С.ДОРЕНКО: 8 часов 41 минута. Среда, 10 октября. Здравствуй, великий город! Здравствуйте, все! Это радио «Говорит Москва»! Говорит Москва! Эльвира Хасаншина — ведущая этой программы.

Э.ХАСАНШИНА: И Сергей Доренко. Доброе утро.

С.ДОРЕНКО: Йоко Оно вчера, в ознаменование дня рождения Джона Леннона, выпустила песню. Я вам ее предлагаю новая Imagine, пожалуйста, так же самая.

Э.ХАСАНШИНА: Кавер. Она сказала, что очень волновалась, больше всего у нее было сомнений по поводу этой песни, потому что она очень известная.

ПЕСНЯ Imagine

С.ДОРЕНКО: Надо сказать, что надо очень любить Йоко Оно для того, чтобы это слушать, просто надо быть влюбленным в эту женщину, чтобы это слушать.

Э.ХАСАНШИНА: Тут просто интересна сама подача, такой спокойный речитатив и орган. Атмосферно. Я не могу сказать, что это великое музыкальное произведение, но атмосферно.

С.ДОРЕНКО: Imagine сейчас мы вам найдем.

Э.ХАСАНШИНА: А вот же, я вам открыла.

С.ДОРЕНКО: Открой мне Джона Леннона, это будет намного лучше, мне кажется. Некоторые вещи мы прощаем женщинам только в силу каких-то других причин. Некоторым женщинам прощается пение. Но поскольку мы не влюблены в Йоко Оно (я, например, не влюблен, нет), то лучше, чтобы она не пела.

ПЕСНЯ The Beatles Imagine

С.ДОРЕНКО: Он родился в сороковом году, между прочим, и ему было бы 78 сейчас. Он был бы существенно младше Познера, например. А Борису Немцову, например, который родился в 1959-м 9 октября, было бы 59, и он бы был первым годом, который «прокатит» пенсионная реформа, то есть Борис Немцов ушел бы не в 60, а в 61. Говорят, в день, когда его застрелили, он сказал одному из своих друзей с утра, что он подтягивается 23 раза. Вот для чего спорт нужен! Ты подтягиваешься 23 раза, потом в тебя стреляют на мосту около Кремля. Нормально? Я за всю жизнь ни разу не подтянулся 23 раза. Человек подтягивается 23 раза, его стреляют на мосту. Зачем тогда чёртов спорт, а?

ПЕСНЯ The Beatles Imagine

С.ДОРЕНКО: Это был Джон Леннон из мальчуковой группы Beatles. Помнишь название  «мальчуковая группа Beatles» у Пелевина была в одной из его вещей. «Чё вы?» Ни чё! Это день рождения вчера был, и сегодня Йоко Оно спела песню. Она вчера вечером ее выпустила (по Нью-Йорку).

Э.ХАСАНШИНА: Она целый альбом на самом деле выпускает, это оттуда.

С.ДОРЕНКО: Мы все терпеть не можем американцев за то, что они убили Джона Леннона. Вы помните, как об этом говорит Колин Фаррелл, который Рэй в «Залечь на дно в Брюгге». Когда он идет за американцами и говорит «вы, носороги жирные». Они пытаются с ним драться, а потом он говорит «а еще они убили Джона Леннона!» Я настаиваю на этом. Носороги жирные убили Джона Леннона! Это Колин Фаррелл в «Залечь на дно в Брюгге». Пересмотрите этот прекрасный фильм.

Про Зорькина? Я не знаю. А что про Зорькина? Если позволите, я сделаю краткий комментарий, который ничего судьбоносного вам не сообщит. Я думаю, что общее движение в стране — это взгляд в сторону трансферта власти. Что бы вы ни делали, вы смотрите на трансферт или как на подготовку к таковому.  Это важно. Я думаю, что большинству в России, как это ни странно, хотелось бы главным образом сохранения статус-кво. Это кажется парадоксальным. Я скажу, почему кажется парадоксальным. Потому что вообще страна не похожа на успешную, однако мы все хотим статус-кво сохранить. В том числе и я.

Э.ХАСАНШИНА: Перемены страшат.

С.ДОРЕНКО: Потому что, в общем, более-менее понятно, теплая веточка согрета. 

Э.ХАСАНШИНА: Примостился, адаптировался.

С.ДОРЕНКО: Мы сидим на правильной веточке, и у нас, в общем, всё более-менее правильно, как-то согрето местечко. Поэтому лучше всего, чтобы не разорили это местечко. Что-то меняется, но не сильно меняется: где-то прибывает, где-то не прибывает. Я вчера пробил в Telegram 53 тысячи.

Э.ХАСАНШИНА: Ура!

С.ДОРЕНКО: Пробил 50, потом 51, потом 52, потом 53 — всё это за один день. Я думаю, что-то в этом смысле прибыло. А встречался с каким-то партнером, он сказал «знаешь, всё» — значит, где-то убыло. Где-то убыло, где-то прибыло — неплохо. Поэтому мы все за стабильность. Но мы понимаем, что трансферт неизбежен, и мы хотим понять очертания этого трансферта — как будет передаваться власть, как она будет реконструироваться, будет ли она вообще предаваться либо это будет декоративно, либо еще что.

Я убежден, что да, будет. И вы все уже знаете Путина. Путин юрист, и он абсолютно твердо следует параграфу. В отличие от многих ожиданий и мольбы к нему не следовать параграфу, например, с Кавказа слышно, помните, Рамзан Кадыров просил его еще и еще, всё время и всегда. Путин верен параграфу, как юрист, он очень тщателен в этих вопросах.

Тем не менее, я спросил наших читателей в Telegram на Расстриге (у себя), это я задавал вопрос вчера: статья Зорькина об изменении Конституции — это действительно начавшаяся реконфигурация власти или камуфляжная трескотня для введения Запада в заблуждение перед вторым пакетом санкций? Камуфляжная трескотня — 66%, реконфигурация власти — 34%. Моих читателей в Telegram, которых за полчаса (кстати говоря, еще до того, как я произносил) стало на 180 человек больше.

Мои читатели в Telegram, 66% из них полагает, что это камуфляжная трескотня. В чем камуфляжная трескотня? Об этом «Пяр во время чумы» писал вчера в Telegram. Трескотня связана с тем, что готовится ноябрьский пакет санкций. Было унизительное требование к России, что мы допустим их везде-везде искать химическое оружие, «Новичок», что они сделают инспекции. Всё это унизительно, причем по форме и по содержанию. И было предсказуемо понятно, что Россия от этого уклонится: либо громко, либо тихо уклонится, но в любом случае этого не будет. Это автоматически означает, что будет введен второй пакет санкций. Мы не знаем его содержания. Он может быть очень грозным, вплоть до запрета России торговать.

Э.ХАСАНШИНА: И это будет очень больно.

С.ДОРЕНКО: В том числе торговать нефтью. И, видимо, этот запрет будет моментально нарушен в российско-китайской торговле, что вызовет еще большие осложнения Америки и Китая.

Э.ХАСАНШИНА: Но рубль-то упадет в любом случае.

С.ДОРЕНКО: Рубль подприляжет, конечно. Рубль подприляжет к соточке, к девяносто. И, может быть, эта веселая камуфляжная трескотня, часть ее — статья Зорькина. А я думаю, что это, как всегда, и то и то. Зорькин написал статью о двухпартийной системе, о недостаточности сдержек исполнительной власти и так далее. И Зорькин тоже чувствует период трансферта, и Зорькин тоже хочет рассказать, что он об этом думает. Я не думаю, что Зорькина держали за плечи в момент, когда он писал, и шептали в ухо. Просто это его чувство трансферта.

Очень много вещей в России требовал строить Березовский, вплоть до монархии. Он же вел переговоры с Майклом Кентским, насколько я наслышан, о том (он очень похож на Николая II), чтобы каким-то образом заполучить его сюда. Смысл в том, что двухпартийная система — это часть плана Березовского по установлению так называемой рукотворной демократии. Что такое «рукотворная демократия»?

Не только мне, а всем представителям элит (и, безусловно, об этом все помнят, кто постарше) Борис говорил следующую фразу: существуют демократии, родившиеся в результате длительного естественного притирания идей, движений, планов и так далее. Скандинавия строилась как демократия в течение веков. А существуют демократии, нарисованные на бумажке небольшой группой мужчин. Садятся мужчины в камзолах, в какой-то момент, может быть, их снимают, остаются в рубахах, у них перья, и они перьями фигачат на листе демократию. И он говорит: так была нарисована американская демократия — они сели и ее нарисовали. И он говорит: если обрались десять умных мужиков и нарисовали такое, что работает 200 лет, то почему мы не можем найти десять умных мужиков, которые нарисуют точно такое же. Десять умных мужчин сели в Америке и написали то, что работает 200 лет. Почему десять умных мужчин в России не могут написать подобную вещь?

Э.ХАСАНШИНА: Так почему?

С.ДОРЕНКО: Значит, нет десяти умных мужчин, вот и всё!

Э.ХАСАНШИНА: Я не верю!

С.ДОРЕНКО: В стране нет десяти умных мужчин! Внимание! Есть один умный и всё. И это не я, нет, не я.

Э.ХАСАНШИНА: Может быть, просто до написания допускают только неумных.

С.ДОРЕНКО: Существует один умный мужчина, десяти нет. Никто не может написать ничего такого, что проработает 200 лет. Все пишут то, что работает от силы 20-30 лет, больше не работает. Это пишет сейчас Зорькин, я его с широчайшей улыбкой приветствую, молодец Зорькин. Борис говорил об этом 20 лет назад. И Зорькин теперь понял, наконец-то он услышал. Нужна рукотворная демократия. Поскольку русский народ не прошел ни через Возрождение, ни через что, в смысле построения гражданского общества, ни через буржуазно-демократические революции, ни через что не прошел. Соответственно, возвращаясь каждый раз к крепостничеству, как только русскому народу дается истинная свобода, он тотчас пользуется свободой чтобы вернуть крепостничество. 

Э.ХАСАНШИНА: Чтобы переложить ответственность на кого-то другого.

С.ДОРЕНКО: Построить патерналистскую систему, где за всё отвечает батя. Поэтому любая свобода у нас используется для построения крепостничества. Таким образом, нам нужно однажды воспользоваться свободой, чтобы стать свободными, но мы этого не хотим, мы хотим крепостничества. Почему? Потому что нам так уютнее. Зорькин обращает на это внимание. Это очень интересный процесс, он начался. Я думаю, что это одновременно и камуфляжная трескотня для Америки, и это одновременно, безусловно, осмысление некое трансферта.

Зорькин, кстати, недавно писал о крепостничестве. Он писал, что крепостничество имманентно присуще нам, и оно, безусловно, позитивные имеет стороны. У него была статья о крепостничестве. Он писал о заботливом отцовстве, о заботливом патернализме, подобно Гоголю на смертном одре. Гоголь уже очень нездоровый писал примерно подобные вещи Белинскому, а теперь Зорькин пишет Путину. Прекрасно.

«Сразу находится царь, который говорит, что народу нужно крепостничество», — говорит Алекс Викинг. Нет, нет, народ требует крепостничества. Алекса, вот здесь не подтасовывайте, не царь. Царь — невольник народ в России. Народ требует крепостничества, геройской смерти под фашистским танком и компот на полдник с печеньем «Мария» — вот чего требует народ. Компот на полдник, геройской смерти под фашистским танком и крепостничества — вот он чего требует, а царь не может не прислушаться к этому.

В ДВИЖЕНИИ

НОВОСТИ

С.ДОРЕНКО: 9 часов 6 минут. «Народ — ребенок». Да, если позволите, я вернусь к своему мему, это мой мем «народ — ребенок», народ всегда ребенок, это добрые, хорошие люди, которых нам надо любить, уважать, почитать. Почитать, как божество, потому что народ — это божество. Русский народ — ребенок, народ — геройский ребенок. Они воспринимают свободу как сиротство. Свобода есть сиротство для русских.

Э.ХАСАНШИНА: А, может, это просто лень.

С.ДОРЕНКО: Нет. Свобода есть форма сиротства. Я так считаю и в этом моем понимании совпадаю с пониманием Зорькина роли крепостничества как модели благого патернализма в русском сознании. Зорькин писал о крепостничестве позитивно, как о благом патернализме.

Э.ХАСАНШИНА: Практически любой…

С.ДОРЕНКО: Я читаю текст, не перебивай меня. Ты мне говорила «хватит, хватит, хватит, уже программа начинается», это я печатал. Новая статья Зорькина осторожно предполагает, что в России все-таки есть взрослые, способные учить русских взрослой партийности, взрослому взаимодействию. Это невозможно, милый Зорькин, без буржуазно-демократической сами знаете чего. Я слово «революции» не хочу произносить, потому что сейчас всех трясет от слова «революция». Это невозможно без буржуазно-демократической революции. Так не бывает просто. Не лгите себе, милый Зорькин, предоставленные самоё себе дети снова построят крепостничество. Поверьте мне. Я написал об этом только что у себя в Расстриге в Telegram. Крепостничество — это форма патернализма в русском понимании заботы. Я вам давно читал Гоголя «Выбранные места из переписки с друзьями»? Я время от времени читаю. 

Э.ХАСАНШИНА: Да, периодически вы читаете.

С.ДОРЕНКО: Совершенно верно. В этой связи я периодически вам советую открывать и перечитывать всё это. Крепостничество в России — это забота. Чтобы мужик знал, что он идет в кабак, а его остановит заботливый отец. Ребята, вы же знаете. Открой мне «Выбранные места из переписки с друзьями», будь другом, «Письмо помещику». Товарищи, дайте я вам прочту, вы же любите чтение художественные.

«Главное то, что ты уже приехал в деревню и положил себе непременно быть помещиком; прочее все придет само собою. Не смущайся мыслями, будто прежние узы, связывавшие помещика с крестьянами, исчезли навеки. Что они исчезнули, это правда; что виноваты тому сами помещики, это также правда; но чтобы навсегда или навеки они исчезнули, — плюнь ты на этакие слова: сказать их может только тот, кто далее своего носа ничего не видит. Русского ли человека, который так умеет быть благодарным за всякое добро, какому его ни научишь, русского ли человека трудно привязать к себе? Так можно связать, что после будешь думать только о том, как бы его отвязать от себя. Если только исполнишь в точности всё то, что теперь тебе скажу, то к концу же года увидишь, что я прав… Собери прежде всего мужиков и объясни им, что такое ты и что такое они. Что помещик ты над ними не потому, чтобы тебе хотелось повелевать и быть помещиком, но потому что ты уже есть помещик, что ты родился помещиком, что взыщет с тебя бог, если б ты променял это званье на другое, потому что всяк должен служить богу на своем месте, а не на чужом, равно как и они тоже, родясь под властью, должны покоряться той самой власти, под которою родились, потому что нет власти, которая бы не была от бога. И покажи им тут же в Евангелии, чтобы они видели все до единого».

А дальше есть негодяям и пьяницам. «Собери силу влиянья, а с нею и ответственность на головы примерных хозяев и лучших мужиков. Растолкуй им ясно, что они не затем, чтобы только самим хорошо жить, но чтобы и других учить хорошему житию, что пьяница не может учить пьяницу и что это их долг. Негодяям же и пьяницам повели, чтобы они оказывали им такое же уваженье, как бы старосте, приказчику, попу или даже самому тебе; чтобы, еще завидевши издали примерного мужика и хозяина, летели бы шапки с головы у всех мужиков и чтобы всё бы ему давало дорогу; а который посмел бы оказать ему какое-нибудь неуваженье или не послушаться умных слов его, то распеки его тут же при всех; скажи ему: «Ах ты невымытое рыло! Сам весь зажил в саже, так что и глаз не видать, да еще не хочешь оказать и чести честному! Поклонись же ему в ноги и попроси, чтобы навел тебя на разум; не наведет на разум — собакой пропадешь».

Здесь еще «попрекни бабу». «Зачем она не отважила от зла мужика своего? Почему? Почему не грозила страхом божьим? Попрекни его семью, собери соседей. Почему же допустили, что он зажил собакой?» Это «Выбранные места с переписки с друзьями» Николая Васильевича Гоголя, которые рассказывают о потребности русского человека. Надо сказать, что Николай Васильевич Гоголь, безусловно, очень чутко относился к людям и очень точно их чувствовал.

Э.ХАСАНШИНА: И актуален до сих пор.

С.ДОРЕНКО: И абсолютно актуален. Смысл в том, что води за собой всюду попа. Он говорит «води за собой попа», пусть он за столом с тобой и везде, везде, везде. «Возьми Златоуста и читай его вместе с твоим священником, и притом с карандашом в руке… И эти самые места пусть он скажет народу; не нужно, чтобы они были длинны: строчка или даже полстрочки; чем меньше, тем лучше». Для народа. Народу сточку или меньше, чем строчки. «Пусть скажет с одушевлением, но убедительным голосом. Народу нужно мало говорить, но метко, — не то он может привыкнуть к проповеди так же, как привыкнул к ней высший круг, который ездит слушать знаменитых европейских проповедников, как едет в оперу или в спектакль».

Понимаешь, надо коротко припечатывать народ по полстрочки из Златоуста, чтобы народ онемел и всё. Чтобы слушались тебя сучьи дети. У хохлятского человека другой менталитет.  

Э.ХАСАНШИНА: Какой? Они не дети?

С.ДОРЕНКО: Они еще хуже дети, чем русские. Хохлятский человек, первая и единственная его фраза, которую он повторяет в разговоре с тобой, что бы ты ему не говорил… Например, ты будешь читать из Златоуста хохлятскому человеку. У него одна фраза: «А ты кто такой? Я не понял, а ты кто такой?»

Э.ХАСАНШИНА: Так у Гоголя написано: ты сразу, как приходишь к людям, говоришь им — кто ты, а кто они.

С.ДОРЕНКО: Русский человек очень честный и добропорядочный. Ему говорят «помещик», ну он очевидно помещик, что тут спорить. А хохол: «А ты кто такой, я не понял?» То есть хохол сразу на деструкцию идет, а русский человек конструктивен, он ближе к богу, он божественно целостен.   

Э.ХАСАНШИНА: Он послушный ребенок.

С.ДОРЕНКО: Русский человек — это ребенок, соскучившийся по правде. А хохол — он ребенок, который в гробу видал: а что такое, я не понял? А что он стоит? Начинает здесь? Да кто его слушает! Да пошел он нафиг!

Э.ХАСАНШИНА: Он тогда не ребенок, он тогда подросток.

С.ДОРЕНКО: Хохол такой, типа — да пошли они нафиг, сейчас он расскажет, боже мой, тю.

Э.ХАСАНШИНА: Дети же растут.

С.ДОРЕНКО: Дети не растут, нет. Я наблюдаю детей несколько десятилетий. Те, которые были взрослее, они всё время взрослей; те, которые были детьми, они ровно такие же дети. Причем, придумывают, почему они дети, почему их обидели.

Э.ХАСАНШИНА: И все-таки они сами несут ответственность.

С.ДОРЕНКО: Африканские многие люди — обиженный ребенок, их обидели, их обобрали. Когда ты говоришь с африканцем, если ты еще выпьешь с африканцем… Я же жил в Африке. Когда ты говоришь с африканцем, там другие дети. Во-первых, они всё сделали на свете: они открыли Америку. Кораблями, может, управляли не африканцы, а в трюмах ехали африканцы. Они открыли  Америку, они ее освоили, они сделали, в сущности, Америку. А белые приехали и их обобрали. Африканцы тоже дети. Русские другие дети — хорошие, геройские, очень честные дети. Русские дети лучшие на планете Земля, честное слово. Русские дети лучшие на планете Земля, мне кажется, ну я может ошибаюсь, но я бы хотел так думать.

Африканцы — обиженные дети. Ты им должен, потому что они открыли Америку, а их здесь загубили. Я спрашиваю: как вас загубили? — Ну вот, рабов увозили. Я говорю: подождите, рабов покупали на побережье. Белые боялись идти внутрь, они и не могли. Чё бы они пошли? Их бы там убили. Экспедиции же были страшно рискованные и малочисленные. То есть всех африканцев покупали на берегу. Можно задать вопрос: товарищи, а у кого покупали африканцев? Я знаю, ответ есть — у африканцев. Африканцев покупали у африканцев, то есть африканцев продавали африканцы. Белые не могли ездить, бегать, захватывать деревни, окружать. Это всё сказки, товарищи. Африканцев покупали у африканцев. Африканцы, узнав, что африканцев покупают, стали их ловить и продавать на невольничьих рынках.

У королевы Жинги покупали африканцев. Королева Жинга, которая жила в Анголе, продавала африканцев с удовольствием. Нет, у арабов покупали африканцев на восточном побережье, а на западном африканцев покупали у африканцев. Белые просто покупали у вас то, что вы продавали. Значит, вы продавали. Кто виноват-то? Нет, виноваты конечно, участвовали в аморальной деятельности.

Э.ХАСАНШИНА: Как стать взрослым?

С.ДОРЕНКО: Взрослым нельзя стать.

Э.ХАСАНШИНА: Нация не может вырасти вообще?

С.ДОРЕНКО: Нация может вырасти только в результате появления нации. Никакой нации у нас нет.

Э.ХАСАНШИНА: Каким образом вырастить нацию?

С.ДОРЕНКО: Гражданской нации в России не существует. Она вырастает как гражданская нация в Европе в результате буржуазно-демократических революций, которых в России никогда не было. Попытка февральской, но она захлебнулась октябрьской, то есть октябрьская, в сущности, съехал февральскую.

Э.ХАСАНШИНА: Хорошо, историю изменить мы не можем. А сейчас, на этой точке?

С.ДОРЕНКО: Ничего не может быть. Любая свобода воспринимается нами как сиротство, и любое сиротство воспринимается нами как поиск отца, и мы его находим. Точка. Как только мы оказываемся в ситуации свободы, мы воспринимаем это как сиротство, немедленно ищем отца и находим по счастью. Ура, товарищи! Да здравствует…

Э.ХАСАНШИНА: Отцовство!

С.ДОРЕНКО: Да здравствует отцовство! У хохлов нет нации в силу хуторского сознания. Постоянно есть попытка создать нацию, но это не получается. Есть хуторское сознание, и нет возможности чувствовать себя вместе как единство.

Давайте про футболистов, это намного более простая тема.

Почему вы думаете, что женщина стоит миллион долларов? Говорят: «Эльвиру можно продать в ЦАР за миллион долларов?»

Э.ХАСАНШИНА: Вы что, думаете дешевле?

С.ДОРЕНКО: Выручить миллион долларов за тебя?

Э.ХАСАНШИНА: Ну да. У меня две почки.

С.ДОРЕНКО: Мать, там же не на почки.

Э.ХАСАНШИНА: Ну мало ли. Откуда вы знаете, на что? Вы, когда продаете, сертификатом не оговариваете условия эксплуатации.

С.ДОРЕНКО: Работящая баба должна быть, чтобы рожала много роду. Там всё понятно. Ей не 16 лет, возраст согласия давать.

Э.ХАСАНШИНА: Вы, как настоящий торговец, не должны этого говорить.

С.ДОРЕНКО: Наоборот, посмотрите — ей шестнадцать! Я должен кошку за тигра продать, что ли?

Э.ХАСАНШИНА: Да, подвяленную капусту за только что с грядки.

С.ДОРЕНКО: Я приезжаю в Африку и говорю «то да сё».

Э.ХАСАНШИНА: Они меня не возьмут, я ем много.

С.ДОРЕНКО: Она очень на любителя.

Э.ХАСАНШИНА: Давайте не будем.

С.ДОРЕНКО: В стиле человеконенавистнического и женоненавистнического разговора я могу сказать следующее: там можно продать какую-нибудь блондинку, причем абсолютно лахудру, но такую яркую блондинку.

Э.ХАСАНШИНА: Я покрашусь.

С.ДОРЕНКО: Не катит всё равно, у тебя глаза китайские.

Э.ХАСАНШИНА: В смысле «китайские», зато светлые!

С.ДОРЕНКО: Ты China, ты китаянка. Товарищи, везде хотят блондинку, это их возвышает в собственном мнении. Они думают, что если у них блондинка, значит они выше по статусу. Ты не прокатываешь сразу. Продать китаянку, еще вдобавок которая не говорит по-китайски.

Э.ХАСАНШИНА: А они как будто говорят по-китайски! Они как узнают?

С.ДОРЕНКО: Когда ты берешь китаянку, ты берешь ее со знакомым количеством, качеством и так далее. Кстати говоря, наоборот, китаянки колотят своих мужей и так далее.

Э.ХАСАНШИНА: Отлично! Мне это подходит.

С.ДОРЕНКО: Репутация у них покладистых, спокойных, работящих — ошибочная. Они бьют своих мужей будь здоров, китаянки. За сколько же я тебя продал бы? За пачку сигарет Marlboro, конечно, дешево, но миллион долларов — это вы хватанули. За блок Marlboro можно продать Хасаншину.

Э.ХАСАНШИНА: Так дела у нас не пойдут, нет.

С.ДОРЕНКО: Уже один дает полтора миллиона долларов, Абдул покупает.

Э.ХАСАНШИНА: Ура!

С.ДОРЕНКО: Мне пишет прямо сейчас Лексус: «Дозвонились до Фурсенко и Кокорина. Сейчас готовимся выложить».

Э.ХАСАНШИНА: А до этого они, по-моему, с Миллером разговаривали от лица Мутко.

С.ДОРЕНКО: Мы вчера с Лексусом были в переписке. Я сделаю на громкую, это Сергей из эфира. Что за ерунда, у меня ломается iPhone, он не делается на громкую связь. Нет, тогда я буду пересказывать. Кокорин веселый, сколько записано, скажите мне два слова, я скажу в эфир об этом.

Э.ХАСАНШИНА: Что-то говорит.

С.ДОРЕНКО: Я понял, тогда ждем звучок. Спасибо огромное, до свидания. Это был Лексус. К сожалению, у меня на громкую связь не перешел звонок. Он сказал, что разговор был примерно на полминуты, звонок был от имени Мутко, то есть Лексус с Вованом звонили от имени Мутко.

Э.ХАСАНШИНА: Они неплохо его имитируют.

С.ДОРЕНКО: — Ну как ты? Он сказал «сижу ровно» и голос был очень напуганный у Кокорина. Перед дракой в кафе они избили водителя. Мы говорили об этом вчера, но теперь понятно стало, что еще один человек в реанимации, еще кто-то заступался. И все посмотрели видос, где они избивают.  

Э.ХАСАНШИНА: Это водитель в реанимации.

С.ДОРЕНКО: Говорят, еще какой-то белорус 33 лет заступился за водителя и у него тоже.

Э.ХАСАНШИНА: Нет, это он и есть — водитель-белорус.

С.ДОРЕНКО: Мать честная!

Э.ХАСАНШИНА: У него фамилия Соловчук, это он и есть. И он находится в реанимации, потому что у него черепно-мозговая травма. Если это ушиб, то ушиб серьезнее, чем сотрясение. Перелом носа.  

С.ДОРЕНКО: Не знаю. Кто-то еще заступился за кого-то. Одним словом, людей всё больше. «Водитель и есть белорус». Спокойно, товарищи! Водитель-белорус — это не последний же белорус! Вы «последний из могикан» что ли, последний из белорусов? Вы знаете, сколько белорусов? Их пруд пруди, их 10 миллионов! 10 миллионов, бесконечное множество белорусов! Куда не плюнь, всюду белорусы!

Э.ХАСАНШИНА: Конечно, драка на парковке выглядит действительно очень жутко.

С.ДОРЕНКО: Некрасиво.

Э.ХАСАНШИНА: Как-то больно, их очень много, и он постоянно прижимается, пригибается, старается уйти от этого.

С.ДОРЕНКО: А что было, если бы он им хряпнул по роже?

Э.ХАСАНШИНА: Так он и хряпнул.

С.ДОРЕНКО: Он хряпнул один раз.

Э.ХАСАНШИНА: Потому что дальше он не успел, он побежал, а потом он упал. Это самый страшный момент, когда человек падает, и эта толпа просто начинает его месить.

С.ДОРЕНКО: Надо было с пистолетом ему ходить, давно пора уже. Сразу чпок-чпок и расстрелять. Здравствуйте. 

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Страшноватое видео. Страшноватое в плане того, что противное до невозможности.

С.ДОРЕНКО: Да!

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Мы видим банду молодых людей.

С.ДОРЕНКО: Вы знаете, что в этой банде одному из футболистов 30, а другому 27.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я знаю. Банда молодых людей, которые разносят город с утра, дерутся со всеми подряд. И неожиданно мы в них узнаём известных футболистов, которым вообще нет причины этим заниматься, у которых ни на секунду никакой сознательной причины, они никак не связаны с криминалом. У них достаточно денег, у них достаточно известности, чтобы понимать, что каждую минуту их узнают. 

С.ДОРЕНКО: Да, это правда.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это даже не безнаказанность, это какой-то идиотизм, это шизофрения.

С.ДОРЕНКО: Это демонстрация безнаказанности.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Так до этого Кокорин, по-моему, ни разу красную карточку-то не получал. Какая безнаказанность?

С.ДОРЕНКО: Другие пишут люди: «Вы что, не понимаете, что они были под действием веществ?» Они, может быть, обдолбанные были.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: То, что Мамаев был обдолбанный, да. Вы же помните интервью жены его, которая рассказывала, что они постоянно под коксом сидят.

С.ДОРЕНКО: Я абсолютно откровенно вам говорю, со всей степенью откровенности: один мой приятель-испанец употреблял при мне, меня угощал, но я не стал пробовать. Я никогда не пробовал кокс, но я от него слышал, когда он ходил в туалет нюхать в четыре утра на дискотеке, что это как бы его взбадривает и всё. Глюков нет, ничего нет. 

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Значит, они на синтетике, на чем-то другом.

С.ДОРЕНКО: Кокс — это, если я правильно понимаю, адски взбадривает.

Э.ХАСАНШИНА: Всё равно у тебя пропадает ощущение реальности и ответственности. Ты не думаешь о том, что тебя могут наказать за это и что это может привести к каким-то плачевным последствиям для другого человека.

С.ДОРЕНКО: Мне кажется, это нужно именно чтобы на глюках сидеть, «Страх и ненависть в Лас-Вегасе» должно быть.

Э.ХАСАНШИНА: Мне кажется, люди на глюках не дерутся, они просто уже в осадке.

НОВОСТИ

С.ДОРЕНКО: Очень правильно Паша пишет: «Я подумал насчет Кокорина с Мамаевым, хлопцы забыли, что Москва усеяна водителями ведущих главных каналов, начальниками департаментов и прочими непростыми людьми». Что в Москве, куда не плюнь, всюду непростые люди, понимаете, в чем дело. Вот это забыли они действительно.

Э.ХАСАНШИНА: Если бы они вытворили такое где-нибудь в провинции или в деревне, то через 20 минут к зданию, где они находились бы, пришли другие провинциалы, и им бы не понравилось то, что произошло потом.

С.ДОРЕНКО: Я забыл спросить «мата нет?» Я очень боюсь. «Мата нет?» я спрашиваю сейчас Лексуса, потому что ответственность-то лежит на мне, как на главном редакторе за запись. За мат в прямом эфире нас не наказывают, а мат в повторе мы не имеем права выдавать.

Э.ХАСАНШИНА: Закон есть закон.

С.ДОРЕНКО: Dura lex sed lex. Dura она и есть dura, что-то по-латыни.

ЗАПИСЬ (Пранкеры поговорили от имени Мутко с президентом «Зенита» Сергеем Фурсенко)

В.МУТКО (ВОВАН): Привет. Ну что?

С.ФУРСЕНКО: Не могу даже передать, какая-то грусть и ужас.

В.МУТКО (ВОВАН): Эти ребята просто конченые. 

С.ФУРСЕНКО: Столько души в них вложено. Я имею в виду Кокорина. Ну, просто, Виталий Леонтьевич.  

С.ДОРЕНКО: Это разговор с Фурсенко. «Столько души в них вложено», не только души, но и денег, что мне представляется абсолютно важным, уж простите меня за такую материальность.

ЗАПИСЬ

В.МУТКО (ВОВАН): Виноваты в этом тренеры, что ли? Ну о чем ты говоришь.

С.ФУРСЕНКО: Виталий Леонтьевич, нас всё время разводят.

С.ДОРЕНКО: Это якобы Мутко звонит настоящему Фурсенко. Но это не Мутко, это на самом деле Вован с Лексусом.

ЗАПИСЬ

В.МУТКО (ВОВАН): Вы, главное, не развалитесь, не рассыпьтесь. Так что не расстраивайтесь сильно. Конечно, плохо очень, но что делать.

С.ФУРСЕНКО: Вы поймите, подготовили его, полгода не играл. Две игры блестяще сыграл, он вытащил игру «Краснодара». А вы когда будете, потому что столько много всего надо обсудить.

В.МУТКО (ВОВАН): Конечно, отбирать надо.

С.ФУРСЕНКО: Вы мне скажите, когда можно, я к вам подъеду, посоветоваться надо по разным вопросам. Я понимаю, что вы не в той мере сейчас занимаетесь этим вопросом, но всё равно по старой памяти, я думаю, что вы дадите хороший совет.

В.МУТКО (ВОВАН): Ну, потом позвоню.

С.ДОРЕНКО: «Потом звоню» — Вован.

ЗАПИСЬ

В.МУТКО (ВОВАН): Вы-то, главное, не развалитесь, не рассыпьтесь, держать удар надо.

С.ФУРСЕНКО: Мы будем стараться. Всё-таки Семак, он свой человек…

В.МУТКО (ВОВАН): Никто не ожидал, он вроде полумёртвый, а получилось так…

С.ФУРСЕНКО: Да он хороший парень по сути. Но как только они с Мамаевым сходятся, так всё.

В.МУТКО (ВОВАН): Первый раз, что ли.

С.ФУРСЕНКО: Каждый раз одно и то же.

В.МУТКО (ВОВАН): Всё немножко через задницу. Не прячьтесь, это хуже всего попрятаться.

С.ФУРСЕНКО: Мы все заявления сделали, что нам прятаться.

В.МУТКО (ВОВАН): Держитесь, ничего.

С.ФУРСЕНКО: Мы никогда не прячемся ни за кого. А что мы можем сказать, как прокомментировать еще? Мы всё сказали, у нас на сайте официально всё разъяснено.

В.МУТКО (ВОВАН): Главное, чтобы правильно вывод сделать.

С.ФУРСЕНКО: Вы мне позвоните, я подъеду, тогда поговорим.

В.МУТКО (ВОВАН): Да.

ЗАПИСЬ

В.МУТКО (ВОВАН): Привет. Ну что?

А.КОКОРИН: Да ничего, сижу ровно.

С.ДОРЕНКО: «Да ничего, сижу ровно» — это Кокорин. Это от имени Мутко звонят Лексус с Вованом и разговаривают сначала с Фурсенко («посидим, порешаем»), и затем разговор с Кокориным совсем короткий: — Ну что? — Да ничего, сижу ровно. Вот что вы услышали.

Э.ХАСАНШИНА: А еще, он так защитил Кокорина — мол, это всё Мамаев. Я вчера отрывок слушала.

С.ДОРЕНКО: Всё равно хороший парень, парень-то хороший.

Э.ХАСАНШИНА: Парень хороший, просто людей лупит беспорядочно.

С.ДОРЕНКО: Наш подход очень простой — парень-то хороший, но был пьяный.

Э.ХАСАНШИНА: Это интересная логика. Ну, попьяне чего не бывает.

С.ДОРЕНКО: А как же он был хороший, если он был пьяный? А почему же он был пьяный, если он хороший? Ну, это нормально, с кем не бывает. Это такой подход русский — парень-то хороший, но как с Мамаевым свяжется, вечно эта тема у них, что-нибудь отчебучат.

Спортивный агент Дарья Шишканова поделилась мнением об инциденте с участием ее друга Александра Кокорина. То есть Александр Кокорин дружит с Дарьей Шишкановой. Она сказала: «Я более чем уверена, что в данном случае мы можем говорить о каком-то заговоре». Есть заговор!

Э.ХАСАНШИНА: И видео тоже смонтированное, заговорщическое!

С.ДОРЕНКО: А вот еще Лексус мне пишет. Спасибо большое, Лексус. «Вы пропустили один отрывок из Фурсенко». Да, потому что там четыре минуты, и я действительно пропустил. И Лексус говорит: «Отмазывать за такое не будем». Важное заявление Фурсенко в разговоре с Вовавном и Лексусом: «Отмазывать за такое не будем». То есть за какое-то отмазывают, а за какое-то не отмазывают. Это в высшей степени интересно.

Дарья Шишканова, подруга Кокорина, сказала «это заговор». «Я уверена, что ситуация была заранее смоделирована и спрогнозирована. И данные люди, может быть, с виду никак не связаны между собой. Водитель какой-то телеведущей малоизвестной! Я не слышала о такой ведущей».

Э.ХАСАНШИНА: Между прочим, она пять Линий с президентом вела.

С.ДОРЕНКО: Никто не слышал о ведущей, которая вела пять Линий с президентом. «Я думаю, все эти люди взаимосвязаны, и здесь черный заговор устроен. Вы знаете, очень стыдно, когда мужчина не дерется». 

Э.ХАСАНШИНА: Ей справедливо замечают на это: «Извините, с пятью сразу?»

С.ДОРЕНКО: «А как вы полагаете, что человек, сидящий в ресторане, завтракая в семь утра (не в семь, а в девять), совершенно никому не принося никаких дискомфортов, может быть огрет стулом? Для меня это сложно представить. Думаю, ситуация была спровоцирована. Александр был спровоцирован. Он интеллигентный, воспитанный человек. Это была чистой воды провокация». В общем, все связаны были: водитель малоизвестной ведущей и негодяй, который спровоцировал его в ресторане. 

Э.ХАСАНШИНА: Чистейшего Кокорина спровоцировали.

С.ДОРЕНКО: Это был заговор! И еще, «очень стыдно, когда мужчина не дерется», полагает подруга Кокорина. На самом деле, здесь концептуальная ошибка. Очень стыдно, когда мужчина не подвержен экспансии. Но может быть экспансия через инверсию.

Э.ХАСАНШИНА: Это как?

С.ДОРЕНКО: Когда ты, например, погружен в себя, и ты изучаешь себя. Например, ты можешь заниматься философией, изучая космологию, и это тоже экспансия. Я убежден и согласен в этой милой девочкой в утверждении, что очень стыдно, когда мужчина не приверженец экспансии. Свойство мужчины — экспансия. Но бывает экспансия в философию, бывает экспансия в математику, бывает экспансия в искусство, бывает экспансия в науку, в космос. То есть экспансия это не обязательно драка. Всё-таки эта милая девочка Даша ошибается.

Э.ХАСАНШИНА: Конечно. Это всё равно, что ей сказать: «Стыдно тебе быть женщиной в твоем возрасте и не рожать детей».

С.ДОРЕНКО: Нет.

Э.ХАСАНШИНА: Ровно одинаково.

С.ДОРЕНКО: Нет. Мне кажется, что свойство мужчины — экспансия, свойство женщины — надежность. Не обязательно рожать детей, всё равно она ищет надежности, а мужчина ищет экспансии. Они рождены для этого: один рожден для экспансии, другой рожден для надежности. И дальше уже многое проистекает, и рождение детей это до известной степени следствие этой надежности. Девочка не понимает, что экспансия у мужчин бывает разная, не обязательно драться. Давайте говорить со слушателями. 7373-94-8. Здравствуйте, слушаю вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Хочу маленькую ремарочку внести. Вчера в интернете появилась информация от Глушакова: «Спасибо ребятам».

С.ДОРЕНКО: Вот как?!

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да. И еще такой момент: Глушаков выступал за «Спартак», был лучшим игроком, сделал «Спартак» чемпионом, а когда у него появилось свое мнение о работе тренера, он сел на скамейку. А через неделю совершенно случайно его жена узнала, что он в сауне с кем-то проводит весело время, и этот тут же выложили в интернете.

С.ДОРЕНКО: То есть вы считаете, что предрасположенность к своему мнению, высказывание своего мнения гасится. 

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вспомните Игоря Денисова, Романа Широкова. Как только у человека появляется свое мнение, он либо садится на лавку, либо с ним приключаются какие-то истории.

С.ДОРЕНКО: Ну а в этом случае вы видели видос, как они бьют чувака у «Пекина»? Это грязно, что там говорить.  

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Видел, видел. Потом информация с «Сапсаном», что забронировали весь вагон. РЖД пишет, что никакого вагона не было. Начинаются какие-то нестыковки.

С.ДОРЕНКО: Это правда, то, что вы говорите про «Сапсан», но тут же разоблачили, тотчас. Информация просуществовала час. Посмотрите, как они бьют человека у «Пекина»

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Бьют.

С.ДОРЕНКО: И грязно бьют. Наш слушатель дает понять, что когда футболист ершист, имеет собственное мнение, то против него выкладывают: либо он трагается в бане с кем-то… Помнишь, была картинка, где вбегает жена, а он с другой женщиной в бане. И она кричит какие-то слова, илиситная лексика, неподобающая. И наш слушатель намекает, что это всё возникает только тогда, когда футболист плохо себя ведет.

Э.ХАСАНШИНА: Компромат на него не достают, а тут как бы специально.

С.ДОРЕНКО: Можно скажу одну странную вещь, которая вам, может быть, не понравится. Извините, я продолжаю с вами диалог, уважаемый слушатель, которого мы назовем звонивший 58-й. Вы слышали, когда Фурсенко говорит с пранкерами Вованом и Лексусом, он говорит: который раз, обычная тема; и всегда, когда он сходятся с Мамаевым, они что-то делают. И потом он говорит фразу, это очень важно, «в этот раз отмазывать не будем». А это принципиальная фраза.

Из этого вытекает не то, что против них начинаются провокации, когда они плохо себя ведут, а из этого, 58-й, возникает идея другая — что они паскудят каждый день. Они паскудят ежедневно, с утра встают и паскудят, а их всегда отмазывают. А вот в этот раз не будут. Условно говоря, они каждый день мерзавцы, негодяи и паскудники, каждый божий день, и их каждый божий день отмазывают: приезжают, увозят. Как цэсковец один рассказывал: на месяц в воинскую часть отправляют. А в этот раз решили не отмазывать.

Э.ХАСАНШИНА: Может, уже просто устали, уже может быть хватит, через край, перешли все пределы.  

С.ДОРЕНКО: Я думаю, может быть это правда — человек-то хороший, но слабохарактерный.

Э.ХАСАНШИНА: Это отрывок из какого-то фильма?

С.ДОРЕНКО: Это отрывок «Джентльмены удачи», по-моему, называется. То есть они паскудники, всегда отмазывают, а в этот раз не будут! Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Андрей, Москва. Два основных вывода, первый вы озвучили.

С.ДОРЕНКО: Я сказал, я не озвучил.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сказали: то, что они постоянно гадят, а их постоянно прикрывают, отмазывают, нянчатся. А второе, то, что его любой другой человек, не медийный, оказавшийся на их месте, сейчас бы сидел в СИЗО, в КПЗ.

С.ДОРЕНКО: Конечно.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А всё остальное забалтывается, начинаются разговоры «стулом ударил, рукой; что-то тот ему сказал». Это наверно не столь важно, кто что сказал.

С.ДОРЕНКО: Сцена у «Пекина» совсем грязная и сцена удара стулом, конечно, очень грязная.

Э.ХАСАНШИНА: В 19-летний брат, который тоже ведет себя крайне агрессивно.

С.ДОРЕНКО: Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Мне кажется, эта ситуация зрелость нашу показывает. Нельзя все-таки себя так вести, это неприемлемо ни при каких обстоятельствах. Просто жаль, что получится так, что спустят собак на них.

С.ДОРЕНКО: Представьте себе, что в России есть собачьи бои или петушиные бои. Если бы это было, то для боев выводились бы специальные петухи или специальные собаки. Если мы сейчас отнесемся к ним как просто к сорвавшимся с цепи кобелям, породистым, боевым, скажем «просто цепь плохая, надо снова их привязать и всё; зачем убивать породистую собаку, ведь она для этого заточена» — мы их оскорбим. Если мы их посадим, то мы будем относиться к ним как к гражданам, а если мы их простим, это значит мы к ним относимся как к боевым кобелям. Это очень оскорбительно.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Абсолютно согласен. Кокорину когда позвонили, его ответ был «сижу ровно». На мой взгляд, это блатная лексика. Человек, условно говоря, сколько-то приличный, культурный не должен позволять себе так разговаривать, отвечать и так далее.

С.ДОРЕНКО: Я вам уверяю, что уже может. Россия сделала огромный переход культурный за 20 лет вниз.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я считаю, это большая проблема. Одна из основных проблем массовых, на мой взгляд.

С.ДОРЕНКО: Даже преступные люди в 80-е годы (я тебе просто говорю о тренде) пытались имитировать… Я разговаривал с одним человеком, у которого было заочное образование, он нефтяник. У меня был знакомый в 90-е, у него был свой банк большой, я для него слоган придумал за чаем, который они потом использовали в рекламе. Очень хороший кстати: «На нашей планете вы всегда на солнечной стороне». У них был знак «Планета», и пока мы пили чай, я им придумал «На нашей планете вы всегда на солнечной стороне». Они потом долго его использовали в рекламе. Уже этот чувак продал банк, а он всё продолжал использовать мои слова, которые я ляпнул за чаем.

Я говорю: мне кажется (потому что Bellingcat сейчас вычислит, кто это), что этот человек нанял тетку из «Плешки», которая написала ему кандидатскую диссертацию, и потом он совал свои визитки «кандидат экономических наук». Я его спросил: зачем? Он говорит: мне хочется. Ну, как бы для солидности. У него денег как грязи, а образование — четыре класса.

Э.ХАСАНШИНА: Судя по всему, много кому хочется.

С.ДОРЕНКО: Нет, не хочется. Это большой переход России последние 20 лет. Я его связываю тем не менее, безусловно, не с политическими властями, а с культурными властями, с властями телевидения. Это не обвинение, это констатация: именно телевидение в последние 18 лет перестало показывать паттерн, что стыдно быть из низких кварталов, стыдно быть быдлом. Вот раньше было стыдно быть быдлом. И быдло нанимало теток из «Плешки», чтобы написали кандидатскую. Сейчас наоборот. Если ты даже министр, ты должен говорить как быдло, ты обязан говорить как быдло. Это правильно, это очень хорошо. Я констатирую, что Россию в это состояние быдлячества ввело, конечно, телевидение, это грех телевидения. Здравствуйте, слушаю вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Хотел узнать, Мамаев из какого города?

С.ДОРЕНКО: Он играет за «Краснодар».

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А я слышал, что он с «подольскими» общался.

С.ДОРЕНКО: Давайте откроем «Вики». У вас есть секунда?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, конечно.

С.ДОРЕНКО: Павел Константинович Мамаев, 1988 года, Подольск, СССР. Воспитанник ФШМ, участник чемпионата мира 2007 среди юношей. В 2007 (он молодой парень, 19 лет) перешёл в ЦСКА, был заявлен летом. Дебютировал в матче против «Химок». Начинал он в ЦСКА. Потом был переведен в молодежный клуб ЦСКА.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я слышал, что у него поддержка подольская.

С.ДОРЕНКО: «Подольская», вы имеете в виду криминальная?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, да, ОПГ.

С.ДОРЕНКО: Ну, может быть. Спасибо. Павел Константинович Мамаев, 17 сентября 1988 года рождения, 30 лет, Подольск, СССР, рост 178 см, вес 70. У меня, например, в «Википедии» нет ни роста, ни веса. Хотя я всё время говорю, что у меня 187 см, и я ужасно горжусь каждым сантиметром.

Э.ХАСАНШИНА: Так надо внести эти данные.

С.ДОРЕНКО: Так в том-то и дело.

Э.ХАСАНШИНА: У актеров есть, у спортсменов есть.

С.ДОРЕНКО: Наконец, когда я сойду с ума, у меня начнется деменция, я все свои сантиметры впишу в «Википедию», все до одного: обхват, толщина, рука, запястье — всё впишу. Здравствуйте, слушаю вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, Эльвира, здравствуйте. Вы правы насчет того, что грех телевидения. Но вы же сами знаете, что рыба гниет с головы, как начал наш Владимир Владимирович выражаться с 1999 года.

С.ДОРЕНКО: Это был шарм.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Он задал это, он воспевает свою подворотню, в которой он вырос. 

С.ДОРЕНКО: Не «подворотню», а Басков переулок. 

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Он говорил, как его учили драться в ленинградской подворотне.

С.ДОРЕНКО: Не знаю. Басков переулок — это известный переулок. Спасибо. Я думаю, это не совсем так, потому что Владимир Владимирович очень смущался. Именно конкретно «мочить в сортире» у нас с ним был разговор, и он говорил: пожалуйста, не давайте это в эфир.

Э.ХАСАНШИНА: Почему?

С.ДОРЕНКО: «Если в сортире поймаем, в сортире замочим». Он мне сказал: пожалуйста, не давайте это в эфир. На что я ему ответил: я даю это в своей программе три раза; первый раз — сразу после «шапки», второй раз — в подводке и третий раз — в сюжете; три раза. Он говорит: не надо. Я говорю: надо, надо.

Э.ХАСАНШИНА: А сейчас у нас много, кто так говорит, и не только у нас.

В ДВИЖЕНИИ

С.ДОРЕНКО: 5 баллов. Мне кажется, очень легко и хорошо. Я каждый день рвусь забрать свой мотоцикл с зимней стоянки и на нем еще недельку поездить, и каждый раз руки не доходят. А люди ездят, так приятно смотреть на ребят, которые сейчас ездят, прямо молодцы. Ребята, я с вами! Братья, я с вами! Люблю не могу! На самом деле, он у меня стоит в ГранМото Triumph, я его на дачу еще не перегнал. Но даже до ГранМото еще не доберусь, чтобы его взять.

НОВОСТИ

С.ДОРЕНКО: 10 часов 6 минут. Доллар посмотрим. Долларевич опять в коррекцию встал, ага! Мы любим это дело. 66,05, рубль молодцом. 75,97. Мы-то всё ждем его там, где он не будет — на 56, а он на 66.

Э.ХАСАНШИНА: Это правда.

С.ДОРЕНКО: Не 67 же. 84,96 нефть. Мы видели ее вчера тоже под 85, и сейчас мы ее видим под 85. И 1,1502. Пара была вчера на 1,1492, сейчас 1,1502. На самом деле, не так далеко, всего 10 пепсов, однако это другой горизонт. Таким образом, движение дальнейшее на 1,14-1,13 остановлено.

«Пять свастик в неделю» видела?

Э.ХАСАНШИНА: Да. Очень интересные откровения сотрудника Центра «Э».

С.ДОРЕНКО: Дела за репост пошатнули репутацию Центра противодействия экстремизму. Бывший сотрудник ЦПЭ Владимир Воронцов, который работал в этом подразделении с 2011 по  2014 год, рассказал «Снобу», как он проводил оперативные действия в пустоту, зигуя на фоне воскового Гитлера. Ты всю статью прочитала?

Э.ХАСАНШИНА: Да.

С.ДОРЕНКО: Расскажи нам, пожалуйста.

Э.ХАСАНШИНА: Сначала он рассказывает, как общался с разными группами радикалов, националистами, и как это помогало ему потом стравливать, условно говоря, одних с другими. Потом перешел в Центр «Э». Сначала у них было всё спокойно, они сами выбирали себе дела, сами их разрабатывали. Потом у них появились штабисты, которые стали выписывать определенное количество чего-то, что они должны сделать. Например, они должны были сдать пять свастик. Они находили «ВКонтакте» пять картинок со свастикой, сдавали и всё. Они, в принципе, не занимались этим делом, они не смотрели, кто это, им было совершенно всё равно, как и тем, кто принимал этот отчет и куда-то откладывал до поры до времени. Потому что все понимали, что это для отчета. Никто, наверное, не предполагал, что это станет поточным делом, по которым людей будут действительно сажать. И он говорит, что штабные разнарядки, которые приходили к ним, это конечно жесть.

С.ДОРЕНКО: Им нужно было в неделю пять свастик найти и открыть дела, поэтому он сам зиговал и фотографировал.

Э.ХАСАНШИНА: Он их фотографировал, он сам пересылал.

С.ДОРЕНКО: Мы не привозили никого на Петровку, всех доставляли в районные отделы. Мы считаемся операми в белых перчатках.

Э.ХАСАНШИНА: Это по поводу пыток он рассказывает. 

С.ДОРЕНКО: Мы не пытаем. «Это чужое помещение; ты не знаешь, где видеокамеры, где чего. Не то, что мы звери какие-то, если бы у нас было свое помещение, то мы бы пытали, это играет свою роль. Да и в те годы, когда я работал, под любое задержание нам давали СОБР или ОМОН. Например, мы задерживаем на рынке «Садовод» китайца, который торгует ножами со свастикой». А вы знаете, что в Китае и на Дальнем Востоке везде свастика означает плодородие. На самом деле, это тот же символ, который на белорусском знамени вышит.

Э.ХАСАНШИНА: Коловрат.

С.ДОРЕНКО: Нет, имеется в виду ромбы с точками. Ромб, в середине крест, и там точки такие. На самом деле, земля и семя: точка — это семя, плодородие, а ромб — земля. Ромбы на белорусском знамени, например, это земля и семя, положенное в землю, как плодородие. То же самое со свастикой на Дальнем Востоке, то есть они не понимают нашего понимания.

«Задерживаем на рынке «Садовод» китайца, который торгует ножами со свастикой. Закупщик закуривает сигарету — знак, что сделка состоялась. Дальше бежит СОБР, а все думают, что это спецоперация ФМС. Все разбегаются, как звери в мультике «Ледниковый период». А куда теперь все эти люди денутся?

Э.ХАСАНШИНА: Какие люди?

С.ДОРЕНКО: Эти «эшники», которые ловили по пять свастик в неделю. Их же теперь развернули, что уже не надо, или что?

Э.ХАСАНШИНА: Буду заниматься действительно серьезными делами. Как он говорит: есть разница между тем, когда человек свою позицию высказывает идеологическую, и между тем, когда он делает преступление для того, чтобы эту идеологическую позицию доказать, или кого-то спровоцировать на ответную реакцию. Наверняка у этого ведомства есть реальные задачи, есть реальные проблемы, над которыми надо работать.

С.ДОРЕНКО: Посмотрите, пожалуйста, эту статью в «Снобе». Не люблю этот «Сноб»; я не знаю, почему я его не люблю. Мне кажется, он платный был. Нет? Он не платный? Раньше какой-то был платный, клубный.

Э.ХАСАНШИНА: Мне кажется, да, раньше был.

С.ДОРЕНКО: Короче, их не люблю, но статья интересная «Норма была — пять свастик в неделю». Монолог бывшего «эшника». Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Чем они будут заниматься — как обычно, какие-нибудь эсэмэски «мама, вышли денег», калымить, наверное, больше они ничего не умеют.

С.ДОРЕНКО: Ведь это мужчины, которым что-то теперь надо делать.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы поймите, что это талантливые люди, потому что мозги должны быть заточены на работу с программным обеспечением. Безусловно, программисты своеобразные, будет скучно — начинают дурака валять.

С.ДОРЕНКО: А их куда-то надо пристроить теперь, куда-то в благое дело.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сейчас же у нас цифровая экономика, куда-то их запихнут, что-нибудь отслеживать.

С.ДОРЕНКО: Может быть, в боевые хакеры какие-нибудь.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да таких полно. Кто-нибудь айтишником на полставки устроится. Главное, чем они будут заниматься: если на благо — то хорошо, если дурака валять…

С.ДОРЕНКО: Второй вопрос: теперь все будут рисовать свастики на лбу, а кто их урезонит? Мы живем, как маятник. Было запрещено вообще всё, вплоть до Штирлица. А теперь, соответственно, разрешено, и все будут на лбу себе рисовать.

Э.ХАСАНШИНА: Ну как «разрешено»? Административка всё равно будет.

С.ДОРЕНКО: Ребят, вы же знаете, что Россия живет по принципу маятника, Россия — страна экстрима. Был экстрим — его запретили, был другой экстрим; теперь запретили экстрим, будет третий экстрим. Нас же всё равно носит, как говно в…, я хотел сказать — нас носит вверх и вниз. А как с этим бороться? Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Александр. Что касается того, куда этих господ послать можно. Вот Виктор Васильевич Золотов предложил своим критикам поехать на Кавказ.

С.ДОРЕНКО: Вы же понимаете, что это ирония. Я напомню, что сам закон об экстремизме 282-й, насколько я читал в прессе, был рожден одним из депутатов, связанных с еврейской общиной, именно в связи с тем, что опасность как бы неофашизма воспринималась как явная.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Дело в том, что сейчас есть альтернативная статья — за оправдание нацизма, которую ввела, насколько я помню, госпожа Яровая, с ее подачи. 

С.ДОРЕНКО: Александр, я почему говорю об этом. Мне кажется, если бороться — то глупо, а если не бороться — то опасно.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Значит, придется бороться по уму.

С.ДОРЕНКО: Это как? «Бороться по уму», я не знаю способа. Какой же способ?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Воспитывать экспертное сообщество.

С.ДОРЕНКО: О-ля-ля. Спасибо. Я обращаю ваше внимание вот на что. Если бороться — то мы боремся глупо и жестоко, а если не бороться — то страшно, потому что зиги кидать все начнут. Тогда не понятно, как быть. С одной стороны, страшно; с другой стороны, жестоко, глупо. Я здесь в затруднении. 7373-94-8. Здравствуйте, слушаю вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Мне кажется, мы забываем самый главный вопрос. Всех тех, кого уже проглотил дракон, отрыгнет ли он их, когда этот закон перестанет действовать. Как вы считаете?

С.ДОРЕНКО: Я думаю, что как-то будут пересматривать сроки, безусловно, но всё равно жизнь-то исковеркана. Исковеркана за какую-то глупость, за ерунду какую-то. «Дракон» вернет нам людей, но будут ли это те люди. И потом они будут полгода их мучить еще, потом вернут наконец, и будут ли это те люди, потому что жизнь-то исковеркана. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Сергей. Я хотел напомнить, если не ошибаюсь, что «эшники» пошли из УБЭПа, которые боролись с преступниками. УБЭП, который уничтожил одним из первых указов человек, имя которого называть нельзя. Но это не Навальный, а называется он в превосходных степенях. Он уничтожил и сделал из них вот этих людей, от которых русские люди страдают.

С.ДОРЕНКО: Это Рушайло что ли был?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Которые реально с преступностью боролись. Потом их извели и сделали этими… не буду говорить грубое слово.

С.ДОРЕНКО: Грубое не надо.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это Владимир Владимирович одним из первых указов запретил.

С.ДОРЕНКО: Наверное, он передал эти функции ФСБ, как мне представляется.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Мы видим результаты, что у нас на улицу скоро не выйдешь, они командуют как в 90-х.

С.ДОРЕНКО: У меня нет такого ощущения. Неважно. Это ваше ощущение, спорить не буду. Общий уровень подражания преступникам и в лексике, и в поведении, безусловно, конечно культурно победили преступники. Потому что все, кто с ними боролся, переняли их манеры, не смогли отказаться от невероятного отрицательного обаяния. Отрицательно обаяние сейчас над Россией, конечно, парит, царит, и Россия живет в угаре отрицательного обаяния криминала. Мы стараемся выглядеть как криминальные люди, мы стараемся говорить как криминальные люди, мы стараемся думать как криминальные люди.

Э.ХАСАНШИНА: Мне кажется, этого угара стало гораздо меньше. Вспомните 90-е, это же были романтичные люди, нет?

С.ДОРЕНКО: Нет, ты не жила в 90-е.

Э.ХАСАНШИНА: А «Бригада»?

С.ДОРЕНКО: «Бригада» появляется в 2000-х.

Э.ХАСАНШИНА: Она появляется в 2000-х, но показывает время 90-х.

С.ДОРЕНКО: Это правда, но это было микроскопически, вкрапления. Ты смотрела «Бригаду»?

Э.ХАСАНШИНА: Да, конечно.

С.ДОРЕНКО: В «Бригаде» как раз показано, что только в самом конце они переходят в политику, а перед этим… Можно я обращу твое внимание: в сериале «Бригада» есть три этапа становления. Сначала появляется шайка, первая разборка, когда Саша Белый идет на первую стрелку. Ну, там любовная история с Катей Гусевой. Потом возникает вторая тема: это ФСБ, фэбосы и наркотики, и моральная сторона; фэбосы ведут наркотики, участвовать ли с фэбосами в наркотиках; да, участвовать, но если наркотики идут на Запад, а не к нашим. И третья стадия: они идут в политику. Вот сериал «Бригада» по стадиям, по их преступной деятельности. Я тебе хочу сказать, что всё это выкатывается на 2000-е, а начинается это в середине или в конце 90-х с шайки. 

А на самом деле, кто такие люди 90-х. Можно я тебе расскажу, ты не знаешь. Она в коляске сидела в 90-х. 90-е — это советские люди, очень правильные, очень романтичные, очень сорвавшиеся с цепи, испытывающие от этого отвращение, почему и выбрали порядок. Выбрали порядок, потому что испытывали сами от себя отвращение. Люди, стоявшие в «Лужниках» на рынках со степенями, люди из «Пироговки», люди из научно-исследовательских институтов — что, они перестали быть учеными и интеллигентами? Нет. Они были интеллигентными людьми.

А люди, которые стреляли в 1993-м, они какие были? Мне Лимонов рассказывал, что бойцы, с которыми он был рядом, при штурме телецентра отползали и шли в киоск. Тогда киоски везде были. Еще Собянин не уничтожил киоски, которые были везде. Во время гражданской войны с автоматом в руках подходили к киоску и покупали сигареты, печенье и кока-колу. Это были очень интеллигентные люди.

Э.ХАСАНШИНА: После этого обзора вы хотите мне сказать, что сейчас мода на бандитизм, бандитскую эстетику выше, чем тогда?

С.ДОРЕНКО: Конечно. Мы тогда были советскими людьми. Мы тогда этого всего чурались, нам было мерзко, противно и гадко.

Э.ХАСАНШИНА: Да, но сколько было этого, гораздо больше.

С.ДОРЕНКО: Было, может быть, больше, но в эстетике этого было меньше.

Э.ХАСАНШИНА: То есть молодежь в 90-е годы не мечтала пойти с пистолетом к бандитам и работать на бандитов, а работать инженером? Сейчас хотя бы мечтают быть айтишниками, хотят пойти в Силиконовую долину.

С.ДОРЕНКО: Сейчас мечтают либо стать айтишниками и уехать из страны, либо стать прокурорами и держать эту страну за холку, или фэбосами. 

Э.ХАСАНШИНА: Значит, бандитской эстетики меньше.

С.ДОРЕНКО: Ты же задала вопрос, дай мне ответить. В 90-е самих агентов преступного мира было больше, может быть, я допускаю, но эстетики бандитизма было существенно меньше. И мы с ужасом узнавали, что школьники 14-15 лет пишут в сочинениях (это всё выносилось на общественный суд), что они хотели бы стать бандитами. Но мы, советские люди…  

Э.ХАСАНШИНА: А про вас речь не идет. Мы говорим об ощущении, а ощущение складывается от молодежи, которая о чем-то мечтает.

С.ДОРЕНКО: Нам было 30 лет! Я был молодежь, чёрт побери! Наша молодежь это 14 лет? Нет, это дети. Нам было по 30 лет, и мы были в ужасе от того, что происходит. Нами правили шестидесятники, пойми ты, шестидесятники плаксивые, задумчивые. Мы пели Окуджаву в 90-е годы.

Э.ХАСАНШИНА: Вы хотите сказать, что сейчас вы в ужасе больше?

С.ДОРЕНКО: Конечно!

Э.ХАСАНШИНА: Почему?

С.ДОРЕНКО: Еще раз. В 90-е годы вооруженный автоматом, обвешанный гранатами боец в гражданской войне подходил к киоску и покупал сигареты за деньги, потому что это был советский человек.

Э.ХАСАНШИНА: А сейчас?

С.ДОРЕНКО: Сейчас бы он сунул туда ствол и сказал «вот эти сигареты, дай блок». Всё!

Э.ХАСАНШИНА: Сейчас люди без автоматов подходят к киоску и покупают сигареты. Как вам такое?

С.ДОРЕНКО: Советские люди пели Окуджаву. Советские люди в 90-е годы пели песни геологов. В 60-70-е была мода на песни геологов, песни у костра, песни Окуджавы.

Э.ХАСАНШИНА: На золотые цепи, у купола, на малиновые пиджаки.

С.ДОРЕНКО: Неправда. Это было ультраэкзотично, мы над ними смеялись. Потому мы их показывали, потому ты об этом знаешь, потому что мы показывали на них пальцем. И поскольку мы показывали на них пальцем, они были видны. Потому что мы все тыкали в них пальцем и говорили «боже, какие уроды, с кожаными затылками в красных пиджаках». Мы на них показывали пальцем, поэтому ты знаешь о них. А сегодня не надо показывать пальцем.

Э.ХАСАНШИНА: Почему? Мы и сегодня показываем пальцем на тех, кто кричит «АУЕ».

С.ДОРЕНКО: Я говорю, кто в 90-е годы правил.

Э.ХАСАНШИНА: Ну, мы же сравниваем. Я говорю вам про сейчас, а вы говорите про то.

С.ДОРЕНКО: Я хочу, чтобы ты не упрямилась, а услышала меня.

Э.ХАСАНШИНА: Я просто не согласна.

С.ДОРЕНКО: Тебе не надо соглашаться. Ты милое дитя, вы лежали в марлевых подгузниках. Сейчас давайте о другом. Тебе не надо соглашаться. Ты меня спрашиваешь, я тебе отвечаю. Скажите, дядя, ведь недаром Москва, спаленная пожаром, была французу отдана? Ты мне говоришь, я тебе отвечаю. А ты мне говоришь «я не согласна». Чё тебе соглашаться? Зачем тебе соглашаться? Согласия твоего никто не спрашивает.

Э.ХАСАНШИНА: Я хочу, чтобы вы убедили меня, почему сейчас мода на бандитизм выше, чем тогда.

С.ДОРЕНКО: Потому, что сегодня криминальное сознание у людей, а тогда нами правили шестидесятники. Как ты не понимаешь! Мы в ужасе смотрели на ублюдков, ходивших в красных пиджаках. Нами правили шестидесятники.

ПОЕТ БУЛАТ ОКУДЖАВА «Грузинская песня»

С.ДОРЕНКО: Эти люди нами правили.

ПОЕТ БУЛАТ ОКУДЖАВА «Грузинская песня»

С.ДОРЕНКО: Это звучало из окон. Тогда люди пели еще хором за столом. Они ели сначала салаты, потом горячее, а расходиться рано, и до чая расходиться не хочется. И мы… не мы, я всегда был как иностранец в этом прекрасном обществе, но я слышал, как люди пели. Они пели всевозможную хрень, из окон я слышал «Милая моя, солнышко лесное», они пели Визбора. Это 90-е годы, это ренессанс шестидесятничества.

ПОЕТ ЮРИЙ ВИЗБОР «Милая моя»

С.ДОРЕНКО: Эти люди, шестидесятники, ненавидели Советский Союз в 60-е годы. В 90-е им стало шестьдесят. Мы для них сломали страну, нам было 30 лет, а им 60. Мы для них сломали страну, чтобы доставить им удовольствие, которую они не любили в 60-е. Мы им ее сломали и возвели их на престол, на пьедестал. Елена Боннэр говорила нам, что делать. Мы пели Визбора, мы пели Окуджаву. Это была победа шестидесятников.

НОВОСТИ

С.ДОРЕНКО: Хасаншина продолжает со мной спорить.

Э.ХАСАНШИНА: Да вы что! Да я молчу!

С.ДОРЕНКО: Зачем ты в нос говоришь, когда тебе противно? Знаешь это откуда у тебя? De barrios bajos de Pleshanovo.

Э.ХАСАНШИНА: Вы просто разгадали мою суть. Теперь не получится мне врать вам, а я так хотела.

С.ДОРЕНКО: Ты где жила в Плешанове? У вас есть barrios bajos?

Э.ХАСАНШИНА: Что это?

С.ДОРЕНКО: Низкие кварталы, где живут совсем ужасные люди и куда страшно ходить вечером.

Э.ХАСАНШИНА: А, так вот как это называется!

С.ДОРЕНКО: Внутри Плешаново есть barrios bajos, куда страшно пойти, где убьют, замучают?

Э.ХАСАНШИНА: Нет. Да вы что, у нас чистейшие люди! Просто лучшие люди планеты живут в Плешанове!

С.ДОРЕНКО: Можно я предположу, что Плешаново всё состоит из barrios bajos.

Э.ХАСАНШИНА: Неправда! У нас честные работящие люди, выращивают свиней, держат огород.

С.ДОРЕНКО: А когда корову загоняют во дворе, кричат ей матом?

Э.ХАСАНШИНА: Нет, конечно! Вы что?! Корова — это высшая ценность, ее любят, холят и лелеют.

С.ДОРЕНКО: В Смоленской области да.

Э.ХАСАНШИНА: И потом зачем? Она сама идет домой.

С.ДОРЕНКО: В Смоленской области, около села Красного я лично присутствовал при дойке и при загоне скота. С коровами разговаривают только матом.

Э.ХАСАНШИНА: У них, наверное, много коров.

С.ДОРЕНКО: Стой, Майка, твою мать! И далее по тексту.

Э.ХАСАНШИНА: У нас всё полюбовно. Потом, есть же собаки — а ну заходи быстро.

С.ДОРЕНКО: Значит, Плешаново не имеет barrios bajos. Откуда ты взяла эту интонацию? Значит, ты жила в Оренбурге в barrios bajos, в низких кварталах Оренбурга.

Э.ХАСАНШИНА: Нет, я жила в самом центре, в студенческом городке, в интеллигентной элите. 

С.ДОРЕНКО: Остановись! Интеллигентная, невозможно перебить! У тебя взялась эта гнусавая интонация, в нос, когда ты типа «да ладно, чё, ребята, пацанчики». Откуда она взялась? Я всё пытаюсь понять, где ты жила в barrios bajos?

Э.ХАСАНШИНА: Это защитная реакция.

С.ДОРЕНКО: Сейчас ты живешь в barrios bajos! Она живет на Соколиной Горе! Всё стало понятно, всё встало на места! Приехала хорошая интеллигентная девочка из Плешанова, Оренбурга и Петербурга (три места, где они жила до этого)…

Э.ХАСАНШИНА: И попала в лучший район, интеллигентнейший!

С.ДОРЕНКО: А попала в barrios bajos!

Э.ХАСАНШИНА: У нас, между прочим, там венерологическое отделение, поэтому нас лучшие люди.

С.ДОРЕНКО: Вот именно поэтому. Совершенно верно, инфекционка на Соколинке. Она попала в barrios bajos, в низкие кварталы, где к ней привилась интонация через нос. Всё, не говори ничего больше через нос! Или, наоборот, говори всё время, это будет твоя красочка.

Я хотел про Ливию сказать. Есть несколько публикаций, что мы идем в Ливию, то ли идем, то ли нет. The Sun, несмотря на то, что это не проверено и может быть просто тревога, но британские СМИ обвиняют Россию в намерении пойти в Ливию, как в «новую Сирию», для того чтобы еще в большей степени контролировать Европу, в том числе по нефти и в том числе по беженцам.

Вы хотите, чтобы мы пошли в Ливию? Я обращаюсь сейчас к слушателям. Товарищи слушатели, вы хотите, чтобы мы пошли в Ливию, ввели туда войска, может быть? Некоторые говорят, что уже там «вагнеровцы», еще кто-то. Позвольте мне почитать. The Sun и РБК: Россия перебросила в Ливию десятки бойцов спецназа и других сотрудников Главного управления Генштаба (то есть грушников), сообщает 8 октября The Sun со ссылкой на источники в британском правительстве.

Российский контингент в Ливии занимается подготовкой войск фельдмаршала (товарищи, у нас там есть фельдмаршал свой, ручной) Халифы Хафтара, контролирующего восток страны. Также Россия поставляет армии Хафтара оружие — в частности, крылатые ракеты «Калибр» и зенитные ракетные комплексы С-300.

Дружба у нас с Хафтаром давняя. Помнишь, когда нам не дали заправить наш прекрасный корабль «Кузнецов», коптящий черным. Гибралтар отказал, и мы где-то его заправили. А где же мы его заправили? И никогда военные не признались, где они его заправили. С чего в общем понятно, что в Ливии. Почему он и коптел, на ливийском!

Э.ХАСАНШИНА: Некачественно что-то залили.

С.ДОРЕНКО: Залили что-то, сделанное ливийскими заводами, поэтому он и коптел черным. Я читаю по тексту, не приписывайте мне это сообщение, я просто читаю текст в плане ознакомления. Я не знаю, верна ли эта информация, это предположение. Россия якобы поставляет армии Хафтара оружие, в частности, крылатые ракеты «Калибр» и зенитные ракетные комплексы С-300. Кроме того, на востоке Ливии развернуты две российские военные базы. Они расположены в городах Тобрук и Бенгази на побережье Средиземного моря, и действуют «под прикрытием» ЧВК «Вагнер», утверждает The Sun. То есть это не «Вагнер», но они как бы под «Вагнера» косят, считают англичане.

Британские спецслужбы предупредили премьер-министра Терезу Мэй о предполагаемой военной активности России в Ливии. По их мнению, Москва хочет превратить Ливию в «новую Сирию» и так далее. И дальше направить поток мигрантов из Африки в Европу, а также контролировать поставки нефти из этой страны. То есть переполнить Европу новыми африканцами, наладить поставку африканцев и, наоборот, прервать поставку нефти. Вот такая тема.

Вы хотели бы, чтобы мы в Ливии сделали «новую Сирию»? Да — 134-21-35; нет — 134-21-36. Вам нужна в Ливии «новая Сирия», вы считали бы это благой проект, хороший — 134-21-35; не очень хороший — 134-21-36. Мы говорим по телефону пока об этом. Здравствуйте, слушаю вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Ясно, что как в Сирию мы войти туда не сможем, потому что Хафтар не всю Ливию контролирует, да и он не вечный, он больной раком, ни сегодня-завтра умрет.

С.ДОРЕНКО: Мы можем выпестовать какого-то зама.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Смысл такой, что максимально больно англичанам в Ливии мы сделать должны.

С.ДОРЕНКО: Сколько денег мы готовы потратить?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Обменять оружие на нефть — это неплохой бизнес.

С.ДОРЕНКО: Надо же ее продать.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: На северокорейский танкер сами арабы и погрузят.

С.ДОРЕНКО: Вы, безусловно, правы в том, что у них действительно есть, чем платить.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Свято место пусто не бывает. Если не мы там будем, там появится кто-то другой. Кто-то другой возьмет эту нефть. Вариантов не так много, но это опять же американцы… китайцы, конечно, вряд ли. Но за нефтью кто-то туда приедет, это точно. 

С.ДОРЕНКО: Ваш позитивизм мне понятен. Спасибо огромное. 7373-94-8. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Владимир из Дубая.

С.ДОРЕНКО: Здравствуйте, Владимир. Вы знаете что-то про Ливию?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, я немножко знаю. Во-первых, если позволите, пару слов про маршала Халифа. Это человек, который в свое время помог полковнику Каддафи свергнуть режим и стать лидером великой Джамахирии. Затем, в нужный момент, он почувствовал, что дело-дрянь, предал Каддафи и сбежал в Америку.

С.ДОРЕНКО: Когда он почувствовал, что «дело-дрянь», перед тем как Каддафи надлежало пасть или когда?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Когда уже начались беспорядки, когда Бенгази загорелся, когда начался развал. Он был с ним, потом он сбежал в Америку и был в ЦРУ несколько лет, активно помогал, работал. Когда начался полный раздрайв…

С.ДОРЕНКО: Ребята, давайте Владимиру из Дубая почистим линию. Не звоните, нет. Человек знает и рассказывает интересно. Мне интересно то, что он рассказывает.  

Э.ХАСАНШИНА: Нам слушатель один пишет: «Хотим, но не за наш счет».

С.ДОРЕНКО: Но если им есть чем платить. Я жду Владимира из Дубая снова.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я прошу прощения, прервалось. Когда ситуация зашаталась, власть разделилась и появились неконтролируемые группировки, он предал американцев и убежал в Бенгази, создал Ливийскую народную армию и стал бороться за власть.

С.ДОРЕНКО: А то, что случилось с американским консулом, это было консульство в Бенгази, он причастен или нет?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, он не причастен. Тогда он еще был при режиме и при Каддафи, верным другом, до предательства. Он создал народную армию, стал активно бороться, стал провозглашать, что всех «почистит». В какой-то момент, видимо, в России почувствовали, что это человек, который нужен, стали с ним встречаться, пригласили его на «Кузнецов».

С.ДОРЕНКО: Да, он поднимался на палубу.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: С тех пор ему активно помогают, его снабжают оружием. Там, конечно, нет никаких С-300, нет крылатых ракет, это для него чересчур. Потому что понятно, что он нас предаст, как уже трижды предал до этого всех своих соратников, которых поддерживал. Это профессиональный предатель. Но его бойцов обучают, его бойцов лечат в Москве в госпиталях военных, его снабжают оружием. Есть ответка: есть российская компания, которая интенсивно готовится, и подписан контракт, — в районе Бенгази будет строить нефтеперерабатывающий завод; трубопровод порядка 170 км; два жилых городка; инфраструктуру, охрану и прочее.

С.ДОРЕНКО: Она скорее частная или скорее государственная?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Государственно-частное партнерство. Назвать ее не большая проблема.

С.ДОРЕНКО: Намекните хоть чуть-чуть. Я боюсь судебных исков, ну их нафиг. Хотя это прямой эфир, я скажу «не знаю, кто сказал», а я и не знаю, кто сказал.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Она в названии очень схожа с названием нашей очень крупной нефтяной компании, с руководителем которой никто не хочет ссориться, себе дороже выйдет всегда.  

С.ДОРЕНКО: То есть не «Роснефть», нет.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, нет, нет. Скажем, что нет. Самое смешное заключается в другом — проект финансируется американцами.

С.ДОРЕНКО: Это мило, как это правильно.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Руководство этой компании не вылезает из американского посольства в Москве, они мотаются в Европу. Создано уже совместное joy adventure между российской компанией и американцами. Санкции сами по себе, а проект сам по себе.

С.ДОРЕНКО: Вот оттуда пойдет новое партнерство, вы понимаете в чем дело, как хорошо. Я пойду стучаться к ним в двери. А кто эти люди? Может, шепнете?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну, как-нибудь, в запальчивости после лишней рюмки.

С.ДОРЕНКО: 170 км и рак вот этого прекрасного фельдмаршала, вот про это скажите два слова. Если у него рак, если четвертой стадии, если он перекинется — нафиг бы я стал строить 170 км нефтепровода.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Сергей, дело в том, что это всё будет потом, а думаем-то мы о сейчас.

С.ДОРЕНКО: Да, но есть ли у меня в Папуасии запасной чувак?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, потому что люди, которые на самом деле инициировали это всё, это бывшие соратники Каддафи сбежавшие и в своем время ушедшие; часть из них сидит в Абу-Даби, часть сидит в Омане. И они активно с некоторыми российскими компаниями торгуют потихонечку нефтью из Ливии. Всё это весьма нелегально, всё это идет большей частью туда, куда ходить нельзя, та же самая Северная Корея и так далее. Но люди на этом зарабатывают, всё остальное неважно.

С.ДОРЕНКО: Деньги настоящие.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И действительно там наши частные военные кампании, советники, добровольцы и просто люди, желающие повоевать не только в компьютере, они там присутствуют уже значительно. 

С.ДОРЕНКО: Все-таки 170 км надо защищать, надо постоянно, регулярно облетать, объезжать, смотреть, чтобы не взорвали. Для этого нужна куча всяких патрулей, папуасов, беспилотников.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нужно — значит будет. Надо будет закупить, нужно будет доставить, везде комиссия, везде прилипает. Как в том анекдоте, когда черную икру раскладывал еврей: «За это еще и зарплату платят?»

С.ДОРЕНКО: Спасибо, Владимир.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Удачи!

С.ДОРЕНКО: Потом шепните мне, ладно. Он мне шепнет потом. Я всё время тщусь сделать карьеру, я хочу стать богатым, наконец. Потому что нищета душит, душит постоянно, она унизительна.

Э.ХАСАНШИНА: Убивает человеческое достоинство.

С.ДОРЕНКО: Мать, ты говоришь со знанием дела. Ну правду говорю, тяжеловато. Поэтому мне надо куда-то постучаться и сказать «давайте, давайте, давайте…» Народ хочет всё равно денег. Мы все хотим денег, господи. Здравствуйте, прошу вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Ростислав. Я вспомнил, Рейган в 1986 году ведь бомбил Ливию, но тогда его Госдеп рассылал точные карты, где боевики под прикрытием Каддафи. А сейчас такое ощущение, что никто ничего не знает, кроме одной газеты The Sun.

С.ДОРЕНКО: Может быть наоборот — все знают. Все знают, но там каша огромная сейчас, племена несогласованно действуют, сложные комплоты, заговоры, и договоры, которые действуют всего неделю, потом рассыпаются. Вот мы с вами, Ростислав, разумные мужики. Например, у нас с вами денег — куры не клюют, и нам говорят: ребята, реально серьезная норма прибыли, давайте в Ливию. Я бы постремался, чёрт его знает с этими племенами. Я сам туда ехать не собираюсь, я за деньги свои боюсь больше, чем за себя. На мне заживет, но деньги потеряются — это плохо.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Россияне самые мало оплачиваемые. Потому что там французский эсминец перед Сирией, я думал, что они гораздо больше получают, чем наши в Хмеймиме. У нас всегда был семирублевый солдат, как при Брежневе. Я думаю, даже в Сирию когда входили, Генштаб спросил: а чем воевать там? Сорокалетними самолетами, Илами-20, что ли? Еще в Ливию соваться, я думаю, не надо.

С.ДОРЕНКО: Я вам скажу результат голосования. Сделать Ливию «второй Сирией», ввести войска, авиацию — 41% за, 59% нет. Ребята, 41% это очень много, это огромная поддержка, гигантская поддержка. 7373-94-8. Здравствуйте.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро, Сергей. Сергей Алексеевич. Если делать плохо Англии, Соединенным Штатам да еще по Ливии, то делать это надо чужими руками. Я не поверю никогда, что туда зашел спецназ ГРУ, ему там делать нечего.

С.ДОРЕНКО: Три советника.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Готовят на нашей территории, потом туда отправляют, и они там делают то, что надо. Поэтому делать «вторую Сирию» не получится. Ливия это не Сирия. Сирия — это поддержка всего тамошнего народа, там Россию поддерживают. А в Ливии этого никогда не будет так быстро. 

С.ДОРЕНКО: Сергей Алексеевич, я не буду спорить, но в Сирии нас поддерживают только кланы, поддерживающие Асада, а они меньше половины народа там составляют, это побережье.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Все равно сирийский народ — это не Ливия.

С.ДОРЕНКО: Что такое сирийский народ — это арабы-сунтиты и арабы другого толка, которых считают своими иранцы.

Э.ХАСАНШИНА: Шииты.

С.ДОРЕНКО: Они не шииты до конца. Напомните мне, пожалуйста, добрые слушатели, как называется толк квази-ислама. Алавиты. Спасибо большое, Игорь Беспрозванный. В Сирии то, что вы назвали сирийским народом, по-моему, не существует просто. Существуют алавиты, у которых некие религиозные предпочтения, доктрина схожая с шиизмом, шииты считают их частью себя, хотя это не вполне так. Но шииты и алавиты считают себя близкими, хотя это сильно не одно и то же. Алавиты поддерживают Асада. Почему? Потому что угроза уничтожения со стороны суннитов и со стороны курдов. Еще есть курды. Когда вы говорите про сирийский народ, это некоторое преувеличение. Что же там гражданская война идет уже 7,5 лет, если есть сирийский народ, который единодушно что-то поддерживает? Тогда бы не было гражданской войны. Здравствуйте, слушаю вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Сергей. Дмитрий, Москва. Я думаю, нас всё равно не спросят — введем мы Ливию войска или нет. 

С.ДОРЕНКО: Посмаковать-то можно чуть.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Можно послюнявить эту тему и всё. Захотят — введут. Всё равно где-то надо войска обучать, пусть они там их обучают тогда.

С.ДОРЕНКО: 7373-94-8. Здравствуйте, слушаю вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. То, что я услышал про бизнес там — нефть в обмен на оружие, он хорош для той страны, которая сама покупает нефть на мировом рынке. Но для страны, которая продает свою нефть, зачем им чужая нефть?

С.ДОРЕНКО: Это зависит от объемов, согласитесь. Можно перепродать немедленно. Это может быть частная структура, которая берет нефть, как посредник, и тотчас ее продает куда-нибудь в Северную Корею или в запрещенных направлениях.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: В любом случае, это приведет к снижению цен на мировом рынке, потому что любой дополнительный объем нефти снижает цены.

С.ДОРЕНКО: Да, и к снижению репутации. Но в известном смысле репутация отчаянных людей прибудет с нами.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я могу понять, если брать там нефть и кому-то давать ее даром. Я не знаю, кому. Топить свои электростанции. Но если ее выбросить на мировой рынок, то это ведет только к снижению всех цен, в том числе на свою нефть. Это какой-то странный бизнес.

С.ДОРЕНКО: Если ее возить в Северную Корею, то это помимо рынка, потому что Северная Корея как бы за скобками.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это, что называется, она золотой станет.

С.ДОРЕНКО: Они платят, наверно. Я не знаю, я просто предполагаю, я вместе с вами пытаюсь думать. Не думайте, что у меня есть ответы, у меня есть размышления какие-то. Здравствуйте, слушаю вас.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Сергей, Эльвира. На самом деле, странная логика у предыдущего оратора — если у тебя много нефти, то ты понижаешь цену. Если у тебя много нефти — ты можешь любую цену устанавливать. Если Россия возьмет под контроль Ливии и гипотетически Саудовскую Аравию, допустим, она будет стоить 400 долларов за баррель. Они захотят, она будет стоить 400, 500, 1000 долларов за баррель. Чем больше вы контролируете территорию с нефтью, тем она дороже.

С.ДОРЕНКО: Это правда. Надо нашему предыдущему позвонившему напомним рассказ «Трест, который лопнул», когда они в разлив рек купили все три бара, закрыли их, и в одном баре… О. Генри «Трест, который лопнул».

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: С точки зрения, введения туда войск, я считаю, ничего плохого в этом нет. Чем Россия будет присутствовать в разных регионах, тем более нефтеносных, тем лучше. Если это будет сирийский вариант, я, в принципе, был не против ввода войск в Сирию, но как вы это делаете, как вы это реализовываете. Если вы действительно выполняете задачи, которые вам поставлены, тогда всё правильно.

С.ДОРЕНКО: Как вас зовут?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Михаил.

С.ДОРЕНКО: Михаил, я играю против вас, моя задача — поставить вас в неловкое положение, взять за кадык или за шкирку. Но слишком долго держать за шкирку, не понятно, зачем. То есть надо конечный итог, выгоду иметь. Зачем я бы стал вас обижать без выгоды? Если есть выгода — я бы вас с удовольствием обидел. Мы вошли в Сирию для того, чтобы замять дело с Boeing, замять дело с Украиной, перенести центр общественного внимания с одной точки на другую. Мы перенесли. Но прошли годы, надо иметь точку выхода.

Если я взял вас за шкирку или вы меня; если вы меня взяли за шкирку и мне говорите «Серёга, отдай BMW». Должна быть точка выхода: я отдаю BMW — вы больше не держите меня за шкирку. А если вы год за годом держите меня за шкирку и не формулируете ничего, и постоянно шаткая ситуация, то может быть это неумно. Где выход?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я думаю, что задачу, которая была поставлена в Сирии, они выполнили, просто ее не озвучивает никто.

С.ДОРЕНКО: Так надо выходить. Точка выхода где?

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я думаю, что пока оттуда выходить рано. Я думаю, что в ближайшие несколько лет оттуда никто не выйдет, потому что задача была, на самом деле, — это запрет провода газопровода из Катара в Европу. Это была первоочередная задача. Пока это не утрясется, оттуда войска никто выводить не будет. В ближайшие пять-десять лет мы точно будем там.  

С.ДОРЕНКО: Спасибо. Я всегда призываю к выгоде. Я, может быть, покажусь вам отчасти украинцем, но я призываю — где тут гроши? Я не понимаю вашего русского романтизма и чистоты. Вы люди чистые, а мы хотим увидеть гроши в конце. То есть где точка выхода?

Если я кого-то мучаю, то мне нужно знать — зачем? А просто забесплатно мучить, — я умоляю, я что, садист какой? Мы пойдем и проживем ее, эту среду, 10 октября.