• "Антикризис профессора Кричевского" от 07.11.2015

    11:05 Ноя. 7, 2015

    В гостях

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте, господа! «Антикризис профессора Кричевского» на радио «Говорит Москва». В студии я — Никита Кричевский. Мы снова вместе. Неделю назад нас с вами разлучила страшная трагедия, катастрофа в небе над Египтом, и именно поэтому была отменена программа недельной давности. Но всё возвращается на круги своя. По крайней мере, наша с вами встреча вновь происходит в субботу, в самом начале двенадцатого.

    Продолжим эстафету, возьмём эстафетную палочку из рук Юрия Будкина и Ольги Данилевич — будем разговаривать о Египте, будем разговаривать о Шарм-эль-Шейхе, будем разговаривать о том, что российская туриндустрия понесёт определённые потери. Кроме этого, будем говорить о том, что временная приостановка трансферов в Египет наслаивается на и без того непростую ситуацию в российской гражданской авиаотрасли. И, конечно, «самая «малость» — мы поговорим о том, что десятки, если не сотни тысяч людей на Новый год вместо того, чтобы поехать, например, в тот же Египет или ещё куда-то, скорее всего, останутся дома. Об этом сегодня, как правило, никто не говорит. И вы знаете, отчасти правильно не говорят, потому что обеспечение безопасности — это, как ни крути, приоритет. Правильно говорят мои слушатели: в девяностые годы всем было плевать на то, что происходит с нашими гражданами за границей. Сегодня ситуация несколько иная, я бы сказал — принципиально иная. На самом верху обсуждается вопрос об эвакуации, о досрочном возвращении российских туристов, и понятно почему.

    Кстати говоря, по разным конспирологическим данным, версия о теракте на борту, которая до сих пор не является официальной, нет сколь-нибудь существенных подтверждений, — эта версия рассматривалась в качестве одной из основных, если не приоритетной, уже в день катастрофы. Отчасти с этим связано то, что высшие руководители государства все первые дни после катастрофы молчали. Вопрос был в том, как реагировать и что говорить людям. Потому что, с одной стороны — это отказ старой авиатехники, с другой стороны — это взрыв на борту. Ну и, кроме того, в последнее время всё больше и больше сообщений (особенно в западной прессе, на западном телевидении), подтверждающих самую неприятную версию, а именно то, что в самолёт «Когалымавиа» каким-то образом попала бомба, сработавшая через некоторое время после взлёта.

    73-73-948. SMS-сообщения: +7 (925) 8888-948. И, как всегда, средства электронной коммуникации: вы можете написать письмо на сайт govoritmoskva.ru, а можете отправить твит на @govoritmsk.

    «Лучше скажите, где взять деньги на заграничный отдых, вы же профессор», — спрашивает Господин Крейг, это сообщение с сайта. Работать, Господин Крейг. А вы думаете, все остальные люди деньги, которые они потратили на поездку на Новый год, нашли на помойке или где-то на улице? Господин Крейг, работайте, работайте! Вместо того чтобы писать подобные сообщения нам на сайт, я полагаю, что вам стоит подумать, напрячь свой мозг и понять, где лучше применить ваши, вне всякого сомнения, бесподобные интеллектуальные и трудовые способности.

    «Говорят, будет ралли по доллару», — это 129-й присылает. Это не та тема, господа.

    Давайте начнём с турагентств, давайте начнём с туротрасли. Светлана Логунова — исполнительный директор турфирмы KapriS, наш постоянный эксперт — у нас в эфире. Светлана Леонидовна, доброе утро.

    С. ЛОГУНОВА: Доброе утро, Никита Александрович.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Светлана Леонидовна, сегодня раздаются самые разные всхлипы и стоны по поводу того, что у нас туриндустрия обанкротится, по поводу того, что вслед за туриндустрией посыплются и страховые компании. Насколько серьёзна ситуация?

    С. ЛОГУНОВА: Ситуация на самом деле очень и очень серьёзная. Я, если честно, не припомню такого количества проблем в нашей стране, которые бы так сильно отражались на нашей туриндустрии, туротрасли. Мы не успели оправиться ещё от банкротства «Трансэаро», от отмены и закрытия компании «Трансэаро», как эта проблема с закрытием рейсов в Египет. Вчера вечером фактически перед фактом нас поставили. Конечно, мы были все в шоке. Потрясены и мы, и наши туристы, наши клиенты. И что будет дальше, как это всё будет развиваться, вообще непонятно.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Светлана Леонидовна, я вас перебью. Смотрите, за последние пять лет это третий случай, когда приостанавливается гражданское авиасообщение с Египтом. Первый раз это было в 2011 году, второй раз — если мне память не изменяет, в 2013-м. Неужели в этот раз, особенно после того, как англичане (вторые после нас по турпотоку в Египет) приняли решение об эвакуации своих граждан, вы не предполагали, что нечто подобное может произойти и у нас? Или мы плюнули на это дело, махнули рукой и как ни в чём не бывало продолжаем плескаться в Красном море?

    С. ЛОГУНОВА: Никита Александрович, на самом деле крушение самолёта произошло неделю назад. Конечно же, за неделю не было таких сильных продаж. Все продажи в Египет были гораздо раньше. Египет — это то направление, которое не имеет альтернативы. Туда едут люди, у которых не очень много денег, но которые хотят отдохнуть.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: В среднем это стоит на две недели, насколько я знаю, в районе 50–70 тысяч за тур. Я правильно говорю, ничего не путаю?

    С. ЛОГУНОВА: Да.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Это посильные деньги, особенно если вы хотите слетать на Новый год и имеете возможность откладывать часть своих заработков на протяжении, скажем, полугода.

    С. ЛОГУНОВА: Совершенно верно.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Так вот, у меня вопрос: а так ли уж страшен чёрт (я имею в виду банкротство турагентств, туроператоров), как его малюют, Светлана Леонидовна?

    С. ЛОГУНОВА: Я думаю, что это очень серьёзно и очень страшно. Смотрите, что сейчас происходит. Допустим, к примеру, я беру свою компанию. У нас за период с 7 ноября по 31 декабря должны улететь в тур 79 человек. То есть туры полностью проплачены людьми, нами туроператору и, соответственно, туроператором авиакомпании и отелям.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: У меня в связи с этим вопрос к вам: вы сможете вернуть деньги этим людям?

    С. ЛОГУНОВА: Разумеется, нет.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Почему?

    С. ЛОГУНОВА: Потому что денег как таковых нет.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ну, понятно. Вы их отправили в Египет, туроператорам там, заплатили за трансфер. Это всё понятно. Как вы будете выходить из этой ситуации, вот лично ваша компания? Знаете, абстрактно, как нам рассказывают, как нам объясняют, — это, конечно, всё здорово, это безумно интересно и, наверное, даже познавательно, но вы человек, который непосредственно занимается турбизнесом. Как лично вы, ваша компания KapriS будет выходить из этой ситуации?

    С. ЛОГУНОВА: Конечно, мы смотрим на туроператора и надеемся на туроператора. Были же у нас случаи, когда туроператор не мог отправить. Когда закрылся «Южный Крест», мы отправляли, но этих туров у нас было не очень много. Мы отправляли этих туристов до выяснений, разбирательств с туроператором и возмещения денег от страховой за свои деньги. Вы же понимаете, отправить 79 человек куда бы то ни было в другой тур за свои деньги — это нереально.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Я к тому, что вот только вас там и ждали, Светлана Леонидовна.

    С. ЛОГУНОВА: Абсолютно верно.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Я так понимаю, там уже и без вас всё забронировано, особенно если учесть, что до нового года остаётся чуть больше полутора месяцев.

    М. ЛОМИДЗЕ: В том-то и дело, о том и речь. То есть, если сейчас начнётся перебронирование… Допустим, у нас вылеты и сегодня. Туроператоры говорят, что возврата денег не будет, а будет перебронирование на другие направления. Но встаёт вопрос: на какие направления?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А какие направления могут быть сегодня в принципе? По транспортной доступности мне на ум ничего, кроме Эмиратов, не приходит.

    С. ЛОГУНОВА: Так оно и есть.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А Эмираты дороже, причём дороже раз эдак в несколько.

    С. ЛОГУНОВА: На порядок.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ну не порядок, Светлана Леонидовна. Ну что вы? Кратно дороже, но не на порядок. Понятно, что если 50–70, то Эмираты не стоят 500–700. Или я ошибаюсь?

    С. ЛОГУНОВА: Нет. За 50–70 можно уехать в пять звёзд (не очень дорогих) в Египте. А в Эмиратах это будут стоить три звезды на второй линии и на завтраках.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: То есть без all inclusive?

    С. ЛОГУНОВА: Ну да. Пять звёзд в Эмиратах, плохонькие, будут раза в три больше точно. То есть понятно, что люди не поедут, а они будут требовать возврата денег.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: И вы будете смотреть на то, как себя поведут туроператоры?

    С. ЛОГУНОВА: Да, совершенно верно.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Потому что сегодня свободного денежного потока, естественно, не хватит для того, чтобы закрыть возврат хотя бы даже по вашим почти 80 туристам.

    С. ЛОГУНОВА: Да.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Спасибо вам большое, Светлана Леонидовна. Это Светлана Логунова, директор туристической фирмы KapriS, наш постоянный эксперт.

    Это много, особенно если учесть… Я знаю, и по прошлым выпускам мы это слышали: в тех случаях, когда возникает форс-мажор, скажем, по единичным турам, фирма KapriS отправляет пассажиров за свой счёт, когда банкротятся те или иные авиакомпании и происходят некоторые другие события, которые иные рассматривают в качестве форс-мажорных.

    73-73-948. Господа хорошие, что делать-то? Понятно, турбизнес — это всё здорово. Я думаю, что они с голоду не помрут. Туроператоры? Господи, наживут на других направлениях. Авиакомпании? Вот уж о ком беспокоиться не стоит, так это о них. Я предлагаю поговорить о нас с вами — о тех, кто собирался встретить, предположим, Новый год на Красном море, о тех, кто (уж не дай бог, но я такие случаи знаю) заказал тур на Красное море, да ещё через авиакомпанию «Трансэаро». Нам-то что делать? У меня, честно скажу, нет готового ответа на этот вопрос. Может быть, вы подскажете (и не только мне, но и всем, кто нас сегодня слушает).

    Доброе утро. Слушаем вас. Представляйтесь, пожалуйста.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Меня зовут Андрей. Я также директор турагентства, как и Светлана. В общем, то, что сейчас будет твориться с этим несчастным Египтом, мне даже страшно представить. Я просто счастлив, что я лично не продаю в Египет. С 2011 года, когда там первый раз началась эта история, мы от продаж на Ближний Восток решили полностью отказаться. И слава богу, как видите. То есть тогда у нас спрашивали за Египет, и мы давали визитки турфирм, которые отправляли в Египет.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Вы знаете, Андрей, я должен вам сказать (может быть, несколько разочаровывающе это прозвучит), что риск-менеджмент в данном случае хреновый. Знаете, почему? Потому что не попали на Египет, но, вполне вероятно, могли бы попасть, предположим, на «Трансэаро». Ведь то же форс-мажор, тоже ни с того ни с сего в сентябре — бабах! — и на бетон.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы правы. Просто сейчас это будет головная боль, особенно для турагентств. С одной стороны будет давить турист: «Верните деньги». А с другой стороны — туроператор, который скажет: «Мы денег не вернём. Летите лучше на Кипр».

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А на Кипре +17 вода!

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: В том всё и дело.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: 16–17 — это в ноябре. А сколько будет на Новый год, так вообще не поймёшь. То же самое, кстати, и с Турцией. Только если, как нам говорили, в Лимасоле сегодня +24, то в Турции, скорее всего, в эти месяцы шторм. И что там делать? Спать?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Только свежим воздухом подышать, и всё. Купаться — нет.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ну да, выпивать и закусывать. Андрей, спасибо вам огромное. Не даёте вы мне ответа на вопрос, что же нам всем делать. Может быть, кто-то другой подскажет?

    Доброе утро.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Здравствуйте, Никита. Александр меня зовут.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте, Александр.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я сначала хочу сказать, что мне не жалко ни турагентств, ни туроператоров, потому что они на наших бедных туристах наживаются. Я сам в Египет летал каждую зиму и летаю. А что делать? Я думаю, что англичане приостановили полёты первые правильно. Наши не могли после англичан уже продолжать летать. Пусть Египет наводит порядок в сфере безопасности на Синае.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: О’кей, принято. Александр, принято. Как? Ушёл!

    Очень хорошая тема-то. А как мы будем оценивать, навели египтяне порядок в том же аэропорту Шарма или нет? Ведь это не наши туристы рассказывают о том, что тогда, когда катится багаж по ленте и когда он просвечивается на предмет обнаружения чего-то запретного, человек, ответственный за этот процесс, просто сидит и играет в своём смартфоне. Это не мы писали. Не мы писали о том, что за 20 фунтов можно пройти вообще без всякого досмотра. И это снова не мы писали, а это писали англичане — то есть те, которые ещё полвека назад (может быть, сегодня уже чуть больше) расценивали Египет как свою вотчину. Они ушли оттуда, если мне память не изменяет, всё-таки не полвека назад, а чуть больше, в середине 50-х, причём они это сделали, что называется, под давлением. Но тем не менее они до сих пор смотрят и на Египет, и на Кипр как на свои дочки неформальные, что ли. Вот как это оценить? Англичане сочли за лучшее своих людей оттуда вывезти. Мы сделали то же самое, но буквально с опозданием на день-два. А как определить, стоит ли отправлять туда наших людей или стоит ждать нового крушения самолёта, только уже не над Синаем, а, скажем, над Средиземным морем?

    Добрый день. Слушаем вас. Представляйтесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Никита. Меня Владимир зовут.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте, Владимир.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Волне можно отправить туда нашу авиационную безопасность, и пусть они там тоже контролируют. Египтяне в этом тоже заинтересованы.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А что такое «авиационная безопасность»? Что это такое? Как вы её себе представляете?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Командировать наших сотрудников.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Каких?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Которые у нас в аэропортах работают. Пусть они вместе с египтянами всё это контролируют. Плюс на самолётах можно маршалов посылать в составе экипажа, которые будут следить, чтобы там никто не залез к нам в двигатель, ничего не пихнул. Вполне это реально и осуществимо. Если египтяне так страдают без наших туристов, они, я думаю, вполне пойдут на эти меры.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Вы знаете, я думаю, что те самые ответственные секретные сотрудники уже находятся в Египте, и они наверняка будут следить за тем, как будет погружаться багаж.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Можно и не секретных, можно вполне легально ввести их в штат, и пусть они там базируются. Туроператоры дадут им места в гостиницах. У меня брат регулярно летает…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Подождите, подождите! Тихо-тихо-тихо! По поводу брата чуть попозже. Смотри, к примеру, великое, могучее, самое крутое на все времена государство (неважно какое) заявляет о том, что у него есть данные о том, что с их гражданами может произойти какое-то несчастье во время перемещения по стране и во время вылета, например, из нашей страны. И они обращаются — да что там обращаются? — они присылают нам своих сотрудников, которые будут отвечать наравне с нашими за авиационную безопасность. Не воспримите ли вы это как вмешательство в наши внутренние дела, в нашу юрисдикцию, в работу наших спецслужб? Я не сомневаюсь, что воспримите.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет. Если это бьёт по моей экономике так сильно, как сейчас это бьёт по Египту (2 миллиона наших туристов там), то нет. Бьёт к тому же и по нашей отрасли туристической. То есть сейчас люди страдают, которые год работали, впахивали. Туда же не совсем бедные люди, а как раз средний рабочий класс едет отдыхать.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Среднего достатка, да.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Если государство даже и принимает такие меры, оно вполне может (и, по-моему, должно) компенсировать это всё. Возможности есть. Путину в бюджете выделили фонд, которым он распоряжается. Вполне можно выделить несколько миллиардов из него, чтобы оплатить это всё дело. А не вот так: запретили и бросили на произвол людей.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А какое дело Путину нужно оплачивать из своего фонда?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Почему не оплатить туристам, людям компенсировать их затраты, а потом уже разбираться, на что это всё потрачено? Кстати, сегодня посмотрел. Я лечу через неделю в Таиланд. Билеты покупали по 35 тысяч на человека, а сегодня эти же билеты (две недели назад покупал) уже 60 тысяч. «Аэрофлот».

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Потому что срок-то сдвигается.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Под шумок ещё они наживаются на людях вот таким образом.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Да ну ладно! Ну что вы? Спасибо вам большое за звонок. Любая авиакомпания по мере приближения даты вылета, естественно, поднимает цены. Это абсолютно нормально, и так делают все авиакомпании, уж поверьте мне на слово.

    Доброе утро.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Здравствуйте. Меня зовут Олег.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Олег, здравствуйте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я хотел вот что сказать. Мне кажется, что эта игра в войну, которую наше правительство устроило…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Да я не про это спрашиваю! Спасибо вам за звонок. Может быть, кто-то посоветует, кто-то подскажет, что же делать-то простым людям? А вот по поводу войны, по поводу воздушных маршалов, по поводу авиационной безопасности… Всё вы правильно говорите, ребята, но что делать? Вот Светлана Логунова из KapriS рассказывает о том, что сегодня должен мужик лететь. Сегодня! Вот ему-то что делать? Ехать в Белоруссию, как Ольга Данилевич подсказывает, и лицезреть курочек с утятками? Исследовать бескрайние просторы нашей Родины? Человек хочет просто, уж извините, искупаться и погреться на солнце. Вот с этим что делать? Потому что должна быть какая-то адекватная замена. Я не говорю о том, что надо включить ультрафиолетовое обучение и поставить везде соответствующие аппараты, нет, но что-то должно быть взамен.

    Доброе утро.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Я хочу сказать, что если добросовестно сбросим цену на топливо, уберём хотя бы парочку посредников и пустим нормальные самолёты, та же Шри-Ланка будет заменой Египту — не дороже.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ой, спасибо. Да, да, да. Если сделать это в ноябре, то сто процентов невозможно, потому что это бюджет. Что касается следующего года.

    Я неоднократно предлагал, в том числе в эфире нашей программы, убрать НДПИ внутри страны. Ну почему мы должны платить налог на добычу полезных ископаемых с наших же природных ресурсов? То есть фактически мы сами себе его платим. Ну зачем? Обложите пошлинами, введите НДПИ на экспорт (там половина экспорта по нефти и треть экспорта по газу), а внутри страны отмените — соответственно, и авиационный керосин будет дешевле. Ну, это всё разговоры, мысли, домыслы, предложения вслух. Ну да, что-то в этом есть, но мы же всё понимаем: НДПИ — один из бюджетообразующих налогов. С людьми-то что?

    Доброе утро. Алло. Тише радио! Тише, пожалуйста!

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Доброе утро. В принципе, вы правы, два варианта. Первый вариант — удешевить полёты. Может быть, как в далёком Советском Союзе, работать по сменам, то есть сегодня летит смена в Шри-Ланку, завтра летит смена на Мальдивы, и так далее — для того, чтобы обеспечить наполняемость рейсов.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Но вы же понимаете, что этого не будет?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Понимаете.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Тогда второй вариант остаётся.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Какой?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Грубо говоря, люди должны понимать, куда они летят. Данная ситуация очевидной была. Когда на Синае идёт война, когда у египтян постоянно идёт шум, лететь на Ближний Восток — видимо, это рискованно.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ой, спасибо вам большое. Русский мужик… русский человек (что там мужик?) всегда полетит на авось, всегда полетит в надежде на то, что уж с ним-то это не произойдёт, всегда будет надеяться на лучшее, всегда будет уверен, что уж он-то выскочит в самую последнюю очередь, сорвав куш. Вы понимаете, что я сейчас говорю. Не только и не столько о Египте и о зарубежных авиатранспортных путешествиях, сколько вообще о нашем образе жизни. Нет, господа. На то и существует государство, чтобы гасить эти, может быть, не очень мудрые черты национального характера.

    Вопрос остаётся открытым. И в течение всей программы, если у вас созреет мудрая мысль, совет тем, кто в эти дни стоит перед фактом, что, скорее всего, он на Новый год никуда не полетит, — вот если вы найдёте, что посоветовать, то милости просим. Пока же новости — и меняем тему.

    НОВОСТИ

     

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте, господа! «Антикризис профессора Кричевского» на радио «Говорит Москва». В студии я — Никита Кричевский. Продолжаем нашу программу.

    Я вас очень прошу: дорогие мои товарищи, давайте сползать с темы приостановки полётов в Египет. Полтора часа сидим на этой теме, если взять час программы «Подъём», который длился с 10 до 11, с Юрием Будкиным и Ольгой Данилевич. В мире происходят события, в России происходят события тоже достойные того, чтобы осветить их в нашей программе, для того чтобы поговорить о них, о том, что они из себя представляют. Давайте пару звоночков — и побежим дальше.

    Доброе утро.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Доброе утро. Я хотел бы сказать по поводу того, что же делать теперь в этой ситуации. На мой взгляд, для всех уже очевидно… Сергей, Москва, кстати, а то я не представился. Я хотел сказать, что очевидно, что потребительские запросы все сейчас будут менять, вне зависимости даже от этих событий. На мой взгляд, сейчас арендовать комфортную дачу в Подмосковье, к примеру, для жителей столицы тоже стало бы актуальным. Как вам такой выбор?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ну, как вариант — да. Почему нет, собственно говоря? Спасибо вам большое.

    Доброе утро. Слушаем вас. Алло.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Здравствуйте. Я по поводу отмены рейсов, туристических поездок в Египет. Я бы не отменял их.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Понятно. Спасибо вам большое. Их уже отменили. Нужно было говорить об этом вчера утром. Может быть, телеграмму отбить, я не знаю, Владимиру Владимировичу: «Дорогой Владимир Владимирович, я полагаю, что отменять рейсы в Египет не следует. Всё хорошо, дорогой Владимир Владимирович». Русский человек, как говорил наш незабвенный Николай Васильевич Гоголь, не любит умирать своей смертью.

    Доброе утро. Третий звонок — и всё. Бог троицу любит.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Сергей, Москва. Вы говорили, что делать в этой ситуации?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Да!

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Тут нужно несколько слоёв разделить. В долгосрочной перспективе, чтобы в Египет вернуться, действительно нужна там совместная служба авиационной безопасности. Может быть, даже вести речь о том, что должен быть отдельный аэропорт вместе с военной базой. Ну, это совсем далеко. А в краткосрочной перспективе всё просто, чуда нет: у кого есть деньги, поедут в Эмираты, а у кого денег нет, но готов рискнуть, можно полететь, например, в третью страну типа Турции и получить то же самое, на что претендовали.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ой, вас бы с вашими советами к президенту да в кабинет! Я думаю, уж по крайней мере с Египтом мы бы разобрались.

    Несколько сообщений. «Те, кто едет в Египет, хотят тепла и моря, а не в Подмосковье на даче слякоть месить», — пишет нам Юрий через сайт. Вот здесь было хорошее сообщение, сейчас… «В советские времена зимой в санаториях купались в бассейнах с морской водой и загорали под кварцевыми лампами — дёшево и мило». С Днём Великой Октябрьской социалистической революции, дорогой наш слушатель Иван! Григорий из Санкт-Петербурга: «В Израиле 70 лет война. Туда можно без визы. И Красное море там есть». Ну да, тоже как вариант.

    Кстати, а почему бы и нет? Почему мы упираемся в Эмираты? Я не исключаю, что Израиль тоже может быть выходом из этой ситуации. Правда, мне очень сложно представить, как отреагируют туроператоры на это предложение, потому что (повторюсь ещё раз) только нас и ждут за полтора месяца до Нового года. Вот думают: «Когда же русские-то проснутся, господи ты боже мой? А то мы соскучились».

    «Даёшь в Ессентуки!» — 682-й. Держите. «А мне моя шкура дороже, чем поездки в Египет», — 724-й. Тут высказывание непонятных членов-корреспондентов приводятся. Ну и наконец сообщение в кассу от 657-го, самое главное сообщение: «А вы не знаете, скоростную Ленинградку сделали платной?» Нет, дорогой вы мой слушатель, не сделали! Только вчера по ней ехал, всё нормально! Хотя скоро будем платить копеечку. Кому? Это отдельный разговор. Вот введут — тогда и будем разбираться.

    А пока я предлагаю вам вернуться на неделю пораньше и вспомнить о том, что в самом конце октября (а конкретно — 28-го числа, в этих числах) в Москве проходил форум «Открытые инновации». Я собирался о нём разговаривать ещё в прошлой передаче, но полагаю, что эта тема сквозная во всей нашей общественной и государственной мысли на протяжении последних пяти-шести лет. И связано это и с несостоявшейся и ныне забытой модернизацией, и с инновационным развитием экономики, которое олицетворяет собой не только бывший президент Медведев, но и, например, глава «Роснано» господин Чубайс. И, конечно, здесь же нужно упомянуть и о «Сколково» — о проекте, который инициировал работавший в те годы президентом Дмитрий Анатольевич Медведев.

    Дмитрий Анатольевич Медведев 28 октября выступил на форуме «Открытые инновации» и сообщил нам очень приятную весть: оказывается, «бизнес-среда в России становится более предсказуемой, позволяя вкладывать финансовые ресурсы в инновации». Когда я это прочитал и обратил внимание на название это форума (а именно: «Открытые инновации»), мне вспомнилось, что некоторое время назад подобную классификацию инновационных процессов — «открытые инновации» и «закрытые инновации» — предложил некто Генри Чесбро, зарубежный, англосаксонский исследователь в области инновационного менеджмента и внедрения инноваций в наш реальный сектор.

    Так вот, по Генри Чесбро, термин «закрытые инновации» означает, что компании должны генерировать, разрабатывать идеи, создавать на их основе продукт, выходить с ним на рынок и заниматься его распространением, причём они должны это делать, что называется, в замкнутом режиме. Альтернативой закрытым являются те самые открытые инновации, именем которых и был назван прошедший форум. Парадигма, согласно которой считается, что фирмы могут и должны наряду с собственными использовать и внешние идеи.

    Какой смысл вкладывали в наименование форума «Открытые инновации» его организаторы, честно говоря, мне не очень понятно. Ну, может быть, это открытая инновационно Россия, может быть, это разговоры: «Ну давайте открывать, что называется, нашу промышленность, наш реальный сектор, собственно, нашу экономику в целом для инноваций. Мы к этому готовы». Ну потому что не бьётся как-то термин «открытые инновации» общей моделью, общими высказываниями, прозвучавшими на форуме.

    Кстати говоря, вот что говорил Медведев по поводу вложений — вложений в инфраструктуру, вложений в развитие инновационной деятельности в Россию. Это всё очень интересно. У меня только один вопрос: а вкладывать что? И кто? Точная цитата выглядит, точнее, звучит так: «У нас появляется возможность вкладывать в инфраструктуру, создавать более комфортную среду для инноваций, реализовывать такие проекты, как „Сколково“, заниматься венчурным инвестированием».

    Вот общие слова на грани популизма с демагогией, которые рекой лились все последние годы. Возникает вопрос: «у нас» — это у кого? И тут же получается ответ: очевидно, у правительства, поскольку господин Медведев олицетворяет собой правительство. И дальше возникает следующий вопрос: а если взять мировой опыт, насколько актуальным и оптимальным выглядит венчурное инвестирование, о котором говорил господин Медведев?

    Сейчас в Москве продаётся книга Джеффа Малгана «Саранча и пчела». Я вам настоятельно рекомендую её купить и прочитать. Там есть несколько моментов, связанных с инвестированием в инновации в Соединённых Штатах (простите, что не к ночи помянутых). Так вот, смотрите, по поводу финансирования инновационной деятельности. 47% — это внутреннее финансирование бизнесом, то есть, очевидно, это не совсем то, о чём говорил господин Медведев. 24% — меценаты, то есть богатые люди, которые предпочитают вкладывать свои денежки в инновационное развитие, в стартапы, в бизнес-модели, являются некими бизнес-ангелами. 23% поступает от федерального правительства и правительства штатов (обратите внимание — меньше четверти). 4% — университеты. 2% — венчурный капитал.

    И здесь я снова отсылаю нас с вами к цитате из Медведева, который сказал: «У нас появляется возможность вкладывать в инфраструктуру, создавать более комфортную среду для инноваций, реализовывать такие проекты, как „Сколково“, заниматься венчурным инвестированием». Венчурное инвестирование даёт в США аж 2% от общего объёма инвестиций в инновации. 23% даёт государство в лице федерального правительства и правительств в штатах. Основная часть — всё-таки это вложения бизнеса. Но где гарантия того, что у бизнеса есть возможности и есть стимулы вкладывать? Об этом ничего не говорилось.

    Тем не менее, в той же книге у Джеффа Малгана сказано, что одним из показателей значимости государства (имеется в виду инновационная деятельность) является то, что в Соединённых Штатах 77 из 88 самых важных инноваций зависели от поддержки федерального правительства (при том, что удельный вес государственных вложений — 23%). Так вот, 77 из 88 — это вложения государства.

    И тут, уж извините за нескромность, я отсылаю вас к своей собственной книге «Экономика во лжи» (которая точно так же сейчас, я надеюсь, ещё продаётся в книжных магазинах), где я в том числе приводил в пример сланцевую революцию в США, которая начиналась в самом начале второго десятилетия нынешнего века. «Широкую известность, — писал ваш автор, — получило высказывание президента США Барака Обамы, сделанное им 30 марта 2011 года в Джорджтаунском университете, — далее идёт цитата: — „Сегодня я устанавливаю новую цель — разумную, достижимую, необходимую. На момент, когда я был избран президентом США, Америка импортировала 11 миллионов баррелей нефти в день. Чуть более чем через десять лет мы сократим этот показатель на треть. Реализация новой цели зависит от двух вещей: поиск и добыча большего количества нефти на нашей территории плюс использование экологически чистых альтернативных источников топлива и более рациональное использование энергии“».

    Совершенно очевидно, что разговор во многом (если не в определяющем значении) о поддержке инноваций в этой сфере. Вот совершенно конкретный предмет разговора: «Я ставлю цель — мы должны через десять лет сократить показатель импорта нефти и нефтепродуктов на треть». Это имело отношение и к газовой промышленности.

    И вот результаты: по итогам первой половины 2013 года Америка впервые с начала 80-х годов обогнала Россию по объёму добычи природного газа. В январе-июле 2013 года в США было добыто приблизительно 494 миллиарда кубов, тогда как в России — 384. Что это значит для экономики? Что это значит для простого американца? «За 2008–2013 годы, в том числе за счёт наращивания собственного производства, включая добычу нетрадиционных энергоносителей, США почти в два раза снизили внутреннюю цену на газ, чем значительно поддержали свою промышленность. В 2012 году сланцевый бум позволил среднеамериканской семье сэкономить более 1 000 долларов за счёт низких счётов за энергию и уменьшения цен на товары и услуги. Предполагается, что в 2015 году этот показатель увеличится с 1 000 до 2 000 для среднего американского домохозяйства, а к 2025 году — до 3 500».

    Я здесь опять же наберусь наглости и повторю своё предложение об отмене налога на добычу полезных ископаемых внутри страны. Совершенно очевидно, что в нынешних условиях — в условиях кризиса в российской экономике и крайне нездоровой внешней ситуации — возможно, не будет лучшего подспорья для того, чтобы поддержать население и бизнес, чем отменить взимание НДПИ внутри страны. Вот как будет формироваться бюджет, господа хорошие, — не наше с вами дело, нам за это зарплату не платят. Ну, почему-то американцы смогли уменьшить траты на электроэнергию среднего домохозяйства, как я говорил, в 2012 году в среднем на 1 000 долларов, а в 2015 году на 2 000 долларов, а у нас всё в другую сторону. При том, что мы не импортируем ни нефть, мы не импортируем ни газ, мы не импортируем другие источники энергии, в отличие от тех же Соединённых Штатов.

    И, наконец, последнее по поводу «Сколково». У нас на дворе конец 2015 года. Я вам напомню, что «Сколково» как проект начался в сентябре 2010 года (то есть больше пяти лет назад), когда был принят пакет законопроектов о создании инвестиционного и инновационного города «Сколково». В том же месяце фонд «Сколково» приступил к отбору инженерных проектов и наград. Первые 4 миллиона средств из государственного бюджета фонд «Сколково» получил в октябре 2010 года.

    Кстати говоря, я нашёл очень интересную цитату из господина Дворковича — того самого, который сегодня является ещё до кучи и председателем комиссии по возврату, по перемещению обратно в страну десятков тысяч российских туристов из Египта. Господин Дворкович в 2011 году говорил о том, что строительство «иннограда» должно было начаться в первой половине 2011 года и занять один год. То есть весь «инноград» должен был возведён уже в 2012 году. Однако 60% территории планировалось отдать под жилищную застройку, 22% — под научно-производственные площади, и, соответственно, 2% — под строительство нового университета.

    Насколько я знаю, жильё там построено и активно продаётся. Вопрос только в том, кто его покупает. Что касается остальных производственных площадок и тем более результатов деятельности тех, кто получил огромные льготы, будучи резидентами «Сколково», широкая пресса молчит, а получить какую-либо прочую информацию непубличного характера возможности не представляется.

    В связи с этим вопрос, господа хорошие. Я извиняюсь, что отвлёк ваше внимание долгим спичем. Давайте абстрагироваться от того, что происходит в туристической отрасли, от того, что происходит сегодня в Египте, а давайте говорить о наших внутренних проблемах. Скажите мне, пожалуйста, а почему «Сколково» в итоге не пошло? Ведь и льготы, ведь и кампус, ведь и финансирование за счёт бюджета — а не пошло! По крайней мере, мы этого не видим. И даже, повторяю, высказывания господина Медведева на грани демагогии и популизма картины не скрашивают. В чём причина? Что произошло? 73-73-948. +7 (925) 8888-948. Средства электронной коммуникации: govoritmoskva.ru и Twitter @govoritmsk.

    Доброе утро!

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Добрый день, здравствуйте.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте. Представляйтесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Интересная тема — «Сколково». Решил позвонить по поводу этого проекта. В общем-то, бездарно всё это проводится. Почему не пошёл и не пойдёт? Потому что у нас страна воров, и сидят у нас в правительстве воры.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Подождите, подождите! Вы вор?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я — нет.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: И я тоже не вор.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А сидят люди, которые воруют наш бюджет.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Андрей Платонов говорил: «Без меня народ не полный».

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вот. А учёные уезжают…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Что «вот»? Не надо мою страну поганить, я вас очень прошу! Это, кстати, и ваша страна тоже.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я знаю. Я за неё даже два года служил.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Такая же история. Но ещё раз повторяю: у нас не вся страна воров. У нас, конечно, есть ворьё, но я не могу сказать…

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: У нас его достаточно большой процент.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ну сколько? Вот давайте так: сколько, по-вашему?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я думаю, процентов восемьдесят.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: То есть 80% населения у нас воруют?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Как говорится, «не воруешь — не проживёшь».

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Вот я не ворую — и ничего, живу.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я тоже не ворую и тоже как-то пытаюсь жить.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Вы не воруете — и тоже живёте. Я уверен, что 80% наших слушателей точно так же живут, как и мы с вами.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну а остальные нас обворовывают.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Так я о том, что этих людей существенно меньше, чем 80%, я думаю, раз эдак в 30–40.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я хотел бы, чтобы мои цифры были ошибочны, но, к сожалению, факт есть факт.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Слушайте, вот зачем жить с таким ощущением, с такой ненавистью к своей Родине, скажите?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я люблю свою страну.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Да плевать на это «Сколково»! Ну, ворьё — да, я понимаю. Разговор более серьёзный. Ну почему мы считаем достойным себя обкладывать собственную Родину?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Хороший вопрос.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ну почему? Я понимаю, у нас очень много проблем, но есть ещё вещи, которые никакими деньгами не меряются. Вот идите к родственникам погибших над Синаем и скажите, что у нас страна воров. Они скажут: «Молодой человек, мы ребёнка потеряли, а вы нам про страну воров». Мы согласны, мы не согласны, мы можем с вами спорить, мы можем с пеной у рта доказывать ту или иную точку зрения, но человека нет. Значит, есть вещи, которые несколько выше, чем ваше субъективное предубеждение по поводу страны. У вас соседи воруют?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: У меня соседи пьют от безысходности.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Я понимаю. А они воруют?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Было бы что.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Понятно. Спасибо вам большое за звонок.

    Ещё раз повторю свои впечатления от пребывания в Костроме летом этого года. Я спросил у своего соавтора, Игоря Астафьева: «Как живут люди?» Ведь на протяжении веков нам вдалбливали в голову, что в России воруют. Он говорит: «У нас в Костроме не воруют, у нас в Костроме рыщут», — рыщут в поисках заработка, в поисках денег. Рыщут! Вот это, пожалуй, самая точная характеристика того, что сегодня происходит. Люди хотят заработать. Ну, конечно, если получится, что-то там… «Всё вокруг колхозное, всё вокруг моё».

    Давайте по поводу «Сколково». Добрый день. Представляйтесь, пожалуйста. Ваша точка зрения?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Здравствуйте. Меня зовут Геннадий. Очень приятно слушать вашу передачу.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Спасибо.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Господин профессор, здесь очень просто, мне кажется. Просто Россия со своими изобретениями (которых, к сожалению, нет) не востребована на мировом рынке, поэтому «Сколково» работать не может. Пока эти изобретения технические мы будем внедрять… Мне кажется, у нас нет той промышленности, в которой эти изобретения пригодились бы. Соответственно, мы вышиблены из колеи мирового рынка, мировой конъюнктуры, поэтому это фейк. Это моё мнение. Может, я ошибаюсь. Спасибо за то, что выслушали.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Спасибо большое. Мы возвращаемся к той самой безопасности, о которой говорили в первой части программы. Это, пожалуй, единственно верный ответ на этот вопрос, потому что в первом случае мы говорили о безопасности авиационной, а здесь говорим о безопасности интеллектуальной. Мы говорим о том, что люди готовы изобретать, люди готовы творить, но обеспечить безопасность изобретениям, обеспечить их сохранение в российской юрисдикции в настоящее время возможным не представляется.

    А дальше можно говорить о том, что кто-то ворует, кто-то пьёт, кто-то вместо одной подземной подстанции дал указание прикупить две. Ну потому что: «Что это такое? Одну вместо двух, да ещё за какие-то смешные 100 миллионов долларов? Давайте сразу по 500, и не одну, а две! А куда отправить верхушку, вы знаете и без меня». Я в данном случае не буду говорить фамилию этого человека из российского правительства, но, по рассказам, это было. Собственно, это басня, поэтому и не говорю.

    Наверное, снова мы начинаем говорить о вопросах безопасности, о том, что все наши начинания так или иначе упираются в то, что воруем-то не мы, а воруют у нас — и не только изобретения, но и жизни человеческие. И для кого-то это считается в порядке вещей.

    Новости — и меняем тему.

    НОВОСТИ

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте, господа! «Антикризис профессора Кричевского» на радио «Говорит Москва». В студии я — Никита Кричевский. Продолжаем программу.

    Нам впору уже заводить рубрики, знаете: «Откровение недели», «Фраза недели», «Парадоксы недели» или что-то в этом роде. Почему нет? Вот один из подобных парадоксов на этой неделе прозвучал и донёсся из самой Высшей школы экономики, господа хорошие. Не хухры-мухры, да? Это вам не заученными фразами демагогического свойства с одной передачи на другую перелетать и нести одно и то же.

    «Кто виноват в крушении лайнера в Египте?» — «ЦРУ. ФБР — как вариант. О, Моссад!» — «Кто виноват в том, что у нас страна бухает или сосед у нашего слушателя бухает?» — «Ну, понятно кто. ЦРУ. А, МИ-6!» (Это я дискутирую в одну сторону с пультовожатым, Женечкой.) «Что ещё может быть?» — «Да ничего!» Ну, как-то всё вот так. «Какая сегодня тема?» — «Госдеп. ЦРУ. ФБР. Моссад. МИ-6». — «Ну да, всё нормально». — «Запретить хождение доллара в стране — это будет шаг на пути самоочищения великой России».

    Вот Марк нам пишет, сообщение с сайта: «Родина папуасов и лавочников. Умные и трудолюбивые не нужны. Нужно только бабло и то, как ты добываешь. Главное, чтобы делился». Видите, да? Всё понятно, «страна папуасов и лавочников», а «умные и трудолюбивые не нужны». У меня вопрос к Марку, хотя это сообщение с сайта, и мы с ним не в дискуссионной полемике, он не позвонил. Не суть. «Умные и трудолюбивые не нужны». У меня вопрос: тебе, Марк, твоей семье, твоим близким, твоим родителям, твоим детям ты — как умный и трудолюбивый — нужен или нет?

    Вот почему мы всякий раз семью отодвигаем в сторону, ближний круг отодвигаем в сторону и думаем исключительно о том, что мы вот такие белые и пушистые, и никому не нужны? А кто вам сказал, что американцы не думают точно так же о своём правительстве? Да абсолютно одно и то же! Или во Франции, или в Британии — где угодно. Да всё везде одинаково! «Умные и трудолюбивые не нужны». Правильно! Это и является обалденным оправданием вашего ничегонеделанья и беспробудного бухания, как у нашего слушателя Владимира в отношении соседей. Ну вот мы не нужны! Вот мы такие умные и трудолюбивые, но мы не нужны вот этому государству, вот этим ворам, понимаешь! Ну не нужны мы!

    Сколько пытались найти счета, ещё чего-то у самого ближнего круга тех, кто сегодня управляет государством российским, — не нашли. Ну, возникают, конечно, какие-то там зацепочки, да, но как-то вот не получают они широкого освещения в прессе. Я не говорю про нашу, я говорю про иностранную. Почему? Потому что нету. Либо же есть, но так запрятано, что хрен когда откопаешь (это тоже вариант).

    Другой вопрос: те люди тоже, может быть, так думали всю свою жизнь, но как-то ведь они же выскочили, как-то ведь они сделали карьеру. А сидеть и посыпать голову пеплом, сидеть и хаять собственную страну, собственную Родину, говорить «да мы умные и трудолюбивые» нахрен здесь не нужно! Варианта два: либо меняется матрица и ты начинаешь думать о том, что ты нужен семье, потому что ум и трудолюбие — это в том числе в итоге появляющиеся деньги; либо же ты берёшь билет (не надо на самолёт) на поезд и едешь, предположим, туда, где ты считаешь, что умные и трудолюбивые нужны и востребованы.

    Иначе зачем тогда жить, зачем тогда сидеть, смотреть в окно и ждать у моря погоды (иносказательно говорим)? Ради чего? Ради того, чтобы к тебе пришёл Владимир Владимирович и сказал: «Ты умный и трудолюбивый. Прекращай бухать, пойдём работать»? Не придёт и не скажет. Потому что нас таких — умных и трудолюбивых — 145 миллионов человек. Если всех обходить, даже по пять-десять минут в день, то представляете, сколько лет потребуется на то, чтобы обойти всех поквартирно. А если кого-то дома не будет? Ну, это я так, к слову. Давайте один звоночек — и побежим дальше.

    Добрый день. Слушаем вас. Представляйтесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Игорь меня зовут.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте, Игорь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я вот хочу с вами немножко поспорить по поводу «умных и трудолюбивых», «нужны/не нужны». Два критерия. Вы как профессор должны знать, что страна характеризуется тем, есть ли у неё высокий уровень жизни и производство. Самолёты мы не строим, жизненный уровень слабый — страна колониальная, мы с Чубайсом построили её. Так и не надо оправданий — «народ не тот» или ещё что-то. Построили экономическую политику феодально-либеральную.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Понятно. Это мы всё слышали. Это дежурные штампы, с которыми вы можете звонить на абсолютно любую радиостанцию — как патриотическую, так и оппозиционно-либеральную. Это супер!

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А разве это не так?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Вот лично вы живёте-то как?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нормально.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Нормально живёте?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нормально я живу. Но я вижу, что регресс по стране идёт: «ЗИЛ» закрыли, «Москвич» закрыли…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Это понятно. Ну подождите! Что значит — «ЗИЛ» закрыли, «Москвич» закрыли? Ну, иди и в Москве производство открой. Когда-то «ЗИЛ» стоял на окраине, дорогой вы мой, а «Москвич» строили тогда, когда в помине никаких Кузьминок и Выхино не было.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Удивительно, вся Россия съезжается в Москву…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Да подождите вы! У вас-то нормально всё дома?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: У меня всё хорошо.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Квартирка сколько — три, четыре комнаты?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, купил квартирку. Машина — Ford. Но это же не показатель.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ну как не показатель?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Надо об итоге говорить.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Почему? Смотрите, значит, не всё так плохо у нас в стране-то, если вы квартиру приобрели, машина у вас хорошая, денежка кое-какая имеется. На Новый год куда собираетесь?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это для социализма хорошо, а для капитализма это ничего.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Подождите! Нормально это.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, для капитализма это ноль! Нет своего производства, нет своего бизнеса…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Понял, понял. Я про вас говорю.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Для социализма, да, это успех.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Понятно. На Новый год куда?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А для капитализма никакого успеха я не вижу.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Господи, ну подождите, дайте сказать! Вы на Новый год куда собираетесь?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Не знаю, ещё не решил.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ну, какие варианты?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Не знаю. Даже не хочу вам говорить сейчас. Даже не собираюсь, не планирую сейчас.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Почему?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Потому что всё нестабильно.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Что, на дачу поедете?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Не знаю даже, не могу сказать, не планирую даже пока.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А дача зимняя у вас?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Дача у меня зимняя, да.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: То есть с отоплением?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, да, да.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Понятно. Ну спасибо вам. Слушайте, определяйтесь уже с Новым годом. «Вот всё плохо у нас в стране — производства нет, жизненный уровень падает. Не знаю, что делать: то ли в Европу полететь на Новый год, то ли на зимнюю дачу поехать на Ford из квартиры, которую не так давно купил. А так всё плохо. Плохо всё! Всё плохо!»

    Вот Высшая школа экономики то же самое говорит: «Плохо всё у нас, ребята. Плохо». Господин Кузьминов на этой неделе через пролиберальную прессу, интернет-ресурс, выступил с цельный докладом от имени Высшей школы экономики, где заявил, в частности (цитата): «Не существует нескольких рингов: на одном мы успешно проводим запуск ракет из акватории Каспийского моря, а на другом — сокращаем расходы на науку и образование с формулировкой „надо затянуть пояса“, — парадокс недели, согласитесь. — Если в этих вопросах мы сегодня затянем пояса, завтра не будет ни ракет, ни флота. Основной макроэкономической проблемой построения федерального бюджета является балансировка доходов и расходов в условиях резкого падения цен на нефть. Проект бюджета на 2016 год показывает, что решение этой проблемы отложено на последующие годы».

    «Эксперты ВШЭ отмечают, что бюджет становится все менее „социальным“. Больше всего их тревожит, — экспертов, — сокращение расходов на образование и здравоохранение. Дошкольное и профессиональное образование перекладываются на региональные бюджеты. В январе—августе этого года по сравнению с тем же периодом прошлого года объём номинальных расходов сократили 18 российских регионов. При этом растут расходы на оборону, госуправление, а также доля секретных и непрозрачных расходов». Проблему предлагается решать переходом к «более компактному государству», «начать следует с давно обсуждаемой реформы контрольно-надзорной деятельности — перейти, наконец, на риск-ориентированные подходы к проверкам бизнеса». Видимо, как-то в окружении у Кузьминова у кого-то с кем-то что-то нездорово. Ну да ладно.

    Вот здесь, кстати говоря, Кузьминов отчасти согласен с тем, что говорил я по поводу НДПИ: «Чтобы свести бюджет, правительство вынуждено мобилизовать дополнительные нефтегазовые доходы. Но если повышение НДПИ на газ и газовый конденсат выглядит оправданным, то дальнейшая „стрижка“ нефтяного сектора не может быть долгосрочным решением. Учитывая, что нефтедобыча России будет перемещаться на восток и север, то есть себестоимость будет возрастать, увеличение налоговой нагрузки сделает наиболее дорогостоящие проекты нерентабельными».

    Три линии — и все три линии заняты. У меня к вам вопрос (извините, не по теме, по которой вы звоните): что случилось вдруг с нашими пролиберальными светочами? Ещё раз говорю — парадокс, и мне он необъясним. Конспирологичеких вариантов масса существует. Но вдруг, ни с того ни с сего, оплот либеральной экономической мысли в России, Высшая школа экономики в лице не абы кого, а самого господина Кузьминова — человека, играющего ведущую роль в Общероссийском народном фронте, депутата Мосгордумы и вообще известного и уважаемого человека, который, как говорят, даже к Медведеву ходит (да что там, мы это по телеку видим) — вдруг выступает за то, чтобы увеличить ассигнования на образование и здравоохранение, иначе в скором будущем не будет ни ракет… И чего там ещё? Не могу найти. Ну да ладно.

    73-73-948. +7 (925) 8888-948. Электронные средства коммуникации… Не будем затягивать эту паузу. Добрый день. Слушаем вас. Что происходит?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Я хотел сказать по поводу того, что плохо у нас всё в России. Я часто езжу во Францию, и там такой случай у меня был. Пирожное стоит в булочной 2 евро, а в магазине четыре стоят 2 евро. Я купил четыре штуки за 2 евро, а они оказались просроченные, они просто переклеили этикетки. Так что все эти проблемы, которые у нас, также существуют и за границей.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Я бы не сказал, что все проблемы существуют за границей (по крайней мере, в таком объёме, как у нас), но в остальном вы правы.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я хочу сказать, что практически ничем не отличается европейское общество от нашего. Такие же проблемы и у них.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Нет. Я вам говорю, степень этих проблем существенно ниже. Давайте возьмём коррупцию. Она везде существует в том или ином виде.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Там такая же коррупция.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ну да. Но не в таком объёме, согласитесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Там просто этого не видно, они не показывают этого.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ну, там что-то для человека делается.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Они ездят на машинах недорогих, они не афишируют, но там такие же проблемы, как и у нас, и люди так же живут.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Эта мысль понятна, принята, записана. Теперь скажите мне, а что происходит с нашими либеральными экономистами? Что это они вдруг за социальную сферу вступились?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: С либеральными экономистами что происходит? Немножко непонятная фраза, честно говоря. Я не политик.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Я понял. Я тут распинался, блин, битый час, а мне говорят: «Да что-то фраза у тебя, мужик, непонятная».

    Добрый день. Слушаем вас. Представляйтесь.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Никита Александрович. Были три человека, которые сказали о России когда-то (и вы это знаете): дураки и дороги, и снова воруют. Но был ещё четвёртый человек — Виктор Павлович Говоров из «Бандитского Петербурга». Он сказал: «Можно украсть велосипед — и оставишь здоровье в лагере, а можно воровать вагонами — и тебе за это ничего не будет».

    Так вот, когда люди говорят, что у нас воруют и у нас ворьё, они имеют в виду воровство в высших эшелонах власти, и это показатель. Если у нас министр обороны становится свидетелем по своему уголовному делу и орденоносцем во время судебного и следственного процесса, а «Сколково» является прачечной, то говорить можно о том, что в этой стране воруют и ворьё. Ну, губернаторы тоже. Что ни день, то губернатор-вор. Так что люди говорят правильно.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Знаете, что я вам скажу? Мы в ближайшие дни увидим ещё нескольких губернаторов, которые пойдут по стопам Гайзера и Хорошавина.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я с вами совершенно согласен. Вот про что я и говорю.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Прямо в ближайшие дни.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: В этой стране воруют!

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Да! Да!

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ворьё в высших эшелонах власти!

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Да понятно, понятно! Неохота время тратить на совершенно очевидные вещи.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Можно я на ваш вопрос отвечу? Вы какой-то задавали.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Господи ты боже мой!

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Почему либералы сейчас взялись за тяжёлую…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ну! Говорите быстрее!

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Потому что они сейчас поймали волну. Кризис ухудшается, и надо как-то засветиться. Высшая школа экономики, Ясины всякие, Кудрины — они сейчас ловят волну. Нас обворовали, людей, как говорит великий Доренко, пенсов, врачей, учителей, а они сейчас начинают…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Нет, всё-всё-всё! Кстати говоря, очень интересная мысль по поводу того, что сначала обворовали, а теперь за обворованных и заступаются.

    Я кручу дальше эту мысль и прихожу к такому выводу: люди хотят встроиться в новую матрицу, в новую парадигму, которую мы ещё не знаем, но которая, вполне вероятно, уже формируется. Либо же это… даже не знаю что. Почему? Потому что действительно расходы на оборону увеличиваются, и это, на мой взгляд, совершенно оправдано. И не надо противопоставлять пушки с маслом. Не надо, потому что страна у нас большая. Ну не надо сравнивать Россию с Чехией.

    Кстати говоря, слушайте, тут услышал анекдот от чехов про чехов. Обалденный! Мне понравился. Чехи к Си Цзиньпину приходят и говорят: «Дорогой руководитель Китая, Чехия нам войну объявила». Он говорит: «А сколько чехов всего, населения?» Ему говорят: «10 миллионов». У него вопрос: «А в каком отеле они остановились?» Ну да.

    Это я к чему? Это я к тому, что вот Чехии, может, и не надо столько денег тратить на оборону. Так у нас по-другому и не получается ничего. Не будет у тебя обороны, будешь ты голый — так и тебя не будет со временем, и нагибать будут.

    С другой стороны, вдруг нам говорят о том, что вместо государственных инвестиций в экономику, что было бы совершенно нормально в устах Высшей школы экономики… нам начали говорить о том, что в медицину, в образование, в социалку вкладываются недостаточно.

    Насчёт того, что скоро у нас не будет ни ракет, ни учёных, и вообще ничего не будет, то тут я, конечно, не согласен. Учёные — товар штучный, умных голов вычисляют уже на самой ранней стадии и ведут их, и они ведут нормальный образ жизни. Если они не зарываются и у них не начинается «звёздная болезнь», то из них получаются хорошие люди. По крайней мере, основные их социальные потребности удовлетворяются. Поэтому я, конечно, крайне далёк от мысли, что у нас кто-то уедет и загубим мы наши умные головы. Нет, конечно, это не так.

    Есть ещё один момент очень интересный в этой ситуации. Американец — последний нобелевский лауреат, крайне свежий, давайте так говорить — подсчитал, что для Америки чертой, после которой вы не задумываетесь о том, сколько вы зарабатываете, является годовой доход в 75 тысяч долларов, то есть 6 250 в месяц. Ну, средняя зарплата там чуть больше 3 тысяч, 3 300, скажем так — считайте, две средних зарплаты, то есть где-то 6 тысяч с копеечками. Сегодня, наверное, побольше, потому что это были цифры середины нулевых. Так вот, после того, как вы достигли этой планки, для вас проблема зарабатывания денег и обеспечения, скажем, себя и собственной семьи отходит на второй план, потому что вы всё это уже можете, и в пирамиде ваших потребностей происходит некая трансформация.

    Это я к чему? Это я к тому, что у нас цифра существенно меньше, поскольку у нас и рубль, и всё стоит несколько дешевле по сравнению с Америкой (я имею в виду недвижимость, конечно, в первую очередь, не о Москве речь), тем не менее, удовлетворить первичные социальные потребности и государству, и предприятиям, заинтересованным в умных головах вполне по силам. Это может быть соцпакет, это могут быть подъёмные, это может быть всё что угодно. Это может быть, кстати говоря, социальная ипотека.

    Что такое социальная ипотека? Это когда тебе предприятие выдаёт кредит за счёт собственных средств, скажем, на 15 лет. Это говорит о том, что если ты отработаешь 5 лет, то даже если ты уйдёшь через 5 лет, то кредит этот тебе возвращать тебе не будут. А если будешь работать на предприятии, скажем, 15 лет, то равными долями он будет списан, и ты ничего платить не будешь. Это весьма и весьма распространённая практика даже сегодня.

    Собственно, вопрос-то не снимается: что случилось с либерально мыслящими светочами? Добрый день. Слушаем вас. Алло.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Здравствуйте. Сергей Алексеевич, Москва. Что случилось? Что и раньше было — обычный популизм. Нам и Ельцин обещал, что мы будем замечательно жить. К власти надо приходить каким путём? Самым популярным: «Социальные вопросы не решаются? Мы их решим». Но когда придут к власти, они, конечно, ничего решать не будут. Это элементарно. И здесь много элементарных вопросов сегодня.

    Я согласен с тем позвонившим, который сказал, что 80% воруют. Они воруют не из-за того, что они хотят воровать, а из-за того, что хотят выжить. И каждый, где может, ворует. Воруют каким образом? Уходят от налогов, не платят налоги за дополнительную площадь и так далее. И таких куча. Потому что иначе не выжить! А то, что кто-то в Москве… Вы в основном же с москвичами разговариваете. В Москве уровень жизни намного лучше и выше. Вы же знаете, что 80% бюджета всей России в Москве примерно. Пускай даже 60%, по некоторым оценкам. То, что творят в Москве — естественно. Это же стимулы. Государство стимулирует воровство. Вот в чём дело, вот в чём смысл.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Всё, устал. Спасибо большое. Ну устал. Вот «государство стимулирует воровство». Вот «в Москве 60–80% вращается всего бюджета». Так это во всём мире так. Ну во всём мире! Ну одно и то же! В любой столице заработки, уровень жизни, качество жизни выше по сравнению с периферией. Ну в любой стране, хоть ты режь! Ну приведите одну страну, где это не так, — и я очень удивлюсь.

    Добрый день. Слушаем вас. Представляйтесь. Мы о докладе Кузьминова, если можно.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Добрый день. Меня Алексей зовут. Всё банально. Если вы историю Высшей школы экономики знаете (а я думаю, вы лучше меня её знаете), как она создавалась, расширялась и всё остальное…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: И что?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это очень большое хозяйство. Я думаю, у неё сейчас существенные проблемы в плане его содержания.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Не вижу никаких проблем. Не вижу.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ситуация простая…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Хоть убейте, не вижу! И знаете, почему? Потому что оно же ведь у неё не в собственности, а в оперативном управлении. Это же государственное учреждение.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А денежки на содержание, на аренду?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А Минэкономразвития только на одни НИР, знаете, сколько им присылает денег?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: НИР — это на карман денежки. А на содержание?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Нет, подождите, при чём здесь карман?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Можно я мысль доскажу? Я просто предполагаю, что у неё были достаточно большие побочные, так сказать, доходы (имеется в виду спонсорская помощь и всё остальное), а сейчас это дело сократилось, остался только бюджет: сколько потопали — сколько и полопали. Правильно? Обратите внимание на Надеждина, как он выступает. Из выступления в выступление звучит: «Да я там получаю три копейки».

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Борисович звезда, это правда. Ну, он три копейки получает, потому что это не профильная кафедра — кафедра права в МФТИ. Это первое.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я вам условно говорю.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А второе — у него очень маленькая нагрузка, он читает по субботам.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это понятно. Я имею в виду, что у людей просто кончились деньги, которые были сначала, и сейчас они начинают метаться. Понятная вещь, мне кажется, банальная.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Спасибо за звонок.

    Давайте ещё один звонок, а то в новости залезем. Добрый день.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день, профессор. Вадим, Подмосковье.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте, Вадим.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я считаю, что это простой иезуитский ход, опробованный уже много раз в истории. Они сейчас на власть, на патриотический блок Кремля накатят эту волну, что сверхрасходы на госаппарат, на оборону и всё такое. И, конечно, на этой волне популизма, как один уже слушатель говорил, они постараются взять какие-то очки. Ход простой, и его надо разоблачать. Ничего они народу не дадут в случае прихода к власти, а даже ухудшится всё. А уроки сорок первого года помнить нужно. Спасибо!

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Оп-па! А при чём здесь сорок первый год? Ну, видимо, не моего ума дело, и возможность для понимания аналогии с сорок первым годом… Вернёмся к этой мудрой мысли, которую нам понять не в силах, после новостей.

    НОВОСТИ

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте, господа! «Антикризис профессора Кричевского», заключительная часть нашей программы. В студии я — Никита Кричевский. Вроде бы текущие сообщения приходят, ничего чего-то такого сверх… Вот люди ходят, что-то про себя разговаривают. Не знаю.

    Смотрите, что пишут. «Моя бабушка получала пенсию 300 евро. Я — в четыре раза больше, и мне не хватало. А к ней в гости приедешь, и у неё всегда мяско, колбаска. Может, просто живём неправильно?» Может. Это был 504-й.

    260-й говорит: «Здравствуйте! Вы уже обсуждали повышение ЕНВД для малого бизнеса?» — это Сергей из Одинцова. Сергей из Одинцова, нет, не обсуждали. И я вам должен сказать, что и вам, и так называемым либералам (в общем-то, никому) повышение ЕНВД обсуждать не следует. Знаете, почему? Потому что есть такая история, как индекс «дефлятор». Дефлятор — это увеличение, соразмерное приросту инфляции. Смотрите, ЕНВД на следующий год в соответствии с дефлятором повышается на 16%, хотя основные сектора, где индивидуальные предприниматели и малый бизнес работает (тот, который платит по единому налогу на вменённый доход), — это сектора, где инфляция была существенно выше. Понимаете, какая история?

    То есть дефлятор должен был дать увеличение ЕНВД на 2016 год в размере, скажем, 20–30%, а это (я имею в виду 16%) произошло исключительно потому, что мы не хотим говорить о реальных показателях инфляции в нашей экономике. Вот что в лоб, что по лбу. Сколько там у нас было? 11,4%? Или 11,9%? Я не знаю. Это никого не интересует, потому что всем понятно, что цены выросли существенно выше — ну никак не на 11%, и не на 12%, и даже не на 15%. Не в этом дело. Кстати говоря, яхты с самолётами в потребительскую корзину, на основе которой определяется инфляция, не входят.

    Речь не об этом. Речь о том, что те отрасли, те сегменты потребительского рынка, где сосредоточена основная часть тех, кто платит единый налог на вменённый доход, получили инфляцию по прошлому году существенно выше, нежели чем официальная. А официальная была 11,4%! Ну, взяли с запасом. Может быть, там 12% была, не суть. Взяли с запасом 16%. А в реальности они должны были сделать даже не 20, а 25, 30, а то и больше процентов, если брать по увеличению единого налога на вменённый доход.

    Не будите! Не будите Минэкономразвития, которое выдало этот дефлятор чёртов! Не будите его! Не говорите «16% — почему так много?» Наоборот — почему так мало? Ведь придёт тот же Улюкаев в эту студию и скажет: «Господа хорошие, мы тут приняли решение пересчитать дефлятор по прошлому году, и мы будем увеличивать ЕНВД не на 16%, а на 36%. А теперь я почитаю вам свой новый стих!» — скажет Улюкаев, и вы все утрётесь. Понятно, Сергей? Так что тихо сидите!

    «Уважаемый Никита, что, по вашему мнению, стоит за выходкой МАК во главе с Анодиной по запрету эксплуатации Boeing 737?» — спрашивает Юрий. Юрий, ну об этом многие уже отзывались, комментировали. Большинство сходится в том, что это указание вышло в день рождения «Трансэаро»… Анодина — мама основного акционера, господина Плешакова, свекровь госпожи Ольги Плешаковой, то есть той, которая рулила «Трансэаро» все последние годы. Не иначе как месть — именно в день рождения, именно по тем самолётам, которые в большинстве своём сосредоточены в государственном «Аэрофлоте» и в других дочерних структурах, а также у прочих крупнейших участников авиарынка.

    Чем это кончится? Это кончится тем, что либо МАК (Межгосударственный авиационный комитет) расформируют, либо Россия из него выйдет — ну, вот что-то из этого. Почему нельзя госпожу Анодину снять вот прямо сегодня, грубо говоря? Потому что её ставили на этот пост 11 глав государств СНГ. Вот они должны все вместе собраться — так, чтобы был полный кворум — и все вместе должны её уволить. Поэтому проще всего будет просто выйти оттуда. Либо же после приватного разговора — известно, в каком заведении (может быть, за забором или ещё где-то). Либо же мягко потребовать, чтобы это письмо было отозвано. А так я тоже склоняюсь к тому, что это месть.

    «Наш кошмар — коррупция. В мире 10% людей никогда не украдут, 10% воруют всегда, а 80% действуют согласно тому, кто у власти — вор или честный».

    «Интересен ваш комментарий о назначении Сергея Гуриева», — 691-й. Мы уже говорили об этом. Можно только посочувствовать Европейскому банку реконструкции и развития, который посчитал, что господин Гуриев будет ему полезен в должности главного экономиста. Я много цитировал господина Гуриева, я много цитировал нашу с ним переписку. Я не считаю его сколь-нибудь существенным экономистом и исследователем, сколь-нибудь серьёзным учёным. Человек очень часто несёт откровенный бред. В то же время надо признать его несомненные заслуги как менеджера образовательной сферы. Но вот в отношении главного экономиста ЕБРР… Ну, у нас много других людей более достойных, если уж им так хочется человека из России туда поставить. И вот тут-то выплывает как раз тот самый нюанс, который мы обсуждали в случае МАК и госпожой Анодиной, то есть свекровью. В пику. Это сделано в пику.

    То есть человек, который убежал из страны по до сих пор неизвестным основаниям… По мне, так убежал оттого, что был сформирован пакет ценных бумаг под индекс инфляции РЭШ, который показал ноль тогда, когда официальная инфляция была то ли 3%, то ли 6%. И сказали: «Ну вот так мы посчитали. Вы же сами подписали». То есть кто-то это расценивал как недоработку Внешэкономбанка (а в этот проект, который предлагал «Ситибанк», вложили пенсионные деньги, то есть деньги «молчунов», в том числе и мои), а кто-то расценил это как мошенничество. Вот как ни посмотри. Да? Вот Гуриев посчитал за лучшее убежать. Естественно, формальным прикрытием было то, что он страдает за экспертизу по двадцать третьему или сорок четвёртому делу господина Ходорковского. Кстати говоря, как мне сам Гуриев писал, уголовное дело до сих пор не закрыто. И так далее и тому подобное. Хотя сам Путин говорит: «Если он не чувствует за собой никакой вины, да пусть приезжает». Несколько раз же человек сказал: «Пусть приезжает, ради бога». Нет. Боится.

    И тут мы понимаем, что им движут несколько иные мотивы, нежели чем желание приехать, объясниться и продолжать творить на Родине. Я не исключаю, что это мотивы личного, семейного характера, что это, может быть, желание его горячо любимой супруги. Да мало ли что! В конце концов, в Европе тоже не так уж и плохо живётся, особенно если ты главный экономист Европейского банка реконструкции и развития. Ну, через несколько лет его снимут. И что, злорадствовать по этому поводу? Да нет, конечно. Пусть работает. Жалко, что ли?

    73-73-948. Добрый день. Слушаем вас. Алло.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Спасибо большое. Скажите, пожалуйста, а актуально ещё, почему заинтересовались социалкой, и о том, что происходит?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Давайте.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Почему социалкой? В Конституции Российской Федерации прописано, что наше государство является социальным.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: И что?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну, идеология запрещена. И планирование экономики тоже запрещено, плановая экономика. Второе. Что происходит? Происходит капитализм в социализме необъявленный, поэтому как бы система координат одной системы пролезла…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Какая вы молодец! У меня к вам один-единственный вопрос. Поясните, пожалуйста, что означает «Россия — социальное государство»?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Так это прописано в Конституции.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Нет, я знаю. Я не спорю, я согласен.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это было когда прописано? В 1993 году.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Вы же сказали, что «Россия — это социальное государство». А что это значит?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я-то понимаю. А понимаете ли вы?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Нет, я не понимаю.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вот. Тогда скажу. Я заинтересовалось, почему это прописано, когда для нас это было естественно, тем более в то время. И только сейчас понятно: чтобы законспирировать, дымовая завеса, чтобы не проникло слово «капитализм».

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ой!

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А система координат другая, целеполагание другое. В капитализме нет преступного: если тебя не поймают, то ты успешный человек, юзер.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Подождите, господи! Я же не про капитализм, а про то, что означает «социальное государство».

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: «Социальное» — это чтобы не говорить «социалистическое».

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Да ну не надо! Вы мне скажите — третий и последний раз спрашиваю! — что значит «социальное государство»?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Мы, советские люди, понимаем это так, как советские люди, то есть: «мы остаёмся в социализме». Вот что это значит!

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Но это не значит, что в Конституции написано «государство социалистическое». Там написано «государство социальное».

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: А теперь мы понимаем, что это не значит.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Я вас спрашиваю: что значит «социальное государство»?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Чтобы и вы не догадались, и чтобы я не догадалась в 1993 году. А вы и сейчас не догадываетесь.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Спасибо вам большое за звонок. Этикет не позволяет высказываться грубо в адрес наших слушателей, тем более дозвонившихся в эфир.

    Социальное государство. Что такое социум, господа хорошие? Это общество. То есть это государство общественное, государство, ставящее своей целью служение во благо общества, для развития общества. Социум — общество. Всё очень просто. Россия — это государство общества, то есть наше с вами. Я вам говорил: «Без меня народ не полный». И без вас тоже. Вот и всё. И никаких социальных льгот, социальных выплат, социальных надбавок за термином «социальное государство» не стоит!

    Другой вопрос, что конституционный принцип, максима о том, что «Россия — это социальное государство», естественно, выполняется, но декоративно, а фактически очень и очень слабо, относительно. Ну, это отдельный разговор, потому что здесь нужно говорить о степени соответствия нашей текущей жизни тому, что прописано в Конституции. И здесь возникает масса различных точек зрения. Кто-то говорит — на 12,5 процентов, кто-то говорит — на 13¼, а кто-то говорит — на 88. Вот иди и рассуди потом этих людей. Потому что субъективно каждый понимает это по-своему.

    Но вы звоните и говорите: «У нас вот в Конституции прописано. Вы что, не понимаете, что ли?» Нет, не понимаю. Потому что я это понимаю вот так. А как вы понимаете, вы не раскрываете. Вы говорите о том, что вам, советским людям, запудрили мозги, потому что не захотели писать «социалистическое». Я тоже советский человек, и мне мозги не запудрили, потому что я, в отличие от вас, понимаю, что такое социальное государство. И 20 лет назад, когда за Конституцию голосовал, это понимал. Потому что должна быть Конституция. Хорошая, плохая — это другой разговор. Но она должна быть. А то, что социальное — так во всём мире государства у нас социальные. Вы мне приведите хоть одну страну, где написано, скажем… неважно, «США — антисоциальное государство» или «Бразилия — государство жуликов и воров». Нет же такого? Нет. Все государства опираются на общество. Государство — это основополагающий общественный институт, который формирует, кстати говоря, само общество. Вот и всё. Ну ни о какой социалке речи даже близко быть не может, потому что «социалка» — это иносказательное выражение, иносказательный посыл к тому, чтобы качнуть чего-нибудь из бюджета себе в карман (причём относительно законным способом). Вот вся и любовь. Извините, что отвлёк.

    73-73-948. Вы знаете, почему я сижу на звонках? Во-первых, потому, что времени не так много осталось. Во-вторых, у меня есть ещё одна тема для вас (она бы очень понравилась автомобилистам) о том, что подмосковные судебные приставы будут арестовывать автомобили должников по новой технологии. Если гражданин, имеющий крупную задолженность, например, по штрафам или по алиментам, проехал под камерой, то недалеко от этого места его может остановить патруль. А патруль будет состоять из ГИБДД и тех самых судебных приставов. Причём машину могут описать и увезти на эвакуаторе прямо после того, как вас остановят на дороге. Средства электронной коммуникации сегодня творят чудеса, поэтому обнаружить в базе вашу задолженность большого труда не составит.

    Вот такая экономически тонкая вещица, которая побуждает нас более аккуратно обращаться со своими внезапно возникающими перед государством обязательствами. Насколько это интересно, я не знаю, потому что наверняка многие из вас об этом уже слышали. И многие понимают, что до 10 тысяч можно, конечно, и не платить, и вроде как там штрафы даже схлопываются. Но где эти 10 тысяч? Чёрт его знает!

    Ваш покорный слуга вчера залез в почтовый ящик, а там обнаружились задолженности перед бюджетом на 3 700 с чем-то рублей. Я вроде всё заплатил. Может быть, просто эти деньги не упали ещё и их налоговики не увидели, потому что бюрократическая машина, я вам говорил, как асфальтовый каток: едет медленно, но, гад, доедет. Чёрт его знает! Будем разбираться на неделе. Там 3 700 с хвостиком. А дальше что? А если 10 тысяч? А может быть, Новый год мне запретят праздновать? Всё может быть.

    Добрый день. Слушаем вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Сергей, Подмосковье.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте. Говорите.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: По поводу нового закона, о котором вы сейчас сказали. В принципе, как мне кажется, тема не особо интересная по той простой причине, что сразу найдутся хитрецы, которые будут в таком случае переоформлять автомобиль на своих родственников — точно так же, как и любое другое имущество.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Понимаете, какая история? Вы переоформите хоть завтра на вашу бабушку, но поскольку бабушка собственник, а вы по доверенности, вот и арестуют её имущество.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это законодательно у нас позволено?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А почему нет? Это же её имущество, вы им пользуетесь временно по доверенности. Она вам доверила пользоваться на время, да? Машина на ней — и штраф, соответственно, тоже приходит ей. Они перескакивают через десятку — и вас схлопывают вместе с бабушкой Машей. Why not?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: С одной стороны, я с этим целиком и полностью согласен, это правильно.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Да вы знаете, я в общем и целом тоже с этим согласен, если положить руку на сердце.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это породит, как я думаю, в наше время… По крайней мере, хочется верить, что порядочных людей станет больше.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ну, давайте говорить о том, что порядка станет больше. Насчёт порядочных — это вопрос философский.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Согласен.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Как вырастить порядочного человека мне, например, сложно вам объяснить. Я по поводу своих деток могу сказать: наверное, только собственным примером.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Согласен.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Можно, конечно, воспитывать на примере Павлика Морозова или Павки Корчагина.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, с этим не согласен.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Я тоже не уверен, что это их проймёт. Ну, Губка Боб ещё есть. Why not, опять же?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: На своём личном примере необходимо это делать. И это, конечно, вопрос не только родителей, а каждого, кто принимает участие в воспитании ребёнка.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А вот теперь смотрите! Помните, звонил где-то с полчаса назад мужчина и говорил о том, что у нас в стране воруют, а его соседи бухают?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я к вашей беседе подключился 15 минут назад.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Так вот, звонил человек, говорит: «В нашей стране воруют 80% людей, населения».

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я не соглашусь.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Не об этом речь. И в этот момент, скажем, его дитёнок совершенно случайно слышит голос папаньки в эфире «Антикризиса профессора Кричевского», где папанька родной — глава семьи, хозяин и прочее — говорит: «У нас 80% воруют». Что у ребёнка в башке-то останется?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Бардак.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Да! В башке останется: «Я вырасту и тоже буду воровать. Ну, раз отец говорит, что 80% воруют, значит эти 80% живут хорошо».

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну да, я согласен полностью. Но это неправильно.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Ты не воруешь — и не воруй. А если воруешь, зачем об этом-то на весь мир говорить? А не надо, чтобы ребёнок слушал, это может быть мама, бабушка, тётя. Соседка может сказать: «Я слышала твоего отца по радио».

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Все люди разные и воспитывают по-разному. Понятия, грубо говоря, может быть, как-то и меняются, но ценности сами по себе остаются неизменными, на мой взгляд.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Нравственность, нравственные ценности. Спасибо вам большое. Мы уходим действительно в уже какие-то глобальные сентенции.

    Да, мораль действительно у каждого может быть своя, и это нормально. По этому пути идёт западное общество, например. В XIX веке они выяснили, что Бога нет, что утилитаристская линия поведения, когда хорошо то, что тебе выгодно и тебе любо, и является единственно возможной. Когда Чарльз Дарвин со своей эволюцией объяснил, что мы не от какого-то Бога, а от обезьяны, когда выступал Ницше, когда перечитывали Кафку, тогда, в общем-то, и началось вот это крушение моральных и нравственных ценностей на Западе.

    У нас этого, слава богу, не произошло. И я надеюсь, что не произойдёт. Но вопросы морали, вопросы нравственности, вопросы ценностей, вопросы национальной идентичности у нас с повестки дня не снимаются. Да, мы живём, конечно, не в самой лучшей стране в мире. Ну вот такая у нас страна — страна, которая ещё пытается нашим деткам и нам с вами растолковать, что есть какие-то русские ориентиры. Хотя вопрос по поводу тех же самых русских ориентиров весьма и весьма спорный. Ну да ладно.

    73-73-948. Добрый день. Слушаем вас.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло. Добрый день. Будьте любезны, скажите, пожалуйста, какие у нас ориентиры? Сейчас мы тратим каждый день на то, чтобы «помогать» (или как там сказано?) нашим друзьям, 2,5 миллиона евро — вот эти самолёты, которые «помогают». Что это за помощь? И зачем она нужна? У нас постоянно то Афганистан, то Чечня. Первая Чечня: всё разбомбили, а потом стали строить — опять миллиарды рублей.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Вы это к чему?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: То есть у нас всё направлено на то, чтобы куда-то деньги от людей…

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Понятно. Слушайте… Да ладно, хорош орать, господи! Вот вы объясните, вам плохо живётся?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: На народ не тратят денег!

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Всё, выключайте! Хватит использовать мою программу как громоотвод, как возможность высказаться, проораться, достучаться до небес со своим псевдонегодованием.

    Вот приняло руководство такое решение, и оно его выполняет. За счёт каких источников? Насколько я знаю, пока за счёт бюджета Министерства обороны. Что будет дальше? Вопрос очень серьёзный. Вопрос очень серьёзный, потому что действительно денег уходит немало на военное присутствие в той же Сирии. Можно ещё какое-то количество месяцев там поприсутствовать, а потом это будет уже слегка накладно.

    Но опять же я повторюсь: у нас программа экономическая, а не геополитическая и не военная. В эту студию надо приглашать людей, которые тонко разбираются в этих вопросах. Не горлопанов, которые несут демагогию, как я уже говорил, из одной программы в другую (про Госдеп/проклятых либералов/ФБР и так далее), а людей, которые действительно разбираются. Военных экспертов не так уж и много.

    Добрый день. Слушаем вас. Представляйтесь. И давайте ближе всё-таки к нашим баранам.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Станислав.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Здравствуйте, Станислав.

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Подскажите, по новому этому закону это касается тех, кто алименты не платит, а как же с юрлицами дело обстоит? У меня просто такая ситуация. Я охранял большой концерн в Москве, и получилось так, что один учредитель развалил эту всю фирму и предложил мне просто 10% от суммы взять, которую он мне оплачивал ежемесячно (свыше миллиона рублей), и написать отказную бумагу, иначе я ничего не получу, потому что «мы все счета опустошим». Я сейчас сужусь с ними. По сути, эффекта пока никакого нет. Судья выносит решение, что надо оплатить, а они мне говорят в открытую, мол: «У нас денег нет, ничего не получишь». Где справедливость?

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: А имущество арестовывать не пробовали в обеспечение иска?

    РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Имущество? Вы знаете, когда пришло к власти данное лицо, они просто взяли и одну большую фирму раздробили на десять мелких фирм. На какую фирму записано чьё имущество, ещё надо разобраться.

    Н. КРИЧЕВСКИЙ: Понятно. Спасибо большое. Вопрос, конечно, интересный, отчасти он экономический. По юрлицам существует более или менее устоявшаяся практика получения задолженности. По физлицам такой практики нет: ни юридической, ни экономической, ни организационной. Ну нет её. Вот мы видим, что она потихонечку начинает выкристаллизовываться. В общем и целом, может быть, на чуть-чуть, на капельку, но порядка будет больше. Собственно, может быть, и от этой программы будет порядка в головах у моих слушателей чуть-чуть больше (да и у меня тоже). Давайте посмотрим, а через неделю вернёмся к этому вопросу.

    «Антикризис профессора Кричевского» на «Говорит Москва». В студии был я — Никита Кричевский. Берегите друг друга!

    Версия для печати
Видеоблог Сергея Доренко

Связь с эфиром


Сообщение отправлено
Система Orphus