА: Или человек, который им не пользуется.

С.ДОРЕНКО: Что значит, не пользуется?

Э.ХАСАНШИНА: Вообще не пользуется ни Instagram, ни Telegram, ни килограммом.

С.ДОРЕНКО: Нет. Если ты не пользуешься машиной, это не значит, что ты не можешь отличить машину от телеги. Ты живешь в современном мире. Ты можешь машину, например, отличить от телеги, в свою очередь телегу отличить от трамвая. Можешь?

Э.ХАСАНШИНА: Я – да.

С.ДОРЕНКО: Таким образом, ты можешь Telegram отличить от Instagram тоже. Потому что в современном мире не отличить Instagram от Telegram – это все равно, что машину не отличить от телеги или от трамвая, это надо быть кретином. Значит, Бастрыкин не мог перепутать. Моя версия, Бастрыкин не мог перепутать. Он именно знает террористов, которые общаются в Instagram. Поди плохо, в Instagram тоже чат.

Э.ХАСАНШИНА: Бьюти-блогеры такие.

С.ДОРЕНКО: Да ничего не бьюти-блогеры. Пойди ко мне в Instagram, посмотри, чего мне пишут. Мне пишут со всей России, до нас доносятся стоны. Мне из России пишут, всякие съемки присылают и так далее. В Instagram полноценный чат, вот, что имел в виду Бастрыкин. Бастрыкин сказал, «Instagram надо закрыть», все такие «ха-ха-ха, старый идиот». Нет, он умный господин.

Э.ХАСАНШИНА: Вы думаете, Instagram под угрозой?

С.ДОРЕНКО: Конечно. Instagram – это и есть средоточие террористов. Они специально запретили сиськи и письки показывать, чтобы сделать благообразно. А на самом деле в чате фигачат секретные вещи. Кроме этого, ты же знаешь, ты слышала мою программу, ты знаешь, что современные шпионы, в том числе террористы, шифруют теперь в фотографиях свои сообщения. Посмотри, участок фотографии разделяется на пиксели, куда вставляется 101010 сообщение секретное. Ты получаешь фоточку, где какой-то мальчик улыбается, например. Тебя никто не подозревает, думает, что это хахель ейный, твой хахель. А на самом деле там у него в уголке глаза прошито, «Хасаншина, встань, возьми в правую руку гранату, вперед».

Э.ХАСАНШИНА: Беги.

С.ДОРЕНКО: Нет, не беги, взрывай. То есть там указание тайное. И Бастрыкин это знает, а вы его за дурака держите.

Э.ХАСАНШИНА: А я вайны смотрю в Instagram. Что же мне делать теперь?

С.ДОРЕНКО: Кого?

Э.ХАСАНШИНА: Вайны. Такие короткие видюшки, вайнеры, блогеры будущего. Они очень смешные, а я теперь начинаю опасаться.

С.ДОРЕНКО: Там могут быть сигналы. Бастрыкин знает, что говорит. Я вас очень прошу, не испытывайте, пожалуйста, я хочу к интернет продвинутой аудитории обратиться, не испытывайте чувство превосходства по отношению к Бастрыкину. Бастрыкин – это блистательный Версаль современности. Бастрыкин – это лучший из нас. И когда он говорит, закрыть Instagram, значит, закрыть к чертовой матери Instagram, а не спрашивать и не переспрашивать. В самой вашей попытке переспросить Бастрыкина, так Instagram или Telegram, в этой попытке глумления над высочайшими умами современности, глумления над современным Версалем русской власти, вы понимаете, в чем дело. А кто вам дал право? Кто вам дал основания? Тем более, он действительно обоснованно ненавидит Instagram. Я вам хочу сказать, почему. Я вам прочитаю.

Э.ХАСАНШИНА: Давайте.

С.ДОРЕНКО: Он же говорит прямо. Он говорит: «Я прихожу с работы не раньше 10 вечера. Не могу вырвать сына из интернета». То есть его сын 13 лет сидит в интернете в 10 вечера. Бастрыкин считает, что это неполезно. Конечно, неполезно, я абсолютно поддерживаю. Абсолютно поддерживаю Бастрыкина. Лучше бы он отжимался в этот момент, отжимался от пола, прямо в прихожей.

Э.ХАСАНШИНА: Никто не поддерживает, но все сидят.

С.ДОРЕНКО: Он знает, что папа придет, взял бы и стал отжиматься. Усыновите меня, Бастрыкин. Усыновите меня, возьмите в сыновья. Я знаю, в 10 вечера вы идете, я хитрый, я такой слышу, батя идет, Бастрыкин в смысле, папа Саша, я скажу так, в этот момент я приму стойку и начну отжиматься. Бастрыкин войдет, скажет, Сережа молодец, елочки же с палочками. Чего хочешь? Я скажу: «Майбах» или «Гелик» новый. Бастрыкин мне купит. Почему? Потому что я прилежный сын. А сын Бастрыкина, он головы не поднимает. Батя пришел, нет, чтобы отжиматься, он головы не поднимает, сидит в интернете. Это нормально?

Э.ХАСАНШИНА: Нет, это ненормально.

С.ДОРЕНКО: Это ненормально. Это неуважение к сановнику, к вельможе современного Версаля русской власти. Это неуважение. Усыновите меня, Бастрыкин. Он не захочет.

Э.ХАСАНШИНА: У меня было хуже. У меня без всяких просьб, «Майбаха» и прочего, у меня бабушка первый раз делает предупреждение, второй раз уже настойчиво «выключай компьютер», ночью…

С.ДОРЕНКО: Это когда твое было детство, то есть вчера.

Э.ХАСАНШИНА: Да нет, уже не детство, к сожалению.

С.ДОРЕНКО: И чего дальше?

Э.ХАСАНШИНА: А когда она в третий раз встает…

С.ДОРЕНКО: С топором. В третий раз бабушка приходит с топором, рубит рядом с руками.

Э.ХАСАНШИНА: Она не успевает дойти до меня, потому что я моментально вырубаю компьютер и сразу, «а я уже выключила, я уже иду».

С.ДОРЕНКО: Конечно. Потому что в правой руке у нее топор.

Э.ХАСАНШИНА: А потом еще можно под одеялом с телефоном.

С.ДОРЕНКО: Ха-ха-ха! Она кричит: «Что, тварюга! Руки поотрубаю!» Хасаншина видит, топор уже летит, такая, «руки поотрубаю», и она такая быстро раз, раз, раз, выдергивает штепселя.

Э.ХАСАНШИНА: На самом деле я ее перехитрила. Я ее тоже подсадила на интернет, она теперь читает всякие новости.

С.ДОРЕНКО: В «Одноклассниках», я думаю.

Э.ХАСАНШИНА: Да. Она комментирует в группах, которые ее банят, поэтому нам всем весело.

С.ДОРЕНКО: Не понял. Как бабушку банят? Она что, матом ругается?

Э.ХАСАНШИНА: Нет, она не матом ругается. Просто добрым и вежливым способом отстаивает свою позицию.

С.ДОРЕНКО: За что ее и банят.

Э.ХАСАНШИНА: Потому что все говорят, бабушкас, бабушкас, и банят.

С.ДОРЕНКО: За возраст презирают.

Э.ХАСАНШИНА: Конечно. Безусловно.

С.ДОРЕНКО: Подонки.

Э.ХАСАНШИНА: А должны бы прислушаться.

С.ДОРЕНКО: Да. Секундочку. «Плодим людей, которые зазря». Прекрасное блуждание по мысли здесь, конечно, у депутата, который рассказывает, как мы плодим людей. Это в интервью изданию «Уралинформбюро» высказал депутат городской Думы Екатеринбурга Николай Косырев. Послушайте. Цитата: «Мы говорим, что у нас высокие технологии, у нас всякие суперсовременные дела. Но часто эти суперсовременные дела ведут к показателям не очень хорошим. Вот мы создаем перинатальные центры, где, например, выхаживаем младенцев весом по 500 граммов. И потом, я считаю, часто мы плодим тех людей, которые не обладают потенциалом здоровья, они инвалиды, они больные». Дальше. «Я был недавно в нашем клиническом институте мозга и услышал, что там вытаскивают в большом количестве инсультников. И у нас область ежегодно пополняется на 10 тысяч инвалидов, которые могут годами находиться на иждивении государства. Они инвалиды первой, второй группы, они лежачие часто. Вот хорошо это или плохо? С точки зрения снижения смертности, это очень хорошо. С точки зрения нагрузки на государство, наверное, не очень хорошо»… Человек должен самостоятельно заниматься профилактикой, заботиться о своем здоровье. Сами ленимся делать…» «И вот эти все дела, скорость жизни могут привести к тому, что человек сразу может получить неправильное развитие еще в утробе матери». Человек ввиду невероятной занятости может в утробе матери получить неправильное развитие. «И здесь нужно совершенно точно, чтобы каждый человек думал о себе и заботился». В утробе матери. «Потому что появление на почве неврозов и психозов, оно дает потом негативные последствия для организма».

Э.ХАСАНШИНА: И он такой: мам, не кури, не нервничай.

С.ДОРЕНКО: «В общем говоря, страховая медицина должна поощрять человека, который ведет здоровый образ жизни. Не тогда, когда он пришел в больницу, на него перераспределили 400 или 500 рублей… Много людей с отклонениями. Это плохо для государства. Потому что государство берет на себя очень много функций не только по поддержанию пенсионеров, но и большое количество инвалидов, которые приходят. У нас часто вытаскивают человека с того света, и потом это очень высокая нагрузка и на семью, и на людей, и на родственников».

Э.ХАСАНШИНА: Обо всех подумал.

С.ДОРЕНКО: Короче, он хочет убивать инвалидов, я так понимаю.

Э.ХАСАНШИНА: Вот эта фраза очень похожа на какой-то внутренний диалог, внутри человека, который почему-то оказался снаружи, и он пытается вывернуться потом. Его же еще попросили прокомментировать эти слова. Он пытается вывернуться и говорит: нет, я не говорю, что государство не должно заботиться, конечно, должно.

С.ДОРЕНКО: Мне кажется, оказывать помощь надо, любую причем помощь, если человек способен 50 раз присесть.

Э.ХАСАНШИНА: А если у него инфаркт?

С.ДОРЕНКО: Неважно. Значит, не надо оказывать помощь. А зачем нам плодить инвалидов? Он правильно говорит. Он говорит, сплошные инвалиды от этого берутся.

Э.ХАСАНШИНА: Подождите. А как же Стивен Хокинг?

С.ДОРЕНКО: Этот товарищ Косырев Стивена Хокинга просто бы молотком бы по темечку. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро, Сергей. Я вспоминаю Берлин, первый раз попал в 93-м году. Там есть, забыл название клиники психиатрической, очень известная, она историческая, и там памятник всем сумасшедшим, которых Гитлер, понятно, отправил на Луну. Там потрясающий памятник, половина автобуса. Когда вы это видите, вот просто автобус, разрезанный пополам. Очень сильное впечатление производит.

С.ДОРЕНКО: Расскажите.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я думаю, не нов. Идеи-то уже все были, главное – все было воплощено, очень эффективно, четко и с немецкой дотошностью. Мне кажется, просто он родился не в то время.

С.ДОРЕНКО: Он говорит, в сущности, простую вещь. Многие люди же кивают, когда он говорит.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, конечно.

С.ДОРЕНКО: Он говорит простую вещь. Он говорит: «Люди есть полезные, а есть обуза». Мы мобилизовались, поскольку нас окружают враги, мы как система. Мы как система мобилизованы ввиду того, что мы во вражеском окружении. Если мы мобилизованы, то мы на походе. Тащить в обозе раненых удобно? Не очень. Затратно.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Конечно. Раненых бросить, естественно.

С.ДОРЕНКО: Значит, надо бросить. Потому что на походе, военном походе, таскать за собой раненых, инвалидов…

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Правильно. Нагрузка на бюджет.

С.ДОРЕНКО: Представьте себе, что мы едем на походе, военный поход. Многие русские люди на самом деле ввиду вражеского окружения, ввиду действительно жизни такой непростой, мобилизуются по военной схеме. Это психология военного времени. Психология. Военного времени может и нет, а психология есть. Эта мобилизация по военной схеме означает, что мы на походе, мы идем колонной, вся страна идет колонной, куда-то прорываться. Во главе колонны спортсмены-олимпийцы, Валуев, еще, они во главе колонны. Во главе колонны блистательные люди, которые все подтягиваются по 20 раз, прямым захватом, обратным захватом. А сзади едет какая-то колонна колясочников. Мы спрашиваем: ребят, а вы чего-то отстаете? Они говорят: да вот так… Может, мы вас уничтожим тогда? В этом же смысл. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Николай. Вы совершенно правы. Я даже хочу сказать, что медицина стала немножко такой фашистской. Даже я читал на кафедре судебной медицины в Первом мединституте, там очень много материалов и по царской семье, но даже в концентрационных лагерях к пленным, над которыми проводились эксперименты медицинские, там как-то очень ревностно к ним относились даже в связи с научными исследованиями, давали какие-то лекарства, лечили как-то усиленно, даже детей, у которых брали кровь. У нас говорят, медицина есть, медицинская помощь есть. Но как таковой ее сейчас нет.

С.ДОРЕНКО: Поясните, что значит нет?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы еще человек молодой. Я знаю, ваш папа лечился когда-то от инсульта. Она вроде бы есть и ее нет. Человек приходит в поликлинику…

С.ДОРЕНКО: Не от инсульта, у него травма головы была. Ну неважно.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И он не может попасть ни к одному из врачей: либо врачей нет, либо ему надо куда-то ехать, либо ему говорят, это у вас от этого, от этого, а лечить как следует не лечат. Это уже такая система была. Даже наш гарант, он один раз сказал такую глупость…

С.ДОРЕНКО: Не надо… Я вас выключу навсегда. Зачем вы? Не надо. Скажите, что это вы ошиблись.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Он сказал: человек должен в больнице находиться пять дней. Вот человеку сделали тяжелую полосную операцию, он с дренажами лежит, реанимация, резекцию какую-то сделали, и он должен в стационаре находиться пять дней. Как так может быть?

С.ДОРЕНКО: Я не знаю.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И я не знаю. Спасибо. Извините.

С.ДОРЕНКО: Я видел после операции в Испании, как люди гуляют по парку с капельницей в руках.

Э.ХАСАНШИНА: Смотря, какая операция.

С.ДОРЕНКО: Есть разные. Не знаю. Чем раньше встанешь, говорят, после операции, тем вроде лучше. Не знаю. Сейчас не об этом. Давайте вот о чем. «Плодим людей, которые не обладают потенциалом здоровья». Екатеринбургский депутат сказал, что спасение инвалидов не надо, спасение людей не надо, потому что они потом не умеют ни подтягиваться после спасения. Их спасешь, а они не подтягиваются и не отжимаются. Ну зачем этот мусор человеческий, говорит депутат. Ну по существу. Я пытаюсь говорить, как я понял господина. Я высказываю свое понимание речи господина Николая Косырева из Екатеринбурга. Я так понимаю, что Николай Косырев говорит: плодим мусор человеческий.

Э.ХАСАНШИНА: Потом еще платить надо, нагрузка на бюджет.

С.ДОРЕНКО: А они не отжимаются и не подтягиваются. Что с них проку? Я говорю о чем, я пытаюсь рассуждать. Николай Косырев рассуждает так, как будто страна вела войну, и мы бы двигались военной колонной. Когда мы движемся военной колонной, я как военачальник, например, сказал бы: скажите, пожалуйста, а почему за колонной бредут какие-то больные, что это за люди, объясните мне? Это наши больные, нам бы сказали, ну раненые, всякие люди. Ага. Я бы сказал: а что, нельзя их где-то оставить? Например, у меня нет тыла, я сам действую в тылу врага, все у меня враждебное окружение, все враги, Америка враг, все враги, неврагов нет, все враги. Я могу куда-то пристроить этих своих раненых? Нет. Тогда такой у меня вопрос. Скажите, а мы что, всегда их будем вот так таскать на себе? Они, может, 10 лет будут вот так, 10 лет будут над нами издеваться, никто из них за 10 лет ни разу не отожмется и ни разу не подтянется. Зачем это нужно, я спрошу как военачальник. Правильно?

Э.ХАСАНШИНА: Правильно.

С.ДОРЕНКО: Они же не умеют.

Э.ХАСАНШИНА: И неправильно.

С.ДОРЕНКО: И они же не умирают. Так бы мы надеялись, что они недельку где-то покемарят, потом умрут. Нет, они не умирают, 10 лет не умирают и так далее. И тогда я бы как военачальник сказал: слушайте, а давайте где-то придумаем, может, мы их куда-то это самое…

Э.ХАСАНШИНА: Слушатель нам справедливо заметил, что человек превратился в калькулятор.

С.ДОРЕНКО: Ну да.

Э.ХАСАНШИНА: Не хочется быть калькулятором.

С.ДОРЕНКО: Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. У меня жена работает с такими детьми, вот его вытаскивают с 500 грамм, он потом приходит в школу… В школе она у меня работает. Слюни текут, ничего не соображает…

С.ДОРЕНКО: Вот видите, вы подтверждаете. Спасибо вам огромное. Мы переходим к новостям.

 

Новости

 

С.ДОРЕНКО: У меня про британку очень интересное сообщение есть. Это такая жизненная тема, которой мне хотелось вас удивить. Потому что я удивился, когда прочитал это. Британка решила сохранить брак с мужем военным, который пытался убить ее с помощью неисправного парашюта. В Великобритании Винчестерский королевский суд вынес обвинительный вердикт 38-летнему сержанту вооруженных сил Эмилю… Неважно, Эмиль и Эмиль, давайте фамилию не запоминать. Его зовут Эмиль, ему 38 лет, он сержант, который признан виновным в попытке убить супругу. Он подсунул жене неисправные парашюты перед прыжком с большой высоты. Она выжила. Ей 42 года, ему 38. Она работала физиотерапевтом в армии, сказала, что любит его и не разведется. Уже все подтверждено, убийство, попытка убийства.

Э.ХАСАНШИНА: Мне кажется, она будет мстить ему до конца жизни.

С.ДОРЕНКО: Нет, ты зря.

Э.ХАСАНШИНА: Она такая: я испытаю тебя браком.

С.ДОРЕНКО: Нет, ты зря. Ты не понимаешь, что такое любовь женская.

Э.ХАСАНШИНА: Смотрите, он хотел от нее избавиться. Правильно?

С.ДОРЕНКО: Да, конечно.

Э.ХАСАНШИНА: Значит, она для него была самым тяжелым и неприятным моментом в жизни, брак с ней, соответственно. А она типа его будет наказывать все оставшееся время.

С.ДОРЕНКО: Нет. Она его любит, просто тупо любит и все.

Э.ХАСАНШИНА: Она такой: да я уже в тюрьме сижу, не приходи ты, а она, нет, я приду.

С.ДОРЕНКО: Ты в женщинах не разбираешься. Ты вообще смотришь мультики. Она смотрит мультики дома. Она приезжает домой и смотрит мультики. Какие мультики, мы не знаем.

Э.ХАСАНШИНА: Разные. Я всю анимацию люблю. Сейчас, например, у меня классика японская идет, боевая анимация.

С.ДОРЕНКО: Ой. Хорошо. Теперь послушай меня. Этот человек Эмиль, 38 лет, он помешан на сексе. Она говорит, сама баба его. Что он делал? Он во время брака, несмотря на нее… У нее с ним тоже были отношения, в том числе сексуальные. Но, кроме этого, он постоянно нанимал проституток, также он ходил на вечеринки свингеров, насколько я понимаю, с наемной партнершей. На вечеринке свингеров мужчин больше, чем женщин, приглашают редко. Только в случае, если это «гэнк бэнк» вечеринка. Обычно надо тащить с собой партнершу. Он нанимал партнерш. Он постоянно вертелся на вечеринке свингеров.

Э.ХАСАНШИНА: Это тот редкий случай, когда девушкам не приходиться искать себе партнера. Знаете как, на танцы идешь, как я пойду, у меня нет партнера, с кем я буду танцевать. А тут обратная ситуация.

С.ДОРЕНКО: Я вижу мечтательные глаза.

Э.ХАСАНШИНА: Я не знаю, с кем мне пойти.

С.ДОРЕНКО: Сходи в МДК. Я вижу мечтательные глаза Хасаншиной. Хасаншина, будь осторожна в этих темах.

Э.ХАСАНШИНА: Люди просто очень забавные.

С.ДОРЕНКО: Будь осторожна в этих темах. У нас есть подобные заведения, в МДК, например.

Э.ХАСАНШИНА: Московский дом культуры?

С.ДОРЕНКО: Нет, МДМ. Где это? Посмотри.

Э.ХАСАНШИНА: МДМ, ЖМЖ.

С.ДОРЕНКО: Посмотри. В Хамовниках народ собирается, еще где-то, еще-то, неважно. Слушай меня. Я не разбираюсь в этом, серьезно, не разбираюсь, поверхностно как журналист разбираюсь, но серьезно не разбираюсь.

Э.ХАСАНШИНА: Дворец молодежи, нам говорят.

С.ДОРЕНКО: Дворец молодежи. Московский дворец молодежи, ЦДМ. ЦДМ?

Э.ХАСАНШИНА: Давайте просто его называть дворец молодежи.

С.ДОРЕНКО: Дворец молодежи. Я же сказал, это в Хамовниках. Правильно, Нильс? Это в Хамовниках. Там есть свингерские клубы или один клуб, не знаю.

Э.ХАСАНШИНА: Рассказывайте дальше.

С.ДОРЕНКО: И Хасаншина туда намерена зайти из журналистского интереса, как сейчас стало понятно. Да, вы же слышали? Да? Он ходил. Он постоянно изменял жене с проститутками, также участвовал в вечеринках свингеров, также спал с бывшей женой своей. То есть у него еще была бывшая, он с бывшей тоже спал. А та бывшая говорит, что он ее обманывал с еще предыдущей, потому что у него была Николин, потом Карли, а теперь нынешняя. Три жены у него было, и он с каждой из бывших тоже спал, а также нанимал проституток, а также ходил на свингерские вечеринки. Потом он решил убить Вики, нынешнюю. После того, как у него был роман со Стефани из Австрии. У него был роман, а Вики была беременна и, значит, склочна. Беременные женщины склочны, у них прогестерон, и, конечно, их хочется убить. Так думал этот чувак, Эмиль. И тогда он решил ее убить. Как? Он решил испортить оба ее парашюта.

Э.ХАСАНШИНА: А что, она беременная прыгает с парашютом?

С.ДОРЕНКО: Я не знаю, так написано. Вики была опытным парашютистом… Нет, она была беременна, и в этот момент он задумал ее убить, потому что у нее сделался скверный характер, как у всех беременных. А потом она родила и стала снова прыгать. Во время очередного прыжка он сделал так, что и основной, и запасной парашюты оба не раскрылись. Она упала с 1200 метров. Оба парашюта не раскрылись. У нее были переломы ребер, ключицы, таза и позвоночника, однако она выжила. Почему? Потому что она профессионал, она постоянно прыгала и, кроме этого, у нее менее 40 килограммов вес, она анорексичка. Менее 40 килограммов вес.

Э.ХАСАНШИНА: Есть же в этом плюсы, да.

С.ДОРЕНКО: Кроме того, она приземлилась во свежевспаханную почву. Только что вспахали почву, она пришла в рыхлую почву, сама она меньше 40 килограммов.

Э.ХАСАНШИНА: Прямо все сложилось.

С.ДОРЕНКО: Она осталась жива. Она провела три недели в больнице и все на свете. Нераскрытие обоих парашютов сразу редчайший случай, который происходит один раз в 30 лет, по статистике. Эксперты стали думать, почему два парашюта не раскрылись, и стали исследовать. Они увидели, что запасной парашют был поврежден, из него были вытащены важные детали, а стропы основного парашюта были перепутаны таким образом, что он не мог выйти. Поэтому Вики была обречена на смерть. Подозрения пали на мужа пострадавшей. Оказалось, что перед тем, как перепутать ей стропы парашюта и испортить запасной, он открывал газ в доме. Когда ушел, открыл газ. Она, видимо, спала, и он надеялся, что взорвется или она задохнется от газа и умрет. То есть он уже пытался ее убить. А потом, когда увидел, что не получилось, сделал вот этот трюк с парашютами. И все-таки ее на суде спросили, эту Вики: почему вы хотите с ним остаться, почему вы не хотите развестись? Она сказала: я страстно люблю его, он альфа-самец, а он страстен и напорист. Страстен и напорист. Вот! Вики лучшая из женщин. Я тебе объясню, почему.

Э.ХАСАНШИНА: У нее просто нет инстинкта самосохранения.

С.ДОРЕНКО: Нет. Вики лучшая из женщин. Женщина современности, я позволю себе краткий экскурс, женщина современности потеряла главные инстинкты – это инстинкты поиска альфа-самца. Женщина древности искала альфа-самца, потому что альфа-самцы были надежными. Женщина ищет надежность, она ищет надежность в сильном мужчине. Женщина современности потеряла этот инстинкт и ищет метросексуала и, в общем, мужчину-подружку. Мужчину-подружку, которая провожает ее в женский туалет. Какую-то такую никакую, никакую мужчину ищет женщина современности, никакущую мужчину, от которой, мужчины, ни пользы, ни вреда, но и опасность не исходит от такой мужчины. Женщина древности искала сильного мужчину, сильного защитника, способного состязаться с другими мужчинами. Но он, конечно, и ее подавлял. Он подавлял. Но она понимала, что это часть ее защиты, собственно, подавление есть часть ее защиты. В ее смирении есть ключ к ее успешности, вот за мужем, за этим мужем. Женщина современности не хочет никакой защиты от мужа, в сущности. Она хочет мужчина, которая подружка. Вот эта Вики, о которой мы говорим, она как будто выкована из каких-то дамасских сталей, из каких-то сабель древности, как будто бы где-то из мечей крестоносцев, из сабель сарацинов. Из всего этого блистательного материала выковали эту потрясающую женщину. Она проникнута духом древности.

Э.ХАСАНШИНА: С отчаянной тягой к мазохизму, да.

С.ДОРЕНКО: Какой мазохизм?

Э.ХАСАНШИНА: Так мы называем в современности то, что вы описали из древности.

С.ДОРЕНКО: Он напорист. Она сказала: он напорист. Вот главное качество мужчины, с ее точки зрения. Он напорист. Ее никто не понимает ни в Великобритании, ни в России. Потому что современная женщина ищет не напористого, наоборот, покладистого тюфяка, какого-нибудь скрипача очкастого, который будет тихо сидеть, чего-то пиликать на скрипочке либо сделается подружкой, который будет говорить: ай, какая ты сегодня, тебе не подрезать волосы? Или еще что-нибудь. То есть это подружка. И хрен поймешь, куда вы катитесь. Это кошмар. Не говори мне ничего, потому что каждое твое слово будет использовано против себя в доме молодежи тебе в обвинение, когда ты туда пойдешь.

Мисс Татарстан. Вы знаете, что ее сбили с ног, валили и всяко так. Но она сейчас обижается. И зря.

Э.ХАСАНШИНА: Почему?

С.ДОРЕНКО: Она была в таком месте, где не положено. Мисс Татарстан-2006… Это давно, она 12 лет назад была мисс Татарстан. Стало быть, ей уже за 30, она уже и не мисс никакая. Она обвинила казанских полицейских в нападении. Она прогуливалась с мамой рядом с домом. Трое мужчин в штатском набросились на них (вместе с мамой) со спины, двое из них схватили ее за руки, выхватывая телефон и сумку, а третий удерживал мать. Видишь, какие полицейские в Татарстане молодцы. Молодцы.

Э.ХАСАНШИНА: Да, организованно работают.

С.ДОРЕНКО: Нет, в том смысле, что на молодую набросились двое, а на более зрелую женщину набросился всего один полицейский. Вот я бы тоже так, если бы я руководил операцией, я бы сказал, да, братцы, вот так надо делать. Все правильно они сделали. «В Казани это нормально. Хорошо, что ее в ОВД «Дальнее» не пытали», - говорит Валерий. На видео с места происшествия видно, что Буянцева сидит на коленях на тротуаре. Сидит на коленях на тротуаре? Стоит на коленях на тротуаре. Ты сидишь на коленях или стоишь?

Э.ХАСАНШИНА: На самом деле то, что я видела, она сидела на коленях согнутой.

С.ДОРЕНКО: Она сидит на коленях. Все правильно. Очень хорошо. Она сидит на коленях. Теперь я представил. Это очень красивая поза. Двое мужчин держат ее за руки. Они что, лежат?

Э.ХАСАНШИНА: Нет, они пригнулись чуть-чуть к ней.

С.ДОРЕНКО: Если она сидит на коленях… Я пытаюсь это визуализировать. Она сидит на коленях на тротуаре. То есть ее попа как бы на ее ногах лежит. А двое мужчин держат ее сзади за руки. То есть они лежат? Лежа или сидя? Или как?

Э.ХАСАНШИНА: Нет, они просто стоят рядом.

С.ДОРЕНКО: После вопросов прохожих один из них показывает удостоверение, что они правильно лежат около нее. Он говорит: мы правильно лежим. Она подозревается, прямо это слышно, в хранении запрещенных веществ. По словам Буянцевой, в итоге ее отвезли в отделение для досмотра. По дороге ей пояснили, что ее подозревают в закладке наркотиков. Запрещенных веществ у нее не нашли. «Пока я была в отделе, туда привели еще одну молодую девушку, задержанную за закладки. И было мне сказано: вот видишь, такая же молодая и красивая, а мы у нее наркоту нашли. И у тебя найдем», - рассказала она. Найдем. То есть на ней нет, уже ее обыскали. Внимание, уже нет, ни в одежде нет, ни в вещах нет, нигде нет.

Э.ХАСАНШИНА: Но кого это останавливало?

С.ДОРЕНКО: Секундочку. Но они говорят: но мы все равно найдем.

Э.ХАСАНШИНА: Конечно.

С.ДОРЕНКО: Значит, речь шла о внутриполостных сокрытиях, они должны были посмотреть полости. О-ля-ля. Ну да. Они ее обыскали и не нашли, после чего сказали, все равно найдем. Значит, они должны были обыскивать полости. О-ля-ля. После освобождения Виктория Буянцева зафиксировала в травмпункте растяжение связок рук и ссадины. В СК начали проверку по ее заявлению. Из Казани. Сейчас они пытаются закрыть Instagram, поэтому извините, никак не получится. В МВД заявили, что проводят внутреннюю проверку.

Давай встанем на место полицейских. Мы с тобой должны предотвратить закладку наркотиков. Была публикация на прошлой неделе, что одна девчонка, где-то в регионе тоже России, сейчас не припомню, в каком, заложила за сутки, то есть она шла и закладывала, или 90, или 190, простите меня за небрежность к цифрам, закладок. То есть она шла и лупила просто подряд: раз, два, три, четыре.

Э.ХАСАНШИНА: Да, такие новости в последнее время очень часто идут. Именно молодые, даже школьницы или студентки первого, второго курса, с очень детскими лицами.

С.ДОРЕНКО: Девочка разнесла 90 или 190, абсолютно с детским лицом, закладок. А потом через «Даркнет» все это раскидывается. Ты понимаешь?

Э.ХАСАНШИНА: Слушайте, кто-то предложил молодежи заработок, хороший заработок. А вы боретесь с ними тем, что вы их ловите. Их конкретно, этих мелких, которые это делают.

С.ДОРЕНКО: Да, потому что сатана всегда рядом и сатана всегда предлагает большие деньги. Но вы, как честные христиане, не должны соглашаться. Точка. Это я, язычник, говорю вам. Я говорю вот о чем. Наша с тобой задача – предотвратить. И мы с тобой делаем наблюдение, что обычно негодяи, плохие люди, избирают для того, чтобы делать закладки, тех людей, которых меньше всего в этом заподозришь. Они же не выбирают зловещего вида какого-нибудь…

Э.ХАСАНШИНА: Дяденьку с косой, в черном капюшоне.

С.ДОРЕНКО: Да. И чтобы у него смерть нарисована была и лист марихуаны нарисован на спине такой огромный, канабис. Вот этого мы не выбираем. Мы говорим, это нормальный, приличный человек. Мы выбираем с тобой, как если бы мы негодяи, мы выбираем кого-то невинного, какой-то инженю. А теперь, когда мы полицейские, мы с тобой знаем, что негодяи выбирают таких. Мы это знаем. Следовательно, таких и надо ловить. Больше того, если у хороших, которых мы поймали, мы не нашли никаких закладок, то надо искать внутриполостные сокрытия. Вот она, служба в полиции, товарищи. До чего же тяжело служить в полиции. Ну правда. Все звонят мне. Все звонят, хотят рассказать про свои закладки. Товарищи, расскажите, пожалуйста, вы знаете. Я не знаю. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Иван. Недавно на «Пикабу» видел, кто-то выложил статейку, в одном из городов Урала прямо посреди города, в центре, стоит здоровый биллборд, агентство какой-то непонятной деятельности, красиво все расписано, шрифт красивый, работа высокооплачиваемая. Пишут мессенджер. Связываются по телефону, который указан. И там прямо как бы говорят, открыто… То есть ты пишешь свой возраст, какие-то еще данные. И они говорят: вот вакансия «курьер по закладкам аромосмесей и курительной смеси».

С.ДОРЕНКО: Поразительно.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Пишут, зарплата 50-60 тысяч рублей, школьники, студенты первых курсов. Для них это очень заманчивое дело.

С.ДОРЕНКО: В провинции тем более. Представьте себе, что там все это… Да.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Конечно. Есть опыт… «да я как бы на этом работал, все нормально, безопасно, полиция ничего в этом не соображает, на всех глаз не хватит» и так далее. Для них это большим аргументом является, они идут. Много молодежи идет в это. Это большая беда.

С.ДОРЕНКО: Да. Но бороться с этим можно несколькими способами. Давайте их перечислим. Существует несколько способов. Во-первых, с этим можно бороться, саму деятельность эту прервать. У нас есть явление с тобой. Мы же умные дети с тобой тоже. Первое явление. Мы должны ограничить деятельность наркоторговцев. И наказывать их – сажать в тюрьму, ограничительные меры. Второе. Отвлечь юношество, как ты справедливо сказала, вот им дают 50-60 тысяч в месяц, этим студентам и школьникам, за то, что они разносят эти закладки. Это может быть в каких-то регионах весьма хорошим приработком.

Э.ХАСАНШИНА: Конечно. Повариха в кафе 8 тысяч, а тут ее ребенок начинает зарабатывать 50.

С.ДОРЕНКО: Да. Вот это в некоторых регионах значительный приработок. Мы можем сделать несколько вещей. Мы можем сделать так, чтобы молодежь была вовлечена в какие-то иные проекты. В иные проекты, где бы они зарабатывали схожие деньги. Отвлечь молодежь, отвлечь интересом, может быть, спортивным интересом и так далее, с примесью секса. Или третье – дать заработок молодежи в иной сфере. И сделать так, чтобы и потребителя отвлечь. Отвлечь тех, кто распространяет, и отвлечь потребителя. Потребитель зачем-то это покупает. Зачем потребитель это покупает? Вопрос. Давай скажем с тобой: если мы будем продавать толченое стекло, которое предложим потребителю съедать, люди будут это делать?

Э.ХАСАНШИНА: Нет.

С.ДОРЕНКО: Нет, не будут. То есть, если я в желатиновых капсулах буду продавать толченое стекло, люди будут его покупать? Ответ – нет. Если я буду продавать песок в капсулах, ну чтобы глотать, люди будут это покупать? Ответ – нет. А это что-то они покупают. Почему?

Э.ХАСАНШИНА: Потому что нравится им это.

С.ДОРЕНКО: Им нравится измененное состояние сознания. Им нравится измененное состояние сознания. Я правильно понял?

Э.ХАСАНШИНА: Да.

С.ДОРЕНКО: Почему?

Э.ХАСАНШИНА: Я предполагаю, вы намекаете на эскапизм.

С.ДОРЕНКО: Это эскапизм. Это эскапизм. Здрасьте, Денис.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. У меня дочь на дежурствах когда бывает, там, в принципе, на каждом дежурстве этих закладок…

С.ДОРЕНКО: Самара.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да. Они этих закладчиков видят уже, у них нюх на это. Прежде, чем брать закладчика, они созваниваются с наркоконтролем и говорят: находимся там-то, там-то, нужно брать? Наркоконтроль говорит: этого не трогайте, мы ждем, когда выйдет на поставщика. Там сложно все. А закладчиков они видят. Их видно. Это же не разведчик Абель. Их видно сразу. Сами же представляете, это не профессиональные разведчики, они идут, оглядываются.

С.ДОРЕНКО: Денис, вы будете в Самаре на День России?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: В Самаре на День России, наверное, буду.

С.ДОРЕНКО: Хорошее местечко. Я выписал ваш телефон.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А вы будете в Самаре? А чего вы там потеряли?

С.ДОРЕНКО: Вот слушайте, чего я потерял. Я поеду, вероятнее всего, я сейчас планирую поездку, Саваслейка (Нижегородская область), Кулебякино, Авашино, Муром, Выкса, вот так. А потом, я думаю, если я успею пробить разрешение заехать в Саров, где нас вещают, но если я успею пробить разрешение. А потом нелегкая сила, думал я метнуться… Я беру просто на тест, вероятно, мотоцикл, думал я метнуться в Самару.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Буду в Самаре, если ничего не изменится. Кто загадывать может?

С.ДОРЕНКО: А я выписал ваш телефон.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: День России, это же...

С.ДОРЕНКО: Где-то в июне, но никто не знает, когда.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, давайте.

С.ДОРЕНКО: Его объявляют произвольно, каждый раз внезапно. И в этот раз тоже внезапно объявят День России.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы долго в Самаре собираетесь быть?

С.ДОРЕНКО: Я думаю прибыть, может быть, девятого, десятого, где-то так.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А находиться там недолго, да?

С.ДОРЕНКО: Да что там делать у вас, господи. А, может, вы мне расскажете, и я стану часто наведываться.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: В бункер Сталина сходить можно.

С.ДОРЕНКО: Ладно. Счастливо. До встречи. Созвонимся. Я выписал его телефон. Я намерен поехать в Самару. Сейчас объясню. Я намерен поехать в Саваслейку, это место, где я пошел в первый класс. Это 350 километров отсюда. Я намерен заехать в Саров, если я успею пробить разрешение, потому что там атомная промышленность, хрен пойми чего, и там надо за три недели, я форсировано пытаюсь. И, может быть, переночевать в Сарове. Мне кажется, спать на ядерном реакторе всегда легче, как-то спится хорошо. Потом я намерен посетить Самару.

Э.ХАСАНШИНА: Слушатель предлагает провести встречу со слушателями в Самаре.

С.ДОРЕНКО: А я готов.

Э.ХАСАНШИНА: Я тоже хочу.

С.ДОРЕНКО: Я готов. Чего? Я готов. Я, наверное, возьму «Тайгер 800 Триумф», я уже договорился. То есть вариантов два: либо я пойду на «Бонневилле» на своем, «Бонневилль Т-120», но тогда мне придется стекло поставить, и я типа буду не очень модный и крутой. Потому что «Бонневиллю» не идет стекло. Но мне бы пошло на трассе, тем более ранним утром.

Э.ХАСАНШИНА: Главное – это удобство. Дорога длинная и не очень хорошая.

С.ДОРЕНКО: Либо я пойду на своем «Боне» до Самары и назад. Вариантов сколько? Я либо беру «Тайгер Триумф 800», новый, у того есть стекло и все такое, и пойду в Самару, либо я пойду на своем «Бонневилле», и вариант возврата тоже такой, очень смешной, либо его назад повезет в «Каравелле» мой садовник. За мной будет следовать садовник, я не могу без садовника. За мной будет следовать садовник с автобусом «Каравелла». Назад, вероятно, в Самаре, мы загоним мотоцикл внутрь «Каравеллы», а я сяду в самолет, а садовник в «Каравеллу» и он погонит мотоцикл назад. Вот так мы ведем себя неспортивно. Мы ведем себя неспортивно. Мы пойдем и проживем его, этот вторник, 29 мая.