• Интервью матери неизлечимо больного ребёнка, которую обвиняют в незаконной продаже наркотических средств

    15:00 Июль 5, 2018

    В гостях

    Екатерина Коннова

    мать неизлечимо больного ребёнка, задержанная за попытку продажи диазепама

    КОРРЕСПОНДЕНТ: Здравствуйте, Екатерина. Меня зовут Сергей. Вас беспокоит радиостанция «Говорит Москва». Вы, очевидно, догадываетесь, что мы вашей историей занимаемся вместе с прочими медиа. Если позволите, можно вам несколько вопросов? Нас главным образом сейчас интересует, работаете ли вы с адвокатом по имени Юрий Манукян. 

    Е. КОННОВА: Да, конечно. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: Просто от вашего имени дают комментарии. Это действительно ваш адвокат? 

    Е. КОННОВА: Да. Все верно. Это мой адвокат, который даёт комментарии. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: А этого адвоката вам порекомендовала какая-то правозащитная организация, или это назначение? 

    Е. КОННОВА: Это человек, который откликнулся и сказал, что он готов мне помочь. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: Понятно. То есть он сам на вас вышел? 

    Е. КОННОВА: Мы поневоле были знакомы практически около года. У него тоже есть у дочери заболевание. Она сильный аллергик. То есть у Арсения тоже есть это заболевание. И мы как-то познакомились. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: А вы могли бы сейчас описать, в какой стадии находится эта ваша история? Кто к ней подключился? Мы связывались с детским омбудсменом, с уполномоченной по правам человека. Они с вами на связь выходили? Говорят, прокуратура тоже отдельно подключилась. Оттуда с вами кто-то связывался? 

    Е. КОННОВА: Вы знаете, я всех перенаправляю к Юре, потому что я до сих пор в шоковом состоянии, принимаю успокоительные таблетки, в связи с тем, что я не понимаю, что происходит. И адекватных ответов я просто не могу предоставить, за исключением того, что просто рассказать, почему я покупала, для чего я покупала. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: Понимаю. Извините, что в такой ситуации беспокою вас. 

    Е. КОННОВА: Я наоборот благодарна, что вы откликнулись, потому что только благодаря вам я смогу доказать, что я невиновна и что я не заслуживаю такого наказания. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: Если тогда не по той ситуации, которая уже сейчас разворачивается, не по этим моментам, а в момент задержания, этой операции полицейских, они как представлялись, когда на эту закупку напрашивались? Вы когда с ними списывались, они сказали, что они кто? Тоже родители ребенка, которому необходимо лекарство? 

    Е. КОННОВА: Мне написал молодой человек, что ему нужно купить это лекарство. Мы с ним созвонились. Я спросила, чем болен его ребенок, на что он ответил, что он покупает это лекарство не для себя, а по просьбе знакомых. Поэтому на такие вопросы он ответить не может. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: То есть он вообще никакого ребенка не упоминал? Якобы для каких-то знакомых. 

    Е. КОННОВА: Да. Я в первый раз производила продажу каких-либо лекарств. Я не обращала на всё это внимание. Я всегда покупаю лекарства, приобретаю что-то. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: У вас потом обыски проходили? 

    Е. КОННОВА: Не было у нас никакого обыска. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: То есть в момент задержания вас потом просто доставили в отделение, составляли протоколы и избирали в судебном порядке меру пресечения? Подписка о невыезде. 

    Е. КОННОВА: У меня была подписка о невыезде, да. И всё. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: А все те, кто к этой истории сейчас подключился, вам конкретно сейчас какую-то помощь оказывают? Может быть, сиделок предлагают. Потому что мы понимаем… 

    Е. КОННОВА: У меня есть сиделка, да. То есть она у меня и была. Но она была просто почасовая. Об этом есть на четвёртом канале выпуск. То есть фонд «Милосердие» собирал на сиделку. То есть она у меня есть. Но она была не круглосуточная, а в связи с последними обстоятельствами она с нами теперь живёт. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: Она сама вызвалась, или это всё-таки тоже оплачиваемая история? Извините, что интересуюсь. 

    Е. КОННОВА: Это оплачиваемая история. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: Но сейчас это уже отчасти средства, собранные на фоне этой общей драмы? 

    Е. КОННОВА: Благотворительный фонд «Милосердие» - это патронажная служба. Она принадлежит храму. Я являюсь прихожанкой Свято-Дмитриевского храма при Первой градской больнице. И владыка, мой духовник, поддерживает и как раз нам помог. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: Понятно. А ваш старший сын сейчас пребывает у бабушки? 

    Е. КОННОВА: Сейчас уже не у бабушки. Он сейчас уже в лагерь уехал на Селигер. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: Я просто к тому, что в Москву, раз такое происходит, вы его не привозили. Просто чтобы он как-то на глазах рядом был. 

    Е. КОННОВА: Старший ребёнок у меня приезжал. Старший сын меня поддерживает. Он всегда меня поддерживает. Потому что он очень любит своего брата. И он знает о том, что сейчас происходит, и что на маму завели уголовное дело. Потому что, когда была пересменка, я же должна была сына собрать в лагерь. О том, что происходит, мой ребёнок знает. Ему 15 лет. Мне кажется, он обязан это знать. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: То есть он на пересменку приезжал сейчас, когда уже дело было, да? 

    Е. КОННОВА: Да, он приезжал на пересменку. 27 числа ему было 15 лет. Мы отмечали день рождения. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: А обеспечение теми лекарствами, которые необходимы сейчас, у вас всё в полном объёме? Вы ни в чём сверх того, что сейчас есть, так остро не нуждаетесь? Всё более-менее есть? Если по медикаментам. 

    Е. КОННОВА: По медикаментам мы под опекой «Дома с маяком». Это фонд, который нас обеспечивает полностью. Это памперсы, пеленки. Всё, что можно, всё, что нельзя, у нас есть. А медикаменты – вы имеете в виду какие? Жизненно важные? Они тоже нам покупают. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: Я даже не то что прошу перечислить что-то. Я просто пытаюсь понять, что нет такого запроса, чтоб мы кинули клич «давайте срочно добудем такие-то, такие-то лекарства». Речь даже не о деньгах, а именно о лекарствах. То есть доступ ко всему есть? 

    Е. КОННОВА: Доступ? Будем говорить, что да. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: Понятно. Последний вопрос. Я понимаю, что всё только разворачивается, что Юрий там работает. Мы вместе со всеми надеемся, что конкретно ваше дело разрешится благополучно. Вы на перспективу планируете предъявлять претензии правоохранителям из-за того, что вот так это случилось? 

    Е. КОННОВА: Я бы хотела их предъявить. То есть правильно сформулировать то, что я хочу предъявить, может только Юра. Потому что я могу только плакаться о том, что мы, мамы, постоянно страдаем, что паллиативные дети не нужны никому, ни в каком медицинском центре. И мы сами ищем, как помочь, облегчить все эти мучительные боли. И мы сидим на форумах. То есть мы сами становимся врачами для своих детей. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: Ну, да. Ясно, Екатерина. Извините, что в такой момент вас отвлекли. Я думаю, нам это всем на пользу пойдёт. 

    Е. КОННОВА: Я наоборот очень благодарна. Это вам огромное спасибо, что вы уделили мне время и дозвонились. Я надеюсь, что это на самом деле не только на мою пользу пойдёт. Я знаю, что таких мам много. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: Не переживайте. Там уже подключились все, кто только может. Все возможные омбудсмены – по делам детей, по правам человека. Я думаю, в ближайшее время всё это будет иметь эффект. Спасибо ещё раз, что поговорили с нами. 

    Е. КОННОВА: Спасибо вам огромное. Всего доброго. До свидания. 

    КОРРЕСПОНДЕНТ: До свидания. 

    Версия для печати

Видеоблог Сергея Доренко

Связь с эфиром


Сообщение отправлено
Система Orphus