• Директор киностудии «Союзмультфильм» Борис Машковцев в эфире программы «Хороший вопрос» 19 июня 2020 года

    «Союзмультфильм» представил новых героев «Ну, погоди!»

    11:00 Июнь 19, 2020

    «Союзмультфильм» представил новых героев «Ну, погоди!»

    В гостях

    Борис Машковцев

    директор киностудии «Союзмультфильм»

    А.ОНОШКО: Доброе утро. Анастасия Оношко у микрофона. Сегодня мы поговорим с Борисом Машковцевым, директором киностудии «Союзмультфильм». Накануне были представлены новые дополнительные герои к сериалу «Ну, погоди!». Теперь будет продолжение сниматься или это новый сериал? Здесь от слова из английского reboot. Это косуля, ежик и барсук.

    Борис, вы нас слышите? Вы с нами?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Да. Доброе утро.

    А.ОНОШКО: Доброе утро. Давайте сначала от новости оттолкнемся, а потом об общих вещах поговорим. Сразу вопрос. Я думаю, не мне одной бросилось в глаза, что ежик и барсук, у них имена универсальные, нерусские. Специально были выбраны, чтобы всем было удобно произносить, особенно азиатам? И почему? Почему Шу? Почему Тим?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Во-первых, как вы понимаете, сериал будет немым, так же, как он был в нашем детстве. Поэтому, возможно, у нас даже не будет повода наименовать этих персонажей прямо внутри самих серий. На самом деле мы же не знаем, как авторы называли персонажей…

    А.ОНОШКО: Бегемота-смотрителя, который в тапочках.

    Б.МАШКОВЦЕВ: Возможно, у него тоже было имя. Поэтому, конечно, мы придумываем имена персонажам, во-первых, для того, чтобы и сценаристам было удобнее с нами объясняться, во-вторых, если персонажи будут обретать какую-то жизнь вне сериала.

    Да, имена в этом смысле одновременно универсальные и, одновременно, как вы понимаете, достаточно фантастические,

    это не реально существующие имена, для того, чтобы у этого персонажа была уникальность в том числе в его имени.

    А.ОНОШКО: Но ведь у зайца и волка тоже нет имен.

    Б.МАШКОВЦЕВ: Да, у зайца и волка… Они настолько стереотипичны, что заяц есть заяц, а волк есть волк.

    А.ОНОШКО: Хотелось бы понять, для «Союзмультфильма» это все-таки совместно с «Роза Хутор», с этим комплексом лыжным проект, то есть инвестирует и спонсирует создание новых 26 серий именно «Роза Хутор». Это чья была инициатива, ваша или их? 

    Б.МАШКОВЦЕВ: Я бы сказал, что все-таки это было какое-то совместное желание, но это из-за взгляда вещей, которые связаны, наверное, даже в первый момент не со словом «инициатива», а со словом «мечта». Встречаются две организации и понимают, что у них, кажется, есть схожие мечты, а вот уже потом начинается какая-то инициатива.

    Даже сама по себе идея что-то продолжить с «Ну, погоди!», она лежит на поверхности, вопрос в том, есть ли вокруг какие-то еще люди или организации, которым эта идея тоже близка.

    А.ОНОШКО: Я, кстати, хотела рассказать слушателям, что есть в Instagram аккаунт у Шарика, который называется Sharrrik, который рычит.

    Б.МАШКОВЦЕВ: Да. И уже давно.

    А.ОНОШКО: Да, он с восемнадцатого года. У него даже 43 тысячи подписчиков. И это довольно весело, то есть это прямо действительно отвечает всем современным, мне кажется, представлениям о юморе, о ведении аккаунтов и т.д. Комплимент за это начинание. У других героев будут аккаунты или это слишком уже? Шарик самый продвинутый.

    Б.МАШКОВЦЕВ: Здесь вопрос того, что мы ищем для персонажей формы существования, которые органичны им как персонажам, если бы они жили в нашем мире, вели бы они или не вели бы Instagram. Шарик точно вел бы. То же самое, в рамках образа Шарика это была идея, которая на самом деле лежит на поверхности. Вопрос в том — как ее реализовать? И на самом деле это достаточно вещь непростая в анимации, поскольку когда вы ведете реальный блог, то вы пользуетесь для вдохновения и для фотографирования обычно какими-то элементами реального мира, то есть вам не составляет труда заполнить свою ленту, если только вы уже не профессиональный блогер, который делает специальные сюжеты и прочее.

    Вот в случае с Шариком получается, что мы с первого дня наоборот — брали себе повышенную планку сложности, потому что не существует в реальности того мира, в котором живет Шарик. Это значит, что мы каждый раз для каждого поста специально материализуем этот мир.

    А.ОНОШКО: Я так и не объявила пока еще номера для тех, кто хочет поучаствовать в нашей сегодняшней беседе. А мы, между прочим, говорим с директором киностудии «Союзмультфильм» Борисом Машковцевым.

    Вопросы можете присылать на SMS +7-925-88-88-948. У нас есть Telegram govoritmskbot. Пишете ваше сообщение, я его вижу и читаю. Уже люди подключаются очень активно.

    Если продолжить этот reboot… Правильно я говорю, reboot, это reboot?  Это, кстати, в вашей новости это слово прозвучало, на вашем сайте, насколько я понимаю. Там написано, что поменяется поведение волка, поменяются привычки. Но первое, что мы помним — волк курит в советском мультфильме. И когда у нас запретили сцены курения в кино и на экране, чтобы не пропагандировать это отрицательное обаяние, я так понимаю, что волк бросит курить, это правда? Или он будет курить вейп? Что он будет делать?

    Б.МАШКОВЦЕВ: По крайней мере в тех сериях, по которым сейчас придумываются сюжеты, волк не курит вообще ничего.

    А.ОНОШКО: Ему снятся сигареты, нет?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Нет.

    А.ОНОШКО: Это как бросившие курить…

    Б.МАШКОВЦЕВ: Дело же не в курении как таковом, с точки зрения художественности образа. Дело в том, какую информацию о персонаже мы сообщаем через то же самое курение. И когда персонаж курил несколько десятилетий назад, это было нормальным явлением не только для общества, но, скажем так, это зрителю сообщало определенную информацию о волке.

    А.ОНОШКО: Да, хулиган.

    Б.МАШКОВЦЕВ: Если сейчас волк будет курить, то информация будет искажена. Сами зрители, что бы они сейчас ни говорили о том, как же так, волк не будет курить, они будут вообще по-другому оценивать сам факт курения волком неважно вейпа, сигареты, трубки. Поэтому для того, чтобы современному зрителю донести на самом деле тот же образ волка, нам нужно использовать какие-то совершенно другие символы.

    А.ОНОШКО: Наш слушатель есть, который представляется как Русский Инженер, пишет: «Вместо волка будут курить сценаристы». Это шутка, конечно.

    Я стала думать о том, а кто был волк в советском сериале. Для меня, как советского ребенка, вот уже выросшего советского ребенка, я понимаю, что это какой-то хулиган, наверное, алкоголик, но это за кадром остается, отвратительный со всех сторон персонаж. Хотя его иногда становилось жалко по-человечески, как алкоголиков иногда тоже жалели, которые неплохие может быть люди, но у них там проблемы. А заяц был всегда хорошенький, вот этот голос Румянцевой и т.д. А сейчас будет ли сохранено это разделение на добро и зло, как в древнегреческой трагедии или теперь стерты будут границы между хорошим и плохим и все будет, как в жизни, относительно?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Если мы обращаемся как раз сразу к древнегреческой трагедии, и вы правильно делаете, то здесь стоит поговорить именно о неких масках. И это не просто деление на добро и зло. В «Ну, погоди!» зайчик не является символом абсолютного добра, а волк символом какого-то абсолютного зла по своим поступкам.

    Но кем они точно являются — они являются масками, они являются клоунами, у каждого из них есть некое свое амплуа и необъяснимая, но очевидная задача: один догоняет, другой — убегает. Почему? Да не почему, просто потому что у одного маска волка, а у другого маска зайца. И, как вы помните, даже в одной из серий это обыгрывалось, где волк примеряет маску зайчика, а зайчик маску волка. Это игра. Поэтому, на самом деле, для меня волк исходно не является олицетворением зла.

    А.ОНОШКО: Да? А вот я как ребенок это так воспринимала. А сейчас?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Вы воспринимали волка как зло?

    А.ОНОШКО: Да, абсолютно. Давайте голосование. У нас есть звукорежиссеры, можем завести голосование, ну, просто интересно. Вам кажется, что волк — это зло, а зайчик добро — да, это первый номер.

    Я себе их не выписала и не могу, соответственно, продиктовать. Если мне сейчас звукорежиссер напомнит в нашем чате, я тогда заведу это голосование и посмотрим.

    Просто это интересно, мы же все бывшие дети вчерашние. Но вы рассуждаете как взрослый. Правильно, потому что понятно, что это все не так однозначно.

    Понятно, маски, это клоуны, у них нет такого четкого разделения.

    Голосование. Вам казалось в детстве (сейчас уже, конечно, так, наверное, не кажется), что волк — это зло, воплощение зла — (495) 134-21-35 — да, волк был плохой, а заяц хороший по определению, потому что жертва всегда права. А зайчик жертва, потому что его догоняют, хотя он всегда побеждал.

    И второй номер: нет, вам так никогда не казалось, волк тоже обаятельный на самом деле, его жалко и все такое, никакой он не злой, это было ясно сразу — (495) 134-21-36 — если вы как взрослый в детстве воспринимали этот мультик.

    Соответственно, если вы так видите, то и сейчас не будет никакого разделения? Или будет?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Нет, нет, нет, оно будет ровно таким же, как было тогда. Притом, что я сейчас отстаиваю образ волка, как абсолютного зла, это не значит, что один из них не является представителем, условно, белой стороны, а другой представителем черной стороны.

    А.ОНОШКО: Как-то это тревожно звучит в контексте современных…

    Б.МАШКОВЦЕВ: Нет, в данном случае я именно просто о двух полярностях. Это, конечно же, две полярности. И в пользу зайца, как вот существа… Хорошо, светлая сторона, темная сторона. Заяц, находящийся на светлой стороне, настолько в этом светлый, что он даже никогда не наказывает волка. Волк наказывает себя всегда сам. Когда в конце каждой серии наступает для волка некая расплата, она наступает в силу его же собственных действий, он наступает на собственные грабли. Это тоже достаточно важная штука.

    Поэтому это деление, конечно же, оно будет. Это то, что и позволяет существовать этим сюжетам. И действительно это, скажем так, умение проводить какие-то разграничения, оно не менее, наверное, важно в детстве, чем умение эти разграничения перешагивать в какой-то момент времени. И волк, и заяц тоже время от времени это делают. То есть они могут всю серию гоняться друг за другом, но если они окажутся на сцене, они будут вместе петь песню.

    А.ОНОШКО: Да, да, да.

    Б.МАШКОВЦЕВ: Это очень на самом деле важный навык, когда ты умеешь, в принципе, отличить добро от зла, но с другой стороны — ты учишься относиться к этому не только как к абсолюту.

    А.ОНОШКО: Да, да, конечно. Но у вас написано, в вашем пресс-релизе на вашем сайте souzmult.ru, что их манеры, их одежа изменится. Кстати, не будет ли волк выглядеть как хипстер? Или что, вы будете какие-то совсем отсылки…? Я увидела у новых героев, у девочки вот этой Ули (Уля — это косуля) абсолютно в тренде времени розово-голубые волосы, как бы рога покрашены, как девочки сейчас любят, начиная с 12 лет. Это будут какие-то дресс-коды им введены или вы еще пока не можете сказать?  

    Б.МАШКОВЦЕВ: Это все процесс исследования. Творчество — это ровно такое же исследование. Мы исследуем образы зайца и волка сейчас, потому что они действительно для своего времени достаточно точно отражали какие-то образы детей-подростков того времени.

    «Ну, погоди!» вообще во многом состоялся, наверное, благодаря тому, что мир персонажей был очень актуализированным. Это и мешает нам сейчас делать прямое продолжение. Может быть даже это и к лучшему, потому что нам нужно понять, на чем эту актуализацию построили, и сделать сейчас то же самое, иначе мы получим ретро…

    А.ОНОШКО: А вы исследование ведете как ученые?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Фактически да. В этом смысле творческие люди и ученые, как ни странно, действуют похожими методами, то есть в этот момент ты начинаешь анализировать реальность, только ты анализируешь для других целей, а не для того, чтобы понять, как работает и устроено, а как мы воспринимаем.

    А.ОНОШКО: У вас есть фокус-группы, вы заказываете исследования, нет?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Фокус-группа не может вам помочь творить. На фокус-группе можно проверить уже какой-то результат творчества. Поэтому, несомненно, мы будем использовать и подобные механизмы, но до этого еще нужно дойти. Сейчас мы находимся именно в состоянии чистого творчества, когда оно носит в том числе где-то интуитивный характер, где-то характер самостоятельного анализа. Но зрителя пока еще спросить не о чем.

    А.ОНОШКО: Я напомню, у нас идет голосование. Вам казалось в детстве, что волк — это абсолютно персонаж отрицательный, когда вы смотрели «Ну, погоди!» — (495) 134-21-35. Нет, вам не казалось, что он такой уж отрицательный, ваши ощущения были то том, то здесь, то вы на стороне, то вы на стороне волка — (495) 134-21-36. Для вас так не было очевидно, что волк прямо очень плохой. Продолжаем голосование.

    Скажите, а изменения в поведении, то есть все это пока в процессе, ничего конкретного вы не можете назвать?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Это в процессе. Более того, повторюсь, общая формула сохраняется, потому что это и есть «Ну, погоди!» — то, что именно это волк и заяц, что волк догоняет зайца, это никуда не денется. Но какие-то нюансы, конечно, поменяются просто потому, что это делают уже другие люди. И многие вещи, которые мы делаем, мы их делаем неосознанно, мы даже не понимаем, что мы что-то добавили, какой-то ингредиент, которого не было. Его никто никогда не сформулирует, но подсознательно это будет восприниматься иначе. Многие вещи, конечно же, будут сделаны просто подсознательно.

    А.ОНОШКО: «Волк в какой-то серии съест уже, наконец, зайца или это безнадежно?» — спрашивает Алексей.

    Б.МАШКОВЦЕВ: Ага, значит кто-то все-таки на стороне волка! Нет, это безнадежно! Конечно, волк никогда никого не съест, не только зайца.

    А.ОНОШКО: Потому что должен быть открытый конец всегда, надо иметь возможность продолжать и продолжать бесконечно.

    «Но волк вызывал уважение своей изобретательностью и целеустремленностью», — пишет Русский Инженер. «Волк как воплощение хаоса, а заяц как воплощение порядка».
    «Волк — разрушитель, как скандинавский Фенрир, который разрушает мир, а заяц — созидатель». Я Тюр кто тогда? Ну, ладно, потом, почитаю «Википедию» сразу после программы.

    «Волк — это жертва, которая, один раз оступившись, подвергается травле всю жизнь со стороны общества, он символ несправедливости», — пишет Стратегический Инвестор. «А в детстве я болел за волка», — пишет Валерий.

    Кстати, у нас голосование. Результат у нас такой. Спасибо, всем, кто позвонил. 39% считали, что волк плохой, а 61% считал, что ни так, ни сяк, нет, он не был абсолютно плохим.

    «Кто волка будет озвучивать?» — спрашивает Плотников. А зайца? Вы будете имитировать те голоса?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Имитировать не будем. Идет кастинг. Когда мы говорим об озвучивании фильмов, мы проходим ровно такую же процедуру кастинга, только в этом случае мы забываем про внешность артиста, про его пластику и ориентируемся только на его голос. Но это важно. Голос — это действительно большая часть успеха персонажей, это и вопрос… Поэтому, конечно, мы будем стараться сам тембр искать похожий, потому что это часть образа волка и зайца. Но крайне важно именно то, как голос звучит, то есть как идет игра голоса.

    А.ОНОШКО: Я не актер, конечно, но я думаю, что я бы неосознанно пыталась бы копировать и имитировать тот голос, который был. Мне кажется, то желание же есть такое…

    Б.МАШКОВЦЕВ: Вот это и есть актерская задача.

    А.ОНОШКО: Новое что-то сделать, да?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Это и сложность.

    А.ОНОШКО: Понятно. Ищите среди звезд, кастинг ведете, или к вам кто-угодно приходит?

    Б.МАШКОВЦЕВ: В принципе, мы ищем среди известных актеров, это правда.

    А.ОНОШКО: «Какой волк злой? Обычный советский работяга. Очень на деда моего был похож», — пишет Антон Конюшенков. Его расслабленная рубашка гавайская, я должна сказать, она не похожа на рубашку обычного советского работяги, скорее на какого-нибудь Джонни Деппа из «Страх и ненависть в Лас-Вегасе». «Зло — это свинья с тремя лифчиками на пляже», — Григорий из СПБ вспоминает.

    Б.МАШКОВЦЕВ: Ха-ха-ха-ха-ха!

    А.ОНОШКО: «Том и Джерри» в адаптации». Тут про сидр пишут, что волк его любил. Это я для себя домысливаю. Брендирование, помните? У Путина на прямой линии или где там человек сказал про то, что им не удается сидр продавать наш отечественный, все покупают западное.

    Вопрос про кризис идей. Тут уже несколько сообщений накопилось, я вам их зачитаю. У нас скоро новости, но давайте послушаем.

    «Переснимать вариацию на тему Тома и Джерри, эксплуатируя сюжетную линию 80-летей давности? Не сделать ли лучше свой вариант Рик и Морти? «Том и Джерри» лучше», — пишет Крел.

    «Из раза в раз отечественные киноделы не устают разочаровывать зрителей, создавая ремейки к любым из советских произведений, к «Иронии судьбы. Продолжение», к «Служебному роману. Наше время», «Джентльмены удачи», «Кавказской пленнице», «Карнавальной ночи» 50 лет спустя…» Человек, я чувствую, погружался в эту тему. Я бы столько сходу не перечислила.

    «Простоквашино» может присоединиться и новый проект студии «Союзмультфильм» к 50-летию выхода «Ну, погоди!» студия готовит перезапуск проекта», — это, видимо, цитата откуда-то, я так понимаю.

    «Ну, погоди!» пусть не трогают, — пишет Сергей, — хватит уже того, что «Простоквашино» изуродовали. Если старые серии «Простоквашино» сам с удовольствием в свои 43 года смотрю и младший ребенок, 8 лет, тоже, то новые серии смотреть не можем, сын говорит, что они неинтересные. А на мой взгляд, они не просто неинтересные, они сняты как будто для имбецилов».

    «… Мультфильм «Ми-ми- мишки», когда сын поменьше был, все время спрашивал, почему у них рот на боку. Я даже не знал, что ответить». Это уже «Ми-ми-мишки» какие-то пошли. Я не знаю, к вам ли этот вопрос.

    Б.МАШКОВЦЕВ: «Ми-ми-мишки» — это другая студия.

    А.ОНОШКО: Но давайте я сразу скажу. Я зашла в рамках подготовки к программе на ваш сайт souzmult.ru, я увидела там всех старых, хорошо знакомых героев. Разве что «Оранжевую корову» я никогда не видела. «Чебурашка», «Маугли», «Ну, погоди!», «Малыш и Карлсон», «Простоквашино», «Чиполлино, «Котенок Гав». «Шайбу! Шайбу!», «Новое Простоквашино», «Винни-Пух».

    Абсолютно новые вещи у вас в планах есть? Или у вас концепция такая — возрождать старое, давать новую жизнь и т.д.?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Новые вещи у нас не планах. Новые вещи мы уже три года как делаем. Просто вот дальше начинается правда жизни и, простите, маркетинга.

    Чтобы зрители узнали о новом, требуются годы, когда мы говорим об анимационных сериалах, когда это не полнометражные фильмы, где есть рекламная кампания, которая на протяжении месяца, двух месяцев вас атакую информацией о том, что такой проект появляется.

    Сериалы приходят к зрителям медленно. И нужно понимать, что современный «Союзмультфильм» — это уже 8 сериальных проектов, из которых только «Простоквашино» и только начинающееся «Ну, погоди!» являются продолжением проектов золотой эпохи.

    А.ОНОШКО: Но я у вас на сайте вижу из нового только «Оранжевую корову».

    Б.МАШКОВЦЕВ: Правильно. Потому что «Оранжевая корова» — это проект, который уже полтора года как существует на экранах, соответственно два с небольшим года, как находится на… фазе работы, по которому нам уже есть, что показать. То, что вы видите на сайте, это проекты, которые являются, извините за прагматизм, основой экономики «Союзмультфильма» сейчас. То есть это то, что позволяет нам зарабатывать деньги, на которые снимаются последующие фильмы.

    А.ОНОШКО: Про «Оранжевую корову» я вообще в первый раз, честно говоря, слышу, хотя у меня трое детей!

    Б.МАШКОВЦЕВ: Потому что вы не целевая аудитория.

    А.ОНОШКО: Младшему пять с половиной. Мы поговорим про дистрибуцию…

    Б.МАШКОВЦЕВ: Вообще «Оранжевая корова» входит, по-моему, в первую пятерку по популярности на «Карусели».

    А.ОНОШКО: А у нас нет телека давно уже. Давайте про дистрибуцию поговорим после новостей. У нас сейчас новости будут, потом немножко анонсов.

    Борис Машковцев, директор киностудии «Союзмультфильм» с нами. Мы продолжим после новостей.

    НОВОСТИ

    А.ОНОШКО: У микрофона Анастасия Оношко. Борис Машковцев, директор киностудии «Союзмультфильм», с нами сегодня. Мы уже перешли к общим вопросам анимации, дистрибуция и рождения нового, а также продвижение старого. Вы с нами?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Да, конечно!

    А.ОНОШКО: Я поняла из вашей реплики, что сложно сделать что-то популярным. Во-первых, сделать что-то — это вообще сложно, это мы за скобками оставляем, я думаю, все понимают это.

    Сделать продукт, а потом сделать так, чтобы продукт дошел до потребителя — это очень сложная вторая задача. Я так понимаю, вы сотрудничаете с телеканалами.

    Б.МАШКОВЦЕВ: Это нормальная задача для любой анимационной студии. Вот этот накопительный эффект, он обычно занимает лет 5 от момента как вы начинаете делать (условно) первую серию сериала (если мы говорим о сериалах) и до момента, когда проект действительно становится заметным, популярным — это 3-5 лет. Поэтому, конечно, когда вы анонсируете новое «Простоквашино» или новое «Ну, погоди!», это сразу попадает в медиа, это сразу привлекает внимание, потому что вообще-то накопительный эффект длится уже десятилетиями.

    А.ОНОШКО: Ну, да.

    Б.МАШКОВЦЕВ: А когда вы произносите слово «Оранжевая корова», если вы не являетесь прямой аудиторией детских телеканалов…

    А.ОНОШКО: Работником студии «Союзмультфильм» или телеканалов, да, ты можешь и не знать об этом.

    Б.МАШКОВЦЕВ: И вы только через несколько лет об этом узнаете, когда «Оранжевая корова» появится в виде товаров на полках магазинов, когда они начнут вещать из каждого утюга, вот тогда вы ощутите, что это такое. Поэтому для анимации это нормальное, естественное явление, в общем-то ничего удивительного.

    Но мне хотелось бы, чтобы современный зритель понимал, что «Союзмультфильм» — это студия, которая в своем производстве в основном занимается именно новыми проектами…

    А.ОНОШКО: А что же вы их не выставляете на сайт? Я не вижу их у вас на сайте. Я даже пошла в раздел «новое» и я вижу только «Оранжевую Корову», ну, и там «Новое Простоквашино» тоже.

    Б.МАШКОВЦЕВ: Зайдите на YouTube. Приглашаю вас на наш YouTube-канал, где выложены все наши новые проекты.

    А.ОНОШКО: Хорошо. С удовольствием ознакомлюсь.

    Б.МАШКОВЦЕВ: Для нас это сейчас основное средство публикации в сети.

    А.ОНОШКО: Я так поняла, раз уж мы в капиталистическом мире с вами, миссия вашей компании? Вот вы как для себя определяете (и для всех для вас), какая у вас целевая аудитория? Вы сами себе ставите какие-то границы или вы готовы и подростковые делать сериалы, или это только младший возраст?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Мы начали с младшего возраста, поскольку это самая очевидная аудитория и, скажем так, самая нам, конечно, понятная. Потому что все состоявшиеся проекты коммерческие в нашей стране (мы не берем полнометражные, берем именно проекты для телевидения, для интернета), они все рассчитаны на дошкольников, и это, что является в нашей компетенции.

    Но уже сейчас у нас есть желание сопровождать зрителя на протяжении всей его жизни во всех возрастах. И те проекты, которые сейчас запущены на студии, они уже рассчитаны на несколько шагов, от аудитории вот самой-самой малышковой, от 2 лет, грубо говоря… Есть у нас «пластилиновый проект», «пластилинки», который является детской энциклопедией, если хотите, рассказывающий просто о каких-то базовых явлениях в нашем мире — какие есть зверушки, какие есть машинки и т.д.

    А.ОНОШКО: Скажите, как визуально вы формулируете…? Честно говоря, у меня есть приятель Денис Всесвятский, директор телеканала «2х2», вот этот анимационный, все знают. Мы с ним накануне обсуждали, я спрашивала у него, есть ли какие-то вопросы, например, к вам, как к «Союзмультфильму» вообще, особенно к современному «Союзмультфильму», не прошлого.

    Мы пришли к мнению, по крайней мере то, что видно, и в reboot очень заметно — оставление прежней эстетики, такой, немного уже можно сказать заштампованной, архаичной, на самом деле архаичного представления видеоряда и героев, в то время, как уже появляется огромное течение на Западе, допустим, … любая продукция… или какие-нибудь… совершенно другая подача, но она не менее интересна детям в том числе… Приходится иногда всем вместе смотреть, потому что разные возраста собираются перед экраном. есть абсолютно новые азиатские вот эти все групповые детские мультфильмы… В основном они, кстати, про командную работу, я пыталась анализировать. Вы совершенно новые модели собираетесь применять или может быть уже применяете, просто это не широко известно?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Ответ будет длинным. Потому что вы говорили с человеком, у которого аудитория канала начинается от 12+, а в среднем от 14+, если верить тем лейблам, которые они сами ставят в программки.

    А.ОНОШКО: Да.

    Б.МАШКОВЦЕВ: А я вам сейчас говорю про проекты для дошкольников. Я думаю, коллега из «2х2» со мной полностью согласится в том, что на разные аудитории как раз, в том числе подходы к дизайну, к сторителлингу, к форматам совершенно разные. У нас хронометраж даже разный. Если я говорю про «пластилинки», это проект хронометражем 2,5 минуты, а если это «Оранжевая корова» — это 6 минут. И да, это истории, сделанные в достаточно классическом стиле. Но вы не поверите, насколько это сейчас востребовано! Потому что как раз все ушли в более постмодернистские стилистики. И притом, что «корова» по сравнению с Золотой коллекцией уже выглядит сильно необычно…

    А.ОНОШКО: Сильно по-новому, да, да, да.

    Б.МАШКОВЦЕВ: Но для наших зарубежных коллег «Оранжевая корова» сейчас — это продукция с Францией. Мы уж год работаем в содружестве с французской студией «Сайбер», которая помогает нам делать этот проект именно как проект международный, а не в смысле российский. И для них наоборот — в этом ценность этого проекта. в нем его отличительная особенность.

    Но сейчас, если вы же зайдете на наш канал на YouTube, вы увидите, что там вывешено по несколько серий проектов «Пиратская школа» и «Дети и волк», автором которых является, демиургом, Алексей Лебедев. И это проекты, рассчитанные уже на школьную аудиторию. И вы увидите, что эстетически они сделаны совершенно по-другому. И это уже чуть ближе к тому, о чем говорите вы.

    А когда мы дойдем до аудитории лет четырнадцати, это будет, конечно, уже следующая эстетика. Вытекает ответ из предыдущего вашего вопроса, вот это как раз и есть тот самый рост студии вместе со зрителем. Зритель перемещается из одного возраста в другой, и студия под каждый возраст предлагает новое кино.

    Мы ушли от тех времен (как было в советское время), когда ты посмотрел «Простоквашино», будучи 5-6-летним ребенком, и дальше пересматриваешь его до пенсии. Вот больше такое явление практически не существует.

    А.ОНОШКО: И удается вырезать мемы какие-то. Берешь скриншот и каждый раз что-то придумываешь.

    Б.МАШКОВЦЕВ: Но нужно понимать, что правила игры изменились. Не было в советском анимационном кинематографе сериалов кроме «Ну, погоди!». «Простоквашино» — это было три отдельных фильма короткометражных, связанных едиными персонажами, единой идеей. Но это не был сериал. Сериалы работают принципиально по-другому.

    О не сериалы, к сожалению, как экономика, не работаю вовсе. Вы знаете, что ежегодно «Союзмультфильм» выпускает по 10-11 короткометражных фильмов до сих пор? Вернее, снова.

    А.ОНОШКО: Да, кстати, я хотела вам сказать комплимент. У меня было ощущение, что это куда-то канувшее в лету какая-то сущность. Я счастлива видеть, что вы существуете, работаете. Логотип себе, видимо, будете новый делать? Я не знала об этом. Но я сейчас, только что под ваш разговор подписалась на ваш YouTube.

    Б.МАШКОВЦЕВ: Спасибо.

    А.ОНОШКО: Я всех слушателей призываю сделать то же самое. Там почти 1,5 млн подписчиков. И 289 видео сейчас выложено. Они все там, да? Мы сможем это посмотреть?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Действительно там. Есть еще у нас канал на Vimeo, где выложены как раз только новые короткометражки, поскольку с ними есть определенная хитрость, определенные свойства.

    Короткометражное кино — это выбор самих авторов. Когда мы говорим о сериалах или будем говорить о полнометражных фильмах, до которых «Союзмультфильм» тоже дорастет, это будут фильмы, делающиеся по продюсерской модели, где вопросы маркетинга, правильного позиционирования, мнения продюсера будет играть высокую роль. С короткометражным кино мы создаем наоборот территорию свободы для автора, где он сам выбирает тематику. Да, он должен утвердить сценарий у художественного совета, но в худсовет не входит никто из менеджеров, это именно точно такие же авторы фильмов.

    Это кино делается без жесткой привязки к конкретной целевой аудитории, которой нужно понравиться и прочее. Поэтому там фильмы, они как бы вихляют. Есть детские фильмы, есть фильмы универсальные для всей семьи.

    Но если хорошо покопаться, найдется несколько фильмов, как раньше была рубрика «мультфильмы для взрослых», есть такие. Поэтому мы их даже вывели на отдельный канал на Vimeo, чтобы не путался с детским каналом на YouTube (а YouTube рассчитан на детей в чистом виде).

    И мы даже, пока у нас шла изоляция, мы два месяца проводили такой марафон: каждый день мы выкладывали на этом канале по новой короткометражке, оповещали наших подписчиков, у нас была каждый день премьера на протяжении 60 дней.

    А.ОНОШКО: Нам сообщения пишут наши слушатели. Я напомню номер для тех, кто хочет присоединиться, может быть вопрос свой задать Борису Машковцеву, директору киностудии «Союзмультфильм». Можете написать SMS на номер +7-925-88-88-948, либо на Telegram govoritmskbot.

    То есть кризиса идей нет, я так поняла, что просто этого другого плана вопросы, маркетинговые, да?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Да. Согласитесь, что было бы достаточно странно, если бы наоборот — мы полностью отмели прошлые и нам точно также зрители бы задавали вопросы: а где же Чебурашка, а где же волк?

    А.ОНОШКО: Ну, да, да, да, понятно.

    Б.МАШКОВЦЕВ: Это нормальное критическое осмысление того, что делает любая студия. Всегда найдутся критики в ту и другую сторону, это нормальное явление.

    А.ОНОШКО: Но люди, если у них есть сценарии, они могут вам их писать, все контакты на сайте указаны. Тут же спрашивают: как называется канал? Странный вопрос. Канал на YouTube называется «Союзмультфильм». Набираете и сразу подписывайтесь.

    Б.МАШКОВЦЕВ: Дело в том, что есть несколько еще каналов, которые так или иначе апеллируют к творчеству «Союзмультфильма». И даже, в принципе, у нас сейчас официальных каналов два: первый, который называете вы — «Союзмультфильм».

    А.ОНОШКО: И Vimeo.

    Б.МАШКОВЦЕВ: Да. На котором выкладываются все новые проекты и некоторое количество классики. Есть еще существовавший уже много-много лет канал именно из золотой коллекции.

    А.ОНОШКО: Вы анализировали ли из всех вот этих наших старых знакомых советских мультфильмов, какой бьет всех по просмотрам? Какой самый популярный?

    Б.МАШКОВЦЕВ: По просмотрам действительно в лидеры всегда входит тот же самый «Ну, погоди!» и «Простоквашино», всегда входит «Карлсон», «Винни-Пух». Из одиночных фильмов почти всегда «Жил-был пес». Очень востребован «Антошка», «Котенок по имени Гав», «Осторожно, обезьянки».

    А.ОНОШКО: Понятно. Про Успенского, про Чебурашку я хотела у вас спросить. Вы, конечно, слышали про скандал, который недавно сотрясал общество наше, в соцсетях в частности, когда детская российская библиотека объявила конкурс на логотип, конкурс имени Успенского, а его дочь написала письмо о том, что он был человек в жизни не тот, чьим именем нужно называть детскую светлую, творческую премию детских авторов. Как вы относитесь к этому вопросу? Нужно ли отделять творчество от личности, имеет ли это в современном мире значение?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Я бы зрителям рекомендовал все-таки отделять произведение автора от самого автора, потому что иначе вы не сможете читать ни одну книгу и смотреть ни один фильм.

    А.ОНОШКО: А те, кто работает, потом выяснится, что кто-то что-то нехорошее делал, и придется что, выпиливать…? А премию не надо называть?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Я думаю, что это должны решить непосредственно организаторы премии. Чтобы ответить на этот вопрос, нужно точно разбираться, что это за премия, какой смысл она несет аудитории. Скажем так, я имею … Эдуарда Николаевича, я не знаю его перипетий с ними доподлинно.

    А.ОНОШКО: Понятно. То есть вы предпочитаете все-таки оставить в стороне. А то и Цветаеву можно перестать бросить считать, а то у нее одна дочка от голода умерла, она ее привязывала в кресло, говорят, подушками заваливала, тряпьем, чтобы не мешала, и уходила читать стихи. В этом смысле, да, тут многих можно подвести.

    «Спросите, пожалуйста, гостя, как он оценивает позицию российской анимации на мировом рынке. Насколько мне известно, — пишет Денис, — они весьма неплохи — успех «Маши и Медведи», «Фиксиков» и прочее». Как вы оцениваете конкретно успехи продукции «Союзмультфильма»?

    Б.МАШКОВЦЕВ: «Союзмультфильм» только начинает свое движение к интернационалу. Как я уже сказал, «Оранжевая корова» уже даже является проектом, который не просто как продукт выводит на зарубежный рынок, а который входит именно в формат зарубежный

    Мы, скажем так, очень надеемся на зарубежный рынок. Во-первых, действительно мы несем какую-то новую волну, видимо. Мы сами не понимаем, в чем она состоит. Я имею в виду всю российскую анимацию. Но, видимо, у нас какой-то свой почерк действительно есть. Притом, что мы как раз пытаемся научиться делать универсальное кино, то есть которое похоже на то, что делают наши зарубежные коллеги. Но, видимо, какая-то национальная изюминка там появляется, и это даже не такой заметный…, как «Маша и Медведь», где как раз там совсем-совсем русская народная сказка взята, какой-то стереотип. Но что «Фиксики», что «Смешарики», что та же самая «Оранжевая корова» — это проекты, которые наоборот мы пытались и наши коллеги делать понятными всем детям в любой стране.

    Я подозреваю, что, видимо, это еще свойство детской аудитории, которая менее зашорена, которой совершенно безразлично, в какой стране мультфильм сделан, детям интересно — и все хорошо. Наша задача — понять, что интересно детям во всем мире, чтобы они не скучали перед экраном, чтобы им не было совсем уж непонятно, что там происходит за коллизия на экране.

    А.ОНОШКО: Задают вопрос: «Как называется канал золотой коллекции? Как его отдельно найти и подписаться на YouTube?»

    Б.МАШКОВЦЕВ: Дайте мне один момент, потому что наизусть я не помню его название.

    А.ОНОШКО: Я набрала «Союзмультфильм, золотая коллекция», не нашла его сходу, по этим трем словам он не ищется.

    Б.МАШКОВЦЕВ: Там должен быть канал, где в качестве логотипа Чебурашка в золотом круге, вот это я помню.

    А.ОНОШКО: Давайте так договоримся, я позже у себя в Telegram-канале, который называется «Анастасия Оношко», выложу ссылку на оба этих канала. Мы разберемся, найдем Чебурашку в золотом круге и т.д., как раз привет Успенскому. Потому что это на самом деле приятно.

    Кстати, дети, вы знаете, часто бывают оставлены перед компьютерами самостоятельно, в навигацию отправляются. И очень интересно наблюдать, как ребенок, когда он сам себе редактор, вот он видит набор этих табнейлов, и он знает, какой он любит, какой он не любит сериал, мультфильм… Какие-то они выделяют и любят-любят, а другие аналогичные, очень похожие. например, сериалы про автобусы и жизнь этих автобусов, вот этот Тайо, мультик корейский, есть еще аналоги, они все похожи на самом деле. И тебе кажется, как взрослому, что они похожи, а ребенок выбирает вот именно одного того какого-то. Или про паровозиков разных, есть и Чаггингтона, я уже сейчас не вспомню. Вы анализируете этот опыт зарубежный?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Конечно, конечно, обязательно. Потому что вы можете что-то сделать только когда вы достаточно эрудированы. Мы анализируем не для того, чтобы копировать, а для того, чтобы понимать, в какой среде мы существуем.

    И как раз мы всегда зажаты между решением двух противоположных задач, как волк и заяц, разные полюса: с одной стороны — вам нужно найти что-то очень и очень индивидуальное для того, чтобы в вашем фильме была оригинальность; а с другой стороны — вы, конечно, смотрите, а какие приёмы, которые используют ваши конкуренты, срабатывают со 100% точностью. И если их не использовать, то, наверное, ваше кино окажется слишком в стороне от интересов массовой аудитории.

    Как раз в авторском кино мы можем себе позволить подобный эксперимент сделать в кино, но вот в чистом виде на интуиции и посмотреть, зрителю понравится или нет, и иногда мы получаем очень странные и необъяснимые как раз результаты, почему это кино понравилось, а другое не понравилось. В случае с массовым продуктом мы, конечно, ищем баланс между уникальностью и наоборот — схожестью.

    А.ОНОШКО: А были какие-то новости, что вы планировали «Машу и Медведя» купить или нет? Будете вы?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Нет!

    А.ОНОШКО: Не было такого?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Нет.

    А.ОНОШКО: Вы в своей этой линии и не собираетесь…? Потому я слышала, что «Смешарики» купили «Фиксиков».

    Б.МАШКОВЦЕВ: «Машу и Медведь», мне кажется, очень сложно купить, это такой уже серьезный…

    А.ОНОШКО: И не продается может быть. А про коронавирус вы будете снимать? Или про вот эту нашу новую реальность? У вас были такие мысли или пока нет?

    Б.МАШКОВЦЕВ: У нас даже есть реализованный проект. Другое дело, что мы не делали полноценные мультфильмы на эту тему. Но когда мы только-только вошли в эту для нас необычную ситуацию с необходимостью самоизоляции, мы сделали серию небольших роликов и серию таких открыток для интернета для просвещения детей на тему того, как себя вести в текущих условиях.

    А.ОНОШКО: А какой-то фильм, сериальчик, что-то такое на злобу?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Фильм, сериальчик, наверное, нет, потому что вы должны осознать, что анимация — это очень медленный вид искусства. Событие произошло сегодня, а если мы будем делать полноценный мультфильм, то мы его выпустим только через год, уже тема будет устаревшей.

    А.ОНОШКО: А в «Ну, погоди!» как будет? Нет? Но это будет напоминанием.

    Б.МАШКОВЦЕВ: Пока таких историй не было.

    А.ОНОШКО: Я так понимаю, что максимум в Instagram этого Шарика…

    Б.МАШКОВЦЕВ: Да, да. То есть когда мы говорим о таком быстром, сиюминутном контенте, да, и у Шарика тоже эта тема в какой-то момент…

    А.ОНОШКО: У Шарика, да. Тут мемасик с котами: Матроскин, вставай, мы уронили забор — да, это отражено, понятно. Кстати, когда у вас планируется релиз 26 серий «Ну, погоди!» или вы по одной будете выдавать? Через сколько старт?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Мы рассчитываем, что первую серию мы сами получим во втором полугодии этого года. Точной даты релиза сейчас нет, потому что процесс творческий. И вся ситуация с вирусом, конечно же, влияет на нашу работу. Я думаю, что мы будем выпускать серии ритмично, скажем так.

    А.ОНОШКО: Удаленно вы работаете?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Да, мы работаем удаленно. Представьте, на сайтах студии заняты около 300 человек сейчас и практически все они работают сейчас сидя дома. Это такой плюс того, что мы перешли на компьютерную графику как на методику работы, и это позволяет каждому человеку, сидя дома перед персональным компьютером, продолжать работать над проектами.

    А.ОНОШКО: Вы будете возвращаться в офис или нет?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Будем. Вообще-то у нас очень приятное здание в Останкино, в которое мы переселились три года назад. И многие сотрудники как раз очень страдают о того, что они не могут снова почувствовать себя в коллективе по-настоящему. Мы и так делаем все возможное, то есть мы постоянно все дни перезваниваемся, устраиваем даже какие-то внутренние видеоконференции, просмотры, мастер-классы.

    Мы прямо очень сильно сейчас занялись самообразованием, каждую неделю у нас идут какие-то наши внутренние образовательно-познавательные мероприятия. Но живого общения очень сильно не хватает. И для творчества это важно, потому что мы не можем никогда объяснить, как появляются те самые светлые идеи. Они существуют зачастую на кончиках пальцев, в каких-то взглядах, то есть нельзя просто в чате что-то обсудить и получить на выходе хорошее кино.

    Вот когда уже проект встал на крыло, когда он уже поехал по конвейеру, вот это дает нам возможность продолжать трудиться на удаленке. А придумать новое кино на удаленке — это задача очень небанальная и, мне кажется, современные люди пока еще так не умеют.

    А.ОНОШКО: Последний вопрос короткий: вам кажется, что наши советские мультики лучше, чем диснеевские того времени или нельзя так сказать?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Я ни за что так не сказал бы. Я считаю, что они разные и в этом их плюс, что каждая страна делает свои мультфильмы. И если смотреть их все, наверное, картина мира у нас будет более полная.

    А.ОНОШКО: Все хороши, пусть цветут в 100 цветов, верно?

    Б.МАШКОВЦЕВ: Творчество именно об этом.

    А.ОНОШКО: Спасибо вам большое за то, что поговорили с нами. Было очень интересно. Желаем вам успехов и преодоления всех наших трудностей коронавирусных. Борис Машковцев, директор киностудии «Союзмультфильм» был сегодня с нами.

    Версия для печати
Видеоблог Сергея Доренко

Связь с эфиром


Сообщение отправлено
Система Orphus