• Маргарита Симоньян в программе «Итоги недели с Романом Бабаяном» 22 ноября 2019 года

    19:00 Ноя. 22, 2019

    В гостях

    Маргарита Симоньян

    Главный редактор телеканала RT

    Р.БАБАЯН: Добрый вечер. В столице России Москве 19 часов 6 минут. Работает радиостанция «Говорит Москва». В студии Роман Бабаян. Сразу же называю наши телефоны, по которым можете позвонить и задать свои вопросы, высказать свое мнение. А я думаю, что вопросов сегодня будет много, потому что у нас очень интересный гость сегодня в студии вместе с мной. Это Маргарита Симоньян, главный редактор RT и информационного агентства «Россия сегодня». Мы очень рады видеть тебя здесь, в студии.

    М.СИМОНЬЯН: Спасибо. Спасибо, что позвали.

    Р.БАБАЯН: Наши телефоны. Телефон прямого эфира 8-495-7373-94-8. Можете задавать свои вопросы, и присылая смски по телефону +7-925-8888-94-8. Пишите в Telegram-канал govoritmskbot. И работают все наши аккаунты в социальных сетях, Twitter и так далее.

    Не успел я представить Маргариту, уже первый звонок. Давай сделаем ход конем — давай попробуем сразу поговорить с человеком, посмотрим, что он скажет.

    М.СИМОНЬЯН: Твой эфир, тебе видней.

    Р.БАБАЯН: Здравствуйте. Добрый вечер.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер, Роман. Это Леонид Сергеевич. Вспомним о том, что было пять минут назад. Я комплементарно отношусь к вашей гостье, она всегда вежлива и приветлива, и как ведущая, и как журналист. Знаете, что огорчает? Только что прошел эфир, который меня поразил… я пытаюсь такие эвфемизмы использовать, помягче сказать. Хотя по-русски могу сказать, как это стоит. Человек нескольких не согласных с ним людей, не меня, я слишком стар, наверное, меня побоялся так, обозвал какой-то либеральной… какой-то гнидой и так далее. Когда я позвонил и сказал: знаете, правильные мысли, которые вы высказываете, не надо высказывать так истерически. Он меня перебил, заявил, что я его перебиваю, что это эмоции.

    Р.БАБАЯН: Леонид Сергеевич, я все понял. Я вам скажу так, что Семен Аркадьевич Багдасаров, вы же знаете, как мы его называем здесь, в своем кругу — человек-вулкан. Бывший военный, полковник, он человек резкий. Помните, как в «Здравствуйте, я ваша тетя!» — «я бывший полковник, я не знаю слов любви» и так далее. Ну, он высказывает таким образом свое мнение. Мы же очень часто слышим с вами эту фразу— «это мое мнение», «это мое оценочное суждение». Вот Семен Аркадьевич таким образом высказывает свое мнение. И в этом был весь, как говорится, я этим и руководствовался, когда принимал решение, чтобы посадить Семена Аркадьевича Багдасарова в качестве ведущего. Он не журналист, нет, он, собственно, высказывает свое мнение, как он видит, так, как понимает, и так далее. Другое дело, что кому-то нравится, кому-то не нравится, кто-то считает резким, нерезким.

    Итак, друзья! Маргарита Симоньян в студии. Не будем терять драгоценное время. Я подготовил здесь несколько тем, на которые мы попробуем сегодня поговорить. И решили мы начать с этой темы — это, несомненно, совершенно тема Маргариты, я знаю, что она занималась этой темой, достаточно хорошо ее знает. И так нам повезло, что одна из новостей минувшей недели. Операционная система в новом телефоне имеет качественно отличающиеся условия и возможности от тех, которые устанавливает абонент при последующих дополнительных действиях. Об этом заявил замглавы Федеральной антимонопольной службы Анатолий Голомолзин.

    Сегодня Госдума (на самом деле, это уже вчера, но неважно) приняла закон о запрете продажи гаджетов без российского программного обеспечения. Авторами документа выступили депутаты Сергей Жигарев, Владимир Гутенев, Олег Николаев и Александр Ющенко. В пояснительной записке парламентарии указали, что речь идет о смартфонах, компьютерах и телевизорах с функцией Смарт ТВ. Конкретный перечень товаров программного обеспечения и порядок его установки будет определять правительство.

    Рит, я знаю, что ты очень хорошо знаешь эту тему. Я все пытаюсь понять, а что нам это дает? И вообще, что это значит? Телевизоры, компьютеры, с функцией Смарт ТВ, какая-то предустановка нашего, я не знаю, то ли программного обеспечения, то ли просто каких-то наших ресурсов. Для чего нам это все нужно?

    М.СИМОНЬЯН: Давай попробуем обсудить не закон, потому что с законом, как это часто у нас бывает, пока еще не все понятно, в публичном поле он уже представлен так, что непонятно даже мне, хотя меня эта тема волнует много лет. Давай обсудим саму тему. Какая существует тема и какая существует проблема? Проблема существует следующая. Когда ты покупаешь гаджет на территории России, ты покупаешь телевизор, ты покупаешь iPhone, iPad, все, что угодно. Вот Blackberry у меня лежит. Тебе на этот гаджет предустановлено не программное обеспечение. Насколько я понимаю, речь не о программном обеспечении, а речь о приложениях. Тебе предустановлен Google, тебе предустановлены Facebook, YouTube и все остальное. И обычный человек, он же не будет менять то, что у него предустановлено, если это более-менее так же удобно, на что-то другое. Это, к примеру, несколько лет назад привело к тому, что «Яндекс» уступил Google по аудитории, только поэтому. Потому что Google был предустановлен на всех на свете гаджетах, продающихся в России. Я покупаю телефон, ну чего я буду заморачиваться, переставлять туда зачем-то «Яндекс», еще понять бы, как это делается, если есть точно такой же поисковик. Только Google это такой поисковик, как мы знаем, который занимается, это уже ни для кого не секрет, самой настоящей цензурой. Мы живем в стране победившей американской цензуры, я люблю об этом говорить.

    Р.БАБАЯН: В каком смысле цензурой? Что там происходит? Если мне нужно найти какую-то информацию, я забиваю, и он выдает же, нет?

    М.СИМОНЬЯН: Да. Он выдает тебе то, что он считает правильным тебе выдавать. Вице-президент Google во всеуслышание заявил, когда был разгар этого скандала по нашему вмешательству так называемому в выборы в США, он публично заявил, что они будут пессимизировать RT, например. Это что значит? Это значит, ты забиваешь новость, например, «Белые каски». Раньше по новости «Белые каски» первым выскакивала новость RT. Потому что она была популярна, она была хорошо написана, еще что-то. А теперь они ее задвигают на вторую-третью страницу выдачи поиска. Это что такое?

    Р.БАБАЯН: Не у каждого хватит терпения листать.

    М.СИМОНЬЯН: Естественно. Это и есть самая настоящая цензура. Когда YouTube, который говорит, что это такая площадка свободы, давным-давно перестал быть площадкой свободы. YouTube заблокировал мое видео, где я читаю свой собственный рассказ, будучи беременная, с большим, толстым животом, на пионерских чтениях. Когда я попросила в первый раз у них… не попросила, а хотела сделать промоут, у меня выходила книжка, мне нужно было промоутировать этот рассказ. Мне отказали с пояснением «шокирующий контент». Это что, не цензура? Самая настоящая цензура. Что шокирующего во взрослой беременной женщине, читающей собственный юмористический рассказ со сцены, где нет никаких обсценных надписей, и на заборе, в отличие от того, как это обычно бывает, ничего не написано. Ничего шокирующего нет.

    Так вот, насколько я понимаю, если я это правильно понимаю, я, как ты, знаешь, не законодатель, этот закон призван бороться ровно с этим. Или, скажем так, я бы хотела, чтобы этот закон существовал для того, чтобы ставить как минимум в равные условия, а лучше, конечно, в условия преференции, потому что мы как граждане своей страны, как патриоты своей родины, хотели бы, чтобы у нашего товара в данном случае, а тем более товара, способного оказывать влияние на миллионы вообще всего населения, были бы наши хозяева. Не очень, наверное, приятно, когда управляют умами целого поколения, а то и двух, уже скоро и трех, людей не мы, а те самые приложения и гиганты, изобретенные там, сделанные там. Это, конечно, наш, как говорится, косяк, что не мы придумали Google, хотя наши люди приложили к этому руку, как известно, бывшие наши. Это наша проблема, что не мы придумали Instagram, но, с другой стороны, у нас есть «ВКонтакте», у нас есть «Одноклассники», у нас есть тот же «Яндекс», почему не предустанавливать его? Почему в России…

    Р.БАБАЯН: На это скажут, прости, перебил, что «Одноклассники» это как-то не крутно, не модно, а Facebook совсем другая история. И в «Одноклассниках» сидят одни какие-то…

    М.СИМОНЬЯН: Не люди?

    Р.БАБАЯН: Люди, но какие-то такие немодные, старенькие, еще какие-то, а вот Facebook это совсем история.

    М.СИМОНЬЯН: Никто же не говорит, насколько… опять же, я сейчас обсуждаю тему, а не закон как таковой. Никто не говорит о том, что Facebook надо запретить. Пожалуйста, хочешь модный Facebook — установи себе приложение, какие проблемы? Речь только о том, что они не должны быть предустановлены, потому что это нарушает конкурентные права отечественного производителя, всего-навсего.

    Р.БАБАЯН: Понял. Вот несколько сообщений, которые пришли в Telegram. Олег 361-й пишет: «Предлагаю не останавливаться и пересесть на отечественные автомобили». Это мне напомнило инициативу Бориса Ефимовича Немцова. Он когда был первым вице-премьером, была такая инициатива у него — всех чиновников пересадить на отечественные машины. А он же, помнишь, был еще губернатором Нижнего Новгорода, это ГАЗ и так далее. И реакция Жириновского, которую я запомнил на всю оставшуюся жизнь, который сказал: слушайте, на самом деле, нам повезло, что Немцов был губернатором Нижнего Новгорода, Нижегородской области. А представляете, если бы он был губернатором Якутии, то мы бы все на оленей по его инициативе пересели.

    М.СИМОНЬЯН: Олег из Telegram тут немножко передергивает. Потому что речь не о том, чтобы Facebook, то есть неотечественными автомобилями, пользовать было нельзя, а речь о том, что сейчас в автосалонах, используя его аналогию, продаются только неотечественные автомобили. Если мы используем аналогию с гаджетами — у тебя предустановлены только нероссийские приложения. Это все равно, что ты сейчас хотел бы пользоваться «Одноклассниками» или ездить на отечественном автомобиле, но тебе еще надо понять, а где его вообще найти и как туда добраться, до этого салона. Речь только о том, чтобы в гаджетах было и то, и другое. Если я правильно понимаю этот закон. А мне кажется, что я его понимаю правильно.  

    Р.БАБАЯН: Денис отвечает. Он говорит: если не нравится, не покупай. Не покупай неотечественный автомобиль. Зачем правительство думает, что население страны идиоты и не могут сами решить, какой телефон им купить? Есть логика какая-то, да?

    М.СИМОНЬЯН: Причем тут… речь не идет о продаже телефонов. Как обычно, люди не разобрались… как правительство может решить, какой телефон купить? Речь вообще абсолютно не об этом. Речь только о том, чтобы в гаджетах этих прекрасных, не отечественных, к сожалению, гаджетах — к сожалению, потому что мы не сделали прекрасных гаджетов, это мы виноваты. В этих гаджетах чтобы были созданы равные условия отечественным и неотечественным приложениям, в данном случае, поисковикам и соцсетям. Чем «Яндекс» хуже Google? Ничем. Почему предустановлен должен быть Google, а не «Яндекс» на территории России? Непонятно же. Чем «ВКонтакте» хуже, чем Facebook? Ничем. Почему должен быть предустановлен Facebook, а не «ВКонтакте»? Нет объяснений. 

    Р.БАБАЯН: Понятно. В продолжение этой же самой темы. Правительство предложило увеличить траты на воспитание молодежи через интернет. Если кому-то эта новость кажется незначительной, то советую проанализировать свой собственный день, и все поймут, что достаточно долгий промежуток времени находятся в этом самом интернете.

    М.СИМОНЬЯН: Ты сейчас нас с тобой, Ром, к молодежи отнес? 

    Р.БАБАЯН: Не, у нас просто работа такая, мы же все время в информационном потоке, поэтому так или иначе в интернете проводим огромное количество времени. Люди становятся объектом атак всех тех, кто может разместить в сети свою или чужую информацию. Так что предложение властей не такое уж беспочвенное. Это ровно то, о чем говоришь ты. Когда они хотят продвинуть свою информационную повестку, они используют ровно эти самые информационные ресурсы, Google, YouTube, все остальное, и эта повестка оказывается в верхних строчках, допустим, поисковика. Или же, не знаю, выдает все время YouTube ровно то, что нужно. Я, например, сталкивался с тем, что и Twitter занимается тем же самым, и Facebook, где-то это в качестве рекламы выползает, повестка, которая нужна, а где-то не выползает. А что со всем этим делать? Это же их сеть, а мы так или иначе пользуемся.

    М.СИМОНЬЯН: Ты заходишь в YouTube, мамочка заходит в YouTube, чтобы найти мультики для своих детей, а YouTube ей чуть ли не принудительно пихает, вот, посмотрите, как полиция разгоняет московские протесты, тем самым вовлекая ее в эту повестку. Во-первых, я хочу сказать, что словосочетание «воспитание молодежи» меня просто, как говорит молодежь, выбешивает, еще с тех пор, как я была молодежью. Потому что молодежь не надо воспитывать. Для этого есть родители. А во-вторых, и родителям уже поздно, когда человек стал молодежью, воспитывать его поздно и родителям, и государству. Поезд ушел. Куда он придет, мы с тобой посмотрим. В 2021 году посмотрим, и в 2024-м.

    Р.БАБАЯН: Поезд ушел в нехорошую сторону, насколько я понимаю, да?

    М.СИМОНЬЯН: Во многом и в нехорошую сторону, конечно. Потому что молодежь не надо воспитывать. С молодежью надо разговаривать. А государство наше долгие годы не было совершенно озабочено тем, как разговаривать с молодежью, абсолютно. И оно эти инструменты не просто потеряло, оно их уступило другому государству. Наше государство и его высшие функционеры, которые, по идее, должны были бы понимать эти риски, в силу того, что мир так стремительно изменился, видимо, эти риски невовремя увидели, распознали и поняли, что с этим делать. В отличие, например, от китайцев. Я сейчас не приветствую китайскую модель, но совершенно очевидно, что китайская модель является моделью и существует, потому что китайские функционеры все раненько поняли и осознали, чем это все кончится и как опасно для государства, для государственной стабильности, когда инструментами общения с твоим собственным народом владеешь не ты. Наше государство много лет полагалось на телевидение. И телевидение, действительно, вот ты работаешь на телевидении сколько лет, и я тоже, и телевидение действительно много лет было главным инструментом донесения информации до общества. А сейчас нет. Сейчас главное телевидение в России — YouTube. Просмотры YouTube не сравнимы с просмотрами, к сожалению, я имею в виду, просмотры популярных программ на YouTube, не сравнимы с просмотрами ни твоей программы, ни нашего друга Володи Соловьева, ни других вообще каких угодно программ на телевидении. Это так. Почему это так — потому что государство не было озабочено тем, чтобы создавать свои собственные инструменты и иметь возможность достучаться до своего собственного населения в эру, когда эти инструменты стремительно менялись.

    Ром, мы все время говорим, что у нас выросло целое поколение, которое родилось при Путине.  А я считаю, что мы должны говорить о том, что у нас выросло целое поколение, которое Путина никогда не видело и не слышало. Они где его должны увидеть и услышать? Они его видят и слышат только в мемасиках и карикатурах. Они его должны его видеть и слышать по телевизору? Они телевизор не смотрят.

    Р.БАБАЯН: И что, в интернете не показывают президента?

    М.СИМОНЬЯН: А где? Ты много знаешь YouTube-каналов, где показывают президента?

    Р.БАБАЯН: Хорошо, давай по-другому. Сейчас поняли, что произошло? Я имею в виду, государство, люди, про которых ты говорила? Они понимают теперь, что произошло?

    М.СИМОНЬЯН: Я не имею в виду никаких конкретных людей. Все за эти годы так стремительно менялось, что я тебе не смогу даже сейчас сказать, а кто за это должен был отвечать или отвечал. И никто тебе не скажет.

    Р.БАБАЯН: Коллективный разум, хорошо, какой-то, осознал?

    М.СИМОНЬЯН: Я говорю о том, что государство как таковое. Это и законодатели, и правительство, и администрация. Вот государство как таковое не успело, как это часто бывает, потому что там работают люди взрослые, а прогресс вперед толкают люди молодые, так устроен мир. И люди взрослые часто не успевают за этими людьми молодыми.

    Ты знаешь, у нас вот так произошло, у RT, у Russia Today. Мы очень быстро стали главным в мире информационным каналом по просмотрам на YouTube. Мы так стали почему — потому что мы очень быстро поняли, куда все это идет…

    Р.БАБАЯН: Мы — это кто?

    М.СИМОНЬЯН: Russia Today. Наша редакция.

    Р.БАБАЯН: Это тоже какой-то мозговой штурм, что ли, был? Вот так сели, собрались где-то и решили: а давай попробуем…

    М.СИМОНЬЯН: В том числе. Конечно, именно так и было. Собирались у меня в кабинете, решали, что делать, как завоевывать аудиторию. Вот круто, YouTube, за этим будущее, и за другими цифровыми платформами. Я уже лет 10, если не 15, назад говорила о том, что телевидение умирает, оно умрет. На меня обижались разные телеменеджеры. 

    Р.БАБАЯН: А вот Михалым пишет, что «приятно, когда умами миллионов правят Киселев и Соловьев». Вот, пожалуйста. То есть ты говоришь, что телевидение никто не смотрит…

    М.СИМОНЬЯН: Я не говорю, что никто не смотрит. Я говорю о том, что в YouTube просмотров больше. И я еще, к сожалению, вынуждена констатировать — к сожалению, потому что тут речь идет о жизни и смерти — что аудитория телевидения умирает примерно со скоростью один миллион человек в год в России. А аудитория, не знакомая с телевидением, с такой же примерно скоростью взрослеет, и в том числе становится избирателями.

    Р.БАБАЯН: Хорошо. Что мы должны с этим делать?

    М.СИМОНЬЯН: Вернуть себе инструменты общения с молодежью.

    Р.БАБАЯН: Создать что-то подобное YouTube? Что-то подобное, не знаю, еще чему-то?

    М.СИМОНЬЯН: Есть много, огромное количество задач, которые должны быть оперативно решены. Я не знаю, могут ли они быть оперативно решены, слава богу, я за это не отвечаю. Я просто как медиаменеджер наблюдаю со стороны за тем, что происходит с этим рынком. И когда без умолку безумная Кассандра лет десять, если не больше, тому назад на разных форумах и везде говорила, что телевидение будет умирать, телевидение будет умирать, аудитория будет перетекать в интернет, люди крутили пальцем у виска и говорили мне, что я сильно преувеличиваю и вообще это бред и чушь. А сейчас сложно мне найти серьезного медиаменеджера, который с этим не согласится. Это все равно, что не согласится с тем, что умирают журналы, умирают газеты, печатные издания.

    Р.БАБАЯН: Книги.

    М.СИМОНЬЯН: Ты давно читал газету в ее печатном виде? Кроме как в самолете? 

    Р.БАБАЯН: Не задумывался даже над этим. Сейчас пытаюсь вспомнить, когда я действительно последний раз читал газету.

    М.СИМОНЬЯН: Ты читаешь ее в телефоне.

    Р.БАБАЯН: Да. У меня все здесь.

    М.СИМОНЬЯН: Ты, безусловно, читаешь газеты. Но ты читаешь их в телефоне. Ты читаешь не на бумаге. Потому что в телефоне тебе удобнее, вот она сразу, ты взял отправил ссылку кому-то, своим ребятам, еще кому-то — вот, посмотрите на это. А в газете ты что будешь? Как в старину, ножницами вырезать и почтой отправлять? Время меняется, мы должны успевать все.

    Р.БАБАЯН: «Не нужно было ругаться с Павлом Дуровым, — пишет Кэнди Бум. — Отжимать у него бизнес, вот Telegram бьет все». Пожалуйста, наша разработка, наш человек, и при этом мы героические наблюдаем усилия со стороны определенных наших ведомств, которые пытаются с Telegram что-то сделать. А может быть, имеет смысл каким-то образом не делать что-то с Telegram, а как-то легализовать, и он станет альтернативой для тех каких-то социальных сетей, мессенджеров, которые у нас есть? 

    М.СИМОНЬЯН: Я тебе скажу, что, во-первых, Telegram, конечно, не бьет все, а точнее, не бьет ничего. Потому что Telegram, безусловно, площадка очень влиятельная, мы с тобой там обретаемся, у нас у обоих есть публичные каналы, но аудитория там очень маленькая. Аудитория самых топовых Telegram-каналов… слушай, ну если мои посты, которые набирают не ахти сколько, пусть сто тысяч просмотров, допустим, попадают очень часто в 10 главных постов Telegram, 5 главных постов Telegram за неделю, это невеликая аудитория. Это аудитория, не сопоставимая с YouTube. Самое смешное, что в публичных каналах Telegram, если брать в целом, сложилась самая, назовем, пророссийская, то есть самая патриотическая повестка из подобных платформ, не сравнить с тем же YouTube, просто не сравнить. В Telegram очень много топовых участников общетелеграмной беседы, если мы сейчас берем Telegram не как мессенджер, не как способ общения человека с человеком, а как некую социальную сеть, как площадку, где влиятельные люди формируют чье-то мнение. Там очень много топовых авторов, топовых каналов, которые занимают совершенно патриотические, наши позиции, скажем так. В отличие от того же YouTube, где просто днем с огнем не найдешь человека, который готов, как сейчас говорят, не зашквариться и поддержать что бы то ни было, связанное с государством.

    Р.БАБАЯН: Читаю смски. «Может быть, имеет смысл поменять подачу контента? Ну не любит молодежь крик и собрание у Владимира Соловьева». Знаете, что я вас скажу, 91-65. На самом деле, молодежь любит разное. И я уверен, что в телевизионной аудитории эта самая молодежь присутствует.

    «Забабахал этот Google. Перегружает телефон и диспетчер задач отключает по 21 разу». Это 03-10.

    М.СИМОНЬЯН: Правильно. 03-10, Google — зло. Бросьте его.

    Р.БАБАЯН: Давайте послушаем телефонные звонки. Вы считаете, в правильном направлении вот то, о чем мы сейчас говорили? Или же надо было все оставить так, как есть?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Павел, Москва. Согласен, что Telegram это абсолютно российская площадка и абсолютно подконтрольна, кому она должны быть подконтрольной. И выбрана такая для него повестка, что он борется со спецслужбами, прямо борется, побороть никак не может… Как Facebook, тоже было, как он боролся с ФСБ, а в итоге выяснилось, что это, скажем, другая рука.

    М.СИМОНЬЯН: Как вас зовут?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Павел.

    М.СИМОНЬЯН: Павел, если это действительно так, то я аплодирую нашим спецслужбам стоя. Если они такие умные и хитрые, что они все это придумали с Telegram, а на самом деле контролируют Telegram, то это блестяще проведенная операция. Я совсем не уверена, что это так, но если это так, что браво.

    Р.БАБАЯН: Друзья, сейчас прервемся на несколько минут, послушаем новости. Потом поговорим с вами, звоните к нам в студии. А потом еще попробуем поговорить на несколько других тем.

     

    НОВОСТИ       

     

    Р.БАБАЯН: Еще раз добрый вечер. «Говорит Москва» в эфире. В студии Роман Бабаян. Рядом со мной наш гость, Маргарита Симоньян, главный редактор RT, МИА «Россия сегодня». И вот обсуждаем с ней такую интересную инициативу, с которой выступил целый ряд депутатов Государственной Думы, о предустановке определенных приложений во всех смартфоны и телевизоры, которые будут продаваться на территории Российской Федерации. Пытаемся разобраться, зачем нам это нужно.

    Я читаю параллельно все сообщения, которые вы присылаете в Telegram, и смски, которые вы присылаете. Вот Башар пишет в Telegram: «В iPhone, например, нет предустановленного программного обеспечения, и вряд ли Apple будет устанавливать «Яндекс» ради нашего небольшого, в общем, рынка». Ну, посмотрим.

    М.СИМОНЬЯН: Я думаю, Apple не будет, а продавец iPhone в России будет. Я не думаю, давайте дождемся, какой правительство напишет список, оно должно определить, я не думаю, что речь идет о программном обеспечении. Что такое российское программное обеспечение? Я не знаю, к сожалению, российского программного обеспечения. 

    Р.БАБАЯН: Какое-то, наверное, есть. Но речь здесь идет о другом.

    М.СИМОНЬЯН: К нашему огромному сожалению, мы пока что совершенно, наглухо проиграли эту технологическую войну. Почему у нас нет своих iPhone? Ну почему? Кто виноват, что мы их не создали? Почему у нас нет своих Samsung? Почему у нас нет своего программного обеспечения? Почему у нас нет своего Android. Почему у нас нет ничего этого своего? Мы что, глупее их? Мы что, математику хуже знаем, когда из школы выпускаемся? Да раз в сто лучше. Я закончила американскую школу. Здравствуй, дерево. Пробка — подарок из Африки. 16 минус 2 умножить на 5 в течение 50 минут в Stady Hall не могла решить эту задачку моя одноклассница 19-летняя. Мы лучше, мы умнее. Почему мы все это продули, я не знаю. У меня ответа на это нет. Но сейчас можно нам хотя бы не ставить в заведомо худшие конкурентные условия то, что мы не продули? У нас есть свои прекрасные соцсетевые платформы, прекрасные приложения, поисковик. У нас есть «Яндекс», у нас есть «ВКонтакте», у нас есть «Одноклассники». Почему мы должны их, хорошие продукты — это хорошие продукты, любимые народом продукты — почему мы должны ставить их в заведомо худшие условия на территории нашей страны? Я еще раз повторю, это была причина того, почему «Яндекс» уступил в свое время по аудитории Google, которого он хорошенечко обгонял? Только поэтому. Ты покупаешь гаджет, тебе надо чего-то найти, ты забиваешь, тебя сразу ведет на Google. Тебе твой гаджет в качестве поисковика предлагает только Google.

    Р.БАБАЯН: Я вообще на самом деле не очень понимаю людей, которые сейчас пишут: ой, а зачем, давайте мы сами решим, чем пользоваться и так далее. Друзья, если будет предустановлен тот же самый «Яндекс», что в этом плохого? Ну, хотите пользоваться Google, возьмите потом и закачайте Google, и никаких проблем. Никто же не запрещает ни Google, ничего остального.

    М.СИМОНЬЯН: Люди, которые пишут: «давайте мы сами решим, чем нам пользоваться», не задаются, наверное, вопросом, что сейчас чем им пользоваться, решают не они. За них предустановлены в гаджетах сейчас американские приложения. За них. Это не они решили. Это не ты купил себе iPhone и пошел поставил туда Google  (а может, ты предпочел бы «Яндекс»), Facebook (а может, ты предпочел бы «ВКонтакте») и так далее. Это тебе заранее предустановили. И 99 процентам людей просто лениво это менять. Это и называется нечестная конкуренция.

    Р.БАБАЯН: Игорь Андреев: «Я покупал себе Huawei, и в нем уже был предустановлен «Яндекс», «Алиса» и еще что-то». Лимузин нам пишет: «Сначала автомобили надо изобрести». Лимузин, так дело в том, что изобрели. Мы же вам говорим, что у нас есть «Яндекс», у нас есть другое. Просто это будет по определению сразу установлено в тех гаджетах, которые продаются на территории России. А потом каждый будет принимать решение для себя, чем пользоваться, «Яндексом» или Google.

    М.СИМОНЬЯН: У нас так много всего нет. Мы так много всего уже проиграли, что хотя бы то, что у нас есть, можно мы защитим? 

    Р.БАБАЯН: А вот Антон Северов обвиняет RT в аффилированности с «Яндексом». Он говорит: «Зато «Яндекс» как будто бы не цензурирует. Из пяти новостей две – от RT. Явная аффилированность. Понятен посыл вашего гостя».

    М.СИМОНЬЯН: Мамой клянусь! Никакой аффилированности нет и в помине!

    Р.БАБАЯН: Давайте звонки. Добрый вечер. Слушаем вас. Нужно это делать или не нужно?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Павел, Москва. Я могу сказать, тут такой момент есть один неучитываемый. Любая установленная программа, которая потом впоследствии не будет использоваться покупателем, она является раздражающим фактором. Для меня раздражающим фактором является большинство программ, которыми я потом не буду пользоваться, но они были зачем-то установлены.

    М.СИМОНЬЯН: Можно вас спросить? Если ли хоть один шанс, что вы в своем телефоне не будете пользоваться никаким поисковиком никогда?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну, я просто привык к Google, я пользуюсь Google. Мне «Яндекс» не нравится по причине того, что там очень много рекламы, слишком они перегружены.

    М.СИМОНЬЯН: Да я вас умоляю! В Google рекламы не меньше.

    Р.БАБАЯН: А я пользуюсь «Яндексом».

    М.СИМОНЬЯН: И я пользуюсь «Яндексом». Вы привыкли к Google именно потому, что он годами был вам предустановлен, заранее предложен. Никаких преимуществ у Google нет.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я просто IT-специалист, имею некоторое понимание в этом. Кроме того, я миноритарный акционер «Яндекса».

    Р.БАБАЯН: Вот это вы молодец!

    М.СИМОНЬЯН: А что вы себя сейчас просто к черте нищеты подводите? Топите против своей пенсии.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Все нормально. «Яндекс» растет, и очень хорошо растет, особенно в последнее время, прям замечательно. Поэтому ему успехов. Но не стоит нагружать пользователя лишними программами, по моему мнению. Нужно создавать такие фишки, тот же самый голосовой помощник «Алиса», она неплохая, но ей не хватает технологического партнерства с интеграторами, которые предлагают качественные решения, например, для «умного дома». Там есть какие-то гаджеты, которые позволяют управлять чем-то, но это такие, скажем, заплатки временные. Нужно делать что-то серьезное, тогда это будет идти в рынки. Не нужно никому ничего навязывать, это мое мнение. 

    Р.БАБАЯН: Спасибо большое. Следующий звонок. Добрый вечер.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер, Маргарита, Роман. У меня iPhone, меня нет в Facebook и я пользуюсь «Яндексом», я не пользуюсь Гуглм. Мне совершенно не мешают эти две программы. И я могу сказать, что я против предустановки каких-либо иных программ. Я так понимаю, их предустановят, и я их удалить потом не смогу. Меня раздражают те программы, которые я не могу удалить. Если смогу, т., в принципе, все равно.

    М.СИМОНЬЯН: Сможете, конечно. Вы купили когда свой iPhone, там уже были предустановлены приложения, которыми вы не пользуетесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Они были, они мне совершенно не мешают. А кроме YouTube что смотреть?

    Р.БАБАЯН: На самом деле, это правильный вопрос, я тоже задавал его.

    М.СИМОНЬЯН: Да, я с вами согласна.

    Р.БАБАЯН: Если бы у нас был свой какой-то ресурс.

    М.СИМОНЬЯН: А он был. Был ресурс, назывался и называется Рутуб. Аудитория у него в какой-то момент была больше, чем у YouTube. Ты давно о нем что-нибудь слышал?

    Р.БАБАЯН: Да, это правда.

    М.СИМОНЬЯН: Вот и все.

    Р.БАБАЯН: Следующий звонок.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Анна. Я мало в этом разбираюсь, но никак не могу понять. Вот есть у нас фонд президентских грантов. Они пользуются только Google. Вся связь с ними только через Google, не через «Яндекс». То есть и подача заявки в электронном виде, и какое-либо общение, и отчетность электронная, только через Google. Почему тогда так?

    М.СИМОНЬЯН: Будем считать это официальным заявлением в соответствующие органы.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я серьезно.

    М.СИМОНЬЯН: И я серьезно абсолютно.

    Р.БАБАЯН: Следующий звонок. Добрый вечер.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. В Google мой самый первый запрос, когда я его включаю, это «Яндекс». «Яндексом» мне пользоваться удобно. Если он будет предустановлен, если он будет идти в тренде, то мне дальше будет он удобнее, почему бы и нет?

    М.СИМОНЬЯН: Вот именно.

    Р.БАБАЯН: На самом деле, друзья, надо просто понимать одну простую вещь: никто никого не хочет заставить что-то делать. Каждый будет пользоваться ровно тем поисковиком, к которому он привык. Потому что переучиваться, может быть, и не получится, и никто не захочет переучиваться. Кто к чему привык, тот тем и будет пользоваться. Я всю жизнь пользовался «Яндексом», не знаю, почему, как-то так получилось. Наверное, просто привык. И здесь будет все то же самое, но будет стоять «Яндекс». Кто привык к Google, закачает Google. Будет стоять Google, вот я привык к «Яндексу», я закачал «Яндекс», Google не пользуюсь.

    «Равные условия, — Артем Гавриленко пишет, — это без установленных совсем каких-либо приложений, а не предустановка российских приложений».

    М.СИМОНЬЯН: Это тоже вариант.

    Р.БАБАЯН: То есть «голые» телефоны, без ничего.

    М.СИМОНЬЯН: Если бы сейчас не было так, что туда предустановлены не наши. Вот вы говорите, не надо ничего людям навязывать. Понимаете, сейчас им это навязывает просто другая страна.

    Р.БАБАЯН: Вот человек прислал смску, 76-75: «Рутуб и сейчас работает». Ну, да, наверное. 41-46: «Мы сами решим, как нам удобнее, вы уж извините». Господи, мы же ровно об этом и говорим — решайте сами. Не надо переворачивать всю эту историю под углом, что кто-то там опять в каком-то Кремле условном собрался, написал и решил, что теперь вы будете пользоваться только этим. Да не так все это, ребят. Чем хотите, тем и пользуйтесь. А в паритете все-таки должны быть российские компании.

    М.СИМОНЬЯН: Вы когда покупаете телефон, там уже предустановлены Google, Facebook и прочее. И нет никакой альтернативы, никаких российских приложений. Это вы решили? Это за вас решили. Не надо обманывать себя.

    Р.БАБАЯН: Еще пару звонков и поговорим о другой новости минувшей недели. Добрый вечер.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер, Роман, Маргарита. Это Дмитрий, Москва. Если позволите, немножко не по теме задам вопрос. Буду очень признателен за ответ. Думаю, нас всех обескуражила новость о безвременно ушедшем Никите Исаеве. Немножко странное, как мне показалось, было освещение в СМИ. И поэтому хотелось бы пару слов от вас услышать по этому инциденту печальному.

    Р.БАБАЯН: Кто? Ты, я?

    М.СИМОНЬЯН: Ты знаешь, могу сказать, что я практически не была с ним знакома. Царствие ему небесное. Молодой мужчина, 41 год, умер. Ты ближе был с ним знаком, мне кажется.

    Р.БАБАЯН: Да, я его знал, достаточно долгий промежуток времени. Он участвовал в моих программах, когда я работал еще на ТВЦ. Мы с ним спорили регулярно. При этом он каждый раз после программы заходил ко мне в гримерку, пил со мной кофе и делился своими планами. Последняя наша встреча была несколько месяцев назад. Он же в бешеном совершенно темпе существовал последние годы, туда-сюда ездил по всем регионам России, он основал свое движение, у него были огромные планы на выборы, которые будут в Государственную Думу. Мне кажется, что просто сердце не выдержало, вот и все, такого бешеного темпа. 41 год — это вообще не возраст. Там еще дети остались. Поэтому это трагедия в любом случае.

    М.СИМОНЬЯН: Я так думаю, что слушатель, который задает вопрос, он, видимо, имеет в виду какие-то теории заговора, что его убили или отравили. Я не верю в такие вещи.

    Р.БАБАЯН: Да нет.

    М.СИМОНЬЯН: Я хорошо знаю, как функционирует наше государство. И многое вызывает изумление и со многим я не согласна, в том числе в этой программе мы обсуждали. Но такими вещами наше государство, слава богу, точно не занимается.

    Р.БАБАЯН: Денис пишет: «Если «Яндекс» не хуже Google, то почему Google запрещают?» Мне просто интересно, Денис, на каком языке вам сказать, 26-й раз повторить то, что я уже говорил? Хотите, по-турецки я вам скажу? Хотите, по-английски Маргарита скажет, с американским акцентом? Никто ничего не запрещает. Нравится вам Google, на здоровье, оставайтесь с Google, спите с ним в обнимку. Не нравится Google, люди будут пользоваться «Яндексом».

    М.СИМОНЬЯН: Я приведу аналогию, можно? Вот вы заходите сейчас в магазин и видите, что на всех самых главных полках, на самых удобных полках стоит только европейская курятина, например. Она сейчас у нас запрещена, но раньше. Только куриные окорочка от европейских производителей. А российские куриные окорочка, которые ничем не хуже, а во многом даже лучше, к тому же они российские, они задвинуты куда-то очень далеко, чтобы до них дойти, нужно повернуть за угол, а еще потом три поворота, а еще потом через эту полку чуть ли не перевернуться, и только там их можно достать. Вот сейчас это выглядит так. А закон, если я его правильно понимаю, если он сделан так, как он должен быть сделан, он призван сделать так, чтобы на самых удобных, хороших полках стояла российская курятина. А курятину из Европы тоже можно было бы купить, на здоровье, но она была бы чуть дальше.

    Р.БАБАЯН: Хорошо. Помощник Владимира Путина Андрей Белоусов назвал три составляющих для роста российской экономики. Он заявил, что необходимо снижение ключевой ставки, улучшение инвестиционного климата, обеспечение бизнеса кадрами и новыми технологиями.

    У меня такой вопрос, ты как считаешь, что нам нужно наконец сделать для того, чтобы у нас экономика действительно пошла в рост? Потому что годами говорим об одном и том же и при этом топчемся, топчемся, топчемся и все никак не можем сдвинуться с мертвой точки. Почему?

    М.СИМОНЬЯН: Я не экономист. Я такими материями, как Белоусов, оперировать не буду, потому что я не знаю. Я тебе скажу, что, на мой взгляд, не дает развиваться нашей экономике, как обыватель. Нашей экономике не дает развиваться страх.

    Р.БАБАЯН: Страх?

    М.СИМОНЬЯН: Да. А почему страх? А страх потому, что наша судебная, правоохранительная система, наша административная система устроена так, что люди боятся заниматься бизнесом. Посмотри, на каком столпе стоит экономика Соединенных Штатов. Экономики Соединенных Штатов стоит на столпе вот этого малого бизнеса, вот этих ларечков, парикмахерских, закусочных и всего такого малюсенького, точечного, чем пронизана, это и есть легкие Америки, вот эти маленькие альвеолки, которые в легких, за счет чего дышит этот организм.

    Р.БАБАЯН: Почему мы не идем этой дорогой? Сколько можно говорить о том, что хватит кошмарить бизнес, давайте будем развивать малый бизнес, средний и так далее. И что?

    М.СИМОНЬЯН: Человек откроет сейчас ларек, и он уже заранее знает, что если он откроет ларек, хозяин соседнего ларька обязательно найдет себе родственника в каких-нибудь органах, которые обязательно докопается, что называется, до его ларька, и вообще непонятно, каким уголовным делом это закончится, и может быть, оно и развалится, но пока оно развалится, годика полтора он в СИЗО просидит. Я не понимаю, почему нельзя сделать несколько элементарных вещей для того, чтобы это прекратилось. Как минимум, запретить помещение в СИЗО по экономическим преступлениям. У нас часто говорят о том, что это не рекомендовано. Но наши люди «не рекомендовано» не понимают. Ну, что значит, «не рекомендовано»? Одним рекомендовано, другим не рекомендовано, вот мои интересы важнее, сейчас мы засунем этого ларечника в СИЗО, это же запрещено. Запретить! Пока это не будет запрещено, хотя бы только это, страх не пройдет.

    Дальше, административная гильотина, о которой заявил Дмитрий Медведев, правительство и прочее. Я с нетерпением жду ее результатов. Действительно, прошло еще очень мало времени, я знаю, в том числе, людей, которые этим занимаются, они действительно этим занимаются. Но это безумие! Какие ГОСТы, СНИПы, правила у нас сейчас существуют в государстве. Их какое-то немыслимое количество, их сотни тысяч, одни противоречат другому, не отменены еще с советских времен. Я пыталась в Сочи на участке земли, где стоит, который построил еще мой дедушка, наш старый дом, огород, вот там в огороде мы построили такой маленький ресторанчик, ты там был, ты знаешь. И я пыталась развивать этот ресторан, а я такая перфекционистка, отличница, мне все нужно делать по правилам. И я пыталась соблюсти все правила и все предписания по ресторанному бизнесу в России. Это невозможно. Это невозможно даже не потому, что ты вылетишь в трубу, а потому что, соблюдая одни предписания, ты автоматически нарушаешь другие. Потому что эти ведомства, которые их наплодили, противоречат друг другу, и бизнес вести в такой ситуации просто невозможно.

    Р.БАБАЯН: Рит, люди пишут: хорошо, а что, люди, от которых зависит принятие решений, об этом не знают? Игорь Утюж пишет: «Налоги надо снизить для малого бизнеса или убрать совсем». «А кому выгоден страх? Меня душит смех», — пишет Ефим Герц. У меня такой вопрос: люди, от которых зависит принятие решений. У тебя же есть доступ к определенным людям, которые могут принимать решения. Они же знают, какой дорогой надо идти. Почему все это остается в том виде, в каком существует?

    М.СИМОНЬЯН: Потому что бюрократия, она как Черное море. Черное море самоочищается, а бюрократия самозащищается. Бюрократия защищает сама себя. И пока не будут приняты на самом верху жесточайшие решения, не рекомендации, а жесткие решения в виде прямых запретов и уголовной ответственности за их нарушение. Посадил человека в СИЗО по экономическим преступлениям — идешь в тюрьму сам. Выпустил какие-то идиотские новые правила, ограничивающие права и возможности ведения малого бизнеса, как минимум уволен, без права занятия государственной позиции еще на 20 лет.

    Р.БАБАЯН: На таком тоже далеко не уедем. Получится, что будут действительно какие-то нарушения, но побоятся подойти к этому человеку, потому что или уволят, или посадят.

    М.СИМОНЬЯН: Нет, я сейчас не говорю о том, что за нарушения не нужно предъявлять претензии. Я говорю о том, что основа этих претензий, то есть административная база, список этих указивок, он как минимум не должен пополняться и он должен быть очень-очень сильно прорежен, их должно быть меньше. Сейчас выполнить все эти требования невозможно физически.

    Р.БАБАЯН: Давайте послушаем звонки. Добрый вечер. Как вам вариант, что мешает нашему экономическому рывку страх?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да нет, это однозначно так и есть, здесь не о чем говорить. Но я немножко по другому. Я хочу задать вопрос Маргарите. Она сказала, что в Штатах очень плохо готовят. У меня родной внук, я сам москвич, и он москвич, окончил десять классов в этом году, весной. И зашел разговор, мне сын звонит, говорит: спросил, когда началась Великая Отечественная война. Он ляпнул — в 17 веке. Такое, я просто ошалел. Я говорю, Игорь, как же так, ты чем с ним занимался? Он вообще… А вы говорите про какую-то Америку. Человек вообще рамсы попутал. Непонятно, о чем он думает, как их учат. И кстати, девятый класс он закончил так, что его взяли в десятый. Сейчас в одиннадцатом. Ни разу нигде не сидел и ни разу никаких замечаний не было, что он плохо учится.  

    Р.БАБАЯН: Понятно. Спасибо. Проблема эта есть у нас. Мне понравилось выражение «рамсы попутал». Следующий звонок. Добрый вечер.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Тут говорили, что нужно с молодежью разговаривать на ее языке. У меня вопрос: фильм «Крымский мост» вообще чему учит? И почему такой негатив в интернете?

    М.СИМОНЬЯН: Вы его посмотрите и поймете, чему он учит. Только вчера мне один известный человек, который его посмотрел, написал, что он в конце расплакался, настолько он его растрогал. А негатив в интернете и есть негатив в интернете. Интернет давно уже, как мы об этом полпрограммы говорили, не в наших руках. Я имею в виду, что повестка в интернете, большей его части, она совершенно не патриотическая, она против всего чего бы то ни было, что направлено на защиту государства, давайте называть вещи своими именами. Тем более если там фигурирует мое имя, достаточно почитать, что мне пишут в Twitter, особенно начиная с 2014 года, когда мы вернули Крым, и мои позиции были известны. Меня это совершенно не удивляет.

    Р.БАБАЯН: «В первую очередь не заинтересованы в развитии малого бизнеса, фермерства и предпринимательства монополии. Монополисты в силу своей природы будут душить конкурентов. Но власть в нашей стране принадлежит именно монополиям», — Анна Головкова. «Поздравьте, пожалуйста, Маргариту с рождением третьего ребенка. Она такая умница, все уважают ее», — Анна Зарай подпись.

    М.СИМОНЬЯН: Спасибо большое.

    Р.БАБАЯН: Вот кому-то не нравится фильм.

    М.СИМОНЬЯН: Если ты позволишь, я приведу пример по поводу страха. Говорят, причем тут страх? Вот пример. Один мой знакомый, у него был ларек, и чтобы этот ларек функционировал, много лет подряд он платил взятку человеку из правоохранительных органов, который приходил проверять. Если бы он этого не делал, ларек бы давным-давно закрыли. На шестой или седьмой год мысли в голове у этого человека изменились, и он этого владельца ларька, моего знакомого, за эту взятку арестовал, и человека в итоге посадили. Ты понимаешь, и так не так, и эдак не эдак. Если бы он ее не платил, то его бы посадили за что-то другое, за незаконное ведение предпринимательства, за какие-то нарушения или как минимум закрыли ларек. Взятку дал… невозможно в системе, в которой все устроено так, где вести бизнес невозможно по-честному, ожидать рывка тоже не приходится. 

    Р.БАБАЯН: «Марго еще и красавица», — пишет Кот в Telegram-канале.

    М.СИМОНЬЯН: Коту привет.

    Р.БАБАЯН: У нас огромное количество звонков. К сожалению, я не могу вывести всех этих людей в эфир, потому что одного часа мне категорически мало. Уже Евгения Волгина пришла в студию, опять смотрит на меня сурово, чтобы мы уступили место новостям в эфире. Маргарита, я хочу сказать спасибо от радиостанции «Говорит Москва». Пообещай нам, пожалуйста, сейчас, что ты к нам еще придешь. Потому что огромное количество вопросов, огромное количество звонков, я подготовил целый список. Я тебе его даже показывал.

    М.СИМОНЬЯН: Приду обязательно.

    Р.БАБАЯН: Видишь, какую стопку я подготовил. Но я не успеваю за этот час поговорить на все темы, на которые хотел, к сожалению.

    Версия для печати
Видеоблог Сергея Доренко

Связь с эфиром


Сообщение отправлено
Система Orphus