С. ДОРЕНКО: 8 часов 39 минут, среда, 8 августа. Здравствуй великий город, здравствуйте все - это радио «Говорит Москва». «Говорит Москва». Анастасия Оношко - ведущая этой программы.

А. ОНОШКО: И Сергей Доренко, доброе утро.

С. ДОРЕНКО: Настасья, Настасья, у меня вчера был глас с небес.

А. ОНОШКО: Да?

С. ДОРЕНКО: Что? Ты кажется растерянной, ты знаешь, что у меня бывает глас с небес.

А. ОНОШКО: Нет.

С. ДОРЕНКО: Мне вчера разверзлись очи, глас с небес сказал «восстань пророк и виждь, и внемли», не про это было, значит, значит Господь - это было бесполое существо, никакого дедушки, ничего, это бесполое существо, рекшее невербальным образом. Оно проникло прямо мне в мозг. И оно сказало «оставь свой Boneville идиот и не покупай никакого Tiger, не меняй свой Boneville». Я вчера бегал по всему городу, крича: ура, ура - жена свидетель. Это было главное судьбоносное решение, судьбоносное. Я сегодня встал, сел на него и поехал два круга по Садовому кольцу тихонечко, парадным шагом, понимаешь, вздергивая вверх ножки, знаешь бывают парадные лошади. На  Boneville тра-та-та цок-цок-цок. Я проехал два круга по этому самому, по Садовому, чтобы показать этому городу, этому унылому, не заслуживающему этого городу показать свой Boneville блистательный. Собственно этот город имеет право на существование только благодаря тому, что здесь есть мой Boneville, иначе его Господь стер бы с земли, правда. Ты понимаешь это или нет?

А. ОНОШКО: А где он сейчас?

С. ДОРЕНКО: Boneville?

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: Здесь у крыльца.

А. ОНОШКО: Да?

С. ДОРЕНКО: Ну конечно.

А. ОНОШКО: А вы накрываете его чехлом?  

С. ДОРЕНКО: Я накрываю его чехлом, чтобы и знаешь, для чего?

А. ОНОШКО: Чтобы не ослепли прохожие.

С.ДОРЕНКО: Абсолютно верно, чтобы не испохабили взглядами своими сальными, чтобы не лапали глазами. Я накрываю его чехлом, чтобы не лапали, не испаскудили взглядами. Вот как я делаю. Человеческий эмбрион нашли в туалете, можешь объяснить, как это бывает у вас, у теток? Нет мне правда, как это бывает у нас, у эмбрионов, я понимаю.

А. ОНОШКО: Как это бывает у нас, у уборщиков самолета. Вы представляете, он заметил - это значит, что это был такой эмбрион, который можно было заметить.

С. ДОРЕНКО: Человеческими частями тела, человеческий эмбрион, сейчас тебе объясню, человеческий эмбрион, значит, он был что-нибудь говорил, булькал языком. Знаешь, я вспоминаю последний эмбрион, который у меня все время встает перед глазами - это «Вспомнить всё» - был такой фильм в древности. Там был такой фильм «Вспомнить всё» и там один чувак раскрывал грудь, распахивал и оттуда вылезал эмбрион и что-то курлыкал такое умное и так сказать, он руководил сопротивлением мутантов, не помнишь это?

А. ОНОШКО: Это разве не «Чужие»?

С. ДОРЕНКО: Нет - это «Вспомнить всё», когда в ноздре шарик доставали и всякая такая - это Шварц там играл. Ну может быть, я не знаю точно.

А. ОНОШКО: Шварценеггер? А я думала.

С. ДОРЕНКО: Да, Шварценеггер. Почему ты такая дезактуализированная, объясни мне, Настя.

А. ОНОШКО: Я наоборот, я настолько актуальна, что я не помню всех этих фамилий, на самом деле.

С. ДОРЕНКО: Значит attention, Настя в современном мире – ноль, в девяностых – 0 и до 80-х всё, что я тебе говорю, ты полностью дезактуализирована, ты полностью дезактуализирована. Читает, можно я скажу, что читает Настя. Лепру читаешь?

А. ОНОШКО: Нет уже давно и Лепру не прочитаю.

С. ДОРЕНКО: Ну Детечка есть?

А. ОНОШКО: Детечка, конечно.

С. ДОРЕНКО: Больше кроме Детечки вообще ни хрена не читает, ноль, zero.  

А. ОНОШКО: Я подписана на новую платформу, вы даже не знаете.

С. ДОРЕНКО: Ну скажи, скажи, просто интересно.

А. ОНОШКО: Ну на дзен, например, надо дзен. Я выбрала каналы читаю. Ну там тоже самое все, да.  

С. ДОРЕНКО: Можно скажу, дзен ты выбрала, потому что ты замужем за Яндексом.

А. ОНОШКО: Не правда.

С. ДОРЕНКО: Ну конечно да.

А. ОНОШКО: Я же дезактуализирована, не должна была.

С. ДОРЕНКО: Ну муж сказал где-то за ужином, ты такая раз подшустрила, ну правда. Какой нафиг Дзен. Слушайте, секундочку, на место инцидента выскочил «Вспомнить всё», выскочил эмбрион.

А. ОНОШКО: У кого-то выскочил эмбрион.

С. ДОРЕНКО: У кого-то выскочил эмбрион.

А. ОНОШКО: И уборщик в самолете эту ужасную находку.

С. ДОРЕНКО: American Airlines, мне не очень нравится эта компания.

А. ОНОШКО: Почему?

С. ДОРЕНКО: Ну я не знаю, я ей летал на ней, нет ну я не знаю W те еще хуже, ну не знаю, не знаю мне Дельта нравится. Хорошо, неважно American Airlines расследование инцидента будет продолжено. В Ла-Гуардии предупредили, администрация аэропорта в Ла-Гуардии предупредила пассажиров, что некоторые рейсы могут быть задержаны из-за нерабочего самолёта, который проверяют сотрудники правоохранительных органов. То есть этот самолет не пустили в следующий рейс. Фигня в том, что в туалете лежал эмбрион. Объясни мне, теперь урок анатомии, урок анатомии, как он вывалился, объясни, как он вывалился? Как он вывалился

А. ОНОШКО: Ну как, не понятно как, не через ухожу.

С. ДОРЕНКО: Ну понятно крошечка-хаврошечка, я тебя спрашиваю.

А. ОНОШКО: Что?

С. ДОРЕНКО: Как он вывалился? Они что, они что они привязаны там нечем? Как он может вылиться?

А. ОНОШКО: Я вот тоже не совсем понимаю, это наверное был выкидыш, я так думаю, это надо у гинекологов спрашивать.

С. ДОРЕНКО: Нифига себе, нифига себе.

А. ОНОШКО: Ну а что? Ну там все таки перепады давления и так далее, наверное, такое могло произойти. Другое дело, что это обычно болезненно ужасно, насколько мне известно, и так вот просто зайти в туалет там две минуты побыть и выйти, а там это, маловероятно не знаю, не знаю, сложно сказать. Гинекологи должны аргументировать.

С. ДОРЕНКО: Врач, 73-73-948 врач, позвоните но мы не понимаем в этом.

А. ОНОШКО: Эмбрион - это начальная стадия.  

С. ДОРЕНКО: Эмбрион - это что-то, что у тебя внутри и что-то такое, которая прикреплена как желтое тело, желтое тело как мы хорошо знаем спускается и прикрепляется к стенке матки пробуравливая в ней дырочку и вживляется туда желтое тело, которое начинает развиваться, обрастая жабрами, пальцами, карточными колодами, домино и всеми другими причиндалами, понятно, да? Превращаясь в мальчика, девочку там и так далее. Как это может вывалиться, я не понимаю. 73-73-948, алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Такая может быть бредовая мысль. Может быть его перевозили, есть же в медицине, когда вот.

С. ДОРЕНКО: Ах вот, а он был в формальдегиде. 

СЛУШАТЕЛЬ: Да, может быть там побоялись.

А. ОНОШКО: А чего побоялись?

С. ДОРЕНКО: А его вылили в унитаз в этот момент.

А. ОНОШКО: Что он оживёт? чего побоялись-то?

С. ДОРЕНКО: Спросонок проснулись, на тебя смотрит эмбрион. Конечно, хорошего мало, дорогая моя, сразу с криком: ааааааа - вот так бежишь в туалет и его туда в надежде на вакуум скидываешь, но нет.

А. ОНОШКО: Нет, но сейчас уголовное дело там возбуждено, они выясняют все обстоятельства. Ну поэтому непонятно действительно.

С. ДОРЕНКО: Хорошо. Пока мы заняты всякой хренью, 02-й спрашивает: какой байк взять, как первый? Говори. Эмбрион, ну сказано же эмбрион человеческий, какой плод нафиг, эмбрион. Скажи мне какой байк взять, как первый? Настя сейчас скажет.

А. ОНОШКО: Кому сказать?

С. ДОРЕНКО: 02-ому.

А. ОНОШКО: Vespa.

С. ДОРЕНКО: Нет. Никогда, как первый вы хотите ездить по улицам? Я знаю ответ, пожалуйста, заходите в Triumph, Triumph и берёте абсолютно точно Triumph Street Twin или всё на его основе Паровозная тяга, 55 лошадиных сил, 55 лошадиных сил, кайфа море, крутится вокруг просто, просто как лисопед, звук такой, что вся грудина ходит ходуном, красавиц, юркий, можно на пешеходных переходах спешиваться и с ним бегать туда-сюда, переходить улицу. Я так и делал, я так и делал, когда у меня был Street Twin, я просто на пешеходных переходах подходил, загорался зелёный человек, я спешивался и с ним в руках бежал как с лисопедом, переходил улицу на ту сторону, вскакивал и ехал в обратную сторону, вот так у меня производился разворот. Назывался разворот на 180 градусов через пешеходный переход, понятно? Ну и всё. Значит это Street Twin, Street Twin - 900 кубиков ну и пусть вас не пугает 900 кубиков, 55 лошадей, смирная, отзывчивая, дико тяговитая на низах машина, 80 ньютон метров. Брать все спокойно и всё. Я, когда наконец отрекусь от Bonneville, однажды это произойдет, куплю себе снова Street Twin и буду бегать по зебре взад-вперед, как с велосипедом, договорились? Слушай меня. Зачем спешиваться, если зелёный человек? Но я спешиваюсь, потому что я хочу выглядеть, как приличный человек, как этот самый, пешеход. А мотоцикл я типа веду, как велосипед в руках. Street Twin выглядит не очень под мужиками 120кг, если у вас нет 120 кг и жопа чуть меньше 1,20 м в ширину, Street Twin выглядит очень. Посмотрите, посмотрите в этом самом возьмите Скремблер на его основе, возьмите, возьмите Bonneville T 100. Bonneville T 100 на основе Street Twin, который тоже Bonneville T 100 с этим же самым движком, 55 лошадей, та же фигня, чуть  длиннее. Такой селедочный, вытянутый чуть-чуть, нормальная тема, ребята ездят молодые сейчас вижу на улице. Так всё, будем бегать вместе - говорить 702-й. Да, будем бегать вместе, я с вами всегда. Эмбрион - это выкидыш, ничего особенного - говорит 26-й, интервью Саакашвили. Не надо нам Саакашвили, он чеканутый. Сами Насери, Сами Насери ведь правильно же?

А. ОНОШКО: Семьи.

С. ДОРЕНКО: Ему глаз разбили, его оперировали тяжелая, тяжёлая как это называется, тяжелое повреждение, нет тяжелое.

А. ОНОШКО: Да, гематома.

С. ДОРЕНКО: Нет, нет, нет, нет. Его оперировали какая гематома, гематомы - то синяк, дорогая.

А. ОНОШКО: А это такая ерунда по вашему?

С. ДОРЕНКО: По-русски говоря, гематома - это синяк, абсолютная ерунда.

А. ОНОШКО: Если гематома на глазу.

С. ДОРЕНКО: Значит, есть чувак, который играл в «Такси», вы помните «Такси», фильм «Такси» ненормальный который типа возил в аэропорт чуваков. Значит, мы видим, да, спасибо большое Мишка за фотографию. У него заплыл глаз его били справа и в глаз и его оперировали, вот в чём дело. Его оперировали и больше того сообщается что Сами Насери сейчас под покровительством находится Минздрава Российской Федерации. Минздрав целой Российской Федерации, но хорошо, что не Минобороны, значит, Минздрав целой Российской Федерации его курирует и опекает, пока ему приведут в порядок глаз. Была тяжело травма, вот тяжелый вред здоровью. Тяжёлая травма. Белорусов посадят на 8 лет. Ну правильно же.

А. ОНОШКО: Ну и зря.

С. ДОРЕНКО: А почему?

А. ОНОШКО: Ну он сам виноват.

С. ДОРЕНКО: Почему он виноват?

А. ОНОШКО: У меня есть травма глаза сейчас?

С. ДОРЕНКО: Нет.

А. ОНОШКО: Почему?

С. ДОРЕНКО: А то есть каждый кого.

А. ОНОШКО: Потому что я сидела дома

С. ДОРЕНКО: То есть каждый, кому, кому накостыляли, с твоей точки зрения, виноват сам?

А. ОНОШКО: Нет, там есть объяснение сегодня.

С. ДОРЕНКО: Очень даосская, очень даосская точка зрения я прошу тебя, даосская.

А. ОНОШКО: В Московском Комсомольце есть объяснение вот этой вот стороны, которая нанесла ему эти увечья.  

С. ДОРЕНКО: Давай расскажи, расскажи.

А. ОНОШКО: Есть вот эти белорусы, накаченные качки, которые ходят регулярно.

С. ДОРЕНКО: Белорусы террористические, мыслящие белорусы.

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: Регулярно ходят в этот voice, да.

А. ОНОШКО: Да. И они знакомы с персоналом ну потому что они его каждый день видят. И тут это Насыри со своим братом якобы был перебрамши и отказался платить.

С. ДОРЕНКО: И что, человек, стоп, можно остановиться, так что из этого следует, что ему нужно тяжкие увечье причинить?

А. ОНОШКО: Нет, ничего, пока нет, пока нет, начал вести себя якобы неадекватно с братом отказывались оплачивать счета.

С. ДОРЕНКО: Ну он же артист, может быть это было сценка? Может быть это была миниатюра? Может быть они разыгрывали новые миниатюры? Вульгарные буржуа не поняли этого.

А. ОНОШКО: Аз есьм царь. Какой царь? Из-за занавески.

С. ДОРЕНКО: Ну так что?

А. ОНОШКО: Ну вот.

С. ДОРЕНКО: Драка произошла из-за микрофона, как ты помнишь, из-за микрофона, они не поделили микрофон в караоке. Эти качки белорусы петь не умели ни разу, Насыри был ранен этим тяжело в самое сердце и он хотел спеть правильно.

А. ОНОШКО: Сейчас я вам спою из Мирей Матье.

С. ДОРЕНКО: Правильно - говорит Александр Фельдман. Александр Фельдман говорить правильно: не бей его, артист. Понимаешь в чём дело? В том-то и дело, была тяжелая травма. Внимание, значит, бездействие охраны объясняется тем, что это не было в помещении, они вышли махаться на улицу.

А. ОНОШКО: Я говорю, что этим объясняют сегодня белорусы МК, что.

С. ДОРЕНКО: Песняры хреновы, песняры хрена бить нам нашего Насыри.

А. ОНОШКО: Белорусы хотели, чтобы те заплатили и всё такое.

С. ДОРЕНКО: Простите Песняры хреновы пришли тут драться с нашим Насыри, это нам, это нам не подходит такая тема, всё гнать их к чёртовой матери. Значит, ты знаешь, что у него вообще постоянно какие-то неприятности?

А. ОНОШКО: У Насыри?

С. ДОРЕНКО: Насыри, да, смотри, я тебе перечислю, в 14-м году Насери несколько раз оказывался у себя там во Франции из-за избиение своих девушек. То есть он побивал, побивал девушек.

А. ОНОШКО: Не было у него белорусов.

С. ДОРЕНКО: Не знаю про белорусов и он угрожал девушкам ножом. И он их побивал, но мы не знаем как он побивал, может быть шлепал по попке, мы не знаем этого. Внимание, пресса этого не раскрывает, что значит побивал? Не знаем. Он также дрался с наркоторговцами на одной.

А. ОНОШКО: Почему?

С. ДОРЕНКО: Потому что они торгуют наркотиками.

А. ОНОШКО: Потому что они плохие, а он хороший.

С. ДОРЕНКО: Ему казалось, что это предосудительный род деятельности и он стал их бить. В результате скандальный актер попал с выбитыми зубами, да. А после этого через несколько месяцев он сел в тюрьму на 16 месяцев, после того, как пытался избить нового френда своей бывшей девушки.

А. ОНОШКО: Ну сразу хороший человек, правильный. Страдает бедненький.  

С. ДОРЕНКО: А его девушка, бывшая девушка, оказалась такой ветренницей, что расставшись с Насыри перенеслась принялась трахаться с каким-то мужиком.

А. ОНОШКО: Что вышла замуж? Какой ужас. Как это возможно пережить совершенно, да, неправильно.

С. ДОРЕНКО: Какая грязь, ну естественно, нет, пожалуйста, уходи, пожалуйста уходи, ну что ты собираешься трахаться с каким-то подонком? Но это ужасно.

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: Но это уже чересчур, согласись. Но хорошо изначально суд не стал выносить жесткий приговор.

А. ОНОШКО: Кому?

С. ДОРЕНКО: Насыри.

А. ОНОШКО: Сейчас?

С. ДОРЕНКО: Насыри пытался убить этого бойфренда бывшей девушке. Изначально суд не стал выносить жесткий приговор после того, как тот провалил испытательный срок, ему дали испытательный срок, а ему дали испытательный срок.

А. ОНОШКО: Знаешь почему, все смотрели фильм «Такси», видимо поэтому.

С. ДОРЕНКО: Ему дали испытательный срок, он поехал бы во время испытательного срока на Каннский фестиваль, где обругал полицейских и показывал факи фанатам. Вот это сочли до известной степени предосудительно судейским, понимаешь? В 12-м году парижский таксист подал в суд жалобу на актера Сами Насери за оскорбления в свой адрес и то есть, но у него как бы бурная судьба.

А. ОНОШКО: Круг замкнулся.

С. ДОРЕНКО: Да. Инцидент произошел в центре Парижа, таксист заблокировал дорогу Насыри, из-за этого актер оказался в пробке, он вышел из машины, начал оскорблять таксиста, затем расстегнул брюки.

А. ОНОШКО: О Боже.

С. ДОРЕНКО: И продемонстрировал таксисту гениталии.

А. ОНОШКО: Что вы говорите?

С. ДОРЕНКО: Слушай меня, пригласил можно сказать, пригласил.

А. ОНОШКО: Решил, что лица недостаточно.

С. ДОРЕНКО: Хотел угостить. За год до этого на Каннском фестивале он оголился на Круазет, на набережной Круазет.

А. ОНОШКО: Оставляем его у себя, мне нравится.

С. ДОРЕНКО: Надо ему дать гражданство.

А. ОНОШКО: Соперник Джигурды.

С. ДОРЕНКО: Это Монсон, который в Красногорске сейчас будет. Вот этот Монсон, Монсон по-моему Монсон. Значит, они вместе с Монсоном могут открыть школу, конечно. Слушай, за год этого на Каннском кинофестивале Сами Насери решил оголиться перед сидевшими в кафе мужчиной на набережной Круазет, мужчиной с двумя детьми. А в 8-м году он был приговорён к полу году лишения свободы за то, что сбил женщину полицейского в Париже. Он не явился на судебное слушание и должен был выплатить штраф. Сотрудница полиции, которую он сбил, получили легкие травмы. Актер управлял в этот момент автомобилем, когда сбивал сотрудницу полиции, будучи лишенным водительских прав. В 7-м году Насыри сел на 3 месяца, ещё 6 он получил условно после потасовки с охранником ночного клуба. Актер угрожал им ножом и оскорблял, он чечен что ли какой-то, после того Сами обизали пройти трёхлетнего курс лечения.

А. ОНОШКО: От чего?

С. ДОРЕНКО: От алкоголизма и наркомании.

А. ОНОШКО: Трехлетний?

С. ДОРЕНКО: Да.

А. ОНОШКО: Трехлетний?

С. ДОРЕНКО: Трехлетний, трехлетний. После этого там же он оскорбил полицейских, которых ему представили. Да, он совершил попытку суицида, и к нему приставили полицейские, которые не должны были позволить ему вновь совершить попытку суицида.

А. ОНОШКО: Сколько же ему сейчас лет?

С. ДОРЕНКО: Он их оскорбил, он их оскорбил самым грязным образом, а ранее в 2005-м году Насыри отбывал десятимесячное тюремное заключение за то, что избил посетителя одного из парижских ресторанов. А в 2003-м году Насыри был арестован за то, что избил водителя автомобиля на дороге. Ему дали тогда 8 месяцев тюрьмы условно.

А. ОНОШКО: Он 61-ого года рождения.

С. ДОРЕНКО: Какой он бойкий, бойкий, бойкий.

А. ОНОШКО: 57 лет дожил.

С. ДОРЕНКО: Бойкий, бойкий парень, ему надо немедленно какой-нибудь шкодливый - говорит Константин.

А. ОНОШКО: Ну не в ту больницу.

С. ДОРЕНКО: Ну не себе, не людям. Хватит с нас и Депардье - говорит Александр. Его бьют, а он все время лезет, он извращенец. Ну что вам сказать Минздрав облажался, и только в России ему врезали наконец, но белорусы. Нет подождите, но ему все врезали же до этого тоже. Наш будущий соотечественник Насыри - алжирец, алжирец, но мы не должны докапываться, что он алжирец, хорошо. Белорусы испортили нам имидж гостеприимной России, мы были до этого гостеприимные, пришли белорусы и всё изгадили - совершенно справедливо указывает нам Наталья. Но мы же, понимаете в чём дело, мы, есть такие страны, куда ездят гулять и лютовать. Такая страна для всей Европы как это хорошо известно - Латвия. Ну Латвия, в Латвию, в Латвии проводили вот то, что «Мальчишник в Вегасе», да,  проводились туры дешевые в Латвию, «Мальчишники в Латвии», «Мальчишник в Риге». Это много лет, англичане всегда делали, у них же было развлечение на Статую Свободы пописать, несмотря на охрану. И они писали на Статую Свободы, отвлекая охрану и так далее, и так далее. Это было национальное развлечение англичан. Ладно, в движении. Я это к тому говорю, что Москва превратится в такую Латвию, прикинь. Сюда будут приезжать мальчишники и всё такое, Насыри всякие и белорусы лютые и так далее.
4 баллы на пять часов по циферблату очень плохо и на шесть часов по циферблату на внешнем МКАДе и Волгоградка в Текстилях абсолютно адская. 

НОВОСТИ 

С. ДОРЕНКО: 9 часов 6 минут, среда, 8 августа. Здравствуй Великий город, здравствуйте все - это радио «Говорит Москва». «Говорит Москва». Анастасия Оношко - ведущая этой программы.

А. ОНОШКО: И Сергей Доренко, доброе утро.

С. ДОРЕНКО: Да, да, да, да, да. Значит, хорошо про Дудя всё время все спрашивают. Ребят, вы когда спрашиваете про Дудя, вы дезактуализированные лохи или кто? Вы читайте меня в телеграмме? Вы читаете меня в Твиттере? Я же всё там написал. Не ведите себя пожалуйста добрые, хорошие, плечистые кретины не ведите себя как дезуатуализированные лохи. Всё написал для плечистых кретинов всё написал в Твиттере, все написала в телеграм канале своем. Расстрига, Расстрига. Посмотрите, Расстрига – это я.  Кстати говоря, Дудь полный дезуактуализированный лох тоже, который не знает, например, что я Расстрига, не знает, что я пастушок, ничего не знает, просто.

А. ОНОШКО: Не знает.

С. ДОРЕНКО: Ну спортивный журналист, что с ним делать. Не в курсе просто, вообще нет. Вчера сюда приехал из своего Харькова. Ну правда, единственное, что он у меня спрашивал - про Березовского. А Березовский что? Березовский? Я говорю: слушай, знаешь что у тебя между ушами? У тебя между ушами сидит Березовский в твоей голове, ну правда, у тебя между ушами сидит Березовский, ну правда. Есть же такие люди, ну ладно, смешно, конечно. Но это не имеет значения. Да и он сказал: надо придумать, Доренко кличка телекиллер – сказал Дудь - надо придумать ему новую кличку.

С. ДОРЕНКО: Я говорю подожди, а то, что я Расстрига, а то, что я пастушок, он не в курсе, он вообще не в курсе просто ну как с луны упал просто. Чувак замороженный.

А. ОНОШКО: Так он значит не сам себе гостей выбирает получается. Ему там пул продюсеров что ли советует? К этому сходить, к этому он может быть как бы не погружён в контекст?

С. ДОРЕНКО: Он не погружён, он внимательно смотрел интервью Меньшиковой или Меньшовой была такая женщина, которая звала меня куда-то в студию. То ли Меньшикова, то ли Меньшова, ну какая-то тетенька с телевидения и он ее это интервью смотрел внимательно.

А. ОНОШКО: Чтобы познакомиться с вами как бы, да?

С. ДОРЕНКО: Да, чтобы познакомиться со мной, короче.

А. ОНОШКО: 15-летней давности.

С. ДОРЕНКО: Дудь внимательнейшим образом изучил интервью дамы, которая фамилия толи Меньшова, толи Меньшикова,  я уже забыл просто. Юлия Меньшова - говорит Никита Лосев. Ну я бы не стал исключать. Ну вот, с которой я там что-то такое бухтел, понятно, да? И это интервью стало для него основой подготовки. Но это ужасно, просто плохо, просто плохо.

А. ОНОШКО: Значит, продюсеров нет, значит, сам готовится с другой стороны я вот сейчас думаю.

С. ДОРЕНКО: Наверное, сам. Наверное, сам, но если есть возможность это не давать, я ему наверное сегодня напишу, что.  

А. ОНОШКО: Чтобы он аннулировал?

С. ДОРЕНКО: Ну потому что это полностью дезактуализированный  разговор был с дедом пропердыкиным, откуда-то из колхоза 22-ого Партсъезда из-под Воронежа, который вынырнул прямо из 99-х и что-то там Березовский, Березовский. Какой Березовский, 20 лет прошёл, что идиоты что ли? Ну это просто смешно, просто смешно. Я в день два с половиной часа на радио, в неделю, значит, в неделю набегает сколько 11,5 часов, да? 2,5 часа умножить на 5 это получается 10 и 05 умножить на 5, да, я 12,5 часов в неделю на радио 12,5 часов в неделю, понимаешь, да? То есть значит умножаем это всё на 50 недель на самом деле меньше я работаю, наверное, 48-46 недель где-нибудь в этом роде, то есть дохренище, понятно, да. То есть мною пронизан весь эфир, а чувак вообще, вообще ничем не интересуется. А Березовский, а Березовский? Я говорю: ты что больной что ли, вообще просто смешно было, ну правда. Но смешно и противно как-то странно и как вот ощущение было, что говоришь с иностранцем. Он, он иностранец, он иностранец.

А. ОНОШКО: А у вас есть какой-нибудь образ интервью мечты Сергей? Интервью мечты, вот вы бы хотели чтобы вас прошли про проинтервьюировали, а о чём с другой стороны? Просто про новости текущие, так все всё знают, но вот все читают, а что?

С. ДОРЕНКО: Нет, мне не нужны никакие интервью, потому что я не люблю оглядываться, я люблю идти вперёд. Мне нужны, мне нужны разговоры о будущем. Если бы мне сказали, а с кем ты хочешь говорить, говорить по-настоящему, я хочу говорить о будущем. А с кем я хочу говорить? Я хочу говорить с Брониславом Виноградским, с Павлом Лунгиным, я хочу говорить с Катей Шульман, я хочу говорить с Леонидом Давыдовым, я хочу говорить с Михаилом Виноградовым о будущем, да. Не о прошлом меня прошлое не интересует на самом деле. Ну в вопросе Why есть такая зацепка чуть-чуть за прошлое, для того чтобы причинно-следственную связь установить, но она такая факультативная, мне вообще насрать на прошлое, понятно, да? Значит, я смотрю в будущее. Я говорил бы о будущем, я говорил бы о будущем.

А. ОНОШКО: И с Неклессой?

С. ДОРЕНКО: Александром Ивановичем Неклесса, но его понять нельзя, его нельзя понять.

А. ОНОШКО: Он наоборот, если подраться.

С. ДОРЕНКО: Меголакратия с отрицательной революцией - это прекрасно знаешь, что это значит? Это значит вороватые ублюдки, которые стали врожденцами. Александр Иванович, Александр Иванович пишет так: современные меголакратия перешла к отрицательной революции, что означает, что означает омерзительные выродки и ублюдки стали дегенератами.

А. ОНОШКО: Как тебе такое Илон Маск, хэштег.

С. ДОРЕНКО: Нет Александр Иванович, Александр Иванович говорит на языке, который невозможно понять. Я-то его понимаю, я-то его понимаю, но я ценю этот прекрасный язык, но я должен сказать, что там просто

А. ОНОШКО: Берёшь, открываешь мультитран.

С. ДОРЕНКО: Роскомнадзор, Роскомнадзор я бы запретил меголакратию, отрицательную эволюцию и всякие другие инвективы со стороны Александра Ивановича. Какая прелесть.

А. ОНОШКО: Так давайте соберем однажды всех вместе перечисленных вами

С. ДОРЕНКО: А тебя выгоним.

А. ОНОШКО: Меня почему? Меня можно под стол посадить, я буду все щекотать за пятку время от рвемени.

С. ДОРЕНКО: Мы могли бы по пятницам с 10 заседать в изысканном обществе политологов, а тебя выгонять.

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: А почему ты сделала такое грустное лицо?

А. ОНОШКО: Наоборот, наоборот это у меня такая гримаса радости.

С. ДОРЕНКО: Гримаса радости.

А. ОНОШКО: Неудержимой, неостановимой ничем. Дурной сон какой-то эти фразы какие-то, собственный голос, ужас.

С. ДОРЕНКО: Слушай, давай, в Самаре выпустили гомосексуальный ролик, значит.

А. ОНОШКО: Кто-то называет его гомофобным, а кто-то наоборот.

С. ДОРЕНКО: Давайте рассудим ребят, давайте рассудим. В Самаре выпустили, значит, агитационное видео, которое, как утверждают авторы, значит, говорит об организации выборов в Самаре. Самара - это город, это город. Значит, там главные герои, они, я смотрел его бегло так на перемотке, но.

А. ОНОШКО: А я посмотрела полностью. Но он идёт-то всего полторы минуты или.

С. ДОРЕНКО: Минуты, полторы минуты - это несносно, это несносно.  

А. ОНОШКО: Может быть и минуту.

С. ДОРЕНКО: Для ролика агитационного полторы минуты - это невыносимо. Думаю секунд 20 было бы топ максимум. Они сделали полторы минуты, чтобы всех вырвало ну это очень длинное. Ну там сама фишка в конце. Они два молодых человека, два молодых человека ну как сказать, они не то, чтобы субтильные, они не субтильные, обычные, очень обычные.

А. ОНОШКО: У одного просто высокий голос такой.

С. ДОРЕНКО: Он делает специально, не такой противный, нет не противный, а такой высокий голос немножко высокий от природы, может быть компьютером подтянули чуть-чуть. Значит, они говорят обо всём там в том числе о билетах в автобусе, что-то такое.

А. ОНОШКО: Что он дорожает, будет с 25 рублей до 35 после того, как выборы.

С. ДОРЕНКО: До 30, до 30, ты не внимательно посмотрела.

А. ОНОШКО: Ой, до 30.

С. ДОРЕНКО: Слушай меня, значит и в конце они входят в помещении, где двуспальная кровать, где они живут вероятно или так скзаать они может быть коротают время, но там двуспальная кровать и они друг друга начинают раздевать, помогая друг другу снять вот эти.

А. ОНОШКО: Не переключая разговор свой деловитый.

С. ДОРЕНКО: Не прекращая разговор, тарахтя по-девичьи что-то такое. Значит, они начинают какие-то майки, у них такие майки, которые носят в провинции поло, это майка поло с воротничком, то есть такая майка, рубашка с коротким рукавом и с воротничком. И они срывают друг с друга поло, брюки помогают, то есть каждый срывать с каждого. Ну последний остается в брюках, который он сам снимает самостоятельно и из этого мы делаем такой скоропалительный вывод, что они вероятно собираются предаться телесным утехам каким-то, да?

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: Может быть, ну нам кажется, зачем, они друг друга раздевают как-то странно всё ну вот. Наверное, может быть это знак нежности какой-то. И потом они закрывают дверь, а да и вот, что нормальные люди, как мы - говорят они - не пойдут голосовать на выборы. Пусть другие, пусть другие идут другие, другие, иные. Пусть иные идут, иные.

А. ОНОШКО: То есть наоборот как бы если ты себя не ассоциируешь с их правильными разговорами, то ты идёшь на выборы правильно, да?

С. ДОРЕНКО: Да, да.

А. ОНОШКО: То есть это про, а не контра.

С. ДОРЕНКО: Они говорили: мы, такие как мы не идем на выборы, а, значит, другие идут на выборы, е другие идут на выборы другие. Едут на выборы. Нет они нет, нет, нет, они идут на выборы. А такие вот как эти, они идут на выборы, в этом была тончайшая игра Самарского, Самарского, значит, и так далее понятно?

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: Ну вот 73-73-948. Я думаю, что на самом деле, на самом деле смысл этого ролика в смаковании гомосексуализма. Да здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Сергей, здравствуйте, Николай меня зовут. Знаете, если не брать смысла про выборы, про гомосексуалистов я гетеро, хочу сделать заявление.

А. ОНОШКО: Гетеросексуалист?

СЛУШАТЕЛЬ: Это гениальный ролик, мне кажется.

С. ДОРЕНКО: Вы его смотрели?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну да я его смотрел, мне кажется, что он очень гениальный, потому что навеяло реклама, где женщина в купальнике бежит по берегу и вот всё чушь.

С. ДОРЕНКО: И тоже хочет на выборы все время, да?

А. ОНОШКО: Может быть она бежит на выборы.

С. ДОРЕНКО: Когда вы говорите гетеро, я бы вам сказал: не зарекайтесь. Я знал, 30, 30, 30. Я знал Колю Глушкова, который сделался таким в 43, в 43, 13 лет еще погуляйте, а потом говорите. Очень многие мужчины делаются гомосексуалистами после 40.

А. ОНОШКО: Нет, вообще нужно только перед смертью, когда вы чувствуете, что последний миг.

С. ДОРЕНКО: Почему делаются они гомосексуалистами - спрашивает меня один из слушателей - после 40? А почему?

А. ОНОШКО: Так Савельева надо слушать, всё меняется в голове, ну никто не может предсказать.

С. ДОРЕНКО: Потому что после 40 мужчине надоедает одни и те же фрикции, одни и те же эмоции, надоедает, что всё вокруг одно и тоже, а потом как поёт Псой Короленко, найди мне, найди мне, пожалуйста, ну найди мне эту прекрасную вещь, почему мы не, почему вы не извлекаете урок из этой прекрасной программы «Подъем». Мы же все вокруг одно и тоже. Мы же вам давали эту песню ну когда-то, даже может быть этим летом, «Всё вокруг одно и тоже», давай. Значит, смысл в том, что Псой Короленко описывает героя нашего времени, который, который пресытившись одними и теми же слизистыми, пробует другие слизистые и обнаруживает что это одно и тоже говно, всё это, да, нет?

А. ОНОШКО: Да, да, да.

С. ДОРЕНКО: Давай поставь. Скажи, пожалуйста, а чем там продолжается?

А. ОНОШКО: Он там долго, там несколько куплетов и все смешные.

С. ДОРЕНКО: Баллада, баллада какая-то, бесконечная баллада.

А. ОНОШКО: Псой Короленко, он немного избыточный, он очень крутой, но у него не останавливается песня, ему по правде бы взять и последний аккорд, а потом уже к следующей, но всё равно смешно, все равно можно слушать.

С. ДОРЕНКО: Смешно? Думаешь можно слушать? А там будет мат?

А. ОНОШКО: Нет там нет.

С. ДОРЕНКО: Там не будет мата?

А. ОНОШКО: Нет. И это только середина песни, 2:47.

С. ДОРЕНКО: Это только середина песни? Ужасно. Я хочу его в  студию, он прекрасен, он прекрасен.

А. ОНОШКО: Он прекрасен.

С. ДОРЕНКО: Почему мы не можем попросить наших продюсеров, Псой Короленко оказался совершейнейшим философом современности.

А. ОНОШКО: Конечно, пусть все время поёт.

С. ДОРЕНКО: Поставить его так на два с половиной час,  чтобы он шарашил.

А. ОНОШКО: Но может новости в стихах.

С. ДОРЕНКО: Что-то, Насть, ну скажи, что там дальше. Мне жалко останавливать, но мне кажется это чрезмерно, но мне жалко останавливать, потому что мне кажется, что.  

А. ОНОШКО: Он остановился.

С. ДОРЕНКО: Сам остановился?

А. ОНОШКО: Ролик прервали.

С. ДОРЕНКО: Ролик прервали, я знаю, что он способен был много часов так петь.

А. ОНОШКО: Ну он - доктор филологии.

С. ДОРЕНКО: Да?

А. ОНОШКО: Он профессор.

С. ДОРЕНКО: Как это прекрасно. Вот, он по-настоящему прекрасен, надо его звать в кефир, конечно, мне кажется.

А. ОНОШКО: Давайте конечно, конечно, конечно.

С. ДОРЕНКО: Значит, ладно, вот эта вот агитации через гомосексуализм, она рассчитана на латентный гомосексуализм нации. Я тебе серьёзно говорю, потому что люди не могут оторвать глаз в конечном итоге, не могут оторвать глаз, их фантазия простирается дальше за закрытую дверь.

А. ОНОШКО: И в тоже время она настолько ограничена оказывается, Сергей, согласитесь, что фантазия это, она настолько заканчивается вот этим вот местом и всё.

С. ДОРЕНКО: Не знаю, не знаю, нет, я считаю, что, я считаю, что в этом ролике речь идёт, конечно, о латентного гомосексуализме нации, которые эксплуатируют. Я бы даже сказал - это нация, которая латентно грезит волнующий гомосексуальностью. То есть эти люди испытывают волнующие гомосексуальные мечтания и они постоянно о них грезят и вот разбудив их наконец, разбудив их и дав им некий шанс на самоистязание и самопрезрение и самоуничижение политтехнологи Самары двигают выборы, понимаешь, да?

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: Политтехнологи Самары двигают выборы, потому что каждый должен кричать: нет, нет, нет, нет, это не я, это не про меня. Но покажите ещё. Это не про меня, но покажите ещё, понимаешь? Вот собственно, вот собственно примерно вот это. Ну что сказать, мы мудры и дальновидны, мы или нет? 73-73-948, алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, меня зовут Роман, на мой взгляд это очень гениальный ролик, потому что он показывает, что голосуй, не голосуй.

С. ДОРЕНКО: Не надо, не надо, не надо сейчас вот, а всё равно? Да я сейчас понимаю. Ну а что голосуй, не голосуй, в смысле можно не голосовать?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну по всей видимости это антиреклама выборов.

С. ДОРЕНКО: Вы думаете анти?

СЛУШАТЕЛЬ: На мой опять же взгляд.

С. ДОРЕНКО: Наоборот, я вам серьезно говорю, сами, сами такие казарменные политтехнологи Самары, которые придумали это безусловно не понимали всей совокупности смысла, который они изложили туда, понимаете? Прошу вас.

СЛУШАТЕЛЬ: Я просто думаю, что всё рассчитано на более плоскостной взгляд на саму проблему, то есть никто в глубь не смотрит и не пытается найти скрытых смыслов, которые люди сами произвели.

С. ДОРЕНКО: В том-то и дело, в том-то и дело, они произвели десятки смыслов, рассчитывая на один, они шарахнули как им казалось из снаряда артиллерийского, а оказалось, что там шрапнель, которая бьет по миллиону целей, то есть это многослойный, стохастический удар, понимаете?

СЛУШАТЕЛЬ: Диссонанс.

С. ДОРЕНКО: Да. Да, да, да, да. Это очень, это очень важный удар, очень важный удар, который значит больше, чем он значит понаминалу, понимаете. 73-73-948, здравствуйте.
СЛУШАТЕЛЬ: Да, привет.

С. ДОРЕНКО: Привет, а можем однажды познакомиться? Вы кто?

СЛУШАТЕЛЬ: Маркин Филин.

С. ДОРЕНКО: Мартин Филин, да, а я Серёжа.

СЛУШАТЕЛЬ: Привет.

С. ДОРЕНКО: Привет.

СЛУШАТЕЛЬ: Этот, смотрите ролик, ролик, он знаете как такой при общей сушке выборов ролик острый, острый, неожиданный, непонятно какой острый. То есть мы об него обкалываемся, думаем и не понимаем хороший он или плохой.

С. ДОРЕНКО: Нет, мы думаем он не то, что.

СЛУШАТЕЛЬ: Он заставляет нас подумать о выборах. Может идти, а может не идти, а может идти.

С. ДОРЕНКО: А сама эта мысль, подталкивает нас скорее идти или не идти? Ведь сама мысль.

СЛУШАТЕЛЬ: Наверное, скорее идти.

С. ДОРЕНКО: А я вот не думаю, я вот не думаю.

СЛУШАТЕЛЬ: Нет, я думаю, что когда сушат выборы, когда сушат, то вот эти, они призывают, они призывают чтобы идти, но идти совсем не хочется.

СЛУШАТЕЛЬ: А здесь, а здесь, а вот если в пятницу перед выборами шарахнули, а так это шарахнули за несколько, за месяц. Поскольку это шарахнули за месяц и я начну об этом думать, то я устану думать и перестану думать, вот и всё, понимаете, за месяц много, тогда надо было на последней неделе фигачить.

СЛУШАТЕЛЬ: Ну как получилось, наверное.

С. ДОРЕНКО: Ну да. Слушайте, Мартин Филин, а вы работали в следственном комитете?

СЛУШАТЕЛЬ: Да, нет.

С. ДОРЕНКО: А когда мы познакомились с вами?

СЛУШАТЕЛЬ: Я не знаю, ну давно, давно мы там.

С. ДОРЕНКО: Ну когда, скажите примерно, эпоху, может быть на Куликовом поле вы стояли слева от меня, нет?

СЛУШАТЕЛЬ: Не знаю.

С. ДОРЕНКО: Я был печенегом нет, вы нет?

СЛУШАТЕЛЬ: Трудно сказать.

С. ДОРЕНКО: Он говорит мне так привет, как будто мы старые друзья и я верю ему, я верю, что мы старые друзья. Я помню Мартина Филина он слева от меня стоял на Куликовом поле. Ну что-то такое мне кажется и в гражданском, когда каппелевцы шли, каппелевцы вышли на нас мы вот с Мартином Филином стояли и лежали, лежали в окопе.

А. ОНОШКО: Забыли попрощаться по-свойски. Ну всё давай.

С. ДОРЕНКО: Новости, новости.

 

 

 

С. ДОРЕНКО: Настасья, будешь Настасьей? Тебя кто-нибудь нахывал?

А. ОНОШКО: Нет.

С. ДОРЕНКО: Хорошо я тебя так буду, значит, слушай меня. Есть новость, Московские школьники начнут учиться 3 сентября уже несколько лет суббота в столице становится не учебным днем. Москва, мэр Москвы сообщил: новый учебный год для столичных школьников начнется в понедельник, 3 сентября. Детишкам повезло. Нет, ребятишкам повезло. Ребятишкам повезло. Ребятишкам повезло да и предкам повезло, предкам.

А. ОНОШКО: А что им повезло и так их выпили уже до дна, за лето выпили до дна всех предков своих.

С. ДОРЕНКО: Слушай как достают дети, это, конечно, отдельная тема.

А. ОНОШКО: Лето - это как отдельная работа по интертейменту, дивертисменту.

С. ДОРЕНКО: Прости, прости, наверное это нельзя повторить в эфире, ты говорила, что Катя сидит задумчиво на кровати.

А. ОНОШКО: Нет всё нормально, можно почему, она же не матом. Она сидит, человеку 11 лет скоро будет, она говорит: как же хочется быть в центре событий. Она сидит у себя в комнате на кровати в одиночестве, абсолютно все разъехались, да и она тоже уехала, ну не с друзьями же. Потом сидит, я только рот открыла ей что-нибудь такое сказать утешительное, она говорит: да я знаю, знаю центр там, где я.

С. ДОРЕНКО: Центр там, где я.

А. ОНОШКО: Это я видела рекламу на щитах какой-то недвижимости и там предлагают квартиры и там такой логотип, там написано: центр там, где я.

С. ДОРЕНКО: Я готовлюсь к этому тоже, какая прелесть.

А. ОНОШКО: И мы все ждем, когда уже вернётся на круги своя чтобы скорее в центр событий.

С. ДОРЕНКО: Школа возвращайся, забери у нас детей, наконец-то, сколько можно?

А. ОНОШКО: Сейчас стихотворения прочитаю, хотите?

С. ДОРЕНКО: Давай.

А. ОНОШКО: Смогу ли я его сейчас.

С. ДОРЕНКО: Сергеева разбудили голосом мою Siri. Hi Siri.

А. ОНОШКО: Такая дура начинает разговаривать со мной в сумке. Там что-то нажимается, она говорит: вот, что мне удалось найти.

С. ДОРЕНКО: У меня-то телефон на английском ты знаешь?

А. ОНОШКО: А что она говорит?

С. ДОРЕНКО: Не знаю.

А. ОНОШКО: Она вашу фамилию как произносит, Сергей?

С. ДОРЕНКО: Она у меня отключена, наверное.

А. ОНОШКО: Сергей, а как она вашу фамилию называет?

С. ДОРЕНКО: Меня легко называет, Дорэнко, Дорэнко.

А. ОНОШКО: А меня Оношко, она говорит: я слушаю вас Оношко.

С. ДОРЕНКО: WhatsApp, Дорэнко.

А. ОНОШКО: У женщины хотите Маша Рупасова такая очень хорошая современная поэтесса:

У женщины кефирные усы

Немытая с суббота голова,

Она наелась на ночь колбасы

И в этом ослепительно права.

Ее за лето выпили до дна – это я отсюда взяла.

О этот ор внезапный на детей.

Она на кухне прячется одна

И колбасу рубает без затей.

Эмоций ноль и силы на нуле.

Над ней ревет сияющий эфир,

Чего б мы пели на своей земле,

Когда б не хлеб, колбаска и кефир?

Но это про лето мне кажется очень все ждут и жалко, что 3 августа лучше бы 31 августа отправили бы их всех, да, встречаться, наконец.

С. ДОРЕНКО: Да кошмар, кошмар лето должно закончиться. Институт бабушек каким-то образом исчезает, бабушки становится.

А. ОНОШКО: Они слишком независимы и активные.

С. ДОРЕНКО: Бабушка становится сволочью абсолютно, бабушка оскатинилась и становится сволочью, она следит за собой, ходит к парикмахеру.

А. ОНОШКО: Не печет пирожки.

С. ДОРЕНКО: Нет не печёт, абсолютно, бабушка оскатинилась, всё, бабушка не печет пироги. И таким образом дети повисли на нас, абсолютно на нас, а мы работаем, если быть честными и всё и приходится детей каким-то образом от них избавляться, но Ipad нельзя. Самое простое было бы 31 мая выдать им Ipad и отнять 31 августа, понимаешь, чем дело? Если правильно, правильно организовать быт. 31 мая выдать им Ipad и рядом под правую руку подставлять хавку какую-то, в основном шоколадк под правую руку.

А. ОНОШКО: Я думала подлокотник вы скажите.

С. ДОРЕНКО: Нет, правильно организованный детский досуг выглядит так. Ты даешь Ipad, причём сейчас надо онлайн-игру какую-нибудь настоящую онлайн-игру. То есть не какой-нибудь срань для маленьких, а чтобы по-настоящему в онлайне сидели и под правую руку подпихивать всякое дерьмище, чтобы они ели, кошачью жрачку, не знаю, там печенье ну всякую дрянь. И до 31 август абсолютно спокойно они могут сидеть там не вылезая. Потом 31 августа говоришь, так всё в школу вшить быстро и всё, понимаешь? Но мы совестливые родители, мы не даем Ipad, нет не даём. У Насти неделю, час в неделю, час в неделю играют дети, поэтому они отсталыми ретроградами вырастут. А у меня примерно до 40 минут в день, понимаешь, в чем дело, которые выливаются в 45 в итоге.

А. ОНОШКО: У вас девочки.  

С. ДОРЕНКО: Ну и что?

А. ОНОШКО: Ну они устойчивы намного к этим вещам, это не повлияет на них скорее всего никак, да в жизни. А вот если мальчика погрузить, чтобы не отбежать в туалет лишнюю секунду не будет, не будет у него секундочки, потому что там такие дела, такие дела.

С. ДОРЕНКО: Какие дела?

А. ОНОШКО: Что в туалет не отбежать. Дела же там. Внутри экрана.

С. ДОРЕНКО: Вот я сижу, я сижу я по полтора часа мучаюсь, я терплю по полтора часа. Я на стоп не могу поставить, потому что мне интересно, что будет дальше я играю в The Age of Empires на Стиме - это очень старая игра, пожалуйста, не надо мне стыдить.

А. ОНОШКО: Пиксельная ещё какая-нибудь, наверное?

С. ДОРЕНКО: Нифига, The Age of Empires 2, я ее взял на Стиме купил за деньги 460 рублей, спокойно, я не могу по полтора часа сходить в туалет почему, потому что мне интересно узнать, что будет дальше, поставить на паузу невозможно.

А. ОНОШКО: Невозможно.

С. ДОРЕНКО: И остается только выиграть наконец и потом мне пишут you are victories. Я такой аааааа, в туалет бегу ну правда.

А. ОНОШКО: А что это игра, где нельзя проиграть, да?

С. ДОРЕНКО: Я не проигрываю, потому что я на easest играю на самом легком, но я делаю до 4 противников уже.

А. ОНОШКО: У меня тоже дети самые лёгкие берут.

С. ДОРЕНКО: Естественно, а я что я дурак что ли проигрывать, зачем проигрывать мне чтобы я должен портить собственный характер и если я буду проигрывать, я буду отыгрываться потом на домашних, лучше я буду выигрывать и потом.

А. ОНОШКО: А им всё прощать, домашним.  

С. ДОРЕНКО: А домашним прощать, конечно, естественно. Слушай меня, хорошо значит 3 сентября в школах мы должны что-то спросить у этих родителей?

А. ОНОШКО: Значит ли это, у меня вопрос к родителям, что мы должны не перенести покупки снова в школу на неделю? Планировали на этой неделе закончить все вопросы.

С. ДОРЕНКО: Вы всё купили к школе? 73-73-948, вы всё купили к школе, вы довольны, вы рады? Вы рады, что вы избавитесь от детей наконец-то? 73-73-948 позвоните. На самом деле, я не знаю, а мы уже всё купили.

А. ОНОШКО: Ну вот видите прямо у вас повышенная тревожность.

С. ДОРЕНКО: мы не просто купили, нет, моя супруга уже даже съездила и обменяла обувь на меньшую, потому что размер не подошел, то есть уже купили. Алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте наконец-то, наконец-то 3 сентября мы будем жечь костры и отправлять детей в школу.

С. ДОРЕНКО: Да и наконец-то мы будем днем свободны как ветер, отправив детей, избавившись можно сказать будем сидеть себе спокойно нога на ногу и всё. А вы ходите на работу при этом? Я хожу, но я уже к часу могу прийти домой. Вот у меня в этом смысле.

СЛУШАТЕЛЬ: Я безработный уже много лет.

С. ДОРЕНКО: Тем более, тем ещё лучше. Вы с 9 утра свободны, я с часу дня только я возвращаюсь домой после выпуска, там после руководства этой редакции возвращаюсь домой и с часу дня, ха-ха, свободен. А дети-то в школе, алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Да, здравствуйте. Зовут Меня Светлана, Слава тебе Господи сентябрь уже на пороге, мечтаю избавиться от своих двоих дочерей. Господи, как достало это лето вообще. У нас был планшет, я не так как вы, я дала им планшет, вкусняшки всякие, всё равно они меня достают после работы, поэтому мечтаю об этой школе, пусть она вернётся и будет всем счастье.

С. ДОРЕНКО: Да, да, да.

СЛУШАТЕЛЬ: Да.

С. ДОРЕНКО: Спасибо, спасибо, спасибо за солидарность. 73-73-948, родители, мы избавляемся от детей? Это так хорошо, я думаю ,что Суворовское училище.

А. ОНОШКО: У нас начинаются каникулы, можно сказать.

С. ДОРЕНКО: Мне тоже говорят, а мне дочь говорит: меня не пустили в летний лагерь, меня не пустили в летний лагерь в Грецию. Я говорю: в следующем году пустим с удовольствием, с удовольствием. Алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Приветствую это Серёга из Надыма.

С. ДОРЕНКО: Здравствуйте Серега.

СЛУШАТЕЛЬ: Ну у нас чувак - отличник, все клево, он не париться по одежде может и в прошлогодних штанах ходить, если не вырастет. А так конечно всё новое мы покупаем, бабосов не жалеем, клёвый чувак.

С. ДОРЕНКО: А какой возраст, возраст чувака?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну 13 лет, наверное, я забыл, я забыл.  

С. ДОРЕНКО: 13 лет, но он уже в трудном периоде подростковом или ещё в лёгком?

СЛУШАТЕЛЬ: У меня лежит такой эспандер на 50 кг вот на видном месте и я смотрю вот он его двумя руками еле сжимает. Вот пока одной не сожмет, я ещё могу с ним это самое справится.

С. ДОРЕНКО: На 50 кг.

СЛУШАТЕЛЬ: И поэтому у меня такая шкала в общем-то, я посмотрю.

С. ДОРЕНКО: Это как лук Одиссея в какой-то степени, правда, лук Одиссея.

СЛУШАТЕЛЬ: Ну он такой же, да, поэтому я ещё могу верховодить, нормально.

С. ДОРЕНКО: Лук Одиссея помнишь это было испытание для женихов какой-то степени, ты помнишь или нет? Как женихи старались Пенелопу того сего?

А. ОНОШКО: Смутно.

С. ДОРЕНКО: Когда ты читала Гомера? 73-73-948 какой ужас. Алло, здравствуйте, слушаю вас.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Сергей, Анастасия.

С. ДОРЕНКО: Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Отец вас беспокоит, дочке 10 лет, пошли за канцелярией, я полтора часа ходил как за девушкой настоящей полтора часа в этой канцелярии. В конце в кассе она говорит: нет, наверное, мы ничего брать не будем, потому что подруга взяла 100% лучше всё.

А. ОНОШКО: Ай-ай-ай, что же теперь делать.

С. ДОРЕНКО: И всё, и на этом шопинг закончился.

С. ДОРЕНКО: Я вас поздравляю. Ну скажите что это шарм вообще. Это шарм.

А. ОНОШКО: Да у нас дочка тоже, это ерунда канцелярия, Сергей, это ерунда, потому что вы знаете, что канцелярию вы в последний день соберите по квартире просто ручки с карандашами, какие-то огрызки набросаете в пакеты, она пойдёт. Но обувь и с девочками обувь - это такие сложности, то есть она идет вы ее привезли уже, всё вы ее запустили, говорите: Давай, выбирай. Она ходит, ходит, ходит, ничего не нравится, приносит какое-то безумие в стразах и говорит: я вот это вот так вот ничего вот это нормально, меряешь и потом оказывается что она это не носит. Ну потому что оказывается, что это на самом деле был просчёт какой-то, это просто решение, нету этой проблемы.

С. ДОРЕНКО: Сколько стоит, сколько стоит, сколько стоит?

А. ОНОШКО: Что?

С. ДОРЕНКО: Ну то, что она принесла в стразах?

А. ОНОШКО: ДА, ну на цены мы тоже не смотрим, но по-разному у кого как. Ты начинаешь говорить, там толкать к дисконтному отделу и говоришь: у тебя всё равно нога сейчас вырастет это всё ненадолго. Дождемся когда рост стабилизируется, тогда будем дорогое покупать. Ну 2-3-4-5, 5 - стандартная цена.

С. ДОРЕНКО: 5, да ты что. 5 тысяч.

А. ОНОШКО: Да 5, нужна два-три вида обуви, потому что есть спортивные занятия, есть просто школа, потом она, конечно, не хоть не переобувается пока погода позволяет в одном и том же, а потом ещё зимние сапоги, чтобы не промокали, это тоже проблема. Это тоже проблема нерешаемая практически. Мне кажется они все страшные.

С. ДОРЕНКО: Настя, Настя у тебя же детей-то трое, дофига.  

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: Дофига.

А. ОНОШКО: А мальчики говорят так: ты решаешь эту проблему и всё как бы я пошёл. А где мяч, где самокат и всё.

С. ДОРЕНКО: Это как я жене, это как я жене, что мне надеть?

А. ОНОШКО: Да, да, да, да.

С. ДОРЕНКО: Мне вообще пофиг сейчас честно, абсолютно пофиг 73-73 абсолютно. Я могу пойти я надеваю какие-то шорты, она говорит: ты что бомж? Я говорю, я говорю.

А. ОНОШКО: А вы ей сразу фотографию Насыри показывайте, чтобы она успокоилась, не переживала.

С. ДОРЕНКО: Я ей ссылку скинул уже послал ссылку.

А. ОНОШКО: С фингалом, хочешь вот так будет скоро.

С. ДОРЕНКО: Что я хороший типа.

А. ОНОШКО: Да, конечно.

С. ДОРЕНКО: 73-73-948 алло, здравствуйте, слушаю вас.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте.

С. ДОРЕНКО: Ну как вы собирали в школу-то хоть?

СЛУШАТЕЛЬ: Да, мы в прошлые выходные купили всё к школе и были рады этому обстоятельству, потому что мы забрали детей с дачи и съездили купили, хорошо что одного ребенка нужно было пока только одеть, второго в садик.

С. ДОРЕНКО: Скажите, а вот этот ребенок девочка или мальчик.

СЛУШАТЕЛЬ: Это мальчик.

С. ДОРЕНКО: Ну проще, что там, Господи, мальчик, правильно?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну да, через 5 минут в магазине он сказал: сними с меня это всё, я больше мерить не буду, все пошли.

С. ДОРЕНКО: Ну правильно мальчик на все согласен, если ему сказать слово: сейчас будешь мерить, он на всё согласен и всё, и всё сразу.

СЛУШАТЕЛЬ: Да, да.

С. ДОРЕНКО: Это я вот так вот.

СЛУШАТЕЛЬ: Я хотела сказать, что я счастливый человек, потому что летом у меня была возможность оставить  детей с бабушкой, дедушкой на даче и 1 сентября идти в школу.

С. ДОРЕНКО: Да, прекрасно. Спасибо, спасибо, спасибо, хорошо. Значит, у меня три девчонки разного возраста и с каждой всё по-своему. Младшему пацану два года и пока всё пофиг – говорит Гешефтмахер. То есть три девчонка, и один пацан, тут всего четверо. А мне дочки помогают одежду покупать. Растите инфантилом -  говорит Правдалюб. Не знаю, я не знаю, я до сих пор не понимаю ничего в одежде. Вообще ничего не понимаю. Я покупаю принты на майках и все. Я просто знаю одну фирму, которая делают толстый этот ну cotton, heavy cotton – хлопок, тяжелый хлопок. Всё остальное тонкий хлопок меня не устраивает, потому что через тонкий хлопок у меня очень эротичный соски. И мне кажется, что если я буду ходить на работу с эротичными сосками.

А. ОНОШКО: Так можно лифчик купить .

С. ДОРЕНКО: Нет. Они у меня эрегируются так, что просветлят любой лифчик, смеёшься? Я поэтому ношу heavy cotton и рисунки такие принты большие и всё, они закрывают эрегированные соски очень удобно и всё я ухожу. А всё остальное меня вообще не парит. Эти джинсы, например, куплены были 4 года назад. Я мою их один раз в год примерно, но когда они уже становятся совсем глиняными, я их стираю. Ну когда глина сама отпадает по-настоящему, если честно нафиг не надо, а летом всё время мотоциклетная или шорты. Так очевидно что джинсы вообще не нужно в результате, правильно? Ну иногда нужны, но это я говорю потому что, а девочки, конечно, чуть сложнее, мне кажется. Отправляю старшую в первый класс в этом году, у меня детям два с половиной, один год, мне еще пять лет ждать - говорит 33-й. А я - супер дедушка, на всё лето забрал к себе троих внуков. Но это же редкость, понимаете редкость такие попляшем самоотверженные люди, которые могут там целый, целый, как там было что-то сверчок, погодите детки, дайте только сырок, будет вам и белка, будет и сверчок.

А. ОНОШКО: Свисток.

С. ДОРЕНКО: Свисток что-то, да, да, да вот это вот он там режет там сверстки какие-то, свистки и дедушка, ну я не знаю. Да, очень интересно.

А. ОНОШКО: Мне кажется, я стану однажды таким дедушкой.

С. ДОРЕНКО: Я молодая учительница, на время отпуска мне отдали племянницу 8-и лет, пощадите. Пощадите. Ужас, ужас, ужас. Рожайте больше, чем вчера, пособие заплатят - угрожает нам Василий.

А. ОНОШКО: А вы знаете, что в этом году в многодетных семьях в Москве, если у вас в семье есть школьники раньше было 5000 рублей на форму, в этом году 10000 рублей на форму выдают.

С. ДОРЕНКО: Ой, ой, а где получать?

А. ОНОШКО: На оформите многодетность, вам будет на карточку капать раз в год в мае приходит. Нужен ещё один ребёнок.

С. ДОРЕНКО: Я уже не могу.

А. ОНОШКО: Почему не можете?

С. ДОРЕНКО: Не могу, ну ещё один.

А. ОНОШКО: Ещё один до совершеннолетия, если кто-то вырастет, то вы уже тогда, если у вас там останется двое малолетних.

С. ДОРЕНКО: Подгонять надо новых?

А. ОНОШКО: Да, надо новых, но 10 тысяч в Москве дают на эту одежду. Поэтому в принципе как раз этого хватает на обувь и одежду, да. Там две рубашки и.

С. ДОРЕНКО: 10 тысяч хватает, ладно Настя, Настя, давай народу звонит много, народу и эта тема оказалось народной, так что давай говори. Алло, здравствуйте, слушаю вас. Здравствуйте. Да, ну как вы собрали своих?

СЛУШАТЕЛЬ: Я ещё собираю, у меня двое парней – двойняшки. Для оного это принципиально одежда, а для другого нет, может пойти в  чем угодно.  

С. ДОРЕНКО: А какой возраст?

СЛУШАТЕЛЬ: 6 лет.

С. ДОРЕНКО: 6 лет, вот смотрите, как интересно, скажите мне вот правда же что правда же что они рождаются уже готовыми личностями? Вот.

СЛУШАТЕЛЬ: Абсолютно, с рождения вот только я их увидел, вот они лежат полметра, но уже виден характер.

С. ДОРЕНКО: Уже виден характер и он не изменится никогда. Они вот такие, они - готовые личности.

СЛУШАТЕЛЬ: Абсолютно, и вот сейчас они растут и я вижу в них продолжение своих родителей, своих про родителей.

С. ДОРЕНКО: Я понимаю, я понимаю, я понимаю, спасибо. Значит, я позволю себе. Что?

А. ОНОШКО: Ну может быть про родителей, про прородителей да, но ты пытаешься разглядеть себя в них и не видишь.

С. ДОРЕНКО: Вот этот вот кошмар-то главный, когда хочется разглядеть в них себя и не видишь, но мы не хотели огорчать нашего слушателя. Мы не хотим, мы не хотели.

А. ОНОШКО: Ну если он видит, то хорошо. Но это необязательно, дети - гости в наших домах, мы же все это помним, наше дело их накормить, обогреть и это самое, выпустить.  

С. ДОРЕНКО: Отдать дома и убраться на тот свет, в этом главный смысл - очистить ареал, отчистить ареал, куда выпустить, они не уходят. Ты выпускаешь их, они не уходят. Нам и здесь хорошо нахрен.

А. ОНОШКО: Ну это уже другой вопрос.

С. ДОРЕНКО: Что? Что? Я сталкивался с таким, я знаю, что это значит.
А. ОНОШКО: Есть решение.

С. ДОРЕНКО: Дети - гости в наших домах - говорит Настя, а они не уходят, дети.

А. ОНОШКО: А вы такой говорите: всё аренда кончилась.

С. ДОРЕНКО: Какая аренда?

А. ОНОШКО: А потому что вы должны жить в аренде тогда, это сразу такое универсальное прикрытие, всё хозяева нас гонят, мы идем снимать двушечку там или что-то надо маленькое, а вы туда.

С. ДОРЕНКО: Сами по себе.

А. ОНОШКО: Сами по себе, всё до свидания.

С. ДОРЕНКО: Не знаю избавиться детей тоже проблема, согласись.

А. ОНОШКО: Вот не могу рассуждать пока не знаю еще практики нет, но то, что дети рождаются готовыми, совершенно чужими, другими людьми - это абсолютно точно. Каждый взгляните сам на себя, что у вас общего с родителями?

С. ДОРЕНКО: Современные дети во всяком случае в Москве инфантильны и липки.

А. ОНОШКО: Нет, нет, нет, почему вы так говорите? Наоборот очень крутые, они лучше все.

С. ДОРЕНКО: Я в 16 лет ушел из дома, в 16 ушел из дома, всё, дорогу забыл, до свидания, понятно? Я серьёзно говорю, ну правду.

А. ОНОШКО: Жили бы ваши родители в Москве?

С. ДОРЕНКО: И?

А. ОНОШКО: Поселились бы вы в общагу в 16 лет или продолжали бы сидеть дома?

С. ДОРЕНКО: Я в 16 лет переехал жить в общагу.

А. ОНОШКО: Поэтому надо было жить в таком месте, чтобы от вас было проще бежать, а не жить в самом центре рядом с институтом.

С. ДОРЕНКО: То есть мне тогда придется переселиться в общагу, правильно?

А. ОНОШКО: Да в деревню.  

С. ДОРЕНКО: Нет слышишь меня, мне придётся переселиться в общагу.

А. ОНОШКО: Вам?

С. ДОРЕНКО: Или в Кострому какую-то.

А. ОНОШКО: Ну нет, но да, но может быть.

С. ДОРЕНКО: Мне надо ездить на работу дорогая, я могу здесь в кабинете спать.

А. ОНОШКО: Да, тоже вариант, выход.

С. ДОРЕНКО: Этот гамак с женой приходить сюда и спать с женой в гамаке.

А. ОНОШКО: Можно палатку поставить если позволяют  потолки и все.  

С. ДОРЕНКО: Да, ну короче избавиться от детей тоже проблема большая. Значит, с 3 сентября мы избавимся, а потом когда они закончат школу, хрен избавишься. Они не хотят.

А. ОНОШКО: Глобальное избавление от детей. Ну давайте рецепт от слушателей. Пусть слушатели расскажу. Что делать.

С. ДОРЕНКО: 73-73-948, 73-73-948 алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте.

С. ДОРЕНКО: Да.

СЛУШАТЕЛЬ: У меня уже Слава Богу всё это закончено, просто хочу отработать свой бывший кошмар.

С. ДОРЕНКО: Давайте.

СЛУШАТЕЛЬ: У меня у малыша 47-й размер обуви, вот.

С. ДОРЕНКО: Сейчас?

СЛУШАТЕЛЬ: И вот вдруг как только ты расслабилась, купила тетрадки, обложку для дневника, погладила джинсы, рубашку и вдруг звучит эта фраза: Мам, а у меня кажется кроссовки разорвались. И всё. Сердце падает просто в район желудка.

С. ДОРЕНКО: 47-й.

СЛУШАТЕЛЬ: А избавиться от детей очень легко, на самом деле.

С. ДОРЕНКО: Как же?

СЛУШАТЕЛЬ: Их просто надо выдать замуж или чтобы он женился, ни в коем случае не препятствовать и всё.

С. ДОРЕНКО: Ну дак это понятно, ее еще как-то можно представить, а его, он не хочет гад жениться, не хочет и всё.

СЛУШАТЕЛЬ: Да ладно вам, мой уже женился, развелся, всё нормально не, не, не.

А. ОНОШКО: Что он в школу ходит?

СЛУШАТЕЛЬ: Все нормально, да и не хочет возвращаться.

СЛУШАТЕЛЬ: Спасибо, спасибо.

С. ДОРЕНКО: Понятно, спасибо, 73-73-948, 73-73-948 алло, здравствуйте.

А. ОНОШКО: Надо установить приложение на телефоне ребенку специальное знакомств.

С. ДОРЕНКО: Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, здравствуйте. Вот я свою историю хотела бы рассказать.

С. ДОРЕНКО: Давайте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, здравствуйте. Я свою историю хотел бы рассказать, когда дочка училась в школе, сейчас она уже в институте, да, напрягало походу вот эти вот за покупками, канцелярия, одежда, сейчас она в институте, я могу сказать, как же этого не хватает. Мы практически перестали с ней общаться.

С. ДОРЕНКО: Но может быть пожить для себя, поехать в Японию? Подняться на Фудзияму что-нибудь такое сделать, пожить для себя?

СЛУШАТЕЛЬ: Не думаю, всё-таки как-то дети, может быть я к этому как-то так отношусь, но мне кажется, что когда школа заканчивается, какой-то период у каждого родителя вот такой наступает.

А. ОНОШКО: Да ладно, она ребеночка родит будете с ним опять ходить со внуками.

СЛУШАТЕЛЬ: Ну да, может быть внуки опять вспомнится всё по молодости, что было.

С. ДОРЕНКО: Да, спасибо в движение, в движение. Расскажу вам про статью сегодня, почему я побольше беру на движение, сегодня статья на autonewsru.com офигенская про безопасность трас, ну неважно, значит они там безопасные, Балтия, например, безопасная не знаю, не знаю, что-то мне не верится. С чего бы она стала безопасной, когда я видел зашаховской как это самое чпокнул кретин на УАЗике мотоциклиста, поворачивая влево, не пропуская мотоциклиста с приоритетом. Мотоциклист шел просто по трассе Балтия так называемой, а этот идиот на УАЗике ехал к заправкам, он поворачивал влево и сбил мотоциклиста. Ну там кровищи было довольно много правда и мотоциклист мертвый все время некрасиво смотрится. Я тебе хочу сказать, что живой мотоциклист смотрится горделиво, чисто князь, а мёртвый мотоциклист смотрится как-то неправильно, всё время там живот у него обнажается волосатый некрасивый там лежит какой-то толстый и весь мертвый совершенно. Некрасиво, нет. Поэтому, когда мне говорят, что она безопасная и так далее я вижу этого мертвого мотоциклиста в глазах и мне нихрена не нравится она, всё равно. Неважно. Балтия, значит, М4 одна из самых опасных и прочее. Слушайте нет, а в конце статьи самая офигенская тема. В группе МДПС Воронеж ВКонтактике появилось предупреждение, что работники придорожных кафе на М4 Дон добавляют спиртное в еду и напитки для водителей, записывают номер и марку автомобиля и скидывают ну фоткают и скидывают гаицам, что человеку подлили спиртное. И там гаицы ловят уже зная от общепитовцев. Люди, значит, пишут: нет, это ерунда потому что это невозможно, потому что если будет спиртное, ты почуешь. Не почуешь. Не почуешь. Ром в кока-коле не почувствуешь, но не почувствуешь ты ром в кока-коле, если немножко, а это достаточно будет для гаица. Ты не почувствуешь, понимаешь, в чем дело, есть напитки какие-то резкие, в которых можно налить там спиртного и ты не почувствуешь. Ну будет какой-то странный привкус ну ты же видишь по этикетке что это не то, правильно. Якобы, внимание, будьте осторожны, якобы подонки там в группе МДПС, МДПС Воронеж говорится, что там в Воронеже или вокргу, вокруг Воронежа на трассе подливают спиртное в еду и напитки сотрудники этих самых всяких там забегаловок, фоткают ваш номер и отправляют гаицам, а гаицы работают с ними в паре, понятно? Может быть, а может не быть, не знаю, люди пишут не знаю. Новости.

 

 

 

 

С. ДОРЕНКО: 10 часов 6 минут, среда, 8 августа. Здравствуй великий город, здравствуйте все – это, когда мне надоест, я скажу, сколько еще радио «Говорит Москва». Настёна, я плавал весь отпуск, каждый день.

А. ОНОШКО: На чём?

С. ДОРЕНКО: На руках, на животе.  

А. ОНОШКО: Я думал на этой штуке надувной, на которое вы мимо Кремля уже жара пришла.

С. ДОРЕНКО: У меня есть SUP я истратил на него более 1000 долларов когда-то.

А. ОНОШКО: Он у вас дома лежит свернутый, не надутый?

СЛУШАТЕЛЬ: Нет в гараже, в гараже.

А. ОНОШКО: В гараже стоит надутый?

С. ДОРЕНКО: Он стоит в гараже уже 6 лет Sup Stand Up Paddle.

А. ОНОШКО: Дайте покататься.

С. ДОРЕНКО: Нет, не дам, ты что, ты знаешь сколько он стоит ужас? 40 тысяч, когда был доллар по 30. Я заплатил 40 тысяч за этот чёртов Stand Up Paddle гигантский, когда доллар был по 30 никому не дам.

А. ОНОШКО: То есть 30 тысяч заплатили всего рублей, рублями если?

С. ДОРЕНКО: Нет тогда 40 тысяч ещё раз повторяю 10 раз, когда доллар был по 30, то есть 1300 долларов заплатил за него, как сегодня было бы 90 тысяч рублей, охренеть.  

А. ОНОШКО: А что там 90 тысяч.  

С. ДОРЕНКО: Что там 90 тысяч, багачка. Я-то вот скромный советский труженик, а что я сейчас пытался тебе рассказать?

А. ОНОШКО: Что вы плавали.

С. ДОРЕНКО: Я плавал в отпуске на руках, я плавал по воде 23 градуса взад-вперед, поэтому у меня легкие сейчас обычно 6,5 литров, а сейчас 6,5 литров. То сейчас у меня легкие такие, что я могу рычать хоть полчаса, пожалуйста. Ну в смысле как оперный певец ты понимаешь об этом?

А. ОНОШКО: Вы могли бы когда-нибудь петь как оперный певец?

С. ДОРЕНКО: Нет но я говорил, что меня приглашали петь в церковь старообрядцы, староверы, старообрядцы, мы пили со старообрядцами у одного человека, который делал нам прекрасный суп из петушиных гребешков, приходили старообрядцы, мы пили водку, а потом пили все вместе. Там я научился петь вот это вот. Но я тебе говорил же уже. Господи помилуй, Господи, Господи помилуй мя. Но я могу долго, извини, я не хочу тратить на это эфирное время. Они говорят: дурак, что ты задарма поешь, пойдем с нами в церковь петь.

А. ОНОШКО: А там что не за бесплатно?

С. ДОРЕНКО: В смысле?

А. ОНОШКО: Можно петь?

С. ДОРЕНКО: Им платят, конечно, а что ж Христа ради петь, интересно, ты из себя кислород можно сказать последний выдуваешь что задаром что ли? Нет мы пели неплохо со старообрядцами помню, помню они меня склоняли всё время в свою секту вступить, мне было ужасно интересно и всё такое, но я осторожно ходил по краю и так и не переступил через край, нет. Слушай, значит Мэй, я к тому, что если ты долго будешь плаваешь, потом у тебя легкие раздуваются, чтобы ты знала. Это как бег на лыжах примерно. Мэй раскритиковала Джонсана за слова о женщинах в бурках. Бурками называют вот эти вот маскхалаты специальные, которые женщины надевают. Бывший глава МИД сравнил мусульманок, которые закрывают лицо с прорезью с почтовыми ящиками.

А. ОНОШКО: Это очень смешно.

С. ДОРЕНКО: Тебе кажется это смешно, кто смешон в этот момент? Кто смешон? Борис Джонсон смешон – экс-глава МИД Великобритании Борис Джонсон должен извиниться за высказывания в адрес женщин, которые носят мусульманскую одежду - заявила премьер-министр Великобритании Тереза Мэй. Я не сказал про доллар. Как мне не стыдно. Ну сейчас я вернусь. Она поддержала тыры-пыры. Борис Джонсон, он оказывается сравнил женщину в мусульманской одежде с почтовыми ящиками с вот этой прорезью имеется в виду, да?  

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: Ну я не знаю, я не знаю но это шквал критики и всё на свете. Давайте в эти английские дела не вмешиваться - это английские дела, товарищи, совершенно, это какие-то странные дела, немного странные дела. Не будем туда вмешиваться с почтовыми ящиками, так сказать у нас всё наоборот, правильно?

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: У нас всё клёво, у нас они ходят в обтягивающих джинсах.

А. ОНОШКО: Да, они иногда забывают шорты надеть, в футболках не поймешь, то ли девочка забыла надеть шорты.

С. ДОРЕНКО: Ты имеешь в виду мусульманок?

А. ОНОШКО: Нет, нет, нет, нет, нет, а что, а вы про мусульманок в обтягивающих?

С. ДОРЕНКО: Я про мусульманок.

А. ОНОШКО: Что у них обтягивающие голову платки?

С. ДОРЕНКО: Джинсы.  

А. ОНОШКО: Джинсы?

С. ДОРЕНКО: Джинсы, обтягивающие джинсы и ничего и очень хорошо и очень даже очень. Ладно-ладно всё прежде, чем мы заблудились в какую-то опасную тему, мы поедем дальше, давайте. Нет давайте сейчас Владимир из Дубая присылает нам фото в 60 км от Афганской границы.

А. ОНОШКО: А что там? Почтовые ящики?

С. ДОРЕНКО: Нет у него, нет тут мужики с автоматами. Мужики с автоматами сидят на таких тойотах, каких-то крузерах. Значит Владимир из Дубая сейчас путешествует куда-то к чертям собачьим в 60 километрах от Афгнской границы со стороны Пакистана, не знаю хорошее ли это место, но он типа говорит, что хорошо. Давайте смотреть доллар, доллар. Я должен написать ему что-нибудь приветственное. 63,55 - это там, где он вчера был. 73,85 по евро 74,61 нефтица там же, где и была вот. Пара евро доллар укачивала на 1 16. МЫ вчера держали на 1 15 и позавчера тоже. 1 16 22 в эту секунду, пожалуйста. Биток был у нас 6,900 сейчас 6,500. Что я говорил? Биток, что ничто 8 был тысяч недавно на позапрошлой неделе, всё такие потели мелко, судорожно потели вонюче и хотели 10. Потом он укатился на 7,300, потом он встал на 7 или нет, вчера он стоял у тебя где? На 6 700, где он был вчера? А сейчас 6,500 видишь, он падает паскудный твой биток, вот оно что. Ну конечно не падает до 60, но он падает до 6,500. Гуманитарная помощь, давай гуманитарная помощь это очень важно. Это значит ребята это анекдот, но это анекдот из жизни. Русские пользователи придумали с каким-то святым, мы не знаем, у него вот тут какие-то буквы ну в общем понятно, да, какой-то такой из культа чувак. Ну он на манер типа как Византийская икона, что-то такое и он как бы он Spacepalm такой.

А. ОНОШКО: Нет там смысл был в том, что придумали шутку здесь в Российской Федерации сделать так, что у него Spacepalm, что называет себя Spacepalm на фоне арестов за репосты. Но здесь опасно это делать, поэтому.

С. ДОРЕНКО: И поэтому, внимание, Настя сейчас расскажет, наши придумали шутку, сделали картинку с каким-то там святым c Facepalm и значит запросили украинцев, кто может шарахнуть из Украины. Чтобы переслать им почтой, а они шарахнут с Украины потому что на Украине свобода типа, а у нас тут нет свободы. Ну вот, и ребята, ребята сразу пишут, значит, первое. Сейчас секундочку нет, сейчас, сейчас, сейчас за умеренную плату поставлю за вас плюс в карму автора. То есть они там договариваются.

А. ОНОШКО: Но это как отсидеть найти сегодня, вместо того, чтобы ставить лайк придумали гладить курсором, если вам нравится картинка, вы так погладили никто не заметит.

С. ДОРЕНКО: Да, да, да, да, да лайкнуть не рискнул, погладил курсором – чел пишет.

А. ОНОШКО: И ещё там гуманитарная помощь, которую мы заслужили.

С. ДОРЕНКО: Гуманитарная помощь из Украины, украинцев просят, украинцев просят выложить картинку, потому что им за это ничего не будет, потом пишут спасибо, все гладим курсором вместо того, чтобы лайкнуть, потому что лайкнуть бояться. Вот скажите что это анекдот? Анекдот. Скажите, что он жизни? Да это анекдот из жизни - это правда русские пользователи кидают картинки украинцам, чтобы украинцы выложили в сеть, а русские пользователи не могут ставить лайки, потому что за это сажают в тюрьму и гладят курсором. Вот это последнее изврат современности, двигаемся дальше. Скажи мне, пожалуйста, значит я хочу разобраться с еврофайтером испанским.  Испанский еврофайтер летал в Литве и пульнул ракету.

А. ОНОШКО: Может быть не все знают что такое еврофайтер.

С. ДОРЕНКО: Еврофайтер – это, товарищи, истребитель, истребитель. Значит, он летал и вчера по их литовскому времени в 15:44, а это значит наше время, потому что у них там летнее, а у нас летнего нет, значит, 15:44 испанец, летчик испанец на еврофайтере, который летает в Литве от испанской армии во время произведения ну обычных тренировочных полетов тем не менее с ракетой в 100 км от русской границы, в 100 км от русской границы запулил ракету, которая весит 152 кг, в длину 3,7 м, 18 см в диаметре, летает на 100 км и несет на себе 25 кг килограммов взрывчатки. Эта ракета AIM-120 называется она или AMRAAM воздух-воздух сделанная американцами Рейтон вот эта вот корпорация, которая ракеты делает у них, у американцев пулнула ракету на 100 километров от нас, которая летит 100 км. Она упала уже всё нормально, никаких жертв, ничего страшно. Воздух-воздух, он мог какой-нибудь за хреначить русский самолет какой-нибудь или нет.

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: 73-73-3948, объясните, пожалуйста, мне те, кто разбирается в воздушном движении, в авиации и так далее что могло быть. Алло, здравствуйте какие были опасности. Алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Сбить-то конечно мог, только наверное какой-нибудь дружественный самолет эстонский.  

С. ДОРЕНКО: Почему? Но наши же тоже летают.

СЛУШАТЕЛЬ: Это имеется в виду, что любой другой мог сбить.

С. ДОРЕНКО: Любой, но и наш в том числе, меня это беспокою я сам. Например, я лечу даже не на русском самолете, а на каких-нибудь SAS на каких-нибудь SAS с пересадкой в Копенгагене.

СЛУШАТЕЛЬ: Массу знаем случайных самолётов Ту-154, например, которые никто не собирался сбивать, но ракета сама наводится.

С. ДОРЕНКО: Да, вот это вот украинская ракета, которая сбила самолет в Новосибирске с Тель-Авива, абсолютно верно. Скажите, пожалуйста, хорошо, а как это происходит – случайный пуск ракеты у боевого летчика?

СЛУШАТЕЛЬ: Нет, как случайно я не знаю происходит, другое дело что это ракета была с тепловым самонаведением, с тепловой головкой ну наверное тепловая головка, навелась бы она в любом случае на цель.

С. ДОРЕНКО: Она бы навелась. Если бы был какой-нибудь теплый двигатель, она бы навелась. Спасибо. 73-73-948 алло, здравствуйте, слушаю вас. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, да, здравствуйте Сергей, Кирилл.

С. ДОРЕНКО: Здравствуйте, Кирилла.

СЛУШАТЕЛЬ: Самопроизвольные будки у нас вот тоже на севере когда служил, они если неправильно там подсоединено, просто там коротнуло и всё. Но эта ракета в 100 км там ничего бы не было.

С. ДОРЕНКО: Не было, да?  

СЛУШАТЕЛЬ: Тепловая ракета у неё там до 15 - это ракета средней дальности Acrom по-моему, насколько я понял.

С. ДОРЕНКО: Да, я сейчас снова прочитаю AMRAAM.

СЛУШАТЕЛЬ: Это ракета средней дальности, она захват за 50, а гарантированный пуск за 42 км.

С. ДОРЕНКО: То есть она могла бы и не захватить нас никого.

СЛУШАТЕЛЬ: Ничего могла бы не захватить.

С. ДОРЕНКО: Шауляй, Шауляй вы помните Шауляй.

СЛУШАТЕЛЬ: Шауляй.

С. ДОРЕНКО: Это же наш аэродром российский Советский, это наша полоса в Шауляе.

СЛУШАТЕЛЬ: Да, строили мы абсолютно верно.

С. ДОРЕНКО: Это испанец летает с нашей русской полосы в Шауляе тебе понятно? Это военный гарнизон там, я его знаю. Что я там не жил, батя не служил, я знаю шауляйский гарнизон просто и полосу эту знаю. О Господи, там летают испанцы, которые пуляют ракеты хрен пойми куда и так далее в 100 километрах от русской границы.

А. ОНОШКО: А звучит очень по-китайски.

С. ДОРЕНКО: Шауляй?

А. ОНОШКО: Да, я думала это где-то там.

С. ДОРЕНКО: Телевизор был Шауляй. Алло, здравствуйте, слушаю вас. Алло? Нет человек исчез. 73-73-948 алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Эта головка у неё не тепловая, у неё активная головка самонаведения.

С. ДОРЕНКО: Да.

СЛУШАТЕЛЬ: Летчик с самолета должен которую найти цель, пускает ее, ракета сначала летит по локатору самолета, а потом где-то на половине пути она сама включает свою активную головку и сама ищет.

С. ДОРЕНКО: Захватывается. Скажите, пожалуйста, то есть летчик должен, как курсором указать на цель?

СЛУШАТЕЛЬ: Давно это система выстрелил – забыл, почитайте, это самая модерновая их ракета.

С. ДОРЕНКО: Если она пошла сама, вот он произвольно там руками что-то блудил, рукоблудствовал и она пошла сама может быть случайно?

СЛУШАТЕЛЬ: Мне звонят, извините

С. ДОРЕНКО: Да пожалуйста. Может быть случайное, случайный захват цели? Если это самая умная ракета, которая сама захватывает по траектории цель. То есть сначала летчик кидает ее в сторону цели, она сколько-то идет до цели, там условно говоря 25 квадратов она идет до цели. После чего она сама захватывает цель, сама курсором своим собственным наводится понимаешь и дальше она уже пилит за этот целью как сумасшедшая, как бульдог вцепившийся, понимаешь?

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: Значит вопрос, она могла если ее просто тульнули в эту сторону, она могла пройти сколько-то, а потом захватить какой-нибудь самолет и папиллить дальше сама? Вот в чём вопрос 73-73948, алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Сергей, доброе утро, Леонид, Москва.

С. ДОРЕНКО: Доброе утро, Леонид.

СЛУШАТЕЛЬ: Я конечно не лётчик, хотя всегда мечтал. Я хочу вспомнить одну вещь, знаете этим миром правит не тайная ложа, а явная лажа. Ну скорее всего просто кто-то там ошибся, может быть закрепили как-то неправильно, может быть пилот там действительно рукоблудил чуть-чуть, значит, думаю, что это типичное воздушное происшествие обыкновенное. Нацеленное против России.

С. ДОРЕНКО: Нет, это понятно. Я говорю о случайностях. Если бы я бы рядом проходил бы где-нибудь на каком-нибудь боинге Аэрофлота и SAS с пересадкой в Копенгагене они могли ли меня захватить? Могла эта ракета меня захватить как цель и сработать по нам?

СЛУШАТЕЛЬ: Но мне, к сожалению, это неизвестно, но будем счастливы, что мы там не летели, никто не летел.

С. ДОРЕНКО: Может быть они приводят эти упражнения километрах на 5, там может быть горизонты другие может быть?

СЛУШАТЕЛЬ: Вряд ли еврофайтер летает на 5, конечно.

С. ДОРЕНКО: Вряд ли, вряд ли 73-73-948, 73-73-948 алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Сергей. Артём Одесса.

С. ДОРЕНКО: Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Но я чуть-чуть, чуть-чуть понимаю в этом в общем если сход случайный ракеты произошел, то она может пролететь сколько-то километров и там, если рядом с ней на пути на ее траектории будут какие-то воздушные цели, она может в случайном порядке захватить сама какую-нибудь из целей и пойти уже за ними. Это могут быть,  есть это пассажирский какой-то, ну не важно там болталась какая-то цель в радиусе ее поражения, то она могла, конечно, захватить и попасть в эту цель.

С. ДОРЕНКО: То есть, когда у неё начинается самостоятельный полет последние 20 км, например, она если она кого-то в 20 км увидела, она могла его захватить и дальше пойти за ним?

СЛУШАТЕЛЬ: Да, если это случайный исходит, понятно, что он ее не наводил ни на какие цели, но если там кто-то возле неё был, то могло бы быть всякое.

С. ДОРЕНКО: Могло, но не было ничего, всё она ликвидировалась, все как бы кранты. Но нам неприятно, нам не приятно, щекочет неприятно нервы, ну согласись., мне неприятно. Всё, всё сейчас понимают, все звонят. 73-73-948 алло, здравствуйте, слушаю вас. Алло?

СЛУШАТЕЛЬ: Алло.

С. ДОРЕНКО: Да, да.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Андрей Москва. Я как раз специалист по головкам турбо наведения.

С. ДОРЕНКО: Спасибо большое, что позвонили, прошу вас.

СЛУШАТЕЛЬ: Могу сказать, что ничего произойти не могло.

С. ДОРЕНКО: Почему же?

СЛУШАТЕЛЬ: Потому что ракету пускают на определенную цель, то есть локатор выясняет с какой скоростью летит цель, где будет упреждённая точка встречи, пускается эта ракета, которая сначала идет без головки самонаведения, она идет в упреждённую точку. И километрах в 10 от точки встречи включается вот эта вот головка и она должно заходить именно цель, заданной скорость, летящая в заданную точку. То есть ее антенна выставляется в направлении той цели, которую захватил локатор. Потом это по ходу дела ракета имеет радио коррекцию. То есть в принципе лётчик может изменить перенацелить ракету на другую цель во время полёта.

С. ДОРЕНКО: Можно задам вам вопрос? Хорошо я лётчик, у меня сошла ракета и пошла, я это самое могу ее ликвидировать?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну конечно по линии радио коррекции можно.

С. ДОРЕНКО: То есть я могу ее направить в лес куда-нибудь, правильно?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну да, да, да. А потом там же есть по времени команда на самоподрыв. То есть, если она летит дольше того времени, на которое рассчитана ну там около минуты.

С. ДОРЕНКО: Да.

СЛУШАТЕЛЬ: Вот если она летит две минуты, то она сама ликвидируется.

С. ДОРЕНКО: По сигналу летчика или это?

СЛУШАТЕЛЬ: Нет, это заложено в самом.

С. ДОРЕНКО: Заложено, хорошо. То есть наша опасения абсолютно беспочвенны и всё. Спасибо вам огромное, что позвонили, спасибо большое. Всё ребята, ребята, ребята будем жить, будем жить. Всё хорошо, всё видите, когда позвонил специалист и объяснил, мы тут немножко, немножечко стали побаиваться, но совершенно зря. Слушай, значит, я хотел когда 10:25 уже 26 почти, я хотел. Ребят, ребят, я считаю, у нас исчерпывающий ответ, я считаю, что мы получили исчерпывающие данные, незачем одно и тоже гонять. Значит смотрите я хочу сказать, что продолжается, мы говорили с тобой о том, что люди пытаются забросить какие-то смешные картинки через Украину, потому что в России ну сажают в тюрьму за это и украинцы в качестве гуманитарной помощи русским выкладывают, выкладывают смешные картинки по просьбе русских. Значит, это понятно. А вот в Бийске подростка оштрафовали за пропаганду нетрадиционных отношений ВКонтакте. 16-летнего школьника оштрафовали на 50 тысяч рублей за пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних в интернете. Значит, протокол на подростка составили из-за нескольких фотографий ВКонтакте, на которых изображены молодые люди и полуобнаженные части тела, непонятно какие части тела извините, да. Я здесь отдаю этого полностью на растерзание вашей похабной фантазии. Какие-то не обнажённые, а полуобнаженные, может быть в вуалях. Ну вот, Марина Шлыкова из центра оценки и экспертизы Барнаула решила, что эти фотографии пропагандируют нетрадиционные сексуальные отношения. Дело рассматривала комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав. Смысл, почему Насть, невозможно было утверждать, что их выложил 16-летний мальчик, невозможно. Дело в том, что страница просто создана на его имя, однако ничего ни ip-адреса, ни его компьютер, ничего не указывают на то, что это он. Ты понимаешь?

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: То есть они провели как это всегда у нас знаете полиции хватает сил и денег на то, чтобы провести самые исчерпывающие исследования. Оказалось, что в адрес социальной сети ВКонтакте, значит, интернет-провайдеров, ip-адреса и сами компьютеры, ничто не указывает на то, что это сделал мальчик, ничто не указывает на то, что это сделал мальчик. Просто кто-то, где-то, когда-то на его имя создал страницу, где выложил небезсомненные фотки. За это, за это суд впарил ему 50 тысяч рублей штрафа за пропаганду гомосексуализма. Значит, спрашивается, спрашивается, а почему вы думаете, что это он выложил? Говорит: не знаем. А почему вы думаете, что ну как-то доказать, что он выложил, должны быть ip-адреса, само устройство, с которого он выкладывал. Суд говорит: нет, нет, нас это не парит. Подождите, но ведь любой человек мог создать на его имя страницу. Ну да, мог любой, а почему тогда его штрафуют? Ну потому, что на его имя. А если это его враг создал страницу, ну враг, у него есть мальчик другой из 10 Б.

А. ОНОШКО: Антагонист.

С. ДОРЕНКО: Из 10 Б есть мальчик, который хочет ему отомстить, он взял на время шарахнул страницу и шарахнул от его имени фотографию. Судью спрашивает: скажите, пожалуйста это возможно? Возможно. А почему вы его оштрафуете? Вот так. Ну это понимаешь, это набор очков просто ну как бы положено сколько-то положено, это Алтайский край, Бийск, Алтайский край же тоже печально известен также как Барнаул этот рядом там, также и Бийск печально известный тем, что непрерывно сажают за какие-то лайки и репосты, непрерывно, понимаешь?

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: У них там большая в этой связи деятельность. Вот это очередной случай, имя мальчика мы не будем вам говорить соответственно, потому что несовершеннолетний, но ситуацию равно такая это кто-то, где-то, когда-то на ваше имя сделает страницу, выкладывает туда не безсомненную фотографию, после чего вас сажают, либо штрафуют, как в этом случае, просто так, вообще ничего не доказывая. Россия, 21 век.

 

 

 

С. ДОРЕНКО: Очень интересная статья, советую всем, кто в экономике не чужой, не в гостях посмотреть сегодняшний «Коммерсант» 8818 в распоряжении Коммерсанта оказался Бутрин, вот Бутрин дико умный, знаете да, Бутрин, Тарасенко, Мареева и Дудина вчетвером они разбирали этот прекрасный текст, значит, и Бутрин, Бутрин верховодил насколько я понимаю и это вот по экономике главный в Коммерсанте. Настя.

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: Слушай меня, пожалуйста, вот, значит и этот законопроект о новых санкциях у них оказался у Коммерсанта. Значит, что они от нас хотят и что будут делать, там очень много всего на самом деле - это большой текст, который в принципе призван ограничит Трампа в дружбе с Россией. Возможно, то есть условно говоря этот закон как бы пытается взнуздать Трампа, чтобы он не смог принять никаких решений. Из опасного Россию пытаются, вернее будет предложено считать страной спонсором терроризма, страна - спонсор терроризма, понятно, да, Россия. Это очень, это очень далеко идущая угроза в сущности, в том числе экономическая и в первую очередь мне кажется экономическая, которая может работать перед десятилетиями, как мы хорошо знаем а поправке Джексона-вэника. Также прекрасно мы понимаем, что если Россия будет признана страной спонсором терроризма, то, то это просто может на десятилетие быть серьезным препятствием. Пока нам не собираются запретить экспорт нефти, а могут, кстати, ты это понимаешь? Ты это понимаешь?

А. ОНОШКО: Понимаю.

С. ДОРЕНКО: Так вот послушай внимательно. Российский нефтиэкспорт не пытается, да, не пытается. Но мог бы и может быть это отложенная тема, они могут нам запретить нефтеэкспорт. Запретить у нас покупать, понимаешь. Но в принципе.

А. ОНОШКО: А наша доля на рынке не настолько велика, что кто-то пострадает?

С. ДОРЕНКО: Мы тогда начнем продавать всё в Китае, пытаться переориентироваться, но Китай столько не купит, а когда купит, мы станем придатком Китая. А быть придатком Китая, вероятно, не так уж и хорошо. Потому что это может иметь политические последствия и непонятно, что тогда будет за Уралом. Да и не только за Уралом. Да и вообще всё это.

А. ОНОШКО: Обложили нас со всех сторон.

С. ДОРЕНКО: Да, да, да, да. Кроме этого, кроме этого наблюдатели полагают, что этот закон может быть преддверием изгнания России из Совета Безопасности ООН, то есть исключение.

А. ОНОШКО: Ну никакой Совет Безопасности, если мы пособники терроризма?  

С. ДОРЕНКО: Да, абсолютно верно, если  мы - спонсоры терроризма, то это преддверие изгнания нас из совета безопасности, понятно?

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: Значит и так далее. Это так сказать начало, начало серьезных процессов. Вот собственно, вот собственно, о чём этот документ. Они говорят о некоторых вещах с полным как бы утверждением, например. Они говорят прямо в законопроекте цитата российские власти сознательно использовали отравляющее вещество новичок, пытаясь убить экс-сотрудника ГРУ Сергея Скрипаля, а также не захотели или не смогли убедить президента Сирии Башара Асада, союзника Российской Федерации, прекратить использование химического оружия против гражданского населения Сирии. То есть они говорят об этом в утвердительной манере, это не вопросы, а это уже утверждения, понятно, да? Ну и дальше уже абсолютно твердое утверждение, что Россия должна вернуть Крым ну и так далее. Значит, это жесткая бумага, это жесткая бумага, которая призвана в конечном итоге ограничить Трампа в его возможных порывах дружбы, но и начать ряд важных вопросов - справедливо указывает Коммерсант на два, два разных процесса, которые не начались, нет не начались, но могут начаться. Это изгнание России из совета безопасности Организация Объединенных Наций и запрет на нефтеэкспорт в России. Нефте и газа экспорт может быть тоже, да, постепенно. Вот это может быть проведено, если уже так сказать там бульдог начал жевать, то он может дожевать. Это неприятно, читайте Коммерсант, вчитывайте, ждите других комментариев, потому что этот документ вероятно прокомментируют очень многие.

С. ДОРЕНКО: И, да, конечно, акции подпредлагут ну и так далее, понимаешь?

А. ОНОШКО: Я-то понимаю, да. Но это значит, что нам надо учиться зарабатывать альтернативными способами?

С. ДОРЕНКО: Какими?

А. ОНОШКО: Ну учиться, думать.

С. ДОРЕНКО: Грабить прохожих?

А. ОНОШКО: Да каких прохожих, прохожих не останется, прохожие сами будут нуждаться.

С. ДОРЕНКО: Можно я тебя спрошу просто, извини, ну я тебя не критикую, я просто с интересом и может быть в некоторой растерянности спрашиваю тебя. Ты говоришь зарабатывают другими способами, какими?

А. ОНОШКО: Надо думать, надо думать, что мы можем предложить миру кроме того, что мы сейчас предлагаем.

С. ДОРЕНКО: Кроме нас сегодня светоч науки с тех пор как нас отрезали от западных технологий, для нас крайний запад и вверх и светоч науки и град на холме и флаг на холме для нас сегодня - это рынки Гуанчжоу, где мы покупаем величайшие микросхемы, рынки Гуанчжоу это и есть для сегодня Запад, ты это понимаешь?

А. ОНОШКО: Да, понимаю, конечно.

С. ДОРЕНКО: Никакого другого Запада у нас больше нет, всё Запад кончился, понимаешь? А если Гуанчжоу будет давать нам на своих рынках чуть менее sofisticated вот эту вот электронику всякую, то мы ну понятно, да.

А. ОНОШКО: Но у меня вопрос к вам встречный, а почему мы так боимся и жалеем.

С. ДОРЕНКО: Мы не боимся.

А. ОНОШКО: Жалеем отрыва от Запада и не рассматриваем Китай как отдельный мир, это отдельная планета, которую мы можем.  

С. ДОРЕНКО: Китай - это не отдельный мир.

А. ОНОШКО: Настолько сыграть с нашим каким-то опытом в системной организации.

С. ДОРЕНКО: Можно я тебе скажу, что, во что мы можем сыграть с Китаем во что мы можем сыграть с Китаем. Значит, Китай не играет никогда ни во что, кроме как полное поглощение. Китай не берёт от нас никакой опыт, на хрен бы он ему нужен был, они давно купили русских, украинских учёных, которые там сидят в научных центрах Китая, сидят русские, украинские ракетчики, русские, украинские. Если русских ещё кто-то задерживает, то украинских никто не сдерживает, а Украина украинские ракетчики – это и есть ракетчики, это и есть южмаш, это и есть наша лучшая наука, лучшая наша наука, лучшие наши производственные центры, это и есть Харьков, Киев, ты это понимаешь или нет? Днепропетровск, ты это понимаешь, что это лучшие наши, лучшие наши.

А. ОНОШКО: Были, да?

С. ДОРЕНКО: Ну вся советская страна, Советская страна лелеела и развивала Киев, Харьков, Днепропетровск - ракетную отрасль. Поэтому лучше наши ракетчики, они украинцы, они сидят сейчас все в Китае и делают китайскую промышленность, не надо им у нас принимать. Ты говоришь: давайте они у нас будут перенимать - это будет кооперация. Да на хрен они.

А. ОНОШКО: Все направления, понимаете, мы там буде работать с ними и все по всем направлениям.

С. ДОРЕНКО: Они тебя забирают целиком или ты им не нужна, у них разговор короткий у китайцев.

А. ОНОШКО: Забирают, а мы будем там как цыгане жить своими обособленными в своих нарядах, ходить, отличаться внешние, внешние будем отличаться. Мы не перемешаемся с ними, потому что нас будут сдерживать какие-то внутренние такие, какие-то барьеры вот. Цыгане же не перемешались за многие сотни лет, живут совершенно.

С. ДОРЕНКО: Ну как, ты видела цыган в Великобритании? Там Брэд Питт - цыган.

А. ОНОШКО: Я видела, да. Но это же художественный вымысел. Но я вижу наших цыган под Петербургом, которые в Горелово живут, совершенно они малоярославцы, ходят как на работу на вокзале попрошайничают у одних и тех же людей. Когда девочка маленькая не может выйти, выходит ее бабушка и вот они.

С. ДОРЕНКО: Настена.

А. ОНОШКО: А что плохого, мы так же будем, пусть нас душат с другой стороны, мы просто.

С. ДОРЕНКО: Единая, единая, неделимая Россия, огромная, большая единая, неделимая Россия.

А. ОНОШКО: Да, полностью отойдет Китаю, сохранив себя в своей неделимости.

С. ДОРЕНКО: Нужна как таковая суверенная Америке именно для того, чтобы ее не захватил Китай. Америке, Америке мы нужны, Америке мы нужны для того, чтобы нас не захватил Китай.

А. ОНОШКО: К чему тогда эти санкции? Спрошу я вас.

С. ДОРЕНКО: Потому что мы себе ведем, с их точки зрения, себя ошибочно, как им кажется.

А. ОНОШКО: Безобразно.

С. ДОРЕНКО: Да. А вот если бы мы не вели себя ошибочно, они нас пестует, как отдельную страну именно для того, чтобы нас захватил Китай, потому что это будет гемор сразу в два серьёзнее. Для них сейчас Китай - гемор, а если он захватит, будет гемор в два раза серьезнее, понимаешь? Поэтому вопросы сохранности - это вопросы американцев. Американцы.

А. ОНОШКО: Вот пусть они думают в своих утренних ток-шоу, как сохранить Россию, чтобы она не ушла.

С. ДОРЕНКО: А ты прямо готова Нихао, Нихао и всё?

А. ОНОШКО: Да какая разница, нет, я по-русски буду говорить цыгане же они балакают там по-своему и ты не понимаешь, о чём они говорят в электричке, проходя мимо.

С. ДОРЕНКО: Настя, ты смешная 73-73-948, алло, здравствуйте, слушаю вас.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте.

 С. ДОРЕНКО: Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: По поводу художественного вымысла, если позволите замечание.  

С. ДОРЕНКО: Да.

С. ДОРЕНКО: Если посмотреть на Тайсона Фьюри - это чемпион мира в тяжелом весе по боксу, английский цыган, да.

С. ДОРЕНКО: Да.

СЛУШАТЕЛЬ: Найдите мне здесь хотя бы одного цыгана ростом выше 16.0 м, парень 2м ростом, единственное, что в нем было цыганского.

С. ДОРЕНКО: Она уже нашла, она сейчас мне показывает, да.

СЛУШАТЕЛЬ: Да, человек когда в первый раз выиграл стал чемпионом мира в тяжелом весе не обладая ни одной рельефной мышцей и манера драться у него была абсолютно цыганская, такое впечатление, что ему вообще школу никто не ставил, но выиграл тем не менее легко.

С. ДОРЕНКО: Скажите, он махался, как Бред Питт, да?

СЛУШАТЕЛЬ: Он махался как я не знаю, как уличный хулиган, но при этом выиграл в чистую, понимаете?

С. ДОРЕНКО: Да, мы видим его пузико у него такое тяжёлое.

СЛУШАТЕЛЬ: Очень прикольный парень все деньги тратит как утверждает на благотворительность, очень симпатичный парень и сейчас снова вернулся и снова будет драться на тяжёлом весе. Вот эти вот.

С. ДОРЕНКО: Спасибо, спасибо.

А. ОНОШКО: Вот эти вот китайские боксеры.

С. ДОРЕНКО: А мы будем с китайскими боксерами драться. Хорошо, в Оренбурге ввели режим повышенной готовности из-за сильного запаха.

А. ОНОШКО: Повышенной готовности мяса.

С. ДОРЕНКО: Повышенной готовности газом запахло, ребята, значит они начали, нет давай так мы, мы гарантия для Америки не усиления Китая, то есть мы для Америки - гарантия не усиления Китая. Мы, Япония, там Филиппины, Вьетнам и некоторые другие страны, мы гарантия сдерживания Китая. Если мы сливаемся с Китаем, а для Америки проблемы возрастают существенно, но а нас просто не станет. Нас просто.

А. ОНОШКО: Ну мы будем внутренней Монголией своеобразной, нас будут душить в рамка китайского государства, потому что мы будем вспоминать о великом прошлом и стремится к независимости, время от времени вздрагивая во сне. Знаете, как собака когда бежит у нее лапки подергиваются.

С. ДОРЕНКО: Да, да. Ты говоришь об этом без слез.

А. ОНОШКО: Да абсолютно, мне совершенно всё равно.

С. ДОРЕНКО: Да?

А. ОНОШКО: Конечно, а почему я должна плакать, ведь это же прекрасно.

С. ДОРЕНКО: Я себе представляю, я себе представляю какой-нибудь подмосковную.

А. ОНОШКО: Застолье?

С. ДОРЕНКО: Подмосковное застолье в августе прекрасное, где подмосковные девушки поют, поют песню какую-нибудь такую вот. ну че можно же.

А. ОНОШКО: Громче не получается?

С. ДОРЕНКО: Да, можно, можно.

А. ОНОШКО: Ну подпевайте, что вы не подпеваете?

С. ДОРЕНКО: Надо начать на что-то и тогда можно, ну ладно. это подмосковные девушки поют, они встречают вечер, ну хорошо, может быть я где-нибудь погромче чуть-чуть, сейчас вот здесь будет громче.

А. ОНОШКО: Мне кажется, что запахло китайским рестораном у нас сейчас.

С. ДОРЕНКО: Нет, это Подмосковное, это где-нибудь под Каширой, под Каширой на дачах каких-нибудь фабричные девчонки собрались там у пруда.

А. ОНОШКО: Как в Большом Кремлевском дворце.

С. ДОРЕНКО: А что, хорошо.

А. ОНОШКО: Аранжировка.

С. ДОРЕНКО: Нет, аранжировка Бог с ней, а это самое, хорошо же.

А. ОНОШКО: Будете с детьми в первом классе иероглифические ключи учить вместо этого жи- ши-.

С. ДОРЕНКО: А как мы съехали на эту тему, ты хоть помнишь?

А. ОНОШКО: от санкций.

С. ДОРЕНКО: От санкций.

А. ОНОШКО: Американцы хотели сделать нам больно, но мы сделаем им ещё больнее.

С. ДОРЕНКО: Мы целиком пойдем перед Китаем, потом у что американцы сделают нам больно и мы целиком перекинемся к Китайцам правильно?

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: Все, Насть, вот как правильно мы сделаем. Я теперь вспомнил каким хреном мы оказались в этой теме ужасной, Спасибо тебе добрая. Нет, вот я еще нашел, может быть вот здесь. Нет, здесь все равно тихо, но все равно здесь они поприятнее, вот эти три. ну скажи, что они поприятнее, сейчас. Ну что ну давай ну жахни. Тинь тинь ле, ля-ля-ля и все.

А. ОНОШКО: Нестерпимо хочется свиных ушек.

С. ДОРЕНКО: Нестерпимо, да?

А. ОНОШКО: Еще нити в черном карамельном соусе.

С. ДОРЕНКО: А карп.

А. ОНОШКО: Карп, горная белка в форме карпа, очень хочется.

С. ДОРЕНКО: Роза в форме карпа, карп в форме розы. Еще хуагуа, хуагуа, хочется хуагуа, бараньи пенисы, хугуа, горячий котел, ну зачем, а все, ладно, хорошо. Теперь когда мы наконец, давай же поговорим про бордели хоть чуть-чуть, ты же не даешь.

А. ОНОШКО: Про бордели, конечно, тем более они рядом с нами.

С. ДОРЕНКО: Настя все время требовала, чтобы я говорил про бордели довольно долго, а я все отрекался, потому что моя нравственность высочайшая, она заставляет меня избегать подобных тем, однако с Настей не сладишь. Анастасия выбрала, академический район считается престижным, ну она там живет. Ты в академическом?

А. ОНОШКО: Рядом.

С. ДОРЕНКО: Ну рядом. много зелени, тишина, старые дома, один из них старый пятиэтажный дом по Профсоюзной улице, как раз там кстати говоря китайский ресторан на Кржижановского 18, правильно?

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: Метро в минуте ходьбы, лицей под окном – идеал. Чего не хватает для счастья? Может быть борделя – пишет «Московский Комсомолец», да. Значит, смотри, смотри, здесь более 7 лет работают бордели, на Профсоюзной там. Значит, во втором подъезде по Профсоюзной улице там 10 квартир, по 2 на этаже, людей живет немного. к нам в основном – говорят местные бабушки, - приходят выходцы из средней Азии, то есть у них бордель дешёвый, а во время чемпиона мира было много африканцев, им не рады. Над дверью висит камера видеонаблюдения.

А. ОНОШКО: Которая хмурится, когда подходят африканцы?

С. ДОРЕНКО: Так глазом, как будто это мотоцикл BMW. BMW гусь такой у них. Они хмурятся и одним глазом светят, раз так, как будто корёженный где-то. Ну дак вот, слушай, я видела одну из девушек проституток – говорит.

А. ОНОШКО: Это бабушка от подъезда соседнего?

С. ДОРЕНКО: Это бабушка – говорит бабушка, - я видела, ей около 20 лет, а она и ее подруги дерутся прямо у подъезда в луже, таскают друг друга за волосы под веществами, - мечтательно, мечтательно говорит бабушка, мечтательно. Люди наши тянутся к пороку, другие бордели стали уже достоянием академического района, борьба с ними идет более 7 лет. На Вавилова возместился дорогой и дешевый бордели. В дешевом расценки совсем уж дешевые: час – 2000 рублей, сейчас подожди, 30 долларов. Ну а что такое 30 долларов.

А. ОНОШКО: Это дешево, да, вы считаете?

С. ДОРЕНКО: Ну 30 - международный, national price, 30 долларов, подумай сама. ну а как в Варшаве не 30 долларов будет? Ну а как допустим в Панаме, где-нибудь в Доминиканской республике? По-моему всюду 30 долларов – это правильная цена. Ночь – 10 тысяч – это 150. ну не знаю. и там потому средняя Азия клубится 30-35 лет за 3-0 долларов. 15 человек за 20 минут зашли в заветную дверь. что ни там делали 15 человек? Не знаю, какой-то коллективный сеанс, не знаю, им просто показывают девушку издалека и они просто быстро онанируют. Недовольные соседи, ну правильно же? Соседи страдают. к ним стучатся в двери, в окна, в подъезде ломают домофоны, происходят драки с местными, клиенты пристают к ж лицам, к бабушкам.

А. ОНОШКО: Не понимаю.

С. ДОРЕНКО: Да. Дак что мы собирались спрашивать людей, кто живет с борделем, кто живет с борделем.

А. ОНОШКО: Да, там какая-то они жалуются и никто не может закрыть эти бордели.

С. ДОРЕНКО: С 28 июня. Нет их закрыли, закрыли и с 28 июня клиенты снова приходят в эти бордели.

А. ОНОШКО: По старой памяти тычутся носом в закрытую дверь.

С. ДОРЕНКО: Нет, приходят уже работает уже все, уже все работает, конечно. На Вавилова и на Профсоюзной. Полицейских в своем доме они никогда не видели, жильцы говорят: мы никогда не видели полицейских вообще никогда. Бордели продолжают работать, почему? Угадайте, угадайте с трех раз, кто крышует эти бордели, товарищи жильцы, вот те, кого вы не видели, вот они и крышуют. Поэтому вы их и не видели, понимаете, в чем дело, понимаете? Они приезжают, но только в моменты субботников, когда в субботники приезжают крышующие и у них субботники. Алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло.

С. ДОРЕНКО: Да, здравствуйте, Вы живете в борделе, в смысле рядом с борделем? Да, прошу вас.

СЛУШАТЕЛЬ: ну я вот скажу, я как-то касался этой темы и я скажу, что это действительно не грамотно так делать. грамотно делать все по-другому.

С. ДОРЕНКО: Скажите как.

СЛУШАТЕЛЬ: Просто снимают квартиру и назначают клиенту определенный час и в эту квартиру приходят и девушка и человек. То есть они проводят там какое-то время и вместе уходят. Все тихо, все хорошо.

С. ДОРЕНКО: То есть никто там не сидит, никакая мадам, никакая мадам с накрашенными глазами не сидит опухщая какая-нибудь?

СЛУШАТЕЛЬ: Нет, нет, нет, ну это будем говорить так, дорогие, дорогие бордели, которые могут позволить себе только ну такие состоятельные, то есть туда азиаты не ходят, им это не по карману. Поэтому грамотно делается именно так.

С. ДОРЕНКО: А сколько в час, сколько в час, сколько в час?

СЛУШАТЕЛЬ: ну примерно где-то вот начиная от 10 тысяч.

С. ДОРЕНКО: Нет, от 8.

СЛУШАТЕЛЬ: Нет, нет, нет один час это вот такие бордели, которые ну вот более менее приличные начинает 10 тысяч в час.

С. ДОРЕНКО: 10 тысяч.

СЛУШАТЕЛЬ: А так где-то 15, 15-20. Ночь доходит до 150.

С. ДОРЕНКО: Тысяч?

СЛУШАТЕЛЬ: Да.

С. ДОРЕНКО: Дофига, а можно спросить за 150 тысяч – это что прямо супер модель какая-то?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну да, практически да, даже те, которые, да даже те, которые выступают вот на подиумах и так далее такие тоже там есть.

С. ДОРЕНКО: Скажите, а вот эти, которые на час пришли и потом ушли чистенькие, светленькие все и работают где-нибудь в Центробанке?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну встречаются такие, даже и в органах есть.

С. ДОРЕНКО: И в органах и замужние при этом, и замужние, и замужние.

СЛУШАТЕЛЬ: Да, да. Ну а как правило, нет, ну а как правило там уже разведенные.

С. ДОРЕНКО: А почему они палева не боятся?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну потому что все это делается на более высоком уровне и все это делается в таких ломах, где люди практически там не обитают.

С. ДОРЕНКО:  Хорошо, а это самое, а гбушка крышует эту тему?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну мне кажется, наверное, да. Все-таки не без этого, не без этого.

С. ДОРЕНКО: Не без этого, а вон оно, что, спасибо.

СЛУШАТЕЛЬ: Потому что туда, потому что туда даже иногда приходят люди из высшего общества и говоря.

С. ДОРЕНКО: Да, а они же не могут уйти не записанные на видео камеру хорошую, 4к, правильно?

СЛУШАТЕЛЬ: Конечно, конечно.

С. ДОРЕНКО: Как минимум 40, матрица, с полнокадровой матрицей 4к запись, с киношным объективом и так далее, правильно?

А. ОНОШКО: Да.

С. ДОРЕНКО: Если человек приходит из высших кругов, его же надо записать.

А. ОНОШКО: Конечно.

С. ДОРЕНКО: Ладно, хорошо, товарищи, ведите добродетельный образ жизни, я вам советую вот что. Значит, на Профсоюзную туда не ходите, там за 2 тысячи, ну все, мы уже вам рассказали куда не ходить, не ходите, не думайте о серой кошке, не думайте, о чем? А нет в движении, в движении. 3 балла, движение легчает, в Текстилях легче, везде легче, было 4 балла, а стало 3 балла, ребята, никто сюда не ездит, нахрен вы никому не нужны, ну в смысле те, кто уже приехал. Все, мы пойдем и проживем ее, эту среду, 8 августа.