В.МАМОНТОВ: Добрый вечер, уважаемые радиослушатели. С вами радиожурнал «Друзья-Сябры» на радиостанции «Говорит Москва». Я, его ведущий Владимир Мамонтов. У нас с вами схема прежняя, отработанная. Мы берём какую-нибудь новость, рассказываем о ней, читаем её иногда, иногда небольшой анализ делаем, а потом специально обученные, специально заготовленные комментаторы эту новость нам комментируют. 

В этот раз вам хорошо знакомый будет комментировать первую новость — Вадим Францевич Гигин, он теперь депутат белорусского парламента. Там у них сложная система, но при этом свои должности, в частности он руководит главной библиотекой Беларуси, её называют белорусским бриллиантом, он общество «Знание» возглавляет и будет это совмещать. 

Я не так давно был в Беларуси, разговаривал с некоторыми участниками процесса — хорошими, добрыми знакомыми. Они с элементом не зависти, они сочли возможным это подчеркнуть, что нашему Вадиму Францевичу специальным указом разрешили совмещать и работу, и депутатскую деятельность. И никакого указа не вышло, чтобы ему не комментировать на радиожурнале «Друзья-Сябры», и не будет такого указа никогда, чтобы это дело не комментировать. Поэтому он и комментатором у нас остаётся, и должности совмещает.

Осталось сказать, что за новость. А новость такая: в Беларуси идёт формирование делегатов Всебелорусского народного собрания. Это новая политическая структура для Беларуси. Те, кто нас слушает, знает, что она не вчера родилась. Это длинная история, мы постоянно её отслеживаем. Всебелорусское народное собрание раньше было, да не такое. Раньше оно тоже имело место, но несколько формализованного характера. Сейчас Всебелорусское народное собрание — это и есть та общественная политическая структурная конституционная организация, которая определяет, куда поворачивает Беларусь, если она вдруг соберётся поворачивать. Это очень важный новый политический актор, сейчас ещё какое-нибудь модное слово вверну. Короче говоря, кому, как не Вадиму Францевичу Гигину, это всё дело прокомментировать.   

В.ГИГИН: Конечно, это сейчас главное наше политическое событие. Важно отметить, 25 февраля в единый день голосования у нас выборы не закончились. У нас сейчас выборы проходят косвенным путём в палату территориального  представительства Совета республики. Нашего с вами коллегу Дмитрия Александровича Жука, главного редактора «СБ. Беларусь сегодня» выбирали другие наши коллеги в горсовете Иван Эйсмонт, Андрей Кривошеев, которые являются депутатами. 

В.МАМОНТОВ: Это всё наши «Друзья-Сябры». 

В.ГИГИН: Такой принцип: избирают сначала в местный совет, и местный совет избирает депутатов Совета республики, потому что они представляют регион. После этого у нас прошли ещё съезды крупнейших общественных объединений, которые насчитывают больше ста тысяч. По закону они имеют право выдвигать своих делегатов во Всебелорусское народное собрание. Это Белорусский республиканский союз молодёжи, Белорусский союз женщин, Федерация профсоюзов Беларуси (она сменила руководство кроме всего прочего), это Белорусское объединение ветеранов и республиканское общественное объединение «Белая Русь». 

Таким образом, сформирован состав Всебелорусского народного собрания, это 1 200 человек — депутаты, представители органов исполнительной власти и гражданского общества. Мы, депутаты, входим туда по своему статусу, имеется в виду депутаты Национального собрания и Минского горсовета,  остальные выдвигаются по квотам от регионов. Таким образом, обеспечивается максимально широкое представительство. 

Конечно же, многие наши граждане ожидают решения целого ряда вопросов. На первое заседание вынесен будет доклад президента об обстановке. Наверняка он ответит на вопросы делегатов. 

В.МАМОНТОВ: Такая форма предусмотрена?

В.ГИГИН: Да, у нас обращается к народу президент, выступая на Всебелорусском народном собрании. И видно, что он работает сейчас над докладом, он уже проговаривал об этом публично. Видно, что его волнуют тезисы, с которыми выйти, какие смыслы заложить в этот доклад. Затем надо определиться с кадровым составом, потому что надо сформировать президиум Всебелорусского народного собрания, избрать его председателя. Это очень важно, впервые мы так будем делать. Это очень важные посты, потому что полномочия очень серьёзные у Всебелорусского народного собрания. Какие полномочия? Мы должны на первом заседании 24-25 определиться с составом Центральной избирательной комиссии, если будет такая необходимость, потому что право формировать у Всебелорусского народного собрания.     

В.МАМОНТОВ: А раньше кто формировал?

В.ГИГИН: Раньше была сложная схема: половину президент, половину Совет республики. Нам надо определиться с составом Конституционного суда, это наша прерогатива, Верховного суда. Соответственно, определиться с процедурой, как это будем делать. Принять два важнейших документа: концепцию национальной безопасности и военную доктрину. Это очень необычно, поскольку документы, как военная доктрина, не то чтобы секретят, но стараются принимать узким кругом специалистов. Здесь мы выносим на широкое обсуждение. 

В.МАМОНТОВ: А в какой стадии готовности она будет?

В.ГИГИН: Они в готовности полной. Концепция национальной безопасности прошла всенародное обсуждение. Полный текст военной доктрины пока не публиковался, поскольку есть специфика; документ пока ещё на стадии проекта ограниченного распространения. Когда он будет распространён, тогда все делегаты соберутся. Довольно насыщенная повестка. Мы сейчас прорабатываем темы, возможно будет работа по секциям. Надо будет наметить план работы (это же постоянно действующий орган) на будущее время, это пять лет полномочия, то есть план работы на годы следующего заседания.

Я уже предложил президенту во время встречи 15 марта, чтобы мы внесли на всенародное обсуждение основные положения идеологии белорусского государства и, возможно, включили в повестку следующего заседания Всебелорусского народного собрания.    

В.МАМОНТОВ: Какой-то документ будет по этому поводу или предложения?

В.ГИГИН: Мы уже давно прорабатывали вместе с администрацией президента, группой экспертов основные положения. Это не какая-то оторванная от жизни теория, хотя теоретический аспект там есть. Как учит нас глава государства, мы идём от жизни, то есть мы учитываем те обстоятельства, те реалии, которые жизнь диктует. Союз наш с Россией — это же часть нашей идеологии? Безусловно. Что это? Это цивилизационное общество.  

В.МАМОНТОВ: Хорошо бы это сказать. Очень важный момент. Мы у себя очень слушаем внимательно. 

В.ГИГИН: Кто ещё наше цивилизационное общество? Да наверняка те же украинцы. 

В.МАМОНТОВ: Наверняка. 

В.ГИГИН: Восточнославянское. Кто-то может трактовать евразийское, но мы пока пишем восточнославянское. Мы видим наши общие корни. Допустим, историческая преемственность у нас есть, мы видим формы государственности. Мы провели большую работу по формированию исторической памяти. Мы видим Древнюю Русь, Великое княжество Литовское, Российскую империю, Белорусскую Советскую Социалистическую Республику. Всё это надо прописать.   

В.МАМОНТОВ: Как это по-русски?

В.ГИГИН: Это символ веры. 

В.МАМОНТОВ: То есть это не постановление, а что-то больше того. 

В.ГИГИН: Что я предложил президенту, среди прочего. Принять основные положения решения Всебелорусского народного собрания. Это будет документ прямого действия, то есть мы одобряем, и они вступают в действие. Но нужно ещё органам госвласти дать указание, как выполнять. А здесь понадобится нормативный акт, например, указ президента по реализации.  

В.МАМОНТОВ: Некоего документа. 

В.ГИГИН: Да, мы так предлагаем. Когда глава государства рассуждал (вы знаете, он всегда осторожно подходит к вопросам идеологии), он не то, чтобы это не отверг, он сказал: да, надо над этим поработать. 

В.МАМОНТОВ: Я, конечно, не претендую на вмешательство в эту историю, но мне лично, во-первых, это кажется вполне здравым. Во-вторых, очень многие в России будут смотреть и следить за тем, как вы вещи, которые уже сказали, сформулируете и сформатируете для себя. Конечно, это очень важно для Союзного государства и для понимания внутреннего, что дальше. Давно пора это как-то сформулировать, да не как-то, а хорошо сформулировать.  

В.ГИГИН: Если мы говорим об идеологии, потому что важное событие у нас, ключевое — это полёт в космос Марины Василевской. 

В.МАМОНТОВ: Это не просто полёт. Это полёт!      

В.ГИГИН: Это действительно идеология, потому что говорим «космос наш» и мы видим, как белорусы этим живут. Я уже приводил примеры, писал у себя в Telegram-канале, в статьях. Когда она приземлилась в субботу, накануне Дня космонавтики это было, я летел как раз в Москву. И на борту «Белавиа», где она раньше работала восемь лет, объявили, что она приземлилась — и прямо гагаринская атмосфера во всём самолёте; там были и россияне, и белорусы, и люди с украинскими паспортами, приветствовали возгласами. Это было очень приятно.  

В.МАМОНТОВ: Когда они сели, я вам честно скажу, я перекрестился. Я очень ждал, потому что два раза откладывали, и правильно делали. Пока какие-то сомнения есть, лучше отложить, чем торопиться. 

В.ГИГИН: В этой памяти очень много разных смыслов заложено. 

В.МАМОНТОВ: Я перекрестился, слава богу. Очень важное событие. 

В.ГИГИН: Это дало хороший повод, очень душевный необычной, интересной встрече двух наших лидеров в Кремле 12 апреля, в День космонавтики. Там всё было: от того, как наш президент в Кремль вошёл в спортивном стиле, а уже по коридорам пошёл в костюме. Встречались с космонавтами, звонили в чум оленеводов — семье Пяк, у них золотая свадьба. Это было всё очень правильно. В Беларуси есть такое слово «по-людску», то есть по-человечески. И два президента, безусловно, обсуждали актуальную повестку.

В.МАМОНТОВ: Сколько они суммарно разговаривали? Я считал-считал, у меня вышло, что часов восемь они разговаривали. 

В.ГИГИН: Официально давали 2,5 часа. Это особый стиль общения. Меня раньше немножко раздражало, а сейчас забавит, как зарубежные типа эксперты и беглые рассуждают «как они общаются, кто-то на кого-то давит». Люди вообще не понимают стиля общения двух лидеров. Потому что те испытания, которые они вместе проходят, вызовы и угрозы очень серьёзные. Это люди, которые вместе ведут наши страны через сложное время, и они понимают, куда они ведут наши страны. А идём мы всё-таки к победе.

В.МАМОНТОВ: Я думаю, тоже. 

В.ГИГИН: Глава государства, мне приходилось с ним общаться, в частном разговоре рассказывал об этом общении. Я же вижу, как он говорит, с каким уважением отзывается о Владимире Путине, насколько он погружён в российскую повестку. Это очень важно, потому что это подлинное союзничество, о котором мы говорим. 

В.МАМОНТОВ: У нас с вами всегда есть форма лёгкого фантазирования. Мы не знаем, нам не всё рассказывают, даже вам наверно не всё президент рассказал, о чём они говорили. Украина — всё-таки главное было у них или не главное?

В.ГИГИН: Не Украина, а вопросы войны и мира, это уже не только Украина. Если посмотреть публичное выступление, президент затронул тему Польши. Во-первых, сейчас боевые действия идут на конституционной территории Российской Федерации. Во-вторых, тему урегулирования украинского кризиса не закрываем, потому что активизировались литовцы, поляки, и то, как они провокационно себя ведут, требует урегулирования во всём регионе, как минимум от Балтики до Чёрного моря, а это не только Украина.   

В.МАМОНТОВ: Это правда.

В.ГИГИН: Мы должны понимать гарантии и по Молдове, Беларусь — по нашей границе. Почему эта встреча ещё состоялась. Как правило, она проходит накануне или в ходе принятия очень важных военно-политических решений российским руководством. Все ожидают, давайте прямо скажем, крупной наступательной операции Российской Федерации. Я думаю, без него серьёзного урегулирования не произойдёт. Но вместе с тем был послан конкретный сигнал Западу. 

Я уже прямо об этом говорил, сначала аккуратно, сейчас более уверенно, что переговоры, так или иначе, идут. Эту роль новых дипломатов ведут разведки. Со стороны Запада это ЦРУ и MI-6, конкретно их руководители Уильям Бёрнс и Ричард Мур. В эту тему включена турецкая сторона. По некоторым позициям арабы, прежде всего Катар, но это в основном касается обмена пленными, где с украинской стороны участвует небезызвестный Кирилл Буданов — главный организатор террористических актов. С российской стороны, безусловно, включены в этот процесс Николай Патрушев, Сергей Нарышкин, глава ФСБ и наши. Кстати, ещё французы участвуют. Некоторые ожидания Макрона, что всё должно быстро произойти — не произошло. Там произошли некоторые перестановки — сменили генерального директората службы военной безопасности. Макрон, возможно, хотел выступить здесь миротворцем, у него это не получилось, поэтому пошло обострение, которое мы наблюдаем в связи с военной эскалацией. Но, так или иначе, переговоры идут. 

Президенты посылали сигнал, я думаю, он заключался в следующем: не надо выдвигать ультиматумы и давить всякими женевскими мирными конференциями, потому что без участия России и Беларуси они не то что непродуктивны, они смешны. Что за мирная конференция, в которой участвует только одна страна? 

В.МАМОНТОВ: Путин сказал «паноптикум», он иногда находит интересные слова.  

В.ГИГИН: Вторая тема в этой связи, что российская сторона готова была пойти на стамбульские соглашения после белорусских переговоров. Там были очень серьёзные уступки. Я думаю, что российское общество бы относилось противоречиво к тем соглашениям. И только сейчас, пройдя эти испытания, понятно, сколько жизней бы удалось сберечь со всех сторон. Но сорвала их не Россия.  

В.МАМОНТОВ: Конечно. 

В.ГИГИН: Сорвал Киев под давлением Запад. И наш президент сказал, что в новой ситуации надо говорить, прежде всего, с Вашингтоном, а его голос в Киеве услышат. Наш президент очень прямо посылает сигнал Зеленскому, в уважительной форме, подчёркнуто называя его Владимир Александрович. 

В.МАМОНТОВ: А не Володя. 

В.ГИГИН: Времени у него до 20-х чисел мая. После этого истекают его конституционные полномочия президента. Что они себе продлили — это их право. Но с учётом опыта минских соглашений, когда Олланд, Меркель, я уж не говорю про украинскую сторону, заявили о том, что они, подписывая, не собирались их выполнять, выигрывая время. Возникает вопрос, о каких новых соглашениях может идти речь, если любой следующий глава того, что останется от Украины, скажет «так этот подписывал, он не имел права, он был нелегитимен». Даже если Верховная рада их ратифицирует, так и у неё полномочия истекли. 

То есть было сказано «ты должен успеть». А успеть что? Не свой иллюзорный мир в границах 1991 года, не жить с каской, а учитывать реалии. Потому что мир, если он мир, то надолго — это учёт реальностей. А реальность следующая: Россия — это Крым, Россия — это Симферополь, Россия — это Запорожская, Херсонская области, ДНР, ЛНР и они должны быть в границах этих областей. Это надо признать. Как будет Украина это признавать наиболее удобно для себя, это можно обсуждать, но признать это необходимо. 

Следующий момент, там было заявлено: ребят, Россия соблюдала определённые правила, то есть зимой не били по вашей инфраструктуре энергетической, не били по приграничным территориям; вы стали бить по Белгороду, вы стали бить по НПЗ.

В.МАМОНТОВ: Никаких правил не соблюдали. 

В.ГИГИН: Поэтому было заявлено, что должна быть буферная зона. 

В.МАМОНТОВ: Не только буферная зона, мне кажется. Вадим Францевич, правда ещё система доказательств железобетонно не выстроена в «Крокус Сити Холле», она тоже — ничего себе история. 

В.ГИГИН: Она настолько болезненная. Некие переговоры шли ещё до этой ситуации, я бы её сейчас вообще вынес. 

В.МАМОНТОВ: Но история, в сущности, правильная.      

В.ГИГИН: Конечно. Там кроме «Крокус Сити Холла», то, что уже точно доказано.

В.МАМОНТОВ: Есть чего обсудить. 

В.ГИГИН: В пятницу, 22 марта, происходит теракт, а в понедельник, 25 марта, СБУ — террористическая организация празднует своё 30-летие. Выступает её глава Василий Малюк, который фактически в издевательской форме признаёт свою ответственность за ряд террористических актов, в том числе индивидуального террора.

В.МАМОНТОВ: Ну, не от большого ума.

В.ГИГИН: Как к этому относиться? Должны быть осуждены. Даже вынося это, мы возвращаемся и понимаем, что Украина должна иметь внеблоковый статус, Украина должна быть в ограниченном положении и тогда это государство получает гарантии безопасности и своего мирного развития.  

В.МАМОНТОВ: Бёрнс, может быть, и донесёт это куда надо, не расплескав, потому что он, на самом деле, политик очень зрелый. Мы сейчас спрашиваем, а с кем подписывать эти соглашения? А с западниками можно, они-то чем лучше Зеленского?

В.ГИГИН: В этом тоже большая проблема. И мы об этом часто говорим, что они разрушили традиционную дипломатию, они не учитывают реалии. Они разрушили все инструменты, которые позволяли в крайне сложных условиях добиться взаимопонимания. Например, даже в период холодной войны и Карибского кризиса было относительное доверие, что если ставит президент подпись, ей нужно доверять. Здесь мы не можем ничему доверять. 

В.МАМОНТОВ: А дедушка соображает, под что ставит подпись или нет?    

В.ГИГИН: Во-первых, дедушка поставит, а придёт следующий президент, который эту подпись отзовёт. Здесь много разных моментов. Хотя, мне кажется, то, что американцы не предоставляли (сейчас говорят, что возможно предоставят) помощь Украине, это тоже был элемент давления на Киев. Не надо понимать их отношения на Западе схематично, как у нас зачастую «что Киев сказал, то и…» Нет, они играют в сложные игры и, безусловно, у Киева есть некая субъектность. Даже сателлиты гитлеровской Германии, это одни из самых зависимых объединений. Возьмите, независимое государство Хорватия, крайне отвратительное, того же Анте Павелича, или Словакию — Тисо; они имели самостоятельность условно. Что говорить про того же Хорти в Венгрии или Артонеску в Румынии; они могли проводить некую свою линию. У них там тоже своя сложная игра и свои сложные отношения. Много субъектов в этом участвуют публичных, закулисных. Глубинные государства, сложный механизм выстроенный, который теряет над многими процессами контроль. А ситуация на Ближнем Востоке показала, что этот контроль расползается.  

В.МАМОНТОВ: Всё, что делают американцы, должно показывать, что они хорошо управляют миром, а они-то плохо управляют. Они должны это понимать. 

В.ГИГИН: Наши вытащили термин из американских работ теоретиков 1970-1980 годов, даже чуть раньше, «управляемый хаос»; вот американцы такие хитрые. Нет тут никакой хитрости. Хаос есть, управления нет. То, что мы видим на Ближнем Востоке, это полный крах американской политики.  

В.МАМОНТОВ: Абсолютно правильно. 

В.ГИГИН: Я хочу напомнить, что ещё в сентябре Джейк Салливан для Foreign Affairs писал статью «Источник американского могущества». Это широко разошлось, он об этом публично говорил. Он написал о том, что ключевым достижением администрации Байдена на Ближнем Востоке является урегулирование в Палестине; то, что они успокоили Иран. Что произошло после нападения ХАМАС 7 октября? Он вынужден был всё это полностью пересматривать. Это полный крах политики демократической администрации на Ближнем Востоке, да любой другой администрации. 

Я могу привести пример, мне приходилось в российских средствах массовой информации высказывать. И республиканская, и демократическая администрация полностью провалились на иранском направлении, потому что их главная задача была изолировать Иран, не допустить роста его влияния. Сейчас даже последняя атака на Израиль показала, что Иран смог её провести консолидировано, используя всех своих союзников. А это уже Сирия, влияние Ирана в Ираке колоссально. Я напомню, Ирак был под контролем США. А при Саддаме Хусейне там вообще антииранские силы формировались, моджахеддины находились. Это «Хезболла» в Ливане.

В.МАМОНТОВ: Они умудрились, конечно, их консолидировать. 

В.ГИГИН: Иран добрался до Йемена, у него по всему региону своё влияние. И попытка создать суннитское кольцо окружения из Саудовской Аравии и Пакистана полностью провалилась. Сейчас Иран — одна из самый влиятельных сил не только в регионе, но и в мире в целом.   

В.МАМОНТОВ: Это правда. 

В.ГИГИН: Это полный крах американской стратегии последних сорока с лишним лет. Начиная с революции 1979 года по изоляции Ирана, Иран находится с 79-го года на пике своего внешнеполитического и военно-политического могущества и чувствует себя защищённым на своей территории.  

В.МАМОНТОВ: Не без наших усилий я вам должен сказать. Сирия очень много сыграла в этом деле.  

В.ГИГИН: Убивали генералов, учёных, но Иран за это готов мстить. А ведь не этого ждали американцы от ситуации. Так что мы имеем дело с скукоживанием американского влияния в самых разных регионах мира. Они пытаются это отсрочить. В итоге у нас сформировались три очага военной напряжённости — восточноевропейский, ближневосточный и тихоокеанский. К сожалению большому, каждый из них чреват разрастанием, превращением в мировую войну. Во всех этих регионах есть ядерное оружие, оно может быть, так или иначе, применено. Угроза этого по-прежнему сохраняется. Поэтому наша задача, в том числе Беларуси, всё-таки вести к деэскалации. Но эта деэскалация не может быть за счёт уступок и неучёта нашего мнения.     

В.МАМОНТОВ: Вадим Францевич, какое число вы сказали, когда у Зеленского истекает?

В.ГИГИН: Есть разные оценки — 19, 20, 21 мая.     

В.МАМОНТОВ: Посмотрим. 

В.ГИГИН: «Будем посмотреть», как говорят в Одессе.

В.МАМОНТОВ: Такая беседа у нас с Вадимом Францевичем вышла. То, что касалось некоторых возможных новостей по военной операции, по участию тому или иному Беларуси здесь; по тем переговорам, которые ведутся, и на каких основах они могли бы состояться. Это наши размышления и не хочу сказать фантазии, потому что они опираются на важные внутренние знания, в частности, моего собеседника. Мне кажется, это было интересно. 

На этом мы первую часть нашего радиожурнала завершим, новости пойдут на радиостанции «Говорит Москва». Но вы далеко не уходите, сейчас новости послушайте, а новости Союзного государства будут и дальше. Следующая получасовочка вас ждёт после новостей на радиостанции «Говорит Москва». 

НОВОСТИ

В.МАМОНТОВ: Как принято говорить, ну вот мы и вернулись. На радиостанции «Говорит Москва» радиожурнал «Друзья-Сябры», вторая его половина, структурно всё та же — у нас будут новости, которые мы специально отобрали или которые припасли, я бы сказал. А потом эти новости комментируют хорошие, добрые друзья-сябры, наши комментаторы, которые в этом деле что-то понимают.

Беларускiя навiны

Беларусь надеется участвовать в создании Российской орбитальной станции. Начальник управления аэрокосмической деятельности Национальной академии наук республики, академик Пётр Витязь подчеркнул, что между НАН и «Роскосмосом» налажены очень хорошие отношения, передаёт ТАСС. Идея о создании Россией собственной орбитальной станции была заявлена в апреле 2021 года. Глава «Роскосмоса» Юрий Борисов сообщил, что стоимость станции оценена в 609 миллиардов рублей до 2032 года. 

В.МАМОНТОВ: Эту новость мы попросили прокомментировать академика-секретаря отделения физики, математики и информатики Национальной академии наук Беларуси, доктора экономических наук, профессора Александра Геннадьевича Шумилина. 

Александр Геннадьевич, если по-простому сказать, действительно ли выгодно Беларуси это сотрудничество, или всё-таки это престиж, красиво и так далее? Это можно в деньгах, в серьёзных вещах оценить? Хотя и престиж вещь серьёзная. Доброе чувство возникает у россиян, когда белорусский космонавт, особенно белорусская космонавтка летит, всё это очень греет душу. Наверное, кроме души, есть и прагматизм какой-то. Про прагматизм можно сначала, а потом про душу можно.  

А.ШУМИЛИН: Конечно, Владимир Константинович. У нас с российскими коллегами единая школа, мы все выходцы из Советского Союза, и программы Союзного государства. Многие космические разработки традиционно в Советском Союзе делали в Беларуси. Мы, слава богу, сохранили это сотрудничество и после распада Советского Союза. Сегодня многие исследования, которые делают российские коллеги, естественно они знают, в чём сильны белорусы, это всё даёт общий результат. Благодаря сотрудничеству с «Роскосмосом» в 2012 году Беларусь стала космической державой, запустив свой первый спутник дистанционного зондирования Земли. Хотя потом технологии, которые использовались в этом спутнике, в частности оптика, микроэлектроника, использовалась на ряде российских спутников. 

А теперь, как вы говорите, про прагматизм. Я вам приведу пример. Все наверно и в России, и в Беларуси занимаются спортом, все участвуют в Олимпийских играх, получают рекорды. Напрямую наверно олимпийский рекорд не даёт никакого эффекта и денег.    

В.МАМОНТОВ: Прибытка в карман не даёт. 

А.ШУМИЛИН: Да. Зарабатывают компании, которые транслируют матчи, зарабатывают на рекламе. В общем-то, спорт — это один из эффективных бизнесов. А космос — это отработка всех современных технологий. Нельзя сказать, что космические исследования сразу окупаются, это те технологии, которые потом получают своё развитие. Опять же приведу пример со спортом — это как играть в высшей лиге. Если у вас нет команды, которая играет в высшей лиге, и тренеров, которые позволяют достигать таких результатов, то какая вы высокотехнологичная страна, если у вас нет исследований в космосе.

Если мы берём микроэлектронику, беспилотники сегодня. Сегодня мы не удивляемся, что самолёты взлетают, приземляются; автомобили ездят — беспилотники. Эти технологии отрабатывались в космосе. Опять же, для того чтобы обеспечить телевидение, радио, телесигнал, поток, это технологии отрабатывались в космосе. И тот, кто первый их отработал, они потом дают толчок технологическому развитию, а потом соответствующему бизнесу.   

В.МАМОНТОВ: Ещё есть такой аспект, согласитесь вы со мной или нет. Мы, конечно, Международные космические станции создаём. У нас тут напряжённые отношения политические с американцами, а космонавты американские летают; мы их возим, сажаем, обихаживаем, как положено. Это, конечно, интересно. Но, с другой стороны, мы сейчас говорим о том, что будем создавать собственную орбитальную станцию, и Беларусь будет принимать участие, если я правильно понимаю. Это означает, что в космосе, помимо дружбы, науки, объятий, приятно было смотреть, когда они причалили к космонавтам, которые на орбите, это такая была трогательная встреча, человеческая радость объятий, это всё здорово. 

Но мне кажется, что сейчас, когда мы живём в то время, в которое живём, нам важно, чтобы в космосе мы были союзниками, мы были единомышленниками и мы развивали прежде всего самих себя. Это очень важная, мне кажется, история. Если я правильно понял, Беларусь собирается принимать активнейшее участие в создании нашей собственной станции, это хорошо. Такие совместные проекты должны быть у нас в приоритете. Что вы по этому поводу скажете?   

А.ШУМИЛИН: Несомненно, Владимир Константинович. Но я могу сказать точно: космос, как и все великие открытия, великие установки, если рассматривать орбитальную космическую станцию, это действительно очень серьёзная, затратная, уникальная лаборатория. Летающая лаборатория, в которой отрабатываются самые современные технологии, которые нельзя отработать на Земле. Беларусь не такая большая страна, как Россия, и непосильно было бы проводить такие исследования. Но у нас есть, как и во всём мире, уникальные разработки, которые могут быть полезны российским коллегам.

В.МАМОНТОВ: Это очень важно.

А.ШУМИЛИН: Возьмём любые международные центры, вы прекрасно привели пример — Россия, Беларусь и Соединённые Штаты Америки. Ведь космос ничей, это как океан, он принадлежит всему человечеству. Кстати, как и наука. Я всегда подчёркиваю: наука интернациональна, нельзя сделать какое-то открытие в какой-то одной стране, потом запатентовать его и никому не давать. Оно всё равно становится известно для всех. В своё время Фарадей открыл электричество, мы же сегодня все пользуемся электричеством, это благо для всего человечества. Когда случилась пандемия, весь мир был нацелен… Конечно, компании потом коммерциализацию заработали, тот, кто создал первый антивирус.     

В.МАМОНТОВ: И конкуренция возникла.

А.ШУМИЛИН: Но учёные работали над тем, чтобы создать противоядие, то есть почти всё человечество. Это посильно, как говорят, сверхдержавам. И не зря в космосе Соединённые Штаты Америки, Россия, сейчас Китай, когда становится мощной экономикой, все начинают работать на таких глобальных направлениях. 

В.МАМОНТОВ: Александр Геннадьевич, спасибо вам большое за комментарий. Давайте поклянёмся, что будем и дальше сотрудничать. Всего вам самого наилучшего. 

Беларускiя навiны 

Режиссёр Игорь Угольников в августе начнёт снимать фильм о партизанском движении в Беларуси в годы Великой Отечественной. Это фильм о легенде Беларуси батьке Минае, который создал практически партизанскую армию в годы войны. «Эта работа сценарная завершена. Я надеюсь, что в августе мы начнём съёмки», — сказал кинорежиссёр. По словам Угольникова, сейчас киностудия «Военфильм» также работает над сценарием для фильма «Оборона Тулы», передаёт ТАСС.

В.МАМОНТОВ: Эту культурную новость, патриотическую новость и очень важную мы попросили прокомментировать общественного деятеля, сопродюсера этого фильма, хорошо нам известного Геннадия Брониславовича Давыдько. Геннадий Брониславович, прокомментируйте эту историю.

Г.ДАВЫДЬКО: Пару слов про Игоря Станиславовича Угольникова, уникальнейшего человека, народного артиста России. Из комиков иногда вырастают полные мерзавцы, не будем напоминать кто.  

В.МАМОНТОВ: А иногда нет. 

Г.ДАВЫДЬКО: А из этого когдатошнего комика, знаменитого на весь Советский Союз, Игоря Угольникова родился мощнейший патриот и продюсер, кинопродюсер, который влюблён в родину и в историю этой родины, особенно что касается военной истории. Он ведь генерирует вокруг себя людей, похожих на него. В его компании огромная коллекция самолётов и танков, которые они реставрируют, приводят в ходовую часть. Игорь Станиславович сам летает за штурвалом боевых самолётов Второй мировой войны.  

В.МАМОНТОВ: Я не знал этого! Как здорово!

Г.ДАВЫДЬКО: Одним словом, Игорь Станиславович — человек крайне осведомлённый в том, что касается истории отечества, особенно военной истории. И вполне логично, что он является одним из организаторов, насколько я понимаю, и единоличным руководителем «Военфильма». Те картины, которые он продюсирует последнее время, просто шляпу снимаешь. С этими линейными, конкретными историями, без всяких фэнтези, без прикрас, а именно сочные, с яркими персонажами, с потрясающими историями картины, которые полюбились зрителю. Это очень интересно. 

И вот возникла идея сделать титульный национальный фильм белорусский, потому что их мало. На самом деле, наша киностудия «Беларусьфильм» имеет славную историю, но последнее время по ряду причину (не будем о них говорить) она оказалась на задворках не только искусства и киноистории, а вообще на задворках действительности, потому что кино — влиятельное искусство. Не то что Владимир Ильич Ленин обзывал его самым главным. Реально так, это главнейшее из искусств, которое влияет на эмоциональное поведение человека, на его формирование, на идеологию, внутреннее желание подражать кому-то; образ героя рисует именно кинематограф и образ будущего тоже. 

Прошлое, художником неосмысленное, преподаёт уроки. Пока художник не осмыслил прошлое, оно живёт в настоящем и не всегда так, как нам хочется. Великая Отечественная война вроде как осмыслена, а последующие события ещё не до конца пережиты. Тем не менее, на базе историй, которые нам даёт наша история, надо осмыслять настоящее и будущее. 

У нас есть такой герой потрясающий в Беларуси Минай Филиппович Шмырёв. Его звали батька Минай. Он был героем Первой мировой войны, в Великую Отечественную он вошёл уже сорокалетним с лишним человеком и советским руководителем. Он в первые же дни войны создал партизанский отряд, который действовал на территории Витебской области. Он держал огромную 14-километровую линию фронта открытой, и в тылу у немцев действовали райком, магазины, то есть кусок советской власти. И немцы ничего не могли сделать.    

В.МАМОНТОВ: Кусок советской власти сохранился. 

Г.ДАВЫДЬКО: Бои были страшные. Там трагедия семьи, которую взяли в заложники и расстреляли. Мощнейшая героическая история. И это вдохновило Игоря Станиславовича и группу сценаристов, которая вокруг него образовалась. Сценарий готов, он одобрен сценарным советом, который создан при музее Шмырёва в Витебске. На уровне белорусского вице-премьера уже принято решение поддерживать этот проект, уже практически есть средства. Всё идёт к тому, что где-то в июле будет запущен съёмочный процесс с началом съёмочного периода осенью, поскольку там зимняя фактура. Дай бог, на экраны выйдет к 2025 году к маю премьера этого фильма. Надеюсь, что она встанет в шеренгу других фильмов, которые воюют сегодня на передовой нравственности и патриотизма.

В.МАМОНТОВ: Геннадий Брониславович, вы сопродюсер этого фильма. И вы мне сказали, что все очень заинтересованы в том, чтобы фильм получился хороший. В частности, вы там над диалогами поработаете и так далее. Я знаю, что вы человек очень творческий. То, что вы рассказали про Угольникова, я правда не знал этих подробностей, как-то упустил я это из виду. Зная, что вы рассказали про Игоря Угольникова, зная вас хорошо, уже мне спокойнее за это кино. Если бы вы других людей начали представлять, у них названия фильмов красивые, вроде как патриотичные, а начнёшь смотреть — да провались ты пропадом, зачем мне такое осмысление истории. Я очень в вас верю.

Г.ДАВЫДЬКО: Владимир Константинович, вы тоже человек очень обаятельный, очень интеллигентный, но я знаю, что вы бываете очень жёстким. Так и Игорь Угольников при всей своей лицеокруглости, что касается профессии, что касается творчества, очень жёсткий и требовательный человек. Так что не сомневайтесь.   

В.МАМОНТОВ: Буду с огромным интересом следить за этой историей, буду ждать, посмотрю обязательно фильм и потом ещё напишу про него чего-нибудь, хоть в социальную сеть, хоть в наш журнал «Друзья-Сябры». Короче говоря, мы с удовольствием будем следить за любыми движениями, которые будут возникать по ходу этого фильма. Мы его возьмём себе на заметочку, потому что очень хорошая история, очень человечная, очень важная и нужная. А вам успеха, всего самого доброго.   

Г.ДАВЫДЬКО: Спасибо. Мы с удовольствием будем комментировать. 

В.МАМОНТОВ: И Игорю Станиславовичу передайте привет и успехов. 

Беларускiя навiны 

Беларусь вошла в топ-10 популярных туристических направлений у россиян. В 2023 году турпоток в страну вырос на 140%, отметил в приветствии участников II Российско-белорусского туристического конгресса генеральный директор ТАСС Андрей Кондрашов. «Взаимное погружение в историю и культуру наших братских народов даёт мощный стимул интеграционным процессам в Союзном государстве», — отметил глава информагентства.  

В.МАМОНТОВ: Эту новость мы попросили прокомментировать подругу-сябровку, нашу добрую знакомую Инну Евгеньевну Кандаурову, главного редактора газеты «Навiны Старадарожчыны». Инна Евгеньевна, рады вы гостям из России? 

И.КАНДАУРОВА: Мы очень-очень рады гостям из России, Владимир Константинович. Для нас огромная радость и гордость, что поток туристов к нам растёт. И для этого есть все основания: помимо нашей нерушимой, крепнущей дружбы, это ещё и рост интереса к туризму всех направлений. У нас действительно есть, что посмотреть. Мы к себе приглашаем туристов всех направлений. У нас прекрасный историко-культурный туризм, лечебно-оздоровительный, промышленный, агротуризм, гастрономический. Но на первое место сегодня по праву выходит патриотический. Очень много российских туристов посещают наши мемориалы, места боевой славы. Это то, что нас роднит, то, что делает нас единым целым. 

Тем более на календаре у нас 80-летие освобождения Беларуси в этом году и 80-летие Великой Победы в 2025 году. От глобальных памятников наших с мировыми именами, на которых нельзя русскому человеку не побывать, — это Хатынь, это Брестская крепость. Это просто непременно нужно. Все мы знаем, что такое война, мир, фашизм. Но эту прививку для души человек должен несколько раз в жизни обязательно получать, обязательно там бывать.

В.МАМОНТОВ: Это верно.

И.КАНДАУРОВА: Там непрерывный поток туристов сегодня. Это глобально. Но даже в наш небольшой район, где всего 20 тысяч население, сегодня приезжают российские гости, потому что они хотят поклониться памяти своих павших прадедов, которые освобождали нашу общую советскую родину. Все памятники у нас очень бережно сохранены. Местная власть оказывает содействие всем, кто приезжает. Мы всё это очень бережём. Мы возобновляем и отыскиваем имена павших героев, которые не были до сих пор известны. Поэтому это основное, главное направление.  

В.МАМОНТОВ: Инна Евгеньевна, вы так интересно рассказали про это, и действительно это очень важно. Вы упомянули агротуризм, это что означает? Это означает, что мы приехали отдохнуть, а вы сейчас на поле картофельное загоните российского туриста, пусть тоже немножко попашет, покультивирует. Что это за агротуризм?

И.КАНДАУРОВА: Я расскажу. Агротуризм — это посещение белорусских агроусадеб, где сегодня очень интересная, хорошая программа. Там можно попробовать традиционную кухню. 

В.МАМОНТОВ: То есть не только работать.

И.КАНДАУРОВА: Там можно посмотреть особенности традиционного быта белорусов; элементы дизайна наших усадеб, какими они были в старину; покататься на лошадках; посмотреть домашних животных. Это тоже здорово и занятно. 

В.МАМОНТОВ: Очень мило. Если кто-то сидит и думает: не поехать ли действительно в отпуск или на праздники в Беларусь; так вот я точно говорю, Инна Евгеньевна Кандаурова тоже, я думаю, полностью присоединяется и зовёт, там таких прекрасных хозяек много, это будет здорово. А сейчас давайте на кухню пойдём. 

ХУТКАЯ ЛЫЖКА  

И.КАНДАУРОВА: Владимир Константинович, как вы относитесь к блюду, если вам приходилось его пробовать, под прекрасным, поэтическим названием «Верещака»?       

В.МАМОНТОВ: Ничего не знаю.

И.КАНДАУРОВА: Не знаете верещаку?!

В.МАМОНТОВ: Да позор мне! Я здесь ещё делаю вид, что какой-то знаток Беларуси. Ни черта не знаю про верещаку! Расскажите.  

И.КАНДАУРОВА: Берём 200 г жирненьких свиных рёбрышек. Берём 200 г домашней колбаски, которую в Беларуси называют «пальцем пханая». Лук — штучки три средних; пару столовых ложек муки; стакан тёплой водички; лавровый лист; специи по вкусу. Я кладу чёрный перец-горошек и душистый — не много, чтобы не испортить сливочный, мясной, мучной вкус готового блюда. Режем мелко грудиночку и обжариваем её до коричневого цвета, до хруста, пока весь жир не вытопится. Затем добавляем туда помытые порезанные рёбрышки; пусть вместе жарятся. Немножко они обжарятся, станут румяненькими, добавляем порезанные колбаски. Затем всё вместе жарим 10-15 минут; должно немножко зарумяниться, но не стать сухим, пережаренным.

Тем временем на отдельной сковородочке мы обжариваемся мелко нарезанный кубиком лук; добавляем к луку мясо и вместе их ещё прожариваем 10 минут. А тем временем смешиваем тёплую водичку и муку, чтобы комочков не было. Для этого водичку можно слегка подсолить. И эту мучную смесь добавляем к мясу. Мы это всё перемешиваем, добавляем лавровый листик и перец, мешаем-мешаем и на небольшом огне тушим. Всё это загустеет, получится мясное ассорти в густой сытной вкусной подливке. 15 минут под закрытой крышкой тушим, периодически помешивая. Некоторые хозяйки добавляют рубленую зелень. Я этого не делаю, мне кажется, она немножко искажает вкус блюда.

А фишка ещё состоит в том, что верещака подаётся с блинами. Это очень вкусно. Я буду рада, если всем понравится.  

В.МАМОНТОВ: Уверен абсолютно, что понравится. Я сейчас воспользуюсь служебным положением и скажу: Инна Евгеньевна, в следующий приезд в Беларусь, а может быть вы будете твёрдо знать, что в каком-то добром ресторане готовят хорошо. Надо как-то пробовать это блюдо удивительное. Вы рассказали прям «язык проглотишь».  

И.КАНДАУРОВА: Это в самом деле вкусно. Я счастлива буду вас видеть, приветствовать на белорусской земле, а верещаку, если что, я и сама приготовлю. 

В.МАМОНТОВ: Я так вилял-вилял, я напросился, короче говоря. Инна Евгеньевна, наша с вами рубрика про туризм и про кухню завершает наш радиожурнал. Поэтому я вам говорю огромнейшее спасибо за комментарий, за то, как вы всё нам рассказали, и всяких вам успехов. До новых встреч.

И.КАНДАУРОВА: Большое спасибо, до встречи. Мы очень, очень, очень любим дорогих наших русских братьев.

В.МАМОНТОВ: Спасибо, всего вам самого лучшего.